Решение от 9 июня 2020 г. по делу № А12-35181/2019

Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А12-35181/2019
09 июня 2020 г.
город Волгоград


Резолютивная часть решения объявлена 02 июня 2020 г.

Полный текст решения изготовлен 09 июня 2020 г.

Судья Арбитражного суда Волгоградской области Машлыкин А.П.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Подшибякиной О.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании арбитражное дело по иску Департамента муниципального имущества администрации Волгограда (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью "Оникс" (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании отсутствующим зарегистрированное право собственности на сооружения (строения блок-камеры для хранения товаров с к.н. 34:34:0100058:437, 34:34:0100058:438, 34:34:0100058:439, 34:34:0100058:440, 34:34:0100058:441, 34:34:0100058:442) расположенные на земельном участке (кадастровый номер 34:34:0100058:156), по адресу: <...>, обязании освободить земельный участок путем демонтажа (сноса) объектов, расположенных на нем, с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области (400001, <...>), Комитета по градостроительству и архитектуре администрации Волгограда (400066, г. Волгоград, просп. имени В.И. Ленина, 15, (этаж 4),

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО1, представитель по доверенности от 09.08.2017 г. №67,

от ответчика – ФИО2, представитель по доверенности от 16.10.2019 г.,

от третьих лиц – представители не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом,

установил:

Департамент муниципального имущества администрации Волгограда (далее также – истец) обратилась в Арбитражный суд Волгоградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Оникс" (далее – ответчик), в котором просит признать отсутствующим зарегистрированное право собственности на сооружения - строения блок-камеры для хранения товаров с кадастровыми номерами 34:34:0100058:437, 34:34:0100058:438, 34:34:0100058:439, 34:34:0100058:440, 34:34:0100058:441, 34:34:0100058:442, расположенные на земельном участке, кадастровый номер 34:34:0100058:156, по адресу: <...> и обязать общество с ограниченной ответственностью "Оникс" (освободить земельный участок, кадастровый номер 34:34:0100058:156, по адресу: <...> путем демонтажа (сноса), расположенных на нем строений блок-камеры для хранения товаров с кадастровыми номерами 34:34:0100058:437, 34:34:0100058:438, 34:34:0100058:439, 34:34:0100058:440, 34:34:0100058:441, 34:34:0100058:442.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области, Комитет по градостроительству и архитектуре администрации Волгограда.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы, изложенные в исковом заявлении, просит иск удовлетворить.

Представитель ответчика иск не признал, просит в удовлетворении заявленных требований отказать по мотивам, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав представленные доказательства, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению.

Согласно пункту 2 статьи 3.3 Федерального закона от 25.10.2001 г. № 137-Ф3 "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" распоряжение земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, осуществляется органом местного самоуправления городского округа в отношении земельных участков, расположенных на территории городского округа.

В соответствии со статьей 1 Закона Волгоградской области № 136-ОД от 26.12.2016 г. "О перераспределении полномочий между органами местного самоуправления городского округа - город-герой Волгоград и органами государственной власти Волгоградской области по распоряжению земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, и признании утратившими силу отдельных законов Волгоградской области" распоряжение земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, в городе Волгограде, за исключением земельных участков, предоставленных для строительства, осуществляется администрацией Волгограда.

Согласно Положению о департаменте муниципального имущества администрации Волгограда, утвержденного решением Волгоградской городской Думы от 22.03.2017 г. № 55/1585 "О даче согласие администрации Волгограда на реорганизацию департамента муниципального имущества администрации Волгограда и департамента земельных ресурсов администрации Волгограда в форме присоединения департамента земельных ресурсов администрации Волгограда к департаменту муниципального имущества администрации Волгограда" к полномочиям департамента муниципального имущества относится осуществление полномочий собственника по управлению, владению, пользованию и распоряжению земельными участками, в том числе полномочия продавца, арендодателя.

