Постановление от 22 июля 2024 г. по делу № А73-20602/2021

Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000,

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 06АП-2693/2024
22 июля 2024 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 09 июля 2024 года. Полный текст постановления изготовлен 22 июля 2024 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Козловой Т.Д.

судей Воробьевой Ю.А, Пичининой И.Е.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Егожа А.К.

при участии в заседании:

от ФИО1: ФИО2, представитель по доверенности от 29.04.2022;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение от 15.04.2024

по делу № А73-20602/2021

Арбитражного суда Хабаровского края

по отчету финансового управляющего

в рамках дела о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом)



УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 10.01.2022 возбуждено производство делу о признании ФИО3 (далее – ФИО4, должник) несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 31.03.2022 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО5 (далее – финансовый управляющий).

Определением суда от 15.04.2024 процедура реализации имущества завершена. При этом суд не применил в отношении ФИО3 правила освобождения от дальнейшего исполнения обязательств.

В апелляционной жалобе ФИО3 просит отменить определение суда от 15.04.2024 в части, принять новый судебный акт, которым в отношении должника применить правила от дальнейшего исполнения обязательств.

В обоснование жалобы ссылается на несостоятельность доводы кредитора о том, что должник осуществлял фактически предпринимательскую деятельность. Обращает внимание, что поведение должника в ходе процедуры реализации имущества гражданина отвечало признакам добросовестности. Ссылается на то, что из отчета финансового управляющего следует, что у должника отсутствует признаки преднамеренного и фиктивного банкротства, о невозможности восстановления платежеспособности должника. Считает, что заключение финансового управляющего является доказательством добросовестности гражданина при процедуре банкротстве. По мнению заявителя, суд сделал необоснованный вывод о том, что действия должника в отношении ФИО1 (далее – ФИО1) были направлены на заведомое неисполнение обязательств в рамках инвестиционного договора 03.09.2018, по условиям которого, денежные средства подлежали целевому использованию, однако, не были израсходованы на соответствующие цели. Также обращает внимание, что какой-либо вступивший в законную силу судебный акт, которым установлены неправомерные действия должника отсутствует. Указывает, что обязательства и имущественные права ФИО6 в ходе осуществления предпринимательской деятельности не могут свидетельствовать о фактическом участии должника в силу того, что у супругов имеется брачный договор от 30.09.2014, согласно которому личные имущественные права и обязанности не относят к совместно нажитому имуществу в соответствии с Семейным кодексом Российской Федерации (далее – СК РФ). При этом ссылается на то, что должник объективно не мог преследовать цели по заключению брачного договора за 8 лет до возбуждения процедуры банкротства для «защиты» активов от требований кредиторов; брачный договор заключен без цели злоупотребления правом и цели причинения имущественного вреда правам кредиторов. Указывает, что кредитором не оспаривался брачный договор от 30.09.2014 в рамках процедуры банкротства должника, следовательно, признаки порочности у брачного договора, как сделки отсутствуют и не установлены каким-либо судебным актом. Полагает, что кредитор привел лишь факт перелетов должника, однако, им не были истребованы данные об оплате авиабилетов должника, тем самым, кредитор не доказал, что должник скрывал свои доходы и осуществлял перелеты в силу своей якобы фактической предпринимательской деятельности.

Отзывы на жалобу не представлены.

Присутствовавший в судебном заседании представитель ФИО1 выразили несогласие с доводами жалобы, просил судебный акт в обжалуемой части оставить без изменения как законный и обоснованный.

Иные лица, извещенные в надлежащем порядке о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей не обеспечили.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», поскольку ФИО3, согласно доводам жалобы, обжалует часть судебного акта, иные лица возражений не заявили, суд апелляционной инстанции осуществляет проверку судебного акта в пределах, определяемых апелляционной жалобой.

Изучив материалы дела с учетом доводов апелляционной жалобы, выслушав присутствовавшего в судебном заседании представителя, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

Положениями части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве установлены особенности банкротства гражданина.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве реализация имущества гражданина - это реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

При этом, завершение процедуры реализации имущества в отношении гражданина-должника возможно после рассмотрения судом всех предъявленных в арбитражный суд требований и завершения всех мероприятий, предписанных Законом о банкротстве.

