Решение от 24 июля 2020 г. по делу № А60-50487/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620075 г. Екатеринбург, ул. Шарташская, д.4,

www.ekaterinburg.arbitr.ru e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А60-50487/2017
24 июля 2020 года
г. Екатеринбург



Резолютивная часть решения объявлена 17 июля 2020 года

Полный текст решения изготовлен 24 июля 2020 года

Арбитражный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Е.Ю. Майоровой, при ведении протокола судебного заседания помощником суди ФИО1, (до перерыва), секретарем судебного заседания ФИО2 (после перерыва), рассмотрел в судебном заседании дело

иску Жилищно-строительного кооператива "СОЛОВЬИ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) к Обществу с ограниченной ответственностью "ДОМБЕРИ" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО "Техстрой" (ИНН <***>), ООО "ГК Техстрой" (ИНН <***>), Министерство строительства и развития инфраструктуры Свердловской области, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО42, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО50, ФИО51, ФИО52, ФИО53, ФИО54, ФИО55, ФИО56, ФИО57

о признании сделок недействительными.

при участии в судебном заседании

от истца: ФИО58, представитель по доверенности от 12.02.2019 г., диплом от 30.06.1988, ФИО59, представитель по доверенности от 10.03.2019, диплом от 19.12.2008 (после перерыва представитель не явился)

от ответчика: ФИО60, представитель по доверенности от 21.01.2018, ФИО61, представитель по доверенности от 21.01.2018,

от третьего лица ФИО24, лично, ФИО12, лично, ФИО62, лично, ФИО63, лично.

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов составу суда не заявлено.

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов составу суда не заявлено.

ЖСК «Соловьи» обратился в Арбитражный суд Свердловской области с иском к обществу «Домбери» о признании недействительными сделок: третейского соглашения, заключенного в виде дополнительного соглашения от 08.09.2015 № 4 к договору инвестирования строительства от 26.03.2008; дополнительного соглашения от 08.09.2015 № 4 к договору инвестирования строительства от 26.03.2008; протокола договорной цены от 08.09.2015 (приложение № 3 к договору инвестирования строительства от 26.03.2008).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.02.2018 в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2018 решение суда оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 05.09.2018 решение Арбитражного суда Свердловской области от 14.02.2018 по делу № А60-50487/2017 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2018 по тому же делу оставлены без изменения.

В арбитражный суд 11 января 2019 года поступило заявление Жилищно-строительного кооператива "СОЛОВЬИ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) о пересмотре решения арбитражного суда по делу № А60-50487/2017 по вновь открывшимся обстоятельствам.

Определением от 18.03.2019 в удовлетворении заявления Жилищно-строительного кооператива "СОЛОВЬИ" о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решения Арбитражного суда Свердловской области от 14 февраля 2018 года по делу № А60-50487/2017 отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда № 17АП-4624/2018-ГК от 21.06.2019 определение Арбитражного суда Свердловской области об отказе в пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам от 18 марта 2019 года по делу №А60-50487/2017 отменено, вопрос направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Определением от 12.07.2019 заявление принято к производству, судебное заседание назначено на 30.07.2019.

В Арбитражный суд Свердловской области 10.07.2019 поступила кассационная жалоба Общества с ограниченной ответственностью "ДОМБЕРИ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2019.

Дело №А60-50487/2017 отправлено в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой ООО «ДОМБЕРИ» с сопроводительным письмом от 12.07.2019.

Арбитражным судом Уральского округа постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.06.2019 по делу № А60-50487/2017 Арбитражного суда Свердловской области оставлено без изменения (резолютивная часть постановления от 28.08.2019).

Жилищно-строительный кооператив "СОЛОВЬИ" обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о пересмотре решения арбитражного суда от 14.02.2018 по делу №А60-50487/2017 по вновь открывшимся обстоятельствам.

Решением от 20.09.2019 (Резолютивная часть решения объявлена 16 сентября 2019 года) заявление Жилищно-строительного кооператива "СОЛОВЬИ" о пересмотре решения Арбитражного суда Свердловской области от 14 февраля 2018 года по делу №А60-50487/2017 удовлетворено.

Отменено решение Арбитражного суда Свердловской области от 14 февраля 2018 года по делу №А60-50487/2017 по новым обстоятельствам, назначено судебное заседание для рассмотрения дела.

