Решение от 19 июня 2020 г. по делу № А32-28320/2019

Арбитражный суд Краснодарского края

350063, г. Краснодар, ул. Постовая,32,

http://krasnodar.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

№ А32-28320/2019
г. Краснодар
19 июня 2020 г.
Резолютивная часть решения вынесена 10 июня 2020 г.

Текст решения в полном объеме изготовлен 19 июня 2020 г.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Язвенко В.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Педько Л.О.

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ООО «ХЭЙЗЕЛЛ ТРЕЙД РУС», г. Краснодар,

к ООО «ЭКОНОМИКС», г. Краснодар,

третье лицо: ООО «АНИКС»

о признании договора купли-продажи №12 от 21.05.2018 недействительным; об обязании возвратить имущество,

при участии:

от истца: не явились

от ответчика: ФИО1 по доверенности.

от третьего лица: не явились

после перерыва:

от истца: ФИО2 директор,

от ответчика: ФИО1 по доверенности.

УСТАНОВИЛ:

ООО «ХЭЙЗЕЛЛ ТРЕЙД РУС» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ООО «ЭКОНОМИКС» о признании договора купли-продажи №12 от 21.05.2018 недействительным; об обязании возвратить имущество.

Третье лицо в судебное заседание не явилось. Определение суда о времени и месте судебного заседания, направленное по их юридическому адресу, возвращено в суд с отметкой почты «истек срок хранения».

В соответствии со статьей 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

В пунктах 67, 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что юридически значимое сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Статья 165.1 ГК РФ подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

Согласно п.2 ч. 4 ст. 123 АПК РФ, лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если, несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем орган связи проинформировал арбитражный суд.

В связи с чем, суд считает третье лицо извещенным надлежащим образом о судебном процессе в порядке, предусмотренном п. 2 ч. 4 ст. 123 АПК РФ.

От истца в материалы дела поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства, а также ходатайство в порядке ст. 49 АПК РФ об уточнении (дополнении) исковых требований, согласно которого истец дополнил исковые требования в части взыскания с ответчика задолженности по договору купли-продажи №б\н от 24.05.2017 в размере 1 844 000 руб.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения названных ходатайств.

В судебном заседании 08.06.2020 объявлялся перерыв до 11 час 20 мин. 10.06.2020, по окончании которого судебное заседание продолжено с участием истца и ответчика.

Истец в судебном заседании настаивал на удовлетворении ходатайство об отложении судебного разбирательства, а также ходатайство в порядке ст. 49 АПК РФ об уточнении (дополнении) исковых требований.

Согласно ч.1 ст.49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Изменение предмета иска представляет собой изменение материально-правовых требований истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование.

По смыслу указанной процессуальной нормы требование о дополнении ранее заявленных требований, требованиями взыскания с ответчика задолженности по договору купли-продажи №б\н от 24.05.2017 в размере 1 844 000 руб., не может расцениваться как уточнение требований, поскольку данное требование не было изначально заявлено истцом в исковом заявлении. Указанное требование в данном случае имеет самостоятельный предмет и основание и направлено на оспаривание права муниципального образования на данный объект.

Такое требование может быть заявлено самостоятельно по общим правилам предъявления новых (дополнительных) требований согласно разъяснениям Пленума ВАС РФ, изложенных в п.3 постановления от 31.10.1996 года № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции».

При названных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что заявленное требование в виде взыскания с ответчика задолженности по договору купли-продажи №б\н от 24.05.2017 в размере 1 844 000 руб. является новым, дополнительным требованием, что с учетом указанных разъяснений исключает возможность удовлетворения ходатайства заявителя об уточнении заявленных требований.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд считает, что иск подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из искового заявления и представленных материалов дела, ООО «ХЭЙЗЕЛЛ ТРЕЙД РУС» ранее использовались производственные помещения по адресу: <...>, в которых находилось производственное оборудование, принадлежащее истцу на праве собственности: печи для обжига керамики; покрасочные камеры; линия подготовки керамической массы; брошюровочный станок; упаковочная линия; гипсовые формы для изготовления декоративных готовых изделий; гипсовые формы для изготовления керамической плитки; металлические рабочие столы; металлические стеллажи для сушки паркетной доски; глазури для производства керамической плитки; пресс для изготовления керамической плитки и т.д.

