Постановление от 11 марта 2019 г. по делу № А65-27358/2018

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-27358/2018
г. Самара
11 марта 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 04 марта 2019 года

Постановление в полном объеме изготовлено 11 марта 2019 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сергеевой Н.В.,

судей Драгоценновой И.С., Юдкина А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от общества с ограниченной ответственностью "Страховая группа «АСКО»" в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - представителя ФИО2 (доверенность от 20.07.2018) ,

от общества с ограниченной ответственностью "Саф" – представителя ФИО3 (доверенность от 12.10.2018),

от третьего лица Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан – представитель не явился, извещено,

рассмотрев в открытом судебном заседании 04 марта 2019 г. в помещении суда с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Республики Татарстан апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Страховая группа «АСКО»" в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 декабря 2018 года по делу № А65-27358/2018 (судья Спиридонова О.П.)

исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью "Страховая группа "АСКО", РТ, г. Набережные Челны

к Обществу с ограниченной ответственностью "Саф", РТ, Актанышский район, с. Старое Сафарово

с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан,

о взыскании 2063890 рублей долга, 252600 рублей 34 копеек процентов с их начислением по день фактического исполнения обязательства,

УСТАНОВИЛ:

ООО "Страховая группа "АСКО" в лице конкурсного управляющего ГК "Агентство по страхованию вкладов" (далее по тексту – истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением о взыскании с ООО "Саф" (далее – ответчик) задолженности в размере 2 063 890 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 252 600 руб. 34 коп. с их начислением по день фактического исполнения обязательства.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.10.2018 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено Министерство сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 декабря 2018 г. в удовлетворении заявленных требований отказано.

В апелляционной жалобе общество с ограниченной ответственностью "Страховая группа «АСКО»" в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Общество с ограниченной ответственностью «САФ» представило отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит решение суда от 25.12.2018 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель истца просил отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новый судебный акт, исковые требования удовлетворить.

Представитель ответчика в судебном заседании просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание представитель третьего лица Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан не явился, извещен, заявил ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

В соответствии с положениями ст.156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица.

Проверив материалы дела, оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, суд апелляционной инстанции считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, а апелляционную жалобу - не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела усматривается, что между ООО «СГ «АСКО» (страховщик) и ООО «Саф» (страхователь) заключен договор сельскохозяйственного страхования (урожай сельскохозяйственных культур с государственной поддержкой) № СХУ41-ГО/16 от 03.06.2016 г. с приложениями к договору (л.д. 33-39 т.1; далее по тексту – договор страхования).

Согласно условиям заключенного договора (п. 2.1) объектом страхования являются имущественные интересы страхователя (выгодоприобретателя), связанные с риском утраты (гибели) урожая сельскохозяйственной культуры на всей площади посева/посадки в хозяйстве страхователя в результате воздействий событий, указанных в п. 2.4 договора;

- общая страховая сумма по договору составляет 49 266 361 руб. (п. 2.2);

- общая страховая премия по договору составляет 4 345 032 руб. (п. 2.3 договора) и уплачивается в рассрочку:

- первый страховой взнос в сумме 2 172 516 руб. – не позднее 31 августа 2016 г.,

- второй страховой взнос в сумме 2 172 516 руб. – не позднее 31 декабря 2016 г. (п. 2.3.1).

Согласно пункту 2.3.2 в случае если по договору государственная поддержка не была предоставлена страхователю, то стороны действуют в соответствии с пп.6.6.1 и 7.3.1 Правил, в том числе в отношении п.2.9 договора.

Страховыми случаями, согласно п. 2.4 договора страхования являются:

- воздействие опасных для производства сельскохозяйственной продукции природных явлений: атмосферная, почвенная засуха, суховей, заморозки, вымерзание, выпревание, градобитие, пыльная буря, ледяная корка, половодье, наводнение, подтопление, паводок, оползень, переувлажнение почвы, сильный ветер, ураганный ветер, землетрясение, лавина, сель, природный пожар;

- проникновение и (или) распространение вредных организмов, если такие события носят эпифитотический характер;

- нарушение электро-, тепло-, водоснабжения в результате стихийных бедствий при страховании сельскохозяйственных культур, выращиваемых в защищенном грунте или на мелиорируемых землях.

