Решение от 12 сентября 2022 г. по делу № А12-14540/2021

Арбитражный суд Волгоградской области



Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

город Волгоград

«12» сентября 2022 года Дело № А12 –14540/2021

Резолютивная часть решения объявлена 08 сентября 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 12 сентября 2022 года.


Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Миловановой И.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ефимовой В.О., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению участников Акционерного общества «Георгиевское» ФИО1, ФИО2, ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Надежда» (403901, Волгоградская область, район Новониколаевский, рабочий <...>, ОГРН: <***>, ИНН: <***>) о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки

при участии в судебном заседании:

от истцов: ФИО4, представитель по доверенности от 02.06.2021,

от ответчика: ФИО5, представитель по доверенности от 09.11.2021,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Надежда» (далее – ответчик) о признании недействительным (незаключенным) агентского договора от 10.09.2019 года, заключенного между АО «Георгиевское» и ООО «КХ «Надежда» и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «КХ «Надежда» в пользу АО «Георгиевское» денежных средств в сумме 14 060 000 руб.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 22.09.2021 года, оставленным без изменения постановлением арбитражного суда апелляционной инстанции от 15.12.2021 года, в иске отказано.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 31.03.2022 г. решение Арбитражного суда Волгоградской области от 22.09.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2021 по делу № А12-14540/2021 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Волгоградской области.

Направляя дело на новое рассмотрение суд кассационной инстанции помимо прочего указал, что судами не проверен довод истцов о том, что вывод о наличии двух самостоятельных договоров возможен только тогда, когда достоверно будет установлен и сопоставлен предмет представленных сторонами вариантов договоров. Как в договоре от 10.09.2018, так и в договоре от 10.09.2019 предмет договора определен таким образом, что агент обязуется приобрести земельные участки, принадлежащие ИП ФИО6 и ООО «Агропродукт». Акт сдачи-приемки от 11.09.2019 также не содержит информацию, позволяющую конкретизировать приобретенные земельные участки и объекты недвижимости. Утверждая о заключении самостоятельного договора от 10.09.2019, ответчик не подтвердил необходимость заключения договора с такими же условиями, что и исполненный, по его мнению, в полном объеме договор от 10.09.2018.

При новом рассмотрении дела истец уточнил заявленные требования и просил признать недействительным (незаключенным) агентский договор от 10.09.2018 и от 10.09.2019 года; обязать ООО КХ «Надежда» возвратить АО «Георгиевское» неосновательно полученные денежные средства в сумме 14 060 000 руб.

В своих устных выступлениях, представитель истцов дал пояснения, что в связи с формальным соблюдением требований закона (ст.432 ГК РФ) при составлении агентского договора, просит рассматривать доводы и требования истцов о незаключенности оспариваемого агентского договора, фактически как доводы обосновывающие недействительность сделки.

Представитель ответчика с заявленными требованиями не согласен, указывает, что между сторонами было заключено два договора: от 10.09.2018 и 10.09.2019 года, с аналогичными условиями. Договор от 10.09.2018 года сторонами исполнен, о чем свидетельствуют акт сдачи-приемки выполненных работ от 11.09.2019, платежные поручения. Договор от 10.09.2019 года, на который ссылается истец, сторонами был подписан, но не исполнялся.

Исследовав материалы дела с учетом положений ст.71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, оценив доводы сторон, арбитражный суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 10.09.2018 года между АО «Георгиевское» (принципал) и ООО «КХ «Надежда» (агент) заключен агентский договор, по условиям которого агент обязуется за вознаграждение совершать от своего имени, но за счет принципала указанные в п.1.2 договора юридические и иные действия, а принципал обязуется выплатить агенту вознаграждение за исполнение поручения. В соответствии с п.1.2 договора агент обязуется приобрести земельные участки, принадлежащие ИП ФИО6 и ООО «Агропродукт».

