Решение от 12 июля 2024 г. по делу № А40-20156/2024

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-20156/24-51-153
город Москва
12 июля 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 03 июля 2024 года

Решение в полном объеме изготовлено 12 июля 2024 года


Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи О. В. Козленковой, единолично,

при ведении протокола судебного заседания секретарем В. А. Кундузовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «КОГЕЛЬ ТРЕЙЛЕР РУ» (ОГРН <***>)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «КОММЕРЧЕСКАЯ ТЕХНИКА-РИТЕЙЛ» (ОГРН <***>)

о защите исключительных прав на товарные знаки по международным регистрациям №№ 783420, 869078, взыскании компенсации в общем размере 1 000 000 руб.,


при участии:

от истца – ФИО1, по дов. № б/н от 04 августа 2023 года;

от ответчика – ФИО2, по дов. № б/н от 01 января 2024 года;



У С Т А Н О В И Л:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «КОГЕЛЬ ТРЕЙЛЕР РУ» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «КОММЕРЧЕСКАЯ ТЕХНИКА-РИТЕЙЛ» (далее – ответчик) о защите исключительных прав на товарные знаки по международным регистрациям №№ 783420, 869078, взыскании компенсации в общем размере 1 000 000 руб.,

Ответчик против удовлетворения заявленных требований возражает по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Рассмотрев заявленные требования, выслушав представителей сторон, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, Kogel Trailer GmbH является обладателем исключительных прав на следующие товарные знаки:

- словесный товарный знак KOGEL по международной регистрации № 783420, дата регистрации – 07.03.2002, в отношении товаров и услуг следующих классов МКТУ 6, 12, 20, 36, 39;

- комбинированный товарный знак по международной регистрации № 869078, дата регистрации – 24.02.2005, в отношении товаров следующих классов МКТУ 6, 12, 20.

07 ноября 2022 года между Kogel Trailer GmbH (лицензиаром) и истцом (лицензиатом) заключен лицензионный договор о предоставлении исключительной лицензии в отношении вышеуказанных товарных знаков на срок действия исключительного права на территории РФ (дата и номер государственной регистрации договора: 12.01.2023 РД0419269).

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В соответствии со статьей 1254 ГК РФ, если нарушение третьими лицами исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, на использование которых выдана исключительная лицензия, затрагивает права лицензиата, полученные им на основании лицензионного договора, лицензиат может наряду с другими способами защиты защищать свои права способами, предусмотренными статьями 1250 и 1252 настоящего Кодекса.

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В соответствии с пунктом 79 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 23 апреля 2019 года «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 10) при применении статьи 1254 ГК РФ необходимо учитывать, что она не предоставляет лицензиатам - обладателям простой (неисключительной) лицензии право защищать свои права способами, предусмотренными статьями 1250 и 1252 ГК РФ. Таким правом на основании этой статьи Гражданского кодекса Российской Федерации обладают только лицензиаты - обладатели исключительной лицензии. Основанием предъявления лицензиатом требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права является нарушение полученных на основании лицензионного договора прав самого лицензиата, а не правообладателя. С учетом этого лицензиаты - обладатели исключительной лицензии могут защищать права способами, предусмотренными статьями 1250 и 1252 ГК РФ, лишь в случае, если допущенным нарушением затронуты предоставленные им правомочия по использованию результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

В обоснование заявленных требований истец указал, что обнаружил публикации объявлений с предложениями к продаже единицы техники, размещенные в мобильном мессенджере Telegram «Прицепная техника» (МЕГА ДРАЙВ Маркетплейс) по следующей ссылке: https://t.me/megadriveru/59685/.

Соответствующие публикации осуществлялись ответчиком в указанном публичном источнике 30 октября и 16 ноября 2023 года. Указанное профильное сообщество (публичный канал, группа) является открытым для присоединения любых пользователей и специализируется на реализации прицепной техники различных марок, габаритов, характеристик и производителей, по сути, представляя собой конкретный канал информирования, рекламы и продаж соответствующих товаров (единиц техники). Численность членов указанного сообщества - 11 675 пользователей.

