Постановление от 28 октября 2024 г. по делу № А40-239920/2022

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-239920/22
28 октября 2024 года
город Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 октября 2024 года.


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Морхата П.М., Мысака Н.Я.,

при участии в заседании:

от должника: ФИО1, доверенность от 25.11.2023; ФИО2, паспорт;

от ФИО3: ФИО1, доверенность от 07.03.2024; ФИО3, паспорт;

от ГК «АСВ»: ФИО4, доверенность от 31.05.2023;

рассмотрев 14 октября 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу

финансового управляющего должника ФИО5

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 26 марта 2024 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 31 июля 2024 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего должника ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с домом и баней от 21.03.2020, заключенного между ФИО2 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.09.2023 ФИО2 (далее - должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализация имущества, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5

Сообщение о данном факте опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 23.09.2023 № 177(7622).

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего должника ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с домом и баней от 21.03.2020, заключенного между ФИО2 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26 марта 2024 года в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по заявлению отказано; в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 31 июля 2024 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, финансовый управляющий должника ФИО5 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ГК «АСВ» поддержал доводы кассационной жалобы.

Должник, ФИО3 и их представитель возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, между ФИО2 (продавец) и ФИО3 (покупатель) 21.03.2020 заключен договор купли-продажи земельного участка с домом и баней, согласно условиям которого продавец передал покупателю следующие объекты недвижимости: земельный участок с кадастровым номером 50:37:0040103:75, площадью 1.000 кв.м, на землях сельскохозяйственного назначения, предоставленный для коллективного садоводства, границы земельного участка не установлены; дом с кадастровым номером 50:37:0040103:154, назначение: нежилое, двухэтажный, общей площадью 120 кв.м; баня с кадастровым номером 50:37:0040103:167, назначение: нежилое, общей площадью 23,2 кв.м, находящиеся по адресу: Московская область, Каширский район, СНТ «Чароит», вблизи д. Макарово.

Стоимость проданных объектов недвижимости составила 1.600.000 руб. (пункт 2.5 договора).

Расчет между сторонами произведен полностью до подписания договора, что подтверждается условиями договора (пункты 2.6, 2.7 договора).

Продавец передал покупателю спорные объекты недвижимости по передаточному акту от 21.03.2020.

Право собственности 31.03.2020 зарегистрировано за правообладателем ФИО3 (№ 50:37:0040103:75-50/001/2020-3, № 50:37:0040103:154-50/001/2020-8, № 50:37:0040103:167-50/001/2020-9).

Судами установлено, что владение и пользование ФИО3 указанным объектом осуществляется более 4-х лет до момента заключения договора и перехода права собственности.

Финансовый управляющий и конкурсный кредитор ООО КБ «НКБ» полагают данный договор купли-продажи недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку он заключен с заинтересованным лицом по отчуждению недвижимого имущества в течение трех лет, предшествующих дате принятия судом заявления о признании гражданина банкротом к производству, при наличии у должника признаков неплатежеспособности, при отсутствии равноценного встречного исполнения и с целью причинения ущерба кредиторам, а также указывают на положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Суды указали, что оспариваемая сделка совершена в пределах трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (08.11.2022), а именно 21.03.2020, таким образом, оспариваемая сделка подпадает под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления № 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из пункта 7 Постановление № 63, при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, согласно статье 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Суды указали, что финансовый управляющий ссылался на то, что на момент заключения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами.

При этом судами установлено, что определением Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2018 по делу № А40-10807/17 с ФИО2 взысканы денежные средства в размере 130.500 руб., которые должник выплатил себе в качестве премии, являясь членом правления ООО КБ «НКБ».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2021 по делу № А40-10807/17 установлено, что вышеуказанными действиями должник причинил ущерб ООО КБ «НКБ», в связи с этим привлечен к субсидиарной ответственности.

Данное заявление о привлечении, в том числе должника, к субсидиарной ответственности подано 30.12.2019, то есть до совершения оспариваемой сделки.