Согласно п.3.1 договора сумма вознаграждения агента составляет 14 060 000 руб. АО «Георгиевское» произвело оплату оказанных услуг по договору от 10.09.2018 года на сумму 14 060 000 руб., что подтверждается платежными поручениями № 960 от 10.09.2019 на сумму 5 000 000 руб., 966 от 11.09.2019 на сумму 2 000 000 руб., 967 от 11.09.2019 на сумму 2 560 000 руб., 1056 от 02.10.2019 на сумму 4 500 000 руб., письмом от 19.09.2019 № 268.

Также сторонами подписан договор от 10.09.2019 года на аналогичных условиях, что и агентский договор от 10.09.2018 года.

Истец считает, что агентский договор от 10.09.2018 и от 10.09.2019 года является недействительной сделкой на основании ст.10, пункта 2 статьи 170 и пункта 2 статьи 174 ГК РФ как причинившей явный ущерб АО «Георгиевское» в силу своей безвозмездности, фактически состоялось дарение имущества – денежных средств на сумму 14 060 000 руб., услуги не оказывались. Кроме того, считает, что сторонами не определен предмет договора, не указано какие именно земельные участки (конкретные характеристики), по какой цене и в какой срок обязуется приобрести агент.

Сделка оспаривается в интересах акционеров компании, которые не участвовали в ее заключении и одобрении.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1005 ГК РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

Согласно статье 1006 ГК РФ принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных агентским договором.

Таким образом, основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является оказание и сдача результата работ агентом принципалу.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц (п.2).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (п.3).

В соответствии с абзацем шестым пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 настоящего Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Таким образом, гражданским законодательством и законодательством об акционерных обществах акционеру предоставлен правовой механизм защиты своих корпоративных прав посредством оспаривания сделок акционерного общества, участником которого он является.

Согласно пункту 2 статьи 174 ГК Ф, сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Как разъяснено в пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставленное, полученное по сделке в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Наличие решения общего собрания участников (акционеров) хозяйственного общества об одобрении сделки в порядке, установленном для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не препятствует признанию соответствующей сделки общества, совершенной в ущерб его интересам, недействительной, если будут доказаны обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 174 ГК РФ.

Исходя из разъяснений приведенных в абзаце третьем пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27, невозможность квалификации сделки в качестве сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, не препятствует признанию судом такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, а также по другим основаниям.

В пункте 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019) разъяснено, что составной частью интереса общества являются в том числе интересы участников, в связи с чем сделка общества может быть признана недействительной по иску участника и в том случае, когда она хотя и не причиняет убытков обществу, тем не менее не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выразили согласие на совершение соответствующей сделки.

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума № 25 разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 7 постановления Пленума № 25 разъяснено, если совершение сделки нарушает запрет, установленный в пункте 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункт 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор, и в ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку купли-продажи, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что продавец и покупатель при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена в интересах контрагентов, по справедливой цене, а не для причинения вреда кредитору (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015).

В соответствии с положениями статей 1005 и 1006 ГК РФ обязательственное правоотношение, возникшее из агентского договора, состоит из встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства агента совершить по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала и обязательства принципала за оказанные услуги уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре (пункт 2 статьи 308, статья 328 ГК РФ).

Несмотря на то, что общество предполагает обособление имущества участников (акционеров) для ведения предпринимательской деятельности и является самостоятельным участником гражданского оборота, следует исходить из того, что преимущественно интересы акционерного общества сводятся именно к интересам всех его участников и обусловлены ими. С необходимостью реализации общих интересов участников и достижением общей цели и связывается создание участниками самой корпорации. Таким образом, в ситуации причинения корпорации вреда предполагается, что одновременно именно ее участники понесли убытки.

Устанавливая и сопоставляя предмет представленных сторонами вариантов договоров суд отмечает следующее.

