Постановление от 3 сентября 2024 г. по делу № А72-11282/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-25244/2022

Дело № А72-11282/2021
г. Казань
03 сентября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 20 августа 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 03 сентября 2024 года

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Самсонова В.А.,

судей Ивановой А.Г., Третьякова Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Насыртдиновой Р.И.

при участии в судебном заседании посредством веб-конференции представителей:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 16.08.2022,

ФИО3 - ФИО4, доверенность от 08.05.2024 № 77 АД 5690950,

ФИО5 - ФИО4, доверенность от 08.05.2024 № 77 АД 4457490,

ФИО6 - ФИО4, доверенность от 23.08.2023 № 77 АД 4457163,

ФИО7 и ФИО8 – ФИО9. доверенность от 04.03.2023 №73 АА 2358105,

общества с ограниченной ответственностью «Хр. Хансен» - ФИО10, доверенность от 27.08.2021,

общества с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Дан Трейд» - ФИО11, доверенность от 10.06.2021 № 77 АГ 4905991,

общества с ограниченной ответственностью «Кировская пищевая компания» - ФИО12, доверенность от 19.05.2022,

ФИО13 – ФИО12, доверенность от 01.08.2022 №43 АА 1626762,

ФИО14 – ФИО15, доверенность от 21.02.2024,

общества с ограниченной ответственностью «Поволжская Пищевая компания» - ФИО15, доверенность от 08.02.2024,

с участием в Арбитражном суде Поволжского округа представителя арбитражного управляющего ФИО16 – ФИО17, доверенность от 30.04.2024,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Дан Трейд», конкурсного управляющего акционерным обществом «Актом» ФИО16, общества с ограниченной ответственностью «Хр. Хансен»

на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 18.03.2024, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2024

по делу № А72-11282/2021

по заявлениям конкурсного управляющего акционерным обществом «Актом» ФИО16 и общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Дан Трейд» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Актом»

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Ульяновской области от 07.04.2022 акционерное общество «Актом» (далее – АО «Актом», общество «Актом», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО16,

В Арбитражный суд Ульяновской области обратился конкурсный управляющий с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Актом» контролирующих его лиц ФИО18, ФИО19, ФИО3, ФИО13, ФИО8, ФИО7, ООО «Балтийская пищевая компания», ООО «ВолгаЛакта», ФИО6, ФИО1, ООО «Кировская Пищевая Компания», ФИО14, ООО «Поволжская Пищевая Компания» (с учетом уточнения) и взыскать солидарно с ФИО18, ФИО19, ФИО3, ФИО13, ФИО8, ФИО7, ООО «Балтийская пищевая компания», ООО «ВолгаЛакта», ФИО6, ФИО1, ООО «Кировская Пищевая Компания», ФИО14, ООО «Поволжская Пищевая Компания» в пользу АО «Актом» сумму 30 327 341,89 руб.

Общество с ограниченной ответственностью Торговый дом «Дан Трейд» также обратилось в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности о привлечении ФИО1, ФИО18 и ФИО3 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Актом», приостановлении рассмотрения заявления в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением арбитражного суда от 23.08.2022 заявления конкурсного управляющего должником и кредитора ООО «ТД «ДанТрейд» о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 18.03.2024 отказано в удовлетворении заявленных требований

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2024 определение Арбитражного суда Ульяновской области от 18.03.2024 об отказе в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего ФИО16 и ООО «Торговый дом «Дан Трейд» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами судов первой и апелляционной инстанции, ООО Торговый Дом «Дан Трейд», конкурсный управляющий АО «Актом» ФИО16, ООО «Хр. Хансен» обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационными жалобами, в которых просят обжалуемые судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт, удовлетворив требования в полном объеме либо направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению конкурсного управляющего, действия ответчиков привели к негативным последствиям в виде отсутствия возможности финансового восстановления должника за счет продолжения хозяйственной деятельности, и как следствие, его банкротству; судами фактически преодолены преюдициальные факты, установленные ранее принятыми и вступившими в законную силу судебными актами, проигнорированы доводы конкурсного управляющего, в том числе относительно того, что ФИО8 является членом совета директоров, а ФИО7 ревизором должника, к разрешению спора суды отнеслись формально.

ООО «Торговый дом «Дан Трейд» в своей кассационной жалобе полагает, что судами неверно определена дата объективного банкротства должника; ответчики, будучи аффилированными лицами, намеренно совершали действия, направленные на вывод активов должника в пользу подконтрольных лиц, банкротство должника является преднамеренным.

В свою очередь, ООО «Христиан Хансен» в кассационной жалобе приводит доводы о неверной оценки судами действий контролирующих должника лиц, которые не соответствовали правилу делового решения, носили скооридированный характер; эти действия были направлены на сворачивание деятельности должника и неисполнение требований перед кредиторами; судами не дана правовая оценка надлежащему исполнению обязательств по контракту, в подтверждении которого были представлены платежные документы.

В судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции в соответствии со статьей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представители ООО Торговый Дом «Дан Трейд», ООО «Христиан Хансен» доводы, изложенные в кассационных жалобах, поддержали, полагая, что должник принимал товар, заведомо не собираясь рассчитываться за него.

В отзывах на кассационные жалобы ФИО20, ФИО14, ФИО5, ФИО1 с доводами заявителей кассационных жалоб не согласились, просили обжалуемые определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции оставить без изменения.