В каждом из вышеуказанных публичных объявлений с предложениями к продаже единицы техники правообладателя (марки KOGEL) содержатся: наименование реализуемой единицы техники правообладателя; год выпуска (2023 г.); два фотографических изображения реализуемой единицы техники; технические характеристики; стоимость реализации; место нахождения реализуемой единицы техники; контактные данные продавца.

В каждом объявлении указана стоимость реализации соответствующей единицы техники правообладателя - 7 000 000 руб.

В обоих указанных объявлениях к продаже предлагается шторный полуприцеп Kogel S24 2023 года выпуска.

Кроме того, по результатам обращения к лицу, осуществившему вышеуказанные публикации, ответчиком был представлен истцу файл коммерческого предложения от 21.11.2023 о готовности реализации им соответствующей единицы техники правообладателя (шторный полуприцеп Kogel S24 2023 года выпуска), в котором также было указано, что такая единица техники имеется у него в наличии.

Как в рассматриваемых объявлениях, так и в коммерческом предложении ответчика, присутствуют факты многочисленных и повсеместных использований обоих товарных знаков правообладателя, а также сходного с ними до степени смешения словесного обозначения «Kogel» (в текстовой части объявлений и коммерческого предложения многократно, на фотографических изображениях техники в объявлениях).

Вместе с тем, ни сам правообладатель, ни истец, не давали ответчику согласия в какой-либо допустимой законом форме (да и в любой форме в принципе) на использование обоих товарных знаков и/или сходных с ними до степени смешения словесных и иных обозначений в рамках осуществления предпринимательской деятельности по информированию, рекламе, публикациям предложений к продаже и самой реализации продукции (техники), производимой правообладателем, в любых виде, формате и количестве где бы то ни было на территории РФ, в том числе и в сети «Интернет».

Кроме того, ни самого правообладателя, ни истца, с ответчиком не связывают и никогда не связывали какие-либо договорные отношения (партнерские, дилерские, лицензионные, дистрибьюторские и т.п.) в отношении вышеуказанных действий и/или деятельности.

Ни одна единица товара 2023 года выпуска, производимого правообладателем, не отгружалась в пользу ответчика ни правообладателем, ни истцом, ни уполномоченными официальными дилерами.

Таким образом, ответчик в публичном порядке в свободном и неограниченном доступе для любых третьих лиц (пользователей сети «Интернет» и потенциальных покупателей товаров правообладателя) неоднократно использует оба товарных знака правообладателя (словесный и комбинированный), а также сходное с ними до степени смешения словесное обозначение «Kogel», для целей привлечения, информирования, рекламы, предложений к продажам и реализации продукции правообладателя, то есть, для аналогичных целей, для которых товарные знаки зарегистрированы в конкретных классах МКТУ.

Иными словами - осуществляет предпринимательскую деятельность на территории РФ по реализации продукции марки KOGEL (полуприцепы) с использованием товарных знаков правообладателя и выдачей такой деятельности за правомерную (что абсолютно не соответствует действительности), в отсутствие согласия (разрешения) правообладателя или истца (как исключительного лицензиата правообладателя на территории РФ) на осуществление такой деятельности и любое использование товарных знаков в принципе.

Указанная неправомерная деятельность ответчика осуществляется им на том же товарном рынке РФ, что и деятельность истца, и напрямую с ней конкурирует (является аналогичной).

В подтверждение данных обстоятельств истец представил в материалы дела распечатку коммерческого предложения ответчика от 21.11.2023, скриншоты от 22 ноября 2023 года.

В соответствии с пунктом 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 10) при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет». Допустимыми доказательствами являются в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 ГПК РФ, статья 71 АПК РФ).

Факт предложения к продаже спорных товаров ответчиком не оспаривается.

В соответствии с частью 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающие представленные возражения относительно существа заявленных требований.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. Предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации способы защиты интеллектуальных прав могут применяться по требованию правообладателей.

Отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав.

