Решение от 13 сентября 2022 г. по делу № А42-2033/2022

Арбитражный суд Мурманской области

ул. Академика Книповича, д.20, г. Мурманск, 183038

http://murmansk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

дело № А42-2033/2022
город Мурманск
13 сентября 2022 года
Резолютивная часть решения оглашена 7 сентября 2022 года.


Арбитражный суд Мурманской области, в составе судьи Дубровкина Р.С., при ведении протокола секретарем с/з ФИО1, при участии от ФГБУ «АМП Западной Арктики» ФИО2 (доверенность от 20.07.2021), от ФГУП «Росморпорт» до перерыва ФИО3 (доверенность от 04.10.2021), после перерыва ФИО4 (доверенность от 04.10.2021), рассмотрев в открытом заседании иск АО «СОГАЗ» к ФГБУ «АМП Западной Арктики» и ФГУП «Росморпорт» о взыскании, третьи лица: Капитан морского порта Мурманск, ООО «Газпромнефть Шиппинг» и Северное УГМРН Ространснадзора,

установил:

акционерное общество «Страховое общество газовой промышленности» (107078, Москва, пр. Академика Сахарова, д. 10, ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с иском к федеральному государственному бюджетному учреждению «Администрация морских портов Западной Арктики» (183038, г. Мурманск, Портовый пр-зд, д. 1, ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – ответчик-1, Учреждение) о взыскании 1 357 799,06 рубля убытков в виде непредвиденных расходов страхователя, связанных с освобождением якоря и якорной цепи от зацепа за подводное препятствие.

В обоснование иска указано на заключение договора страхования судна, признание события страховым случаем и выплатой ущерба судовладельцу, а также на наличие вины ответчика-1, поскольку подводное препятствие не было обозначено на навигационной карте.

По ходатайству истца, в порядке статьи 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд привлек к участию в деле в качестве второго ответчика федеральное государственное унитарное предприятие «Росморпорт» (127030, Москва, ул. Сущёвская, д. 19, стр. 7, ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – ответчик-2, Предприятие).

В заявлении от 19.05.2022 истец уточнил требования. Просил взыскать понесенные убытки с ответчиков в солидарном порядке.

Уточнение требований принято в порядке статьи 49 АПК РФ.

В отзывах и дополнениях к нему ответчики просили отказать в иске, указав, что они не могут являться причинителями вреда, а аварийный случай на море является следствием непредвиденных событий, возникших под воздействием внешних факторов.

В порядке статьи 51 АПК РФ суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц: Капитана морского порта Мурманск, ООО «Газпромнефть Шиппинг» и Северное УГМРН Ространснадзора.

Представитель Капитана морского порта Мурманск, ранее участвовавший в судебных заседаниях, поддержал позицию ответчика-1 и просил отказать в иске.

ООО «Газпромнефть Шиппинг» поддержало позицию истца и в письменных пояснениях сообщило, что судовладелец, капитан судна не были проинформированы о наличии потенциально опасного объекта вблизи номинированного места якорной стоянки суда. По мнению третьего лица, произошедший инцидент, связан с ненадлежащим исполнением обязанностей службой капитана порта в части обеспечения безопасности стоянки судов в акватории морского порта.

Остальные третьи лица письменных пояснений по существу спора не представили.

Ответчики поддержали заявленные возражения. На основании статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствии истца и третьих лиц. На стадии судебных прений в заседании был объявлен перерыв с 31 августа до 7 сентября 2022 года.

Как следует из представленных доказательств, 25.08.2020 с 19 часов 00 минут до 21 часа 41 минуты (здесь и далее время Московское) от группы планирования координации движения судов по акватории Кольского залива нефтеналивное судно «Газпромнефть Мурманск» получило разрешение на постановку на якорь в квадрате 77/11 рейда Кулонга. После бункеровки судно проследовало на указанную якорную стоянку.

25.08.2020 в 22 часа 53 минуты судно «Газпромнефть Мурманск» под проводкой и указаниям системы управления движения судов (далее – СУДС) вышло в точку отдачи якоря. Был отдан правый якорь, 4 смычки в воду, квадрат 77/11 в координатах: широта 69 03,1 N долгота 033 02,9 Е.

04.09.2020 в 20 часов 08 минут отдана команда на выборку якоря для следования в порт Северодвинск.

04.09.2020 в 20 часов 18 минут зафиксировано, что якорная цепь вышла в вертикальное положение и на длине оставшихся двух смычек брашпиль остановился.