Однако, данными помещениями истец перестал пользоваться с начала мая 2018 года, но производственное оборудование вывезено не было и осталось в указанных помещениях.

В последующем производственные помещения по адресу: <...> заняло ООО «ЭКОНОМИКС» и стало использовать имущество в производственных целях, принадлежащее истцу, без согласия и уведомления о таком использовании последнего.

При выяснении обстоятельств правомерности использования ответчиком оборудования и предъявлении требований о возврате имущества, ответчиком был предоставлен договор купли-продажи №12 от 21.05.2018, имеющий подписи от имени директора ООО «ХЭЙЗЕЛЛ ТРЕЙД РУС» (продавец) ФИО2, а от имени ООО «ЭКОНОМИКС» (покупатель) - директора ФИО3

В соответствии с п. 1.1. договора истец продал ответчику следующее имущество: вакуум-пресс, модель ВП-160; насос мембранный, модель НМ-3/20; Пропеллерная мешалка, модель М-950; Расходная емкость, модель V-500; сито вибрационное, модель СВ 280x210; фильтр-пресс, модель ФПР-500х500х15.

Согласно п. 2.1. указанного договора, общая стоимость Имущества составляет 1 844-000 рублей.

В соответствии с п. 2.2. договора оплата товара осуществляется в течение 3-х рабочих дней с момента заключения договора. Однако, оплаты по указанному договору со стороны ответчика не производились.

Истец утверждает, что подписи на договоре и приложениях к нему от имени директора ООО «ХЭЙЗЕЛЛ ТРЕЙД РУС» ФИО2 выполнены неустановленным лицом, сам ФИО2 эти документы не подписывал и полномочий на это никому не давал.

Истец указывает, что никогда не признавал и не подтверждал указанный договор, а также наличие каких-либо договорных отношений с ответчиком.

Поскольку, как утверждает истец, исполнительный орган юридического лица - директор ООО «ХЭЙЗЕЛЛ ТРЕЙД РУС» договор купли-продажи от 21.05.2018 г. № 12 не подписывал, а также у него не имелось воли на передачу спорного оборудования, то отчуждения имущества им не производилось, в связи с чем, оспариваемая сделка истцом не совершалась, а потому является ничтожной.

Истец обратился к ответчику с претензией от 28.01.2019, однако спорное имущество не было возвращено истцу, что послужило истцу основанием обращения в суд за защитой нарушенного права.

При рассмотрении дела и разрешении спора арбитражный суд полагает исходить из следующего.

В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Из положений ст. 421 ГК РФ следует, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Согласно ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Сделки юридических лиц между собой и с гражданами должны совершаться в простой письменной форме (п. 1 ст. 162 ГК РФ).

В обоснование недействительности сделки истец ссылается на то, что в рамках предварительной проверки КУСП №54724 от 19.12.2018 по заявлению директора ООО «ХЭЙЗЕЛЛ ТРЕЙД РУС» ФИО2 в отношении директора ООО «ЭКОНОМИКС» ФИО3 и ее супруга ФИО3 проведена почерковедческая экспертиза экспертом ФИО4 и согласно заключения эксперта от 25.12.2018 подпись от имени продавца на договоре купли-продажи №12 от 21.05.2018 выполнена, вероятно, не ФИО2, а другим лицом.

Однако ответчик не согласен с заявленными требованиями ввиду следующих обстоятельств.

Как указывает ответчик, оспариваемый договор истец подписал в личном присутствии директора ООО «Экономикс» ФИО3 Кроме того, ФИО2, директор и единственный участник ООО «ХЭЙЗЕЛЛ ТРЕЙД РУС» и ФИО3, директор и единственный участник ООО «Экономикс», состояли в зарегистрированном браке, расторгнутом в июне 2017 года, что подтверждается копией свидетельства о расторжении брака, имеют двух несовершеннолетних детей.

Оборудование, являющееся предметом оспариваемой сделки, находилось в нежилых помещениях, расположенных по адресу <...>. Данные помещения были арендованы ООО «ХЭЙЗЕЛЛ ТРЕЙД РУС», единственным участником которого являлась ФИО3, генеральным директором ФИО2

В мае 2018 года ФИО2 обратился к ФИО3 с предложением приобрести данное оборудование.

