Постановление от 6 марта 2023 г. по делу № А40-11147/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994,

официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва 06.03.2023 Дело № А40-11147/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2023 года Полный текст постановления изготовлен 06 марта 2023 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, судей: А.А. Дербенева, Н.Я. Мысака, при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 03.02.2022,

от ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 25.10.2021,

от финансового управляющего ФИО1 – ФИО5, паспорт РФ, решение,

рассмотрев 27.02.2023 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 и ФИО3

на определение от 30.08.2022 Арбитражного суда города Москвы, на постановление от 01.12.2022 Девятого арбитражного апелляционного суда,

о признании недействительным брачного договора от 21.02.2020, заключенного между ФИО1 и ФИО3, и применении последствия недействительности сделки,

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1

установил:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.06.2021 должник - ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина;

финансовым управляющим должником утвержден Хомяков Михаил Сергеевич, член Ассоциации МСОПАУ.

Финансовый управляющий должником обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к ответчику ФИО3 о признании сделки (брачного договора № 77/649- н/77-2020-3-683.) недействительной и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.05.2022 привлечены к участию в рассмотрении данного обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: 1. отдел социальной защиты населения района Дорогомилово Западного административного округа города Москвы (Россия, 121165, <...>) 2. нотариус, удостоверившего спорную сделку, - ФИО7 (<...>), рассмотрение указанного обособленного спора отложено на 05.08.2022.

Арбитражный суд города Москвы определением от 30.08.2022 признал недействительным в силу ничтожности брачный договор от 21.02.2022, заключенный между ФИО1 и ФИО3; применил последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующим обязательства ФИО1 и ФИО3 по брачному договору от 21.02.2020.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1, ФИО3 – без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1, ФИО3 обратились Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просят отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2022 и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего Малеванного Д.А.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. В судебном заседании представитель ФИО1 и ФИО3 доводы кассационной жалобы поддержали в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представитель финансового управляющего должником возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в

суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационных жалоб, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что судами установлены следующие обстоятельства.

30.12.2008 за ФИО1 зарегистрировано право собственности на спорный объект недвижимости: Квартира, КН: 77:07:0005007:2229, по адресу: <...>.

Основание возникновения права – договор купли–продажи.

21.06.2016 между ФИО1 и ФИО3 зарегистрирован брак, то есть спустя 8 лет после возникновения у должника права собственности на Объект (30.12.2008), следовательно, указанный Объект не являлся совместно нажитым имуществом.

21.02.2020 ответчиками заключен оспариваемый брачный договор.

26.01.2021 в арбитражный суд поступило заявление кредитора о несостоятельности (банкротстве) гр. ФИО1

11.02.2021 возбуждено дело № А40-11147/21 о несостоятельности (банкротстве) ФИО1, соответственно, оспариваемый брачный договор от 21.02.2020 заключен в течение одного года до возбуждения дела о банкротстве должника (11.02.2021), то есть в период подозрительности.

При этом судами установлено, что в реестр требований кредиторов включены требования ИП ФИО8 на сумму 138 844 561,74 руб., указанная задолженность образовалась в связи с привлечением ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Атмосфера» (Определение арбитражного суда от 14.09.2020г. по делу № А40-203818/19).

В деле № А40-203818/19 о банкротстве ООО «Атмосфера», которое решением суда от 21.10.2019 признано банкротом, установлено, что ФИО1 являлся контролирующим ООО лицом (директор, участник).

06.12.2019 на основании выданного арбитражным судом исполнительного листа, постановлением ОСП по ЮВАО по г. Москве в отношении ФИО1 возбуждено исполнительное производство № 26817/19/44003-ИП. Предмет исполнения - передача конкурсному управляющему ООО «Атмосфера» документации общества.

30.01.2020 ФИО1 в ОСП предоставлены объяснения по указанному исполнительному производству, следовательно, ФИО1 до предоставления в ОСП своих объяснений (30.01.2020) уже был осведомлен о наличии возбуждённого в отношении него исполнительного производства и претензий со стороны конкурсного управляющего ООО и его кредиторов.