Событие считается состоявшимся, если оно полностью соответствует критериям для данного явления, указанным в приложении № 3 к договору, и произошло в период, указанный в п. 2.8 договора.

Территория страхования – Актанышский район (п. 2.5 договора).

Разделом 4 договора стороны регламентировали порядок определения размера страховой выплаты в случае наступления страхового случая.

Договор страхования заключен на срок с 04 июня 2016 г. по 10 октября 2016 г. (п. 2.7).

Страхование, обусловленное договором (период страхования в отношении каждой сельскохозяйственной культуры), распространяется на страховые случаи, произошедшие с 00 часов дня, следующего за днем подписания договора, но не ранее посадки/посева данной культуры и оканчивается 24 ч 00 мин дня, указанного как дата окончания уборки урожая (столбец 9 таблицы п. 2.1 договора).

Даты окончания уборки каждой застрахованной культуры указаны в п. 2.1 договора и, как следствие, страхового покрытия: для пшеницы яровой – 05.09.2016 г., для ячменя ярового – 01.09.2016 г., для овса – 01.09.2016 г., для кукурузы на зерно – 01.10.2016 г., для гороха – 15.08.2016 г., для вики и смеси виковых (с преобладанием вики) на зерно – 05.09.2016 г., для рапса ярового (кольза) – 01.09.2016 г., для кукурузы на корм (силос, зеленый корм и сенаж) – 10.10.2016 г.

В соответствии с п.6.1 Правил страхования (стандартные) урожая сельскохозяйственных культур, посадок многолетних насаждений, осуществляемого с государственной поддержкой страховой премией является плата за страхование, которую Страхователь обязан уплатить страховщику в порядке и сроки, установленные договором сельскохозяйственного страхования.

В соответствии с п. 6.1.3 Правил страхования общая страховая премия уплачивается Страхователем по договору сельскохозяйственного страхования в рассрочку, в сумме и сроки, установленные договором сельскохозяйственного страхования.

В соответствии с пунктом 6.6.1 Правил страхования, если договором сельскохозяйственного страхования не предусмотрено иное, в случае непоступления (в полном объеме или частично) средств государственной поддержки в сроки, установленные договором сельскохозяйственного страхования, страховщик вправе требовать изменения условий договора сельскохозяйственного страхования в соответствии с пунктом 7.3.1 Правил.

Согласно пункту 7.3.1 указанных Правил страхования в случае нарушения порядка и сроков уплаты очередного страхового взноса страховщик вправе потребовать изменения условий договора сельскохозяйственного страхования, в том числе исключить действие положений пунктов 5.2.1, 5.5.1, 7.4.2 Правил страхования, а в случае отказа страхователя потребовать досрочного прекращения договора сельскохозяйственного страхования без учета положений пункта 7.4.2 Правил страхования.

В пункте 5.2.1 Правил страхования указано, что страховая сумма устанавливается в размере не менее, чем определенная п. 6 ст.4 Федерального закона №260-ФЗ доля страховой стоимости.

В пункте 5.5.1 Правил страхования установлено, что размер безусловной франшизы не может превышать доли страховой суммы, определенной Федеральным законом №260-ФЗ и Планом сельскохозяйственного страхования.

В пункте 7.4.2 Правил страхования закреплено, что договор страхования не может быть прекращен до наступления срока, на который он был заключен, за исключением случая, предусмотренного ст. 958 ГК РФ.

Конкурсный управляющий истца при анализе документов финансово хозяйственной деятельности страховщика пришел к выводу, что ответчик перечислил страховую премию только в размере 2 172 516 руб. платежным поручением № 249 от 23.08.2016 г. (л.д. 57 т.1), а третье лицо свои обязательства по перечислению субсидии в размере 50% от страховой премии исполнило частично, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришёл к следующим выводам.

Основания возникновения гражданских прав и обязанностей перечислены в статье 8 ГК РФ.

В соответствии с указанной нормой гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров и иных сделок, из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей.

Обязательства возникают из договоров и иных сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации (ст. 307 ГК РФ).

Обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем качестве сторон (п.3 ст. 308 ГК РФ).

Кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо (п.1 ст. 313 ГК РФ).

