Постановление от 21 апреля 2025 г. по делу № А73-10377/2024

Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, <...>,

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 06АП-872/2025
22 апреля 2025 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 15 апреля 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 22 апреля 2025 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Козловой Т.Д.

судей Гричановской Е.В., Ротаря С.Б.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Михайленко Т.Н.

при участии в заседании:

от временного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «БамСтройУниверсал» ФИО1: ФИО2, представитель по доверенности от 01.11.2024;

от акционерного общества «Элемент»: ФИО3, представитель по доверенности от 09.08.2024 №78АВ5456830;

от общества с ограниченной ответственностью «Технопромлизинг»: ФИО4, директор;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу временного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «БамСтройУниверсал» ФИО1

на определение от 30.01.2025

по делу №А73-10377/2024

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Технопромлизинг»

о включении требований в реестр требований кредиторов

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «БамСтройУниверсал»

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 24.06.2024 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «ВостокИнвестСтрой» (далее – ООО «ВостокИнвестСтрой») возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «БамСтройУниверсал» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – ООО «БамСтройУниверсал», ООО «БСУ», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 15.08.2024 (резолютивная часть 15.08.2024) в отношении ООО «БамСтройУниверсал» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО1 (далее – временный управляющий).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 24.08.2024 №153.

В рамках дела о признании ООО «БСУ» несостоятельным (банкротом) общество с ограниченной ответственностью «Технопромлизинг» (далее – ООО «Технопромлизинг») 19.09.2024 обратилось в суд первой инстанции с заявлением о включении требования в размере 2 633 318,17 руб. в реестр требований кредиторов должника (с учетом уточненных требований, заявленных в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ).

Определением суда от 30.01.2025 заявленные требования удовлетворены частично: в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ООО «Технопромлизинг» в размере 499 666,85 руб. основного долга. В остальной части заявленных требований отказано.

В апелляционной жалобе временный управляющий просит отменить определение суда от 30.01.2025, отказав в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование жалобы приводит доводы о том, что судом неверно произведен расчет платы за финансирование в пользу лизингодателя – без учета частичного погашения основной суммы долга в составе ежемесячных лизинговых платежей. По мнению заявителя жалобы, плата за финансирование учтена судом, в том числе на уже возвращенную лизингодателю сумму основного долга. Полагает расчет суда ошибочным, так как не учитывает того факта, что лизингополучатель ежемесячно вносил лизинговые платежи, возвращая лизингодателю часть основного долга, на которую в дальнейшем при расчете платы за финансирование необходимо уменьшить сумму основного долга, в противном случае лизингодатель получает плату в том числе на ту часть финансирования, которая ранее была уже возвращена лизингополучателем. Считает незаконным начисление процентов на возвращенную часть предоставленного финансирования. Выражает несогласие с взыскиваемым с лизингополучателя штрафом за несвоевременный возврат лизинга. Заявитель жалобы приводит доводы о том, что общее сальдо в пользу лизингополучателя составляет 1 247,47 руб., следовательно, отсутствуют основания для включения требования ООО «Техноромлизинг» в реестр требований кредиторов должника.

Также временным управляющим представлены дополнения относительно доводов жалобы.

ООО «Технопромлизинг» в отзыве на жалобу просит судебный акт от 30.01.2025 оставить без изменения, как законный и обоснованный.

Протокольным определением суда апелляционной инстанции от 01.04.2025 судебное заседание, назначенное на 01.04.2025, отложено на 15.04.2025.

Присутствовавший в судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель временного управляющего поддержал доводы, изложенные в жалобе, дав по ним пояснения.

Представитель акционерного общества «Элемент» также поддержал апелляционную жалобу временного управляющего.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО «Технопромлизинг» выразил несогласие с доводами жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения как законный и обоснованный.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей не обеспечили.