21.02.2020 между Губаренковым И.А. и Губаренковой Е.С. заключен брачный договор (удостоверенный нотариусом г. Москвы Сигал Е.И.; № в реестре 77/649-н/77-2020-3- 683).

По условиям брачного договора в случае расторжения брака, в личную собственность ответчицы – ФИО3 переходит принадлежащая должнику (ФИО1) квартира общей площадью 76,8 к.в.м., Кадастровый номер: 77:07:0005007:2229, находящаяся по адресу: <...> –я Филевская, дом 8, корп.4, кв. 106, кадастровой стоимость 17,5 млн. руб. (приблизительная рыночная стоимость 25 млн. руб.).

По условиям брачного договора спорное имущество (квартира), подлежащее специальной регистрации или учету, приобретенное ФИО1 30.12.2008 до брака с ФИО3 (21.06.2016), и до момента заключения договора (21.02.2020), будет считаться исключительной собственностью ФИО3

Какого-либо встречного предоставления в пользу ФИО1 от ФИО3 за переходящее в ее собственность имущество оспариваемым брачным договором не предусмотрено.

Таким образом, судами установлено, что указанная сделка безвозмездна, заключена без встречного предоставления, брачный договор заключен на неравноценных условиях и в результате заключения брачного договора уменьшилась конкурсная масса должника, поскольку должник лишился права собственности на спорное имущество без представления встречного исполнения. 25.02.2020 конкурсным управляющим ООО «Атмосфера» по делу № А40203818/19 подано заявление о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности, следовательно, брачный договор был заключен уже после имевшихся оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО и за 4 дня до обращения управляющего в суд соответствующим заявлением.

При этом, определением суда от 14.09.2020г. по делу № А40-203818/19 ФИО1 привлечен к ответственности (не обращение в суд с заявлением о банкротстве, не передача документации).

Таким образом, на момент заключения брачного договора (21.02.2020) ФИО1 должен был осознавать о направленности его действий на причинение вреда имущественным правам кредиторов ООО «Атмосфера», при этом ему было доподлинно известно о наличии признаков неплатежеспособности организации в силу занимаемой должности генерального директора и статуса единственного участника общества.

Суды посчитали, что ФИО1 не мог не знать и должен был предполагать, что неизбежным следствием наличия претензий со стороны кредиторов и признаков неплатежеспособности ООО, могло послужить основанием для привлечения последнего к субсидиарной ответственности по долгам ООО, а, следовательно, последующее обращение взыскания на принадлежащее имущество самого ФИО1, как естественный механизм для удовлетворения требований кредиторов ООО.

В связи с этим суды посчитали, что отчуждение ликвидных активов на безвозмездной основе в пользу аффилированного лица (супруга) в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами ООО является

обстоятельством, достаточным для констатации того, что у Губаренкова И.А. имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения сделки, которая фактически была направлена на сокрытие принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания.

26.02.2020 ФИО3 обратилась в Мировой суд за расторжением брака с должником (ФИО1).

14.04.2020 Решением мирового судьи брак между должником и ответчицей расторгнут.

В связи с расторжением брака и по условиям брачного договора от 21.02.2020 спорный дорогостоящий Объект переходит бывшей супруге – ФИО3, следовательно, заявление о расторжении брака заявлено ФИО3 через пять дней после заключения брачного договора (21.02.2020) и, на следующий день после подачи конкурсным управляющим ООО заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности (25.02.2020).

При этом в общедоступной информации сети «Интернет» сайта «КадАрбитр» по делу ООО «Атмосфера» также отражена дата поступления в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности – 25.02.2020.

Поведение должника и прямо взаимосвязанного с ним лица - ФИО3, по мнению судов, свидетельствует о направленности их действий на переоформление прав на ликвидное имущество, а также создание условий невозможности (и/или воспрепятствовании) взыскания с должника задолженности кредиторами, в связи с вероятностью обращения взыскания на имущество.

На основании изложенного, суды пришли к выводу, что совокупность обстоятельств свидетельствует, что брачный договор, заключенный ответчиками, является притворной сделкой, совершенной заинтересованными лицами в преддверии обращения конкурсного управляющего ООО «Атмосфера» с заявлением о привлечении ФИО1, как контролирующего ООО лица к субсидиарной ответственности с единственной целью - недопущение обращения взыскания на имущество, в порядке статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьей 170 Граждансокго кодекса Российской Федерации.