Правоотношения в сфере государственной поддержки с сельскохозяйственных товаропроизводителей посредством предоставления субсидий из федерального бюджета и бюджета субъекта Российской Федерации регулируются положениями Федерального закона от 25.07.2011г. № 260-ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства» (далее – Федеральный закон № 260-ФЗ), Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.12.2012г. № 1371 «Об утверждении Правил предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на возмещение части затрат сельскохозяйственных товаропроизводителей на уплату страховых премий по договорам сельскохозяйственного страхования» (далее - Постановление Правительства РФ № 1371) и Постановлением Кабинета Министров Республики Татарстан от 14.03.2016г. № 138 «О мерах государственной поддержки агропромышленного комплекса в 2016 году» (далее – Постановление КМ РТ № 138).

В соответствии с положениями ст. 69, 78 Бюджетного кодекса Российской Федерации, субсидии предоставляемые юридическим лицам - производителям товаров, работ, услуг в целях возмещения недополученных доходов и (или) финансового обеспечения (возмещения) затрат в связи с производством (реализацией) товаров, относятся к бюджетным ассигнованиям и предоставляются на безвозмездной и безвозвратной основе.

Нормативные правовые акты, регулирующие предоставление субсидий, должны определять:

- категории и (или) критерии отбора юридических лиц - производителей товаров, работ, услуг, имеющих право на получение субсидий;

- цели, условия и порядок предоставления субсидий;

- порядок возврата субсидий в соответствующий бюджет в случае нарушения условий, установленных при их предоставлении;

- порядок возврата в текущем финансовом году получателем субсидий остатков субсидий, не использованных в отчетном финансовом году, в случаях, предусмотренных соглашениями (договорами) о предоставлении субсидий;

- положения об обязательной проверке главным распорядителем (распорядителем) бюджетных средств, предоставляющим субсидию, и органом государственного (муниципального) финансового контроля соблюдения условий, целей и порядка предоставления субсидий их получателями.

Порядок предоставления указанных субсидий из федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации, местных бюджетов устанавливается соответственно нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации, муниципальными правовыми актами местной администрации (ст. 78 БК РФ).

Министерство сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан не является стороной договора страхования, следовательно, с учетом положений ст. 308 ГК РФ, договор страхования не может порождать обязанностей для него.

Положения Федерального закона № 260-ФЗ, Постановления Правительства Российской Федерации от 22.12.2012г. № 1371 и Постановления Кабинета Министров Республики Татарстан от 14.03.2016г. № 138 регулируют порядок предоставления субсидии сельскохозяйственным товаропроизводителям на возмещение части затрат на уплату страховых премий по договорам сельскохозяйственного страхования.

Применительно к спорным правоотношениям, указанные нормативные акты регулируют правоотношения между третьим лицом, как уполномоченным органом государственной власти Республики Татарстан по вопросам предоставления субсидий сельскохозяйственным товаропроизводителям и ответчиком, как получателем бюджетных ассигнований.

Указанные нормативные акты не порождают гражданские права и обязанности третьего лица перед истцом.

То обстоятельство, что положения ч.3 ст. 3 Федерального закона № 260-ФЗ предусматривают перечисление субсидий непосредственно на расчетный счет страховщика, не меняет существо спорных правоотношений.

Как следует из содержания указанной правовой нормы, перечисление субсидии на расчетный счет соответствующего страховщика производится на основании заявления сельскохозяйственного товаропроизводителя. Таким образом, законоположения, предусматривающие перечисление субсидии непосредственно на расчетный счет страховщика, не порождают у страховщика права на указанную субсидию, а лишь регламентируют порядок предоставления указанной субсидии сельскохозяйственному товаропроизводителю.

Страховщик в соответствии с положениями ст. 313 ГК РФ обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом.

Таким образом, в спорных правоотношениях у третьего лица отсутствуют гражданские обязанности перед истцом по выплате страховой премии по договору страхования. Такие обязанности не возникают как из договора, так и из приведенных выше норм права.

Вопрос предоставления субсидии на возмещение части затрат сельскохозяйственных товаропроизводителей на уплату страховых премий по договорам сельскохозяйственного страхования относится к правоотношениям между третьим лицом и ответчиком, не является предметом доказывания для разрешения спора между истцом и ответчиком, в связи с чем в рамках настоящего дела не исследуется.