21.05.2018 года в офисе ООО «Экономикс», в присутствие ФИО3, ФИО5 (заместителя директора ООО «Экономикс»), ФИО6 (адвокат, осуществляющий юридическое обслуживание ООО «Экономикс» и ООО «ХЭЙЗЕЛЛ ТРЕЙД РУС») ФИО2, генеральный директор ООО «ХЭЙЗЕЛЛ ТРЕЙД РУС» собственноручно подписал договор купли-продажи имущества от 21 мая 2018 №11, УПД №15 от 21 мая 2018 года на это имущество, перечень имущества к договору №11 от 20.05.2018, Счет фактуру №15 от 21 мая 2018 года, договор купли-продажи №12 от 21 мая 2018 года, перечень имущества к договору купли-продажи №12 от 21.05.2018, счет-фактуру №16 от 21 мая 2018 года, УПД №16 от 21 мая 2018 года.

По мнению ответчика, о подлинности договора также свидетельствует и печать организации на оспариваемом договоре. Данные обстоятельства установлены постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 29.03.2019.

В указанном материале доследственной проверки, а также в самом постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела имеются объяснения ФИО2 в которых он указывает, что достиг договоренности с бывшей супругой ФИО3 о продаже спорного оборудования.

В ходе проведения доследственной проверки была назначена и проведена почерковедческая судебная экспертиза. Согласно заключения эксперта ЭКЦ ГУ МВД России по г. Краснодару от 25.12.2018г. №1283/1 ответить на вопрос, выполнена ли подпись в оспариваемом договоре и приложении к договору, счете-фактуре, лично ФИО2 не представляется возможным в категорической форме в связи с краткостью и упрощенностью выполнения исследуемых подписей.

В материалах доследственной проверки имеется переписка между ФИО2 и ФИО3, из содержания которой следует, что ФИО2 просит ФИО3 забрать оборудование.

Также ответчик указал, что им предположительно утеряны оригиналы договора купли-продажи №12 от 21.05.2018 года, счета-фактуры №16 от 21 мая 2018 года, перечень имущества к договору. Вместе с тем, у Ответчика сохранились оригиналы договора купли-продажи от «24» мая 2017 года, приложение №1 к договору купли-продажи к договору от «24» мая 2017, счет фактура №223 от 24 «мая» 2017 года. Указанные документы полностью идентичны договору купли-продажи №12 от 21.05.2018 года, счет-фактуру №16 от 21 мая 2018 года», так же являлись предметом доследственной проверки и отличаются только указанной в них датой.

Как указывает ответчик, фактическая дата подписания указанных договоров не отличается от даты подписания спорного договора купли-продажи, в связи с чем спорное оборудование было приобретено ООО «Экономикс» по договору купли продажи от «24» мая 2017 года, фактически подписанного 21.05.2018 года.

В связи с наличием разногласий между сторонами относительно принадлежности истцу подписей в спариваемом договоре и в договоре купли-продажи от 24.05.2017 №б/н и приложений к ним, судом по ходатайству сторон была назначена судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой было поручено эксперту ООО «Центр судебной экспертизы «Аналитика» ФИО7.

Перед экспертом были поставлены следующие вопросы:

«1. Выполнена ли подпись на копии договора купли-продажи №12 от 21.05.2018 ФИО2 либо иным лицом?

2. Выполнена ли подпись на копии приложения №1 от 21.05.2018 ФИО2 либо иным лицом?

3. Выполнена ли подпись на копии счета-фактуры №16 от 21.05.2018 ФИО2 либо иным лицом?

4. Выполнена ли подпись и расшифровка подписи на первом листе оригинала договора купли-продажи от 24.05.2017 ФИО2 либо иным лицом?

5. Выполнена ли подпись на оригинале приложения №1 от 24.05.2017 ФИО2 либо иным лицом?

6. Выполнена ли подпись на оригинале счета-фактуры № 223 от 24.05.2017 ФИО2 либо иным лицом?».

Согласно заключению эксперта № 09 от 21.02.2020, выполненному экспертом ООО «Центр судебной экспертизы «Аналитика» ФИО7:

В ответ на вопросы 1, 2, 3 экспертом сделан вывод, что подписи от имени ФИО2, изображения которых расположены в электрофотографических копиях: договора купли-продажи имущества №12 от 21.05.2018, приложения №1 от 21 05.2018 к договору купли-продажи №12 от 21.05.2018 («Перечень Имущества, передаваемого по договору купли-продажи»), счета-фактуры № 16 от 21.05.2018 - выполнены не ФИО2, а другим (другими) лицом (лицами).

