Постановление от 11 октября 2022 г. по делу № А75-10550/2015

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город ТюменьДело № А75-10550/2015


Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2022 года.


Постановление изготовлено в полном объеме 11 октября 2022 года.



Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоБедериной М.Ю.

судейФИО8 а С.А.

ФИО1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Обьдор» на определение от 18.02.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры (судья Колесников С.А.) и постановление от 17.06.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Аристова Е.В., Брежнева О.Ю., Дубок О.В.) по делу № А75-10550/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Югорскремстройгаз» (ИНН <***>, ОГРН <***>), принятые по заявлению ООО «Обьдор» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о привлечении ФИО2, общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Югорск» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В судебном заседании приняли участие представители общества с ограниченной ответственностью «Обьдор» - ФИО3 по доверенности от 01.10.2021, общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Югорск» - ФИО4 по доверенности от 10.12.2021, ФИО2 - ФИО5 по доверенности от 24.11.2021.

Суд установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Югорскремстройгаз» (далее – должник, ООО «ЮРСГ») ООО «Обьдор» обратилось 06.07.2020 в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя ФИО2, общество с ограниченной ответственностью ООО «Газпром трансгаз Югорск» (далее - ООО «Газпром трансгаз Югорск») к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЮРСГ».

Определением от 01.03.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры, оставленным без изменения постановлением от 27.05.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявления ООО «Обьдор» отказано.

Постановлением от 22.09.2021 Западно-Сибирского округа принятые по обособленному спору определение от 01.03.2021 и постановление от 27.05.2021 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

При повторном рассмотрении дела определением от 18.02.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в удовлетворении требований ООО «Обьдор» отказано.

Постановление от 17.06.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда определение от 18.02.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры оставлено без изменения.

С кассационной жалобой на состоявшиеся судебные акты обратилось ООО «Обьдор», в которой просит из отменить.

В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий указал на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам, подтверждение оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности представленными в дело доказательствами.

Как указывает кассатор в обоснование своей жалобы по состоянию на сентябрь 2015 года ответчики были уведомлены о наличии кредиторской задолженности; с 01.10.2015 продолжается существенное наращивание задолженности за поставленные материалы; не приведено обоснование экономической целесообразности сделки по поставке товарно-материальных ценностей в объеме, превышающем проектно-сметную документацию; контролирующими лицами не предприняты меры по установлению обстоятельств дальнейшего перераспределения денежных средств, исходя из целевого назначения, и необходимые меры по надлежащему исполнению обязательств в рамках данного договора и возмещению убытков; материалами дела подтвержден факт отражения в бухгалтерской отчетности предприятия последовательного, очевидного наращивания кредиторской задолженности, кратного увеличения пассивов, указанная тенденция усилена в период нахождения ФИО2 в должности единоличного исполнительного органа должника в отсутствие доказательств соблюдения экономических интересов должника и правомерности бездействия его участника; в рассматриваемом случае перераспределение пассивов внутри группы в отсутствие данных о добросовестном истребовании и распределении денежных средств свидетельствует о наличии причинно-следственной связи банкротства должника с действиями его контролирующих лиц; согласование сделки о предоставлении в аренду бульдозеров произведено 30.05.2017 в период сохранения юридической аффилированности ФИО2 и завершено в период сохранения фактической аффилированности, поскольку завершающее оформление договора произведено ФИО6, который находился в прямом подчинении ФИО2 в структуре трудовых отношений АО «ГПЦЭГ»; в результате сделки в преддверии банкротства фактически из состава основных средств выбыло ликвидное имущество, стоимость которого не направлена на погашение требований кредиторов. Участником общества не предпринято разумных и необходимых мер, направленных на возмещение доверительным управляющим убытков от совершения данной сделки; выводы суда относительно наличия собственного риска ООО «Обьдор» при заключении договоров на выполнение работ не имеют правового значения, поскольку основным условием для привлечения к субсидиарной ответственности является недостаточность имущества должника для удовлетворения требований кредиторов по текущим и реестровым платежам вследствие действий/бездействий контролирующих лиц и установленная причинно-следственная связь между последствиями в виде банкротства и действиями указанных лиц, в то время как оснований, предусмотренных частью 3 статьи 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве), судом не устанавливалось.

В целом кассатор в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности указывает на недобросовестное и разумное поведение ответчиков.

В судебном заседании представитель кассатора доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддержал, представители ответчиков против ее удовлетворения возражали.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в обособленном споре, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассмотрена в их отсутствие на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, с 08.06.2015 ФИО2 являлся руководителем ООО «Югорскремстройгаз». ООО «Газпром трансгаз Югорск» является участником должника с долей в уставном капитале в размере 99%.

На основании договора от 12.06.2012 № №AU31120019 права общества как участника ООО «ЮгорскРемСтройГаз» были переданы в доверительное управление ООО «Газпром центрремонт».

В обоснование требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, кредитор приводил доводы о том, что в период с 01.07.2016 по 31.11.2016 ООО «Обьдор» выполняло работы для должника на основании договора № 2/05/0284/16-ДУ от 01.07.2016. Генеральным заказчиком выступало акционерное общество «Газпром центрэнергогаз» (далее - АО «Газпром центрэнергогаз»), директором которого являлся ФИО2 За весь период работ на объекте строительства, оплата не производилась. После подписания актов выполненных работ должник запрашивал счета-фактуры, тем самым понижая налоговую нагрузку ООО «Югорскремстройгаз», а после камеральной налоговой проверки ООО «Обьдор» выставлены требования по уплате налогов. Должником не были осуществлены необходимые действия для погашения задолженности перед кредитором.