Отношения истца и ответчика возникли из договора страхования.

В соответствии со ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно ст. 954 ГК РФ под страховой премией понимается плата за страхование, которую страхователь обязан уплатить страховщику в порядке и в сроки, которые установлены договором страхования.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

По общему правилу, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается (ст. 310 ГК РФ).

Как следует из пункта 2.2 договора страхования, сторонами согласован общий размер страховой премии в размере 4 345 032 рубля.

Министерство сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан платежным поручением № 756089 от 15.12.2016 г. оплатило за страхователя вторую часть страховой премии частично в размере 108 626 руб. (л.д. 58 т.1).

С учетом оплаты первого взноса неоплаченная ответчиком часть страховой премии составляет 2 063 890 рублей.

Как следует из материалов дела, государственная поддержка по данному договору страхования предоставлена частично. При этом истец не воспользовался правом на изменение условий договора страхования, предусмотренным п. 7.3.1 Правил страхования.

Таким образом, с учетом условий договора страхования и вышеприведенных нормативных актов, у истца имеется субъективное право требовать с ответчика неоплаченную часть страховой премии в размере 2 063 890 рублей.

Указанная сумма приходится на долю не предоставленной ответчику субсидии по программе государственной поддержки.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 25.07.2011 г. № 260-ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства» субсидии предоставляются на возмещение части затрат сельскохозяйственного товаропроизводителя на уплату страховой премии, начисленной по договору сельскохозяйственного страхования, на расчетный счет страховщика в размере пятидесяти процентов начисленной страховой премии на основании заявления сельскохозяйственного товаропроизводителя.

Постановлением Кабинета Министров Республики Татарстан от 14.03.2016 г. № 138 «О мерах государственной поддержки агропромышленного комплекса в 2016 году» утвержден Порядок предоставления субсидий на возмещение части затрат сельскохозяйственных товаропроизводителей на уплату страховых премий по договорам сельскохозяйственного страхования в 2016 году (далее – Порядок).

Основанием для отказа в предоставлении субсидии является: предоставление неполного комплекта документов; отсутствие остатка лимита бюджетных обязательств.

Из представленных суду первой инстанции документов следует, что ответчик обратился к третьему лицу и предоставил необходимый пакет документов для получения субсидии на возмещение части затрат на уплату страховых премий.

Возражая против предъявленного иска, ответчик указывает, что заключая договор страхования с государственной поддержкой ответчик рассчитывал получить субсидию в размере 50% от страховой премии и согласился на заключение договора исключительно на условиях государственной поддержки (т.е. на условиях уплаты 50% страховой премии, установленной договором страхования).

Ответчик в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции обращал внимание суда на то обстоятельство, что истец злоупотребляет правом, существенно завышая размер страховой премии в договоре с государственной поддержкой, тогда как размеры страховых премий в договорах страхования сельскохозяйственных культур на общих условиях (без государственной поддержки), при прочих равных условиях страхования, существенно ниже.

Ответчик представил Правила страхования урожая сельскохозяйственных культур ООО «Страховая группа «АСКО», утвержденные приказом ООО «СГ «АСКО» от 09.06.2016 г. № 156, т.е. действовавшие в спорный период (далее - Правила АСКО).

В п. 5.3 Правил АСКО и в приложении № 1 к указанным Правилам перечислены риски, с наступлением которых стороны связывают наступление страхового случая. Судом первой инстанции установлено, что в Правилах АСКО представлен более широкий перечень страховых рисков, признаваемых страховым случаем, по сравнению с условиями договора страхования с государственной поддержкой.

В приложении № 2 к Правилам АСКО установлен базовый тариф ставки страхования урожая. При условии страхования сельскохозяйственных культур сроком на один год по программе «Полный пакет» составляет 7% от страховой суммы. Если договор заключен на срок менее года, предусмотрен понижающий коэффициент исходя из количества полных месяцев страхования. Если срок страхования равен 3мес., применяется понижающий коэффициент 0,4, а если срок страхования равен 4мес., к базовому тарифу применяется коэффициент 0,5.

За 4 месяца страхования на условиях «Полный пакет», страховая премия по Правилам АСКО составит 3,5%.