В ответ на вопросы 4, 5, 6 экспертом сделан вывод, что подписи от имени ФИО2 в документах: в договоре купли-продажи имущества от 24.05.2017; в приложении №1 к договору («Перечень Имущества, передаваемого по договору купли-продажи»); в счете-фактуре №223 от 24.05.2017 – выполнены самим ФИО2.

Рукописная запись «Конюхов», расположенная на первом листе договора купли-продажи имущества от 24.05.2017, выполнена ФИО2.

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Заключение эксперта является одним из доказательств, оцениваемых судом, и должно быть получено с соблюдением требований, предусмотренных статьями 82 – 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Требования к содержанию заключения эксперта или комиссии экспертов установлены статьей 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Представленное суду заключение эксперта № 02-15/19 от 24.06.2019 подписано экспертом, удостоверено печатью экспертного учреждения и соответствует установленным статьей 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» требованиям, эксперт под подписку предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Признаков недостоверности, неясности и неполноты заключения экспертов судом не установлено, правовых оснований для назначений повторной либо дополнительной экспертизы в соответствии со статьями 85, 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации у суда не имеется.

На основании вышеизложенного, заключение с экспертное заключение № 09 от 21.02.2020, выполненное ООО «Центр судебной экспертизы «Аналитика» (эксперт ФИО7) принимается судом в качестве надлежащего доказательства по делу

Соответствующих ходатайств, о проведении повторной судебной экспертизы в рамках настоящего спора заявлено не было.

В статье 422 Кодекса установлено, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно пункту 1 статьи 160 Кодекса сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу пункта 2 статьи 434 Кодекса договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 данного Кодекса.

Статья 168 Кодекса предусматривает, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Так, экспертом сделан вывод, что подписи от имени ФИО2 на копиях договора купли-продажи имущества №12 от 21.05.2018, приложения №1 от 21 05.2018 к договору купли-продажи №12 от 21.05.2018 («Перечень Имущества, передаваемого по договору купли-продажи»), счета-фактуры № 16 от 21.05.2018 выполнены не ФИО2, а другим (другими) лицом (лицами).

Заключение эксперта сторонами не оспорено, оснований неприменения судом указанного заключения в качестве доказательства по делу не установлены.

По смыслу статей 160 и 168 ГК РФ наличие в договоре поддельной подписи одного из его участников при том, что в нем присутствуют все существенные условия, свидетельствует о недействительности договора, в силу оспоримости, поскольку факт недействительности сделки должен быть установлен и признан судом.

В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Только собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Принимая во внимание то обстоятельство, что оспариваемый договор купли-продажи имущества №12 от 21.05.2018 подписан неизвестным лицом, а следовательно отсутствует воля собственника имущества на заключение указанного договора купли-продажи, суд делает вывод о ничтожности договора купли-продажи.

В силу норм ст. 166, 168 Гражданского кодекса РФ сделка, несоответствующая требованиям закона ничтожна (аналогичный правовой подход изложен в постановлении ФАС Уральского округа от 11.12.2013 N Ф09-10691/13 по делу N А07-19026/2012).

Пунктами 1, 7 и 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны. Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса).

С учетом вышеизложенного, а также ввиду того, что истцом не выражалась воля на заключение договора купли-продажи имущества №12 от 21.05.2018, им не выполнялись подписи на спорном договоре и приложениях к нему, суд считает исковые требования в части признания недействительным (ничтожным) договора купли-продажи №12 от 21.05.2018 подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Относительно требования истца об обязании возвратить спорное имущество: вакуум-пресс, модель ВП-160, насос мембранный, модель НМ-3\20; пропеллерная мешалка, модель М-950; расходная емкость модель V-500, сито вибрационное, модель СВ 280х210, фильтр-пресс модель ФПР-500х500х15, суд указывает следующее.

Истцом заявлены указанные требования как последствия недействительности сделки, а именно договора купли-продажи № 12 от 21.05.2018, в приложении №1 к которому («Перечень Имущества, передаваемого по договору купли-продажи»)перечислено именно спорное имущество общей стоимостью 1 844 000 руб.

