Решение от 13 марта 2020 г. по делу № А40-177571/2018

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-177571/2018-104-1440
г. Москва
13 марта 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 06 февраля 2020 г.

Решение в полном объеме изготовлено 13 марта 2020 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Председательствующего судьи Бушмариной Н.В. (единолично),

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело

по иску АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «ЦЕНТР ТЕХНОЛОГИИ СУДОСТРОЕНИЯ

И СУДОРЕМОНТА» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «РОССИЙСКАЯ САМОЛЕТОСТРОИТЕЛЬНАЯ КОРПОРАЦИЯ «МИГ» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

о взыскании денежных средств

при участии:

от истца – ФИО2 по дов. от 23.12.2019г.

от ответчика – ФИО3 по дов. от 19.12.2019г.,

установил:

АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «ЦЕНТР ТЕХНОЛОГИИ СУДОСТРОЕНИЯ И СУДОРЕМОНТА» (далее – истец, Заказчик) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «РОССИЙСКАЯ САМОЛЕТОСТРОИТЕЛЬНАЯ КОРПОРАЦИЯ «МИГ» (далее – ответчик, Поставщик) о взыскании неустойки в размере 989 545 долларов США 20 центов за просрочку поставки оборудования по договору от 31.07.2012 № 7730/100003264 за период с 30.07.2015 по 24.08.2016 на основании п. 10.4 договора (с учетом принятых 25.10.2018 судом уточнений исковых требований в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Ответчик исковые требования не признает по мотивам, изложенным в отзыве, пояснил, что нет его вины в просрочке поставки оборудования, указал, что истцом не правильно произведен расчет пени, просит при взыскании пени применить ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.01.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2019, с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «РОССИЙСКАЯ САМОЛЕТОСТРОИТЕЛЬНАЯ КОРПОРАЦИЯ «МИГ» взыскана в пользу АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «ЦЕНТР ТЕХНОЛОГИИ СУДОСТРОЕНИЯ И СУДОРЕМОНТА» неустойка в размере 989 545,20 долларов США по курсу ЦБ РФ на день платежа, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 200 000 руб.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12.07.2019 названные судебные акты отменены и дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В постановлении Арбитражного суда Московского округа от 12.07.2019 указано, что судами должным образом не исследованы условия дополнительного соглашения №1 от 05.06.2015 и приложения к нему относительно нового перечня поставляемого имущества, в том числе, его объем, исходя из кассационной жалобы перечень поставляемого товара скорректирован на 40%. Также не выявлены причины заключения дополнительного соглашения № 1 от 05.06.2015, судами не исследовались взаимоотношения сторон в период до подписания дополнительного соглашения, а именно: обращался ли продавец к покупателю с требованием уточнить перечень поставляемого оборудования, то есть имелась ли неопределенность в поставляемом оборудовании, что препятствовало бы продавцу исполнить обязательства в срок. Необходимо установить период, в котором осуществление поставки было невозможно по вине продавца.

Изучив все материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, учитывая содержание постановления суда кассационной инстанции, суд считает, что в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Из материалов дела следует, что между истцом и ответчиком 31.07.2012 заключен договор №7730/100003264 (с протоколом разногласий).

Согласно п. 1.1 договора и дополнительного соглашения к нему от 06.05.2015 №1 поставщик обязуется изготовить и поставить, а заказчик обязуется принять и оплатить оборудование (имущество) в номенклатуре и количестве в соответствии с Техническим заданием и с графиком поставки.

Согласно п. 2.1 цена имущества по договору составляет 10 097 422,84 долларов США, в том числе НДС -18% -1 540 284,84 долларов США.

В соответствии с п. 8.2 расчеты по договору производятся в рублях по курсу доллара США, установленного ЦБ РФ на день, предшествующий дню платежа.

Пунктом 8.1 договора стороны установили порядок расчетов:

- авансовый платеж в размере 40% от стоимости оборудования заказчик производит в течение 20 банковских дней с даты вступления договора в силу;

- окончательный расчет заказчик производит в течение 7 банковских дней с даты получения средств от инозаказчика, но не более 2-х месяцев с даты поставки оборудования.

Платежным поручением от 29.11.2012 № 6702 истец перечислил ответчику 124 969 744,16 руб. (40%).

В соответствии с графиком поставки в редакции приложения № 3К к протоколу согласования разногласий к договору срок поставки оборудования:

- по 1 этапу (комплекс стартовых удерживающих устройств самолета, ЗИП бортовой) – 22 месяца с даты перечисления аванса, то есть до 29.09.2014;

- по 2 этапу (ЗПИ базовый) – 32 месяца с даты перечисления аванса, то есть до 29.07.2015.