Таким образом, в период действия договора страхования с ответчиком истец предлагал неограниченному кругу лиц (путем размещения на сайте, в информационных стендах и т.д.) заключить договор на вышеприведенных условиях.

Между тем в договоре с ответчиком на аналогичный объем страхового покрытия установлена страховая премия за 4мес. страхования в размере 9% от страховой суммы, что существенно выше страховых тарифов, которые истец предлагает неограниченному кругу лиц по программе страхования урожая сельхоз культур без государственной поддержки.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно п.2 ст. 1 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемых сделок) граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с п.3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п.4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п.5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались. (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

С учетом указанных норм права суд первой инстанции вынес на обсуждение обстоятельства существенного завышения истцом страховой премии в договорах с государственной поддержкой и попросил представителей истца обосновать значительную разницу в размере страховых премий при одинаковых страховых рисках.

Представители истца пояснили суду первой инстанции, что увеличение суммы страховой премии в договорах с государственной поддержкой обусловлено членством в «Едином объединении страховщиков агропромышленного комплекса – Национальный Союз Страховщиков» (далее - НСА) и связанным с этим уплатой взносов в фонд компенсационных выплат.

Из Правил деятельности НСА (раздел 2) следует, что члены НСА уплачивают в фонд компенсационных выплат 5% от полученных страховых премий.

По расчету суда, в случае, если договор страхования с ответчиком был бы заключен на условиях Правил АСКО, то общая сумма страховой премии составила бы 1 724 322 руб. 63 коп. (49 266 361 руб. страховой суммы х 3,5% страховой премии по программе «Полный пакет» на 4 мес.). При этом сумма отчислений истца в фонд компенсационных выплат составила бы 86 216 руб. 13 коп. (1 724 322 руб. 63 коп. страховой премии х 5%).

В случае если истец установил бы в договоре экономически обоснованный размер страховой премии, соответствующий размеру страховой премии, взимаемому им при сравнимых обстоятельствах, и на что мог рассчитывать ответчик при добросовестном поведении всех участников описываемых правоотношений, то страховая премия по договору между истцом и ответчиком не превысила бы 1 810 538 руб. 94 коп. (1 724 322 руб. 63 коп. + 86 216 руб. 31 коп. затрат по отчислению в фонд компенсационных выплат. При этом доля истца по оплате страховой премии составила бы 905 269 руб. 47 коп., а оставшаяся часть страховой премии (50%) была бы выплачена из средств бюджета в соответствии со ст. 3 Федерального закона от 25.07.2011г. №260-ФЗ.

Таким образом, в рассматриваемом случае, экономически обоснованным является увеличение размера страховой премии только на указанную сумму.

Однако в договоре страхования с государственной поддержкой, заключенном с ответчиком размер страховой премии установлен в размере 4 345 032 рубля. (т.е. более 2,5 раз превышает размер среднерыночной и экономически обоснованной страховой премии).

При этом в рассматриваемом случае ответчик оплатил истцу 2 172 516 рублей, что уже превышает размер страховой премии, которые истец получает при сравнимых обстоятельствах.

В таком поведение истца, направленном на получение необоснованной выгоды из сложившейся ситуации, суд первой инстанции обоснованно усмотрел злоупотребление правом.

Представители истца пояснили суду первой инстанции, что с их стороны требования действующего законодательства не нарушены, страховая премия установлена в пределах ставок, утвержденных Приказом Минсельхоза РФ № 522 от 30.10.2015 г.

Приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации № 522 от 30.10.2015 г. установлены предельные размеры ставок для расчета размера субсидий при сельскохозяйственном страховании.

Указанный нормативный акт принят Минсельхозом России в пределах своих полномочий для определения порядка расчета субсидий (пределов бюджетных обязательств) и не является нормативным актом, утверждающим тарифы для страховых организаций. Тарифы в сфере страхования урожая сельскохозяйственных культур государством не регулируются. Предельные размеры ставок, установленные Минсельхозом России в вышеуказанном приказе, применяются для расчета размера субсидий в случаях, когда страховой тариф между страхователем и сельхозтоваропроизводителем превышает установленные значения.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что у истца отсутствовали как экономические, так и правовые основания для существенного завышения суммы страховой премии в договорах страхования с государственной поддержкой.

