Решение от 4 мая 2021 г. по делу № А57-297/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САРАТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

410002, г. Саратов, ул. Бабушкин взвоз, д. 1; тел/ факс: (8452) 98-39-39;

http://www.saratov.arbitr.ru; e-mail: info@saratov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А57-297/2021
04 мая 2021 года
город Саратов


Резолютивная часть решения оглашена 26 апреля 2021 года

Полный текст решения изготовлен 04 мая 2021 года


Арбитражный суд Саратовской области в составе судьи Антоновой Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании материалы дела по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Лифтремонт», город Саратов


заинтересованные лица:

Управление Федеральной антимонопольной службы по Саратовской области, город Саратов

Государственное учреждение здравоохранения «Саратовская городская поликлиника №10», г. Саратов


о признании недействительным и отмене решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Саратовской области №64-777 от 24.12.2020 о включении информации о недобросовестном поставщике в реестр недобросовестных поставщиков, обязав УФАС по Саратовской области восстановить право ООО «Лифтремонт» путем исключения сведений об организации из реестра недобросовестных поставщиков,


при участии:

от заявителя – ФИО2, по доверенности от 01.02.2021, удостоверение адвоката обозревалось,

от УФАС по Саратовской области – ФИО3, по доверенности от 29.12.2020, диплом обозревался;



У С Т А Н О В И Л :

В Арбитражный суд Саратовской области обратилось Общество с ограниченной ответственностью «Лифтремонт» (далее – Общество, Заявитель) с вышеуказанным заявлением.

Представитель заявителя поддержал заявленные требования в полном объеме.

Представить Управления возражал против удовлетворения заявленных требований.

Дело рассмотрено судом по правилам главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 23.11.2020 в Единой информационной системе в сфере закупок было размещено извещение № 0360300022020000011 о проведении Аукциона на право заключения контракта «Оказание услуг по техническому обслуживанию лифтов в здании ГУЗ «СГП №10» и документация об Аукционе.

Заказчиком данного Аукциона является ГУЗ «СГП №10».

Начальная (максимальная) цена контракта составляет 42 642,00 рублей.

Согласно протоколу рассмотрения заявок на участие в электронном аукционе 0360300022020000011 от 03.12.2020 заявка ООО «Лифтремонт» признана победителем Аукциона.

09.12.2020 Заказчик разместил Проект контракта в единой информационной системе.

В регламентированный срок, а именно до 15.12.2020 Общество с ограниченной ответственностью «Лифтремонт» не подписало Контракт и не направило проект разногласий.

15.12.2020 Заказчиком составлен протокол №ППУ1 признания участника уклонившимся от заключения контракта в связи с непредставлением документов и (или) информации в соответствии с частью 3 статьи 83.2 Закона о контрактной системе, подтверждающих предоставление обеспечения исполнения Контракта.

17.12.2020 ГУЗ «СГП №10» направило обращение в Управление Федеральной антимонопольной службы по Саратовской области о включении ООО «Лифтремонт» в реестр недобросовестных поставщиков в связи с уклонением от заключения контракта по результатам проведения электронного аукциона № 0360300022020000011 «Оказание услуг по техническому обслуживанию лифтов в здании ГУЗ «СГП №10».

24 декабря 2020 года Управлением Федеральной антимонопольной службы по Саратовской области было принято решение №64-227 о включении ООО «Лифтремонт» в реестр недобросовестных поставщиков.

Не согласившись с указанным решением Управления Федеральной антимонопольной службы по Саратовской области, заявитель обратился в Арбитражный суд Саратовской области с настоящими требованиями.

В обоснование доводов общество ссылалось на то, что Управление формально подошло к выяснению вопроса о причинах нарушения Обществом срока подписания контракта, а также о выяснении вопроса был ли у организации умысел именно на уклонение от заключения контракта.

Арбитражный суд, изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, приходит к следующему выводу.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно частям 4, 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (часть 1 статьи 65 и часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Ведение реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей) урегулировано статьей 104 Федерального закона от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе).

Согласно части 1 статьи 104 Закона о контрактной системе ведение реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей) осуществляется федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление контроля в сфере закупок.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Правительства Российской Федерации от 26 августа 2013 года № 728 Федеральная антимонопольная служба является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим контроль (надзор) в сфере государственного оборонного заказа и в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, а также согласование применения закрытых способов определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

Правила ведения реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей) (далее – Правила ведения реестра) утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 25 ноября 2013 года № 1062.