В соответствии со статьей 125 Гражданского кодекса Российской Федерации от имени муниципальных образований своими действиями могут приобретать и осуществлять права и обязанности, органы местного самоуправления в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Как видно из материалов дела, за ответчиком зарегистрировано право собственности на сооружения - строения блок-камеры для хранения товаров с кадастровыми номерами 34:34:0100058:437, 34:34:0100058:438, 34:34:0100058:439, 34:34:0100058:440, 34:34:0100058:441, 34:34:0100058:442, расположенные на земельном участке, кадастровый номер 34:34:0100058:156, по адресу: <...>.

В соответствии со статьей 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

В силу статьи 219 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Для возникновения права на вновь созданный объект недвижимости необходимо наличие у отвода земельного участка для строительства объекта. Получение разрешения на строительство, соблюдение градостроительных, строительных, природоохранных и других норм для возведения объекта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В абзаце третьем пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по смыслу статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации закон в целях обеспечения стабильности гражданского оборота устанавливает необходимость государственной регистрации права собственности и других вещных прав на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение. При этом по общему правилу государственная регистрация права на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости (пункт 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При решении вопроса о признании вещи недвижимостью, независимо от осуществления государственной регистрации права собственности на нее, необходимо установить наличие у нее признаков, способных относить ее в силу природных свойств или на основании закона к недвижимым объектам, а именно наличие доказательств возведения его в установленном законом и иными нормативными актами порядке на земельном участке, предоставленном для строительства объекта недвижимости, получением разрешительной документации с соблюдением градостроительных норм и правил.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 17.11.1995 г. № 169-ФЗ "Об архитектурной деятельности в Российской Федерации" строительство любого объекта должно вестись при наличии разрешения собственника сооружения, и соблюдением градостроительных, строительных норм и правил. Данная норма обязывала застройщика иметь архитектурный проект, выполненный в соответствии с архитектурно-планировочным зданием, а также разрешение на строительство.

Получению разрешения на строительство, как следует из части 2 статьи 48 Градостроительною кодекса Российской Федерации, предшествует подготовка проектной документации, которая представляет собой документацию, содержащую материалы в текстовой форме и в виде карт (схем) и определяющую архитектурные, функционально-технологические, конструктивные и инженерно-технические решения для обеспечения строительства, реконструкции объектов капитального строительства, их частей, капитального ремонта.

Разрешение на строительство представляет собой документ, подтверждающий соответствие проектной документации требованиям градостроительного плана земельного участка или проекту планировки территории и проекту межевания территории (в случае строительства, реконструкции линейных объектов) и дающий застройщику право осуществлять строительство, реконструкцию объектов капитального строительства, за исключением случаев, предусмотренных градостроительным законодательством (часть 1 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации).

Системное толкование приведенных положений Градостроительного кодекса Российской Федерации дает основание полагать, что застройщик вправе приступить к возведению объекта капитального строительства (в случаях, когда необходимо получение разрешения) только после получения разрешения на строительство такого объекта, осуществления всех предусмотренных законом мероприятий и оформления документов, подготавливаемых в целях его получения и осуществления строительства.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.09.2013 г. № 1160/13 отмечено, что термин "объект капитального строительства" является специальным понятием градостроительного законодательства, поэтому он не может подменять собой правовую категорию "объект недвижимого имущества", имеющую иную отраслевую принадлежность, объем и содержание.

При этом само по себе наличие записи в Едином государственном реестре недвижимости на такой объект не определяет его правовой статус. Требование о государственной регистрации прав установлено лишь в отношении недвижимости как категории гражданского права, вывод о необходимости распространения в отношении того или иного объекта капитального строительства соответствующего правового режима может быть сделай в каждом случае только с учетом правовых критерий, приведенных нормами Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец указывает, что земельный участок для строительства указанных объектов не представлялся, поэтому спорный объект как объект недвижимости никогда не возводился. При таких обстоятельствах отсутствовали правовые основания для проведения государственной регистрации права собственности за ответчиками на спорный объект.