Как в договоре от 10.09.2018, так и в договоре от 10.09.2019 предмет договора определен таким образом, что агент обязуется приобрести земельные участки, принадлежащие ИП ФИО6 и ООО «Агропродукт». Ни договор, ни Акт сдачи-приемки от 11.09.2019 не содержат информацию, позволяющую конкретизировать приобретенные земельные участки и объекты недвижимости, и чем обусловлено заключение и исполнение сделки. Утверждая о заключении самостоятельного договора от 10.09.2019, ответчик должным образом не обосновал необходимость заключения договора с аналогичными условиями, что и исполненный, по его мнению, в полном объеме договор от 10.09.2018. Стороны неоднократно обменивались письмами с уточнением назначений платежа, а в платежных поручениях преимущественно указан договор от 10.09.2019 и лишь в одном платежном поручении указан договор от 10.09.2018.

В целях проверки заявления о фальсификации в порядке статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом по делу была назначена судебная экспертиза по определению давности выполнения документа – договора от 10.09.2018 года.

Согласно заключения эксперта ФБУ Волгоградской ЛСЭ Минюста России ФИО7 определить временной период выполнения реквизитов агентского договора, датированного 10.09.2018, не представляется возможным, поскольку фаза активного старения материала письма на момент производства экспертизы завершена.

Суд признает недобросовестным поведение ответчика, который на протяжении практически года уклонялся (в том числе по требованию суда) от предоставления оригинала агентского договора от 10.09.2018, необходимого для проверки заявления стороны истцов о его фальсификации и проведения экспертизы на установление абсолютной давности его изготовления, при этом ответчиком была представлена его нотариально заверенная копия, изготовленная незадолго до предоставления в суд.

Согласно абзаца 2 части 2 статьи 41 АПК РФ злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные названным Кодексом неблагоприятные последствия.

Именно недобросовестное процессуальное поведение представителей ООО "КХ "Надежда" не позволило путем своевременного назначения и проведения судебной экспертизы установить абсолютную давность изготовления агентского договора датированного - 10.09.2018 и как следствие все обстоятельства переданного на рассмотрение суда спора.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Принцип правовой определенности не может защищать сторону, действовавшую недобросовестно и умышленно создавшую лишь видимость наличия доказательств (в виде нотариального заверения), которые имели значение для дела и могли позволить полноценно провести судебное разбирательство. В то время как в материалах дела со стороны истцов был представлен оригинал агентского договора от 10.09.2019, содержание и достоверность которого сторона ответчика не опровергала.

По крайней мере, иного разумного объяснения добросовестности такого поведения, применимого для независимого участника гражданских правоотношений, оказавшегося в схожей ситуации, ответчик не представил.

Таким образом, с учетом противоречивого поведения ответчика и фактических обстоятельств спора, суд приходит к выводу, что фактически имел место один агентский договор, подписанный в сентябре 2019 года стороны которого не согласовали его дату.

Из письменных объяснений АО «Георгиевское» следует, что экземпляры тождественных агентских договоров, датированных разной датой с интервалом в один год, подписывались одновременно – в сентябре 2019 года, а оплата по агентскому договору фактически являлась способом оплаты стоимости прав аренды по договору перенайма от 29.08.2019, заключенного между связанным с ответчиком лицом – ФИО8 и одним из акционеров АО «Георгиевское» - ФИО9, однако данная сделка фактически не состоялась (не зарегистрирована, права аренды переуступлены третьим лицам). Полагая, что в отношении АО «Георгиевское» было совершено преступление сотрудники АО «Георгиевское» своим способом защиты избрали обращение в правоохранительные органы, где по данным обстоятельствам было возбуждено уголовное дело, а АО «Георгиевское» признано потерпевшим (представлено постановление о возбуждении уголовного дела и постановление о признании потерпевшим). Также АО «Георгиевское» указало, что никакие услуги по оспариваемым агентским договорам ответчиком не оказывались, между данными контрагентами имели место автономные сделки безотносительно к оспариваемому агентскому договору. Никакую ценность для акционерного общества оспариваемая сделка не представляла, а была взаимосвязана с перенаймом в интересах руководства компании, которые были введены в заблуждение и в итоге обещанный актив (права аренды) также не получили.