В судебном заседании представители ФИО21. ФИО6, ФИО5, ФИО3, ФИО8, ФИО7, ФИО14, а также общества с ограниченной ответственностью « Поволжская пищевая компания» напротив, просили обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кассационные жалобы рассматриваются в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, отзывов на них и выслушав представителей явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает кассационные жалобы не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Обращаясь в суд с рассматриваемыми заявлениями, конкурсный управляющий и кредитор просили привлечь к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным в статьях 61.11 Закона о банкротств, а именно:

- ФИО22 (осуществляла функции руководителя должника, является дочерью мажоритарного акционера, входила в состав органов управления должника (совет директоров), извлекала выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, осуществила перевод деятельности на подконтрольное лицо, осуществляла вывод активов, заключала сделки, признанные впоследствии недействительными);

- ФИО3 (являлся мажоритарным владельцем акций АО «Актом», является отцом руководителя должника, входил в состав органов управления должника (совет директоров) и являлся председателем совета директоров, фактический бенефициар, извлекал выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, по неподтвержденным основаниям получил от общества за период с 2018 по 2020 гг.- 5 452 517,83 руб.);

- ФИО13 (являлся руководителем Кировского представительства АО «Актом», входил в состав органов управления должника (совет директоров), извлекал выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, являлся лицом который заключал сделки с должником направленные на вывод активов, которые были признаны в последствии недействительными);

- ФИО8 по основаниям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за совершение сделок (замещала должность главного бухгалтера, т.е. в силу должностного положения имела возможность определять действия должника, кроме того, входила в состав органов управления должника (совет директоров);

- ФИО7 по основаниям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за совершение сделок (замещала должность бухгалтера-экономиста, с 14.07.2020 была избрана годовым общим собранием ревизором должника, т.е. в силу должностного положения имела возможность определять действия должника, в том числе инициировать созывы собраний с целью постановки вопроса о подаче заявление о банкротстве);

- ООО «Балтийская пищевая компания» (ИНН <***>) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ;

- ООО «ВолгаЛакта» (ИНН <***>) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ;

- ООО «Кировская Пищевая Компания» (ИНН <***>) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ;

- ФИО6 (является супругой мажоритарного акционера должника, извлекала выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, в том числе в пользу общества, в котором она является учредителем, были отчуждены ликвидные активы, одна из сделок была признана недействительной);

- ФИО1 по основаниям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве за совершение сделок (осуществлял функции руководителя должника в период возникновения имущественного кризиса, а впоследствии признаков неплатежеспособности, входил в состав органов управления должника (совет директоров), заключал сделки, признанные в последствии недействительными;

- ФИО14 (замещал должность ведущего специалиста административно-хозяйственного отдела, извлекал выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, в результате его действий была окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности;

- ООО «Поволжская Пищевая Компания» (ИНН <***>) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ;

- ФИО19 (замещал должность менеджера по продажам, являлся супругом руководителя должника, извлекал выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ, в результате его действий была окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности).

Кроме того, по мнению заявителей, ФИО3 с 11.12.2002 являясь мажоритарным акционером АО «Актом» с долей 56,9% и председателем совета директоров общества, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности не только на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве за совершение сделок с целью причинения вреда должнику и кредиторам, но и на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления должника о своей несостоятельности (банкротстве).

По мнению заявителей, датой объективного банкротства АО «Актом» является апрель 2019 года - период, когда нарушен срок исполнения обязательств должника перед ООО «Хр.Хансен» по оплате поставленного в феврале 2019 года товара. Судебными актами по другим обособленным спорам установлено, что на 08.04.2019 должник обладал признаками неплатежеспособности, о чем не могло быть неизвестно мажоритарному акционеру ФИО3, следовательно, руководитель должника ФИО23 обязана была обратиться с заявлением о банкротстве 08.05.2019, в свою очередь, ФИО3 в течение десяти календарных дней - 18.05.2019 должен был инициировать проведение внеочередного собрания акционеров для принятия решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как видно из материалов дела и установлено судами, ФИО3 с 11.12.2002 является мажоритарным акционером АО «Актом» с долей 56,9%, председателем совета директоров общества; ФИО5 (ранее ФИО24) - бывший директор должника (в период с 22.05.2019 по дату введения конкурсного производства); ФИО1 - исполнял обязанности генерального директора до 19.04.2019; ФИО13 являлся акционером должника с долей 5,9%, а также членом Совета директоров АО «Актом», руководителем Кировского представительства должника; ФИО8 является владельцем 2,22% акций АО «Актом» и членом совета директоров общества, а также занимала должность главного бухгалтера должника; ФИО7 является владельцем 1,66 % акций должника и занимала должность бухгалтера-экономиста в ЗАО «Актом»; ФИО6 является супругой ФИО3 и с 15.04.2010 является учредителем ООО «Кировская пищевая компания» (доля участия 50%).

Разрешая обособленный спор, суды установили, что чистые активы компании никогда не достигали отрицательных значений, включая 2019 и 2020 годы, доказательств обратного материалы дела не содержат, в связи с чем наличие признаков недостаточности имущества в 2019 году не подтверждено. Таким образом, в 2019 году должник продолжал ведение хозяйственной деятельности, своевременное исполнение обязательств перед кредиторами и уплату обязательных платежей, включая заработную плату.

Из представленной в материалы дела выписки об операциях по расчетному счету должника судами установлено, что на протяжении всего 2019 года и в первой половине 2020 года должник продолжал осуществлять расчеты с различными кредиторами, включая ООО «Хр.Хансен» и ООО ТД «Дан Трейд» в установленные условиями договоров сроки.

На этом основании суды не согласились с доводы заявителей о возникновении обязанности в апреле 2019 года заявить о банкротстве должника в силу наличия задолженности перед ООО «Хр.Хансен», указав, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда РФ от 18.07.2013 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. В рассматриваемом случае существенное изменение платежеспособности можно наблюдать только на конец 2020 года, когда коэффициент текущей ликвидности снизился до 0,76. При этом снижение выручки и возникновение убытков в одном отчетном периоде само по себе не являются признаками неплатежеспособности.

С учетом вышеуказанных обстоятельств суды признали, что объективное банкротство должника наступило, когда стали прекращаться расчеты с кредиторами и были подведены итоги работы за 2019 год на годовом общем собрании акционеров от 14.07.2020, утверждена годовая бухгалтерская отчетность за 2019 год, отчет о прибылях и убытках за 2019 год.

