Постановление от 22 апреля 2024 г. по делу № А37-2563/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА


Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-1222/2024
22 апреля 2024 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 16 апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 апреля 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.,

судей: Кучеренко С.О., Никитина Е.О.

при участии:

представителя ФИО1 - ФИО2 (онлайн), по доверенности от 13.10.2021;

представителя финансового управляющего ФИО3 - ФИО4 (онлайн), по доверенности от 29.07.2022;

рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции, кассационную жалобу ФИО7

на определение Арбитражного суда Магаданской области от 02.06.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2024

по делу № А37-2563/2021

по заявлению ФИО1

о признании требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, общим обязательством супругов

в рамках дела о признании ФИО6 (ИНН: <***>) несостоятельным (банкротом)

У С Т А Н О В И Л:

определением Арбитражного суда Магаданской области от 18.11.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 (далее также - должник).

Решением суда от 11.04.2022 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3; в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО6 (далее – реестр) включены требования ФИО1 в размере 22 946 302,69 руб., из которых сумма неосновательного обогащения – 21 000 000 руб., задолженность по уплате процентов за пользование чужими денежными средствами – 1 504 575,35 руб., расходы по уплате государственной пошлины – 60 300 руб., индексация присужденной денежной суммы – 381 427,34 руб.

В рамках данного дела о банкротстве в арбитражный суд поступило заявление кредитора ФИО1 о признании требований, включенных в реестр решением по настоящем делу от 11.04.2023 в размере 22 946 302,69 руб. и определением от 25.07.2022 в размере 4 074 674,73 руб., общим обязательством должника ФИО6 и его бывшей супруги ФИО7 (далее также – заявитель жалобы, кассатор).

Определением от 07.02.2023 арбитражный суд принял указанное заявление ФИО1, привлек к участию в рассмотрении заявления бывшую супругу должника ФИО7

Определением Арбитражного суда Магаданской области от 02.06.2023, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2024, обязательства перед ФИО1 в размере 27 020 977,42 руб., в том числе включенные в реестр решением от 11.04.2022 по делу № А37-2563/2021 в размере 22 946 302,69 руб., определением от 25.07.2022 в размере 4 074 674,73 руб., признаны общим обязательством должника ФИО6 и его бывшей супруги ФИО7

В кассационной жалобе ФИО7 просит определение от 02.06.2023 и апелляционное постановление от 25.01.2024 отменить как незаконные и необоснованные, принять новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления ФИО1 о признании задолженности общим обязательством супругов Ц-вых.

Заявитель жалобы приводит доводы, что вывод судов о том, что в период с 06.04.2005 и по состоянию на 12.08.2021 Ц-вы проживали совместно в г. Сусуман Магаданской области не соответствует действительности и опровергается обстоятельствами, установленными апелляционным определением Белгородского областного суда от 24.09.2019 по делу № 33-5953/2019, на основании которого были включены требования ФИО1 в реестр требований кредиторов ФИО6

Также кассатор указывает, что позиция судов о приобретении должником за счет полученных от кредитора денежных средств имущества, в том числе зарегистрированного за ФИО7, сделана без учета приведенных возражений о том, что она не являлась участником коммерческой сделки по продаже доли в ООО «Куранах» между ФИО6 и ФИО1, денежные средства от ФИО1 или ФИО6 не получала, не знала о том, куда данные денежные средства израсходовал ФИО6, в связи с чем не могла сообщить суду сведения и представить соответствующие доказательства того, как и на какие цели ФИО6 потратил денежные средства; возложение судом на ФИО7 бремени доказывания расходования денежных средств, полученных ФИО6, явно противоречит принципу состязательности сторон, правилам доказывания и правовым нормам.

Кроме того, ФИО7 отметила, что судами необоснованно отклонены ее доводы о наличии достаточного самостоятельного дохода, полученного ею в результате предпринимательской деятельности, позволяющего приобрести за счет собственных денежных средств указанные в судебных актах объекты недвижимого имущества; так, судами, в частности, неправомерно указано на то, что представленное ФИО7 в подтверждение собственной позиции экспертное заключение содержит лишь выводы о размере рыночно обоснованного дохода и не содержит аргументированных выводов о размере реального дохода ФИО7 за 2014 - 2018 годы, полученного ею в результате предпринимательской деятельности; вместе с тем, позиция судов сводится лишь к отдельным абзацам текста данного заключения вне его общего контекста и опровергается изложенными на страницах 32, 33 заключения выводами эксперта. Полагает, что у судов не имелось объективных причин не применять выводы заключения, которое подтверждает достаточность денежных средств у ФИО7 для приобретения объектов недвижимости в г. Ялта.

