Постановление от 30 октября 2025 г. по делу № А73-16997/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

ФИО1 ул., д. 45, <...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-2358/2025
31 октября 2025 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 31 октября 2025 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Никитина Е.О. судей Ефановой А.В., Кучеренко С.О. при участии:

от ФИО2: ФИО3, представителя по доверенности 12.03.2025;

финансового управляющего ФИО4 (лично);

от других участвующих в деле лиц представители не явились

рассмотрев в судебном онлайн - заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 14.10.2024, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2025

по делу № А73-16997/2022

по заявлению финансового управляющего имуществом индивидуального предпринимателя ФИО5 – ФИО4

к ФИО2

о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности

в рамках дела о признании индивидуального предпринимателя ФИО5 (ОГРНИП: <***>,

ИНН: <***>; дата прекращения деятельности: 31.07.2023) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Хабаровского края от 07.08.2023 ФИО5 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

В рамках данного дела о банкротстве финансовый управляющий

ФИО4 15.04.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс), о признании недействительным заключенного ФИО5 и ФИО2 (далее также – ответчик) договора от 17.12.2022 купли-продажи транспортного средства и применении последствий недействительности сделки в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу должника.

Определением суда от 14.10.2024, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2025, заявление финансового управляющего удовлетворено в полном объеме.

Не согласившись с определением и апелляционным постановлением, ФИО2 в кассационной жалобе, с учетом дополнительных пояснений (заявления), просит их отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. В обоснование жалобы ее заявитель указывает на то, что он состоял с ФИО5 в трудовых отношениях без официального трудоустройства, являлся водителем на самосвалах. В начале 2020 года ФИО5 приобрел спорный автомобиль и в марте 2020 года продал ему за 480 000 руб. в рассрочку по 30 000 руб. путем удержания из заработной платы, которая составляла 50 000 руб., а затем суммами около 10 000 руб. ежемесячно. Письменный договор купли-продажи не заключался, но транспортное средство передано ему в марте 2020 года, затем он и его супруга вписаны в страховку и стали пользоваться автомобилем до 31.03.2023. В том числе спорный автомобиль был оформлен им в сервисе такси «Максим». В декабре 2022 года ФИО5 предложил перерегистрировать транспортное средство, что и сделано. Договор купли-продажи оформлен перед регистрацией путем заполнения готового бланка с указанием цены имущества в размере 10 000 руб. В январе – марте 2023 года после прекращения трудовых отношений он перечислил ФИО5 последние 30 000 руб. за автомобиль. Полагает, что сделка по купле-продаже автомобиля в рассрочку влечет переход прав собственности с момента ее совершения, то есть с момента передачи имущества (с 26.03.2020), при этом отсутствие письменной формы договора не влечет его недействительность. Отмечает, что при доказанности сделки купли-продажи транспортного средства в 2020 году оснований для ее оспаривания не имеется, так как на тот момент кредиторы отсутствовали. Считает, что ключевой момент спора –

наличие (отсутствие) трудовых отношений, по существу остался неисследованным. Подлежало выяснению и то, в какой форме ФИО5 выплачивалась заработная плата. При этом финансовый управляющий факт трудовых отношений с должником признал, что освобождает сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Судебное разбирательство по кассационной жалобе, проведенное 30.09.2025, на основании статьи 158 АПК РФ откладывалось на 21.10.2025, в связи с невозможностью проведения судебного онлайн-заседания по техническим причинам. Информация об отложении размещалась на официальном сайте суда кассационной инстанции в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В судебном заседании 21.10.2025, проведенном в соответствии со статьей 153.2 АПК РФ в режиме веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, настаивал на ее удовлетворении.

Финансовый управляющий ФИО4 в отзыве и судебном заседании просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения, указав, что ФИО2 является аффилированным с ФИО5 лицом (длительное время до банкротства знал должника и оказывал ему услуги водителя). Оплата по договору в незначительном размере формально перечислена только после регистрации транспортного средства в ГИБДД с целью придания видимости легитимности сделки за счет средств должника, так как договор не предусматривал расчетов после сделки. Позиция ФИО2 не подтверждена документально (договором аренды с последующим выкупом, доказательствами оплаты до заключения сделки). Справка о том, что ответчик работал на спорном автомобиле в такси, не подтверждает перехода права собственности и сама по себе не соответствует требованиям, предъявляемым к документам. Поскольку ФИО2 оказывал должнику услуги водителя, внесение ответчика и его супруги ФИО6 в страховку не свидетельствует об отчуждении автомобиля. ФИО5 предпринимал меры для вывода своего имущества с целью избежать обращения на него взыскания, а также уклонялся от передачи имущества и ключей от помещения, подлежащего реализации. В частности, определением суда от 28.04.2025 признан недействительным договор купли-продажи автомобиля Toyota Prius Hybrid 2019 г.в., в рамках обособленного спора установлена фальсификация доказательств по делу (добровольно доказательства были исключены). Кроме того, должник скрыл дебиторскую задолженность на сумму более 6 000 000 руб. и передал ее третьему лицу, что исключило возможность ее погашения в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Магистраль+» (реестровые требования погашены в процедуре наблюдения).