В связи с этим суды пришли к выводу о том, что обязанность руководителя обратиться с заявлением о банкротстве возникла спустя один месяц после проведения собрания акционеров, то есть 14.08.2020, а 24.08.2020 возникла обязанность у лиц, обладающих правом созыва внеочередного собрания акционеров для решения вопроса об обращении с заявлением о банкротстве.

Однако, с учетом того, что заявление о признании должника банкротом подано 10.08.2021 и после указанной даты у должника не возникло никаких новых обязательств, основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве (статья 61.12 Закона о банкротстве) отсутствуют.

Неоплата поставленного 08.04.2019 ООО «Хр. Хансен» должнику товара не свидетельствует об объективном банкротстве АО «Актом», не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя и иных лиц в суд с заявлением о банкротстве, в связи с чем, доводы о том, что при рассмотрении обособленных споров о признании сделок недействительными указано на наличие признаков неплатежеспособности в апреле 2019 года судами отклонены.

В отношении ФИО3 суды пришли к выводу о недоказанности наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с неисполнением обязанности по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника (статья 61.12 Закона о банкротстве) и в связи с совершением сделок с целью причинения вреда обществу и кредиторам.

Руководствуясь положениями статьи 9 Закона о банкротстве, а также разъяснениями пункта 29 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2018), суды признали оправданными намерения ФИО3 преодолеть очередной кризис, указав, что представленные в материалы дела копии протоколов общих собраний акционеров свидетельствуют, что за время существования АО «Актом» оно неоднократно преодолевало кризисные периоды, следовательно, были оправданными.

Судами установлено, что с целью улучшения финансового состояния общества в 2019 году ФИО3. перечислял на счет АО «Актом» личные денежные средства в размере 2 500 000 руб. для погашения задолженности АО «Актом» перед ООО «Хр. Хансен», а само АО «Актом» инициировало судебные процессы по взысканию задолженностей с контрагентов (дебиторов), что подтверждается информацией, размещенной в картотеке арбитражных дел. В конце 2019 года АО «Актом» проводились мероприятия по улучшению финансового состояния путем внедрения в производство на заводах нового типа закваски.

Однако в период пандемии (2020 год) у АО «Актом» возникли трудности с поставкой нового типа закваски из зарубежных стран и ограничением доступа третьих лиц на заводы - контрагенты АО «Актом».

Таким образом, по мнению судов, на ухудшение финансового состояния повлияло одновременное наступление нескольких внешних негативных факторов в виде резкого увеличения курса евро, что значительно увеличило задолженность перед кредитором ООО «ХрХансен», отказ основного поставщика от пролонгации договора и дальнейшего сотрудничества, пандемии, которая повлекла неопределенность в дальнейших перспективах развития бизнеса и могла повлиять на оценку контролирующим лицом дальнейших рисков деятельности.

В последующем до возникновения признаков объективного банкротства ФИО3 исполнил свою обязанность и инициировал собрание коллегиального органа, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации.

Так, согласно представленному в материалы дела протоколу №50 заседания Совета директоров акционерного общества от 18.05.2020 принято решение о включении в повестку годового общего собрания акционеров вопроса о ликвидации общества.

Оценивая доводы заявителей о совершении ФИО3 сделок, повлекших возникновение признаков банкротства, суды первой и апелляционной инстанции исходили из следующего.

Исходя из пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53), под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В соответствии с пунктом 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Как установлено судами, в ходе рассмотрения обособленного спора о признании недействительными сделками перечисления денежных средств во исполнение договоров займа, заключенных между ООО «ВолгаЛакта» и АО «Актом», вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Ульяновской области от 15.02.2023 поставлен под сомнение только договор займа № 9 от 08.05.2019, в остальной части заявление о признании сделок недействительными оставлено без удовлетворения.

В рамках вышеуказанного обособленного спора установлено, что в августе 2015 года на основании решения совета директоров должника создается общество «ВолгаЛакта» с целью возведения современного высокотехнологичного завода по производству заквасок и должником предоставлялись займы этому дочернему обществу для его развития. Соответственно действия руководства АО «Актом» по предоставлению займов своему дочернему предприятию являлись добросовестными и разумными и соответствовали обычным условиям гражданского оборота и предпринимательского риска.

Установив вышеуказанные обстоятельства, суды отклонили доводы заявителей о неразумности и необоснованности реализуемого руководителями должника плана по выводу его из кризиса, указав, что отсутствие прямого встречного предоставления является особенностью взаимоотношений основного и дочернего обществ, представляющих собой с экономической точки зрения единый хозяйствующий субъект. Учитывая подконтрольность общества концерну и общие цели их экономической деятельности, для реализации которых может возникать необходимость в перераспределении имущества (ресурсов) между основным и дочерним обществами. Предоставление займов дочернему обществу без доказательств причинения данными сделками вреда кредиторам не образует оснований для признания сделок недействительными.

На основании изложенного заявление в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве судами первой и апелляционной инстанций оставлено без удовлетворения.

В отношении ФИО5 (ранее ФИО24) - бывшего директора должника (в период с 22.05.2019 по дату введения конкурсного производства) суды пришли к выводу о недоказанности оснований для привлечения её к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о банкротстве (статья 61.11 Закона о банкротстве) и за непередачу документации, имущества должника конкурсному управляющему, за вывод денежных средств (перечисление командировочных расходов, дивидендов, заработной платы ФИО3 в общей сумме 5 452 517,83 руб.), совершение сделок по выводу активов (договоры займа с ООО «ВолгаЛакта», договоры купли-продажи транспортных средств), перевод деятельности на ООО «Поволжская пищевая компания» (статья 61.12 Закона о банкротстве).

Судами установлено, что ФИО22 является контролирующим должника лицом в силу презумпции подпункта 1 пункта 4 статьи 51.10 Закона о банкротстве, приступила к исполнению обязанностей генерального директора 22.05.2019.