Согласно ч. 3 и ч. 4 ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации замена судьи возможна в случае заявленного и удовлетворенного самоотвода, отвода судьи, длительного отсутствия судьи ввиду болезни, отпуска, пребывания на учебе, нахождения в служебной командировке, прекращения или приостановления полномочий.

В соответствии с ч.1 ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации замена судьи производится с учетом нагрузки и специализации судей с использованием автоматизированной информационной системы.

В связи с назначением судьи О.В. Лесковец заместителем председателя Семнадцатого арбитражного апелляционного суда заместителем председателя Арбитражного суда Свердловской области С.В. Сидоркиным принято решение о необходимости замены судьи О.В. Лесковец для рассмотрения дела №А60-50487/2017 путем определения состава суда с использованием автоматизированной информационной системы распределения дел.

Определением от 16.10.2019 произведена замена судьи О.В. Лесковец для рассмотрения дела №А60-50487/2017 путем определения состава суда с использованием автоматизированной информационной системы распределения дел. Дело распределено судье Майоровой Е.Ю.

Определением от 22.10.2019 назначено судебное разбирательство дела на 13 ноября 2019 16:45.

В ходе нового рассмотрения настоящего дела по существу истец заявил ходатайство об уточнении требований и просит:

1. Признать третейское соглашение о передаче рассмотрения споров между ООО «Домбери» и ЖСК «Соловьи» по договору инвестирования строительства от 26.03.2008 года заключенное в виде дополнительного соглашения №4 от 08.09.2015 года к инвестиционному договору от 26.03.2008 года недействительным;

2.Признать дополнительное соглашение №4 от 08.09.2015 года к договору инвестирования строительства от 26.03.2008 года недействительным;

3.Признать протокол договорной цены от 08.09.2015 года (приложение №3 к договору инвестирования от 26.03.2008 года) недействительным.

В обоснование своего уточнения истец, отметил, что им не меняется предмет заявленного ранее требования, уточнение касается дополнительных оснований заявленного иска.

Требования истца мотивированны ссылками на положения ст.10, 53, ст. 169, ч. 1, 2 ст. 174, ч. 2,4 ст. 179, ст. 183 ГК РФ, ст. 115, 119 ЖК РФ, ст. 8, 18 Федерального закона от 24.07.2002 №102-ФЗ "О третейских судах в Российской Федерации", ст. 48, 49, 213 Конституции РФ.

Ответчик представил в материалы дела отзыв, с возражениями на уточнение исковых требований, а также представил в материалы дела дополнительные документы: постановление.

Дополнительные документы приобщены к материалам дела (ст. 67 АПК РФ).

Заявление об уточнении исковых требований принято арбитражным судом к рассмотрению.

В судебном заседании истец заявил ходатайство о запросе дополнительных документов из Кировского районного суда г. Екатеринбурга.

Ходатайство о запросе дополнительных документов принято судом к рассмотрению.

Третье лицо представил в материалы дела дополнительные документы: акт приемки передачи, апелляционное определение, письмо, документы из материалов дела Кировского районного суда № 2-681/2017.

Ответчик возражает против удовлетворения заявленного ходатайства об истребовании, полагает при этом, что истец, таким образом, затягивает процесс.

Ответчик не возражает относительно приобщения в материалы дела копий дополнительных документов из материалов дела Кировского районного суда № 2-681/2017, полагая, при этом, что представленные документы не имеют значения для рассматриваемого дела

Дополнительные документы приобщены к материалам дела (ст. 67 АПК РФ). Ходатайство о запросе документов истцом не поддерживается.

В судебном заседании 29.01.2020 истец требования поддерживает.

Ответчик заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных документов: судебной практики.

Ходатайство судом рассмотрено и удовлетворено, дополнительные документы приобщены к материалам дела (ст. 67 АПК РФ).

В судебном заседании 21.02.2020 ходатайство об уточнении требований судом рассмотрено и отклонено.

Истец заявил устное ходатайство об истребовании аудиопротокола судебного заседания из Кировского районного суда г. Екатеринбурга.

Ответчик возражает относительно удовлетворения заявленного ходатайства.