Изучив материалы обособленного спора с учетом доводов апелляционной жалобы, дополнений к ней и отзыва, заслушав представителей, принимавших участие в судебном заседании, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Установлено, что между ООО «БСУ» (лизингополучатель) и ООО «Технопромлизинг» (лизингодатель) заключены следующие договоры лизинга:

1)от 20.01.2023 №0003-23/ТЛ, по условиям которого лизингодатель обязуется приобрести у продавца, выбранного лизингополучателем, в собственность имущество марка, модель, комплектация, количество, качественные и технические характеристики которого согласованы сторонами и указаны в Спецификации, являющемся неотъемлемой частью настоящего договора и предоставить его за плату во временное владение и пользование лизингополучателю.

Согласно пунктам 1.1, 1.2 договора продавцом предмета лизинга является: ООО «Профессионал», общая сумма лизинговых платежей, выплачиваемая лизингополучателем в период действия настоящего договора, составляет 6 245 368 руб., в том числе НДС 1 040 894,67 руб. (пункт 4.1 договора), лизингополучатель обязался в течение пяти рабочих дней с даты подписания договора перечислить лизингодателю авансовый платеж в размере 473 200 руб.; согласно спецификации предметом лизинга являлись: две единицы гидромолота Profbreaker PB 2500S; в приложении №2 к договору определен порядок оплаты лизинговых платежей (по 160 338 руб. ежемесячно);

2) от 20.01.2023 №0004-23/ТЛ, по условиям которого лизингодатель обязуется приобрести у продавца, выбранного лизингополучателем, в собственность имущество марка, модель, комплектация, количество, качественные и технические характеристики которого согласованы сторонами и указаны в Спецификации, являющемся неотъемлемой частью настоящего договора и предоставить его за плату во временное владение и пользование лизингополучателю. Продавцом Предмета лизинга является: ООО «Профессионал» (пункты 1.1., 1.2. договора), общая сумма лизинговых платежей, выплачиваемая лизингополучателем в период действия настоящего договора, составляет 4 169 456 руб., в том числе НДС 694 909,33 руб. (пункт 4.1 договора), лизингополучатель обязался в течение пяти рабочих дней с даты подписания договора перечислить лизингодателю авансовый платеж в размере 315 800 руб.; согласно спецификации предметом лизинга являлся: гидромолот Profbreaker PB 4500S; в приложении №2 к договору определен порядок оплаты лизинговых платежей (по 107 046 руб. ежемесячно).

Также установлено, что предметы лизинга приобретены лизингодателем и переданы лизингополучателю.

При этом, как вышеуказано, в соответствии с договором лизинга лизингополучатель обязуется уплачивать лизингодателю лизинговые платежи; размеры и сроки оплаты лизинговых платежей определяются в графике лизинговых платежей.

В силу пункта 5 статьи 15 Федерального закона от 29.10.1998 №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Федеральный закон №164-ФЗ) по договору лизинга лизингополучатель обязуется выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга.

Согласно пункту 6 статьи 15 Федерального закона №164-ФЗ в договоре лизинга могут быть оговорены обстоятельства, которые стороны считают бесспорным и очевидным нарушением обязательств и которые ведут к прекращению действия договора лизинга и изъятию предмета лизинга.

В связи с чем, как верно указано судом первой инстанции, исходя из указанных норм закона и условий договора лизинга, в договоре лизинга был установлен порядок оплаты лизинговых платежей, следовательно, лизингополучатель, подписав график лизинговых платежей без возражений, согласился с его условиями, в том числе с условием об определении ставки и платы за финансирование, исходя из значений содержащихся в графике лизинговых платежей.

Так, поскольку лизингополучатель прекратил внесение лизинговых платежей, чем нарушил условия договора, статьи 15 Федерального закона №164-ФЗ, статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), уведомлением от 07.05.2024 №102, направленным должнику по почте, ООО «Технопромлизинг» в одностороннем внесудебном порядке расторг договоры лизинга.

При этом, предметы лизинга изъяты лизингодателем по актам от 05.06.2024, 19.06.2024.

