Постановление от 27 сентября 2023 г. по делу № А60-54974/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5747/23

Екатеринбург

27 сентября 2023 г.


Дело № А60-54974/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 20 сентября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 сентября 2023 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е.А.,

судей Морозова Д.Н., Шершон Н.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание), кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» (далее – общество «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха», истец) на решение Арбитражного суда Свердловской области от 24.12.2022 по делу № А60-54974/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие представитель общества «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» – ФИО2 по доверенности от 25.07.2023.

Общество «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» обратилось в суд с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Запсибэлектроинжиниринг» (далее – общество «Запсибэлектроинжиниринг») и взыскании с них денежных средств в сумме 2 425 088 руб. 46 коп. основного долга, 908 869 руб. 41 коп. индексации, 984 837 руб. 26 коп. процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 06.06.2016 по 20.01.2022 с продолжением начисления процентов на сумму основного долга сумме 2 425 088 руб. 46 коп. с 21.01.2022 по дату фактического исполнения судебного акта.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 24.12.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2023 суд перешел к рассмотрению указанного искового заявления по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2023 решение суда первой инстанции от 24.12.2022 отменено; в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление суда апелляционной инстанции от 26.05.2023 отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на то, что им в ходе рассмотрения спора приводились доводы о наличии оснований для взыскания убытков - недобросовестное поведение ФИО4, указывает, что ФИО4 получал от общества «Запсибэлектроинжиниринг» денежные средства под предлогом возврата займов в период, когда у общества имелись неисполненные обязательства перед обществом «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха»; платежи в пользу ФИО4 от имени общества совершал ФИО3, однако, доводы о наличии оснований для взыскания убытков судами во внимание не приняты. Кроме того, кассатор считает, что у судов нижестоящих инстанций отсутствовали основания для применения абзаца 3 пункта 11 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), поскольку из положений статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.20 Закона о банкротстве не следует, что к данным правоотношениям применим абзац 3 пункта 11 статьи 61.11Закона о банкротстве; считает, что имелись основания для применения положений статей 15,53 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В представленном отзыве финансовый управляющий имуществом ФИО4 – ФИО5 просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность постановления суда апелляционной инстанции с учетом норм статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа оснований для отмены судебного акта не усматривает.

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.12.2015 по делу № А60-55480/2015 общество с ограниченной ответственностью «Уралсибэнергострой» (далее – общество «Уралсибэнергострой») признано несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство.

Определением суда от 06.06.2016, вынесенным по указанному делу платежи, совершенные обществом «Уралсибэнергострой» в пользу общества «Запсибэлектроинжиниринг» в общей сумме 2 425 088 руб. 46 коп., признанны недействительной сделкой; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества «Запсибэлектроинжиниринг» в пользу общества «Уралсибэнергострой» денежных средств в сумме 2 425 088 руб. 46 коп.; восстановлены права требования общества «Запсибэлектроинжиниринг» к обществу «Уралсибэнергострой» в сумме 105 088 руб. 46 коп.

Определением суда от 23.07.2020 по тому же делу удовлетворено заявление общества «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» о процессуальном правопреемстве, произведена замена кредитора общества с ограниченной ответственностью «Консалтинговая группа «ИнтраЮс» (далее – общество «Консалтинговая группа «ИнтраЮс») на общество «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха».

Между обществом «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» и обществом «Уралсибэнергострой» в лице конкурсного управляющего заключено соглашение об отступном от 04.02.2021 № 1, по условиям которого общество «Уралсибэнергострой» передало истцу права требования к обществу «Запсибэлектроинжиниринг» в сумме 2 425 088 руб. 46 коп. с оценкой их стоимости в сумме 120 000 руб. и права требования к обществу с ограниченной ответственностью Консалтинговая компания «Технологии бизнеса» (далее – общество Консалтинговая компания «Технологии бизнеса) в сумме 5 223 067 руб. 05 коп. с оценкой их стоимости в сумме 170 000 руб.; после заключения настоящего соглашения размер обязательств общества «Уралсибэнергострой» перед обществом «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» составляет 3 354 961 руб. 65 коп. (с учетом прекращения части обязательства на сумму 290 000 руб.)