Ходатайство об истребовании аудиопротокола судебного заседания из Кировского районного суда г. Екатеринбурга принято судом к рассмотрению.

В судебном заседании 21.02.2020 г. был объявлен перерыв до 28.02.2020 г. 15:40 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2.

После перерыв ходатайство об истребовании аудипротокола отклонено.

Истец вновь заявил ходатайство об уточнении исковых требований.

Третьи лица поддерживают заявленное ходатайство. Суд принял уточнение к рассмотрению.

Определением суда от 25.03.2020 судебное заседание было отложено, а определением от 20.04.2020 производство по делу приостановлено в целях исполнения Указа Президента Российской Федерации от 02.04.2020 № 239, постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации и Президиума Совета судей Российской Федерации от 08.04.2020 № 821, а также с целью недопущения нарушения процессуальных прав и законных интересов лиц, участвующих в деле, в том числе на доступ к правосудию, в условиях сложившейся ситуации, принимая во внимание невозможность проведения судебного заседания, суд считает необходимым приостановить производство по делу.

В связи с тем, что суд начал работу в обычном режиме, было назначено судебное заседание на 10.07.2020.

От ФИО55 поступили письменные пояснения, которые приобщены к материалам дела.

В судебном заседании от 10.07.2020 суд, рассмотрев ходатайство об уточнении заявленных требований удовлетворил его в полном объеме.

От ответчика поступил отзыв на исковое заявление с учетом принятого уточнения, в котором просит отказать в удовлетворении исковых требований.

В заседании суда был объявлен перерыв до 17.07.2020 до 15 час. 00 мин. после перерыва заседание продолжено в том же составе суда при ведении протокола судебного заседания ФИО2

После перерыва заявлений и ходатайств не поступило.

Присутствующие в заседании суда третьи лица поддержали позицию истца.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд

установил:

Как следует из материалов дела, между ЖСК "Соловьи" (инвестор) и обществом "Домбери" (застройщик) заключен договор инвестирования строительства от 26.03.2008 №б/н (далее - договор).

Данный договор в оригинале, как и в копиях, включающих в себя все страницы договора, у сторон не имеется, при этом судом учтено, что на протяжении длительного времени сторонами договора факт наличия договорных отношений, заключенность данного договора и наличие обязательств, вытекающих из него, признавался, в том числе и в судебных разбирательствах как в судах общей юрисдикции, так и при рассмотрении дела №А60-43517/2016.

При таких обстоятельствах, доводы сторон об отсутствии согласования сторонами всех существенных условий договора признает несостоятельными.

Как следует из материалов дела, 08.09.2015 Обществом "Домбери" (застройщиком) в лице директора управляющей компании "Металлторг" ФИО64 и ЖСК "Соловьи" (инвестора) в лице председателя кооператива ФИО3 заключено дополнительное оглашение №4 к договору инвестирования строительства от 26.03.2008, которым стороны договорились:

1. изменить договорную цену и изложить приложение №3 к настоящему договору – протокол договорно цены в новой редакции (приложение №1 к настоящему соглашению).

2. что сумма увеличения договорной цены, указанная в приложении №3 в новой редакции от 08.09.2015 подлежит уплате инвестором в срок до 15.06.2016. В случае, если вышеуказанная сумма не будет получена застройщиком в срок и в полном объеме, застройщик на основании п. 2.8. договора имеет право в одностороннем внесудебном порядке расторгнуть договор.

Уплаченные ране инвестором по договору денежные средства возвращаются в сроки, согласованные сторонами, но не позднее 01.03.2017.

3. внести изменения п. 7.1. договора №б/н инвестирования строительства от 26.03.2008и читать его в следующей редакции: "Стороны будут прилагать все усилия к тому, чтобы решать возникающие разногласия и споры, связанные с исполнением настоящего договора, путем переговоров. В случае не достижения сторонами в течение одного месяца путем переговоров, все споры, которые возникнут из настоящего договора или в связи с ним, в том числе касающиеся его заключения, исполнения, нарушения, прекращения или недействительности, подлежат разрешению в Третейском суде при ООО "Финансово-правовая компания "Согласие" в соответствии с его правилами. Рассмотрение встречного искового заявления также осуществляется в этом суде. Решение, вынесенное указанным Третейским судом, является окончательным и оспариванию не подлежит. Местонахождение третейского суда: Россия, <...>

4. Настоящее соглашение вступает в силу с момента его подписания.

