Решение от 18 марта 2024 г. по делу № А51-19032/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-19032/2023
г. Владивосток
18 марта 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 04 марта 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 18 марта 2024 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Фокиной А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ФЕСКО Интегрированный Транспорт» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата присвоения ОГРН: 05.08.2002 дата государственной регистрации 08.10.1998)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 15.04.2005)

о признании незаконным требования от 30.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, до выпуска товара № 10702070/120723/3285651,

при участии: от заявителя - представителя ФИО2 (по доверенности № УК-293/23 от 26.10.2023), от таможни - представителя ФИО3 (по доверенности № 26 от 08.02.2024),

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ФЕСКО Интегрированный Транспорт» (далее - заявитель, общество, декларант, ООО «ФИТ») обратилось в арбитражный суд с заявлением к Владивостокской таможне (далее – таможенный орган, таможня) о признании незаконным требования от 30.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары (далее - ДТ) № 10702070/120723/3285651 (далее – спорная ДТ), до выпуска товара.

В обоснование требований декларант по тексту заявления указал, что спорным решением нарушены его права и законные интересы в сфере экономической деятельности; считает, что таможенному органу при декларировании товара были представлены все необходимые документы, подтверждающие заявленную обществом таможенную стоимость, соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, определенной по методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами»; полагает, что таможенный орган не дал объективной оценки документам и сведениям, представленным декларантом, в связи с этим просит признать незаконным решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

Таможенный орган требования общества не признал, указал, что в ходе таможенного контроля по спорной ДТ в результате анализа представленных декларантом документов установлена невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, поскольку по итогам сравнительного анализа выявлены значительные расхождения между заявленными декларантом сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа. Ссылается, что предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости и формирование структуры таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях. Данные обстоятельства, по мнению таможенного органа, препятствуют применению первого метода определения таможенной стоимости товаров, в связи с чем, считает, что оспариваемое решение по таможенной стоимости принято законно и обоснованно.

Выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

Из материалов дела следует, что в июле 2023 года декларантом ООО «ФИТ» в таможенный орган подана ДТ № 10702070/120723/3285651, в которой в целях помещения под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления задекларированы товары – флекситанки: эластичная цистерна-вкладыш в металлический контейнер, выполненная из специально разработанных полимерных материалов и усиленная снаружи металлической оболочкой в комплекте с монтажным набором, новая, поступившие из Китая, на условиях CIF Владивосток во исполнение договора купли-продажи от 23.12.2022 № LAF-FIT2301, заключенного с компанией Qingdao LAF Technology Co., Ltd (далее - Контракт), на общую сумму 91 892 юаня. Таможенная стоимость товара определена декларантом по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

В ходе таможенного контроля таможенным органом были выявлены признаки недостоверного декларирования таможенной стоимости товаров и таможней было принято решение о проведении дополнительной проверки, у декларанта 13.07.2023 запрошены дополнительные документы, сведения и пояснения, необходимые для подтверждения правильности определения таможенной стоимости товаров, заявленной в спорной ДТ, со сроком предоставления до 22.07.2023, общество уведомлено о возможности выпуска товаров до завершения проверки таможенных, иных документов и сведений (в случае выпуска товаров в соответствии со статьей 121 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС), срок предоставления запрошенных документов и сведений установлен до 10.09.2023.

Декларантом в установленные сроки документы предоставлены с пояснительным письмом от 14.07.2023.

Посчитав, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости, не основаны на количественно определяемой и документально подтвержденной информации, таможенный орган 30.07.2023 принял решение о внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной декларации на товары, определив ее методом 3 по стоимости сделки с однородными товарами.

Основанием для принятия решения послужили следующие выводы таможенного органа:

- выявлены расхождения между заявленными сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа;

- представленное заявление на перевод невозможно идентифицировать с оплатой за товар по данной поставке;

- в разных экземплярах экспортной декларации указаны различные условия поставки;

- не представлен страховой полис.

Не согласившись с решением таможни от 30.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ, считая, что все необходимые документы были представлены таможне при декларировании и данное решение повлекло возложение на декларанта необоснованного и излишнего финансового бремени в виде дополнительно начисленных таможенных платежей, заявитель обратился в суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд пришел к выводу о том, что заявленное требование не подлежит удовлетворению в силу следующего.

