Решение от 27 ноября 2023 г. по делу № А40-192847/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ 115225, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17 http://www.msk.arbitr.ru Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А40-192847/21-96-1371
27 ноября 2023 года
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 10.11.2023

Полный текст решения изготовлен 27.11.2023 Арбитражный суд в составе:

судья Гутник П.С. (единолично), при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ООО "ТРАСТ" 665824, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 16.08.2006, ИНН: <***>

к ответчику ООО СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ "ГЕЛИОС" 109544, МОСКВА ГОРОД, ЭНТУЗИАСТОВ БУЛЬВАР, ДОМ 2, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 24.06.2004, ИНН: <***>

о взыскании 223 861 руб. 21 коп., госпошлины при участии: от истца: не явился, извещён; от ответчика: не явился, извещён, Рассмотрев материалы дела, суд

УСТАНОВИЛ:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТРАСТ" (далее по тексту – Истец) обратилось в арбитражный суд с иском к ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ "ГЕЛИОС" (далее по тексту – Ответчик) о взыскании суммы страхового возмещения в размере 223 861 руб. 21 коп. по факту смерти Застрахованного лица ФИО2.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.09.2021 исковое заявление было принято к производству в порядке упрощенного производства.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2021 по делу № А40192847/2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.02.2022, принятыми в порядке упрощенного производства, в удовлетворении заявленных исковых требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 08.06.2022 г. решение Арбитражного суда города Москвы от 26 ноября 2021 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 февраля 2022 года по делу № А40-

192847/2021 были отменены. Указанное дело направлены на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17 ноября 2022 года исковые требования были удовлетворены, с ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ "ГЕЛИОС" (ИНН: <***>) в пользу ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ТРАСТ" (ИНН: <***>) было взыскано страховое возмещение в размере 223 861 руб. 21 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 7 477 руб., расходы по уплате госпошлины за подачу апелляционной и кассационной жалобы в размере 6 000 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 г. по делу № А40-192847/21, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.04.2023 г. решение суда первой инстанции было оставлено без изменения.

Определением Верховного суда Российской Федерации от 25.09.2023 по делу № А40-192847/2021, № 305-ЭС22-15684 решение Арбитражного суда города Москвы от 17.11.2022 по делу № А40-192847/2021, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2023 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 10.04.2023 по тому же делу отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Определением арбитражного суда от 11.10.2023 г. исковое заявление было принято к производству.

Рассматривая данный спор по существу, суд исходит из следующего. Основанием иска являются следующие обстоятельства.

05.12.2019 между ПАО «Азиатско-Тихоокеанский Банк» и ООО «ТРАСТ» был заключен договор (уступки прав (требований)) № Т-4/2019 (далее – Договор цессии), на основании которого Банк передал ООО «ТРАСТ» право требования к физическим лицам по кредитным договорам, в объеме и на условиях, существующих к моменту перехода прав (требований), а так же права (требования), принадлежащие Банку на основании договоров, обеспечивающих исполнение обязательств по кредитным договорам, в том числе и по кредитному договору № <***> от 27.06.2012 заключенному между ОАО «АЗИАТСКО-ТИХООКЕАНСКИЙ БАНК» и ФИО2. Одновременно с уступкой прав требования из Кредитных договоров к ООО «ТРАСТ» в полном объеме переходят права Цедента (Банка) как Выгодоприобретателя по договорам страхования жизни и здоровья должников (п1.1. Договора цессии).

По условиям указанного кредитного договора Банк предоставил заемщику кредит в размере 319 938 руб. 57 коп., под 25,90 % годовых, сроком на 28 месяцев. 31.10.2012 между сторонами было заключено дополнительное соглашение № 1 к кредитному договору № <***> от 27.06.2012, согласно которому срок кредита был установлен на период 84 месяца.

Согласно Приложения № 1 к договору цессии к ООО «ТРАСТ» перешло право требования исполнения ФИО2 кредитных обязательств по кредитному договору в размере 223 861 руб. 21 коп.

На основании Договора цессии, ч.3 ст.385, ст.ст.388, 390 ГК РФ Банк передал ООО «ТРАСТ» документы, подтверждающие существование права требования, в том числе кредитный договор № <***> от 27.06.2012 заключенный с ФИО2 и заявление (согласие) на страхование от 27.06.2012 подписанное ФИО2 (далее по тексту – Договор страхования).