В силу статье 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ отчет финансового управляющего и документы, подтверждающие проведение процедуры банкротства должника, суд первой инстанции пришел к выводу о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

В данной части судебный акт не является предметом апелляционного обжалования.

В пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021 разъяснено, что гражданин не может быть освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов по итогам завершения расчетов с кредиторами в процедурах судебного банкротства или завершения процедуры внесудебного банкротства, если при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами он действовал незаконно или недобросовестно (в частности, осуществлял действия по сокрытию своего имущества, выведению активов, воспрепятствованию деятельности финансового управляющего и т.п.).

Институт банкротства - это экстраординарный способ освобождения от долгов, поскольку в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Процедура банкротства не предназначена для необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств, а судебный контроль над этой процедурой, помимо прочего, не позволяет ее использовать с противоправными целями и защищает кредиторов от фиктивных банкротств.

Законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину-должнику, неумышленно попавшему в затруднительное финансово-экономическое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим, судом и кредиторами и оказывавшему им активное содействие в проверке его имущественной состоятельности и соразмерном удовлетворении требований кредиторов.

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4, 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В процедурах банкротства гражданин-должник обязан предоставить информацию о его финансовом положении, в том числе сведения о его имуществе с указанием его местонахождения, об источниках доходов, о наличии банковских и иных счетов и о движении денежных средств по ним (пункт 3 статьи 213.4, пункт 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве).

Неисполнение данной обязанности, с одной стороны, не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, а с другой - создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед кредиторами.

В частности, к таким действиям в силу правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.10.2022 №307-ЭС22-12512, относятся действия должника по умышленному сокрытию своих действительных доходов или имущества, на которые может быть обращено взыскание.

Подобное поведение выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В пункте 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) указано, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Пунктами 4, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрены основания неосвобождения должника от обязательств перед конкретным кредитором исходя из характера возникновения обязательств и совершения противоправных действий должником в отношении данного кредитора; а также неприменение правил об освобождении от обязательств в отношении всех кредиторов, в случае совершения противоправных действий должником в ходе процедуры, в силу невилирования самого характера проводимой процедуры поведением должника.

Так, в ходе включения в реестр требований кредиторов должника требования ФИО1, установлено, решением Индустриального районного суда г. Хабаровска от 27.05.2019 по делу №2-668/2019 удовлетворены исковые требования ФИО1 о расторжении инвестиционного договора от 03.09.2018, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «СД Групп» (далее - ООО «СД Групп») и ФИО1, в пользу последней с ООО «СД Групп» взысканы судебные расходы в размере 300 руб., с ФИО3 в пользу ФИО1 взыскано 3 000 000 руб. основного долга и 23 200 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

При этом, из содержания судебного акта, данных открытых источников Федерального налоговой службы, а также представленных в материалы дела документов и пояснений следует, что ФИО3, являясь руководителем и соучредителем ООО «СД Групп» (ИНН <***>, исключено из Единого государственного реестра юридических лиц 25.09.2020), заключил с ФИО1 инвестиционный договор от 03.09.2018, по условиям которого ООО «СД Групп» обязалось выполнить работы и совершить все необходимые действия по реализации Проекта по созданию Результата инвестиционной деятельности – открытие бара в нежилом помещении, расположенном по адресу: <...>, лит. Б, общей площадью 635,4 кв.м (разделы 1, 2 договора).

Данный проект, как следует из разделов 3, 5 договора, должен был быть реализован в течении 2 месяцев с даты заключения договора и предполагал предоставление инвестору 20% прибыли от деятельности объекта инвестиций.

Также установлено, что ФИО1 должнику переданы денежные средства в размере 3 000 000 руб. в наличной форме по расписке от 03.09.2018.

Однако, в конце октября 2018 года ФИО1 стало известно о расторжении договора аренды помещения, в котором предполагалось создание объекта инвестиций, деятельность по реализации проекта (подготовка помещения) не велась.

Помимо этого, ФИО4 денежные средства в кассу ООО «СД Групп» не вносил, из данных им пояснениях в ходе проверки по материалам КУСП №1137 от 19.02.2019 следует, что он истратил их на погашение долговых обязательств, оплату аренды, приобретение и транспортировку материалов, а также иные цели, в том числе, реализацию инвестиционного объекта.

