Постановление от 27 января 2023 г. по делу № А50-18848/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8646/17

Екатеринбург

27 января 2023 г.


Дело № А50-18848/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 января 2023 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Павловой Е. А.,

судей Новиковой О. Н., Кудиновой Ю. В.,

при ведении протокола помощником судьи Романовой А.М. рассмотрел в судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края от 28.06.2022 по делу № А50-18848/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие представители:

ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 16.03.2021);

финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 10.07.2022).


Решением Арбитражного суда Пермского края от 27.11.2017 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 03.05.2018 финансовым управляющим утвержден ФИО3

Финансовый управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением о признании договора купли-продажи недвижимости от 06.07.2018, заключенного между ФИО6 и ФИО1, недействительной сделкой; применении последствий ее недействительности в виде возврата объектов недвижимости в конкурсную массу должника.

Определениями суда от 12.11.2020, от 25.03.2021, от 16.04.2021, от 01.09.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО7, финансовый управляющий ФИО6 ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 28.06.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2022, договор купли-продажи недвижимости от 06.07.2018, заключенный между ФИО6 и ФИО1, признан недействительной сделкой; применены последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО6 следующего недвижимого имущества:

- незавершенный строительством индивидуальный жилой дом, назначение: жилое, площадь застройки 372,1 кв. м, лит. А, условный номер: 59-59-20/027/2011-282 и вспомогательные сооружения: баня, общая площадь 36 кв. м, кадастровый номер 59:01:2010777:53; котельная площадью 9 кв. м, кадастровый номер 59:01:2010777:54; ограждение: забор капитальный, протяженность 180 п. м, кадастровый номер 59:01:2010777:55;

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под жилой дом, лит. А, общая площадь 1 297 кв. м, кадастровый номер: 59:01:2010777:16.

В кассационной жалобе ФИО1 просит обжалуемые судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований. Заявитель жалобы считает, что суды необоснованно применили положения стаей 61.1, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статей 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, вследствие чего выводы о наличии оснований для признания сделки недействительной являются неправильными; при этом указывает на то, что суды не приняли во внимание тот факт, что в 2012 году супруги Е-вы заключили брачный договор, согласно которому спорное имущество переходит в единоличную собственность ФИО6, право собственности должника на данное имущество прекратилось; в последующем брачный договор признан недействительным. Таким образом, управляющему следовало сначала оспаривать брачный договор, после чего виндицировать имущество у ФИО1, между тем, виндикационный иск управляющим не предъявлялся, а иные способы защиты прав, по мнению кассатора, являются ненадлежащими. Заявитель жалобы полагает, что при рассмотрении настоящего обособленного спора суды, применив последствия недействительности сделки, о которых управляющим не заявлялось, вышли за пределы заявленных требований, тем самым нарушив нормы действующего процессуального законодательства. ФИО1 считает, что выводы судов о том, что сделка совершена в пределах срока исковой давности, являются неправомерными. Помимо прочего, в обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на то, что суды в нарушение положений статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вынесли заведомо невозможный к исполнению судебный акт, поскольку незавершенный строительством индивидуальный жилой дом на сегодняшний день фактически отсутствует, ввиду чего возврат его ФИО6 невозможен. Ответчик считает выводы судов об общности экономических интересов ФИО1, ФИО5, а также заинтересованности ФИО1, несоответствующими обстоятельствам настоящего дела; ссылаясь также на наличие дохода от трудовой деятельности, реализации сельскохозяйственной продукции, договора займа с ФИО9, полагает, что выводы судов о недоказанности наличия у него финансовой возможности осуществить оплату по спорному договору являются неверными.

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий ФИО3 просит оставить определение суда первой инстанции от 28.06.2022 и постановление суда апелляционной инстанции от 30.09.2022 без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО5 и ФИО6 состоят в зарегистрированном браке с 14.12.2007.