Суд первой инстанции обоснованно учел, что Федеральный закон от 25.07.2011 г. № 260-ФЗ принят в целях государственной поддержки сельскохозяйственного товаропроизводителя, а не страховых компаний, участвующих в программе страхования урожая сельскохозяйственных культур с государственной поддержкой, в связи с чем в результате принятия мер государственной поддержки сельскохозяйственный товаропроизводитель должен оказаться в более выгодных условиях по сравнению с обычными (среднерыночными) условиями страхования урожая сельскохозяйственных культур.

В результате существенного завышения истцом страховых тарифов при реализации программы страховании урожая сельскохозяйственных культур с государственной поддержкой и в результате неуплаты субсидии (50%) третьим лицом, ответчик оказался в значительно более худшем положении, чем товаропроизводители, заключившие договоры страхования при рыночных ценах без государственной поддержки (например - по Правилам АСКО), что не соответствует целям государственной поддержки, закрепленным в Федеральном законе от 25.07.2011г. № 260-ФЗ.

Таким образом, в результате описанных правоотношений истец уже получил страховую премию в размере, превышающем рыночные цены за аналогичный страховой продукт, в связи с чем его требования о взыскании с ответчика оставшейся части страховой премии приведут к неосновательному обогащению истца за счет ответчика.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п.2 ст. 10 ГК РФ).

Непосредственной целью санкции, содержащейся в ст. 10 ГК РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы истца о том, что его действия, а также условия договора соответствуют формальным требованиям законодательства, в связи с чем истец не может быть признан лицом, злоупотребляющим правом.

Хотя действия истца и соответствуют формальным требованиям законодательства, реализация истцом своих прав приводит к искажению общих начал законодательства в области государственной поддержки сельскохозяйственных товаропроизводителей, в том числе и положений Федерального закона от 25.07.2011 г. № 260-ФЗ, в результате которого истец получает неосновательное обогащение за счет средств бюджета и сельскохозяйственных товаропроизводителей, а сельскохозяйственные товаропроизводители вместо получения государственной поддержки, оказываются в более худшем положении, чем лица, заключившие договоры страхования без государственной поддержки.

Также судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы истца о том, что в силу свободы договора ответчик сам, без принуждения, согласился на такие условия договора.

Во-первых, условия договора разработаны и предложены истцом. Фактически договор между сторонами является договором присоединения, в связи с чем ответчик не имел возможности повлиять на содержание договора.

Кроме этого, исходя из положений ч.5 ст. 10 ГК РФ, презюмирующей добросовестность всех участников гражданского оборота, ответчик вправе был рассчитывать на добросовестное поведение истца при установлении рыночных и экономически обоснованных страховых тарифов.

Во-вторых, ответчик имел все основания полагать, что вторая часть страховой премии будет оплачена за счет средств бюджета и заключил договор, ориентируясь на указанные обстоятельства, поскольку в силу положений ст. 3 Федерального закона от 25.07.2011 г. № 260-ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства» субсидии предоставляются в размере пятидесяти процентов начисленной страховой премии. Предоставление субсидии в меньшем размере не предусмотрено.

Однако в ходе реализации договора, после того, как субсидия из бюджета не поступила, истец не реализовал свое право на изменение условий договора и, продолжая злоупотреблять своими правами, требует взыскать с ответчика оставшуюся часть страховой премии в полном объеме.

В-третьих, в соответствии с п.11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах" при разрешении споров, возникающих из договоров, в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (ст. 431 ГК РФ), толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, являющееся профессионалом в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

Страховая группа "АСКО", будучи профессионалом в страховой деятельности, разработало проект договора страхования, который фактически содержит не подкрепленное документально условие о том, что 50% страховой премии будет оплачено уполномоченным органом субъекта Российской Федерации за счет бюджетных средств. Такое льготное условие является экономически интересным для общества (сельхозпроизводителя) и определяющим для принятия им решения о заключении договора. В результате страхователь, будучи слабой стороной такого договора страхования, оказывается введенным в заблуждение в части исполнимости его условий.

