Постановление от 14 июня 2024 г. по делу № А57-11634/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-3168/2024

Дело № А57-11634/2021
г. Казань
14 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 июня 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Фатхутдиновой А.Ф.,

судей Ивановой А.Г., Третьякова Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Насыртдиновой Р.И. (протоколирование ведется с использованием систем веб-конференции, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу),

при участии посредством веб-конференции представителя:

АО «Нижневолжский коммерческий банк» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» - ФИО1 (доверенность от 28.06.2023),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, и их представителей,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 04.12.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2024

по делу № А57-11634/2021

по заявлению акционерного общества «Нижневолжский коммерческий банк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Феникс»

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Феникс» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Саратовской области от 01.09.2021 заявление акционерного общества «Нижневолжский коммерческий банк» (далее – АО «НВК банк») в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – ГК «АСВ») о признании общества с ограниченной ответственностью «Феникс» (далее - ООО «Феникс», должник) несостоятельным (банкротом) признано обоснованным,в отношении должника введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утвержден ФИО3 (далее - ФИО3).

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 19.09.2022 ООО «Феникс» признано несостоятельным (банкротом); конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 01.10.2021 требование АО «НВКбанк» включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 285 156 488,78 руб., в том числе 167 100 000 руб. - просроченная задолженность по основному долгу, 53 164 425,49 руб. - просроченная задолженность по процентам на срочную ссуду, 55 486 772,31 руб. - просроченная задолженность по процентам на просроченную ссуду, 7 135 170 руб. - пени на просроченную задолженность по основному долгу, 2 270 120,98 руб. - пени на просроченную задолженность по процентам на срочную ссуду.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 21.03.2022 требование АО «НВКбанк» включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 23 380 271,32 руб., из которых просроченная задолженность по процентам на просроченную ссуду - 19 832 252,06 руб., пени на просроченную задолженность по основному долгу - 2 539 920 руб., пени на просроченную задолженность по процентам на срочную ссуду – 808 099,26 руб., государственная пошлина, взысканная решением Арбитражного суда Саратовской области от 03.03.2021 по делу № А51-19114/2020 – 200 000 руб.

28.04.2023 в Арбитражный суд Саратовской области обратился конкурсный кредитор - АО «НВКбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) по обязательствам должника и взыскании с него 308 536 760,10 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 04.12.2023 заявление АО «НВКбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица удовлетворено. Признано доказанным наличие оснований для привлечения контролирующего должника лица - руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2024 определение Арбитражного суда Саратовской области от 04.12.2023 изменено.

В предпоследнем абзаце мотивировочной части определения указать, что размер субсидиарной ответственности, подлежащий взысканию со ФИО2 в пользу конкурсного кредитора АО «НВКбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» составляет 308 536 760,10 руб.

Резолютивная часть судебного акта дополнена абзацами следующего содержания:

«Приостановить рассмотрение заявления акционерного общества «Нижневолжский коммерческий банк» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица до окончания расчетов с кредиторами.

Направить вопрос о возобновлении производства по заявлению и об определении размера ответственности контролирующего должника лица по окончании расчетов с кредиторами должника в Арбитражный суд Саратовской области».

В остальной части определение Арбитражного суда Саратовской области от 04.12.2023 оставлено без изменения.

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Саратовской области от 04.12.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2024 отменить, принять по обособленному спору новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления АО «НВКбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права.

В судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции, представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный кредитор возражает против приведенных в жалобе доводов, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы обособленного спора, выслушав представителя ФИО2, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе и в возражениях, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов обособленного спора, руководителем и единственным участником ООО «Феникс», начиная с 27.11.2013 по 19.09.2022, являлся ФИО2

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылался на то, что ФИО2 не исполнена обязанность по передаче документов и имущества должника конкурсному управляющему.

Признавая указанный довод обоснованным, суд первой инстанции отметил, что вопреки требованиям действующего законодательства (пункт 3 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве)), ФИО2 не предпринял мер по передаче в трехдневный срок с даты утверждения конкурсного управляющего бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, как и в дальнейшем в период процедуры конкурсного производства.

Согласно требованию о передаче документов и определению Арбитражного суда Республики Татарстан 26.07.2023 бывший руководитель должника должен был передать документы, связанные с деятельностью общества должника в соответствии со списком (59 пунктов), ФИО2 передача документации и имущества должника не обеспечена.