По товарным накладным от 24.08.2016 № 03/120 и № 03/121 ответчик передал оборудование заказчику в полном объеме.

Платежными поручениями от 28.10.2016 № 9756 на сумму 320 063 918,64 руб. и от 28.10.2016 № 9757 на сумму 57 133 591,18 руб. истец произвел окончательный расчет за поставленное оборудование.

Согласно ст. 506 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности. К существенным условиям договора поставки относятся предмет договора (наименование товара и его количество), срок поставки, цена.

На основании п. 1 ст. 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями.

В обоснование исковых требований истец указывает, что ответчиком нарушены сроки поставки оборудования, результатом которых явилось нарушение сроков экспорта продукции в адрес инозаказчика в части оборудования АТСК в рамках договора комиссии № Р/135612230930-112885 от 05.10.2011, заключенного с ОАО «Рособоронэкспорт» на оказание технического содействия при строительстве корабля проекта 71.

Истец неоднократно письмами от 28.02.2014 № 1526-13-96, от 24.06.2015 № 1526-13-195 извещал ответчика о нарушении сроков поставки.

Как предусмотрено п. 1 ст. 329 ГК РФ исполнение обязательств может быть обеспечено неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии со ст. 330 ГК РФ неустойка является способом обеспечения исполнения обязательства и мерой имущественной ответственности и представляет собой денежную сумму, которую обязан уплатить должник за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства (п. 2 ст. 330 ГК РФ).

Ответчик пояснил, что нет его вины в просрочке поставки оборудования, так как дополнительным соглашением от 05.06.2015 № 1 к договору перечень поставляемого товара скорректирован сторонами на 40%, определить в соглашении сроки поставки имущества по новому перечню истец отказался по причине невозможности аналогичного согласования с инозаказчиком. Также указал на то, что дополнительное соглашение от 05.06.2015 № 1 к договору заключено сторонами после истечения установленного договором срока выполнения работ и фактически изменило предмет основного обязательства.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из следующего.

Согласно п. 5 ст. 454 ГК РФ к отдельным видам договоров купли-продажи (в том числе поставка товаров) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не предусмотрено правилами настоящего Кодекса об этих видах договоров.

В соответствии с п. 3 ст. 455 ГК РФ условие договора купли-продажи (поставки) о товаре считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара.

В силу п. 1 ст. 456 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

Согласно п. 1 ст. 457 ГК РФ срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 314 названного Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 478 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, соответствующий условиям договора купли-продажи о комплектности.

Из указанных норм права следует, что товар (его наименование, количество, характеристики, комплектность и пр.) является существенным условием договора поставки.

Так согласно условиям договора (с учетом протокола согласования разногласий) сторонами согласован срок поставки товара по 1 этапу (комплекс стартовых удерживающих устройств самолета, ЗИП бортовой) – 22 месяца с даты перечисления аванса, то есть до 29.09.2014;

- по 2 этапу (ЗПИ базовый) – 32 месяца с даты перечисления аванса, то есть до 29.07.2015.

Как следует из материалов дела, дополнительным соглашением от 05.06.2015 № 1 к договору стороны согласовали новый перечень поставленного имущества по договору. Данное дополнительное соглашение было заключено уже после истечения установленного договором срока поставки оборудования, и изменяло перечень поставляемого товара на 40%. Данное подтверждается тем, что в первоначальный перечень входило 10 наименований имущества, дополнительным соглашением № 1 в составе имущества было изменено 4 единицы.

Изменения моделей комплектующих изделий повлекло необходимость закупки у сторонних производителей нового оборудования. Учитывая, что поставляемое имущество относится к оборонной промышленности, каждые изделия производятся под конкретный заказ, что повлекло изменения сроков поставки.

Кроме того, согласно новому перечню в состав поставляемого имущества по этапу № 1 был включен комплект запасных частей, инструментов и принадлежностей (ЗИП) базовый, который по условиям договора (в первоначальной редакции) должен был быть поставлен только по этапу № 2 (30.07.2015).

В ходе судебного разбирательства представитель истца пояснил суду, что длительность процедуры согласования изменений к поставляемому оборудованию было вызвано необходимостью предварительно внести изменения в государственный контракт, заключенный между истцом и АО «Рособоронэкспорт».

