Постановление от 6 апреля 2025 г. по делу № А55-5820/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-7855/2023

Дело № А55-5820/2021
г. Казань
07 апреля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 апреля 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В.,

судей Зориной О.В., Советовой В.Ф.,

при ведении протокола секретарями судебного заседания Насыртдиновой Р.И. (до перерыва), ФИО1 (после перерыва) (протоколирование велось с использованием систем веб-конференции, материальный носитель видеозаписи приобщается к протоколу)

при участии в режиме веб-конференции представителей:

ФИО2 – ФИО3, доверенность от 13.05.2024,

ФИО4 – ФИО5, доверенность от 19.03.2021 (до перерыва),

ФИО6 – ФИО7, доверенность от 27.06.2022 (до перерыва в Арбитражном суде Поволжского округа),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО6, ФИО2

на определение Арбитражного суда Самарской области от 07.08.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2024

по делу № А55-5820/2021

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Путеец» ФИО8 о привлечении ФИО9, ФИО6, ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Путеец», ИНН <***>,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Самарской области от 18.02.2022 общество с ограниченной ответственностью «Путеец» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утверждена ФИО8 (далее – конкурсный управляющий); в реестр требований кредиторов должника в состав требований кредиторов третьей очереди включено требование Федеральной налоговой службы в общем размере 46 497 809,49 руб., из которых: 26 952 739 руб. – налог, 11 098 901,49 руб. – пени, 8 446 169 руб. – штрафы.

Конкурсный управляющий обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, с уточнением требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении солидарно ФИО6, ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 49 648 680,65 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 07.08.2024 признано установленным наличие оснований для привлечения ФИО6, ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; производство по заявлению конкурсного управляющего в части установления размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2024 определение Арбитражного суда Самарской области от 07.08.2024 оставлено без изменения.

В кассационных жалобах ФИО6 и ФИО2 просят принятые по обособленному спору судебные акты в части привлечения их к субсидиарной ответственности отменить, в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований в указанной части отказать, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права, несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

ФИО6 указывает на следующее: судами не установлены реальная причина неплатежеспособности должника, равно как и наличие действий по доведению должника до банкротства; судами не установлено наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО6 по доведению должника до банкротства и банкротством должника, поскольку он не имел возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника, не являлся инициатором сделок со спорными контрагентами, не являлся выгодоприобретателем от совершения сделок со спорными контрагентами; конкурсным управляющим заявлено требование к ответчикам не только по статье 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но и по статьям 9, 61.12 Закона о банкротстве, однако судом по указанным основаниям спор не был рассмотрен.

ФИО2 в кассационной жалобе указывает на следующее: судами не учтено, что фактическое управление должником ФИО2 не осуществлялось, заключенные руководителем должника ФИО6 сделки с ФИО2 не согласовывались, суды лишь констатировали факт того, что ФИО2 являлась учредителем должника, не выяснив иные обстоятельства, имеющие значение для дела; у ФИО2 не имелось обязанности по проведению аудита или иных проверок и ознакомления с конкретными договорами должника; суды не выяснили обстоятельства, согласно которым ФИО2 могла установить, что среди множества заключенных должником договоров договоры с ООО «Премьер Опт» и ООО «Ресурс Поволжье» направлены на уклонение от уплаты налогов.

Судебные акты в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 лицами, участвующими в деле, в кассационном порядке не обжалуются, в связи с чем следует исходить из правовой определенности сторон в указанной части требований.

В судебном заседании 20.03.2025 в порядке статьи 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 16 ч. 30 мин. 27.03.2025. Информация о перерыве размещена на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» Арбитражного суда Поволжского округа. После перерыва судебное заседание продолжено в том же судебном составе.

Проверив законность принятых судебных актов в обжалуемой части в порядке статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не находит.

Как установлено судом первой инстанции, ФИО6 в период с 30.09.2016 по 20.12.2018 осуществлял полномочия руководителя должника, ФИО2 является единственным участником должника с 17.10.2016.

В ходе проведения выездной налоговой проверки должника за период с 01.01.2016 по 31.12.2017 налоговым органом были установлены факты, свидетельствующие об умышленности действий налогоплательщика, выразившиеся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и бухгалтерском учете, а также в налоговой отчетности по хозяйственным операциям с неправоспособными организациями ООО «Премьер Опт», ООО «Ресурс Поволжье», путем создания фиктивного документооборота, исключительно с целью неуплаты налогов.