Рассматривая спор по существу, суд установил, что в силу статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со статьей 32 Договора о Евразийском экономическом союзе (подписан в г. Астане 29.05.2014, вступил в силу 01.01.2015) в Евразийском экономическом союзе осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право Евразийского экономического союза, а также в соответствии с положениями указанного Договора.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного Кодекса.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

В случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее – контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в случае, если документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 данной статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения, либо если таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений. Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса.

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС установлено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 2 статьи 112 ТК ЕАЭС в случае, если при проведении таможенного контроля выявлены нарушения международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования, которые в соответствии с абзацами вторым и третьим подпункта 9 пункта 1 статьи 125 настоящего Кодекса при их устранении не будут являться основанием для отказа в выпуске товаров, и таможенным органом для устранения таких нарушений установлена необходимость изменения (дополнения) сведений, заявленных в таможенной декларации, такие сведения должны быть изменены (дополнены) декларантом по требованию таможенного органа в пределах срока выпуска товаров, установленного пунктами 3 и 6 статьи 119 настоящего Кодекса.

В силу пункта 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных данным Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа. Форма решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров определяется Комиссией. Сроки и порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются Комиссией.

Согласно пункту 21 Порядка внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 «О внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, и признании утратившими силу некоторых решений Комиссии Таможенного союза и Коллегии Евразийской экономической комиссии», внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, после выпуска товаров по инициативе таможенного органа осуществляется на основании решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, по форме согласно приложению № 1.

В качестве решения может рассматриваться иное решение таможенного органа, принятое по результатам таможенного контроля, если такое решение содержит требование о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, сведения о регистрационном номере ДТ, перечень изменений (дополнений), вносимых в сведения, заявленные в ДТ, основания внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, срок представления в таможенный орган КДТ, а при корректировке таможенной стоимости товаров - также ДТС (пункт 23 указанного Порядка).

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» предусмотрено, что при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

В соответствии с пунктом 5 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 №42, при проведении контроля таможенной стоимости товаров, в том числе после их выпуска, признаками недостоверного определения таможенной стоимости товаров являются, в частности, следующие обстоятельства:

а) выявление несоответствия сведений, влияющих на таможенную стоимость ввозимых товаров и содержащихся в одном документе, иным сведениям, содержащимся в том же документе, а также сведениям, содержащимся в иных документах, в том числе в документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, сведениям, полученным из информационных систем таможенных органов, и (или) информационных систем государственных органов (организаций) государств-членов в рамках информационного взаимодействия таможенных органов и государственных органов (организаций) государств-членов, и (или) из других источников, имеющихся в распоряжении таможенного органа на момент проведения проверки, сведениям, полученным другими способами в соответствии с международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования, входящими в право Союза, и (или) законодательством государств-членов;

б) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза;

в) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров, определенной в соответствии с информацией о биржевых котировках, биржевых индексах, ценах аукционов, информацией из ценовых каталогов;

г) выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой компонентов (в том числе сырьевых), из которых произведены (состоят) ввозимые товары;

д) наличие взаимосвязи продавца и покупателя ввозимых товаров в сочетании с более низкой ценой ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных или однородных товаров, продажа и покупка которых осуществлялись независимыми продавцом и покупателем;

е) наличие оснований полагать, что структура таможенной стоимости ввозимых товаров не соблюдена (например, к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, не добавлены либо добавлены не в полном объеме лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров, расходы на страхование и т.п.).

Изучив представленные документы, таможенный орган с использованием системы управления рисками выявил риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости товаров от ценовой информации, имеющейся в его распоряжении, что подтверждается материалами дела, а также нашло отражение в оспариваемом решении.

В частности, с использованием ИСС «Малахит» таможенным постом выявлены отклонения по товарам в меньшую сторону заявленного ИТС товаров в долл.США за килограмм от среднего ИТС по наименованию товара №1 по ДВТУ (-46%) и по ФТС России (- 44%), что оценено таможней в качестве признака, указывающего на то, что заявленные при таможенном декларировании товаров сведения о таможенной стоимости могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения дополнительной проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на значительно низкую цену декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Между тем, как подтверждается материалами дела, достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости не были подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания и характера представленных при декларировании коммерческих документов и документов, сопутствующих спорной поставке, от представления документов и сведений по запросу таможни декларант отказался без объяснения причин, что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнения таможни в обоснованности применения первого метода таможенной стоимости.

