Постановление от 11 июня 2019 г. по делу № А60-2256/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2894/19

Екатеринбург

11 июня 2019 г.


Дело № А60-2256/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 04 июня 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 июня 2019 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Новиковой О.Н., Кудиновой Ю.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего имуществом Торжкова Александра Юрьевича (далее – должник) – Ждановой Ольги Владимировны на определение Арбитражного суда Свердловской области от 28.11.2018 по делу № А60-2256/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняла личное участие финансовый управляющий Жданова О.В.


Решением от 20.08.2018 Арбитражный суд Свердловской области признал гражданина Торжкова А.Ю. несостоятельным (банкротом),в отношении имущества должника введена процедура его реализации, финансовым управляющим имуществом должника утверждена Жданова О.В.

Финансовый управляющий обратилась 28.08.2018 в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительной сделкой по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) договора дарения от 22.12.2015 должником в пользу Торжкова Ю.А. 1/2 доли в праве собственности на нежилое помещение с кадастровым номером 66:41:0604023:7625, расположенное по адресу: г. Екатеринбург, ул. Белинского, 222, кв. № 221, и применении последствий недействительности данной сделки.

Определением Арбитражный суд Свердловской области от 28.11.2018 (судья Ильиных М.С.), оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2019(судьи Плахова Т.Ю., Мартемьянов В.И., Романов В.А.), в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований отказано.

В кассационной жалобе финансовый управляющий Жданова О.В. просит указанные судебные акты отменить и принять по спору новый судебный акт.Как полагает финансовый управляющий Жданова О.В., ею доказана совокупность обстоятельств, необходимая для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,а именно то, что на момент совершения оспариваемой сделки задолженность должника перед иными кредиторами составляла более 15 млн. руб., сделка совершена безвозмездно, в пользу заинтересованного лица, что в совокупности указывает на ее совершение с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, должник лишился подлежащего включению в его конкурсную массу имущества, доход от реализации которого мог быть направлен на расчеты с кредиторами, то есть в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и то, что другая сторона сделки зналаоб указанной выше цели должника к моменту совершения сделки, поскольку представителем Торжкова Ю.А. выступал сам должник, и, более того, изложенные обстоятельства признаны самим должником при рассмотрении спора в суде первой инстанции, ввиду чего оснований для отказа в признании спорной сделки недействительной по указанному основанию у судовне имелось. Также финансовый управляющий считает, что судами неправильно истолкованы положения статьи 213.25 Закона о банкротстве, не учтено, что основанием для исключения единственного пригодного для проживания должника жилья из конкурсной массы является соответствующее заявление и принятое по результатам его рассмотрения определение суда об этом, соответственно сам по себе возврат спорного имущества еще безусловно не означает исключения данного имущества из конкурсной массы должника; в этой части кассатор подчеркивает, что должник в спорном помещении не проживает, а проживает и зарегистрирован по иному адресу, при этом добровольное отчуждение жилого помещения свидетельствует о том, что собственник (продавец) не рассматривает предмет продажи в качестве единственного пригодного для проживания жилого помещения, а, кроме того, полагает, что разрешение вопроса о том, является ли жилое помещение единственным пригодным для проживания должника и членов его семьи, возможно лишь по итогам формирования конкурсной массы, когда будет известен весь комплекс принадлежащего должнику имущества, но не в ходе рассмотрения отдельного обособленного спора. Наконец, финансовый управляющий находит вывод судов об отсутствии в действиях должника признаков злоупотребления правом необоснованным и противоречащим обстоятельствам дела, из которых следует, что должник в течение короткого временного отрезка, охватываемого декабрем 2015 года, а именно: после возникновения у него обязательств перед кредиторами, безвозмездно вывел из своей имущественной сферы все ликвидное имущество, при этом он не мог не осознавать, что указанные действия делают невозможным удовлетворение требований кредиторов, что однозначно свидетельствует именно о наличии у должника намерения уклониться от исполнения обязательств перед кредиторами, что должно квалифицироваться как злоупотребление правом.

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материальногои процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, заслушав участников процесса, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как установлено судами, в ходе процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим Ждановой О.В. установлен факт прекращения 12.01.2016 права собственности должника на 1/2 доли в праве собственности на объект недвижимости с кадастровым номером 66:41:0604023:7625, основанием чему явилась безвозмездная передача должником по договору дарения от 22.12.2015 указанного имущества своему несовершеннолетнему ребенку.