Определением от 24.03.2021 конкурсное производство в отношении общества «Уралсибэнергострой» завершено.

Определением суда от 30.04.2021 по делу № А60-55480/2015 произведена замена общества «Уралсибэнергострой» на общество «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» в части права требования к обществу «Запсибэлектроинжиниринг» в сумме 2 425 088 руб. 46 коп.

В дальнейшем, общество «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании общества «Запсибэлектроинжиниринг» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 23.08.2021 по делу № А60-36801/2021 производство по делу о банкротстве общества «Запсибэлектроинжиниринг» прекращено на основании пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве ввиду отсутствия денежных средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения общества «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» в суд с настоящим иском.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ФИО3 является единоличным исполнительным органом должника, ФИО4 – единственным участником должника, что подтверждается сведениями, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ).

Истец указывает, что со счета общества «Запсибэлектроинжиниринг» ФИО4 переведены денежные средства в общей сумме 6 544 690 руб., в том числе 5 215 000 руб. с указанием назначения платежа: «по договору займа от 06.09.2013 № 7/13»; 1 187 000 руб. с указанием назначения платежа: «по договору займа от 30.10.2013 № 9/13»; 142 690 руб. с указанием на возмещение расходов по командировке.

Кроме того, ФИО4 от контрагента должника – акционерного общества «РЭТЗ Энергия» (далее – общество «РЭТЗ Энергия»), минуя расчетный счет самого общества «Запсибэлектроинжиниринг», получены денежные средства в общей сумме 2 684 500 руб., в том числе 2 165 500 руб. по договору подряда от 08.08.2016 № 5/РД; 519 000 руб. по договору подряда по выполнению авторского надзора от 15.08.2016 № 1508/2016.

Указанные денежные средства получены ФИО4 в период с 11.02.2016 по 22.03.2018, тогда как в качестве применения последствий недействительности сделки с должника взыскана задолженность в сумме 2 425 088 руб. 43 коп. (определение суда от 06.06.2016 по делу № А60-55480/2015).

Так, ФИО3, являясь единоличным исполнительным органом должника, совершал от имени общества «Запсибэлектроинжиниринг» вышеуказанные платежи в пользу ФИО4 при наличии задолженности перед обществом «Уралсибэнергострой».

Также ФИО3 от лица общества «Запсибэлектроинжиниринг» подписал и направил в адрес общества «РЭТЗ Энергия» письма от 07.07.2017 № Е-23/17, от 21.03.2018 № Е-35/18, от 06.12.2017 № Е-40/17 с просьбой перечислить денежные средства не на счет должника, а на счет ФИО4 Всего по вышеуказанным письмам в пользу ФИО4 перечислено 2 684 500 руб.

По мнению истца, если бы ФИО3 не распорядился перевести средства со счета должника на счет ФИО4 в сумме 6 544 690 руб. и не указал бы обществу «РЭТЗ Энергия» перевести 2 684 500 руб., предназначавшиеся должнику, на счета ФИО4, а направил бы их на погашение задолженности перед истцом (его правопреемником), обстоятельства, связанные с невозможностью удовлетворения требований кредиторов, то есть объективное банкротство должника, не наступили бы.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции руководствовался следующим.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами статьи 10 Закона о банкротстве.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Как следует из пункта 3 статьи 4 Закон № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу указанного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

При этом действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Конституционным Судом Российской Федерации принята позиция, изложенная в частности в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, согласно которой преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, возможность распространения норм Закона № 266-ФЗ на отношения, возникшие до вступления его в силу, затрагивает только процессуальные правила. Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Установив, что общество «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» обратилось в суд с рассматриваемым заявлением 25.10.2021, то есть после 01.07.2017, в обоснование заявления положены обстоятельства, имевшие место в период 11.02.2016 по 22.03.2018, суд апелляционной инстанции заключил, что в данном случае заявление подлежит рассмотрению в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, с применением к существу заявленных требований Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, действующей в период вменяемого нарушения.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Аналогичное правило закреплено в пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 23 постановления Пленума № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка; заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчика на опровержение приведенных заявителем доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности.