В соответствии с пунктом 4 названных Правил ведение реестра, в том числе включение (исключение) в реестр информации о недобросовестных поставщиках (подрядчиках, исполнителях), осуществляется Федеральной антимонопольной службой.

На основании приведённых положений следует, что комиссия антимонопольного органа при рассмотрении обращения заказчика и вынесении оспариваемого решения действовала в рамках полномочий, предусмотренных действующим законодательством.

Согласно части 1 статьи 83.2 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» по результатам электронной процедуры контракт заключается с победителем электронной процедуры, а в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом, с иным участником этой процедуры, заявка которого на участие в процедуре признана соответствующей требованиям, установленным документацией и (или) извещением о закупке.

В соответствии с частью 2 статьи 83.2 Закона о контрактной системе (в редакции от 22.12.2020) в течение пяти дней с даты размещения в единой информационной системе указанных в части 12 статьи 54.7, части 8 статьи 69, части 8 статьи 82.4, части 23 статьи 83.1 настоящего Федерального закона протоколов заказчик размещает в единой информационной системе и на электронной площадке с использованием единой информационной системы без своей подписи проект контракта, который составляется путем включения с использованием единой информационной системы в проект контракта, прилагаемый к документации или извещению о закупке, цены контракта (за исключением части 2.1 настоящей статьи), предложенной участником закупки, с которым заключается контракт, либо предложения о цене за право заключения контракта в случае, предусмотренном частью 23 статьи 68 настоящего Федерального закона, а также включения представленной в соответствии с настоящим Федеральным законом информации о товаре (товарном знаке и (или) конкретных показателях товара, стране происхождения товара), информации, предусмотренной пунктом 2 части 4 статьи 54.4, пунктом 7 части 9 статьи 83.1 настоящего Федерального закона, указанных в заявке, окончательном предложении участника электронной процедуры.

Согласно части 3 статьи 83.2 Закона о контрактной системе в течение пяти дней с даты размещения заказчиком в единой информационной системе проекта контракта победитель электронной процедуры подписывает усиленной электронной подписью указанный проект контракта, размещает на электронной площадке подписанный проект контракта и документ, подтверждающий предоставление обеспечения, исполнения контракта, если данное требование установлено в извещении и (или) документации о закупке, либо размещает протокол разногласий, предусмотренный частью 4 настоящей статьи. В случае, если при проведении открытого конкурса в электронной форме, конкурса с ограниченным участием в электронной форме, двухэтапного конкурса в электронной форме или электронного аукциона цена контракта снижена на двадцать пять процентов и более от начальной (максимальной) цены контракта, победитель соответствующей электронной процедуры одновременно предоставляет обеспечение исполнения контракта в соответствии с частью 1 статьи 37 Закона о контрактной системе, обеспечение исполнения контракта или информацию, предусмотренные частью 2 статьи 37 Закона о контрактной системе, а также обоснование цены контракта в соответствии с частью 9 статьи 37, Закона о контрактной системе при заключении контракта на поставку товара, необходимого для нормального жизнеобеспечения (продовольствия, средств для скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи в экстренной или неотложной форме, лекарственных средств, топлива).

В соответствии с частью 13 статьи 83.2 Закона о контрактной системе победитель электронной процедуры (за исключением победителя, предусмотренного частью 14 настоящей статьи) признается заказчиком, уклонившимся от заключения контракта в случае, если в сроки, предусмотренные настоящей статьей, он не направил заказчику - проект контракта, подписанный лицом, имеющим право действовать от имени такого победителя, или не направил протокол разногласий, предусмотренный частью 4 настоящей статьи, или не исполнил требования, предусмотренные статьей 37 настоящего Федерального закона (в случае снижения при проведении электронного аукциона или конкурса цены контракта на двадцать пять процентов и более от начальной (максимальной) цены контракта).

При этом заказчик не позднее одного рабочего дня, следующего за днем признания победителя электронной процедуры уклонившимся от заключения контракта, составляет и размещает в единой информационной системе и на электронной площадке с использованием единой информационной системы протокол о признании такого победителя уклонившимся от заключения контракта, содержащий информацию о месте и времени его составления, о победителе, признанном уклонившимся от заключения контракта, о факте, являющемся основанием для такого признания, а также реквизиты документов, подтверждающих этот факт.