Так, анализ представленных декларантом документов показывает, что по условиям пункта 4.1.1 Контракта покупатель должен в течение 7 рабочих дней после подписания договора заплатить 30% суммы по счету-фактуре за товар банковским переводом на счет, указанный продавцом. Оставшиеся 70% суммы по счету-фактуре за товар и фактический морской фрахт подлежат оплате в течение 5 рабочих дней на основании копии оригинала коносамента банковским переводом на банковский счет, указанный продавцом (пункт 4.1.2 Контракта).

В соответствии с приложением №1 от 16.01.2023 к Контракту изменен пункт 1 Контракта, согласно которому условия поставки, условия оплаты и цены указываются в инвойсе; инвойс предварительно подлежит письменному согласованию со стороны уполномоченного представителя покупателя.

Судом установлено, что представленный обществом инвойс № LAF-FIT2301-5 от 14.06.2023 о согласовании рассматриваемой товарной партии (цены, количества и общей стоимости) не содержит отметки о его согласовании покупателем – печать и подпись покупателя на инвойсе отсутствуют.

Ссылка заявителя на то, что цена товара по рассматриваемой партии указана в пункте 4 спецификации в пункте 1 Контракта, судом отклоняется, поскольку пункт 4 спецификации в Контракте содержит цену товара 1498 юаней на условиях FOB Qindao, что предполагает наличие дополнительных начислений к цене Контракта на транспортные расходы.

Условия поставки CIF Владивосток (CIF VMTP Russia) обеими сторонами сделки не согласованы, подпись покупателя в инвойсе от 14.06.2023 отсутствует.

Довод заявителя о том, что согласование условия CIF происходило отдельной перепиской по электронной почте, судом отклоняется, поскольку скриншот переписки представлен только при рассмотрении спора судом и ранее декларантом таможенному органу не направлялся.

В части оплаты суд установил, что заявление на перевод (swift от 21.06.2023) на сумму 388 860 юаней содержат ссылку по оплату по инвойсам LAF-FIT2301-4 от 02.06.2023 и LAF-FIT2301-5 от 14.06.2023, однако фактически таможенному органу был представлен только инвойс № LAF-FIT2301-5 от 14.06.2023 на сумму 91 892 юаня. Разница в размере платежа и в стоимости товарной партии по инвойсу от 14.06.2023 составила 296 968 июней.

Инвойс № LAF-FIT2301-4 от 02.06.2023 таможенному органу не предоставлялся, в пояснениях от 14.07.2023 декларант указал, что по указанному инвойсу подлежали уплате 2 суммы (30% от суммы по счету-фактуре - 127 272 юаня и 70% - 296 968 июней), доказательства оплаты 127 272 юаней таможне не представлены, что не позволило таможенному органу идентифицировать представленное платежное поручение с оплатой товара по спорной ДТ.

Заявление на перевод от 07.06.2023 на указанную сумму обществом представлено только в суде.

Также, из представленных со спорной ДТ и по запросу таможни 2 экземплярах одной и тоже экспортной декларации № 425820230000630334 указаны различные условия поставки - C&F; и CIF.

Суд также учитывает, что в соответствии со статьей 25 Порядка заполнения импортно-экспортной декларации Главного таможенного управления КНР, направленного письмом ФТС от 15.04.2019 № 16-31/22462, на территории КНР имеется 7 кодов поставки, в том числе: CIF (1), C&F; (2), таким образом, в экспортной декларации может быть указан только один из данных кодов.

Доказательства получения ЭД с условием поставки CIF в таможенный орган не предоставлялись, представлены только суду в ходе судебного разбирательства.

Суд отмечает, что экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

Следовательно, сведения, содержащиеся в экспортной декларации, являются значимыми для осуществления контроля таможенной стоимости ввозимых товаров, как отражающие результаты контроля государственных органов страны вывоза. Кроме того, сведения, содержащиеся в экспортной декларации страны вывоза, представляются в таможенный орган страны отправления продавцом товара, у которого отсутствует заинтересованность в предоставлении таможенному органу страны отправления сведений, отличных от сведений, содержащихся в коммерческих документах по сделке, тем более приводящих к завышению таможенной стоимости вывозимого товара.

Исходя из указанного, суд считает вывод таможенного органа о том, что предоставление двух сходных экземпляров ЭД с различными данными не позволило таможенному органу осуществить проверку достоверности подтверждения количественно определяемых сведений о товаре, его цене, стоимости в стране вывоза с заявленной таможенной стоимостью, а также условий поставки, обоснованным.