Судом апелляционной инстанции отмечено, что в соответствии с пунктом 4 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае, предусмотренном пунктом 3 настоящей статьи, лицо, заявление которого о банкротстве должника было возвращено, кредиторы в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с указанных в пункте 1 настоящей статьи лиц убытков, причиненных по их вине должнику, в сумме, не превышающей размера требований такого кредитора к должнику.

Указанная норма подтверждает, что убытки, причиненные имущественной массе должника по причине ненадлежащего исполнения органами управления корпорации своих обязанностей по управлению должником, могут возмещаться в интересах кредиторов только в пределах размера обязательств должника перед кредиторами.

В пункте 20 постановления Пленума № 53 содержатся разъяснения, согласно которым при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков

В обоснование заявленных требований истец указал, что неправомерные действия ответчиков по перечислению денежных средств должника в пользу ФИО4 в период с 06.06.2016 по 29.07.2017 в сумме 4 232 000 руб., после 29.07.2017 – в сумме 3 644 500 руб., при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами, подтвержденных определением суда от 06.06.2016 по делу № А60-55480/2015, повлекли за собой невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Суд апелляционной инстанции по результатам исследования всех представленных в материалы дела доказательств констатировал, что определением суда от 06.06.2016 по делу № А60-55480/2015, на основании которого возникла задолженность, предъявляемая истцом ко взысканию с ответчиков в порядке привлечения к субсидиарной ответственности, установлены следующие обстоятельства:

- на момент совершения сделок ФИО4 являлся единственным участником общества «Уралсибэнергострой», ввиду чего общество «Запсибэлектроинжиниринг» являлось заинтересованным лицом по отношению к обществу «Уралсибэнергострой»;

- совершенные обществом «Уралсибэнергострой» действия по перечислению денежных средств являются недобросовестными, неразумными, объективно причиняющими вред его кредиторам ввиду безосновательного вывода активов, общество «Запсибэлектроинжиниринг» знало или должно было знать об указанной цели общества «Уралсибэнергострой» к моменту совершения сделки;

- поскольку спорные платежи направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов, фактически направлены на вывод активов подконтрольному лицу, указанное поведение сторон является злоупотреблением гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.08.2018 по делу № А60-55480/2015 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6, ФИО4, ФИО7 (являлась единоличным исполнительным органом общества «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» и его единственным участником) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Уралсибэнергострой».

Указанным судебным актом установлено следующее:

- ФИО6 являлся руководителем общества «Уралсибэнергострой», ФИО4 – участником этого общества, ФИО7 являлась главным бухгалтером общества «Уралсибэнергострой», а также директором, а впоследствии ликвидатором общества «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха», которое оказывало обществу «Уралсибэнергострой» бухгалтерские услуги по сопровождению деятельности предприятия;

- определениями суда от 06.06.2016 ряд сделок должника признан недействительным, ввиду отсутствия встречного предоставления, контрагентами должника являлись: общество «Запсибэлектроинжиниринг» – единственный участник ФИО4, общество Консалтинговая компания «Технологии бизнеса» – единственный участник ФИО7, общество с ограниченной ответственностью «Уралгеотехсервис» (далее – общество «Уралгеотехсервис») – ФИО4 один из участников; ФИО4 не мог не знать о совершенных обществом «Уралгеотехсервис» сделках и понимал, что перечисление денежных средств общества «Уралсибэнергострой» в адрес общества «Запсибэлектроинжиниринг» и общества «Уралгеотехсервис» не имело реального основания и явилось выводом активов общества «Уралсибэнергострой»; относительно сделки с обществом Консалтинговая компания «Технологии бизнеса» данный вывод сделан и в отношении ФИО7, также располагающей информацией об обществе «Уралсибэнергострой»;