Между супругами заключен брачный договор от 26.07.2012, удостоверенный нотариусом Пермского городского нотариального округа ФИО12

Согласно условиям брачного договора:

1) имущество, приобретенное во время брака и зарегистрированное на имя ФИО6, переходит из общей совместной собственности супругов в раздельную собственность ФИО6, а именно:

2-комнатная квартира, назначение: жилое, общая площадь 48,6 кв. м, этаж 1, адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. Екатерининская, д. 62, кв. 4, условный номер: 59-59-20/031/2007-484;

1-комнатная квартира, назначение: жилое, общая площадь 47,4 кв. м, этаж 2, адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Мотовилихинский район, ул. Лебедева, д. 32, кв. 46, условный номер: 59-59-22/088/2011-627;

земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под жилой дом, лит. А, общая площадь 1 297 кв. м, адрес (местонахождение) объекта: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. Сборная, д. 21, кадастровый номер: 59:01:2010777:16;

незавершенный строительством индивидуальный жилой дом, назначение: жилое, площадь застройки 372,1 кв. м, степень готовности 7%, лит. А, адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. Сборная, д. 21, условный номер: 59-59-20/027/2011-282;

хозяйственная постройка, назначение: нежилое, 1-этажный (подземных этажей – 0), общая площадь 9 кв. м, адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. Сборная, д. 21, условный номер: 59-59-20/078/2011-384;

баня, 2-этажный, общая площадь 36 кв. м, адрес объекта: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. Сборная, д. 21, условный номер: 59-59-20/078/2011-383;

сооружение: забор капитальный, протяженность 180 п. м, адрес: Пермский край, г. Пермь, Ленинский район, ул. Сборная, д. 21, условный номер: 59-59-20/068/2011-946;

автомобиль марки Audi A8L, легковой седан, идентификационный номер (VIN) <***>, цвет фиолетовый, регистрационный знак 00490 0 59RUS;

2) имущество, приобретенное во время брака и зарегистрированное на имя ФИО5, переходит из общей совместной собственности супругов в раздельную собственность ФИО6:

автомобиль марки Toyota-MR-2-Roadster, легковой хетчбэк, идентификационный номер (VIN) <***>, цвет черный, регистрационный знак N C049 00/59RUS;

Дополнительным соглашением от 18.12.2012 супруги Е-вы дополнили (пункт 2.2) перечень имущества, которое было зарегистрировано на имя ФИО5 и которое переходит из общей совместной собственности супругов в раздельную собственность ФИО6, автомобилем марки AUDI Q7, идентификационный номер (V1N)WAUZZZ4L48D009372, регистрационный знак N Х949АТ59.

Супруги также дополнили брачный договор пунктом 2.4. следующего содержания: любые доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Золотая долина», в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Беломатик Пермь», приобретенные во время брака, являются во время брака и в случае его расторжения, раздельной собственностью того из супругов, на имя которого оформлено приобретение (учреждение) указанной доли.

Дополнительным соглашением от 06.02.2013 № 2 супруги Е-вы дополнили брачный договор пунктом 2.5. следующего содержания: любые паи, доли (части доли) в уставных капиталах и (или) доходах коммерческих организаций, предприятий любой формы собственности (в том числе любых обществ с ограниченной ответственностью, далее – обществ), приобретенные во время брака, как до заключения настоящего договора, так и после его заключения, являются во время брака и в случае его расторжения, раздельной собственностью того из супругов, на имя которого оформлено приобретение (учреждение) указанной доли.

Настоящий договор дает право каждому из супругов заключать и регистрировать любые сделки (в том числе покупать, продавать, обменивать, закладывать и т.д.) паи, доли (части доли) в уставных капиталах любых коммерческих организаций, предприятий любой формы собственности (в том числе любых обществ), лично без согласия другого супруга. Приобретенными паями, долями (части доли) в уставных капиталах любых коммерческих организаций, предприятий любой формы собственности (в том числе любых обществ Супруги будут распоряжаться лично, без согласия друг друга. При совершении сделок с паями, долями (части доли) в уставных капиталах любых коммерческих организаций, предприятий любой формы собственности (в том числе любых обществ) по приобретению, отчуждению, распоряжению, залогу; сделки, которые требуют нотариального удостоверения, и/или подлежат регистрации, приобретенных на имя одного из супругов, согласие другого супруга не требуется.

Дополнительные соглашения от 18.12.2012 и 06.02.2013 нотариально удостоверены.

В рамках дела о банкротстве ФИО5 финансовый управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением о признании недействительным (ничтожным) заключенного ФИО5 и его супругой ФИО6 брачного договора от 26.07.2012, а также дополнительных соглашений к нему от 18.12.2012 и от 06.02.2013 № 2; применении последствий недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности супругов на все движимое и недвижимое имущество, включая имущественные права поименованные в брачном договоре и дополнениях к нему, имущество и имущественные права, приобретенные супругами после заключения брачного договора.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2019 брачный договор от 26.07.2012, а также дополнительные соглашения к нему от 18.12.2012 и от 06.02.2013 № 2 признаны недействительными сделками; применены последствия их недействительности в виде определения режима общей совместной собственности супругов Е-вых в отношении имущества, указанного в тексте брачного договора и дополнительных соглашений к нему, а также в отношении имущества, приобретенного каждым из супругов после совершения брачного договора.