5. Настоящее соглашение составлено в 2-х экземплярах.

Приложением к данному дополнительному Соглашению является протокол договорной цены (приложение №3 к договору инвестирования строительства от 26.03.2008, заключенный Обществом "Домбери" (застройщиком) в лице директора управляющей компании "Металлторг" ФИО64 и ЖСК "Соловьи" (инвестора) в лице председателя кооператива ФИО3, согласно которому стороны пришли к соглашению увеличить ориентировочную договорную цену по договору инвестирования строительства от 26.03.2008, установленную дополнительным соглашением №3 от 30.04.2011года на 40965000 руб. Настоящая цена может быть изменена после заключения ООО "Домбери" (застройщик) всех необходимых договоров во исполнение настоящего договора.

Ссылаясь на то, что, заключая и подписывая оспариваемые сделки, председатель правления ЖСК ФИО3, действовал незаконно, в отсутствие полномочий, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском о признании сделок недействительными.

Кроме этого истец ссылается на вынесенное 18.10.2018 Октябрьским районным судом в отношении ФИО3, постановление по ч. 1 ст. 201 УК РФ , которым по мнению истца, установлено, что между ФИО3 и директором ООО «Металторг» ФИО64, совершена сделка в ущерб интересам кооператива под влиянием злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив представленные в дело доказательства, заслушав пояснения сторон в судебном заседании, суд считает, что заявленные требования удовлетворению не подлежат исходя из следующего.

На основании п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 2 ст. 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 2 ст. 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктами 1, 2 ст. 5 Закона о третейских судах предусмотрено, что спор может быть передан на разрешение третейского суда при наличии заключенного между сторонами третейского соглашения. Третейское соглашение может быть заключено сторонами в отношении всех или определенных споров, которые возникли или могут возникнуть между сторонами в связи с каким-либо конкретным правоотношением.

В силу п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (ст. 431 ГК РФ).

Основным требованием, предъявляемым к третейскому соглашению, является наличие явно выраженной воли сторон, направленной на изъятие спора из компетенции государственных судов и его передачу на разрешение в определенный третейский суд.

Проанализировав по правилам ст. 431 ГК РФ содержание пункта 3 дополнительного соглашения №4, суд нашел установленной волю сторон на передачу всех споров, возникающих из рассматриваемого договора инвестирования от 26.03.2008, в том числе и о недействительности, на разрешение Третейского суда при ООО "Финансово-правовая компания "Согласие".

Принимая во внимание правовую позицию Конституционного Суда РФ, изложенную в Постановлении №30-П от 18 ноября 2014 года "По делу о проверке конституционности положений статьи 18 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации", пункта 2 части 3 статьи 239 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что третейская оговорка на момент ее заключения не противоречила положениям Закона о третейских судах и являлась исполнимой: позволяла определить круг споров, подлежащих рассмотрению в третейском суде и конкретный компетентный третейский суд, у суда отсутствуют правовые основания для признания данной оговорки недействительной.

Ссылки истца на положения п. 1 ст. 8, ст. 18 Закона о третейских судах как на основание для признания третейского соглашения недействительным являются несостоятельными.

По мнению истца, порядок формирования третейского суда не обеспечивает гарантии независимости и беспристрастности.

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 18.11.2014 №30-П независимость третейского судьи от сторон рассматриваемого спора подразумевает, как правило, отсутствие трудовых (работник - работодатель, начальник - подчиненный), гражданско-правовых (должник - кредитор) и иных правоотношений (административных, финансовых, семейных и т.д.), а беспристрастность обеспечивается законодательным закреплением ряда специальных требований, которые предъявляются к третейским судьям: согласно пункту 1 статьи 8 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" третейским судьей может быть избрано (назначено) лицо, прямо или косвенно не заинтересованное в исходе дела и являющееся независимым от сторон. Такой подход согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, в силу которой отсутствие предубеждения и пристрастности со стороны судьи является необходимым условием справедливого судебного разбирательства (Постановление от 25.03.2008 №6-П).