27.06.2012 (в день подписания кредитного договора) ФИО2 подписал заявление (согласие) на страхование в котором выразил свое согласие быть застрахованным лицом по Договору страхования жизни и здоровья заемщиков кредита, заключенным между ОАО «АЗИАТСКО-ТИХООКЕАНСКИЙ Банк» и ООО «Гелиос».

В соответствии с Заявлением на страхование страховыми случаями являются: смерть застрахованного наступившая в результате болезни или несчастного случая; установление инвалидности 1-й или 2й группы наступившей в результате несчастного случая или болезни.

Банк является выгодоприобретателем по Договору страхования при наступлении страхового случая в размере 100% страховой суммы, и включает в себя обязательства по уплате основного долга, процентов, штрафов и иных платежей по кредитному договору. Из содержания заявления страхования следует, что страховая выплата предназначена для погашения задолженности по кредиту № <***> от 27.06.2012 (включает в себя размер кредитной задолженности.

После уступки права требования ООО «ТРАСТ» стало известно о смерти ФИО2 Смерть Застрахованного наступила в пределах срока договора страхования 02.10.2017 (справка о смерти № А-05990 выданная отделом ЗАГС по Ангарскому району и г.Ангарску Иркутской области от 03.07.2021г).

Из содержания Заявления на страхования следует, что Страховщик при наступлении страхового случая (смерти застрахованного лица) выплачивает выгодоприобретателю страховую выплату в размере задолженности по кредитному договору на момент наступления страхового случая, и включает в себя обязательства по уплате основного долга, процентов, штрафов и иных платежей по кредитному договору. Страховая сумма составляет 319 938 руб. 57 коп. Сумма задолженности ФИО2 по кредитному договору составила 223 861 руб. 21 коп.

До настоящего момента платежей в счет погашения задолженности по кредитному обязательству не поступало. Следовательно, сумма страховой выплаты составляет 223 861 руб. 21 коп.

15.06.2021 ООО «ТРАСТ» в адрес ООО СК «ГЕЛИОС» направило уведомление о наступлении страхового случая (исх. № 191812). К Уведомлению прилагались следующие документы: копия кредитного соглашения № <***> от 27.06.2012; копия распоряжения на предоставление кредитных средств от 27.06.2012; копия расходного кассового ордера № 49970347 от 27.06.2012; копия заявление согласие на страхование 12/НС/004200001271 от 27.06.2012; копия договора об уступке прав (требований) № Т-4/2019 от 05.12.2019; копия Приложения № 1 к договору уступки прав требований № Т-4/2019 от 05.12.2019 (первая страница, страница с должником, последняя страница); копия определения Петропавловск-Камчатского городского суда от 10.02.2021г.

Отказывая в удовлетворении исковых требований в полном объеме, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Исходя из смысла статей 15 и 393 Гражданского кодекса для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между возникшим вредом и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда. Требование о возмещении вреда

может быть удовлетворено только при доказанности всех названных элементов в совокупности

Правила страхования в силу п. 1 ст. 943 Гражданского кодекса являются неотъемлемой частью договора страхования и не должны содержать положений, противоречащих гражданскому законодательству и ухудшающих положение страхователя по сравнению с установленным законом, что вытекает из содержания ст. 422 Гражданского кодекса.

В силу ч.1 ст. 934 Гражданского, по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Основанием возникновения обязательства страховщика по выплате страхового возмещения является наступление предусмотренного в договоре события (страхового случая) (п.1 ст. 929 Гражданского кодекса и п. 2 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации»).

Пункт 2 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации» определяет страховой случай как совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю либо иным лицам.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации», страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Страховой риск, как и страховой случай, являются событиями. Страховой риск - это предполагаемое событие, а страховой случай - совершившееся событие. Перечень событий, наступление которых влечет обязанность страховщика по выплате страхового возмещения, описывается путем указания в договорах (правилах) имущественного страхования событий, являющихся страховыми случаями, и событий, не являющихся страховыми случаями (исключений).

Из смысла указанных норм закона следует, что страховой случай – это факт объективной действительности (событие). Действия самого страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица не могут рассматриваться как страховой случай. Эти действия могут лишь влиять на наступление страхового случая и служат основанием к освобождению страховщика от обязанности выплатить страховое возмещение только в предусмотренных законом случаях.