Как следует из материалов дела, между ФИО6 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 06.07.2018, в соответствии с условиями которого продавец передает в собственность, а покупатель принимает и обязуется оплатить недвижимое имущество, находящееся по адресу: г. Пермь, Ленинский район, ул. Сборная, 21:

- незавершенный строительством индивидуальный жилой дом, назначение: жилое, площадь застройки 372,1 кв. м, степень готовности 7%, лит. А, условный номер: 59-59-20/027/2011-282 и вспомогательные сооружения: баня, общая площадь 36 кв. м, кадастровый номер 59:01:2010777:53; котельная площадью 9 кв. м, кадастровый номер 59:01:2010777:54; ограждение: забор капитальный, протяженность 180 п. м, кадастровый номер 59:01:2010777:55;

- земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под жилой дом, лит. А, общая площадь 1 297 кв. м, кадастровый номер: 59:01:2010777:16.

Общая стоимость недвижимого имущества составила 7 000 000 руб., из которых 4 000 000 руб. – стоимость незавершенного строительством индивидуального жилого дома и вспомогательных сооружений, 3 000 000 руб. – стоимость земельного участка.

Согласно пункту 3.3 договора оплата стоимости недвижимого имущества производится покупателем в следующем порядке: 400 000 руб. в день подписания договора; по 275 000 руб. ежемесячно в течение двух лет в срок до 25 числа текущего месяца.

Согласно расписке в тексте договора, ФИО6 получила наличные денежные средства от ФИО1 в сумме 400 000 руб.

В подтверждение оплаты остальной суммы договора, ФИО1 представлены расписки ФИО6 о получении наличных денежных средств ежемесячно по 275 000 руб. на общую сумму 5 775 000 руб.

Государственная регистрация перехода права собственности произведена Управлением Росреестра по Пермскому краю 31.08.2018.

Полагая, что спорная сделка совершена в отсутствие встречного предоставления, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, ссылаясь на наличие в данном случае признаков злоупотребления правом сторонами сделки, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением. В качестве правового основания для признания сделки недействительной управляющий указал положения пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168, 170, 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из следующего.

В силу статей 61.1 и 213.32 Закона о банкротстве совершенные должником или другими лицами за счет должника сделки могут быть признаны недействительными как по основаниям, указанным в Законе о банкротстве, так и в соответствии с гражданским и/или семейным законодательством.

Согласно разъяснениям пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве гражданина», в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

В данном случае, учитывая приведенные положения, установив, что на спорное имущество, с учетом постановления суда от 13.11.2019 по настоящему делу, распространяется режим общей совместной собственности супругов Е-вых, учитывая, что с рассматриваемым заявлением финансовый управляющий ФИО3 обратился 25.05.2020, то есть до введения 12.03.2021 в отношении ФИО6 процедуры реструктуризации долгов в рамках возбужденного в отношении неё дела о банкротстве № А50-9426/2019, суды рассмотрели заявленные управляющим требования по существу в рамках настоящего дела о банкротстве.

Сделка должника-банкрота, совершенная с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом соответствующей триады критериев подозрительности (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки).

В пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве закреплены презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, требующихся для признания сделки недействительной. Так, в силу указанной нормы цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из иных указанных в данной норме условий. Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При этом вышеупомянутые обстоятельства могут быть доказаны и по общим правилам доказывания (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и/или увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В абзаце 4 пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дано разъяснение о том, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации); при этом в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11).

Пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исследовав материалы дела, суды установили, что совершению оспариваемых сделок предшествовали: обращение 28.12.2015 конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Нооген» (далее – общество «Нооген») ФИО13 в рамках дела о банкротстве этого общества № А50-9877/2014 с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО6, ФИО14 и ФИО15 к субсидиарной ответственности в сумме 341 151 460 руб. 55 коп., принятие определением суда от 29.12.2015 по указанному делу в рамках данного спора обеспечительных мер в виде наложения ареста на денежные средства и иное имущество ответчиков, в том числе Е-вых, в пределах вышеуказанной суммы, которые в отношении ФИО6 сняты только 12.04.2019 на основании ее заявления, принятие в рамках того же дела судом определения от 02.12.2016 о взыскании с ФИО5 в пользу общества «Нооген» 17 502 000 руб. безосновательно перечисленных ему денежных средств и Семнадцатым арбитражным апелляционным судом постановления от 01.02.2017 о взыскании с ФИО5 в пользу общества «Нооген» 140 937 390 руб. 46 коп. убытков, из которых 137 178 173 руб. 46 коп. солидарно с ФИО14, а также обращение 13.03.2018 конкурсного управляющего ФИО13 в рамках этого же дела с заявлением о взыскании в пользу общества «Нооген» 180 282 269 руб. 32 коп. убытков с ФИО6, которое определением суда от 06.08.2018 удовлетворено в полном объеме, а постановлением апелляционного суда от 18.05.2020 (после пересмотра с учетом вновь открывшихся обстоятельств) удовлетворено частично: с ФИО6 в пользу общества «Нооген» взыскано 16 215 943 руб. 60 коп. убытков, а также установлена солидарная ответственность за убытки, установленные определением от 02.12.2016 и постановлением суда апелляционной инстанции от 01.02.2017.

Проанализировав данные обстоятельства, заключив, что к моменту совершения спорной сделки для Е-вых являлось очевидным последующее предъявление к ним значительных имущественных притязаний со стороны общества «Нооген», удовлетворение которых будет производиться за счет принадлежащего им имущества, при этом спорная сделка совершена ФИО6 в условиях действующего ареста на принадлежащее ей имущество, о котором она не могла не знать, так как 20.02.2016 обращалась в суд с ходатайством об их отмене, в удовлетворении которого определением суда от 14.03.2016 ей было отказано, суды обеих инстанций пришли к выводу о том, что при совершении сделки купли-продажи спорного имущества стороны не имели намерения передать на праве собственности его иному лицу, а преследовали цель создания видимости возникновения юридических последствий, в частности добросовестности приобретения данного имущества у последующих его покупателей.

Отклоняя довод заявителя о недоказанности судами наличия у него финансовой возможности произвести оплату по спорному договору, руководствуясь положениями абзаца 3 пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, суды первой и апелляционной инстанций, приняв во внимание пояснения управляющего относительно того, что спорный договор заключен на условиях очевидно отличающихся от рыночных условий, применяемых на рынке купли-продажи недвижимости, и на которых заключаются аналогичные договоры продажи недвижимого имущества в обычной хозяйственной деятельности участников рынка недвижимости, поскольку в оплату имущества при его заключении покупателем подлежали передаче продавцу денежные средства всего в сумме 400 000 руб., в то время как остальная часть оплаты по договору должна была быть внесена в течение двух лет по 275 000 руб. ежемесячно, вместе с тем, из материалов настоящего спора следует, что доход ФИО1 за 2015 год составляет 295 732 руб. 37 коп., за 2016 год – 323 593 руб. 62 коп., за 2017 год – 426 018 руб. 35 коп., за 2018 – 414 341 руб. 89 коп., доказательств, явно свидетельствующих о наличии у ФИО16 иного дохода, в том числе от реализации домашнего скота, в материалы дела не представлено, суды пришли к выводу об отсутствии у ответчика финансовой возможности приобретение спорного имущества.

Вопреки позиции ФИО1 о необоснованности выводов судов о недоказанности наличия у него финансовой возможности произвести оплату по спорному договору со ссылкой на источник дохода в виде договора займа с ФИО9 суды установили, что ФИО9 является индивидуальным предпринимателем с 2011 года, за период с 2016 по 2017 год из кассы магазинов он получил денежные средства в сумме 8 945 700 руб., однако, суды сочли, что данные денежные средства не могут рассматриваться как его доход, поскольку направлены на цели поддержания деятельности магазинов, расчеты с поставщиками, персоналом магазина; кроме того, суды проанализировали сведения, представленные публичным акционерным обществом «Пермэнергосбыт», согласно которым переоформление лицевого счета № <***> с ФИО6 на ФИО1 произведено после обращения управляющего с настоящим заявлением в суд.

При таких обстоятельствах, в отсутствие доказательств наличия у ФИО9 иного источника дохода, нежели от предпринимательской деятельности, учитывая, что сумма займа составляет более 8 млн. руб. и предоставлена на срок 11 месяцев без обеспечения, суды пришли к выводу об отсутствии у него финансовой возможности выдать заем, также указав на то, что поведение ФИО9 по выдаче крупной суммы займа не соответствует обычаям гражданского оборота, в то время как разумные экономические мотивы предоставления ФИО1 денежных средств в заявленной сумме не представлены.

