Постановление от 22 мая 2019 г. по делу № А31-11221/2015

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Нижний Новгород

Дело № А31-11221/2015

22 мая 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20.05.2019.

Постановление в полном объеме изготовлено 22.05.2019.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Чиха А.Н.,

судей Ногтевой В.А., Прытковой В.П.

при участии представителя

от индивидуального предпринимателя ФИО1:

ФИО2 по доверенности от 10.04.2019

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «Персонал»

на определение Арбитражного суда Костромской области от 16.11.2018,

принятое судьей Хубеевым А.Ф., и

на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 08.02.2019,

принятое судьями Шаклеиной Е.В., Дьяконовой Т.М., Сандаловым В.Г.,

по делу № А31-11221/2015

по заявлению ФИО3

о включении в реестр требований кредиторов

общества с ограниченной ответственностью

«Производственная компания «Полесье»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

требования в размере 17 652 987 рублей 12 копеек

и по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Персонал»

о замене в порядке процессуального правопреемства кредитора

ФИО3 на заявителя

и у с т а н о в и л :

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Полесье» (далее – Компания, должник) в Арбитражный суд Костромской области обратился ФИО3 с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 17 652 987 рублей 12 копеек задолженности по договорам займа.

Общество с ограниченной ответственностью «Персонал» (далее – Общество, кредитор) обратилось в суд с заявлением о замене в порядке процессуального правопреемства кредитора ФИО3 на его правопреемника – Общество.

Суд определением от 16.11.2018, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 08.02.2019, произвел замену кредитора ФИО3 на его правопреемника – Общество по требованию в сумме 17 652 987 рублей 12 копеек и отказал в удовлетворении заявления последнего.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами в части отказа в удовлетворении заявленного требования, Общество обратилось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 16.11.2018 и постановление от 08.02.2019 и принять новый судебный акт о включении требования в размере 17 652 987 рублей 12 копеек в состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

В обоснование кассационной жалобы кредитор указал на необоснованность вывода судов обеих инстанций о корпоративном характере договоров займа, поскольку займы предоставлялись на среднерыночных условиях по ставкам, фактически сопоставимым со банковскими ставками рефинансирования, действовавшими в период заключения договоров. Требование кредитора основано на первоначальных обязательствах должника по возврату заемных денежных средств обществу с ограниченной ответственностью «Лесозавод № 8» (далее – ООО «Лесозавод № 8»), обществу с ограниченной ответственностью «Холдинговая компания «Полесье» (далее – ООО «ХК «Полесье»), ФИО4 и ФИО5. ООО «Лесозавод № 8» и ООО «ХК «Полесье» не принимали фактического участия в уставном капитале Компании, а размер доли участия ФИО4 не позволял ему самостоятельно принимать управленческие решения. Сам по себе факт аффилированности кредитора и должника не может свидетельствовать о злоупотреблении ими правом и причинении тем самым ущерба иным кредиторам. Функции единоличного исполнительного органа Компании осуществлял ФИО5, большая часть займов с которым носила целевой характер и была направлена непосредственно на погашение задолженности по кредиту перед банком.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды, констатировав корпоративный характер заемных отношений, не исследовали обстоятельств, свидетельствующих о наличии у займодавцев денежных средств для передачи их должнику и реальности совершения сделок займа: получения Компанией заемных денежных средств, их отражения в бухгалтерской отчетности и использования в хозяйственной деятельности – направления на погашение задолженности, в том числе перед работниками, контрагентами и бюджетом.

Конкурсный кредитор – индивидуальный предприниматель ФИО1 – в письменном отзыве на кассационную жалобу и в ходе судебного заседания отклонил доводы заявителя, указав на законность и обоснованность состоявшихся судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Костромской области от 16.11.2018 и постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 08.02.2019 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в обжалованной части в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе и в отзыве на нее, и заслушав представителя индивидуального предпринимателя ФИО1, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как усматривается из материалов дела, ФИО3 приобрел право требования с Компании, как с заемщика, задолженности в сумме 14 566 716 рублей 33 копеек по 89 договорам займа, в том числе у займодавцев: ООО «ХК «Полесье» по 12 договорам займа от 13.11.2015 в размере 2 274 999 рублей 12 копеек, у ООО «Лесозавод № 8» по 7 договорам займа от 31.01.2016 в размере 886 921 рубля 62 копеек, у ФИО5 по 54 договорам займа от 10.03.2016 в размере 5 995 253 рублей 61 копейки и у ФИО4 по 16 договорам займа от 06.04.2016 в размере 4 959 541 рубля 98 копеек.