Таким образом, из анализа объяснений АО «Георгиевское» усматривается, что оспариваемая сделка агентирование и взаимосвязанная с ней (по версии АО «Георгиевское») сделка по перенайму совершались в интересах только части участников (которые имели интерес приобрести в свою пользу права аренды, которые в итоге так и не приобрели) и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выразили согласие на совершение соответствующей сделки за счет средств компании.

В этом случае бремя опровержения доводов стороны истцов в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации перешло на ответчика.

Между тем допустимых и достоверных доказательств, в достаточной степени подтверждающих, выполнение заявленных работ ответчиком, вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как при первоначальном рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанции, а также при повторном рассмотрении дела в суде первой инстанции в материалы дела представлено не было.

Свобода договора, подразумевающая самостоятельное определение сторонами сделки условий связывающих их обязательств, не означает, что эти стороны могут осуществлять права недобросовестно, причиняя вред иным лицам (в частности акционерам, учредителям, иным заинтересованным лицам и т.д.), не являющимся непосредственными участниками рассматриваемых договорных отношений.

В обоснование объема оказанных агентских услуг за которые получено встречное предоставление в сумме 14 060 000 руб. ответчик ссылается на акт сдачи-приемки услуг от 11.09.2019 из содержания которого следует, что агент по агентскому договору от 10.09.2018 года за период с 10.09.2018 по 10.09.2019 года приобрел земельные участки и ½ часть имущественного комплекса предприятия, принадлежащие ИП ФИО6 и ООО «Агропродукт» по цене, согласованной с принципалом. Вознаграждение агента за период с 10.09.2018 по 10.09.2019 года составило 14 060 000 руб. Агент оказал услуги своевременно и в полном объеме. У принципала к агенту претензий не имеется. Принципал оплатил часть вознаграждения агенту в сумме 9 560 000 руб.

Ни в договоре, ни в акте об оказании агентских услуг не обозначена стоимость каждого из выполняемых исполнителем действий, а также отсутствует конкретизация данных действий, сроки оказания услуги, порядок отчетов и прочее.

Вместе с тем, акты выполненных работ, хотя и являются наиболее распространенными в гражданском обороте документами, фиксирующими выполнение исполнителем работ (услуг), в то же время, в силу части 5 статьи 71 АПК РФ, не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы и соответственно не являются безусловным доказательством того, что услуги фактически были оказаны.

Однако никаких доказательств, обосновывающих размер выплаченной ответчику суммы, помимо ссылки на акт сдачи-приемки услуг, ответчиком не приводится.

В условиях, когда сделкой затрагиваются права иных лиц в частности акционеров (участников) хозяйственного общества, когда лицом, действующим от имени юридического лица был причинен явный ущерб обществу, интересы исполнителя агентских услуг помимо прочего противопоставляются интересам третьих лиц - акционеров или учредителей принципала, не участвовавших в согласовании цены и принятии услуг, в данном случае последние вправе оспаривать как сам факт оказания этих услуг, так и их стоимость, ссылаясь помимо прочего на явно завышенную цену услуг по сравнению со среднерыночной, отсутствие полезного эффекта от данных услуг как такового и нецелесообразность их оказания.

По общему правилу, наличие акта приемки работ, подписанного заказчиком, не препятствует ему (в данном случае лицам, действующим от имени заказчика, но в своих интересах) заявить в суде возражения по качеству, объему и стоимости работ с одновременным представлением доказательств обоснованности этих возражений.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1008 ГК РФ в ходе исполнения агентского договора агент обязан представлять принципалу отчеты в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором. При отсутствии в договоре соответствующих условий отчеты представляются агентом по мере исполнения им договора либо по окончании действия договора.

Если агентским договором не предусмотрено иное, к отчету агента должны быть приложены необходимые доказательства расходов, произведенных агентом за счет принципала (п.2).