Согласно п. 3 ст. 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В пункте 162 постановления № 10 разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара. Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

В соответствии с Руководством по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденным приказом директора ФИПС от 20 января 2020 года № 12 (далее – Руководство), вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг. Оценка сходства обозначений производится на основе общего впечатления. При этом формирование общего впечатления может происходить под воздействием любых особенностей обозначений, в том числе доминирующих словесных или графических элементов, их композиционного и цветового решения. В зависимости от конкретных обстоятельств каждый из факторов или их совокупность могут оказать влияние на вывод о наличии угрозы смешения сравниваемых товарных знаков (обозначений). Например, степень визуального сходства может иметь больший вес в связи с товарами, которые изучаются визуально, в то время как степень фонетического сходства может быть более значимой применительно к товарам и услугам, обычно заказываемым устно. В случае если обозначения выполнены в оригинальной графической манере, сходство будет ослаблено. При этом необходимо учитывать, что выполнение словесного обозначения в оригинальной графической манере может привести к утрате этим обозначением словесного характера, в связи с чем его экспертиза должна проводиться с учетом требований, предъявляемых к изобразительным обозначениям.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками следует руководствоваться не только положениями ст. ст. 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 года № 482 (далее - Правила № 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в постановлении № 10.

В соответствии с пунктом 41 Правил № 482 обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 настоящих Правил.

В соответствии с пунктом 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Товарный знак KOGEL по международной регистрации № 783420 является словесным, выполнен черным цветом стандартным шрифтом, заглавными буквами немецкого языка.

Товарный знак по международной регистрации № 869078 является комбинированным, словесный элемент выполнен в красном цвете стандартным шрифтом, заглавными буквами немецкого языка.

Семантическое значение - компания названа по фамилии ее основателя Франца Кёгеля.

Как следует из материалов дела, используемое ответчиком обозначение «KOGEL» полностью тождественно товарным знакам истца в части словесного элемента.

Спорное обозначение используется ответчиком в отношении однородных товаров, а именно сооружения передвижные металлические, контейнеры металлические для хранения и транспортировки (класс 06 МКТУ); транспортные средства (класс 12 МКТУ); контейнеры неметаллические для хранения или транспортировки (класс 20 МКТУ).

Незначительные графические отличия не влияют на вывод о сходстве сравниваемых обозначений в целом. Напротив, исполнение словесного элемента буквами одного алфавита усиливает установленное выше фонетическое и семантическое сходство.

Суд на основании критериев, перечисленных в Правилах № 482, признает сходными до степени смешения спорные обозначения с товарными знаками истца, поскольку данные обозначения способны вызвать у потребителя ассоциации о принадлежности данных товаров истцу.

Ссылки ответчика в отзыве на исковое заявление на нормы таможенного законодательства являются неотносимыми и не соответствуют предмету настоящего спора.

Гражданским законодательством право истца на защиту нарушенного исключительного права не поставлено в зависимость от того, проинформировал ли он иных лиц о принадлежности ему этого исключительного права и внес ли сведения о принадлежащем ему товарном знаке в Таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности.

Принадлежность лицу исключительного права, которое по своей правовой природе является абсолютным правом, обуславливает возникновение у иных лиц обязанности воздержаться от нарушения такого права.

Исключительное право на товарный знак возникает не с момента внесения такого объекта в таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности.

Ответчик, ссылаясь на положения статьи 1487 ГК РФ, в отзыве на исковое заявление указал, что приобрел спорный товар бывшим в употреблении. 26 сентября 2023 года между ООО «ТЕХИНКОМ-КТ» (покупателем) и ООО ТД «МС Групп» (продавцом) заключен договор купли продажи (поставки) № 13-2609/2023 шторного полуприцепа Kogel S24, 2023 г. Последующая продажа товара осуществлялась ООО «Коммерческая техника - Ритейл» на основании заключенного с ООО «ТЕХИНКОМ-КТ» договора комиссии № 0104К/23 на совершение сделок по продаже товара от 03 апреля 2023 года.

В силу пункта 1 статьи 990 ГК РФ по договору комиссии одна сторона (комиссионер) обязуется по поручению другой стороны (комитента) за вознаграждение совершить одну или несколько сделок от своего имени, но за счет комитента. По сделке, совершенной комиссионером с третьим лицом, приобретает права и становится обязанным комиссионер, хотя бы комитент и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки. Таким образом, по смыслу вышеуказанной нормы именно ответчик ввел в гражданский оборот товар с признаками контрафактности.