В пунктах 3.1 - 3.6 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - постановление Пленума ВАС РФ №17) разъяснены последствия расторжения выкупного лизинга, порядок расчета сальдо встречных обязательств.

Из разъяснений, изложенных в постановление Пленума ВАС РФ №17, следует, что расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

В соответствии с пунктом 3.2 постановления Пленума ВАС РФ №17, а также пунктом 12.9 Общих условий лизинга к договору лизинга, если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Верховным судом Российской Федерации в определениях от 29.01.2018 №304-ЭС17-14946, от 12.03.2018 №305-ЭС17- 17564 и от 02.09.2019 №304-ЭС19-11744 изложена правовая позиция, согласно которой в отличие от зачета, происходящего посредством одностороннего заявления, адресованного другой стороне, сальдирование, представляющее собой расчет итогового обязательства одной из сторон в рамках одного договора или в рамках единого обязательственного отношения (которое может быть оформлено в нескольких взаимосвязанных договорах между одними и теми же сторонами), оспоримой сделкой зачета не является и потому не может быть признано недействительной сделкой. Сальдирование возможно не только при юридическом расторжении или прекращении договора (обязательственного отношения), но и в связи с обстоятельствами, существенно влияющими на возможность дальнейшего его исполнения (например, в связи с банкротством подрядчика).

В связи с чем, как верно указано судом первой инстанции, согласно раскрытому Верховным Судом Российской Федерации содержанию сальдирования как способа учета взаимных обязательств, сальдирование может производиться в любом случае при наличии обстоятельств, существенно влияющих на возможность дальнейшего исполнения единого обязательственного отношения. То есть возможность сальдирования не обусловлена наличием или отсутствием порядка его осуществления, специально оговоренного сторонами такого отношения.

Так, суд первой инстанции, определяя завершающую обязанность по договорам лизинга, пришел к следующему.

В отношении стоимости (возвращенного) предмета лизинга.

В пункте 4 постановления Пленума ВС РФ №17 разъяснено, что указанная в пунктах 3.2 и 3.3 данного постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Установлено, что в настоящее время предметы лизинга, как указано лизингодателем, не реализованы, в ходе рассмотрения обособленного спора судом первой инстанции доказательств обратного не представлено.

При этом, из представленных в материалы обособленного спора отчетов об оценке рыночной стоимости движимого имущества от 29.07.2024 №295/1, от 29.07.2024 №295/2 следует, что рыночная стоимость на дату изъятия предметов лизинга:

- по договору от 20.01.2023 №0003-23/ТЛ в размере 1 450 000 руб. за каждую единицу (всего 2 900 000 руб.);

- по договору от 20.01.2023 №0004-23/ТЛ в размере 1 900 000 руб.

Так, относительно определенной в экспертных заключениях рыночной стоимости объектов на дату изъятия лицами, участвующими в деле, возражений не заявлено, и, поскольку фактическая реализация предмета лизинга отсутствует, доказательств того, что лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно умышленно занизил рыночную стоимость, не имеется, в связи с чем, при расчете сальдо подлежит учету показатель стоимости по экспертной оценке.

Далее, в отношении размера финансирования по договорам лизинга.

Из разъяснений, изложенных в пункте 3.4 постановления Пленума ВС РФ №17, следует, что размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Установлено, что размер предоставленного лизингодателем финансирования составил: по договору лизинга от 20.01.2023 №0003-23/ТЛ - 4 258 800 руб., по договору от 20.01.2023 №0004-23/ТЛ - 2 842 200 руб.

В отношении платы за финансирование.

В пунктах 3.2 - 3.3 постановления Пленума ВС РФ №17 разъяснено, что плата за финансирование рассчитывается за время до фактического возврата финансирования. Поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования считается только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме. По смыслу указанных положений, в целях расчета платы за финансирование стороны должны определить период фактического пользования финансированием, а не период пользования предметом лизинга.