Согласно части 16 статьи 83.2 Закона о контрактной системе в случае возникновения обстоятельств непреодолимой силы, препятствующих подписанию контракта одной из сторон в установленные сроки, эта сторона обязана уведомить другую сторону о наличии данных обстоятельств в течение одного дня.

Порядок включения исполнителей государственного и муниципального заказа в реестр недобросовестных поставщиков установлен статьей 104 Закона № 44-ФЗ и с Правилами ведения реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей), утвержденными постановлением Правительства РФ от 25.11.2013 № 1062 «О порядке ведения реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей)».

В частности, в силу части 7 статьи 104 Закона № 44-ФЗ и пункту 11 Правил № 1062 антимонопольный орган обязан осуществить проверку поступивших к нему информации и документов на наличие фактов, подтверждающих недобросовестность поставщика.

Пунктом 12 Правил № 1062 предусмотрено, что рассмотрение вопроса о включении информации об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов, осуществляется с участием представителей заказчика и лица, информация о котором направлена заказчиком для включения в реестр.

По результатам рассмотрения представленных информации и документов и проведения проверки фактов, указанных в пункте 11 названных Правил, выносится решение.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в пункте 41 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2017, нарушение участником закупки своих обязательств при отсутствии у него намерения уклониться от заключения контракта, и предпринявшего меры для его заключения, не может являться основанием для признания его уклонившимся от заключения контракта.

Таким образом, уполномоченный орган в рамках выполнения возложенной на него функции обязан выяснить все обстоятельства, определить вину лица, характер его действий и лишь после установления всех перечисленных обстоятельств решать вопрос о наличии или отсутствии оснований для включения заявителя в реестр недобросовестных поставщиков.

Основанием для включения в реестр недобросовестных поставщиков является такое уклонение от исполнения условий контракта, которое свидетельствует о недобросовестном поведении.

Статьей 401 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлено, что лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Включение сведений о лице в реестр недобросовестных поставщиков является санкцией за недобросовестное поведение поставщика (исполнителя, подрядчика), выразившегося в намеренном уклонении от заключения контракта.

Вместе с тем, основанием для включения в реестр недобросовестных поставщиков является только такое уклонение лица от заключения контракта, которое предполагает его недобросовестное поведение, совершение им умышленных действий (бездействия) в противоречие требованиям Закона №44-ФЗ, в том числе, приведших к невозможности заключения контракта с этим лицом как признанного победителем торгов и нарушающих права заказчика относительно условий, цены исполнения контракта, которые связаны, прежде всего, с эффективным использованием бюджетных средств в предусмотренном бюджетным законодательством порядке и, как следствие, нарушается обеспечение публичных интересов в этих правоотношениях.

Следовательно, применительно к настоящему спору суд при рассмотрении вопроса о законности решения уполномоченного органа о включении лица в реестр недобросовестных поставщиков не может ограничиться формальной констатацией ненадлежащего исполнения заявителем тех или иных нормативных требований без выяснения и оценки всех фактических обстоятельств дела в совокупности и взаимосвязи.

При этом, недобросовестность общества должна определяться не его виной, т.е. субъективным отношением к содеянному, а исключительно, той степенью заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Как следует из материалов дела, 23.11.2020 в Единой информационной системе в сфере закупок было размещено извещение № 0360300022020000011 о проведении Аукциона на право заключения контракта «Оказание услуг по техническому обслуживанию лифтов в здании ГУЗ «СГП №10» и документация об Аукционе.

Заказчиком данного Аукциона является ГУЗ «СГП №10».

Начальная (максимальная) цена контракта составляет 42 642,00 рублей.

Согласно протоколу рассмотрения заявок, на участие в электронном аукционе 0360300022020000011 от 03.12.2020 заявка Общества с ограниченной ответственностью «Лифтремонт» признана победителем Аукциона.

09.12.2020 Заказчик разместил Проект контракта в единой информационной системе.

В регламентированный срок, а именно до 15.12.2020 Общество с ограниченной ответственностью «Лифтремонт» не подписало Контракт и не направило проект разногласий.