В отношении ФИО22 суды пришли к выводу об отсутствии доказательств, подтверждающих её обязанность по подаче заявления о банкротстве ранее 14.08.2020, указав, что с целью улучшения финансового состояния подконтрольного общества, ФИО22 также проводила политику по сокращению текущих расходов АО «Актом».

Так, ею было арендовано помещение под офис меньшей площади, расторгнут договор с ПАО «Ростелеком», в целях сохранения рабочих мест, и сокращения расходов АО «Актом» с 09.01.2020 установлен неполный рабочий день для сотрудников АО «Актом» со следующим режимом: четырехдневная рабочая неделя со вторника по пятницу, реализована часть техники ввиду отсутствия необходимости в ее содержании.

Также ФИО22 перечисляла на счет АО «Актом» личные денежные средства, иинициировала судебные процессы по взысканию задолженностей с контрагентов АО «Актом», после вступления в должность генерального директора в мае 2019 года начала активные действия для разрешения сложившейся ситуации.

С учетом установленной даты объективного банкротства АО «Актом» - 14.07.2020, суды, приняв во внимание правовой подход, изложенный в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2021 № 305-ЭС21-7572, от 19.04.2022 № 305-ЭС21-27211 о том, что длящиеся обязательства по договорам, которые предусматривают периодическое предоставление услуг, выполнение работ, за периоды после заявленной даты объективного банкротства, не являются новыми обязательствами, установили, что в рассматриваемом случае договоры поставки с ООО «Хр.Хансен» и ООО «Дантрейд» были заключены в 2019 году, следовательно, факты поставки товаров в 2020 году по ранее заключенным договорам не являются новыми обязательствами, все обязательства возникли до даты объективного банкротства, оснований для привлечения контролирующих должника лиц по статье 61.12 Закона о банкротстве не имеется.

Требования налогового органа, включенные в реестр, возникли с середины 2020 года и составляли менее одного миллиона рублей на период объективного банкротства, что в масштабах деятельности должника не могло привести к объективному банкротству и не порождало обязанности обратиться с заявлением о банкротстве общества.

Оценивая доводы конкурсного управляющего о неисполнении ФИО22 обязанности по передаче всей документации должника, суды установили, что 27.05.2022 ФИО5 во исполнение определения АС Ульяновской области от 15.03.2022 передала конкурсному управляющему всю имеющуюся у нее документацию должника, что подтверждается актом приема-передачи. Из содержания этого акта от 27.05.2022 следует, что ФИО22 не передала управляющему ФИО16 только письменные пояснения о причинах увольнения сотрудников, начиная с 01.12.2020.

Доводы о совершении ФИО5 незаконных сделок по выводу денежных средств и реализации транспортных средств по заниженной стоимости также отклонены судами со ссылкой на то, что заявления о признании недействительными сделок по переводу денежных средств и реализации транспортных средств оставлены судами без удовлетворения в связи с реальным характером оспоренных сделок.

При этом судами отмечено, что признанная недействительной сделка по реализации 08.07.2019 автомобиля с рыночной стоимостью 98 000 руб. ФИО25 за 50 000 руб. не причинила существенного вреда должнику и не может быть положена в основу удовлетворения требования о привлечении к субсидиарной ответственности.

Доводы конкурсного управляющего и кредиторов о том, что ФИО22 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за совершение подозрительной сделки по перечислению заемных денежных средств в пользу ООО «ВолгаЛакта» на основании договоров займа № 8 и № 9 судами первой и апелляционной инстанции также отклонены с указанием на то, что согласно постановлению Арбитражного суда Поволжского округа от 31.08.2023 по настоящему делу признаны недействительными только совершенные в мае, июне 2019 года платежи на сумму 2 350 000 руб., которые совершались во исполнение договора займа от 08.05.2019, заключенного в период, когда ФИО5 еще не была избрана на должность генерального директора АО «Актом».

В отношении ФИО1 суды также пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на неподачу заявления о банкротстве (статья 61.12 Закона о банкротстве) и за совершение вредоносных сделок (договоры займа с ООО «ВолгаЛакта», сделки с ООО «БПК», закупка большой партии товара у ООО «Хр.Хансен») (статья 61.11 Закона о банкротстве), исходя из следующего.

Как установлено судами, ФИО1 исполнял обязанности генерального директора должника до 19.04.2019, дата объективного банкротства наступила 14.07.2020, соответственно в 2019 году у руководителей АО «Актом» не могло возникнуть обязанности по подаче заявления о банкротстве.

Доводы о получении ФИО1 выгоды в результате совершения сделок с ООО «ВолгаЛакта» судом первой инстанции отклонены со ссылкой на то, что наличие доверенности у ФИО1 на совершение сделок от лица ООО «ВолгаЛакта», наличие непродолжительных трудовых отношений с ООО «ВолгаЛакта» и исполнении им функций единоличного исполнительного органа в АО «Актом», не подтверждают получение ФИО1 имущественных выгод от заключенных договоров займа, поскольку указанное общество являлось дочерним предприятием и создавалось, в том числе за счет средств должника.

В период исполнения ФИО1 полномочий генерального директора и предоставления займов финансовое положение АО «Актом» было стабильным, баланс положительный, неисполненных обязательств перед кредиторами не имелось. Трудовой договор с ФИО1 расторгнут 29.04.2019 и он уволен с должности генерального директора, а неисполненные обязательства перед кредиторами возникли значительно позже.

На этом основании суды пришли к выводу, что действия ФИО1 являлись добросовестными и разумными и соответствовали обычным условиям гражданского оборота и предпринимательского риска.