В п. 1 ст. 963 Гражданского кодекса приведены основания, по которым страховщик может быть освобожден от выплаты страхового возмещения или страховой суммы при наступлении страхового случая.

В силу п. 1 ст. 963 Гражданского кодекса страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 и 3 указанной статьи. Законом могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщиком от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя.

Таким образом, п. 1 ст. 963 Гражданского кодекса установлены ограничения на освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения при наличии той или иной степени виновности страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица. Закрепляя такие ограничения, законодатель определяет страховой случай (п. 1 ст. 929 Гражданского кодекса и ст. 9 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации») от действий лиц, участвующих в страховом обязательстве на стороне страхователя, не допуская освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения при любой степени виновности указанных лиц, кроме умысла и в случаях, предусмотренных законом, грубой неосторожности.

Согласно ст. 927 Гражданского кодекса страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Действующим законодательством не предусмотрена обязанность суда по самостоятельному сбору доказательств или установлению их соответствия действительности, в противном случае были бы нарушены основополагающие принципы состязательности и равноправия сторон, закрепленные в статьях 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, обязанности по сбору доказательств и их представлению суду в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством, возлагается на лиц, участвующих в деле (в данном случае - на истца).

Отменяя судебные акты Определением Верховного суда Российской Федерации от 25.09.2023 по делу № А40-192847/2021, № 305-ЭС22-15684, ВС РФ указал на следующее.

«При этом нормами Гражданского кодекса установлен ряд обязанностей сторон договора страхования, в том числе – обязанность страхователя по уведомлению страховщика о наступлении страхового случая - в соответствии с пунктом 1 статьи 961 Гражданского кодекса, страхователь по договору имущественного страхования после того, как ему стало известно о наступлении страхового случая, обязан незамедлительно уведомить о его наступлении страховщика или его представителя. Если договором предусмотрен срок и (или) способ уведомления, оно должно быть сделано в условленный срок и указанным в договоре способом

Такая же обязанность лежит на выгодоприобретателе, которому известно о заключении договора страхования в его пользу, если он намерен воспользоваться правом на страховое возмещение.

При этом неисполнение обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, дает страховщику право отказать в выплате страхового возмещения, если не будет доказано, что страховщик своевременно узнал о наступлении страхового случая либо что отсутствие у страховщика сведений об этом не могло сказаться на его обязанности выплатить страховое возмещение (пункт 2 статьи 961 Гражданского кодекса)

Кроме того, в соответствии с пунктом 3 статьи 961 Гражданского кодекса правила, предусмотренные пунктами 1 и 2 настоящей статьи, соответственно применяются к договору личного страхования, если страховым случаем является смерть застрахованного лица или причинение вреда его здоровью. При этом устанавливаемый договором срок уведомления страховщика не может быть менее тридцати дней.

В пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 20 «О применении судами законодательства о добровольном

страховании имущества граждан» также разъяснено, что статьей 961 Гражданского кодекса предусмотрена обязанность страхователя (выгодоприобретателя) уведомить страховщика о наступлении страхового случая в порядке и сроки, которые установлены договором. Следует иметь в виду, что на страхователя возлагается обязанность лишь по уведомлению о наступлении страхового случая определенным способом и в определенные сроки. Обязанность по представлению одновременно с этим уведомлением всех необходимых документов на страхователя (выгодоприобретателя) законом не возлагается.

Таким образом, учитывая системное толкование указанных выше норм права и разъяснения высшей судебной инстанции, с момента уведомления страховщика о наступлении страхового случая страхователь вправе рассчитывать (при соблюдении прочих условий) на получение страхового возмещения, а также на судебную защиту своих прав и интересов при несоблюдении страховщиком условий договора и положений действующего законодательства.

При реализации указанного выше права на судебную защиту необходимо учитывать установленные действующим законодательством правила исковой давности.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса и разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В настоящем случае, как установлено судами, 02.10.2017 застрахованное лицо (заемщик) умер. Банк за выплатой страхового возмещения к страховщику не обращался. Исковое заявление общества по настоящему делу поступило в арбитражный суд в сентябре 2021 года, то есть спустя четыре года с момента смерти заемщика.

Страховщик, учитывая указанные обстоятельства, неоднократно указывал судам на то, что обществом пропущен срок исковой давности.