Ссылаясь на то, что данная сделка совершена должником при наличииу него неисполненных обязательств в значительном размере перед своими кредиторами, а также в отношении заинтересованного по отношению к нему лица (от имени которого действовал сам должник), что свидетельствует о ее целевой направленности на причинение вреда имущественным правам кредиторов и осведомленности иной стороны сделки на момент ее совершения об указанной цели должника, и привела к фактическому вреду имущественным правам кредиторов, поскольку повлекла значительное уменьшение имущественной массы должника, финансовый управляющий обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В своих возражениях законный представитель Торжков Ю.А. Ковалева Галина Викторовна указала на то, что в случае признания оспариваемой сделки недействительной данное жилое помещение станет для должника единственным пригодным для проживания и будет исключено из конкурсной массы; при этом отметила, что супруги Торжковы разведены 02.03.2017, должник в спорной квартире с указанного момента не проживает и там не зарегистрирован, в последующем в судебном порядке место жительства Торжкова Ю.А. определено с матерью – Ковалевой Г.В.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции счел недоказанным осведомленность другой стороны сделкио направленности действий должника на причинение вреда имущественным правам его кредиторов, указав на то, что судебные акты о взысканиис должника в пользу кредиторов соответствующих сумм задолженности состоялись после даты отчуждения спорного имущества, а апелляционный суд, в свою очередь, посчитал, что финансовым управляющим не доказаны цель причинения вреда имущественным правам кредиторов и недобросовестность сторон сделки, отметив, что совершение сделки обусловлено сложившимися семейными обстоятельствами.

Суды также единогласно отметили то, что в результате совершения спорной сделки Торжков Ю.А. приобрел долю в жилом помещении, в котором он зарегистрирован и фактически проживает совместно со своей матерью, которой также принадлежит 1/2 доли в праве собственности на указанное жилое помещение и осуществляются расходы по его содержанию, данное жилое помещение определением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 22.03.2018 признано их местом жительства, тогда как должник в спорном жилом помещении не зарегистрирован и не проживает, а его брак с матерью Торжкова Ю.А. расторгнут 02.03.2017, иным пригодным для постоянного проживания жилым помещением Торжков Ю.А. не располагает, вследствие чего признание оспариваемой сделки недействительной существенным образом нарушит его права и законные интересы; также суды акцентировали внимание на том, что возврат спорного имущества должнику не означает его безусловное включение в конкурсную массу, поскольку, в случае признания сделки недействительной, спорное имущество обретет статус единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения для должника и может быть исключено из его конкурсной массы по соответствующему ходатайству.

Между тем, по мнению суда округа, судами первой и апелляционной инстанции не учтено следующее.

Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Как верно отмечено судами, по смыслу пункта 2 статьи 61.2 Законао банкротстве в контексте разъяснений пунктов 5-7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63«О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума от 23.12.2010 № 63) для признания подозрительной сделки недействительной по указанному основанию необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств: наличие вреда имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели.

При этом анализ указанных законоположений позволяет заключить о том, что закрепленные в них нормы и выражения устанавливают презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной, и имеют своей целью выравнивание процессуальных возможностей сторон обособленного спора. Данные презумпции, как следует из упомянутых разъяснений постановления Пленума от 23.12.2010 № 63, являются опровержимыми, принимаются судом до тех пор, пока процессуальным оппонентом не доказано иное.


Таким образом, бремя доказывания совокупности условий, составляющих одну из презумпций, лежит на лице, обратившемся с заявлением о признании сделки недействительной. Бремя опровержения данных презумпций лежит на стороне сделки либо ином заинтересованном (возражающем) лице.

Как видно из материалов дела, недействительность сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве конкурсный управляющийЖданова О.В. обосновала тем, что на момент совершения оспариваемого договора дарения у должника наличествовала задолженность в значительном размере перед кредиторами (обществом с ограниченной ответственностью «Нокиан шина» и Федеральной налоговой службой), сделка совершена безвозмездно, в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица (несовершеннолетнего сына, от имени которого сам должник указанный договор и подписал), в результате совершения сделки из имущественной сферы должника безвозмездно выбыл ликвидный актив, за счет которого кредиторы могли бы получить удовлетворение своих требований.

Судом апелляционной инстанции указанные обстоятельства признаны установленными.

Таким образом, финансовым управляющим в обоснование своих требований доказана совокупность обстоятельств, составляющих презумпции, закрепленные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности и сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, предполагается также, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом), позволяющих сделать вывод о наличии у оспариваемой сделки необходимых квалифицирующих признаков, составляющих состав подозрительности, предусмотренный данной нормой, вследствие чего бремя опровержения данных обстоятельств перешло на стороны оспариваемой сделки.

Более того, как указала финансовый управляющий и усматривается из карточки настоящего дела в общедоступной автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru/) должником в тот же день (22.12.2015) совершена также сделка по отчуждению дочери своей супруги – Ковалевой Юлии Сергеевне двух нежилых помещений, которая оспорена финансовым управляющим и признана недействительной вступившим в законную силу определением суда от 14.12.2018.