Согласно статье 1487 ГК РФ, не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Таких доказательств в материалы дела ответчиком не представлено.

Более того, каких-либо приложений к договору комиссии ответчиком не представлено, как и предусмотренных положениями договора комиссии накладных по форме ТОРГ-12, на основании которых товар передается комитентом комиссионеру.

Деятельность ответчика является предпринимательской и осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих. Следовательно, он подлежит привлечению к ответственности за нарушение исключительных прав и при отсутствии его вины. Более того, действия лица по реализации контрафактных товаров образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих товаров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего. Материалами дела подтверждено, что товар введен в гражданский оборот с нарушением закона, является контрафактным.

Также следует принять во внимание, что с момента принятия Приказа Минпромторга России от 19.04.2022 № 1532 и далее во всех его редакциях, а также в редакции заместившего его Приказа Минпромторга России от 21.07.2023 № 2701, действующего в настоящий момент (Приказы об утверждении перечня товаров и их производителей, в отношении которых допускается параллельный импорт), ни сам правообладатель (производитель), ни его товарные знаки, ни производимая им техника в них не внесены.

Ссылки ответчика на разъяснения о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака, содержащиеся в пункте 38 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, также являются неотносимыми и не соответствуют предмету настоящего спора.

Ссылка ответчика на иную судебную практику (дело № А40-179738/23) не может быть принята судом во внимание, поскольку обстоятельства, установленные по данному делу, согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), не являются преюдициальными при рассмотрении настоящего дела, по указанным делам имели место иные фактические обстоятельства, не связанные с фактическими обстоятельствами, установленными судом при рассмотрении настоящего дела.

Истец просит суд обязать ответчика удалить все публикации объявлений о продаже шторного полуприцепа Kogel S24 2023 года выпуска, размещенных в профильном сообществе (публичном канале, группе) «Прицепная техника» «МЕГА ДРАЙВ Маркетплейс» в мобильном мессенджере Telegram по ссылке: https://t.me/megadriveru/59685.

В соответствии с пунктом 57 постановления № 10 в случае нарушения исключительного права правообладатель вправе осуществлять защиту нарушенного права любым из способов, перечисленных в статье 12 и пункте 1 статьи 1252 ГК РФ, в том числе путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих исключительное право, в частности о запрете конкретному исполнителю исполнять те или иные произведения. Требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, в силу подпункта 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ может быть предъявлено не только к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, но и к иным лицам, которые могут пресечь такие действия. Такое требование может быть удовлетворено только в том случае, если противоправное поведение конкретного лица еще не завершено или имеется угроза нарушения права. Так, не подлежит удовлетворению требование о запрете предложения к продаже или о запрете продажи контрафактного товара, если такой принадлежавший ответчику товар им уже продан. Требования об общем запрете конкретному лицу на будущее использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (например, о запрете размещения информации в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе сети «Интернет») также не подлежат удовлетворению. Такой запрет установлен непосредственно законом (абзац третий пункта 1 статьи 1229 ГК РФ).

То обстоятельство, что нарушение является длящимся, предложение к продаже не удалено, подтверждается представленными истцом скриншотами от 03 июля 2024 года.

Поскольку ответчик не представил доказательств прекращения нарушения исключительных прав истца путем предложения к продаже продукции с использованием спорного обозначения, суд признает неимущественное требование истца подлежащим удовлетворению.

Согласно части 1 статьи 174 АПК РФ, при принятии решения, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные со взысканием денежных средств или с передачей имущества, арбитражный суд в резолютивной части решения указывает лицо, обязанное совершить эти действия, а также место и срок их совершения.