Принципал, имеющий возражения по отчету агента, должен сообщить о них агенту в течение тридцати дней со дня получения отчета, если соглашением сторон не установлен иной срок. В противном случае отчет считается принятым принципалом (п.3).

Отчет об исполнении обязательств по агентскому договору с указанием обоснованной стоимости оказанных услуг и подтверждающих документов между сторонами не составлялся, в то же время вознаграждение агента было определено с достаточной точностью.

Доказательства расходов, произведенных агентом именно за счет принципала ответчиком не представлены. Не представлено ответчиком и доказательств приобретения от своего имени за счет принципала имущества по цене, определенной сторонами с последующей (или одновременной) передачей данного имущества по этой же цене принципалу с получением за это вознаграждения в сумме 14 060 000 руб. Исходя из материалов дела, спорный договор агентирования и согласие выплатить агенту вознаграждение (комиссию) не привнесло в имущественную сферу компании никаких изменений.

Не опроверг ответчик и доводы стороны истцов о том, что такого рода сделки не относятся к профессиональной деятельности ответчика, ранее общество не оказывало подобного рода услуги иным организациям или АО «Георгиевское». Не привел ответчик обоснования того, почему АО «Георгиевское» было лишено возможности самостоятельно производить приведенные в спорном договоре сделки и операции (например отсутствие соответствующей квалификации сотрудников, соответствующей лицензии, разрешения, наличие скидочного элемента у ответчика, высокий профессионализм ответчика в данной области и т.д.).

Совокупность всего вышеизложенного указывает на обоснованность требований о признании сделки недействительной по пункту 2 статьи 174 ГК РФ как причиняющей явный ущерб АО «Георгиевское». Эти же обстоятельства указывают на притворность оспариваемой сделки как прикрывающей вывод денежных средств организации в интересах ответчика по обстоятельствам объяснение причин которых лежит за пределами формальных волеизъявлений и документооборота сторон агентского договора.

При этом ответчик не мог не осознавать, что сделка причиняет явный ущерб акционерному обществу, так как встречное предоставление представлено не было.

Представленный ответчиком список совершенных сделок без фактического предоставления документов по ним (переписки, договора, акты и т.д.), показывает противоречивое поведение ответчика, создающего лишь видимость имеющихся в его распоряжении доказательств, тогда как оппоненты версию ответчика опровергали.

Кроме того, данный список и платежи не свидетельствуют о совершении сделок именно по агентскому договору, а например по иным взаимоотношениям (обычная купля-продажа, транзит денежных средств, займы и т.д.).

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п.2).

Ввиду того, что предметом договора было оказание агентских услуг, которые подлежали оплате АО «Георгиевское» в виде вознаграждения (комиссии), при признании договора недействительным, как явно причиняющий вред, такое право на получение вознаграждения утрачивается, а в соответствии с пунктом 2 статьи 167 и подпунктом 1 статьи 1103 ГК РФ уплаченные денежные средства должны быть возвращены акционерному обществу.

Расходы по оплате государственной за рассмотрение дела в суде первой, апелляционной и кассационной инстанциях, а также проведенной судебной экспертизы относятся на ответчика в порядке ст. 110 АПК РФ,

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд


Р Е Ш И Л:


Исковое заявление удовлетворить.

Признать недействительным агентский договор от 10.09.2018 и 10.09.2019 года, заключенные между АО «Георгиевское» и ООО «КХ «Надежда».

Применить последствия недействительности сделок, взыскав с общества с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Надежда» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу Акционерного общества «Георгиевское» (ИНН <***>, ОГРН <***>) денежные средства в сумме 14 060 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Надежда» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу Акционерного общества «Георгиевское» (ИНН <***>, ОГРН <***>) расходы за проведенную судебную экспертизу в сумме 24480 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Надежда» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 4000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Надежда» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 4000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Надежда» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу ФИО3 расходы по оплате государственной пошлины в сумме 4000 руб.

Решение может быть обжаловано в течении месяца со дня принятия в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области.


Судья И.В. Милованова