Судом первой инстанции принято во внимание, что согласно бухгалтерской (финансовой) отчетности по состоянию на 31.12.2020 отражены активы на сумму 194 169 000 руб., в том числе долгосрочные финансовые вложения в сумме 16 915 000 руб., запасы в сумме 122 339 000 руб., дебиторская задолженность в сумме 54 911 000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты в сумме 4000 руб., а не передача регистров бухгалтерского учета (в т.ч. оборотно-сальдовая ведомость по счетам), первичных учетных документов, в т.ч. документов по учету товарно-материальных ценностей (основной актив должника по бухгалтерскому балансу), документации, подтверждающая реальное наличие дебиторской задолженности (в т.ч. расшифровка дебиторской задолженности), привела к невозможности определения запасов предприятия, дебиторской задолженности и их дальнейшей реализации с целью погашения требований кредиторов, ввиду чего суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Также обоснованным признан судом довод конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения ФИО2 к ответственности по обязательствам должника ввиду совершения и одобрения сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов.

Судом установлено, что с расчетного счета должника № 40702810200000005958, открытого в АО «НВКбанк», ООО «Феникс» были перечислены денежные средства в общем размере 176 665 048 руб. на счета компаний с одинаковым назначением платежа (в счет оплаты за строительные материалы по договорам купли-продажи товара).

Суд принял во внимание пояснения АО «НВКбанк» о том, что указанные контрагенты должника по сделкам - ООО «Астона», ООО «Меркурий-Л», ООО «Вербена», ООО «Пегас», ООО «Теллус» составляют группу технических заемщиков АО «НВКбанк».

В том числе в отношении ООО «Феникс», ООО «Вербена», ООО «Теллус» и ООО «Пегас» установлены следующие обстоятельства, свидетельствующие о вхождении указанных организаций в одну группу и их технический характер:

- ООО «Пегас» и ООО «Теллус» зарегистрированы по одному адресу;

- ООО «Меркурий-Л» и ООО «Феникс» зарегистрированы по одному адресу;

- в рамках судебных споров по взысканию конкурсным управляющим задолженности с ООО «Вербена», ООО «Феникс», ООО «Теллус» и ООО «Пегас» представителем ответчиков являлось одно и тоже физической лицо (ФИО4);

- все организации перечисляли денежные средства в значительном размере на расчетные счета одних и тех же юридических лиц, а также на расчетные счета друг друга в счет оплаты за строительные материалы, при этом какие-либо правовые основания для перечисления соответствующих денежных средств отсутствуют (данные обстоятельства являются одним из оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности).

Кроме того, в отношении всех организаций было инициировано производство по делу о банкротстве, при этом обстоятельства возбуждения и рассмотрения дела аналогичны:

- заявитель по делу о банкротстве - АО «НВКбанк» (единственный либо мажоритарный кредитор с размером голосов более 80%) в связи с неисполнением заемщиками обязательств по возврату заемных денежных средств;

- в отношении 4 организаций на данный момент прекращено производство по делу в связи с отсутствием финансирования;

- ни по одному из должников не переданы бухгалтерская отчетность, первичные документы и иная финансово-хозяйственная документация, подтверждающая реальное осуществление хозяйственной деятельности и обосновывающая указанные выше перечисления (данные обстоятельства являются одним из оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности).

Несмотря на то, что ООО «Пегас», ООО «Вербена», ООО «Теллус» и ООО «Феникс» юридически не являются связанными между собой, но они перечисляли денежные средства, полученные от АО «НВК Банк», на расчетные счета одних и тех же юридических лиц, а также на расчетные счета друг друга.

Приговором Кировского районного суда г. Саратова от 03.03.2020 установлено, что ООО «ТЕХНОСНАБ» (ИНН <***>), ООО «РЕГИОН СТРОЙ» (ИНН <***>), ООО «ИМПЕРИЯ» (ИНН <***>), ООО «БИЗНЕСЛИГА» (ИНН <***>), ООО «ЛЕГИОН» (ИНН <***>) были зарегистрированы (приобретены) исключительно в целях осуществления незаконной банковской деятельности и фактически никогда не осуществляли финансово-хозяйственную деятельность.