Кроме того, само по себе приведенное нормативное регулирование - с учетом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных им в сохраняющих свою силу решениях, - не дает оснований для вывода о невозможности передачи на рассмотрение постоянно действующего третейского суда, образованного при автономной некоммерческой организации, гражданско-правового спора, одной из сторон которого является учредитель данной автономной некоммерческой организации.

Кроме того, судом принято во внимание, что в определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2015 №304-ЭС14-495 разъяснено следующее.

Как отмечено Конституционным Судом Российской Федерации, указание на нарушение принципа беспристрастности при рассмотрении конкретного спора в качестве основания для отказа в исполнении третейского решения предполагает необходимость установления нарушения принципа беспристрастности именно составом третейского суда, что не исключает учета в этих целях организационно-правовых связей со сторонами спора.

Тем не менее, при этом суды должны исходить из необходимости обеспечения баланса интересов сторон, участвующих в конкретных правоотношениях, а устанавливая такой баланс в спорных отношениях, принимать решение, отвечающее принципу справедливости (постановление от 18.11.2014 №30-П, определение от 09.12.2014 №2750-О Конституционного Суда Российской Федерации).

Установление нарушения принципа беспристрастности конкретного состава третейского суда невозможно в ситуации отсутствия спора, находящегося на рассмотрении третейского суда, и в отсутствие конкретного решения третейского суда, вынесенного определенным составом суда.

Указанные основания о нарушении гарантии объективной беспристрастности суда, приведенные истцом в обоснование своего требования, не могут являться основанием для признания недействительным третейского соглашения, содержащегося в пункте 3 дополнительного соглашения №4.

Доводы истца о недействительности соглашения ввиду его заключения со стороны ЖСК неуполномоченным лицом со ссылкой на ст. 183 Гражданского кодекса Российской Федерации, несостоятельны, и уже были предметом рассмотрения и оценки судами при разрешении дела №А60-43517/2016, имеющее для истца преюдициальное значение (ст. 69 АПК РФ).

Так при рассмотрении дела №А60-43517/2016 были судом оценены и отклонены доводы истца о нарушении гарантии беспристрастного разрешения спора и основополагающих принципов российского права в связи с тем, что генеральным директором и единственным учредителем ООО "Финансово-правовой компании "Содействие" является ФИО65 (девичья фамилия - Арсенчук), а учредителем ответчика - ФИО66.

При этом в ходе рассмотрения настоящего дела истцом также не были представлены достоверные и достаточные доказательства того доказательства, подтверждающие наличие между этими физическими лицами родственных отношений, аффилированности ответчика и третейского суда.

Что касается доводов истца о том, что третейское соглашение, дополнительное соглашение к договору инвестирования №4 и протокол договорной цены (приложение №3) являются недействительными сделками, поскольку подписаны неуполномоченным лицом, избранным ничтожным решением общего собрания и правления, то суд отмечает следующее.

Согласно пункту 107 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по смыслу абзаца второго пункта 1 статьи 181.3, статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания, нарушающее требования ГК РФ или иного закона, по общему правилу является оспоримым, если из закона прямо не следует, что решение ничтожно.

В момент совершения оспариваемых истцом сделок полномочия председателя кооператива ФИО3 были оформлены протоколом от 01.04.2014, соответствующие сведения внесены в Единый государственный реестр юридических лиц и отсутствовали какие-либо решения судов о признании протокола заседания правления недействительным, что в любом случае не влечет недействительности заключенных председателем сделок.

Кроме того, доказательств того, что у ответчика имелись сведения об ином председателе кооператива, в деле не имеется.

Более того, признание судом недействительным решения общего собрания участников общества об избрании или назначении единоличного исполнительного органа само по себе не является основанием для признания договора недействительным, если сделка совершена до вступления в силу решения суда (аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.07.2007 №3259/07 по делу №А19-13038/06-13, определении Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №309-ЭС15-12082 по делу №А76-6593/2013).

Также суд отмечает, что вышеназванные доводы истца уже были предметом рассмотрения и оценки Свердловским областным судом при апелляционном пересмотре дела №33-17756/2017 (апелляционной определение от 27.10.2017). Поскольку истец и ответчик являлись участниками данного процесса, изложенные в нем выводы суда для сторон спора носят преюдициальный характер.