04.09.2020 в 20 часов 25 минут предприняты попытки выбрать якорь самостоятельно, используя главный двигатель на работу передним и задним ходом с одновременным перекладыванием руля и периодическим вытравливанием якорной цепи до 4 смычек.

04.09.2020 в 22 часов 15 дальнейшая выборка якоря признана невозможной из-за зацепа за необозначенное на навигационной карте подводное препятствие. О происшествии доложено назначенному лицу компании и СУДС Мурманск.

05.09.2020 с 12 часов 20 минут до 14 часов 10 минут выполнены водолазные работы по осмотру якоря и якорной цепи с использованием подводного телевидения. Обнаружено, что якорная цепь правого носового клюза имеет навал на затонувший плав причал, который находится на глубине 35 метров. С борта судна, якорная цепь уходит под секцию затонувшего плав причала, далее выходит с противоположной стороны и уходит в торцевую часть, где зацеплен якорь за причал.

05.09.2020 с 16 часов 40 минут до 18 часов 35 минут привлечен портовый буксир «Кильдин» для помощи в выборке якоря.

06.09.2020 с 11 часов 20 минут до 11 часов 35 минут у борта танкера ошвартовались несамоходный плавучий кран «ПК 19/35» с буксиром «Ковдор» и водолазный катер «Борей». В 12 часов 45 минут ввиду сложности планируемых работ буксир «Ковдор» был заменен на более маневренный буксир «Канин». С 11 часов 35 минут до 14 часов 30 минут производилась подготовка к работам, в том числе и позиционирование плавкрана.

06.09.2020 в 14 часов 45 минут начаты водолазные работы для разобщения якоря с якорь-цепью и подъема якоря с помощью плавкрана. В 16 часов 30 минут якорь был поднят из воды и уложен на палубу танкера.

06.09.2020 с 16 часов 49 минут до 17 часов 39 минут выполнены работы по выборке якорной цепи. В 17 часов 47 минут якорь-цепь выбрана до клюза. Судно «Газпромнефть Мурманск» встало на левый якорь, команда приступила к работам по соединению правого якоря с якорной цепью. В 21 часов 05 минут работы окончены, правый якорь поставлен в клюз.

Хронология описываемых событий лицами, участвующими в деле не оспаривается и подтверждается выпиской из судового журнала «Газпромнефть Мурманск» с 25.08.2020 до 06.09.2020, письмом-протестом капитана т/к «Газпромнефть Мурманск» от 05.09.2020 и сюрвейерским отчетом для АО «СОГАЗ» от 21.10.2021.

Северным УГМРН Ространснадзора проведено расследование аварийного случая на море. В заключении от 04.02.2021 № 11-20 аварийный случай классифицирован как «авария на море», вид АС - лишение возможности движения судна более 24 часов.

Причиной аварийного случая названо отсутствие информации (квадрат Кольского залива 77/11) о наличии на дне постороннего предмета (затопленный плавпричал) в месте постановки судна на якорную стоянку.

В выводах заключения указано, что на момент произошедшего аварийного случая постановка т/х «Газпромнефть Мурманск» была произведена в соответствии с непрерывным планом-графиком навигационных работ, утвержденных капитаном порта. Подводное препятствие в квадрате 77/11 на навигационных картах не обозначено.

В целях предупреждения подобных аварийных случаев в будущем, в заключении даны рекомендации:

ООО «Газпромнефть Шиппинг»: проанализировать причины и обстоятельства аварийного случая с командным составом на судах компании.

Мурманскому филиалу ФГУП «Росморпорт»: разработать мероприятия по проведению дополнительного обследования морского дна на наличие посторонних предметов в квадратах якорных стоянок; своевременно информировать службу капитана морского порта Мурманск о наличии затопленных объектов в квадратах якорных стоянок.

филиалу ФГБУ «АМП Западной Арктики» в морском порту Мурманск: своевременно обеспечивать суда, направляющиеся в морской порт или находящиеся на акватории морского порта, информацией о факторах, влияющих на безопасность движения и постановки на якорную стоянку; в соответствии с пунктом 31 «Положения о расследовании аварий или инцидентов на море» (ПРАИМ-2013), утвержденного приказом Министерства транспорта Российской Федерации № 308 от 08.10.2013 разработать и осуществить мероприятия по предупреждению подобных аварийных случаев в будущем; о принятых мерах известить Северное УГМРН Ространснадзора в установленный ПРАИМ-2013 срок.