Из пункта 3.5 указанного Постановления следует, что плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по формуле, приведенной в примечании к данному пункту.

Так, ООО «Технопромлизинг» произведен расчет платы за финансирование до 05.12.2024, который составил по договору 20.01.2023 №0003-23/ТЛ - 949 304,02 руб., по договору от 20.01.2023 №0004- 23/ТЛ - 634 593,96 руб.

Вместе с тем, как верно указано судом первой инстанции, ООО «Технопромлизинг» не учтено, что в соответствии со статьей 63 Закона о банкротстве с даты введения процедуры наблюдения, требования к должнику могут быть предъявлены только в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве.

При том, срок исполнения обязательств возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, считается наступившим.

В силу статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Согласно статье 5 Закона о банкротстве обязательства, возникшие после возбуждения дела о банкротстве, удовлетворяются в порядке, предусмотренном указанным специальным Законом о банкротстве.

В связи с чем, как верно указано судом первой инстанции, плата за финансирование является дополнительным требованием и имеет такой же правовой режим, что и требование о возврате основного долга, начисление которых ограничено первой процедурой банкротства.

Таким образом, что также верно указано судом первой инстанции, из толкования данных норм следует, что начисление платы за финансирование ограничивается датой введения первой процедуры банкротства, то есть в рассматриваемом случае такой датой является 15.08.2024.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что за период с 27.01.2023 по 14.08.2024 (так как резолютивная часть определения о введении первой процедуры банкротства принята в судебном заседании 15.08.2024) количество дней фактического пользования финансированием составило 565 дней.

Исходя из этого, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что размер платы за финансирование по договору от 20.01.2023 №0003-23/ТЛ составил 791 086,68 руб., а по договору от 20.01.2023 №0004-23/ТЛ - 528 828,30 руб.

В отношении убытков и иных санкции, предусмотренных законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии со статьей 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства.

В силу статьи 331 названного Кодекса соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства.

Так, пунктом 6.3 договоров согласована ответственность лизингополучателя за просрочку внесения лизинговых платежей в виде неустойки в размере 0,1% от неуплаченной суммы за каждый день просрочки.

Положениями абзаца 10 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве предусмотрено, что в отношении должника не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

ООО «Технопромлизинг» расчет неустойки произведен до 14.08.2024, размер которой составил по договору от 20.01.2023 №0003-23/ТЛ - 83 535,90 руб., по договору от 20.01.2023 №0004- 23/ТЛ - 57 911,49 руб.

Судом первой инстанции представленный расчет проверен и признан арифметически верным.

Однако, временный управляющий, возражая относительно правомерности начисления штрафа и включения его в расчет сальдо, приведены доводы о недоказанности имущественных потерь лизингодателя, отсутствием со стороны должника препятствий для передачи предметов лизинга, ведения подрядных работ в удаленном районе, а также завышенным характером штрафных санкций в размере 20 % от общей суммы лизинговых платежей, как явно несоразмерных последствиям нарушенного обязательства.

В связи с чем, должник полагает штраф подлежащим уменьшению.

Установлено, что по условиям договоров лизинга, порядок взаимоотношений сторон изложен в тексте договора, который включает в себя приложения №1-3, приложение №3 к договору являются Правилами предоставления имущества в лизинг, которые являются неотъемлемой частью договора (далее – Правила).

В приложении к договору №3 согласованы условия о штрафе, а именно Правилами, которые являются неотъемлемой частью договора.

В силу пункта 11.1 Правил с момента получения уведомления о расторжении договора лизинга и возврате имущества лизингополучатель обязан прекратить эксплуатацию предмета лизинга, обеспечив его полную сохранность, немедленно посредством любого вида связи сообщить лизингодателю о месте нахождения предмета лизинга и в течение пяти календарных дней с даты получения уведомления о расторжении договора лизинга передать предмет лизинга лизингодателю в указанном уведомлении о расторжении договора лизинга месте. В случае неисполнения лизингополучателем любого из вышесказанных требований лизингополучатель обязан уплатить лизингодателю штраф в размере 20 % от общей суммы лизинговых платежей, подлежащих уплате по договору лизинга.