С учетом установленных обстоятельств суды признали, что спорный договор заключен между заинтересованными лицами, в связи с чем, пришли к выводу, что осведомленность ФИО1 о наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, и невозможности их погашения презюмируется, и как следствие, предполагается наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов совершаемой сделкой путем исключения из состава имущества должника, на которое может быть обращено взыскание по требованиям кредиторов, ликвидного имущества.

Исследовав вопрос о том, было ли предоставлено встречное исполнение по сделке и имелась ли у ФИО1 финансовая возможность для её совершения, проанализировав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в деле доказательства в их взаимосвязи и совокупности, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, суды пришли к выводу об отсутствии в материалах дела допустимых и относимых доказательств, подтверждающих исполнение ответчиком своих обязательств по оплате спорного имущества, последующего расходования должником денежных средств, равно как и доказательств, свидетельствующих о наличии у ФИО1 финансовой возможности произвести расчет по сделке. При таких обстоятельствах суды отметили, что должник не получил встречного предоставления при отчуждении ликвидного имущества, указание в расписке на получение ФИО6 денежных средств носило формальный характер и было осуществлено лишь с целью создания признака добросовестного приобретателя у ФИО1, тем самым оспариваемой сделкой причинен вред конкурсной массе и независимым кредиторам должника.

Учитывая изложенное, принимая во внимание, что в результате совершения спорной сделки произошло выбытие значительной части принадлежащего должнику имущества, суды первой и апелляционной инстанции заключили, что результатом совершения оспариваемой сделки явилось уменьшение размера имущества должника посредством вывода ликвидного имущества должника с целью недопущения обращения на него взыскания по обязательствам должника, и, как следствие, причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, кроме того, установив, что сделка совершена между заинтересованными лицами при злоупотреблении правом в условиях неплатежеспособности должника на момент совершения спорной сделки, суды обеих инстанций пришли к выводу о признании спорного договора недействительным.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Признав спорную сделку недействительной, установив наличие спорного имущества у ответчика, суды первой и апелляционной инстанций применили последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить спорное имущество ФИО6 с учетом статуса имущества супругов в целях его последующей реализации в деле о банкротстве ФИО5

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Довод кассационной жалобы заявителя о том, что финансовым управляющим пропущен срок исковой давности для подачи заявления являлся предметом исследования суда апелляционной инстанции, отклонен с учетом того, что о нарушении прав и законных интересов кредиторов ФИО5 совершением спорной сделки финансовому управляющему ФИО3 могло стать известно не ранее принятия постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2019, которым признан недействительным брачный договор между Е-выми и восстановлен режим их общей совместной собственности в отношении имущества; рассматриваемый иск предъявлен им 25.05.2020, то есть с соблюдением как трехлетнего давностного срока применительно к общегражданским ничтожным основаниям, так и годичного – подлежащего применению к специальным основаниям недействительности оспоримых сделок, установленных Законом о банкротстве.

Проанализировав довод ФИО1 о необходимости отсчета срока давности с момента обращения управляющего с иском об оспаривании брачного договора от 26.07.2012 с учетом последующего признания такового ничтожным апелляционный суд указал, что правовая квалификация спорных отношений является прерогативой суда, рассматривающего дела; при этом обозначенный довод не имеет правового значения в условиях квалификации судами сделок как по специальным, так и по общегражданским основаниям, применительно к последним из которых трехгодичный срок давности управляющим в любом случае соблюден.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, судом округа также отклоняются, поскольку касаются обстоятельств и доказательств, являвшихся предметом исследования и оценки нижестоящих судов, о неправильном применении судами при рассмотрении спора норм материального права, регулирующих институт конкурсного оспаривания сделок в деле о банкротстве, либо о наличии нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не свидетельствуют, по сути, выражают несогласие заявителя жалобыс выводами судов первой и апелляционной инстанций о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ними оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций все приведенные сторонами спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения рассматриваемого спора, определены верно, им дана надлежащая правовая оценка, нормы права применены судами обеих инстанций правильно, выводы судов о применении нормы права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 28.06.2022 по делу № А50-18848/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Е.А. Павлова


Судьи О.Н. Новикова


Ю.В. Кудинова