Развод супругов Торжковых состоялся значительно позднее - в 2017 году.

Вместе с тем, ни должником, ни другой стороной оспариваемой сделки, интересы которой в настоящее время представляет бывшая супруга должника, каких-либо иных мотивов совершения сделки по безвозмездной передаче своего имущества заинтересованному лицу в условиях наличия у должникав спорный период времени значительных финансовых обязательств перед кредиторами, нежели в целях причинения вреда имущественным интересам последних, не раскрыто, приведенные финансовым управляющим доводы и обоснования не опровергнуты.

Ввиду изложенного вывод о недоказанности финансовым управляющим названного квалифицирующего признака нельзя признать обоснованным. Мотивов, по которым суд апелляционной инстанции пришел к категоричному заключению о том, что совершение сделки обусловлено исключительно сложившимися семейными обстоятельствами, обжалуемое постановлениеот 14.03.2019 также не содержит.

Не может суд округа признать обоснованными и выводы судов относительно судьбы спорного жилья в случае признания оспариваемой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности.

Пунктом 1 статьи 131 Закона о банкротстве предусмотрено,что все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу с учетом положений, предусмотренных пунктом 3статьи 213.25 Закона о банкротстве, согласно которому из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взысканиев соответствии с гражданским процессуальным законодательством,в частности, жилое помещение, если для должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением(статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанныхс особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делахо банкротстве граждан» отмечено, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьии при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Указанное ограничение обусловлено необходимостью защиты конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует статья 21 (часть 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со статьей 25 Всеобщей декларации прав человека (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 № 456-О).

Вследствие этого в предмет доказывания по обособленному споруоб оспаривании сделки подлежит включению исследование вопросов исполнительского иммунитета в отношении жилого помещения, являющегося предметом сделки.

Однако в приведенных законоположениях и разъяснениях речь идет о жилых помещениях, являющихся единственно пригодными для проживания, в первую очередь, должника, как центральной фигуры в деле о несостоятельности (банкротстве), а при наличии у него членов семьи, совместно с ним проживающих,- и для указанных лиц.

Вместе с тем, указывая на то, что спорная квартира является единственным пригодным для постоянного проживания несовершеннолетнего Торжкова Ю.А. жилым помещением, делая вывод о том, что в случае признания сделки недействительной данная квартира приобретет статус единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения для должника, суды обеих инстанций не установили фактической связи самого должника с данным жилым помещением. Более того, судами установлено, что должник в спорной квартире не зарегистрирован и не проживает, его брак с матерью Торжкова Ю.А. расторгнут 02.03.2017.

Вступившими в законную силу определениями Ленинского районного суда г. Екатеринбурга в семейных спорах должника с его бывшей супругой Ковалевой Г.В. утверждены мировые соглашения, одним из которых место жительства Торжкова Ю.А. определено с матерью, а другим определен порядок осуществления должником родительских прав в отношении Торжкова Ю.А., что также свидетельствует о раздельном проживании должника и его бывшей супруги с несовершеннолетним Торжковым Ю.А., и на указывала в отзыве на заявление финансового управляющего и сама Ковалева Г.В.

В связи с изложенным, в отсутствие доказательств фактической нуждаемости должника в спорном жилом помещении само по себе наличие таковой у Торжкова Ю.А., проживающего отдельно от должника, основанийдля отказа в удовлетворении требований финансового управляющего по указанным мотивам у судов не имелось.

При этом суд округа полагает необходимым отметить, что в силупункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации применение последствий недействительности сделки не исчерпывается натуральной реституцией, которая с учетом конкретных фактических обстоятельств дела(к примеру, в случае установления невозможности возврата спорной долив конкурсную массу должника) может быть заменена денежной компенсацией стоимости спорного имущества.

Поскольку обжалуемые определение Арбитражного суда Свердловской области от 28.11.2018 по делу № А60-2256/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2019 по тому же делу вынесены при существенном нарушении норм материального права, повлиявшихна исход рассмотрения спора (часть 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов кредиторов должника в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, названные судебные акты подлежат отмене, обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в арбитражныйсуд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе установить в полном объеме все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора по существу, полно и всесторонне исследовать доводыи возражения участвующих в споре лиц и представленные ими в обоснование занимаемой позиции доказательства, дать им надлежащую правовую оценку, указать мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принялили отклонил доводы/возражения участвующих в деле лиц, и принять решение в соответствии с установленными фактическими обстоятельствами и нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 288, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 28.11.2018по делу № А60-2256/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2019 по тому же делу отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Н.В. Шершон


Судьи О.Н. Новикова


Ю.В. Кудинова