В связи с чем, как верно указано судом первой инстанции, из положений указанных условий договоров лизинга следует, что данные Правила носят типовой характер, условия которых разработаны лизингодателем заранее, лизингополучатель принял их путем присоединения.

Вместе с тем, отсутствие возражений одной из сторон договора относительно включения в него тех или иных условий на стадии заключения договора, а равно наличие у стороны возможности заключения аналогичного договора с другими участниками оборота на иных условиях не исключает квалификацию соответствующего условия договора как недействительного (ничтожного), если спорное условие противоречит императивным нормам по своей сути, в том числе входит в противоречие с существом законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, приводя к грубому нарушению баланса интересов сторон договора.

Данная правовая позиция изложена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2023 №305-ЭС23-11168, от 10.10.2023 №305-ЭС23-12470, от 06.10.2022 №307-ЭС22-5301, от 16.08.2022 №305-ЭС22-7116, от 01.09.2022 №305-ЭС22-2207, от 01.09.2022 №305-ЭС22-2212, 27.12.2021 №305-ЭС21-17954.

При этом, Правила лизинга разработаны лизинговой компанией для всех клиентов и носят типовой характер, к которым применяются положения статьи 428 ГК РФ о договоре присоединения.

В таком случае, пока не доказано иное, предполагается, что лизингополучатель был ограничен в возможности влиять на содержание договорных условий, то есть является слабой стороной договора.

В определении от 19.05.2022 №305-ЭС21-28851 Верховным Судом Российской Федерации изложена правовая позиция, согласно которой в том случае, когда конкретное условие становится частью договора не в результате реализации принципа автономии воли каждой из сторон, а в результате подчинения воли одной стороны другой, обязанностью суда является защита слабой стороны договора от злоупотреблений, допущенных в ее отношении сильной стороной.

Если спорное условие договора явно нарушает баланс интересов сторон и его применение приводит к возникновению неблагоприятных последствий для экономически слабой стороны договора, а сторона, в интересах которой установлено спорное условие договора, не обосновала его разумность, суд в соответствии с пунктом 4 статьи 1, пунктом 2 статьи 10 ГК РФ в целях защиты прав слабой стороны разрешает спор без учета данного договорного условия, применяя соответствующие нормы законодательства.

В пункте 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, изложена аналогичная правовая позиция.

Так, уведомление о расторжении договоров лизинга от 07.05.2024 с указанием на необходимость сообщения места нахождения предметов лизинга, передачи по акту по адресу <...>, в течение десяти календарных дней с момента направления уведомления, в тот же день направлено почтовым отправлением по адресу регистрации должника: <...> (трек номер 497-001770016), а также по адресу электронной почты info@bsudv.ru.

Однако, в установленные в уведомлении сроки об одностороннем отказе от договоров предметы лизинга должником не возвращены (возврат осуществлен 05.07.2024, 25.07.2024).

Согласно пункту 4 статьи 17 Федерального закона №164-ФЗ при прекращении договора лизинга лизингополучатель обязан вернуть лизингодателю предмет лизинга в состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или износа, обусловленного договором лизинга.

ООО «БСУ», со своей стороны, не представлено доказательств, свидетельствующих о невозможности добровольно и в предусмотренный договором лизинга срок возвратить предмет лизинга лизингодателю.

При этом, суд первой инстанции признал несостоятельным доводы временного управляющего о том, что в материалах обособленного спора отсутствуют доказательства уклонения должника от своевременного возврата предметов лизинга, поскольку обязанность по возврату предметов лизинга лежит именно на лизингополучателе, он должен доказать надлежащее исполнение им данного обязательства.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что требования кредитора в части предъявленного штрафа за нарушение сроков возврата предметов лизинга заявлено правомерно, в связи с чем, оснований для освобождения от исполнения обязательств, за нарушение которых договорами лизинга предусмотрена ответственность в виде штрафа, не имеется.