Кассационная жалоба принята к рассмотрению Арбитражным судом Дальневосточного округа определением от 14.03.2024, судебное заседание назначено на 17 час. 30 мин. 16.04.2024.

В отзывах на кассационную жалобу финансовым управляющим и ФИО1 приведены возражения по доводам заявителя, изложены аргументы об обоснованности и законности обжалуемых судебных актов.

В судебном заседании суда округа представители финансового управляющего и ФИО1, соответственно, поддержали собственные заявленные позиции по существу спора, дав по ним необходимые пояснения.

Податель жалобы, а также иные лица, участвующие в обособленном споре и в деле о банкротстве ФИО6, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», в заседание суда не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Дальневосточного округа не усматривает оснований для их отмены.

Судами двух инстанций по материалам дела установлено, что, как выше указывалось, решением от 11.04.2022 по настоящем делу в третью очередь реестра включены требования ФИО1 в общем размере 22 946 302,69 руб., из которых сумма неосновательного обогащения – 21 000 000 руб., задолженность по уплате процентов за пользование чужими денежными средствами – 1 504 575,35 руб., расходы по уплате государственной пошлины – 60 300 руб., индексация присужденной денежной суммы - 381 427,34 руб.

Указанная задолженность ФИО6 образовалась вследствие передачи ему ФИО1 в период с 25.12.2017 по 06.07.2018 денежных средств в размере 21 000 000 руб. на основании подписанного между заявителем и должником предварительного договора (договора о намерениях) от 25.12.2017, подтверждена вступившим в законную силу 24.09.2019 решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 16.05.2019 по делу № 2-2213/2019 (мотивированное решение составлено 28.05.2019).

Кроме того, определением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 13.07.2021 по делу № 2-2213/2019 с ФИО6 в пользу ФИО1 в счет индексации денежных сумм, присужденных решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 16.05.2019, по состоянию на 17.05.2021 взыскано 381 427,34 руб.

Далее, определением от 25.07.2022 по настоящему делу в третью очередь реестра включены требования ФИО1 в размере 4 074 674,73 руб., составляющие проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01.04.2019 по 31.03.2022 (с отдельным учетом и погашением после удовлетворения суммы основного долга), из которых:

- требования ФИО1 в размере 3 022 092,48 руб., в том числе начисленные за период с 01.04.2019 по 24.09.2019 на сумму неосновательного обогащения 21 000 000 руб., а с 25.09.2019 по 01.10.2021 - на сумму неосновательного обогащения 21 000 000 руб. и дополнительно на сумму судебных расходов 60 300 руб., итого на сумму 21 060 300 руб., что установлено вступившим в законную силу решением Сусуманского районного суда Магаданской области от 25.03.2022 по гражданскому делу № 2-43/2022;

- требования в размере 1 052 582,25 руб. за период с 02.10.2021 по 31.03.2022, начисленные на сумму неосновательного обогащения 21 000 000 руб. и на сумму судебных расходов 60 300 рублей, итого на сумму 21 060 300 руб., что установлено вступившим в силу определением от 25.07.2022 по настоящему делу.

Полагая, что включенные в реестр требования являются общим обязательством супругов Ц-вых, поскольку соответствующий долг возник в период брака ФИО6 и ФИО7, спорные денежные средства израсходованы на семейные нужды, кредитор ФИО1 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В свою очередь, возражая по доводам заявления, ФИО7 ссылалась на то, что доказательств, указывающих на приобретение долга по инициативе обоих супругов, либо указывающих на то, что все полученное от кредитора было использовано обоими супругами на нужды семьи, кредитором не представлено; никакого отношения к заключенному 25.12.2017 кредитором и должником договора о намерениях купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Куранах» не имела; у ФИО7 имелись собственные денежные средства от ведения предпринимательской деятельности для покупки недвижимости и все имущество, указанное кредитором в заявлении, было приобретено на личные денежные средства ФИО7

В обоснование указанных доводов ФИО7 представлены в материалы обособленного спора копии журнала кассира-операциониста магазина «Русская тройка» за период с 01 ноября 2014 года по 29 октября 2019 года и журнала кассира-операциониста магазина «Восток» за период с 01 ноября 2014 года по 31 декабря 2020 года, экспертное заключение (заключение специалиста) от 05.05.2023 № ОЭ/88-21-04-2023-1, подготовленное ООО «НИИ РР», согласно которому размер рыночно обоснованного дохода, полученного в результате деятельности индивидуального предпринимателя ФИО7 за 2015 - 2018 годы, по состоянию на 31.12.2018 с учетом округления составляет 22 986 000 руб.; размер рыночно обоснованного дохода, полученного в результате деятельности индивидуального предпринимателя ФИО7 за 2015 -2018 годы с учетом реинвестирования полученных денежных средств по безрисковой ставке доходности по состоянию на 31.12.2018 с учетом округления составляет 27 387 000 руб.