- ФИО7 лично принимала участие в подготовке и сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности общества «Уралсибэнергострой», что подтверждается указанием ее фамилии в следующих документах бухгалтерской и налоговой отчетности: в балансе общества за 2014 год, декларациях за НДС за 1-4 кварталы 2015 года, в декларации по налогу на имущество организаций за 3, 6, 9 месяцев 2015 года, в декларации по налогу на прибыль организаций за 3, 6, 9, 12 месяцев 2015 года; ликвидатор и прежний генеральный директор общества Консалтинговая компания «Технологии бизнеса» ФИО7, участвуя в составлении и подписании бухгалтерской и налоговой документации, не могла не знать о фактическом финансовом состоянии общества «Уралсибэнергострой»; наряду с ФИО6 и ФИО4 являлась лицом, контролирующим должника. Отнесение ФИО7 к числу контролирующих должника лиц, ее участие в подготовке и сдаче бухгалтерской и налоговой отчетности общества «Уралсибэнергострой» указывает на ее осведомленность о совершаемых обществом «Уралсибэнергострой» вышеперечисленных сделках, имеющих целью вывод активов общества в пользу заинтересованных лиц в отсутствие какого-либо встречного предоставления.

Апелляционный суд, проанализировав указанные выше обстоятельства, приняв во внимание, что основанием предъявляемых к ответчикам в настоящем деле требований о взыскании в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Запсибэлектроинжиниринг» является задолженность, сформированная путем совершения неправомерных действий, в том числе при злоупотреблении правом при непосредственном участии ФИО7, являвшейся главным бухгалтером общества «Уралсибэнергострой», при этом также являвшейся непосредственным и единственным выгодоприобретателем от деятельности общества «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха», констатировал, что в данном случае требования к ответчикам предъявлены лицом, принимавшим участие, наряду с ФИО4 со стороны общества «Уралсибэнергострой» и общества «Запсибэлектроинжиниринг», а также ФИО3 со стороны общества «Запсибэлектроинжиниринг», в выводе активов общества «Уралсибэнергострой», преследующем цель причинения вреда имущественным правам кредиторов общества «Уралсибэнергострой».

Так, при разрешении настоящего спора суд апелляционной инстанции исходил из того, что в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица не включаются требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Из материалов дела следует и лицами, участвующими в деле, не опровергнуто, что, обращаясь в суд с заявлением о признании общества «Запсибэлектроинжиниринг» несостоятельным (банкротом), общество «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» указало на наличие указанной выше задолженности; при этом на стадии рассмотрения вопроса об обоснованности заявления истца суд не установил наличие иных кредиторов у общества «Запсибэлектроинжиниринг».

Судом апелляционной инстанции отмечено, что, вопреки позиции истца, факт возбуждения дела о банкротстве № А60-1305/2020 по заявлению уполномоченного органа не может быть принят в качестве доказательства наличия у общества «Запсибэлектроинжиниринг» иных кредиторов, поскольку, несмотря на опубликование в Едином федеральном реестре юридически значимых сведений о фактах деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и иных субъектов экономической деятельности сообщения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании общества «Запсибэлектроинжиниринг» банкротом, иные кредиторы к данному заявлению не присоединились.

При таком положении, апелляционный суд заключил, что общество «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» является единственным кредитором общества «Запсибэлектроинжиниринг», в то же время, принимая во внимание, что задолженность, на которую ссылается истец, образовалась вследствие неправомерных действий, в том числе лица, являющегося единственным выгодоприобретателем от деятельности общества «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха», в свою очередь, осведомленного о неправомерности соответствующих действий, пришел к выводу о том, что в отсутствие указанных неправомерных действий по выводу активов общества «Уралсибэнергострой» в сумме 2 425 088 руб. 46 коп. в пользу общества «Запсибэлектроинжиниринг», отсутствовали бы и правовые основания для возбуждения в отношении должника дела о банкротстве.

Помимо прочего, суд апелляционной инстанции принял во внимание, что первоначальным взыскателем в отношении спорной задолженности являлось общество «Уралсибэнергострой», то есть заинтересованное лицо по отношению к обществу «Запсибэлектроинжиниринг», при этом последующий переход соответствующего права требования к обществу «Запсибэлектроинжиниринг» от общества «Уралсибэнергострой» к истцу очередность его удовлетворения не изменяет, а значит, требования, основанные на определении суда от 06.06.2016 по делу № А60-55480/2015,не могут быть включены в размер субсидиарной ответственности контролирующих общество «Запсибэлектроинжиниринг» лиц.