Наряду с этим, суд первой инстанции, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ приведенные доводы возражающих сторон относительно несоразмерности штрафной санкции, пришел к обоснованному выводу о снижении их на основании статьи 333 ГК РФ.

Так, по расчету ООО «Технопромлизинг» размер штрафа по договору от 20.01.2023 №0003-23/ТЛ составил 1 249 073,60 руб., а по договору от 20.01.2023 №0004-23/ТЛ – 883 891,20 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить ее размер.

Как верно указано судом первой инстанции, в данном обособленном споре штраф за просрочку исполнения лизингополучателем требования о возврате предметов лизинга, предъявленного после расторжения договора, начислен заявителем помимо неустойки за просрочку в уплате лизинговых платежей.

Вместе с тем, после расторжения договора лизинга лизингополучатель, вне зависимости от того, возвращен ли им предмет лизинга, в соответствии с пунктом 5 статьи 17 Федерального закона №164-ФЗ обязан продолжать вносить лизинговые платежи, тем самым, продолжая оплачивать пользование предоставленным ему финансированием на определенных договором лизинга условиях (по предусмотренной договором ставке процента).

При этом, сверхурочные имущественные потери, связанные с несвоевременным возвратом предмета лизинга, могут возникнуть у лизингодателя только в части, не покрываемой платой за пользование финансированием (упущенная возможность повторного размещения финансирования на более выгодных условиях).

Однако, при рассмотрении данного обособленного спора судом первой инстанции, не представлены доказательства, которые бы свидетельствовали о наличии возможности возникновения такого рода потерь, определенных в размере 20 % от общей суммы лизинговых платежей.

Так, из материалов обособленного спора не следует, что в период невозврата предметов лизинга существенно изменился обычный уровень платы, взимаемой за пользование финансированием на рынке, в том числе существенно увеличился размер ключевой ставки Банка России, что лизинговые платежи не учтены заявителем при расчете сальдо.

Применение указанного порядка определения размера санкций (в размере 20 % от общей суммы лизинговых платежей) привело к тому, что за просрочку в возврате предметов лизинга, лизингополучатель должен уплатить лизингодателю денежные средства в сумме равной 20 % от стоимости имущества по каждому договору лизинга.

Однако, как верно указано судом первой инстанции, штрафная санкция в таком размере за более поздний возврат лизинга (в пределах 2-х месяцев) со всей очевидностью превышает размер потерь лизингодателя и выходит за пределы мер обеспечения прав кредитора.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о снижении размера начисленного штрафа в порядке статьи 333 ГК РФ в десять раз, то есть до 124 907,36 руб. по договору от 20.01.2023 №0003-23/ТЛ и до 88 389,12 руб. по договору от 20.01.2023 №0004-23/ТЛ.

Так, судом первой инстанции произведен расчет сальдо встречных обязательств по методике, согласно постановлению Пленума ВС РФ №17, которые составили:

- по договору от 20.01.2023 №0003-23/ТЛ

Причитается лизингодателю

Причитается лизингополучателю

размер финансирования

4 258 800 руб.

платежи кроме аванса

2 084 394 руб. (2 557 594-473 200)

плата за финансирование

791 086,68 руб.

стоимость возвращенного предмета лизинга (продажи)

2 900 000 руб.

неустойка

83 535,90 руб.

штрафы

124 907,36 руб.

итого: 5 258 329,94 руб.

итого: 4 984 394 руб.

сальдо в пользу лизингодателя: 273 935,94 руб.

- по договору от 20.01.2023 №0004-23/ТЛ

Причитается лизингодателю

Причитается лизингополучателю

размер финансирования

2 842 200 руб.

платежи кроме аванса

1 391 598 руб. (1 707 398 – 315 800)

плата за финансирование

528 828,30 руб.

