Постановление от 27 апреля 2025 г. по делу № А40-43149/2024

ПОСТАНОВЛЕНИЕ


Москва

28.04.2025                                                                                               Дело № А40-43149/24


Резолютивная часть постановления оглашена 22 апреля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 апреля 2025 года.


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Зеньковой Е.Л., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 21.04.2025;

от акционерного общества «Центральное конструкторское бюро машиностроения» – ФИО3 по доверенности от 25.2024;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2025

по заявлению о включении требований ФИО1 в реестр требований кредиторов должника

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Национальная Контрактная Корпорация»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 26.02.2025 общество с ограниченной ответственностью «Национальная Контрактная Корпорация» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 5 200 000 руб., которое определением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2024 было удовлетворено.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2025 определение Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2024 было изменено в части установления очередности удовлетворения спорных требований, которые в заявленном размере были признаны подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель акционерного общества «Центральное конструкторское бюро машиностроения» просил суд обжалуемое постановление оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В силу статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При этом, необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Исходя из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 17.12.2024 № 40), при применении положений статей 71 и 100 Закона о банкротстве арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом с учетом возражений против указанных требований, заявленных арбитражным управляющим, другими кредиторами или другими лицами, участвующими в деле о банкротстве.

Признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования, само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При рассмотрении обособленного спора суд с учетом поступивших возражений проверяет требование кредитора на предмет мнимости или предоставления компенсационного финансирования.

При осуществлении такой проверки суды вправе использовать предоставленные уполномоченным и другими органами данные информационных и аналитических ресурсов, а также сформированные на их основе структурированные выписки.

Если после проверки на предмет мнимости действительность долга не вызывает сомнений (например, установлен факт передачи или перечисления денежных средств, передачи товара, выполнения работ, оказания услуг; задолженность подтверждена установленным законом документом), суд, рассматривающий дело о банкротстве, не исследует дополнительные обстоятельства, связанные с предшествующим заключению сделки уровнем дохода кредитора, с законностью приобретения переданных должнику средств, с последующей судьбой полученного должником по сделке имущества, с отражением поступления имущества в отчетности должника и т.д.

В настоящем случае, судами установлено, что публичное акционерное общество «Совкомбанк» (далее – банк) (гарант) 17.01.2022 выдало должнику (принципалу) банковскую гарантию № 2093466 в пределах 59 829 192,53 руб. в случае ненадлежащего исполнения принципалом своих обязательств по договору поставки от 15.01.2020 № 100-10-05/35418, заключенному им с публичным акционерным обществом «Приаргунское производственное горно-химическое объединение» (бенефициаром).

В обеспечение названного обязательства должника банк кредитор, гарант) заключили с ФИО1 (поручителем) договор поручительства от 17.01.2022 № 2093466/2, в соответствии с условиями которого поручитель обязался в полном объеме отвечать перед банком солидарно с должником (клиентом) за исполнение последним всех обязательств, которые возникнут в будущем, в том числе обязательств по возмещению любых платежей, неустоек, штрафов, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов по взысканию долга и иных убытков банка, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением клиентом своих обязательств по договору банковской гарантии от 14.01.2022 № 2093466 (пункт 1.2 договора поручительства).

В связи с тем что в период действия банковской гарантии банк осуществил выплату в пользу бенефициара, ФИО1 в добровольном порядке исполнил обязанности по договору поручительства, произвел за должника погашение требования основного кредитора (банка) в размере 5 200 000 руб., в подтверждение чего были представлены копии платежных поручений от 29.01.2024, от 28.02.2024, от 27.03.2024 и от 15.04.2024.

При таких обстоятельствах, ФИО1 обратился в суд с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что требования ФИО1 являются обоснованными и документально подтвержденными.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что выводы суда первой инстанции и суда апелляционной инстанции о факте наличия спорной задолженности, основаниям ее возникновения и размере доводами кассационной жалобы не опровергаются, как следствие, правовых оснований для их проверки в указанной части у суда округа не имеется.