Арбитражный суд Костромской области определением от 16.08.2016 ввел в отношении Общества процедуру наблюдения и утвердил временным управляющим должника ФИО6.

ФИО3, сославшись на наличие у Компании непогашенной задолженности по договорам займа в сумме 17 652 987 рублей 12 копеек, обратился в арбитражный суд с заявлением о включении требования в указанном размере в реестр требований кредиторов должника.

ФИО3 05.10.2016 уступил право требования с Компании задолженности по договорам займа в сумме 17 652 987 рублей 12 копеек Обществу, в связи с чем суд первой инстанции в порядке процессуального правопреемства произвел замену кредитора ФИО3 на Общество.

Из статей 71 и 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) следует, что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику, подтвердив их обоснованность судебным актом или иными документами. Арбитражный суд в судебном заседании проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр и выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

На основании изложенного при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Приведенные разъяснения направлены на предотвращение в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов необоснованных требований к должнику и нарушения тем самым прав кредиторов, поэтому к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Целью такой проверки являются установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Таким образом, при рассмотрении вопроса обоснованности требований кредитора суд должен проверить реальность совершения и исполнения сделки, действительное намерение сторон создать правовые последствия, свойственные соответствующим правоотношениям.

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований рядовых гражданско-правовых кредиторов суд осуществляет более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника – банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Особо подчеркивается необходимость применения повышенного стандарта доказывания при оценке обоснованности требований заинтересованных по отношению к должнику кредиторов. Связано это, прежде всего, с тем, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами – собственниками бизнеса (через аффилированных лиц – если должник юридическое лицо).

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что договоры займа от 13.11.2015, 31.01.2016, 10.03.2016 и 06.04.2016, заключенные ООО «ХК «Полесье», ООО «Лесозавод № 8», ФИО5 и ФИО4, как займодавцами, и Компанией (заемщиком), носили корпоративный характер, в связи с чем правомерно не усмотрели оснований для включения заявленного требования в реестр требований кредиторов должника.

Суды учли, что денежные средства по договорам займа предоставлялись должнику под низкие процентные ставки, практически равные действовавшим в соответствующий период ставкам рефинансирования, на срок около года, неоднократно продлевавшийся; за просрочку исполнения обязательств по возврату заемных денежных средств заемщику был установлен заниженный размер ответственности, не соответствующий обычным отношениям в сфере кредитования; займы предоставлялись должнику в отсутствие какого-либо обеспечения и доказательств предъявления требований о возврате заемных средств ранее обращения в арбитражный суд с заявлением о включении задолженности по договорам займа в реестр требований кредиторов должника. В период предоставления займов Компания, ООО «ХК «Полесье», ООО «Лесозавод № 8» и ООО «Полесье Менеджмент» входили в одну группу лиц.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Как установили суды двух инстанций, ФИО5 являлся генеральным директором и участником ООО «Лесозавод № 8», а также генеральным директором и единственным учредителем ООО «Полесье Менеджмент», до 30.11.2015 ФИО5 и ФИО4 являлись участниками ООО «ХК «Полесье», при этом ФИО4 осуществлял полномочия генерального директора ООО «ХК «Полесье», а также являлся участником Компании.

Таким образом, имеется аффилированность между участниками заемных отношений.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В силу абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования, вытекающие из факта участия. К подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством, но также и обязательства, которые хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника).

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды обеих инстанций установили, что договоры займа были заключены на нерыночных условиях, и пришли к выводу о невозможности возникновения и существования спорных правоотношений при отсутствии аффилированности должника с займодавцами.

Суды приняли во внимание, что кредитор не привел каких-либо объективных причин заключения договоров займа на указанных условиях именно с Компанией, не представил доказательств заключения договоров займа с иными, не аффилированными с должником юридическими лицами, на тех же условиях и возможности получения должником займов на аналогичных условиях от иных лиц.

При таких обстоятельствах суды правомерно квалифицировали сложившиеся между займодавцами и Компанией отношения как корпоративные, а требование Общества, основанное на этих отношениях, посчитали не подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника.

Приведенный в кассационной жалобе довод о реальности предоставленных займов не имеет правового значения для рассматриваемой спорной ситуации и не опровергает вывод судов о корпоративном характере этих займов.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены принятых судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы не рассматривался, поскольку на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при обращении с кассационными жалобами по данной категории споров государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Костромской области от 16.11.2018 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 08.02.2019 по делу № А31-11221/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Персонал» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий


А.Н. Чих

Судьи

В.А. Ногтева

В.П. Прыткова