Из изложенного следует, что спорные объекты - сооружения (строения блок-камеры для хранения товаров с кадастровыми номерами 34:34:010058:437, 34:34:010058:438. 34:34:010058:439, 34:34:010058:440, 34:34:010058:441, 34:34:010058:442) возведены без оформления прав на землю, а также в отсутствие разрешений на строительство.

Земельный участок, кадастровый номер 34:34:010058:156, согласно договору аренды от 24.05.2007 г. № 7503 предоставлен для эксплуатации строений блок-камер для хранения товаров и сооружение-навес. Срок аренды был продлен до 22.04.2064 г. Ранее участок для строительства спорных объектов не предоставлялся.

Наличие в Едином государственном реестре недвижимости записи о праве собственности ответчика на спорные сооружения как на недвижимое имущество накладывает на собственника земельного участка, на котором оно находится, ограничения обусловленные распространением на этот объект правового режим, установленного действующим законодательством для недвижимого имущества, в том числе по предоставлению под таким объектом земельного участка в пользование или в собственность, в соответствии с положениями земельного законодательства.

Истец считает, что поскольку спорный объект, права на который зарегистрированы в Едином государственном реестре недвижимости, не обладает соответствующими признаками объекта недвижимого имущества, сам факт государственной регистрации права собственности ответчика нарушает права ответчика, как собственника земельного участка, поскольку ограничивает его полномочия.

Из анализа статей 11, 12, 208 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что защита нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляется путем предъявления в суд требований собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права. Собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения (статья 304 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со сведениями, содержащимися в выписке из Единого государственного реестра недвижимости, объекты - сооружения (строения блок-камеры для хранения товаров с кадастровыми номерами 34:34:010058:437, 34:34:010058:438, 34:34:010058:439, 34:34:010058:440, 34:34:010058:441, 34:34:010058:442), расположенные на земельном участке по ул. им. Могилевича, 26 г. Волгограда, принадлежат на праве собственности обществу с ограниченной ответственностью "Оникс".

В пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что в соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

В то же время решение суда о признании сделки недействительной, которым не применены последствия ее недействительности, не является основанием для внесения записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

В случаях, когда запись в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Указанный способ защиты права, непосредственно связанный с восстановлением положения, существовавшего до нарушения права заинтересованного лица, и пресечением неправомерных действий, одновременно обеспечивает достоверность, непротиворечивость публичных сведений о существовании, принадлежности и правовом режиме объектов недвижимости, содержащихся в Единый государственный реестр недвижимости (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28.01.2016 г. № 140-0).

Истец считает, что регистрация права собственности ответчика на спорные объекты как на объекты недвижимости нарушает интересы соответствующего органа местного самоуправления, уполномоченного на распоряжение земельными участками, поскольку влечет обязанность предоставить собственнику объектов земельный участок, необходимый для эксплуатации объектов, то есть создает угрозу нарушения публичных интересов, препятствует органам местного самоуправления в осуществлении функций и задач, установленных федеральным законом.

Представитель ответчика пояснил, что ответчик приобрел указанные объекты по договору купли-продажи от 22.12.2005 г., 20.01.2006 г. зарегистрировал право собственности. При этом на момент совершения сделки купли-продажи право собственности было зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним на основании решения Арбитражного суда Волгоградской области от 29.09.2005 г. по делу № А12-18460/05-с16.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 29.09.2005 г. по делу № А12-18460/05-с16 установлен факт владения и пользования предпринимателем ФИО3 как своим собственным недвижимым имуществом в виде блок-камер для хранения товаров, расположенных по адресу: <...> состоящих из литер А – блок-камеры для хранения товаров, литер Б – блок-камеры для хранения товаров, литер В – блок-камеры для хранения товаров, литер Д – блок-камеры для хранения товаров, литер Е – блок-камеры для хранения товаров, литер Г – сооружение – навес.