Оценивая доводы заявителей об аффилированности ФИО1 с ООО «Кировская пищевая компания», суды таких признаков аффилированности не усмотрели, отметив, что в период работы ФИО1 в АО «Актом» сделки с ООО «Кировская пищевая компания» не заключались, а сделки с ООО «Балтийская пищевая компания» по поставке пектина являлись реальными, эта продукция реализовывалась в дальнейшем контрагентам АО «Актом», в ситуации расторжения договора с единственным поставщиком и неопределенности в условиях поставок от других поставщиков (на 27.02.2019 не имелось заключенных договоров поставки с иными поставщиками), в целях сохранения клиентской базы, осуществление закупки товара отвечало признакам разумного поведения руководителя. Финансовое положение должника на момент закупки у ООО «Хр.Хансен» являлось устойчивым, на момент заключения договора займа от 18.12.2018 у АО «Актом» не имелось признаков имущественного кризиса. Согласно бухгалтерского баланса АО «Актом» на 31.12.2018 чистая прибыль составила 11 млн. руб.

В отношении ФИО13 судами не установлено оснований для признания его контролирующим должника лицом и привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за извлечение выгод от совершения должником подозрительных сделок.

В силу положений подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, разъяснений, приведенных в пункте 7 Постановления № 53, контролирующим может быть признано лицо, извлекшее выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. Также предполагается, что контролирующим должника лицом является, в том числе, выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из сложившейся системы организации деятельности должника.

Необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что ФИО13 являлся акционером должника с долей 5,9%, а также членом совета директоров АО «Актом», руководителем Кировского представительства АО «Актом». Согласно сведениям из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Кировская Пищевая Компания» руководителем общества с 15.04.2010 является ФИО13

В то же время, как отметили суды, каких-либо сделок АО «Актом» под влиянием ФИО13 не заключало, существенные условия этих сделок ФИО13 не определял, какого-либо давления на генерального директора должника не оказывал.

На этом основании суды не признали ФИО13 контролирующим должника лицом, отметив, что исполнение обязанностей руководителя Кировского представительства должника само по себе не подтверждает наличие возможности влиять на хозяйственную деятельность должника.

Судами установлено, что ФИО13 генеральным директором ЗАО «Актом» ФИО3 29.09.2003 была выдана доверенность № 120 от сроком действия - на период работы представительства АО «Актом» в г.Киров, в силу этой доверенности полномочия ФИО13 не позволяли ему заключать сделки от имени АО «Актом» и определять их условия, ФИО13 дозволялось лишь содействовать в реализации договоров по основным видам деятельности, осуществлять поиск коммерческих партнеров, оформлять сделки, осуществлять контроль за исполнением договорных обязательств, отвечать за проведение рекламной деятельности, организовывать складирование и хранение товаров, представлять интересы общества в регионе присутствия.

При этом иных признаков аффилированности ФИО13 с каким-либо из генеральных директоров АО «Актом» и другими акционерами АО «Актом» суды не установили.

Конкурсным управляющим оспаривались сделки по продаже 20.05.2019 АО «Актом» двух транспортных средств обществу «Кировская пищевая компания» по цене 1 100 000 руб. и 170 000 руб., однако заявление конкурсного управляющего оставлено без удовлетворения в связи с отсутствием оснований для признания сделок подозрительными и причинившими вред должнику.

В отношении ФИО8 и ФИО7 суды не усмотрели оснований для отнесения их к числу контролирующих должника лиц, а также для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, исходя из следующего.

Судами установлено, что ФИО8 является владельцем 2,22% акций АО «Актом», а также занимала должность главного бухгалтера должника и являлась членом совета директоров АО «Актом».

Отказывая в привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности, суды указали на отсутствие каких-то конкретных претензий к этому ответчику, а также доказательств того, что ФИО8 совершила какие-либо действия, повлекшие возникновение признаков банкротства АО «Актом». Само по себе исполнение обязанностей главного бухгалтера должника и участие в совете директоров АО «Актом» не может служить единственным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Судами также установлено, что ФИО7 является владельцем 1,66 % акций должника, что исключает возможность инициировать собрания должника. Кроме того, ФИО7 на основании трудового договора от 01.01.2003 занимала должность бухгалтера-экономиста в АО «Актом» и являлась наемным сотрудником. При этом ФИО7 не обладала правом подписи и не имела права совершать сделки от имени АО «Актом», в том числе подписывать договоры с контрагентами. А равно не имела возможности влиять на решения, принимаемые обществом.

В отношении ФИО6 судами не установлено оснований для привлечения её к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, исходя из следующего.

Судами установлено, что ФИО6, начиная с 15.04.2010 является одним из участников ООО «Кировская пищевая компания» с долей участия 50%, вторые 50% долей принадлежат ФИО26. Кроме того, ФИО6 является супругой ФИО3 (бенефициара должника).

Как разъяснено в пункте 3 Постановления № 53, осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.), как следствие, суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Суды указали, что само по себе наличие родственных связей с акционером должника (ФИО3) не свидетельствует о безусловном наличии оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности.

Заявителями в качестве основания для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника приводится её семейное положение (супруга ФИО3), а также оказание воздействия на ФИО13, участвовавшего в оценке стоимости реализованных в адрес ООО «Кировская Пищевая Компания» транспортных средств.

Отклоняя эти доводы, суды указали, что само по себе наличие родственных отношений с основным бенефициаром должника ФИО3 не может служить основанием для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «Актом», а доводы о том, что ФИО6 могла отдавать обязательные для исполнения указания должнику либо получила какую-либо выгоду от совершения должником сделок, основаны на предположении и в установленном законом порядке не доказаны. ФИО6 к числу владельцев ценных бумаг АО «Актом» не относится.

Кроме того, как отметили суды, заявление о признании недействительными сделок по отчуждению должником транспортных средств в пользу ООО «Кировская Пищевая Компания» оставлено без удовлетворения.

В отношении ООО «Балтийская пищевая компания» также судами не установлено оснований для привлечения этого юридического лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, исходя из следующего.

Обращаясь в суд, кредитор и конкурсный управляющий в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Балтийская пищевая компания» указывали на то, что непосредственно перед наступлением объективного банкротства должника в 2019 году и после его наступления в пользу ООО «Балтийская пищевая компания» осуществлялся вывод денежных средств по неподтвержденным основаниям в общей сумме 24 453 345 руб.. что составляет более 75% от размера требований кредиторов.