Таким образом, установлены обстоятельства непредоставления ФИО3 доказательств расходования денежных средств на инвестиционные цели.

Кроме того, при рассмотрении вопроса о завершении процедуры, должником не раскрыты объективные обстоятельства расходования денежных средств, а также судьба кухонного оборудования, если такое приобреталось.

Более того, ФИО3 не представлено доказательств наличия каких-либо правоотношений с физическими лицами, в отношении которых не указаны даже установочные данные для определения правовой судьбы.

В отношении того, что в подтверждение внесения арендной платы представлен чек от 04.09.2018 на сумму 325 389 руб. с указанием на оплату по договору аренды №0004 от 20.04.2018, судом первой инстанции правомерно указано о том, что должником раскрыты сведения в отношении 1/10 от общего объема предоставленного займа.

Таким образом, как верно указано судом первой инстанции, учитывая обстоятельства поведения ФИО3, применительно к положениям пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, должником в отношении кредитора ФИО1 совершены действия по заведомому неисполнению обязательств в рамках инвестиционного договора от 03.09.2018, по условиям которого, денежные средства подлежали целевому использованию, однако, не были израсходованы на соответствующие цели.

Наряду с этим, ФИО3 уклонился от предоставления оправдательных документов, в том числе, подтверждающих правовую судьбу имущества.

В частности, представленный чек подтверждает расходование денежных средств со счёта должника, в то время, как денежные средства предоставлялись в наличной форме; сведения о дальнейшей судьбе данных средств не раскрыты.

Далее, суд первой инстанции, проверяя доводы кредитора, произвел проверку обстоятельств взаимосвязи деятельности должника и компании «Одиссея-ДВ».

Так, в ходе судебного заседания произведен осмотр сайта www.odisseyadv.ru и подтверждены данные, указанные в представленных кредитором копиях в соответствии с пунктом 55 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10.

Как следует из данных сайта, предлагаются к приобретению морепродукты, контактными данными организации ООО «ТДФлотокеанпродукт» (ИНН <***>) указан, в частности, Вадим с контактным номером <***>, адресом электронной почты sinyuhin@mail.ru; имеется прайс-лист на товары с указанием контактных данных телефона <***>, электронного адреса odisseya.dv@mail.ru.

При этом, ранее должником осуществлялась деятельность индивидуального предпринимателя (ОГРНИП <***>) до его исключения 18.01.2021 из ЕГРЮЛ, основным видом деятельности по ОКВЭД указано 56.10 - Деятельность ресторанов и услуги по доставке продуктов питания.

Также, как следует из данных ЕГРЮЛ, супруга должника ФИО6 является предпринимателем с 07.03.2019 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>), основным видом деятельности которой является по ОКВЭД – 46.38 – Торговля оптовая прочими пищевыми продуктами, включая рыбу, ракообразных и моллюсков. Контактным электронным адресом предпринимателя указан odisseay.dv@mail.ru.

Ввиду чего, принимая во внимание доводы и представленные ФИО1 доказательств, в частности со ссылкой на осуществление должником деятельности посредством использования организаций, оформленных на иных лиц, а равно осуществление деятельности через свою супругу, с учётом наличия брачного договора от 30.09.2014 обеспечивающего защиту активов, числящихся за супругой, судом первой инстанции произведена дополнительная проверка данных организаций и супруги должника по Картотеке арбитражных дел в отношении наличия споров и их содержания.

Так, из материалов дела №А19-16664/2022 ООО «Деликатес» в качестве доказывания наличия правоотношений с предпринимателем ФИО6 представлен договор поставки от 23.07.2021 №2307/2021 с условиями поставки морепродуктов, контактным адресом электронной почты sinyuhin@mail.ru, соответствующий данным с сайта «Одиссея ДВ», аналогичен и номер телефона <***>; счёт выставленный для оплаты договора в качестве главного бухгалтера указано лицо под именем Вадим.

При этом, аналогичные данные имеются в договоре поставки от 11.11.2021 №1111/2021/1 с предпринимателем ФИО7, что следует из обстоятельств дела №А51-12151/2022.