В соответствии с пунктом 1 статьи 219 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации юридическое лицо или индивидуальный предприниматель вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением об установлении фактов, имеющих юридическое значение, только если у заявителя отсутствует возможность получить или восстановить надлежащие документы, удостоверяющие эти факты, и если федеральным законом или иным нормативным правовым актом не предусмотрен иной внесудебный порядок установления соответствующих фактов.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 г. № 13 (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 09.07.1997 г. № 12) "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции" разъяснено, что арбитражные суды принимают к своему производству и рассматривают заявления об установлении юридических фактов при наличии в совокупности следующих условий: если согласно закону факт порождает юридические последствия, то есть влечет возникновение, изменение или прекращение правоотношений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности; если установление юридического факта не связывается с последующим разрешением спора о праве, подведомственного арбитражному суду; если заявитель не имеет другой возможности получить либо восстановить надлежащие документы, удостоверяющие юридический факт; если действующим законодательством не предусмотрен иной (внесудебный) порядок установления юридического факта.

В пункте 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2004 г. № 76 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел об установлении фактов, имеющих юридическое значение" выработаны рекомендации, согласно которых по делам особого производства заявитель обязан представить доказательства того, что в силу закона факт, об установлении которого заявлено требование, порождает юридические последствия в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (пункт 2 части 1 статьи 220 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации); у заявителя отсутствует возможность получить или восстановить надлежащие документы, удостоверяющие этот факт (часть 1 статьи 219 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суду при рассмотрении заявления необходимо установить: не связывается ли установление факта с последующим разрешением спора о праве, подведомственного арбитражному суду (часть 3 статьи 217 часть 4 статьи 221 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации); не предусмотрен ли законодательством иной внесудебный порядок установления соответствующих фактов (часть 1 статьи 219 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что с силу части 3 статьи 222 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение суда об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом как своим собственным в течение срока приобретательной давности также является основанием для регистрации права собственности в ЕГРП.

Из решения Арбитражного суда Волгоградской области от 29.09.2005 г. по делу № А12-18460/05-с16 видно, что вопросы об установлении факта добросовестного, открытого и непрерывного владения имуществом как своим собственным в течение срока приобретательной давности, как основание признания права собственности в нем не рассматривалось.

Таким образом, рассмотрение дел об установлении фактов, имеющих юридическое значение, как особая форма арбитражного судопроизводства, носит не правоустанавливающий, а правоподтверждающий характер.

Суд считает, что названное решение не направлено на признание права собственности на спорное имущество, так как установление факта, имеющего юридическое значение не связано с возникновением права собственности и не может иметь правоустанавливающий характер.

Согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 04.09.2012 N 3809/12, сам по себе факт регистрации объекта как недвижимого имущества, в отрыве от его физических характеристик, в едином государственном реестре прав не означает, что объект является недвижимой вещью и не является препятствием для предъявления иска о признании права на объект отсутствующим.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 24.12.2019 г. по делу была назначена экспертиза, проведение которой было поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью "Бюро землеустройства и экспертизы" ФИО4.

Из заключения эксперта федерального бюджетного учреждения Волгоградская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации видно, что сооружения - строения блок-камеры для хранения товаров с кадастровыми номерами 34:34:0100058:437, 34:34:0100058:438, 34:34:0100058:439, 34:34:0100058:440, 34:34:0100058:441, 34:34:0100058:442, расположенные на земельном участке, кадастровый номер 34:34:0100058:156, по адресу: <...> являются сборно-разборным сооружением и не являются объектами капитального строительства. Перемещение объекта с кадастровыми номерами 34:34:0100058:437, 34:34:0100058:438, 34:34:0100058:439, 34:34:0100058:440, 34:34:0100058:441, 34:34:0100058:442, расположенных на земельном участке с кадастровым номером 34:34:0100058:156 с сохранением всех конструктивных элементов и возможности последующего использования по целевому назначению.