Оценивая эти доводы, суды установили, что 14.02.2014 между ООО «Балтийская пищевая компания» (продавец) и АО «Актом» (покупатель) был заключен договор № 08-2014, по условиям которого ООО «Балтийская пищевая компания» на основании предварительной заявки обязалась поставить должнику пищевые добавки.

В подтверждение реальности исполнения условий договора по поставке в материалы дела представлены товарные накладные, путевые листы и заявки должника. Суда также установили, что аналогичный товар АО «Актом» приобретало у ООО «Хр. Хансен», ООО «ТД «Дан Трейд» и в последующем сбывало эту продукцию своим контрагентам.

Однако доказательств того, что на момент поставок ООО «Балтийская пищевая компания» в пользу должника у последнего имелись неисполненные обязательства перед иными контрагентами, материалы дела не содержат. Более того, из обособленных споров по рассмотрению требований кредиторов должника следует, что задолженность АО «Актом» перед ООО «Хр.Хансен» начала формироваться начиная с 08.04.2019; перед ООО «Торговый дом «Дан Трейд» - с 14.07.2020; перед ФНС России - с 2021 года.

На этом основании суды пришли к выводу, что поскольку договор поставки от 14.02.2014 № 08-2014 заключен задолго до возникновения у кредиторов АО «Актом» имущественных претензий к должнику, эта сделка не могла быть совершена с целью причинения вреда кредиторам в отсутствие доказательств существенной убыточности этого договора для должника либо его заключения на условиях, существенно отличающихся от рыночных.

Как установили суд, ООО «Балтийская пищевая компания» является действующим юридическим лицом, занимающимся реализацией пищевых продуктов и наличие хозяйственных отношений между ООО «Балтийская пищевая компания» и АО «Актом» само по себе не указывает на состояние контроля над деятельностью должника.

Судами также установлено, что участниками ООО «Балтийская пищевая компания» являются ФИО27, ФИО28, ФИО3. Участники ООО «Балтийская пищевая компания», а также само это общество в число акционеров АО «Актом» и в структуру органов управления должника не входили.

С учетом указанных обстоятельств, отсутствия у должника независимых кредиторов на момент заключения и исполнения сторонами договора поставки от 14.02.2014 № 08-2014, при доказанности реальности хозяйственных отношений, а также получения должником равноценного встречного исполнения доводы об аффилированности ООО «Балтийская пищевая компания» и АО «Актом» признаны судами первой и апелляционной инстанции несостоятельными.

Доказательств того, что ООО «Балтийская пищевая компания» извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения руководителя и мажоритарного акционера должника не представлено, обществом представлены накладные, подтверждающие реальную поставку товара по каждому платежу.

Кроме того, заявление конкурсного управляющего о признании недействительными сделками платежей в адрес ООО «Балтийская пищевая компания» оставлено судами без удовлетворения, при этом суды пришли к выводу об отсутствии у ООО «Балтийская пищевая компания» статуса контролирующего должника лица.

В отношении ООО «Кировская пищевая компания» суды также не усмотрели оснований для привлечения общества к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за совершение сделки по реализации двух транспортных средств (статья 61.11 Закона о банкротстве), указав, что оспоренные конкурсным управляющим должником сделки купли-продажи транспортных средств № 1 и № 2 от 20.05.2019 не являлись для должника крупными либо сделками с заинтересованностью и совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности. Приобретенные ООО «Кировская пищевая компания» у АО «Актом» транспортные средства находятся в пользовании покупателя и используется с целью извлечения прибыли.

Кроме того, как указано судами, требования конкурсного управляющего должником о признании недействительными сделками договоры купли-продажи транспортных средств №1, №2 от 20.05.2019 с ООО «Кировская пищевая компания» оставлены судом без удовлетворения.

Доводы заявителей о том, что на ООО «Кировская пищевая компания» была частично переведена деятельность АО «Актом» судами отклонены как основанные на предположении и не подтвержденные достаточными и убедительными доказательствами.

Судами установлено, что ООО «Кировская пищевая компания» имеет отличную от АО «Актом» деятельность, принадлежит и управляется иными лицами, сотрудники АО «Актом» не переводились на работу в ООО «Кировская пищевая компания» после их увольнения из Кировского представительства АО «Актом». ООО «Кировская пищевая компания» имеет отдельный офис, собственный сайт и рабочие телефоны.

То есть эти предприятия занимаются разными направлениями в сфере пищевой промышленности по видам реализуемой продукции, имеют разных поставщиков и покупателей, разные рынки сбыта и логистику.

Совпадение в период действия Кировского представительства АО «Актом» адресов местонахождения (соседство офисов) само по себе не свидетельствует о возможности привлечения ООО «Кировская пищевая компания» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы конкурсного управляющего об аффилированности ООО «Кировская пищевая компания» с должником в связи с тем, что в состав учредителей ООО «Кировская пищевая компания» входит ФИО6 (супруга мажоритарного владельца акций должника ФИО3) и директор ООО «Кировская пищевая компания» ФИО13 ранее был сотрудником Кировского представительства АО «Актом» судами также отклонены как не имеющие правового значения, поскольку обстоятельства аффилированности этих организаций сами по себе не могут служить основанием для привлечения ООО «Кировская пищевая компания» к субсидиарной ответственности в отсутствие иных обстоятельств, свидетельствующих о наличии у этого ответчика возможности определять поведение должника, давать ему обязательные указания, либо доказательств извлечения необоснованной выгоды от взаимоотношений с должником.

Как указано судами, каких-либо сделок АО «Актом» под влиянием ООО «Кировская пищевая компания» не совершало, ответчик существенные условия этих сделок не определял, какого-либо давления на генерального директора либо совет директоров должника не оказывал.