Также кредитор указывает на совершение должником убыточных сделок с компаниями входящими в холдинг ООО «Газпром центрремонт», в доверительном управлении которого находилось ООО «Югорскремстройгаз»; неправомерное выбытие в ходе наблюдения из конкурсной массы должника дорогостоящей самоходной техники, что привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Со стороны ООО «Газпром трансгаз Югорск» кредитор усматривает неправомерное бездействие, приведшее к преднамеренному банкротству должника.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, исходил из недоказанности мнимого характера сделок, совершенных должником в результате своей коммерческой деятельности, прямой причинно-следственной связи между такими сделками и банкротством должника.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Законность определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции проверена в порядке статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), исходя из доводов, содержащихся в кассационных жалобах.

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в Постановлении № 53 от 21.12.2017 (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 № 310-ЭС20-6760).

По смыслу пунктов 4, 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В пункте 21 Постановления № 53 разъяснено, что если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 23 постановления № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Изменения (увеличение) финансовых показателей должника, на которые указывает кредитор, не свидетельствуют о том, что они стали следствием формального документооборота с должником и неправомерности действий ответчиков, равно как и не обоснована причинно-следственная связь между связи между использованием им своих прав и возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стало объективное банкротство, которое по всей видимости возникло до обозначенных кредитором событий.

Сделки должника, на которые указывает кассатор, как необоснованно увеличивающие объем обязательств должника и направленные на причинение вреда, не оспорены.

Так, судами тщательно исследовались доводы кредитора о приводимых им основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности: совершения сделки в отсутствие экономической целесообразности, на невыгодных условиях, с очевидным отклонением от принципов разумности и добросовестности; несовершение необходимых действий, в результате чего ухудшилось финансовое положение должника; в условиях недобросовестной ликвидации пассивов в структуре баланса одной из дочерних компаний, период: - совершения действий, бездействий единоличным исполнительным органом с 01.06.2015 по 01.06.2017; допущенное бездействие участником с 30.04.2015 по 18.07.2017.

В связи с чем судами сделаны следующие выводы:

на момент заключения договоров от 01.11.2010, от 13.12.2013, от 02.02.2014 ФИО2 не являлся руководителем должника, не согласовывал существенные условия сделок, в том числе объем поручаемых работ, объем поставки материалов;

по договору от 02.02.2014 в редакции дополнительного соглашения от 01.08.2016 стоимость работ составила 5 151 519 577,26 руб., в том числе стоимость материалов - 1 629 679 407,92 руб.; работы выполнены на сумму 3 472 848 299 руб.; освоено материалов на сумму 1 921 654 276 руб.;

принятие должником от аффилированного лица материалов на сумму, превышающую согласованную в договоре, в период фактического производства работ, в ситуации выполнения иных подрядных обязательств, в том числе с участием лиц, входящих в одну группу, равно как и принятие авансирования по договору от 23.12.2013 (при наличии очевидной возможности перераспределения денежных средств, в ситуации отсутствия имущественных претензий со стороны контрагентов - аффилированных лиц), не может являться очевидной причиной накопления обязательств, увеличения кредиторской задолженности, приведшей к неплатежеспособности должника;

корректировка объемов работ по договору от 02.02.2014 (сторнирование) не свидетельствует об убыточности данного договора;

договор от 06.06.2017 № 05/0084/17-АР подписан по результатам обращения ООО «Газнефтетехнология» с вопросом о возможности предоставления в аренду бульдозеров гусеничных типа CAT D6T без экипажа в количестве двух единиц для производства работ на территории Ямало-Ненецкого автономного округа;

между тем договор № 05/0084/17-АР заключен 06.06.2017, техника передана по акту передачи от 22.06.2017;

распорядительные действия, в том числе оценка необходимости заключения соответствующего договора, совершены должником в лице руководителя ФИО6; степень влияния на принятие такого решения со стороны ФИО2 не доказана;

по договору доверительного управления переданы корпоративные права; ненадлежащее исполнение данных прав не доказано, равно как и не доказано наличие оснований для предъявления имущественных претензий к доверительному управляющему в рамках соответствующего договора.

Институт привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности носит экстраординарный характер и подлежит использованию только при наличии явного и недобросовестного поведения, связанного с преследованием противоправных целей, отличных от стандартов поведения иных руководителей, поэтому его упрощенное использование в качестве способа пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов безусловно будет нарушать права лиц, осуществляющих коммерческую деятельность, в этой связи столь широкое толкование оснований для возможности его использования недопустимо.

Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчиков, с противоправной целью, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов должника. Наличие в рассмотренном деле таких обстоятельств апелляционным судом не установлено, а ООО «Обьдор» в состязательном процессе не доказано.

С учетом изложенного в удовлетворении заявления отказано правомерно.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, по сути, сводятся к несогласию конкурсного управляющего с выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений действующего законодательства и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 287, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 18.02.2022 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры и постановление от 17.06.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-10550/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


ПредседательствующийМ.Ю. ФИО7


СудьиС.А. ФИО8


О.В. Жирных