Арбитражный суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив предоставленные кредитором, ФИО7 пояснения и доказательства, констатировал, что расходование полученных должником от кредитора денежных средств исключительно на иные цели, не связанные с семейными нуждами и улучшением благосостояния семьи, из материалов дела не следует, в связи с чем удовлетворил заявление ФИО1 о признании 27 020 977,42 руб. задолженности, ранее включенной в реестр должника, общим обязательством супругов Ц-вых.

Судебная коллегия окружного суда считает правовую позицию судов первой и апелляционной инстанций обоснованной, соответствующей установленным по делу обстоятельствам и примененным нормам материального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

На основании пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), обращение взыскания на общее имущество супругов, а также субсидиарно на личное имущество каждого из них допускается, во-первых, по общим долгам супругов и, во-вторых, по долгам одного из них, если все полученное по сделке было направлено супругом на нужды семьи. В силу указанного положения общими, прежде всего, следует считать те обязательства, которые приобретены в период брака и возникли одновременно для обоих супругов из единого правового основания, обязательства, в которых участвуют оба супруга и, соответственно, оба выступают должниками перед третьими лицами, а также обязательства, возникшие из сделок одного из супругов, совершенных им с согласия другого.

Ко второй группе обязательств, названной в статье 45 СК РФ, отнесены обязательства одного из супругов, по которым все полученное использовано на нужды семьи.

Исходя из практики рассмотрения семейных споров в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ, согласно которым взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все полученное по обязательствам одним из супругов было использовано на нужды семьи (пункт 5 обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016).

В то же время, в связи со спецификой дел о банкротстве (конфликт между кредиторами и должником ввиду недостаточности средств, конкуренция кредиторов, высокая вероятность злоупотребления правом) в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 № 1446/14 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Таким образом, если кредитор приводит объективно ему доступные и достаточно серьезные доводы и представляет существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительным его аргумент о направлении денежных средств на нужды семьи, в силу статьи 65 АПК РФ опровержение доказательств об общем характере данного обязательства относится на супругов.

Объективные основания для приведенных выводов в отношении супругов, возражающих против обращения взыскания на общее имущество или против признания обязательства общим, определяются также и тем, что в силу доверительных, личных и, как правило, закрытых от третьих лиц внутрисемейных отношений пояснить обстоятельства и представить доказательства того, что денежные средства, полученные от кредитора одним из супругов (или обоими), были израсходованы на личные нужды или на нужды семьи, могут лишь сами супруги.

При этом является очевидным, что супруги не заинтересованы в том, чтобы обязательство, оформленное на одного из них, было признано общим, поскольку это увеличит объем ответственности того супруга, который не был стороной договора. Поэтому они не заинтересованы и в том, чтобы оказывать кредитору содействие и представлять доказательства того, что все полученное по обязательству потрачено на нужды семьи.

На основании изложенного, вопреки позиции заявителя жалобы, суды двух инстанций, применив правовой подход, сформулированный в вышеуказанных постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и определении Верховного Суда Российской Федерации, пришли к правильному выводу о том, что предъявление в таком случае к кредитору исключительно высоких требований по доказыванию заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей, так как он по существу оказывается вынужденным представлять доказательства, доступ к которым у него отсутствует в силу его невовлеченности в спорные правоотношения.

В настоящем обособленном споре кредитор, обосновывая наличие у него оснований считать, что полученные ФИО6 по сделке с ним денежные средства были использованы должником в интересах семьи - на приобретение недвижимости и оформление ее на супругу должника, мотивированно ссылался на обстоятельства того, что в период получения должником от кредитора денежных средств между ФИО6 и ФИО7 существовали брачные отношения, при этом именно в непродолжительный период времени после получения денежных средств - в апреле, июле и в августе 2018 года супругами Ц-выми в Республике Крым, г. Ялта были приобретены четыре объекта недвижимого имущества, право собственности на которые согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости от 29.04.2022 зарегистрировано на супругу должника – ФИО7:

- нежилое помещение площадью 73,4 кв.м., кадастровый номер: 90:25:010122:3468; местоположение: <...>; гос.регистрация: 19.04.2018 № 90:25:010122:3468-90/090/2018-5 (договор купли-продажи от 03.04.2018, нотариально удостоверен № 82/191-н/82-2018-1-342, стоимость имущества составила 8 478 000 руб.);

- нежилое помещение площадью 129,4 кв.м., кадастровый номер: 90:25:010122:3487; местоположение: <...>; гос.регистрация: 09.08.2018 № 90:25:010122: 3487-90/090/2018-5 (договор купли-продажи нежилого помещения от 31.07.2018, стоимость имущества составила 8 025 000 руб.);

- нежилое помещение площадью 24,9 кв.м., кадастровый номер: 90:25:010122:3491; местоположение: <...>; гос.регистрация: 09.08.2018 № 90:25:010122:3491-90/090/2018-5 (договор купли-продажи нежилого помещения от 31.07.2018, стоимость имущества составила 1 500 000 руб.);

- нежилое помещение площадью 14,3 кв.м., кадастровый номер: 90:22:010222:1768; местоположение: <...>; гос.регистрация: 15.08.2018 № 90:22:010222:1768-90/090/2018-3 (договор купли-продажи нежилого помещения от 09.08.2018, нотариально удостоверен: № 82/107-н/82-2018-4-226, стоимость имущества составила 2 200 000 руб.).

Также кредитор обращал внимание на прочую общую совокупность конкретных обстоятельств, при которых имели место исследованные судами спорные правоотношения.

Заявление подобных возражений, в том числе обосновывающих и ставящих под сомнение наличие как у самого должника, так и у его супруги достаточных доходов как для приобретения недвижимого имущества из иных источников (с учетом необходимых расходов на его содержание, а также на содержание иного имущества и личные нужды), обязывало суды потребовать от должника и его супруги дополнительных пояснений в опровержение позиции кредитора.

В связи с чем, суды двух инстанций констатировали необоснованность доводов ФИО7 об отсутствии доказательств, подтверждающих использование полученных ФИО6 от ФИО1 денежных средств на нужды семьи, в том числе ввиду того, что ни должник, ни ФИО7 не указали цели, на которые были потрачены денежные средства, полученные от ФИО1, и не представили подтверждающих доказательств распоряжения указанными средствами, в том числе подтверждающих, что ФИО6 после получения от ФИО1 денежных средств в сумме 21 000 000 руб. возводил или приобретал какие-либо иные объекты, а также направил указанные денежные средства на другие (не семейные) нужды/цели; равным образом, в материалы дела при рассмотрении настоящего спора не представлено и достаточных доказательств ведения Ц-выми раздельного хозяйства, раздельного проживания, отсутствия взаимных отношений между супругами в период до расторжения брака.

Применительно к изложенному суд округа также учитывает, что для Ц-вых в настоящем обособленном споре не представляло сложности приобщить в материалы дела прямые доказательства расходования полученных денежных средств на личные нужды должника, опровергнув суждения ФИО1

Вместе с тем, как усматривается из материалов настоящего обособленного спора и следует из мотивировочных частей обжалуемых заявителем судебных актов, должником была занята пассивная процессуальная позиция (неявка в судебные заседание, непредставление отзыва на заявление кредитора с пояснениями относительно судьбы полученных денежных средств), а процессуальная защита его супруги против требований кредитора не содержала рациональных объяснений и сводилась к наличию у ФИО7 собственных денежных средств.

При этом доводы супруги должника о приобретении ею недвижимого имущества самостоятельно и именно за счет собственного дохода от предпринимательской деятельности в ходе рассмотрения спора в судах двух инстанций не нашли своего документального подтверждения; напротив, судами было мотивированно принято во внимание, что согласно сведениям, представленным уполномоченным органом в порядке исполнения определения суда от 28.02.2023, дохода, полученного ФИО7 в 2014-2018 годах от осуществления ею предпринимательской и трудовой деятельности, было недостаточно для приобретения в 2018 году недвижимого имущества в г. Ялта.

Так, судами было, помимо прочего, принято во внимание, что по представленной ФИО7 в налоговый орган отчетности по ЕНВД за 2014, 2015, 2016, 2017, 2018 годы налоговая база (вмененный доход) составила: 2 015 228 руб., 2 062 224 руб., 2 291 376 руб., 2 032 464 руб. и 363 144 руб., соответственно; при этом сведения о доходах по форме 2-НДФЛ ФИО7 за 2014-2016 годы в налоговом органе отсутствуют; согласно справкам о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ (налоговый агент ООО «Тонус») за 2017 год сумма дохода ФИО7 составила 255 000 руб. (налог 29 250); за 2018 год сумма дохода ФИО7 составила 465 000 руб. (налог 60 450).