Также из материалов дела №А51-10468/2022 следует, что договор поставки от 13.07.2021 №1307/2021, заключенный с предпринимателем ФИО8, содержит аналогичные контактные данные.

Кроме того, представлены в качестве доказательств согласования условий поставки скриншоты данных сайта «Одиссея ДВ», переписка с менеджером по данному контактному номеру.

Данный контактный номер, согласно представленным сведениям публичным акционерным обществом «Вымпел-Коммуникации» также отнесён к номеру телефона ФИО6

Наряду с этим, судом первой инстанции принято во внимание, что возражения должника с указанием того, что ему неизвестен характер деятельности «Одиссея ДВ», что он лишь участвовал в съёмке ролика для рекламы по просьбе третьих лиц, поданные через систему «Мой Арбитр» 23.08.2023, осуществлены с аккаунта и использования контактных данных пользователя ФИО3: телефон <***> и email: sinyuhin@mail.ru; тождественным контактным данным «Одиссея ДВ».

Также по ходатайству кредитора судом первой инстанции истребованы данные об использовании авиатранспорта ФИО9, согласно поступившим ответам на запросы, следует, что должник осуществлял регулярные перелёты в города: Москва, Хабаровск, Санкт-Петербург, Южно-Сахалинск, Красноярск.

Так, в период процедуры, с учетом заявления должника, что за весь период 2022, 2023 гг., ФИО3 не имел дохода от трудовой деятельности или иных источников доходов, должник осуществлял перелеты:

- Хабаровск-Москва-Хабаровск с 16.05.2022 по 21.05.2022;

- Хабаровск-Москва-Хабаровск с 13.06.2022 по 21.06.2022;

- Хабаровск-Москва-Хабаровск с 16.08.2022 по 23.08.2022;

- Хабаровск-Москва-Хабаровск с 20.09.2022 по 28.09.2022;

- Хабаровск-Москва-Хабаровск с 09.03.2022 по 29.03.2022;

- Хабаровск-Москва-Хабаровск с 06.04.2022 по 09.04.2022;

- Хабаровск-Москва-Хабаровск с 15.05.2023 по 20.05.2023;

- Хабаровск-Красноярск-Москва с 28.05.2023 по 29.05.2023;

- Хабаровск-Москва-Санкт-Петербург с 10.09.2023 по 27.09.2023;

- Москва-Красноярск-Хабаровск с 21.10.2023 по 29.10.2023;

- Москва-Хабаровск-Москва с 21.12.2023 по 09.01.2024;

- Москва-Южно-Сахалинск-Хабаровск с 25.01.2024 по 26.01.2024.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции, принимая во внимание совокупность представленных в материалы дела доказательств, в условиях отнесения бремени раскрытия обстоятельств и доказывания на должника, применительно к положениям статьи 65 АПК РФ, длительности процедуры при которой должник, ссылающийся на трудное материальное положение и отсутствие каких-либо доходов, фактически осуществляет системное расходование денежных средств на приобретение авиабилетов, правомерно указал о том, что само по себе порождает сомнения об отсутствии реальных доходов у должника и затруднительности его материального положения, напротив, указывает на сокрытие таковых.

В связи с чем, суд первой инстанции, сопоставив контактные данные «Одиссея-ДВ», учитывая деятельность супруги должника, характер перелётов, пришел к верному выводу о подверженности доводов ФИО10 о том, что имея фактический иммунитет перед кредиторами должника в отношении активов ФИО6 за счёт заключенного брачного договора от 30.09.2014, должник фактически осуществляет деятельность через свою супругу, не раскрывая доходы от такой деятельности, скрывая их действительный характер.

Исходя из этого, судом первой инстанции сделан правомерный вывод о том, что данное поведение оценивается в качестве злоупотребление правом, создания видимости отсутствия доходов и возможности погашения обязательств, уклонения от обращения взыскания на получаемые доходы посредством их сокрытия за счет осуществления деятельности через третьи лица.

Вместе с тем, в силу пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5 Закона о банкротстве, в процедурах банкротства на гражданина-должника возлагаются обязательства по предоставлению информации о его финансовом положении, в том числе сведений об источниках доходов, тогда как неисполнение данной обязанности создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.