Из графы 20 спорной ДТ следует, что ввоз товара на территорию ЕАЭС произведен на условиях CIF Владивосток («Стоимость, страхование и фрахт» указанный порт назначения), что означает, что продавец выполнил поставку, когда застрахованный им товар перешел на борт судна в порту отгрузки и доставлен на зафрахтованном продавцом судне в порт назначения. Базис поставки CIF возлагает на продавца обязанность приобретения морского страхования в пользу покупателя против риска потери и повреждения товара во время перевозки. Следовательно, продавец обязан заключить договор страхования и оплатить страховые взносы.

Вместе с тем, ООО «ФИТ» по запросу таможенного органа страховой полис № AQID54024223QAAAZ2LY от 08.07.2023, письма продавца по страхованию и включения в стоимость товара страховой премии не предоставил, между тем указанные документы представлены суду в ходе судебного разбирательства при даче пояснений по исполнению пункта 5.1.2 Контракта.

По изложенным обстоятельствам таможенный орган пришёл к обоснованному выводу о том, что представленные к таможенному оформлению коммерческое документы сделки и экспортная декларация не могут рассматриваться в качестве документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», в порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 Таможенного кодекса декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения.

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ № 49).

Между тем, как подтверждается материалами дела, исходя из представленных декларантом документов, у таможенного органа в ходе таможенного контроля отсутствовала возможность убедиться в том, что стоимость товаров, ввезенных по спорной ДТ, является количественно определенной, поскольку заявленные ценовые характеристики указанных товаров не представилось возможным сопоставить с результатами декларирования в стране вывоза.

С учетом изложенного суд считает, что сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости в нарушение пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС не являются количественно определяемыми и документально подтвержденными, что является ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Делая указанный вывод, суд также отмечает, что письменные пояснения, обосновывающие низкий уровень заявленной цены товара при наличии данных о ввозе аналогичных товаров на территорию ЕАЭС по цене, превышающей указанную декларантом стоимость товара, последним подготовлены не были.

В этой связи таможенный пост обоснованно в порядке ТК ЕАЭС принял решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной декларации на товары, фактически отказав декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости.

Представляя в ходе судебного рассмотрения дела дополнительные документы и пояснения, заявитель не учел, что судебное разбирательство не должно подменять осуществление таможенного контроля в соответствующей административной процедуре, в связи с чем новые доказательства признаются относимыми к делу и могут быть приняты (истребованы) судом, если ходатайствующее об этом лицо обосновало наличие объективных препятствий для получения этих доказательств до вынесения оспариваемого решения таможенного органа (пункт 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза»).

Такого документально подтверждённого обоснования в ходе судебного разбирательства от общества не поступило, в связи с чем дополнительно представленные декларантом документы и пояснения суд во внимание не принимает.

По правилам пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.

Как установлено судом, таможенная стоимость задекларированных в спорной ДТ товаров скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС.

Выбор источника ценовой информации должен быть произведен таможней из числа источников, отраженных в системах специальной таможенной статистики (подпункт 7 пункта 3 статьи 351 ТК ЕАЭС), которая ведется таможенными органами в целях обеспечения задач, возложенных на таможенные органы, а не любых базах данных, формирование которых таможенными органами не контролируется, а потому достоверность которых не может быть обеспечена.

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС «однородные товары» - это товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми.

Проверка соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источников ценовой информации, выбранного таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товаров по спорной ДТ, показала, что метод определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с однородными товарами» (третий метод) был выбран таможней последовательно, а выбранный источник ценовой информации сопоставим по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о товарах, заявленных в спорной ДТ.

В этой связи, суд приходит к выводу о том, что при выборе источника ценовой информации требования статьи 42 ТК ЕАЭС были таможней соблюдены.

С учетом изложенного оспариваемое обществом решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной декларации на товары, не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы общества.

При таких обстоятельствах на основании части 3 статьи 201 АПК РФ суд не усматривает оснований для удовлетворения требования заявителя о признании незаконным решения Владивостокской таможни от 30.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/120723/3285651, до выпуска товара.

Поскольку в удовлетворении требований обществу судом отказано, то судебные расходы по уплате государственной пошлины в силу статьи 110 АПК РФ относятся судом на заявителя.

Руководствуясь статьями 104, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд

р е ш и л :

В удовлетворении требования общества с ограниченной ответственностью «ФЕСКО Интегрированный Транспорт» о признании незаконным решения Владивостокской таможни 30.07.2023 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/120723/3285651, до выпуска товара отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в суде апелляционной инстанции.

Судья Фокина А.А.