Между тем, как указали суды, определение Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2018 по делу № А40-10807/17, которым с ФИО2 взысканы денежные средства в размере 130.500 руб., должником исполнено в полном объеме, что подтверждается выпиской по расчетному счету должника, а также представленной судам копией чека по операции с отметкой об исполнении.

При этом суды исходили из того, что на момент совершения сделки должник был осведомлен о судебном споре о привлечении к субсидиарной ответственности.

Однако доводы финансового управляющего о наличии оснований полагать, что сделка совершена на безвозмездной основе, какое-либо имущество после заключения договора не приобреталось, что подтверждается сведениями из регистрирующих органов, соответственно, можно предположить, что расходование денежных средств не осуществлялось, обоснованно отклонены судами как не соответствующие представленным в материалы дела доказательствам.

Суды отметили, что должник пояснил, что сделка совершена в силу отсутствия у него физических сил и здоровья ухаживать за земельным участком и домом, что подтверждается выписками из медицинской карты, согласно которым ФИО2 перенесла несколько операций, страдает гипертонией, в 70 лет осуществляет уход за родителями (участниками ВОВ 1941-1945 годов), которых невозможно оставить одних из-за необходимости постоянного ухода. В связи с этим ФИО2 не имела возможности длительное время ездить на дачный участок. Ответственность по уходу за земельным участком и домом взяли на себя ФИО3 (дочь должника) и ее муж ФИО6, которые с 2015 года полностью оплачивали финансовые и прочие расходы, что подтверждается справкой от СНТ «Чароит».

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

В случае ссылки стороны обособленного спора в деле о банкротстве на передачу наличных денежных средств к ней предъявляется стандарт доказывания, установленный в Постановлении № 35, независимо от характера обособленного спора. Кроме того, в случае возложения бремени доказывания на сторону, оспаривающую передачу наличных денежных средств, на нее налагалось бы бремя доказывания отрицательного факта, что недопустимо с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения.

Ввиду изложенного определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2024 ФИО3 предложено представить доказательства происхождения денежных средств, переданных в рамках договора купли-продажи от 21.03.2020, и пояснения по кадастровой и рыночной стоимости имущества на момент покупки, а также пояснить, у кого и с какого времени во владении находится спорный дом, кто несет расходы по содержанию данного имущества.

Апелляционный суд установил, что во исполнение определения суда ответчиком пояснено, что ФИО6 и ФИО3 состоят в браке с 01.11.2003 по настоящее время (свидетельство о заключении брака серии <...>).

Денежные средства в размере 1.600.000 руб. имели следующее происхождение:

- договор комиссии и договор купли-продажи автотранспортного средства от 28.08.2019 № 2808/000188, заключенный между ООО «АвангардАвто Плюс» и ФИО6 (продавец), по которому ФИО6 воспользовался услугами ООО «АвангардАвто Плюс» и продал автомобиль ФИО7, получив 1.150.000 руб.;

- договор банковского вклада № Р67383815, заключенный между ПАО «Московский кредитный банк» и ФИО3, на общую сумму вклада 490.000 руб., платежное поручение от 01.12.2019 № 240622 на сумму 490.000 руб. (назначение платежа «Перечисление денежных средств в связи с закрытием договора № Р67381631»), расходный кассовый ордер от 10.03.2020 № 6288477, который подтверждает снятие ФИО3 денежных средств в размере 490.133,99 руб.;

- расходный кассовый ордер от 01.12.2019 № 02202 на сумму 27.106,17 руб., который подтверждает снятие ФИО3 денежных средств в размере 27.106,17 руб.;

- расписка от 01.03.2020 в получении ФИО6 денежных средств в размере 300.000 руб. от ФИО8;

- справки 2-НДФЛ в отношении ФИО3 за 2019, 2020, 2021, 2022, 2023, 2024 годы на общую сумму дохода 4.300.252,68 руб., из них общая сумма дохода ФИО3 за период 2019, 2020 годов составила 965.290,41 руб.;

- справки 2-НДФЛ в отношении ФИО6 за 2019, 2020, 2021, 2022, 2023, 2024 годы на общую сумму дохода 2.667.550,33 руб., из них общая сумма дохода ФИО6 за период 2019, 2020 годов составила 751.791,97 руб.