В обоснование обстоятельств отсутствия умысла уклонения от подписания контракта общество указывает на то, что доступ к программе, необходимой для подписания контрактов, к оборудованию на котором установлены программы, а также исключительным правом на подписание контракта обществом обладает генеральный директор ФИО4.

Ввиду сложившейся ситуации по коронавирусу, с учетом возраста генерального директора, с марта 2020 года был скорректирован рабочий график генерального директора. Его рабочий «день» с мая 2020 года начинается с 18 часов 00 минут, после ухода из офиса всех сотрудников, работающих в офисе фирмы.

14 декабря 2020 года генеральный директор ФИО4, направляясь в офис, в том числе с целью подписать контракт на «Оказание услуг по техническому обслуживанию лифтов в здании ГУЗ «СГП № 10», попал в ДТП. Оформление всей необходимой документации по ДТП затянулось до 23 часов 50 минут, что помешало генеральному директору своевременно подписать контракт на «Оказание услуг по техническому обслуживанию лифтов в здании ГУЗ «СГП №10».

Как следует из Обзора Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2020 № 1 по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19), пунктами 1 и 3 статьи 401 ГК РФ установлены различия между гражданами и лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, в основаниях освобождения от ответственности за нарушение обязательств.

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таким образом, статья 401 ГК РФ устанавливает критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы. Верховным Судом Российской Федерации в постановлении Пленума от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» дано толкование содержащемуся в ГК РФ понятию обстоятельств непреодолимой силы.

В пункте 8 названного постановления разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, то есть одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер. Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Из приведенных разъяснений следует, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Довод о скорректированном рабочем графике генерального директора судом отклонен, поскольку это не свидетельствует о невозможности подписания контракта в установленный срок.

Общество так же указывало на то, что техническая неисправность компьютерной техники и халатность сотрудника, ответственного за действия на электронных площадках, привели к просрочке подписания обществом контракта.

Однако, суд, оценивая доводы сторон, считает необходимым отметить следующее.

Обязанность по подписанию контракта возложена на общество как на юридическое лицо, участника конкурентной процедуры. Согласно установленной Законом о контрактной системе специфике документооборота на электронной площадке невыполнение участником электронного аукциона таких требований является правовым риском последующего признания его уклонившимся от заключения контракта, поскольку наличие у лица соответствующего волеизъявления на заключение контракта должно быть реализовано в установленные законом сроки.

Таким образом, принимая участие в электронном аукционе, общество принимает на себя все риски, возникающие ввиду технической сложности проведения такого аукциона, в том числе отключение доступа к сети Интернет, поломка компьютера, с которого обычно осуществлялось заключение контракта, или внезапное отключение электроэнергии.

Более того, общество не было лишено возможности подписать контракт ранее, а именно с момента направления ему контракта - 09.12.2020 либо обеспечить возможность его подписания другим уполномоченным лицом.

Исходя из пояснений представителя ООО «Лифтремонт» у Общества отсутствовала возможность подписать контракт в другой день кроме 14.12.2020, при этом на следующий день после размещения контракта на площадке Общество смогло оформить платежное поручение и внести его в качестве обеспечения по контракту.

Общество не представило доказательства, свидетельствующие о совершении им всех возможных мер и действий с целью заключить контракт в предусмотренный законом срок, в том числе в первые четыре дня – до поломки компьютера и ДТП (14.12.2020)

Следовательно, объективных оснований для не подписания контракта в период с 09.12.2020 по 14.12.2020 у общества не имелось.

Не подписание контракта сразу после его направления Заказчиком свидетельствует о необоснованном затягивании обществом процедуры заключения контракта.

В этой связи доводы Заявителя о наступлении обстоятельств, препятствующих его подписанию, подлежат оценке в совокупности с нижеследующим.

Общество, оставляя процедуру заключения контракта на последний день предельного срока для подписания, приняло на себя всевозможные риски такого решения и, очевидно, было уверено в своей способности преодолеть любые обстоятельства, наступление которых могло бы привести к не подписанию контракта.

По правилам статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательская деятельность осуществляется лицом на свой риск.

Рассматриваемые правоотношения носят публичный характер, а потому заявитель, принимая решение об участии в конкурентных процедурах для заключения государственного контракта, несет повышенную ответственность за свои действия, а также должен действовать с особой разумностью и осмотрительностью с момента подачи заявки до завершения своих обязательств по контракту.