При этом управляющим должника сделан вывод о том, что финансовое состояние должника в 2018-2020 гг. следует характеризовать как неплатежеспособное, финансово неустойчивое и нерентабельное. В том числе в рассматриваемом периоде организация имела предельно низкие значения индикаторов рентабельности, характерные для финансово-неустойчивого предприятия, находящегося в состоянии кризиса. На протяжении 2018-2020 гг. значение коэффициента обеспеченности отрицателеное, что говорит об отсутствии собственных оборотных средств и полной зависимости от заемных источников финансирования и кризисном финансовом состоянии.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу, что вышеуказанные неправомерные действия контролирующих должника лиц по перечислению денежных средств на счета фирм-однодневок явились причиной последующей несостоятельности Общества, полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица - ФИО2, одновременно указал при этом, что предельный размер ответственности ФИО2 составляет 308 539 760,10 руб.

Кроме того, суд первой инстанции принял во внимание процессуальное поведение ФИО2 в контексте распределения обязанностей по доказыванию, установленному пунктом 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений, данных в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53), счел, что доводы заявителя ответчиком не опровергнуты.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор, согласился с выводами суда первой инстанции касательно наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд апелляционной инстанции отклонил доводы о ненадлежащем извещении ФИО2 о времени и месте рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, как противоречащий представленным в материалы дела доказательствам.

Суд апелляционной инстанции установил, что в томе 1 на листе дела 49 имеется почтовое уведомление, из которого следует, что ФИО2 лично был извещен о времени и месте судебного заседания 07.07.2023, по месту своей регистрации, на уведомлении имеется подпись ФИО2, доказательств обратного в материалы дела не представлено, заявлений о фальсификации либо недостоверности указанного почтового извещения не заявлено. Суд отметил, что неполучение иной судебной корреспонденции, с учетом наличия сведений о споре у апеллянта, не извещение о проживании по иному месту жительства не могут быть приняты судом в качестве доказательств не извещения.

Суд апелляционной инстанции также отклонил доводы о том, что ФИО2 являлся номинальным руководителем должника, фактически не исполнявшим функции директора, не участвовал в финансово-экономической деятельности должника, не осуществлял распоряжение счетом должника, истребуемые документы о ведении финансово-хозяйственной деятельности в его распоряжении никогда у него не находились, как несостоятельные.

Как установлено судом апелляционной инстанции, с даты учреждения ООО «Феникс» по настоящее время только ФИО2 владел 100% уставного капитала общества и занимал должность генерального директора; действуя разумно, ФИО2 был вправе отказаться от (продолжения) осуществления деятельности, которая могла вызывать у него сомнения в ее правомерности. Однако за период с 27.11.2013 (дата учреждения ООО «Феникс») по 31.05.2021 (дата подачи заявления о признании ООО «Феникс» несостоятельным) ФИО2 ни разу не предпринял такой попытки (прекратить деятельность общества в целом, уйти с должности генерального директора, произвести отчуждение 100% доли в уставном капитале).


Суд апелляционной инстанции указал, что соглашаясь на учреждение 27.11.2013 ООО «Феникс», подписывая соответствующие заявления, ФИО2 должен (обязан) был в полной мере осознавать как ответственность за свои действия, так и последствия совершения этих действий.

В суде апелляционной инстанции представитель ФИО2 не отрицал, что финансово-хозяйственные документы должника, включая сделки с имуществом, заключал и подписывал от должника ФИО2

Судом апелляционной инстанции учел, что согласно бухгалтерских и налоговых документов у должника были активы на сумму 194 169 000 руб., в результате совершенных руководителем должника сделок из владения должника выбыли активы на сумму 176 665 048 руб., доказательств получения должником результате указанных сделок соразмерного встречного предоставления материалы дела не содержат.

Суд апелляционной инстанции исходил из недоказанности фактическое управление должником ФИО5, отметив, что по общему правилу, номинальный руководитель также, как и фактический руководители, несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно.