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 АПК РФ в отсутствие других участвующих в деле лиц.

Заслушав лиц, явившихся в судебное заседание, изучив материалы дела, проверив законность определения от 14.10.2024 и постановления от 30.05.2025, с учетом доводов кассационной жалобы и отзыва на нее, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренные статьей 288 АПК РФ основания для их отмены (изменения) отсутствуют.

Как установлено арбитражными судами и следует из материалов дела, по сведениям предоставленным УМВД России по г. Комсомольску-на-Амуре 17.12.2022 между ФИО5 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи автомобиля марки Honda Stream, 2007 г.в., № кузова: RN61054460, ПТС № 25ОХ 269341 (выдан 25.06.2019) по цене 10 000 руб.

Регистрационные действия по смене владельца транспортного средства осуществлены 21.01.2023.

Ссылаясь на то, что договор купли-продажи от 17.12.2022 совершен в период подозрительности, при неравноценном встречном предоставлении, в связи с чем является недействительной сделкой в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ

«О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), финансовый управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения, связанные с банкротством граждан, урегулированы главой Х «Банкротство граждан», а также главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IХ и параграфом 2 главы ХI данного Закона.

В соответствии со статьей 213.11 Закона о банкротстве требования о признании недействительными сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок могут быть предъявлены только в порядке, установленном данным Федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 данного Федерального закона, может быть подано, в том числе финансовым управляющим по своей инициативе

либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов (пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Оспариваемая сделка совершена 17.12.2022, т.е. после принятия заявления о признании должника банкротом (16.11.2022) и попадает под период подозрительности, определенный как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона

«О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При

сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Проверка соответствия правоотношений, складывающихся между сторонами сделки, требованиям гражданского оборота с точки зрения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пунктах 5, 6 и 7 постановления Пленума № 63, предполагает установление совокупности обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; о фактическом причинении вреда в результате совершения сделки; об осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 данного Федерального закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность определяется как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В то же время недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ). Обстоятельствами, свидетельствующими о цели причинения вреда кредиторам, могут являться неисполнение существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива по существенно заниженной цене и аффилированность покупателя (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4)).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Вместе с тем следует учитывать, что в соответствии с правовой позицией, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

О наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Из разъяснений пункта 9 постановления Пленума № 63 следует, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия

заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Арбитражными судами из материалов дела установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки (17.12.2022) у ФИО5 имелись неисполненные обязательства перед публичными акционерными обществами «Сбербанк России» и «Росбанк», также в отношении него уже имелось возбужденное дело о банкротстве.

Указывая на совершение сделки при неравноценном встречном исполнении, финансовый управляющий ссылался на то, что цена спорного автомобиля по договору (10 000 руб.) не соответствует средней рыночной стоимости в период совершения сделки, которая согласно сведениям с сайта продажи транспортных средств составляла не менее 600 000 руб.

Сведений о наличии у ФИО2 денежных средств, необходимых для оплаты рыночной стоимости спорного автомобиля, а тем более доказательств получения должником денежных средств в сумме 480 000 руб., в материалы дела не представлено.

Утверждения ответчика о наличии трудовых отношений с ФИО5, а также об удержании последним из его заработной платы ежемесячно денежных средств в счет оплаты автомобиля, документально не подтверждены.

Из содержания оспариваемого договора факт наличия предварительных договоров между продавцом и покупателем и имевшей место ранее оплате также не следует.

Представленная выписка по счету за 2023 год не свидетельствует о том, что денежные средства в общей сумме 30 000 руб. переведены в счет оплаты по спорному договору.

Следовательно, стороны, заведомо рассматривая условия договора о цене и порядке расчетов как фиктивные, осознавали, что продажа транспортного средства по согласованным в договоре условиям или при отсутствии реального встречного предоставления нарушает права и законные интересы кредиторов ФИО5, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации движимого имущества.

При таких обстоятельствах суды первой и апелляционной инстанций констатировали, что заключение договора купли-продажи от 17.12.2022

привело к выводу из состава имущества ФИО5 без встречного предоставления ликвидного актива, за счет которого кредиторы могли получить удовлетворение своих требований, в связи с чем признали сделку недействительной по статье 61.2 Закона о банкротстве, применив последствия ее недействительности в виде обязания ФИО2 возвратить спорный автомобиль в конкурсную массу должника.

Оснований не согласиться с выводами судов у кассационной инстанции не имеется.