По результатам исследования материалов дела суд апелляционной инстанции заключил, что ФИО4, ФИО3, ФИО6, ФИО7 участвовали в выводе активов общества «Уралсибэнергострой», то есть действовали совместно, преследуя цель причинения вреда имущественным правам кредиторов этого общества.

Так, вменяемые ответчикам действия имели место в период с 11.02.2016 по 22.03.2018, то есть до заключения договора уступки права требования (цессии) от 20.12.2019 № 1, по результатам заключения которого истец стал единственным кредитором общества «Уралсибэнергострой», и до заключения соглашения об отступном от 04.02.2021 № 1, по результатам заключения которого право требования в сумме 2 425 088 руб. 46 коп. перешло к истцу.

Отсюда следует, что на момент совершения указанных действий имелся вступивший в законную силу судебный акт от 06.06.2016 по делу № А60-55480/2015, однако ответчики, совершая вменяемые им действия, не преследовали цель неисполнения обязательств перед истцом, а продолжали осуществление цели причинения вреда имущественным правам кредиторов общества «Уралсибэнергострой» путем создания ситуация невозможности возврата в конкурсную массу данного лица ранее безвозмездно выведенных активов.

При этом, учитывая, что ранее ФИО7 принимала участие в совершении соответствующих неправомерных действий, а также с учетом того, чтов рассматриваемом исковом заявлении истцом в обоснование заявленных исковых требований указано на то, что ответчиками после возникновения у общества «Запсибэлектроинжиниринг» перед истцом планомерно уменьшались активы, о чем могла бы свидетельствовать выписка по движению денежных средств общества с указанием конкретного счета, апелляционный суд счел, что ФИО7 была осведомлена о вменяемых ответчикам в настоящем деле действиях, приведших, по мнению истца, к невозможности удовлетворения его требований.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции признал необоснованным довод общества «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» о том, что исключительно действия ответчиков по перечислению причитающихся обществу «Запсибэлектроинжиниринг» денежных средств непосредственно ФИО4 явились причиной невозможности исполнения определения суда от 06.06.2016 по делу № А60-55480/2015, поскольку после вступления в законную силу названного судебного акта, 09.08.2016 и 22.08.2016, на счет должника от общества «РЭТЗ Энергия» поступили денежные средства в сумме 10 000 000 руб., что, с учетом выдачи исполнительного листа 30.06.2016, указывает на наличие возможности исполнения данного судебного акта; кроме того, обстоятельства дела № А60-55480/2015 свидетельствуют о том, что приобретение истцом в указанном деле прав требований к обществу «Уралсибэнергострой», вследствие чего в дальнейшем было заключено соглашение об отступном от 04.02.2021 № 1, обусловлено, прежде всего, фактом привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Уралсибэнергострой» (определение суда от 10.08.2018).

Из общедоступных сведений, размещенных в информационной системе «Картотека арбитражных дел», в том числе дела № А70-15373/2018 (определение суда от 21.10.2021), следует, что ФИО7 в полном объеме (3 401 810 руб. 57 коп.) погашена задолженность перед обществом «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» на основании определения суда от 11.03.2021 по делу № А60-55480/2015, которым определен размер субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО4, ФИО7 по обязательствам общества «Уралсибэнергострой»; требования ФИО7 в сумме 1 133 936 руб. 85 коп., возникшие в связи с погашением ею задолженности, взысканной солидарно в порядке привлечения к субсидиарной ответственности, включены в реестр требований кредиторов ФИО4; из дела № А60-28473/2021 (решение суда от 13.09.2021) следует, что с ФИО6 в пользу ФИО7 взыскано 1 133 936 руб. 85 коп. (1/3 часть от общей погашенной суммы).

Таким образом, суд апелляционной инстанции отметил, что, приобретая права требования к обществу «Уралсибэнергострой», истец в лице ФИО7 преследовал цель получения контроля над процессом привлечения контролирующих общество «Уралсибэнергострой» лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам, а также недопущения ситуации принудительного исполнения судебного акта о взыскании задолженности в сумме 5 223 067 руб. 05 коп. с общества Консалтинговая компания «Технологии бизнеса», при том, что единоличным исполнительным органом и единственным участником общества Консалтинговая компания «Технологии бизнеса» являлась ФИО7, что подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ.