Что касается доводов истца о том, что оспариваемые сделки являются недействительными сделками, совершенными председателем правления ФИО3 в нарушение пункта 3.5, 4.3.2 Устава кооператива в отсутствие решения правления, а также сделками, при совершении которых имело место причинение ущерба кооперативу, то они судом рассмотрены и отклонены в связи с нижеследующим.

Согласно п. 1 ст. 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Сделка может быть признана недействительной по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 173.1 ГК РФ, только тогда, когда получение согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления (далее в этом пункте - третье лицо) на ее совершение необходимо в силу указания закона (п. 2 ст. 3 ГК РФ) (п. 90 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25)).

В п. 1 ст. 174 ГК РФ предусмотрено, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях.

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 92 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25, п. 1 ст. 174 ГК РФ установлены два условия для признания сделки недействительной: сделка совершена с нарушением ограничений, установленных учредительным документом (иными корпоративными документами) или договором с представителем, и противоположная сторона сделки знала или должна была знать об этом. При этом не требуется устанавливать, нарушает ли сделка права и законные интересы истца каким-либо иным образом.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абз. 2 п. 2 ст. 166 ГК РФ). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в ст. 173.1, п. 1 ст. 174 названного Кодекса, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности (п. 71 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25).

В силу ст. 115 ЖК РФ органами управления жилищного кооператива являются: общее собрание членов жилищного кооператива; конференция, если число участников общего собрания членов жилищного кооператива более пятидесяти и это предусмотрено уставом жилищного кооператива; правление жилищного кооператива и председатель правления жилищного кооператива.

Подпунктом 2 ч. 2 ст. 119 ЖК РФ установлено, что председатель правления жилищного кооператива без доверенности действует от имени кооператива, в том числе представляет его интересы и совершает сделки.

Согласно п. 4.3.3. Устава председатель кооператива является руководителем кооператива и вправе, в том числе заключать договоры от имени кооператива.

Из изложенного пункта Устава вопреки доводам истца не следует, что председатель правления не может единолично подписывать договоры. Учитывая изложенное, ссылки истца на п. 3.5, 4.3.2 Устава суд признает несостоятельными.

Таким образом, суд пришел к выводу о том, что оспариваемые сделки подписаны председателем кооператива ФИО3 в интересах кооператива, в качестве органа юридического лица, уполномоченного на совершение сделок.

Также судом установлено, что согласно данных ЕГРЮЛ в период с 19.04.2011 по 04.03.2016, в том числе и в момент заключения оспариваемых сделок, председателем правления кооператива являлся ФИО3 Данных об ограничении полномочий ФИО3 как председателя правления ЕГРЮЛ не содержалось. Истцом не представлено никаких доказательств того, что на момент заключения указанного соглашения председателем ЖСК было иное лицо.

При таких обстоятельствах, руководствуясь вышеприведенными правовыми нормами и разъяснениями Пленума, принимая во внимание, что ООО "Домбери" добросовестно полагалось на данные ЕГРЮЛ о том, что сделка подписана председателем кооператива ЖСК, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными в соответствии с положениями п. 1 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Иного истцом не доказано (ст. 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума ВС РФ №25), пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлены обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушение иных охраняемых законом интересов (например, при утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Частью 1 статьи 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу статей 67, 68 и 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности.

Изучив доводы сторон и представленные в материалы дела доказательства, проанализировав обстоятельства заключения оспариваемых сделок, в том числе изложенные в отзывах третьих лиц - ООО "ГК Техстрой", ООО "Техстрой", Министерства строительства и развития инфраструктуры Свердловской области, суд пришел к выводу о том, что истцом не представлено никаких доказательств совершения оспариваемых сделок в ущерб интересам ЖСК при недобросовестности сторон.

Наличие сговора или иных совместных действий сторон оспариваемых сделок, их недобросовестность истцом не доказана.

Таким образом, оснований для признания оспариваемых сделок недействительными по п. 2 ст. 174 ГК РФ также не имеется.

Относительно довода о заключении спорной сделки под влиянием обмана суд считает необходимым отметить следующее.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (является оспоримой). Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179).