Проведенной проверкой установлено, что сведения в представленных для проверки документах на приобретение инструментов от вышеперечисленных спорных контрагентов являются недостоверными и не подтверждают действительное совершение хозяйственных операций, в связи с которыми налогоплательщиком заявлены расходы и применены налоговые вычеты.

По результатам указанной выездной налоговой проверки в отношении должника вынесено решение от 17.08.2020 № 1367 о привлечении за совершение налогового правонарушения к ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), в виде штрафа в размере 8 544 011 руб., пунктом 1 статьи 126 НК РФ за непредставление в установленный НК РФ срок документов в виде штрафа в размере 8800 руб., установлена недоимка по НДС в сумме 3 060 847 руб., по налогу на прибыль организаций в сумме 14 512 051 руб., начислены пени в размере 10 059 674,13 руб.

Решением УФНС России по Самарской области от 27.11.2020 указанное решение отменено в части доначисления НДС в размере 222 394 руб., налога на прибыль в размере 247 105 руб., начисления штрафа в размере 98 842 руб., привлечения должника к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи  126 НК РФ в размере 8800 руб.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 03.06.2021 по делу № А55-1005/2021, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.08.2021 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 15.11.2021, должнику отказано в удовлетворении заявления о признании недействительным решения налогового органа от 17.08.2020 № 1367.

В ходе рассмотрения спора по указанному делу суд пришел к выводу о том, что должник с целью получения налоговой экономии в виде неправомерных вычетов по НДС и завышения расходов по налогу на прибыль умышленно заключил договоры поставки с ООО «Премьер Опт» и ООО «Ресурс Поволжье», которые не имели возможности осуществлять операции поставки в соответствии с заключенными договорами, не исполняли обязательства по уплате налогов, полученные от проверяемого налогоплательщика денежные средства выводили из легального хозяйственного оборота.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что ФИО6 сознательно создана схема уклонения от уплаты налогов, накопление налоговой задолженности, повлекшей начисление значительных сумм финансовых санкций по результатам налоговой проверки, что повлекло неплатежеспособность должника, а также на то, что ФИО2, являясь единственным участником должника, действуя добросовестно и разумно, могла и должна была в полной мере участвовать в хозяйственной деятельности должника, проверяя на собраниях его отчетность и документацию, обратилась с настоящими требованиями в суд.

При разрешении спора суд первой инстанции принял во внимание, что договоры поставки путевых материалов с ООО «Премьер Опт» и ООО «Ресурс Поволжье» были заключены должником в период полномочий ФИО6, а также ФИО6 передавалась отчетность по НДС и налогу на прибыль за 4 квартал 2016 года и за весь 2017 год, в период которых выявлены нарушения и доначислены вышеуказанные налоговые платежи.

Учитывая, что применительно к задолженности по обязательным платежам, признаки неплатежеспособности определяются по состоянию на момент наступления сроков их уплаты за соответствующие периоды финансово-хозяйственной деятельности должника, которые установлены законом, а не на момент выявления недоимки налоговым органом по результатам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля либо оформления результатов таких мероприятий (абзац седьмой пункта 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что нарушение ФИО6 как руководителем налогового законодательства с целью получения необоснованной налоговой выгоды, привело к доначислению должнику неуплаченных налогов, начислению пеней за несвоевременную уплату налогов и привлечению к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде штрафа, что впоследствии послужило возникновению кризисной ситуации и наличию у должника признаков объективного банкротства.

Отклоняя довод ФИО6 о недоказанности причинно-следственной связи между его действиями и совершенным налоговым правонарушением, суд первой инстанции исходил из того, что оно совершено в период осуществления ФИО6 полномочий единоличного исполнительного органа должника, сделки со спорными контрагентами, налоговая отчетность и прочие документы бухгалтерского учета подписывались ФИО6, и на ФИО6 как на руководителя общества законом возложена обязанность по организации бухгалтерского учета и отчетности с соблюдением правил учета доходов и расходов, правильной уплаты налогов в бюджет.