При таких обстоятельствах апелляционный суд заключил, что предъявление рассматриваемых требований обусловлено попыткой компенсации затраченных истцом денежных средств на приобретение правк обществу «Уралсибэнергострой», ввиду чего, наряду с вышеизложенными выводами о невозможности включения требований истца в размер субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО4, пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Запсибэлектроинжиниринг».

Далее, исходя из того, что в соответствии с договором уступки права требования (цессии) от 20.12.2019 № 1 права требования к обществу «Уралсибэнергострой» в общей сумме 2 855 181 руб. 69 коп. приобретены обществом «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» по цене 1 200 000 руб., то есть со значительным дисконтом; впоследствии право требования к обществу «Запсибэлектроинжиниринг» перешло к истцу в связи с заключением соглашения об отступном от 04.02.2021 № 1, стоимость данного права требования определена в сумме 120 000 руб., принимая во внимание цену приобретения права требования к обществу «Уралсибэнергострой», обусловившего возможность дальнейшего приобретения прав требования к обществу «Запсибэлектроинжиниринг» по цене 120 000 руб., учитывая, что ФИО7 в полном объеме исполнен судебный акт о привлечении ее, ФИО4 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Уралсибэнергострой», суд апелляционной инстанции, руководствуясь разъяснениями, изложенными в пункте 20 постановления Пленума № 53, статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, исследовав материалы дела относительно наличия оснований для взыскания с ответчиков убытков, пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 и ФИО4 к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия всей необходимой и достаточной совокупности оснований для привлечения ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности и взыскания с них убытков, а также и из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Довод кассационной жалобы о невозможности применения в рассматриваемом случае положений статьи 61.11 Закон о банкротстве судом округа во внимание не принят, поскольку являлся предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, был отклонен.

При этом иск о привлечении к субсидиарной ответственности является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства. При разрешении требования о привлечении к субсидиарной ответственности интересы кредиторов противопоставляются лицам, управлявшим должником, контролировавшим его финансово-хозяйственную деятельность. Таким образом, требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты. Именно поэтому, в том числе абзац третий пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящее время устанавливает правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Если кредиторы являлись причастными к управлению должником и не имеют статуса независимых кредиторов, то они лишены возможности заявлять требование о привлечении к субсидиарной ответственности. Предъявление подобного иска может быть расценено, как попытка компенсировать последствия своих неудачных действий по вхождению в капитал должника и инвестированию в его бизнес. В то же время механизм привлечения к субсидиарной ответственности не может быть использован для разрешения корпоративных споров. Если заинтересованные кредиторы полагают, что контролирующие должника лица как их партнеры по бизнесу действовали неразумно или недобросовестно по отношению к обществу, то они не лишены возможности прибегнуть к средствам защиты, имеющимся в арсенале корпоративного (но не банкротного) законодательства, в частности, предъявление требований о взыскании убытков, исключении из общества, оспаривании сделок по корпоративным основаниям и прочее (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837).

Ссылка кассатора на судебную практику Арбитражного суда Уральского округа подлежит отклонению, поскольку указанные заявителем судебные акты приняты по делам, обстоятельства которых не идентичны обстоятельствам, установленным в рамках настоящего спора.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, были предметом исследования апелляционного суда, получили правовую оценку, не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судом апелляционной инстанции при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебного акта; выводов суда не опровергают, о нарушении им при принятии обжалуемого судебного акта норм права не свидетельствуют, касаются фактических обстоятельств дела и доказательственной базы по спору, тогда как переоценка таковых выходит за рамки компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных нормами статей 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а потому является недопустимой (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм материального и (или) процессуального права, которые могли бы повлечь изменение или отмену судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2023 подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2023 по делу № А60-54974/2021 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Центр обслуживания бизнеса «Партнеры успеха» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Е.А. Павлова


Судьи Д.Н. Морозов


Н.В. Шершон