Представитель ответчика обращает внимание на то, что в судебном заседании 19.03.2010 г. на вопросы сторон и суда дал пояснения эксперт общества с ограниченной ответственностью "Бюро землеустройства и экспертизы" ФИО4.

Эксперт пояснил, что каждый из шести объектов (литера А, Б, В, Г, Д, Е), подлежащих исследованию, им в заключении отдельно не описан, замеры по каждому объекту не проводились и в экспертизе не отражались. На вопросы об отсутствии в заключении конкретных сведений о проведенных исследованиях (осмотры, замеры) в отношении каждого объекта, об отсутствии конструктивных характеристик элементов объектов, определяющих капитальность, экспертом указано, что техническая документация на объекты (технический паспорт) соответствует состоянию объектов, в связи с чем, дополнительного описания не требовалось.

Вместе с тем, истец обращает внимание, что в техническом паспорте объекты ответчика описаны как капитальные. По мнению ответчика, на вопрос о противоречивых описаниях на странице 22 заключения объекта под литером В, эксперт не смог пояснить выявленные расхождения и указать какая верная площадь объекта, к чему относятся приведенные в заключении замеры. Эксперт в заключение на странице 23 привел рисунок 20 (схема бетонного бокса с указанными размерами) и пояснил в судебном заседании, что это схема завода-изготовителя блок-камер и исследуемые объекты соответствуют данной схеме. При этом, на вопрос о не соответствии размеров, указанных в схеме размерам исследуемых объектов (их частей), эксперт не смог ответить. На вопрос о наличии в заключение сведений об объекте, не принадлежащим ответчику, эксперт пояснил, что произошла опечатка, однако точно сказать о каком объекте шла речь, не смог. Эксперт пояснил, что исследуемые объекты состоят из монолитных бетонных блок-камер, которые были отлиты на заводе, так как чтобы отлить их на месте нужна вода, электричество. При этом, отсутствие на территории расположения объектов воды и электричества, не установлено. По вопросу о сборно-разборном характере исследуемых объектов, эксперт пояснил, что каждый объект состоит из нескольких бетонных монолитных блок-камер, что говорит о разборном характере объекта и о возможности его перенести частями. На вопрос об отсутствии исследовательской части заключения, содержащей подтверждение вывода о сборно-разборной конструкции объектов, эксперт сослался на техническую документацию (техпаспорт), на фото, содержащее изображение смонтированного крюка к одному из объектов, на фото, где изображено бетонное основание под одними из исследуемых объектов.

Однако, по мнению представителя ответчика, техпаспорт и указанные фотографии не подтверждают данный вывод. На вопрос о неразрывной связи объектов с землей, эксперт не смог пояснить в какой части заключения имеются исследования по данному вопросу, указав, что каждый блок может быть установлен на подготовленное бетонное основание (площадку) и этого достаточно, чтобы сделать вывод об отсутствии неразрывной связи с землей. Свой вывод о несоответствии объектов требованиям, предъявляемым к объектам капитального строительства, эксперт объяснил тем, что земельный участок под капитальное строительство не предоставлялся. Для ответа на вопрос о возможности перемещения объектов с сохранением конструктивных элементов, эксперт в заключении на странице 32 сослался на СНИП (монтаж и демонтаж стальных строительных конструкций), на рекомендации завода изготовителя. На вопрос об отношении указанного СНИП к рассматриваемым монолитно-бетонным объектам, об обоснованности применения в данной ситуации рекомендаций завода изготовителя, не имеющего доказанного отношения к спорным объектам, об объективных и полученных при исследовании данных, свидетельствующих о фактической возможности разобрать объекты, оторвать их от земли, переместить и собрать в последующим с сохранением всех конструктивных элементов, эксперт конкретных ответов не предоставил. На данные вопросы эксперт пояснил, что объекты возможно перенести по частям, отдельными элементами, металлические конструкции могут быть срезаны, потом приварены, на монолитные бетонные элементы объектов можно наварить транспортировочные крюки из метала.