В соответствии с разъяснениями пункта 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункта 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 N 162 "Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации" сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Согласно пункту 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Между тем, в ходе рассмотрения настоящего дела, по результатам изучения представленных истцом документов (постановления о привлечении ФИО3 в качестве обвиняемого от 27.09.2018, протокола допроса ФИО64 от 28.05.2018, протокол допроса ФИО3 от 27.09.2018, постановления о прекращении уголовного дела в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа от 18.10.2018, принятого в отношении ФИО3, постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 16.07.2018), заявленный довод (обман при совершении сделки) судом не установлен.

Напротив, в материалах дела имеется Постановление о прекращении уголовного дела от 26.09.2019 в отношении ФИО66 по факту хищения 386 673 761 руб. 23 коп. путем обмана неустановленным лицом, являющимся фактически руководителем ООО «Домбери» и ООО «Техстрой» у ЖСК «Соловьи». В рамках данного уголовного дела были исследованы, в том числе и обстоятельства заключения спорного дополнительного соглашения. В указанном акте следователем установлено, что в ходе предварительного следствия не выявлено фактов, свидетельствующих о том , что сделки по передаче квартир совершены в ущерб интересам кооператива, недобросовестного поведения сторон и наличия признаков сговора, направленного на причинение ущерба кооперативу и пайщикам ЖСК «Соловьи».

Учитывая вышеизложенное, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Утверждение истца о том, что оспариваемая сделка совершена с целью заведомо противной основам правопорядка не нашло своего подтверждения в материалах дела.

Статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2004 № 226-О).

В пункте 85 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно статье 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

В качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Для применения статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

В данном случае оснований для квалификации спорного дополнительного соглашения от 08.09.2015 в качестве сделки, совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка, не усматривается.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В пункте 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 указанного Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 197 ГК РФ для отдельных видов требований, законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

При этом пункт 102 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ" содержит разъяснение о том, что в силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Заявление о пропуске срока исковой давности по иску сделано ответчиком при рассмотрении спора.

С учетом приведенных норм права и разъяснений к ним, суд счел, что об оспаривании спорных сделок истец должен был узнать не позднее дня их заключения – 08.09.2015.

С настоящим иском ЖСК обратилось 25.09.2017, то есть по истечении годичного срока исковой давности.

Отсутствие в распоряжении ЖСК каких-либо документов не изменяет порядок исчисления срока исковой давности применительно к разъяснениям пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 №43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности".

Согласно указанным разъяснениям течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Пунктом 2 статьи 204 ГК РФ предусмотрено, что при оставлении судом иска без рассмотрения течение срока исковой давности, начавшееся до предъявления иска, продолжается в общем порядке, если иное не вытекает из оснований, по которым осуществление судебной защиты права прекращено.

Согласно пункту 3 статьи 204 ГК РФ, если после оставления иска без рассмотрения неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев, за исключением случаев, если основанием оставления иска без рассмотрения послужили действия (бездействие) истца.

В пункте 18 (абзаце третьем) Постановления №43 Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил применение пункта 2 статьи 204 ГК РФ - если после оставления иска без рассмотрения неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев, за исключением случаев, когда иск был оставлен без рассмотрения по основаниям, предусмотренным абзацами вторым, четвертым, седьмым и восьмым статьи 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктами 2, 7 и 9 части 1 статьи 148 АПК РФ.

Даже если признать, что ЖСК первоначально (дело №А60-43517/2016) обратилось в арбитражный суд с иском в пределах срока исковой давности, срок исковой давности на момент вторичного обращения с таким же иском истек (пункт 3 статьи 204 ГК РФ и пункт 18 Постановления №43).

Учитывая, что ответчиком заявлено в судебном заседании о применении срока исковой давности, данное обстоятельство в соответствии со ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для вынесения судом решения об отказе в иске.

Суд считает, что обстоятельства, установленные в Постановлении Октябрьского районного суда о прекращении уголовного дела от 18.10.2018 не влияют на выводы суда по данному делу о пропуске срока исковой давности.

С учетом всего вышеизложенного, суд в удовлетворении исковых требований отказывает в полном объеме.

В связи с тем, что истцу в иске отказано, госпошлина за рассмотрение иска относится на истца и взысканию за счет ответчика не подлежит.

Руководствуясь ст. 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

В соответствии с ч. 3 ст. 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

СудьяЕ.Ю. Майорова