При этом удовлетворение требования о взыскании с общества оставшихся неоплаченными по причине не предоставления государственной поддержки 50% страховой премии нарушает баланс интересов сторон и ставит страховую организацию в более преимущественное экономическое положение за счет слабой стороны, вынуждая общество нести непредвиденные расходы.

В связи с изложенным суд первой инстанции обоснованно признал последовательные действия истца по установлению существенно завышенных, экономически необоснованных тарифов на страхование урожая сельскохозяйственных культур с государственной поддержкой, по непринятию мер по изменению условий договора страхования после того, как оставшаяся часть субсидии из бюджета не поступила, по обращению в суд с требованием о взыскании оставшейся суммы страховой премии, при том, что сумма страховой премии, которая соответствует сумме премий за аналогичный страховой продукт, уплачиваемый при сравнимых обстоятельствах (ст. 424 ГК РФ) истцом уже получена, направлены на неосновательное обогащение за счет ответчика и являются актом злоупотребления гражданскими правами, в связи с чем отказал в удовлетворении иска в полном объеме.

Доводы, указанные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции считает необоснованными по следующим основаниям.

При заключении договора воля ответчика не была направлена на то, чтобы полностью нести расходы по уплате страховой премии. Из содержания и условий договора следует, что он был заключен с государственной поддержкой и предполагал, что страховой взнос в размере 50% будет перечислен уполномоченным органом субъекта Российской Федерации (Минсельхозпродом РТ) за счет бюджетных средств на возмещение части затрат сельскохозяйственного товаропроизводителя на уплату страховой премии. Ответчик подал заявление на страхование урожая сельхозкультур с господдержкой, ему произведен расчёт размера субсидий (Справка расчёта) за счёт средств федерального бюджета и бюджета Республики Татарстан, Ответчик подал Заявление в Минсельхозпрод РТ на перечисление целевых средств в ООО «СГ «АСКО» и уведомил об этом Страховщика.

Положения п.3.1.4 договора в части обязанности Страхователя уплатить второй страховой взнос в случае, если он не поступил из средств государственной поддержки, противоречат ст.4 ФЗ-260 «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования...» от 25.07.2011 г., а в Правилах страхования не предусмотрена обязанность Страхователя оплатить Страховщику вторую часть страховой премии, в случае не поступления средств господдержки по любым основаниям.

Так п.6.6.1 Правил страхования в случае не поступления средств господдержки, предусмотрено право Страховщика только изменить условия договора страхования в порядке п.7.3.1 Правил, в соответствии с которым в случае, если по договору сельскохозяйственного страхования государственная поддержка не была предоставлена страхователю, то страховщик вправе потребовать изменения условий договора сельскохозяйственного страхования, в том числе исключить действие положений пунктов 5.2.1, 5.5.1, 7.4.2 Правил страхования, а в случае отказа страхователя потребовать досрочного прекращения договора сельскохозяйственного страхования без учета положений пункта 7.4.2 Правил страхования. Истец в период действия договора не воспользовался правом на изменение условий договора и не направил соответствующее уведомление Ответчику, и как следствие Страхователь (ответчик) не направлял отказ на изменение условий договора.

Кроме того, Страховщик, установив в договоре страхования срок действия договора с 04.06.2016 до 10.10.2016 (п. 2.7. договора) и уплату второго страхового взноса не позднее 31.12.2016 г. (за пределами срока действия договора) фактически лишил себя права на изменение его условий, а право Страхователя (ответчика) на изменение условий договора ни Правилами страхования, ни договором не предусмотрено.

Фактически, исходя из текста договора и его срока действия, страхователь должен оплатить вторую часть премии при любых условиях в случае не поступления из бюджета денежных средств и лишен права изменить условия договора, чем теряется весь смысл государственной поддержки сельхозтоваропроизводителей, в целях которой принят Федеральный закон от 25.07.2011 г. №260-ФЗ.

Доводы апелляционной жалобы сводятся фактически к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, и не могут служить основанием для отмены или изменения судебного акта. Суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований заявителя.

С учетом вышеизложенного суд апелляционной инстанции считает решение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Расходы по государственной пошлине распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 декабря 2018 года по делу № А65-27358/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.

Председательствующий Н.В. Сергеева

СудьиИ.С. Драгоценнова

А.А. Юдкин