Ответчик считает, что вывод эксперта об отсутствии неразрывной связи объектов с землей, исследовательской частью не подтверждён и строится на предположениях эксперта, описание каждого из объектов с указанием его конструктивных особенностей в заключении отсутствует. В связи с чем выводы, сделанные экспертом в заключение не строятся на данных проведенного исследования, так как исследование в установленном порядке не осуществлено. Ответчик считает, что выводы в заключение эксперта по поставленным судом вопросам носят предположительный характер и не могут быть положены в основу судебного решения.

Ответчик считает, что материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих, что его объекты не являются капитальными и не являются объектами недвижимости. Ответчиком в материалы дела предоставлены многочисленные документы, свидетельствующие о капитальности объектов (технический, кадастровые паспорта и иные прилагаемые к отзыву документы).

Ответчиком дополнительно предоставлены в материалы дела техническое заключение общества с ограниченной ответственностью "Нефтеспецпроект" о капитальности, рецензию эксперта ФИО5 на заключение эксперта №02с-02/20, составленное по итогам проведения назначенной по делу судебной строительно-технической экспертизы. Данные документы, по мнению ответчика, в совокупности свидетельствуют, что объекты ответчика отвечают признакам капитальности и являются объектами недвижимости.

Суд учитывает, что согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

В соответствии с частью 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта оглашается в судебном заседании и исследуется наряду с другими доказательствами по делу.

По смыслу пункта 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

Понятие объекта недвижимости является правовой категорией, поэтому суд, исходя из имеющихся в деле доказательств, оценив их в совокупности, может сделать вывод о наличии или об отсутствии у спорного объекта признаков недвижимого имущества.

Суд считает, что сооружения - строения блок-камеры для хранения товаров с кадастровыми номерами 34:34:0100058:437, 34:34:0100058:438, 34:34:0100058:439, 34:34:0100058:440, 34:34:0100058:441, 34:34:0100058:442, расположенные на земельном участке, кадастровый номер 34:34:0100058:156, по адресу: <...> не является объектом недвижимого имущество, так как отсутствуют доказательства, подтверждающие создание названного павильона как объекта недвижимого имущества.

Из материалов дела видно, что земельный участок под строительство спорного сооружения не выделялся, у ответчика отсутствуют документы, подтверждающие создания спорного сооружения как объекта недвижимого имущества (разрешение на строительство, акт ввода в эксплуатацию государственной приемочной комиссией).

Согласно техническому плану на строение блок-камеры для хранения товаров по адресу: <...>, составленным 12.04.2005 г. волгоградским областным государственным унитарным предприятием "Волгоградоблтехинвентаризация" спорные объекты имеют бетонный фундамент, облицованные металлосайдингом бетонные стены, бетонное перекрытие, крышу из шифера, бетонные полы.

В нарушение требований части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик не представил суду доказательства, подтверждающие создание спорного сооружения как объекта недвижимого имущества.

Согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 04.09.2012 N 3809/12, сам по себе факт регистрации объекта как недвижимого имущества, в отрыве от его физических характеристик, в едином государственном реестре прав не означает, что объект является недвижимой вещью и не является препятствием для предъявления иска о признании права на объект отсутствующим.

24.05.2007 г. Администрация Волгограда и ответчик подписали договор аренды №7503 земельного участка с кадастровым номером 34:34:010058:156, с учетом дополнительного соглашения срок аренды названного земельного участка продлен до 22.04.2064 г.

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (пункт 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1, 4 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В пунктах 74, 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность. Например, ничтожно условие договора доверительного управления имуществом, устанавливающее, что по истечении срока договора переданное имущество переходит в собственность доверительного управляющего.

Применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды.

В соответствии с пунктом 1 статьи 36 Земельного кодекса Российской Федерации в редакции, действующей на момент заключения договора, если иное не установлено настоящей статьей или другим федеральным законом, исключительное право на приобретение земельных участков в собственность или в аренду имеют граждане, юридические лица, являющиеся собственниками зданий, сооружений, расположенных на таких земельных участках.