Руководствуясь частью 1 статьи 174 АПК РФ, суд устанавливает срок для удаления ответчиком публикаций объявления о продаже спорного товара - 1 неделя с даты вступления решения суда в законную силу.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак в размере 1 000 000 руб. на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ,

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В силу подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В силу пункта 59 постановления № 10 в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

В соответствии с пунктом 61 постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

В обоснование заявленного размера компенсации истец указал, что ответчиком допущено 6 фактов нарушения исключительных прав правообладателя в отношении двух товарных знаков по международным регистрациям №№ 783420, 869078: 2 публикации объявлений в сообществе в мобильном мессенджере Telegram + 1 файл коммерческого предложения = 3. Нарушения допущены в отношении каждого из двух товарных знаков, соответственно 3*2 = 6 фактов нарушений. Стоимость реализации единицы техники правообладателя в спорных объявлениях и в коммерческом предложении указана в размере 7 000 000 руб. В рамках имеющегося спора речь идет о дорогостоящей немецкой технике (прицепы и полуприцепы) 2023 года выпуска, каждая единица которой по состоянию на дату подачи искового заявления (февраль 2024 года) реализуется на соответствующем товарном рынке РФ по цене не менее 6 000 000 руб. Истец, принимая во внимание: минимальную цену реализации ответчиком единицы техники правообладателя с неправомерным использованием товарных знаков в размере 7 000 000 руб.; общее количество фактов нарушений исключительных прав в отношении двух товарных знаков; длительность нарушений, многократность, явность и грубость; высокую стоимость каждой единицы техники правообладателя на соответствующем товарном рынке РФ в принципе, применил заявленную ответчиком в спорных объявлениях и коммерческом предложении стоимость реализации 1 единицы техники правообладателя в размере 7 000 000 руб. в качестве ориентира для заявления компенсации в размере 1 000 000 руб. (пп. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ) за все указанные в исковом заявлении имевшиеся и имеющиеся до сих пор факты нарушений в отношении двух товарных знаков в совокупности, при этом полагая такую сумму компенсации минимальной с учетом всех обстоятельств указанных нарушений.

В соответствии с пунктом 62 постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ). Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Предоставленная суду возможность снизить размер компенсации в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом, то есть по существу, на реализацию требований части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Степень соразмерности заявленной истцом компенсации последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из обстоятельств конкретного дела. Целью компенсации является возмещение заявителю действительных неблагоприятных последствий нарушения, восстановление имущественного положения пострадавшей стороны, а не наказание ответчика.

Суд считает, что заявленная истцом сумма компенсация является чрезмерной. Суд учитывает, что ранее ответчик не допускал нарушения исключительных прав истца на товарный знак, а также то обстоятельство, что в ходе судебного разбирательства истец заявил, что компенсация не может быть снижена ниже указанной в приложенном к исковому заявлению лицензионном договоре. Как установлено судом, данным лицензионным договором на предоставление права использования спорных товарных знаков по международным регистрациям №№ 783420, 869078 предусмотрена выплата лицензионного вознаграждения в общем расчете 3 000 евро за каждое поставленное транспортное средство. Курс евро, установленный Центральным банком Российской Федерации с 03 июля 2024 года, составил 93,6950. Соответственно, за 1 транспортное средство лицензионное вознаграждение составило бы 281 874 руб. 60 коп.

В связи с чем приходит к выводу о необходимости снижения компенсации до общей суммы 300 000 руб.

Суд считает, что указанная сумма компенсации является соразмерной допущенному правонарушению, разумной, компенсация не должна носить карательный характер без учета всех обстоятельств.

Расходы истца по уплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ возлагаются на ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь ст. ст. 106, 110, 123, 156, 167 - 170, 176 АПК РФ,



Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Обязать ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «КОММЕРЧЕСКАЯ ТЕХНИКА-РИТЕЙЛ» в течение 1 недели с даты вступления решения суда в законную силу удалить все публикации объявлений о продаже шторного полуприцепа Kogel S24 2023 года выпуска, размещенных в профильном сообществе (публичном канале, группе) «Прицепная техника» «МЕГА ДРАЙВ Маркетплейс» в мобильном мессенджере Telegram по ссылке: https://t.me/megadriveru/59685.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «КОММЕРЧЕСКАЯ ТЕХНИКА-РИТЕЙЛ» в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «КОГЕЛЬ ТРЕЙЛЕР РУ» компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки по международным регистрациям №№ 783420, 869078 в общем размере 300 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 12 900 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья: О. В. Козленкова