Суд первой инстанции критически отнесся к акту экспертного исследования № 1301, представленному в подтверждение довода о том, что спорные договоры не подписывались ФИО6, поскольку специалист, изготовивший указанное исследование, об уголовной ответственности не предупреждался, в рамках настоящего дела ходатайство о назначении судебной экспертизы не заявлялось.

В отношении требования о наличии правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 суд первой инстанции, принимая во внимание, что она, являясь единственным участником должника, действуя добросовестно и разумно, могла и должна была в полной мере участвовать в хозяйственной деятельности должника, проверяя на собраниях его отчетность и документацию, пришел к выводу о том, что предполагается ее осведомленность о заключении должником договоров с ООО «Премьер Опт» и ООО «Ресурс Поволжье» в целях уклонения от уплаты налогов в бюджет.

Доводы ФИО6 и ФИО2 об их номинальном руководстве должником, отклонены судом первой инстанции со ссылкой на разъяснения, изложенные в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), согласно которым по общему правилу статусы номинального и фактического руководителя уравнены в целях привлечения к субсидиарной ответственности.

Судом первой инстанции отмечено, что в ходе налоговой проверки установлена реальность осуществления действий исполнительного органа, например, заключение ФИО6 фиктивных договоров с целью уменьшения налоговой базы, сдача соответствующей налоговой отчетности и иные действия; привлечение ФИО2 к административной ответственности по части 4 статьи 14.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за непредоставление или предоставление недостоверных сведений о юридическом лице, как и её последующая дисквалификация, не свидетельствуют о номинальной роли ФИО2 в руководстве должником, а свидетельствуют лишь о её ненадлежащем исполнении обязанностей исполнительного органа должника.

Суд первой инстанции также указал, что предоставление ФИО6 сведений об осуществлении фактического контроля и управления должником ФИО4, не свидетельствует о наличии оснований для освобождения ФИО6 и ФИО2 от субсидиарной ответственности, также как и само по себе не свидетельствует о номинальности их роли в управлении должником.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, признав их обоснованными.

Отклоняя довод ФИО6 о том, что судом первой инстанции не рассмотрено требование конкурсного управляющего по основаниям статей 9, 61.12 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции указал, что данные обстоятельства не ухудшают положения ответчиков, и кроме того, в судебном заседании суда апелляционной инстанции конкурсный управляющий подтвердила, что не поддерживала заявление по указанным основаниям в суде первой инстанции.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют нормам законодательства и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в частности, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Согласно пункту 19 постановления Пленума № 53, при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума № 53, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: 1) должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); 2) доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Данная законодательная презумпция ответчиками не опровергнута, неуплата налогов ввиду их действий как контролирующих должника лиц предполагается.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания при рассмотрении обособленных споров в рамках дела о банкротстве.

Обосновывающие требования материалы мероприятий налогового контроля являются в силу статьи 67 АПК РФ относимыми к делу доказательствами.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения участвующих в деле лиц по правилам статьи 71 АПК РФ, установив, что налоговый орган является единственным кредитором должника, принимая во внимание обстоятельства, установленные уполномоченным органом при проведении налоговой проверки, и состоявшееся по ее результатам привлечение должника к налоговой ответственности на основании пункта 3 статьи 122 НК РФ, отсутствие доказательств, опровергающих установленную законом о банкротстве соответствующую презумпцию, вывод судов о наличии оснований для привлечения ФИО6 и ФИО2 является правомерным.

Доводы заявителей кассационных жалоб, которые, по сути, сводятся к тому, что ФИО6 и ФИО2 являлись номинальными руководителями и участниками должника, в связи с чем они не могут нести субсидиарную ответственность, подлежат отклонению, поскольку к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 постановления Пленума № 53).

В абзаце 4 пункта 26 постановления Пленума № 53 также разъяснено, что данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Доводы, изложенные в кассационных жалобах ответчиков, были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанций, отклонены судами с изложением мотивов, не опровергают выводы судов, а сводятся к несогласию подателей жалоб с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела, переоценка которых не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Нарушений норм процессуального права, в том числе, влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 07.08.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2024 по делу № А55-5820/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                            М.В. Коноплёва


Судьи                                                                                    О.В. Зорина


                                                                                              В.Ф. Советова