Кроме того, апелляционной коллегией Пятого арбитражного апелляционного суда также было учтено, что представленные ФИО7 копии журнала кассира-операциониста магазина «Русская тройка» за период с 01.11.2014 по 29.10.2019 и журнала кассира-операциониста магазина «Восток» за период с 01.11.2014 по 31.12.2020, не подвергавшиеся проверке налогового органа в силу специфики налогообложения налогоплательщика ФИО7, не могут быть приняты судом в качестве безусловного и достаточного доказательства наличия у последней денежных средств, полученных в результате осуществления предпринимательской деятельности, для приобретения дорогостоящих объектов недвижимости в 2018 году, поскольку в качестве дохода предпринимателя во внимание принимаются реальные, то есть образующие экономическую выгоду доходы (статья 41 Налогового кодекса Российской Федерации), а не собственно выручка от продажи товара.

Равным образом, судами также обоснованно критически оценено представленное ФИО7 экспертное заключение (заключение специалиста) от 05.05.2023 № ОЭ/88-21-04-2023-1, подготовленное ООО «НИИ РР», как однозначно не подтверждающее с достоверностью размер той суммы денежных средств, которой ФИО7 располагала для покупки недвижимости в период с апреля 2018 года по август 2018 года, в том числе учитывая, что супругами Ц-выми в 2016-2017 годах приобретались также объекты недвижимого имущества в г. Белгороде (жилые помещения, жилое здание и земельный участок) на сумму 11 962 101,90 руб.

При таких обстоятельствах судебные инстанции мотивированно посчитали, что дохода ФИО7 было явно недостаточно для приобретения в Крыму в г. Ялта в собственность четырех объектов - нежилых помещений общей стоимостью 20 203 000 руб.

Вопреки доводам кассатора о том, что данные выводы неправомерно сделаны судами на основании лишь указанного самим ФИО6 в собственном исковом заявлении о признании брачного договора недействительным и разделе совместно нажитого имущества, поданном в суд общей юрисдикции, сведения о приобретении имущества в 2016-2017 годах в г. Белгороде содержатся и получены судами из выписки ЕГРН, о чем указано в мотивировочных частях обжалуемых судебных актов.

Таким образом, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, дав надлежащую всестороннюю правовую оценку доводам конкурсного кредитора и возражениям ФИО7, установив обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора по существу (в частности, констатировав факты того, что в период получения должником от кредитора денежных средств ФИО6 и ФИО7 являлись супругами; отсутствуют бесспорные и надлежащие доказательства, опровергающие выводы о расходовании спорных средств на приобретением четырех объектов недвижимости в г. Ялта в собственность ФИО7, а также доказательства наличия у последней денежных средств в исследованный судами период в достаточном размере для покупки недвижимости за свой счет), правомерно признал включенные в реестр обязательства перед ФИО1 в сумме 27 020 977,42 руб. общими для ФИО6 и его бывшей супруги ФИО7, в связи с чем удовлетворил заявление кредитора.

В этой связи обратная позиция подателя жалобы отклоняется судебной коллегией суда кассационной инстанции ввиду противоречия изложенным в мотивировочной части настоящего постановления фактическим обстоятельствам, установленным на основании имеющихся доказательств при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций, и применимым нормам материального права, указание на которые содержится в обжалуемых судебных актах в рамках проведенной правовой оценки в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ.

При этом все приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы являлись предметом детальной проверки судов обеих инстанций, получили исчерпывающую правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и по существу направлены именно на постановку иных выводов судом кассационной инстанции относительно установленных обстоятельств, что находится за пределами полномочий кассационного суда согласно нормам статьи 286 и части 2 статьи 287 АПК РФ.

Суд кассационной инстанции полагает, что доводы кассационной жалобы не свидетельствуют о нарушениях судами норм права, повлиявших на результат судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке; по существу, как указано, направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судами двух инстанций на основании произведенного ими исследования имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами такой судебной оценки, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебных актов по безусловным основаниям (часть 4 статьи 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного основания для отмены обжалуемых определения суда первой инстанции и апелляционного постановления и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Магаданской области от 02.06.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2024 по делу № А37-2563/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья Е.С. Чумаков




Судьи С.О. Кучеренко



Е.О. Никитин