Рассматривая требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Поволжская пищевая компания», ФИО14, ФИО19, суды установили, что 21.05.2020 решением единственного учредителя № 1 ФИО14 учредил ООО «Актомм» с избранием себя в качестве единоличного органа (директора).

ООО «Актомм» (ОГРН <***>) поставлено на налоговый учет 01.06.2020, юридическим адресом местонахождения общества указано: <...>, т.е. организация была расположена по адресу регистрации в помещении должника.

Решением № 2 от 11.01.2022 единственного учредителя ООО «Актомм» изменено наименование общества на ООО «Поволжская Пищевая Компания», о чем 20.01.2021 в ЕГРЮЛ были внесены соответствующие изменения.

Судами установлено, что ФИО14 с 01.01.2003 и на момент создания ООО «Поволжская Пищевая Компания» (ООО «Актомм») и до даты увольнения в процедуре конкурсного производства являлся сотрудником АО «Актом» в должности ведущего специалиста административно-хозяйственного отдела в соответствии с дополнительным соглашением от 30.05.2012 к трудовому договору от 01.01.2003.

Обращаясь в суд, конкурсный управляющий в обоснование своих требований ссылался на то, что ООО «Поволжская Пищевая Компания» расположено одному с должником адресу и имеет контрагентов, которые ранее являлись контрагентами должника. В связи с этим заявитель полагал, что должником фактически был осуществлен перевод финансово-хозяйственной деятельности АО «Актом» на вновь созданное юридического лицо с одновременным прекращением существующих отношений со своими контрагентами (приостановление закупок у поставщиков и реализация в адрес покупателей) и заключение с бывшими контрагентами гражданско-правовых договоров уже от лица подконтрольной ООО «Поволжская Пищевая Компания» (ранее - ООО «Актомм).

Оценивая эти доводы, суды установили, что ФИО14 05.02.2001 был принят на должность ведущего специалиста на 0,5 ставки во внешнеэкономическое АОЗТ «Актом» (впоследствии переименованного в ЗАО «Актом» и далее - в АО «Актом»).

Затем 28.01.2002 он переведён на должность ведущего специалиста, 13.05.2019 переведён на должность ведущего менеджера в отдел продаж, а в последующем 18.07.2022 был уволен.

Из объяснений самого ответчика следует, что в связи с прекращением должником хозяйственной деятельности, задержкой выплаты заработной платы часть сотрудников должника решили попробовать заняться бизнесом в отдельных освобожденных должником нишах. ФИО14 также решил применить накопившиеся за много лет работы в АО «Актом» знания и опыт для организации собственного небольшого торгового предприятия. Для этого ФИО14 взял в субаренду неиспользуемую должником часть съёмного помещения, принадлежащего ООО «Аида+» (12 м2), после прекращения договора аренды с должником ФИО14 продолжил арендовать часть этого же офиса (37 м2), но напрямую у собственника.

Однако масштаб бизнеса ФИО14 не может сравниться с масштабом деятельности должника, поскольку учрежденная ФИО14 организация не имеет и не имела сопоставимых с должником внеоборотных активов (недвижимости, производственных мощностей, транспорта и т. д.), работников (помимо самого ФИО14 в роли директора), оборотные активы и выручка в несколько десятков раз ниже, чем соответствующие показатели должника даже в кризисный период.

Материальные и трудовые ресурсы должника ФИО14 не привлекались, размер максимальной выручки ООО «Поволжская Пищевая Компания» за весь период существования по итогам 2022 года составил 20 689 000 руб., что составляет 4,57% от максимального размера выручки должника, полученной в 2018 году.

Все пищевые добавки, включая закваски, реализуются ООО «Поволжская Пищевая Компания» на территории России по товаропроводящей сети (далее по тексту - ТПС): производитель (дистрибьютер), субдистрибьютер (поставщик первого уровня), поставщик второго уровня, потребитель. Дистрибьютерами являются ООО ТД «Дан Трейд» и ООО «ХР.Хансен», должник являлся субдистрибьютером.

После прекращения должником деятельности его место в ТПС заквасок заняло ООО «Русан плюс», став субдистрибьютором (поставщиком первого уровня) ООО ТД «Дан Трейд» в Поволжском регионе, в том числе на территории Ульяновской области. Место поставщика второго уровня заняло ООО «Актомм».

Установив вышеуказанные обстоятельства, суды пришли к выводу, что ООО «Актомм» осуществляет иной вид деятельности нежели должник, будучи незначительным по масштабам выручки перепродавцом заквасок на уровень ниже, чем АО «Актом».

Доказательств того, что целью создания ООО «Актомм» была необходимость перевода хозяйственной деятельности должника, материалы дела не содержат. Само по себе установление схожего наименования общества не свидетельствует о создании схемы по переводу хозяйственной деятельности должника на новое лицо и наличии цели причинить вред кредиторам должника.

Доводы о том, что имущество, ранее списанное должником, использовалось ООО «Актомм» судами отклонены, поскольку из представленных в материалы дела документов видно, что имущество, имеющееся в настоящее время в распоряжении ФИО14 было получено им по договорам аренды, заключенным с ООО «Аида+» (офисная мебель и оргтехника), а также приобретено им у ООО «Симтрейд». В свою очередь офисная мебель и оргтехника ранее были переданы должником ООО «Аида+» в счет погашения задолженности по арендной плате.

Суды также отметили, что само по себе осуществление ФИО14 хозяйственной деятельности с контрагентами должника также не подтверждает перевод хозяйственной деятельности, поскольку на рынке России работают 4 крупных производителя пищевых добавок (ООО «ХР. Хансен», ЗАО «Даниско», ООО «АлтаЛакт», ООО «Палсгаард»), каждый из которых имеет свою товаропроводящую сеть. Абсолютно все потребители пищевых добавок закупают товар у одних и тех же производителей.

При этом у ФИО14 имелись заключенные договоры с поставщиками и покупателями, с которым АО «Актом» никогда не сотрудничало: ООО «Палсгаард» (производитель), ООО «Магнетик», ООО «Фабрика Лактомелия», ООО «Милково», ИП ФИО24 (покупатели).