стоимость возвращенного предмета лизинга (продажи)

1 900 000 руб.

неустойка

57 911,49 руб.

штрафы

88 389,12

итого: 3 517 328,91 руб.

итого: 3 291 598 руб.

сальдо в пользу лизингодателя: 225 730,91 руб.

Указанный расчет проверен судом апелляционной инстанции и признан арифметически верным.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что положительное сальдо в пользу кредитора составляет 499 666,85 руб., тогда как оснований для удовлетворения остальной части требований не установлено.

Таким образом, как верно указано судом первой инстанции, принимая во внимание, что к обязательствам сторон, связанным с расторжением договора, на основании статьи 453 ГК РФ, применяются нормы о неосновательном обогащении, а постановление Пленума ВС РФ №17 содержит порядок и правила сравнения равноценности встречного предоставления сторон по договору выкупного лизинга, то требование лизингодателя, основанное на сальдо встречных обязательств, является неосновательным обогащением, подлежащим включению в реестр требований кредиторов единой суммой, без отдельного учета неустойки.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции обоснованно включил требования ООО «Технопромлизинг» в размере 499 666,85 руб., как основную сумму задолженности, в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Доводы жалобы о том, что судом неверно произведен расчет платы за финансирование в пользу лизингодателя – без учета частичного погашения основной суммы долга в составе ежемесячных лизинговых платежей, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку судом первой инстанции расчет произведен на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга и размером финансирования.

Доводы жалобы о том, что плата за финансирование учтена судом в том числе на уже возвращенную лизингодателю сумму основного долга, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, как основанные на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения.

Ссылка на иную судебную практику судом апелляционной инстанции не может быть принята во внимание, поскольку она касается ситуации, когда имело место досрочное погашение обязательств по договору лизинга. В данном случае, плата за финансирование взыскивается в связи с расторжением договора по причине прекращения оплаты лизинговых платежей.

Доводы жалобы о несогласии с взыскиваемым с лизингополучателя штрафом за несвоевременный возврат лизинга, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку требование лизинговой компании о возрасте имущества в установленный в уведомлении о расторжении договоров срок не исполнено, следовательно, штраф начислен правомерно.

Следует отметить, что должником в ходе рассмотрения обособленного спора судом первой инстанции доказательств обратного не представлено, как и не представлено их и с апелляционной жалобой.

Помимо этого, включение в договор лизинга штрафной санкции не имеет своей целью обогащение за счет лизингополучателя, а лишь признано стимулировать последнего надлежаще исполнять свои договорные обязательства.

При этом, суд апелляционной инстанции учитывает, что до настоящего времени предметы лизинга не реализованы в связи с их техническим состоянием, а размер штрафа снижен с применением статьи 333 ГК РФ в десять раз.

Доводы жалобы о том, что общее сальдо в пользу лизингополучателя составляет 1 247,47 руб., следовательно, отсутствуют основания для включения требования ООО «Техноромлизинг» в реестр требований кредиторов должника, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, как противоречащие установленным в рамках данного спора обстоятельствам.

Иные доводы, изложенные в жалобе, проверены и подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку они не опровергают выводы суда первой инстанции и не свидетельствуют о неправильном применении судом норм прав, в связи с чем, исходя из обстоятельств данного обособленного спора, суд апелляционной инстанции не усмотрел наличия оснований для иной оценки обстоятельств, установленных судом первой инстанции, и удовлетворения апелляционной жалобы.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах, основания для отмены определения суда от 30.01.2025 и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Поскольку заявителю жалобы предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения апелляционной жалобы по существу, то с ООО «БамСтройУниверсал» на основании статьи 110 АПК РФ, подпункта 19 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ, в доход федерального бюджета подлежит взысканию 30 000 руб.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 30.01.2025 по делу №А73-10377/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «БамСтройУниверсал» в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 30 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Т.Д. Козлова

Судьи

Е.В. Гричановская

С.Б. Ротарь