Помимо этого, что также верно указано судом первой инстанции, поскольку принятие гражданином на себя столь значительных денежных обязательств предполагает наличие у него возможности их своевременного исполнения за счет постоянного источника дохода или иного имущества, в том числе приобретенного на заемные средства, последующее банкротство должника и принимаемые в связи с этим в отношении него меры реабилитационного характера, возлагают на последнего встречную обязанность по раскрытию своего имущественного положения, цели получения кредита (займа), его расходовании и иных сведений, необходимых для финансового анализа, проверки и выявления подлежащего включению в конкурсную массу имущества.

При этом, не допускается утаивание имущества, находящегося в совместной собственности.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции, принимая во внимание уклонение должника от исполнения обязательств, пришел к правомерному выводу о наличии оснований для неприменения в отношении должника правила освобождения от дальнейшего исполнения обязательств.

Доводы жалобы о несостоятельности доводов кредитора о том, что должник осуществлял фактически предпринимательскую деятельность, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, как противоречащие установленным в рамках рассматриваемого спора обстоятельствам.

Доводы жалобы о том, что поведение должника в ходе процедуры реализации имущества гражданина отвечало признакам добросовестности, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку факт недобросовестного поведения установлен, следовательно, исключается возможность использования в отношении должника особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства.

Доводы жалобы о том, что суд сделал необоснованный вывод о том, что действия должника в отношении ФИО1 совершены по заведомому неисполнению обязательств в рамках инвестиционного договора 03.09.2018, по условиям которого, денежные средства подлежали целевому использованию, однако, не были израсходованы на соответствующие цели, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку заявителем жалобы не представлено надлежащих доказательств расходования заемных денежных средств на инвестиционные цели в рамках заключенного договора.

Доводы жалобы о том, что кредитор привел лишь факт перелетов должника, однако, им не были истребованы данные об оплате авиабилетов должника, тем самым, кредитор не доказал, что должник скрывал свои доходы и осуществлял перелеты в силу своей якобы фактической предпринимательской деятельности, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку в рамках рассматриваемого дела доказывание своей добросовестности возложено именно на должника.

Доводы жалобы о том, что из отчета финансового управляющего следует, что у должника отсутствует признаки преднамеренного и фиктивного банкротства, о невозможности восстановления платежеспособности должника, а также о том, что заключение финансового управляющего является доказательством добросовестности гражданина при процедуре банкротстве, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку отчет о завершении процедуры реализации имущества должника не сводится к автоматическому освобождению должника от обязательств перед его кредиторами.

Доводы жалобы о том, что обязательства и имущественные права ФИО6 в ходе осуществления предпринимательской деятельности не могут свидетельствовать о фактическом участии должника в силу того, что у супругов имеется брачный договор от 30.09.2014 согласно, которому личные имущественные права и обязанности не относят к совместно нажитому имуществу в соответствии с СК РФ, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку имея фактический иммунитет перед кредиторами должника в отношении активов ФИО6 за счёт заключенного брачного договора от 30.09.2014, должник фактически осуществляет деятельность через свою супругу, не раскрывая доходы от такой деятельности, скрывая их действительный характер, следовательно, данное поведение оценивается в качестве злоупотребление правом, создания видимости отсутствия доходов и возможности погашения обязательств, уклонения от обращения взыскания на получаемые доходов посредством их сокрытия за счет осуществления деятельности через третьи лица.

Иные доводы, изложенные в жалобе, проверены судом апелляционной инстанции и подлежат отклонению, так как свидетельствуют о несогласии с выводами суда первой инстанции и не могут являться основанием для отмены судебного акта в обжалуемой части, принятого с правильным применением норм материального права.

Следует также отметить, что несогласие заявителя жалобы с оценкой имеющихся в данном обособленном споре доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в рамках его рассмотрения, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть возникший спор.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах, основания для отмены или изменения определения суда от 15.04.2024 в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь частью 3 статьи 223, статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 15.04.2024 по делу №А73-20602/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий

Т.Д. Козлова


Судьи

Ю.А. Воробьева



И.Е. Пичинина