В то же время, как выше установлено судом, между сторонами был заключен договор купли-продажи от «24» мая 2017 года, а также приложение №1 к договору купли-продажи к договору от «24» мая 2017, счет фактура №223 от 24 «мая» 2017 года.

Указанные документы полностью идентичны договору купли-продажи №12 от 21.05.2018 года, счет-фактуру №16 от 21 мая 2018 года», и отличаются только указанной в них датой.

Так суд пришел к выводу, что по договору от «24» мая 2017 года, а также приложению №1 к договору купли-продажи к договору от «24» мая 2017, счет фактура №223 от 24 «мая» 2017 года спорное имущество вакуум-пресс, модель ВП-160, насос мембранный, модель НМ-3\20; пропеллерная мешалка, модель М-950; расходная емкость модель V-500, сито вибрационное, модель СВ 280х210, фильтр-пресс модель ФПР-500х500х15 передано в собственность ответчика.

Оригиналы указанных документов представлены в материалы дела и являлись предметом исследования судебной экспертизы.

Эксперт пришел к выводу, что подписи от имени ФИО2 в договоре купли-продажи имущества от 24.05.2017; в приложении №1 к договору («Перечень Имущества, передаваемого по договору купли-продажи»); в счете-фактуре №223 от 24.05.2017 выполнены самим ФИО2.

Кроме того, в материалах дела имеются протоколы допроса свидетелей от 06.03.2020 ФИО6 и ФИО5, заверенные временно исполняющим обязанности нотариуса ФИО8 Краснодарского нотариального округа.

Так, ФИО6 пояснила, что является адвокатом Адвокатской Палаты Краснодарского края, Адвокатский кабинет ФИО6 и в 2018 году оказывала юридические услуги ООО «Экономикс» и ООО «Хейзелл трейд рус». В мае 2018 года ФИО6 обратились ФИО2 и ФИО9 с просьбой составить договоры купли-продажи между ООО «Экономикс» и ООО «Хэйзелл трейд рус» оборудования. ФИО6 были подготовлены два договора купли-продажи 20 мая 2018 года и 21 мая 2018 года, которые были подписаны ФИО2 и ФИО3 Через несколько дней ФИО2 и ФИО3 попросили переделать эти договоры и поменять в них даты с 2018 год на 2017 год. ФИО6 в присутствии ФИО3, ФИО2 и сотрудников компании распечатала договоры купли-продажи оборудования с исправленными датами на 22.05.2017 и 24.05.2017, которые также были подписаны сторонами.

ФИО5 также пояснила, что является финансовым директором ООО «Экономикс» и мае 2018 года в ее присутствии ФИО2 подписал договор купли-продажи имущества от 20 мая 2018 года №11, УПД №15 от 20 мая 2018 года на это имущество, перечень имущества к договору №11 от 20.05.2018 года, Счет фактуру №15 от 20 мая 2018 года, договор купли-продажи №12 от 21 мая 2018 года, перечень имущества к договору купли-продажи №12 от 21.05.2018 года, счет-фактуру №16 от 21 мая 2018 года, УПД №16 от 21 мая 2018 года. Однако через несколько дней после этого, ФИО2 переподписал данные документы другой датой от 22.05.2017 и 24.05.2017.

Вместе с тем судом установлено, что ФИО2 передал ООО «Инночензо групп», директором которого является ФИО3 - супруг ФИО3, права на товарный знак паркетной доски «Francesco arbore», которая производилась ранее на приобретенном у ФИО2 оборудовании.

В дальнейшем указанное спорное оборудование использовалось ООО «Инночензо групп» по договору аренды оборудования от 23.07.2018.

Также согласно показаний работников ООО «ХЕЙЗЕЛ трейд рус», данных следователю в рамках доследственной проверки, ФИО2 лично привел ФИО3 и сообщил всем, что это новый собственник предприятия.

Ответчиком в судебном заседании против факта подписания им договора купли-продажи от 24.05.2017 года возражал, однако доказательств обратного не представил.

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения. Данный принцип представляет собой правило, по которому заинтересованные в исходе дела лица вправе отстаивать свою правоту в споре путем представления доказательств.