При этом суды учли, что какой-либо разумной цели и мотивах такого поведения должник и его супруга не раскрыли.

Одновременно суды отметили, что 10.03.2020 и 07.05.2020 конкурсным управляющим в деле № А40-203818/19 о банкротстве ООО «Атмосфера» заявлялись обеспечительные меры в отношении имущества ФИО1, в связи с его действиями по выводу принадлежащих ему активов.

Недобросовестному поведению гр. ФИО1 дана правовая оценка Арбитражным судом Московского округа при рассмотрении вопроса о принятии обеспечительных мер, что отражено в Постановлении суда округа от 22.09.2020 по делу № А40-203818/19.

В связи с изложенным, суды пришли к выводу, что оспариваемый брачный договор был направлен не на справедливое распределение имущества супругов, а на вывод ликвидного имущества должника в условиях, очевидно свидетельствующих о дальнейшем взыскании с ФИО1 задолженностей по обязательствам возглавляемого им Общества.

При этом суды признали ошибочным довод ответчика и должника о совершении обычной внутрисемейной сделки, поскольку с точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника или свойственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника. Финансовый управляющий верно указал на то, что по смыслу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве ответчик являлась заинтересованным лицом по отношению к должнику, соответственно, к ней подлежала применению презумпция осведомленности контрагента должника о противоправной цели совершения сделки, установленная абзацем первым пункта 2 статьи 61.2 Закона, которую ни должник, ни ответчик не опровергли. Вследствие безвозмездной передачи недвижимости вред имущественным интересам кредиторов был причинен, поскольку они лишились возможности получить удовлетворение за счет переданной в дар недвижимости.

Суды также отклонили довод о том, что признание сделок недействительными не приведет к восстановлению прав кредиторов, поскольку объект недвижимости защищен исполнительским иммунитетом, поскольку у должника имеются иные жилые помещения, принадлежащие ему на праве собственности, пригодные для проживания. Вопрос о том, какое из помещений будет защищено исполнительским иммунитетом, подлежит разрешению судом только после рассмотрения всех споров, касающихся применения последствий недействительности сделок с жилыми помещениями, и окончательного определения перечня жилья, в том числе возвращенного по реституционным требованиям, в рамках отдельного самостоятельного обособленного спора.

С учетом того, что право собственности за ответчиком в ЕГРН не зарегистрировано в связи с наличием принятого судебного акта об обеспечительных мерах в виде запрета на осуществление регистрационных действий, суды пришли к выводу о том, что в качестве последствий недействительности сделки подлежат применению последствия в виде признания отсутствующими обязательства ФИО1 и ФИО3 по Брачному договору от 21.02.2020.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 Постановления N 63).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Для квалификации сделки как совершенной при злоупотреблении правом в материалы дела должны быть представлены доказательства того, что, совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обеих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10

Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

По общему правилу, установленному гражданским законодательством, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (ст. 256 ГК РФ, ст. 34 Семейного кодекса РФ).

При этом супругам предоставлена возможность заключения соглашения по поводу юридической судьбы приобретенного ими имущества.

В частности, в соответствии со статьей 42 Семейного кодекса Российской Федерации брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности, установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

Брачный договор может быть заключен как до государственной регистрации заключения брака, так и в любое время в период брака, как в отношении имеющегося, так и в отношении будущего имущества супругов.

Вместе с тем, в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Оценив оспоренную сделку на предмет ее ничтожности на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды правомерно усмотрели обстоятельства, указывающие на злоупотребление сторонами правом, направленности действий сторон на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, их сговора для реализации противоправных целей и нарушения иных охраняемых законом прав лиц.

Кроме того, согласно пункту 25 постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка недействительна с момента ее совершения.

Это правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 настоящего Федерального закона, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены.

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Иная оценка заявителями жалоб установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационных жалоб по заявленным в них доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 30.08.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2022 по делу № А40-11147/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Е.Л. Зенькова Судьи: А.А. Дербенев Н.Я. Мысак