Также суд апелляционной инстанции отметил, что судом первой инстанции в обжалуемом судебном акте указан размер максимальной возможной реестровой ответственности контролирующего должника лица по обязательствам перед АО «НВКбанк» и ФНС России, однако указанный размер может быть изменен судом первой инстанции по результатам реализации имущества должника, а также на основании мотивированного ходатайства ответчика с учетом его возможной номинальности участия в деятельности должника.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции счел необходимым исправить допущенную в предпоследнем абзаце мотивировочной части определения ошибку, указав, что размер субсидиарной ответственности, подлежащий взысканию со ФИО2 в пользу конкурсного кредитора АО «НВКбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» составляет 308 536 760,10 руб., а не 308 539 760,10 руб.

Кроме того, суде апелляционной инстанции, руководствуясь положениями пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, разъяснениями, содержащимися в пункте 41 постановления Пленума № 53, дополнил резолютивную часть судебного акта абзацем, содержащим указание на приостановление рассмотрения заявления АО «НВКбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица до окончания расчетов с кредиторами.

В пункте 42 постановления Пленума № 53 также указано, что в случае приостановления производства по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности судом апелляционной инстанции в резолютивной части постановления также указывается на направление вопросов о возобновлении производства по делу и об определении размера ответственности в суд первой инстанции (пункты 8 и 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции указал, что вопрос о возобновлении производства по заявлению и об определении размера ответственности контролирующего должника лица по окончании расчетов с кредиторами должника должен быть рассмотрен в суде первой инстанции.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленных судами, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

В силу подпункта 1 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица, либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 23 постановления Пленума № 53, следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке. По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Согласно пункту 56 постановления Пленума № 53, по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ).

Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Таким образом, возлагаемый Законом о банкротстве на контролирующих должника лиц повышенный стандарт доказывания, связанный с опровержением поименованных в Законе о банкротстве презумпций, корреспондирует обязанности соответствующих лиц представить убедительные пояснения (косвенные доказательства), свидетельствующие о наличии презюмируемых обстоятельств.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив обстоятельства, свидетельствующие о том, что невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов обусловлены бездействием контролирующего должника лица, не передавшем бухгалтерскую и иную документацию должника, то есть не исполнившим обязанность, предусмотренную пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве, установив, что действия по выводу активов должника (денежных средств) посредством согласованных действий в условиях неисполнения должником обязательств на значительную сумму перед включенными в реестр требований кредиторов должника кредитором и уполномоченным органом повлекли невозможность погашения требований кредиторов и явились необходимой причиной его банкротства, суды пришли к правомерному выводу о доказанности наличия совокупности оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктами 1, 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Доводы заявителя кассационной жалобы о наличии оснований полного освобождения ФИО2 от субсидиарной ответственности по причине номинального характера его деятельности в качестве участника и директора должника, а также ввиду раскрытия им бенефициара должника, подлежат отклонению.

Законодательством о банкротстве предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических (теневых), так и номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2023 № 305-ЭС21-18249(2,3), смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.

Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 Пленума № 53). Первые - поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые - поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей.

При этом необходимо отметить, что ФИО2 не лишен возможности при определении размера ответственности ставить перед судом вопрос о снижении этого размера на основании разъяснений, изложенных в абзацах третьем - шестом пункта 6 постановления Пленума № 53, приводя доводы о том, что его участие в доведении должника до банкротства не было ключевым, и что размер его ответственности может быть ограничен суммой фактически причиненного вреда.

Довод о ненадлежащем извещении ответчика о начавшемся арбитражном процессе, о времени и месте рассмотрения дела являлся предметом оценки суда апелляционной инстанции и надлежащим образом отклонен, поскольку опровергается имеющимся в материалах дела доказательствами надлежащего извещения.

Иные доводы кассатора также были предметом исследования и оценки суда апелляционной инстанций и обоснованно отклонены, обусловлены несогласием с этими выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Принимая во внимание, что суд апелляционной инстанции изменил в части определение суда первой инстанции, дополнив резолютивную часть судебного акта, при этом отсутствуют основания для изменения или отмены постановления суда апелляционной инстанции в указанной части, то подлежит оставлению без изменения постановление суда апелляционной инстанции.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы не рассматривался, поскольку на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при обращении с кассационной жалобой по данной категории споров государственная пошлина не уплачивается.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2024 по делу № А57-11634/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья А.Ф. Фатхутдинова

Судьи А.Г. Иванова

Н.А. Третьяков