Договор с ООО «БПК» был заключен в связи с необходимостью поставки по заказу Пектина DZ и отсутствием указанной продукции на тот момент у иных поставщиков. Приобрести пищевые добавки где-то в другом месте, за исключением указанных выше 4 дистрибьюторов, не представляется возможным и в настоящее время.

В отношении ООО «ВолгаЛакта» судами также не установлено оснований для привлечения общества к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в силу получения этим лицом необоснованной выгоды от совершения подозрительных сделок с должником.

Судами установлено, что должник (АО «Актом») входит в состав участников ООО «ВолгаЛакта» с долей 90%, генеральным директором которого являлся ФИО3.

Между тем, из всех оспоренных конкурсным управляющим сделок по перечислению должником в пользу ООО «ВолгаЛакта» денежных средств признаны недействительной сделкой только платежи на сумму более 2 млн. руб. Судом применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «ВолгаЛакта» в пользу должника 2 млн. руб.

Отклоняя требования заявителей о привлечении ООО «ВолгаЛакта» к субсидиарной ответственности, суды признали, что сделка на 2 млн. руб. не могла нанести существенный ущерб имущественным правам кредиторов с учетом масштаба деятельности должника, при этом оснований для взыскания с ООО «ВолгаЛакта» убытков в сумме 2 млн. руб. отсутствуют в связи с тем, что в рамках признания этой сделки недействительной судом уже в порядке реституции эти денежные средства взысканы с ответчика в пользу должника.

Доводы о том, что участники должника и ООО «ВолгаЛакта» являются одни и те же лица судами отклонены, поскольку не подтверждают недобросовестность действий по получению ответчиком необоснованной выгоды, поскольку ООО «ВолгаЛакта» как дочернее предприятие в составе группы компаний израсходовало полученные заемные денежные средства на строительство завода по производству пищевых добавок, что в свою очередь подтверждено представленными в материалы дела доказательствами.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленных судом, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, суды обоснованно не усмотрели оснований для привлечении ФИО18, ФИО19, ФИО3, ФИО13, ФИО8, ФИО7, ООО «Балтийская пищевая компания», ООО «ВолгаЛакта», ФИО6, ФИО1, ООО «Кировская Пищевая Компания», ФИО14, ООО «Поволжская Пищевая Компания» к субсидиарной ответственности по основаниям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Доводы заявителей кассационных жалоб о неверном определении объективного банкротства без учета приведенных заявителями обстоятельств и ранее сделанных судами выводов подлежат отклонению, поскольку основаны фактически направлены на переоценку судами фактических обстоятельств.

Судами первой и апелляционной инстанций по результатам исследования и оценки собранных по делу доказательств сделан вывод о том, что объективное банкротство АО «Актом» наступило не раньше 14.07.2020. Отклоняя доводы заявителей о том, что объективное банкротство АО «Актом» наступило еще в 2019 году ввиду возникновения непогашенной задолженности перед ООО «Хр.Хансен», суды обоснованно руководствовались правовой позицией, закрепленной в постановлении Конституционного Суда РФ от 18.07.2013 № 14-П, о том, что формальное превышение кредиторской задолженности над размером активов не может рассматриваться в качестве единственного критерия, характеризующего финансовое состояние должника. При этом судами не приняты выводы анализа финансового состояния должника, выполненного временным управляющим АО «Актом», как не учитывающего значение отрасли и избранную должником бизнес-модель.

По результатам анализа показателей бухгалтерской отчетности должника за 2019 года суды пришли к обоснованному выводу о том, что причиной банкротства должника послужило финансовые проблемы в связи со строительством членами группы компаний завода по производству пищевых добавок и возникновением в 2020 году затруднений в силу пандемии. На этом основании суды обоснованно признали, что объективное банкротство наступило в момент прекращения расчетов с кредиторами и стало явным лишь после подведения итогов работы за 2019 году и сдачи годовой бухгалтерской отчетности с учетом того, что в 2019 и 2020 годах АО «Актом» проводило политику по преодолению кризиса.

Доводы конкурсного управляющего о ненадлежащей оценке судами приведенных заявителем фактических обстоятельств, свидетельствующих о наличии у ФИО8 как члена совета директоров должника и ФИО7 как ревизора должника признаков контролирующих должника лиц подлежат отклонению.

Установленные законом условия применения презумпции, закрепленной подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, с учетом также разъяснений по вопросам судебной практики, в частности содержащихся в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», исключают возможность произвольного отнесения того или иного лица к числу контролирующих должника лиц.

В рассматриваемом случае судами дана полная и всеобъемлющая оценка доводам конкурсного управляющего в отношении ФИО8 и ФИО7, оснований для переоценки этих выводов у суда кассационной инстанции не имеется.

Иные доводы заявителей кассационных жалоб, в том числе о совершении ответчиками согласованных действий по выводу активов должника в пользу подконтрольных лиц, сворачивании деятельности должника с одновременным переводом бизнеса на аффилированные лица, были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанции и обоснованно ими отклонены, оснований для переоценки сделанных судами выводов у суда округа не имеется.

Поскольку неправильного применения судом норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых определения Арбитражного суда Ульяновской области от 18.03.2024, постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2024 и удовлетворения кассационных жалоб не находит.

Учитывая, что жалоба конкурсного управляющего АО «Актом» оставлена без удовлетворения, на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина в размере 3 000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы подлежит взысканию с подателя жалобы в доход федерального бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ульяновской области от 18.03.2024, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2024 по делу №А72-11282/2021 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с акционерного общества «Актом» в доход бюджета государственную пошлину за подачу кассационной жалобы в размере 3 000 рублей.

Поручить Арбитражному суду Ульяновской области в порядке статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и в остальной части может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья В.А. Самсонов



Судьи А.Г. Иванова



Н.А. Третьяков