Как неоднократно указывал страховщик, о наступлении страхового случая банк мог узнать, проявив должную степень осмотрительности, действуя разумно и добросовестно.

Однако банк, как следует из материалов дела, зная о длительной просрочке в осуществлении застрахованным лицом выплат по кредитному договору и в неисполнении судебных актов судов общей юрисдикции, вынесенных в 2015 году, не предпринимал какие-либо действия с целью установления причин такой просрочки, не обращался с целью принудительного исполнения решений судов в Федеральную службу судебных приставов.

Кроме того, постановление о возбуждении исполнительного производства по судебному акту от 03.12.2014 вынесено по заявлению банка только 29.07.2019.

Общество, заключая договор цессии с банком, не предпринимало мер по установлению статуса застрахованного лица, не уточнило у банка информацию о заемщике, какие-либо меры по обжалованию бездействия судебного пристава- исполнителя, который вел исполнительное производство и лишь спустя 15 месяцев обнаружил, что должник по исполнительному производству умер задолго до возбуждения исполнительного производства, не предпринимало.

Следовательно, как неоднократно указывал заявитель, общество, заключая договор цессии без наличия информации о статусе заемщика, не проявило должной степени разумности и осмотрительности. Такое поведение общества, в свою очередь, привело к обращению с исковым заявлением с пропуском срока исковой давности.

Однако суды при рассмотрении настоящего дела не дали оценки указанным выше доводам заявителя о действиях банка и общества, доводы о пропуске срока исковой давности также не получили надлежащей оценки».

При рассмотрении настоящего дела, арбитражный суд учитывает правовую позицию, выраженную в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2022 N 305-ЭС22-17249 по делу N А40-157980/2021, а именно.

«В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота.

Соответственно, банк, как особый профессиональный участник гражданского оборота, действуя разумно и добросовестно, имея информацию о неоплате очередного кредитного платежа ФИО3, мог в разумный срок получить и информацию о причине данной, а также последующих неоплат, и, соответственно, сообщить о смерти ФИО3 страховщику с инициированием получения страховой выплаты.

Исходя из пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Пункт 24 указанного Постановления исходит из того, что по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу».

Исходя из буквального толкования норм права срок для предъявления требований по оплате задолженности составляется три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. В пределах этого срока истец по своему усмотрению должен определиться воспользоваться своим правом для предъявления требований по оплате задолженности либо нет.

Согласно п. 2 ст. 199, п. 2 ст. 200 ГК РФ, п. 13 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 12 - 15.11.2001 г. N 15/18 исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения; по обязательствам, срок исполнения которых не определен либо определен моментом востребования, течение исковой давности начинается с момента, когда у кредитора возникает право предъявить требование об исполнении обязательства; истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. По заявленным истцом требованиям применяется срок исковой давности, установленный ст. 196 ГК РФ.

Согласно п. 12 Постановления Пленума ВАС РФ и Пленума ВАС РФ от 28.02.1995 г. N 2/1 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части

первой ГК РФ" срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом не подлежит восстановлению, независимо от причины его пропуска.

В силу п. 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Ответчиком заявлено о применении срока исковой давности в возражениях на иск.

В силу ч. 1 ст. 64, ст. 71 и 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами ст. ст. 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

Оценив представленные в дело доказательства в порядке, предусмотренном ст. 71 АПК РФ, руководствуясь названными нормами права, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

В силу части 1 статьи 66 АПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны представлять доказательства. Эта обязанность основана на статье 65 АПК РФ, в соответствии с которой каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения. Правовая позиция об этом сформулирована в Постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 N 12505/11, от 08.10.2013 N 12857/12.

Принцип диспозитивности, характерный для гражданских правоотношений, распространяет свое действие и на процессуальные отношения; в арбитражном процессе диспозитивность означает, что процессуальные отношения возникают, изменяются и прекращаются, главным образом, по инициативе непосредственных участников спорных правоотношений, которые имеют возможность с помощью суда распоряжаться процессуальными правами и спорным материальным правом.

Арбитражным судом при рассмотрении настоящего дела были созданы условия для установления фактических обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения спора (часть 3 статьи 9, статья 66 АПК РФ).

Госпошлина распределена на основании ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья П.С. Гутник