Доводы о том, что транспортное средство приобретено ФИО2 в марте 2020 года за 480 000 руб. в рассрочку по 30 000 руб. путем удержания из заработной платы, которая составляла 50 000 руб., а затем суммами около 10 000 руб. ежемесячно без составления письменного договора; по предложению ФИО5 произведена перерегистрация автомобиля и в январе – марте 2023 года после прекращения трудовых отношений перечислены оставшиеся 30 000 руб. за автомобиль, являлись предметом рассмотрения апелляционного суда и правомерно отклонены, поскольку не находят подтверждения материалами дела.

Предполагается, что ФИО2, как стороне спорных правоотношений, не составило бы затруднений представить в материалы дела убедительные доказательства (в том числе косвенные), подтверждающие факт приобретения автомобиля у ФИО5 в 2020 году на приведенных выше условиях.

Однако позиция ответчика обоснована лишь его пояснениями, фактически не имеющими документального подтверждения.

Вместе с тем экономическая целесообразность предположительного отчуждения ФИО5 в пользу ФИО2 в марте 2020 года автомобиля по прошествии незначительного периода времени после его приобретения (со слов ответчика должник купил автомобиль в конце 2019 года или в начале 2020 года) по цене, не превышающей рыночную, с длительной рассрочкой, при том, что спорное транспортное средство не является специализированным видом техники, и при необходимости могло быть предложено широкому кругу покупателей и продано на условиях получения оплаты единовременно, не раскрыта.

Представленная выписка по счету ФИО2 за период 2023 года, из которой следует, что в пользу ФИО5 осуществлено три платежа по 10 000 руб., обоснованно не принята апелляционным судом в качестве достаточного доказательства, так как операции не содержат указания на назначение платежа, которые бы подтверждали произведение оплаты именно за автомобиль.

При этом выписка содержит сведения об операциях, совершенных только в пользу ФИО5, за короткий период времени, что не позволило суду апелляционной инстанции изучить движение денежных средств

(например, установить, что операции между ответчиком и должником не носили регулярный характер). Исходя из дат платежей, они совершены как после подписания договора купли-продажи (17.12.2022) и до перерегистрации автомобиля на ФИО2 (21.01.2023) – 13.01.2023, так и после – 31.01.2023 и 31.03.2023.

В обоснование жалобы ее ответчик указывает на то, что он состоял с ФИО5 в трудовых отношениях без официального трудоустройства, являлся водителем на самосвалах в период с осени 2019 года по осень 2021 года.

Согласно позиции финансового управляющего ФИО4, он допускает, исходя из пояснений ФИО2, что последний оказывал

ФИО5 услуги водителя, но данное обстоятельство расценивается им исключительно как подтверждение их аффилированности.

Действительно, близкое знакомство должника и ответчика, а также нахождение их в отношениях «начальник-подчиненный», носящих доверительный характер (официальное трудоустройство отсутствует), может являться признаком недействительности сделки по смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при непредставлении каких-либо доказательств получения ФИО2 заработной платы с удержанием из нее от

10 000 руб. до 30 000 руб.

Оформление автомобиля в сервисе такси «Максим» не свидетельствует о том, что фактическим собственником транспортного средства с марта 2020 года являлся ФИО2, так как регистрация как партнера произведена 11.01.2021, то есть еще до предполагаемого прекращения ответчиком трудовых отношений с ФИО5 (осень 2021 года).

Окончательные расчеты (по версии ответчика) и перерегистрация автомобиля в ГИБДД произведены только в 2023 году по прошествии значительного периода времени после прекращения трудовых отношений (осень 2021 года). Переписка сторон или иные доказательства того, что ФИО5 связался с ФИО2 с целью регистрации автомобиля, а также сальдирования обязательств по оплате, в том числе косвенно указывающие на наличие договоренностей о продаже транспортного средства, от ответчика в материалы дела не поступали. Документальное подтверждение несения ответчиком расходов на содержание транспортного средства (ремонт, смена шин или иных изнашиваемых деталей, покупка расходных материалов и пр.) за счет собственных средств в течение почти трех лет отсутствует.

Допуск к вождению спорным автомобилем супруги ФИО2 также убедительным образом не подтверждает факт покупки автомобиля у

ФИО7 в марте 2020 года, так как исходя из представленных самим ответчиком сведений об административных правонарушениях, транспортное средство использовалось и другими лицами. Объяснений относительно

фактов передачи автомобиля в пользование другим гражданам ответчик, со слов его представителя, дать не смог.

Таким образом, доказательств того, что спорный автомобиль отчужден должником с эквивалентным встречным предоставлением, а не продолжал использоваться в его предпринимательской деятельности вплоть до возбуждения дела о банкротстве, вопреки утверждению ответчика, не имеется.

Нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения и постановления по безусловным основаниям, не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты отмене, а кассационная жалоба удовлетворению, не подлежат.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 14.10.2024, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2025 по делу № А73-16997/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Е.О. Никитин Судьи А.В. Ефанова

С.О. Кучеренко