В результате указанного аварийного случая судно, в том числе его якорное устройство, не получило никаких повреждений. При этом судовладелец понес убытки в виде непредвиденных расходов, связанных с освобождением якоря и якорной цепи, что подтверждается актом внутреннего расследования инцидента от 08.09.2020.

Риски судовладельца в части несения общеаварийных расходов на момент происшествия застрахованы в АО «СОГАЗ» по договору страхования (страховой полис от 20.02.2020 №0620 HL 000016).

Истец признал, что расходы, понесенные страхователем для устранения аварии на море, являются страховым случаем и произвел выплату в размере 1 357 799,06 рубля, что подтверждается платежным поручением от 01.11.2021 № 25101.

Полагая, что лицами, ответственными за причинение вреда являются ответчики, истец обратился в суд с настоящим иском.

Заслушав представителей лиц, участвовавших в рассмотрении дела, оценив представленные доказательства на основании статей 9, 65, 71 АПК РФ суд первой инстанции пришел к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 927 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

По договору имущественного страхования в силу пунктов 1 и 2 статьи 929 ГК РФ одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

По договору имущественного страхования может быть застрахован риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 965 ГК РФ, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Однако условие договора, исключающее переход к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно.

Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Порядок и условия возмещения причиненного ущерба установлены в главе 59 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Статьей 1082 ГК РФ предусмотрено, что удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить, в том числе, причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Из содержания статьи 15 ГК РФ следует, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 12 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Из указанных выше норм материального права и разъяснений по их применению следует, что в деликтных правоотношениях бремя доказывания, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, возлагается на истца.

В нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ истец не представил относимых и допустимых доказательств (статьи 67, 68 АПК РФ), подтверждающих, что ответчики являются лицами, в результате действий (бездействия) которых возник ущерб.

Утверждение истца, что данным доказательством является заключение Северного УГМРН Ространснадзора от 04.02.2021 № 11-20 не принято судом.

В заключение указано, что причиной аварийного случая является отсутствие информации о наличии на дне затопленного плавпричала в квадрате Кольского залива 77/11.

Однако как из заключения, так и из иных письменных доказательств, представленных в материалы дела, не следует, что какой-либо из ответчиков знал или должен был знать о наличии на дне постороннего предмета в месте постановки судна на якорную стоянку.

Также из материалов дела не усматривается, что ответчик-1 умышленно, либо по неосторожности не вносил изменения в навигационные карты в части указания информации о наличии подводного препятствия в квадрате 77/11 Кольского залива.

Из материалов дела также не следует, что ответчик-2 знал или должен был знать о наличии на дне затонувшего плавпричала и своевременно не проинформировал об этом службу капитана морского порта Мурманск. Кроме того из представленных доказательств не следует, что ответчик-2 умышленно, либо по неосторожности не проводил мероприятий по проведению дополнительного обследования морского дна на наличие посторонних предметов в квадрате якорной стоянки 77/11 Кольского залива.

В выводах заключения прямо указано, что все рекомендации даны ответчикам на будущее, в целях предупреждения подобных аварийных случаев.

В пункте 1 Обзора практики применения арбитражными судами Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации, утвержденного Информационным письмом Президиума ВАС РФ от 13.08.2004 № 81, указано, что администрация морского порта несет ответственности за убытки, причиненные в результате необеспечения безопасной стоянки судна, только если доказано наличие причинной связи между этими убытками и бездействием администрации.

Пункт 1 статьи 111 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации (далее – КТМ РФ) в редакции, действовавшей на момент аварийного случая (от 13.07.2020), предоставлял администрация морских портов право поднять затонувшее имущество и при необходимости удалить или уничтожить его в случаях, если:

собственник затонувшего имущества обязан поднять затонувшее имущество и при необходимости удалить или уничтожить его в соответствии с пунктом 1 статьи 109 настоящего Кодекса, но собственник затонувшего имущества не установлен или он не поднял затонувшее имущество и при необходимости не удалил или не уничтожил его в установленный срок;

затонувшее имущество создает серьезную и непосредственную угрозу безопасности мореплавания или непосредственную угрозу причинения значительного ущерба морской среде загрязнением либо значительно препятствует осуществлению рыболовства, деятельности в порту и проводимым в нем работам (гидротехническим и другим);

при наличии достаточных оснований собственнику затонувшего имущества не разрешено поднимать, удалять или уничтожать его своими средствами либо средствами избранной им судоподъемной организации.

В нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ истец не доказал, что на момент произошедшей аварии имелись какие-либо из вышеперечисленных оснований для реализации ответчиком-1 права на подъем затонувшего имущества.

Таким образом, ответственность за убытки истца не может быть возложена на ответчика-1 в виду недоказанности причинной связи между этими убытками и бездействием Учреждения.

Не имеется и оснований для удовлетворения иска за счет ответчика-2.

Виды деятельности, перечисленные в подпунктах 7, 8 и 19 пункта 2.2 устава Предприятия, осуществляются последним исходя из общих основных начал гражданского законодательства (статья 1 ГК РФ), с учетом принципа свободы договора (статья 421 ГК РФ).

При этом в обязанности Предприятия не входит как обследование морского дна, так и проверка акватории Кольского залива на наличие посторонних предметов в местах якорных стоянок судов (пункт 4.7 устава).

Из представленных в материалы дела доказательств, суд первой инстанции пришел к выводу, что аварийный случай на море является следствием последовательных непредвиденных событий, возникших под воздействием внешних факторов, что исключает возникновение обязанности ответчиков по возмещению ущерба.

Из акта водолазных работ от 05.09.2020 и пункта 9.1 заключения Северного УГМРН Ространснадзора от 04.02.2021 № 11-20 следует, что по результатам осмотра якоря и якорной цепи обнаружено, что якорь-цепь правого носового клюза имеет навал на затонувший плавпричал, который находится на глубине 35 метров. С борта судна, якорь-цепь уходит под секцию затонувшего плавпричал, а далее выходит с противоположной стороны и уходит в торцевую часть, где зацеплен якорь за причал.

В разделе 3 акта внутреннего расследования инцидента ООО «Газпромнефть Шиппинг» от 08.09.2020 указано, что при проведении водолазных работ по освобождению якорной цепи от зацепа выполнено разобщение соединительной якорной скобы и стропление якоря за гак плавкрана. Якорь поднят из воды плавкраном и уложен на палубу. При помощи работы главного двигателя и маневрирования выполнена выборка якорь-цепи из-под затопленного плавпричала. После освобождения якорь-цепи она подобрана до клюза. Судно встало на левый якорь для проведения дальнейших работ по соединению якорь-цепи и якоря.

Приведенный характер зацепа за подводное препятствие с уходом якорной цепи под секцию затонувшего плавпричал, а также последовательность выполнения работ по освобождению судна (разобщение соединительной якорной скобы, отсоединения якоря, отдельный подъем якоря на палубу, выборка якорной цепи из-под затопленного плавпричала при помощи работы главного двигателя и маневрирования) позволяют сделать вывод, что на момент постановки судна на стоянку и отдачи якоря в квадрате 77/11 Кольского залива в координатах: широта 69 03,1 N долгота 033 02,9 Е подводное препятствие на дне отсутствовало.

Плавпричал, который послужил причиной аварийного случая (собственник которого суду не известен и сторонами спора не устанавливался), имел остаточную плавучесть и прибыл в район якорной стоянки в подводном положении под воздействием морского течения в период с 25.08.2020 до 04.09.2020. Фактически плавпричал приземлился на якорную цепь, а сама авария произошла в момент выборки якорь-цепи, которая и привела к зацепу якоря об плавпричал.

Данное обстоятельство также косвенно подтверждается справкой Капитана морского порта Мурманск от 25.04.2022 о списке судов, поставленных на якорную стоянку в квадрате 77/11 Кольского залива с 01.01.2020 до 31.12.2020, т.е. как до аварийного случая, так и после него.

Как пояснил представитель Предприятия в судебном заседании 31.08.2022 (звукозапись), в ходе рассмотрения дела, после получения информации о наличии подводного препятствия компетентной службой проведено обследование квадрата 77/11 Кольского залива. По результатам, которого плавпричал не обнаружен, что также свидетельствует о том, что он продолжил дрейф по акватории Кольского залива.

Поскольку материалы дела не содержат доказательств, что ответчики являются лицами, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, оснований для удовлетворения иска не имеется.

Поручением от 09.032022 № 554 истец перечислил в федеральный бюджет 26577,99 рубля государственной пошлины.

Судебные расходы остаются за истцом на основании части 1 статьи 110 АПК РФ.

Судебный акт выполнен в электронной форме, его копия считается полученным лицом, которому он в силу положений процессуального законодательства высылается посредством его размещения на официальном сайте суда в режиме ограниченного доступа, на следующий день после дня его размещения на указанном сайте (статьи 177, 186 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия.



СудьяР.С. Дубровкин