Таким образом, апелляционный суд, оценив в совокупности представленные доказательства, обоснованно заключил, что вопреки доводам финансового управляющего ответчиком подтверждено наличие у него денежных средств для приобретения спорного недвижимого имущества.

Апелляционный суд обоснованно указал, что доходы, в том числе заем в виде расписки, семьи Х-вых на период 2019, 2020 годов позволяли купить дачу и земельный участок стоимостью 1.600.000 руб.

Судом апелляционной инстанции установлено, что согласно условиям договора стороны определили стоимость за земельный участок, дом и баню в размере 1.600.000 руб., исходя из их кадастровой и рыночной стоимости на момент совершения сделки (в материалах настоящего обособленного спора имеются выписки из Единого государственного реестра недвижимости в отношении земельного участка, дома и бани).

В целях выяснения сведений о том, как полученные средства истрачены должником, указанная информация затребована апелляционным судом.

Должником представлены апелляционному суду следующие доказательства расходования денежных средств на личные нужды: расходы по уходу за мамой и похороны - 702.400 руб.; расходы на операцию по замене тазобедренного сустава - 180.000 руб.; оплата медицинских услуг - 90.000 руб.; расходы на приобретение лекарств и процедуры, назначенные лечащим врачом - 170.700 руб.; приобретение одежды - 200.000 руб.

Суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что относительно лица, владеющего спорной недвижимостью, и несения расходов ответчиком пояснено следующее.

ФИО2 передала ФИО3 спорные объекты недвижимости по передаточному акту от 21.03.2020. Право собственности зарегистрировано за правообладателем ФИО3 31.03.2020 (земельный участок - № 50:37:0040103:75-50/001/2020-3, дом - № 50:37:0040103:154-50/001/2020-8, баня - № 50:37:0040103:167-50/001/2020-9). При этом ФИО3 с 2015 года оплачивает членские взносы и платежи по хозяйственной деятельности садоводческого товарищества за участок № 44, расположенный на территории СНТ «Чароит» по адресу: Московская область, Каширский район.

Апелляционный суд отметил, что указанное, в том числе, подтверждается справками от 01.07.2024 и от 21.07.2024 за подписью председателя СНТ «Чароит» ФИО9 и платежками члена СНТ «Чароит».

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2019 № 304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме, а в целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.

На основании изложенного суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу об отказе в признании оспариваемой сделки недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве в связи с отсутствием вреда, причиненного имущественным интересам кредиторов должника.

Вопрос о допустимости оспаривания сделок, действий на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 и другие).

Согласно сложившейся судебной практике, применение статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Иной подход приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о применении срока давности, что недопустимо (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1) по делу № А41-20524/16).

Вместе с тем, как правомерно отметили суды, в рамках настоящего обособленного спора все основания недействительности сделки, которые привел финансовый управляющий должника, охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротства, то есть специальными нормами.

Доказательств наличия у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, финансовым управляющим должника судам не представлено.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм материального права судебной коллегией суда кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационная жалоба не содержит, а приведенные в жалобе доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, способных повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

В связи с тем, что определением Арбитражного суда Московского округа от 30.08.2024 о принятии кассационной жалобы к производству финансовому управляющему должника ФИО5 предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения кассационной жалобы по существу, с ФИО2 в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3.000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 26 марта 2024 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 31 июля 2024 года по делу № А40-239920/22 оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего должника ФИО5 - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей за рассмотрение кассационной жалобы.


Председательствующий-судья В.В. Кузнецов


Судьи П.М. Морхат


Н.Я. Мысак