Между тем, суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции в части установления очередности удовлетворения требований ФИО1 в связи со следующим.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о банкротстве через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом, согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

В настоящем случае, отметил суд апелляционной инстанции, участником должника в настоящее время является ФИО5, до 17.05.2022 ими являлись ФИО1 и ФИО5, а до 2020 года владельцем 75 % уставного капитала была ФИО6

Несмотря на то, что ФИО1 вышел из состава участников должника, он продолжал оставаться лицом, которое руководило операционной деятельностью должника, взаимодействовало с контрагентами, давало указание в должности исполнительного директора должника, что, в том числе, подтверждается и данными, установленными временным управляющим должника и отраженными в проведенном им финансовом анализе деятельности должника.

Судом также установлено, что должник, общества с ограниченной ответственностью  «Фининвест» и «Центркомплект» зарегистрированы по одному адресу.

Учредителями «Центркомплект» является ФИО6, а его генеральным директором – ФИО1

В свою очередь, ФИО6 (75 %) и общество «Фининвест» (25%) являются учредителями общества с ограниченной ответственностью «Территория права», лицом, имеющим право действовать без доверенности от общества «Фининвест», также является ФИО6

В соответствии с правовым подходом, приведенным Верховным Судом Российской Федерации в определении от 08.06.2020 № 307-ЭС16-7958, группа компаний может вести совместную деятельность без ее юридического оформления, в том числе если компании объединены родственными связями учредителей или руководителей.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному и обоснованному им выводу о том, что должник и ФИО1 являются аффилированными лицами.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2), действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Кроме того, тот факт, что заинтересованное по отношению к должнику лицо является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

При этом, согласно правовой позиции, приведенной в пункте 3.3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзора судебной практики), разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского кодекса  Российской Федерации (далее – ГК РФ) является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ) и т.п.).

Поэтому, в случае признания подобного финансирования компенсационным, вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

При этом, контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции невостребования задолженности по договорам займа и/или их расторжения, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Между тем на основании самостоятельно проведенного им анализа финансово-хозяйственной деятельности должника, бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2023, судом апелляционной инстанции установлено, что видно, что на момент произведения спорных платежей с января по апрель 2024 года должник уже находился в состоянии имущественного кризиса, поскольку  была не в состоянии стабильно оплачивать текущие счета, платежеспособность уже была низкая.

Данные обстоятельства, по мнению суда апелляционной инстанции,  подтверждают нахождение должника в ситуации имущественного кризиса на момент возникновения задолженности должника перед кредитором.

Таким образом, констатировал суд, оплата ФИО1 четырех платежей за должника с января по апрель 2024 года на общую сумму 5 200 000 руб., произведена в условиях неплатежеспособности должника аффилированным лицом.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 3.4 Обзора судебной практики, неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

В соответствии с абзацем 8 подпункта 3.1 пункта 3 Обзора судебной практики, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, а также вышеприведенные нормы права, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному и обоснованному им выводу о том, что спорное требование ФИО1 подлежит субординированию по отношению к требованиям независимых кредиторов.

Нарушения суда первой инстанции были устранены судом апелляционной инстанции.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы суда, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судом правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия учитывает, что выводы суда апелляционной инстанции о том, что поскольку сам должник не обращался с просьбой или распоряжением к ФИО1 произвести спорные платежи в период с января по апрель 2024 года, указанные действия, предпринятые последним  самостоятельно и по собственной инициативе применительно к положениям статьи 313 ГК РФ, должны быть квалифицированы как использование преимуществ своего положения для выведения одной стороны - должника - из состояния имущественного кризиса, доводами кассационной жалобы не опровергаются.

Более того, представитель заявителя кассационной жалобы не опровергал в судебном заседании и те доводы конкурсного управляющего должника, что должник был лишен возможности самостоятельно погасить имеющуюся перед банком задолженность в связи с наложением арестов на его счета в финансово-кредитных организациях в рамках исполнительного производства, возбужденного в отношении должника в связи с необходимостью принудительного исполнения вступившего в законную силу решения Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2023 по делу № А40-252535/2022, которым с должника в пользу заявителя по настоящему делу о банкротстве (общества с ограниченной ответственностью «Территория права» были взысканы задолженность по договору на оказании юридических услуг от 18.03.2022 и судебные расходы по уплате  государственной пошлины.

Между тем, руководитель организации, доведший ее до состояния, не позволяющего удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, не вправе рассчитывать на удовлетворение своих требований наряду с независимыми кредиторами.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2025 по делу № А40-43149/24 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий-судья                                                  Н.Н. Тарасов


Судьи:                                                                                              Е.Л. Зенькова


                                                                                                          В.З. Уддина