Вместе с тем, проявив недостаточную заботливость и осмотрительность на стадии подписания контракта, выразившуюся в затягивании подписания контракта, заявитель не исполнил свои обязанности в срок, установленный частью 3 статьи 83.2 Закона о контрактной системе.

В части доводов заявителя о том, что заинтересованным лицом в действиях заявителя не был установлен именно умысел на уклонение от заключения контракта, что, по мнению заявителя, не могло явиться основанием для применения к нему мер публично-правовой ответственности, суд отмечает, что в контексте позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 07.08.2015 № 305-КГ15-9489, халатность, небрежность и непредусмотрительность также являются разновидностью недобросовестного поведения в ходе указанной процедуры.

Так, уклонение от заключения контракта может выражаться как в совершении целенаправленных (умышленных) действий или бездействия, осуществленных с указанной целью, так и в их совершении по неосторожности, когда участник торгов по небрежности не принимает необходимых мер по соблюдению норм и правил, необходимых для заключения контракта, то есть создает условия, влекущие невозможность подписания контракта.

В настоящем случае небрежность, допущенная заявителем, привела к невозможности заключения контракта в установленные сроки, что в свою очередь повлекло наложение на заявителя санкции за его недобросовестное поведение.

Юридическое лицо, принимая решение об участии в процедуре размещения государственного заказа и, подавая соответствующую заявку, несет риск наступления неблагоприятных для него последствий, предусмотренных Законом о размещении заказов, в случае совершения им действий (бездействия) в противоречие требованиям этого Закона, в том числе, приведших к невозможности заключения контракта с ним как лицом, признанным победителем конкурса.

Доказательств того, что заявителем в установленный законом срок были приняты меры для подписания проекта контракта, не представлено.

Невыполнение в данном случае участником размещения заказа требований закона влечет невозможность заключения с ним контракта, что приведет не только к нарушению интересов заказчика, но и публичных интересов, которые обеспечиваются единой и обязательной процедурой размещения заказов.

Суд считает, что поскольку общество не исполнило свое обязательство по заключению договора, вытекающее из статуса победителя торгов, в рамках осуществления им предпринимательской деятельности, оно несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Заявитель указывает, что Саратовское УФАС России подошло формально к рассмотрению дела, не выяснив все обстоятельства.

Из заявления общества следует, что причиной неподписания контракта явилось отсутствие директора общества на рабочем месте в связи с ДТП.

Согласно письму ООО «Лифтремонт»№175 от 22.12.2020, представленному в УФАС при рассмотрении информации ГУЗ «СГП №10», Общество не имело намерения уклониться от заключения контракта, но не смогло подписать контракт в установленный срок в связи с технической неисправностью компьютерной техники и халатности сотрудники, ответственного за действия на электронных площадках.

Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия чего-либо (отрицательного факта), доказывать обратное, то есть иных доводов и документов, подтверждающих наличие обстоятельств непреодолимой силы, препятствующих подписанию контракта в установленный законом срок, может и должно только само общество.

Однако таких доказательств в УФАС предоставлено не было.

При этом те документы, которые общество предоставило только суду в обоснование своих доводов о невозможности подписания контракта в установленный законом срок по причине своего добросовестного поведения, комиссии Саратовского УФАС России при рассмотрении материалов проверки предоставлены не были.

Следовательно, комиссия Саратовского УФАС России по объективным причинам не могла оценить отсутствующие у нее документы и сделать какие-либо иные выводы. В этой связи, неосуществление комиссией антимонопольного органа анализа и оценки отсутствующих у нее документов является, безусловно, правомерным и единственно возможным вариантом ее поведения в такой ситуации.

Вопреки возражениям Общества получение платежного поручения, которое заявитель представил заказчику в качестве обеспечения исполнения контракта, в рассматриваемом случае не исключает возможность включения Общества в Реестр, поскольку по смыслу статьи 83.2 Закона о контрактной системе контракт считается заключенным при одновременном представлении подписанного экземпляра контракта и документа, подтверждающего предоставление обеспечения исполнения контракта в размере, который предусмотрен документацией.