Состязательность предполагает возложение бремени доказывания на сами стороны и снятие по общему правилу с арбитражного суда обязанности по сбору доказательств.

По делам искового производства суд не обязан собирать доказательства по собственной инициативе.

Риск наступления последствий несовершения процессуальных действий по представлению в суд доказательств, подтверждающих обстоятельства, на которые ссылается сторона как на основание своих требований и возражений, лежит на этой стороне. Последствием непредставления в суд доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, является принятие судебного решения не в пользу этой стороны (часть 2 статьи 9, статьи 65, 168 АПК РФ). Указанная правовая позиция изложена в Постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2019г по делу №А32-36137/2018.

С учетом изложенного, судом установлено, что спорное оборудование было передано ООО «Экономикс» от истца по договору от 24.05.2017 №б/н. Таким образом, применить последствия ничтожности договора № 12 от 21.05.2018 путем возврата оборудования не могут быть применены поскольку установлено что оно передано в рамках договора от 24.05.2017 №б/н.

Дополнительно суд отмечает, что договор купли-продажи от «24» мая 2017 года истцом не оспаривается в настоящем деле, ничтожным или недействительным не признан, подписан уполномоченными лицами, в связи с чем применение последствий недействительности сделки в виде возврата имущества, переданного по договору купли-продажи от 24.05.2017 года, осуществлены быть не могут в рамках рассматриваемого спора.

Кроме того, на основании договора купли-продажи №25 от 02.06.2019 спорное имущество передано ООО «Аникс», которое согласно выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 12.03.2020 ликвидировано путем исключения из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица.

С учетом вышеизложенного, требование истца об обязании возвратить спорное имущество: вакуум-пресс, модель ВП-160, насос мембранный, модель НМ-3\20; пропеллерная мешалка, модель М-950; расходная емкость модель V-500, сито вибрационное, модель СВ 280х210, фильтр-пресс модель ФПР-500х500х15 удовлетворению не подлежит.

Истец вправе обратиться в суд с самостоятельным иском о взыскании задолженности по оплате спорного имущества, переданного ответчику по договору купли-продажи от «24» мая 2017 года.

Заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности подлежит отклонению в силу следующего.

Ответчик указал, что спорный договор купли-продажи №12 от 21.05.2018 является оспоримой сделкой, так как истец является стороной указанного договора, в связи с чем срок исковой давности по указанному требованию составляет один год.

Однако названный довод подлежит отклонению, так как установлено выше судом на основании проведённой судебной экспертизы, что истец не подписывал спорный договор купли-продажи №12 от 21.05.2018, в связи с чем указанная сделка признана ничтожной.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Таким образом, так как иск подан в суд 19.06.2019, то есть в пределах трехгодичного срока исковой давности с даты подписания спорного договора, а истцу стало известно о нарушении его прав позже, то заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины подлежат возложению на ответчика.

Согласно ст. 106 АПК РФ, к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, в связи с чем расходы по оплате экспертизы в сумме 11 848 руб. также подлежат отнесению на ответчика.

Сумма излишне уплаченной истцом госпошлины подлежит возврату с депозитного счета арбитражного суда.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

РЕШИЛ:

Ходатайство истца об уточнении (дополнении) исковых требований – отказать.

Признать недействительным (ничтожным) заключенный между ООО «ХЭЙЗЕЛ ТРЕЙД РУС» (ИНН 2308225226) и ООО «ЭКОНОМИКС» (ИНН 230801001) договор купли-продажи № 12 от 21.05.2018.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ООО «ЭКОНОМИКС» (ИНН <***>) в пользу ООО «ХЭЙЗЕЛ ТРЕЙД РУС» (ИНН <***>) 6 000 руб. государственной пошлины.

Выдать ООО «ХЭЙЗЕЛ ТРЕЙД РУС» (ИНН <***>) справку на возврат из федерального бюджета 26 800 руб. излишне уплаченной платежными поручениями № 29 от 08.02.2019 и № 64 от 22.07.2019 госпошлины.

Взыскать с ООО «ЭКОНОМИКС» (ИНН <***>) в пользу ООО «Центр Судебной Экспертизы «Аналитика» (ИНН <***>) 11 848 руб. стоимости экспертного исследования.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный суд кассационной инстанции - в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья В.А. Язвенко