Согласно договору аренды от 24.05.2007 г. № 7503, с учетом последующих изменений к нему, земельный участок предоставлен для эксплуатации строений блок-камер для хранения товаров и сооружение-навес без торгов в порядке статьи 36 Земельного кодекса Российской Федерации (в действующей редакции статьи 39.6, 39.20 Земельного кодекса Российской Федерации), в связи с нахождением на нем объекта недвижимости.

Как установлено судом спорные объекты в силу своих физических характеристик и оснований возникновения не являются объектами недвижимого имущества.

В период предоставления земельного участка действовал порядок предоставления земельных участков не связанных со строительством, установленный статьей 34 Земельного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, договор аренды № 7503 от 24.05.2007 г. не соответствует требованиям закона, что позволяет их квалифицировать как недействительную (ничтожную) сделку, которая не порождает каких-либо правовых последствий для сторон таковой.

В соответствии со статьями 60, пунктом 2 статьи 76 Земельного кодекса Российской Федерации действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Самовольно занятые земельные участки возвращаются их собственникам, землепользователям, землевладельцам, арендаторам земельных участков без возмещения затрат, произведенных лицами, виновными в нарушении земельного законодательства, за время незаконного пользования этими земельными участками.

Представитель ответчика просит применить к спорным правоотношениям срок исковой давности и отказать в удовлетворении иска по данным основаниям.

В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса (пункт 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

По смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно статье 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения (статья 304).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 г. № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 49, 57 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется на требование собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения. В этой связи длительность нарушения права не препятствует удовлетворению этого требования судом.

Течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним. При этом сама по себе запись в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним лицо знало или должно было знать о нарушении права.

Поскольку законом не установлено иное, к искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, применяется общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем в силу абзаца пятого статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда нарушение права истца путем внесения недостоверной записи в ЕГРП не связано с лишением владения, на иск, направленный на оспаривание зарегистрированного права, исковая давность не распространяется.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 г. №43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что исковая давность не распространяется на требования, прямо предусмотренные статьей 208 Гражданского кодекса Российской Федерации. К их числу относятся требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, если эти нарушения не были соединены с лишением владения, в том числе требования о признании права (обременения) отсутствующим.

При таких обстоятельствах срок исковой давности не истек, поэтому отсутствует самостоятельное основание для отказа в иске.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суд считает, что истец представил суду доказательства, подтверждающие заявленные требования, в том числе регистрацию права собственности на движимое имущество и ничтожность названного договора аренды земельного участка, поэтому иск подлежит удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются со стороны.

В силу части 6 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неоплаченные или не полностью оплаченные расходы на проведение экспертизы подлежат взысканию в пользу эксперта или государственного судебно-экспертного учреждения с лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 65, 102, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд Волгоградской области

решил:

Признать отсутствующим зарегистрированное право собственности на сооружения - строения блок-камеры для хранения товаров с кадастровыми номерами 34:34:0100058:437, 34:34:0100058:438, 34:34:0100058:439, 34:34:0100058:440, 34:34:0100058:441, 34:34:0100058:442, расположенные на земельном участке, кадастровый номер 34:34:0100058:156, по адресу: <...>.

Обязать общество с ограниченной ответственностью "Оникс" (ИНН <***>, ОГРН <***>) освободить земельный участок, кадастровый номер 34:34:0100058:156, по адресу: <...> путем демонтажа (сноса), расположенных на нем строений блок-камеры для хранения товаров с кадастровыми номерами 34:34:0100058:437, 34:34:0100058:438, 34:34:0100058:439, 34:34:0100058:440, 34:34:0100058:441, 34:34:0100058:442.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Оникс" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 12 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Оникс" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу Департамента муниципального имущества администрации Волгограда (ИНН <***>, ОГРН <***>) расходы по экспертизе в размере 55 000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области.

Судья А.П. Машлыкин