В ходе судебного заседания судом также установлено, что потребительская ценность первоначальной комплектации оборудования в случае его изготовления ответчиком для истца (до подписания дополнительного соглашения) не имелась, поскольку поставленный товар являлся продукцией военного назначения, предназначаемая для инозаказчика. Осуществить экспорт данного имущества было бы невозможно, поскольку оно не соответствовало бы государственному контракту и скорректированным требованиям инозаказчика, обратного истцом не представлено.

При этом судом с учетом указаний суда кассационной инстанции и пояснений представителя ответчика установлено, что период, в который имелась просрочка ответчика, является периодом до подписания дополнительного соглашения, однако этот период подпадает под заявление ответчика о сроке исковой давности, наличие которого при первоначальном рассмотрении данного дела явилось основанием для уточнения истцом своих исковых требований, принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

Из материалов дела также следует, что дополнительное соглашение от 05.06.2015 № 1 к договору заключено сторонами уже после истечения первоначального установленного договором срока выполнения работ и фактически изменило предмет основного обязательства, однако определить в соглашении сроки поставки имущества по новому перечню истец отказался по причине невозможности согласования в рамках собственного контракта.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 31.01.2017 № 306-ЭС16-9493 заключение договора на прошедший период противоречит общим принципам гражданского законодательства, не предусматривающим совершение действий в прошедшем времени (п. 1 ст. 307 ГК РФ). Более того, установление обязательства по совершению каких-либо действий в прошедшем периоде времени в принципе невозможно.

Как следует из письма АО «ЦТСС» от 28.02.2014 № 1526-13-96 стороны согласовали сроки производства изделий – 18 месяцев.

Таким образом, обязательство по договору в данной части также подлежало исполнению в течение 18 месяцев после изменения сторонами существенных условий договора.

Из материалов дела следует, что ответчик исполнил обязательства по поставке изделий ранее - через 15 месяцев.

На основании изложенного, суд пришел к выводу о том, что поставить товар в согласованные в договоре сроки ответчик не имел возможности по независящим от него причинам.

В соответствии со ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности (п. 1). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2).

Из вышеуказанной нормы следует, что лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство, несет ответственность при наличии вины (п. 1 ст. 401 ГК РФ). В абзаце 4 п. 5 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" указано, что вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (ст. 401 ГК РФ).

Согласно п. 10.4 договора в случае, если имущество или его часть по вине поставщика не будут поставлены после истечения срока поставки, установленного договором, заказчик имеет право предъявить поставщику, а поставщик обязан оплатить пеню из расчета 1/300 ставки рефинансирования ЦБ РФ в день, за каждый день просрочки от стоимости не поставленного в срок имущества.

Таким образом, суд считает, что истец не доказал вину ответчика в просрочке поставки товара.

Согласно п.3 ст. 405 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.

На основании п. 1. ст. 406 ГК РФ кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Согласно п. 3. ст. 406 ГК РФ по денежному обязательству должник не обязан платить проценты за время просрочки кредитора.

В силу ч. 2 п. 1 ст. 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Статьей 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства на которые оно ссылается, как на основание своих требований и возражений.

Истцом не предоставлено доказательств, подтверждающих ненадлежащее исполнение ответчиком своих обязательств.

Ссылка истца на заключение специалиста ФИО4 Автономной некоммерческой организации «Региональная организация судебных экспертов» от 05.11.2019 № 356ис-19 судом не принимается.

Пунктом 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 23 от 04.04.2014 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» предусмотрено, что заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со ст. 89 АПК РФ.

Суд не может считать надлежащим доказательством по делу, представленное истцом заключение специалиста от 05.11.2019.

Представленное истцом заключение эксперта составлено с нарушением п. п. 16 и 20 Порядка проведения экспертизы, требования к экспертному заключению и порядка его одобрения, утвержденного приказом Минэкономразвития России от 04.07.2011 № 328 (с изменениями на 20.02.2017г.).

В экспертном заявление не указано основание для проведения экспертизы, в отношении чего проводится данная экспертиза, также данное экспертное заключение не утверждено руководителем Автономной некоммерческой организацией «Региональная организация судебных экспертов», также эксперт не предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

С учетом изложенного, суд считает, что оснований для удовлетворения иска у суда не имеется.

Расходы по оплате государственной пошлины по иску распределяются в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст.4, 9, 27, 41, 63-65, 71, 110, 112, 121, 122, 123, 156, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении искового заявления отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

СУДЬЯ: Н.В. Бушмарина