Само по себе наличие платежного поручения без подписания в установленный срок контракта не свидетельствует о проявленной заявителем добросовестности при его заключении, поскольку не подписание победителем конкурса контракта является самостоятельным основанием для признания его уклонившимся от его заключения.

Из заявления Общества следует, что Контракт был подписан Обществом на следующий день после истечения регламентированного срока, тем самым Общество действовало добросовестно и предприняло все возможные действия, направленные на подписание контракта.

При этом в соответствии с позицией Арбитражного суда Волго-Вятского округа, изложенной в Постановлении от 24.02.2021 по делу №А17-990/2020, последующие действия Общества, совершенные после истечения срока, отведенного для подписания контракта, не влияют на правовой результат рассматриваемого вопроса.

Доводы заявителя об исполнении иных государственных контрактов также не свидетельствуют об отсутствии факта уклонения от заключения государственного контракта по данной процедуре, в связи с чем не относятся к предмету настоящего спора.

Более того, ссылки заявителя на недопустимость включения его в реестр недобросовестных поставщиков, обоснованные ссылками на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 30.07.2001 № 13-П подлежат отклонению, поскольку указанные выводы Конституционного Суда Российской Федерации к спорным правоотношениям неприменимы.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, суд полагает, что в действиях общества присутствовало недобросовестное поведение при заключении контракта. Обратное опровергается действиями Общества и небрежностью при совершении действий, направленных на исполнение требований Закона №44-ФЗ и документации о торгах.

С учетом изложенного, суд полагает, что Общество не заключило спорный контракт в установленный срок, поскольку не проявило той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства. Доказательства обратного в деле отсутствуют. В материалы дела не представлены и доказательства того, что заявителем были предприняты все меры к своевременному заключению контракта.

Таким образом, антимонопольный орган пришел к обоснованному выводу о недобросовестности поведения общества на стадии заключения контракта.

Следовательно, у антимонопольного органа имелись предусмотренные Законом №44-ФЗ основания для включения общества в реестр недобросовестных поставщиков.

Аналогичные выводы по вопросу включения лица в реестр недобросовестных поставщиков по схожим обстоятельствам изложены в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 06.02.2020 по делу № А12-15855/2019, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 11.06.2020 по делу № А40-242309/19, Постановлении Арбитражного суда Дальневосточного округа от 24.11.2020 по делу №А59-474/2020, Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24.12.2020 по делу № А63-7256/2020.

Важно отметить, что невыполнение участником закупки требований Закона № 44-ФЗ повлекло невозможность заключения с ним контракта в определенные заказчиком сроки, что, в свою очередь, влечет не только нарушение интересов заказчика, но и публичных интересов, которые обеспечиваются единой и обязательной процедурой размещения заказов.

Участник торгов, будучи профессиональным участником рынка, неоднократно принимавшим участие в процедурах размещения заказа для нужд муниципальных и государственных заказчиков, должен был осознавать возможность наступления для него неблагоприятных последствий в случае признания его победителем торгов и уклонения от заключения контракта в дальнейшем и предпринимать надлежащие и достаточные меры для своевременного исполнения обязанностей. Надлежащее исполнение иных государственных контрактов суд расценивает как не имеющее правового значения и не свидетельствующее о добросовестности поведения заявителя, при проведении рассматриваемой в настоящем случае конкретной процедуры торгов.

Доводы общества о том, что принятое антимонопольным органом решение влечет для него значительные неблагоприятные последствия экономического характера, не могут быть приняты судом во внимание.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.05.2012 № ВАС-5621/12, включение общества в реестр недобросовестных поставщиков не подавляет его экономическую самостоятельность и инициативу, не ограничивает чрезмерно его право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а также право частной собственности и в данном случае не препятствует осуществлению хозяйственной деятельности общества.

Суд приходит к выводу о том, что совокупность оснований, необходимая в силу части 2 статьи 201 АПК РФ для признания оспариваемого решения незаконным, отсутствует, в связи с чем, требования заявителя удовлетворению не подлежат.

Согласно части 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Руководствуясь статьями 167 - 170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных ООО «Лифтремонт» требований отказать.

Решение арбитражного суда может быть обжаловано в апелляционную, кассационную инстанции в порядке и в сроки, предусмотренные ст.ст. 201, 181, 257-260, 273-277 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации через Арбитражный суд Саратовской области.


Судья Е.В. Антонова