Решение от 2 марта 2020 г. по делу № А50-1976/2019

Арбитражный суд Пермского края Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

дело № А50-1976/2019 02 марта 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 18 февраля 2020 года Решение в полном объеме изготовлено 02 марта 2020 года

Арбитражный суд в составе судьи Ю.Т. Султановой

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи А.С. Стерховой

рассмотрел исковое заявление Общества с ограниченной ответственностью «ПЛАНТЕР» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 614032 <...>)

к ответчику - индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>, 614534, Пермский край, <...>)

- о взыскании с ответчика в пользу истца суммы неотработанного аванса в размере 566 084 руб.;

- неустойки в размере 313 059, 60 руб.;

- расходов на оплату услуг ООО «Бизнес Эксперт» по договору возмездного оказания услуг в размере 20 000 руб.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора,

Некоммерческая организация Консалтинга «Эксперт-Гарант» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 614000, <...>) (далее-третье лицо).

В судебном заседании принимал участие от истца - Ситников Константин Николаевич, директор (л.д. 68), Максимовских Наталья Александровна, доверенность, от ответчика - Лобас Альбина Федоровна, доверенность 59АА 1975862 от 09 марта 2016 года (л.д. 94 том 1), от третьего лица - Сурсяков Сергей Леонидович, директор.

Общество с ограниченной ответственностью «ПЛАНТЕР» (далее- истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее- ответчик) о взыскании задолженности в размере 584 768, 40 руб., неустойки в размере 381 441, 86 руб.

Определением арбитражного суда от 01 февраля 2019 года исковое заявление принято к рассмотрению, проведение предварительного судебного заседания назначено на 26 марта 2019 года.

Определением арбитражного суда от 26 марта 2019 года к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмет спора, привлечена Некоммерческая организация Консалтинга «Эксперт-Гарант» (л.д. 77-79 том 3).

Определением арбитражного суда от 26 марта 2019 года рассмотрение дела началось с самого начала, проведение предварительного судебного заседания назначено на 17 апреля 2019 года (л.д. 77-78 том 3).

Определением арбитражного суда от 17 апреля 2019 года подготовка дела к судебному разбирательству окончена, проведение судебного разбирательства назначено на 13 мая 2019 года (л.д. 80-82 том 3).

Определением арбитражного суда от 13 мая 2019 года проведение судебного разбирательства отложено по ходатайству ответчика на срок до 23 мая 2019 года (л.д. 132 том 3).

Определением арбитражного суда от 23 мая 2019 года проведение судебного разбирательства отложено по инициативе суда на срок до 24 мая 2019 года на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 17 том 4).

Определением арбитражного суда от 24 мая 2019 года проведение судебного разбирательства отложено по ходатайству сторон на срок до 17 июля 2019 года для возможности сторонам обоснованно возражать, в том числе, после опроса свидетеля.

Определением арбитражного суда проведение судебного разбирательства отложено на срок до 07 августа 2019 года на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 148, 151 том 4).

Определением арбитражного суда проведение судебного разбирательства отложено на срок до 14 августа 2019 года, на срок до 15 августа 2019 года по инициативе суда для возможности лицам,

участвующим в деле, обоснованно возражать на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 39, 49 том 5).

Определением арбитражного суда от 15 августа 2019 года проведение судебного разбирательства отложено на срок до 21 августа 2020 года по ходатайству ответчика на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 60 том 5).

Определением арбитражного суда от 14 августа 2019 года по ходатайству ответчика (л.д. 61-63 том 5) проведение судебного разбирательства отложено на срок до 21 августа 2019 года на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с ходатайством истца о назначении строительно-технической экспертизы (л.д. 39 том 5).

Определением арбитражного суда от 21 августа 2019 года производство по делу приостановлено, в связи с назначением строительно- технической экспертизы по ходатайству истца (л.д. 61-65, 110 том 5). Проведение экспертизы поручено АНО «Экспертное Агентство «Урал», экспертам ФИО6, ФИО7. Срок для представления в материалы дела экспертного заключения установлен до 30 сентября 2019 года (л.д. 112-119 том 5).

Определением арбитражного суда от 19 ноября 2019 года проведение судебного разбирательства возобновлено (л.д. 10 том 6).

Определением арбитражного суда от 19 ноября 2019 года по ходатайству ответчика о вызове в судебное заседание эксперта проведение судебного разбирательства отложено на срок до 10 декабря 2019 года, на срок до 15 января 2020 года на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 11-13 том 6).

Определением арбитражного суда от 15 января 2020 года после опроса эксперта по инициативе суда проведение судебного разбирательства отложено на срок до 24 января 2020 года для возможности лицам, участвующим в деле, обоснованно выступить на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 50 том 6).

До принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение спора по существу, истец заявил ходатайство об уточнении иска в части неустойки (л.д. 08 том 6). Ходатайство рассмотрено арбитражным судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и удовлетворено (протокол судебного заседания, л.д. 10 том 6).

Предмет иска - о взыскании с ответчика в пользу истца суммы неотработанного аванса в размере 566 084 руб., неустойки в размере 313 059, 60 руб., расходов на оплату судебной экспертизы, расходов на оплату услуг ООО «Бизнес Эксперт» по договору возмездного оказания услуг в размере 20 000 руб.

В судебном заседании 24 января 2020 года объявлен перерыв на срок до 25 января 2020 года (протокол судебного заседания).

Определением арбитражного суда от 25 января 2020 года проведение судебного разбирательства отложено на срок до 17 февраля 2020 года по инициативе суда на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для возможности сторонам обоснованно выступить (л.д. 62 том 6).

Определением арбитражного суда 17 февраля 2020 года проведение судебного разбирательства отложено на срок до 18 февраля 2020 года (протокол судебного заседания).

Ответчик представил в материалы дела письменный отзыв на иск, просит в удовлетворении иска отказать (д.д. 92 том 1, л.д. 37-38 том 5).

Третье лицо также представило в материалы дела письменный отзыв на иск, поддерживает доводы ответчика (л.д. 133-135 том 3, л.д. 32-33 том 5). Арбитражным судом установлено.

В качестве правового обоснования иска истец указал статьи 10, 307, 309, 310, пункт 1 статьи 450.1, пункты 1. 2 статьи 715, пункты 3, 4 статьи 453, пункт 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации. Истец также отметил Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 24 января 2000 года № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», Информационное письмо Президиума ВАС № 104 от 21 декабря 2005 года «Обзор практики применения арбитражными судами ном ГК РФ о некоторых основаниях прекращения обязательств».

В качестве фактических обстоятельств истец отметил то, что 05 июля 2018 года между истцом (генподрядчиком) и ответчиком (субподрядчиком) заключен договор подряда (л.д. 20-25 том 1).

По условиям договора подряда истец (субподрядчик) принял на себя обязательства выполнить строительные работы. Объект работ - строительство поселковой дороги в районе поселка Горный Пермского района, Пермского края, Двуреченское сельское поселение (пункт 1.1 договора).

Срок начала выполнения работ установлен 10 августа 2018 года, срок окончания - 05 июля 2018 года (пункт 3.1 договора) (л.д. 21 том 1).

Содержание, объем строительных работ, подлежащих выполнению, стороны согласовали в приложении № 3 к договору.

Цена работ установлена путем составления локального ресурсного сметного расчета № 1 в размере 4 651 724, 00 руб. (приложение № 3 договора). По условиям договора определен порядок приемки выполненных работ (пункты 5.2. 5.2 договора).

Истец (генподрядчик) ссылается на то, что ответчик (субподрядчик) выполнил работы частично, не исполнил принятые на себя обязательства полностью, не вызвал генподрядчика на приемку выполненных работ (пункты 3.1, 5.1).

Истец ссылается на то, что ответчик прекратил выполнение работы на объекте с 20 июня 2018 года в одностороннем порядке без объяснения причин. Истец ссылается на недобросовестное поведение ответчика, на уклонение ответчика от действий, связанных с предложением

о прекращении правоотношений сторон и определения объемов фактически выполненных работ до момента прекращения. Для целей определения объемов фактически выполненных работ на объекте истец вызвал ответчика на объект строительных работ по договору, о чем направил письмо от 24 июля 2018 года путем электронного направления соответствующего документа по известному адресу (л.д. 47-49 том 1) (Раздел 10 договора).

Истец также предложил ответчику расторгнуть договор на взаимоприемлемых условиях, предложил оплатить фактически выполненные работы, стоимость которых, составила 815 231, 60 руб. по состоянию на 20 июля 2018 года (акт формы № КС-2, л.д. 50-53). При этом по расчету истца стоимость невыполненных работ по договору составила 3 836 492, 40 руб.

В связи с тем, что ответчик не вернул истцу денежные средства, выплаченные ранее до момента выполнения работ, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском, рассчитав, при этом, неустойку на основании пункта 6.2 договора.

До момента обращения в суд с настоящим иском истец направил ответчику претензию от 31 октября 2018 года, исх. № 01-ю, заявив при этом односторонний отказ от исполнения договора (л.д. 14-19 том 1).

Возражая по иску, ответчик отметил то, что после получения от истца денежных средств в размере 1 400 000, 00 руб. (платежное поручение № 4 от 06 июля 2018 года) приступил к выполнению работ. Вместе с тем, в конце июля 2018 года истец не допустил ответчика на объект строительства, пояснив то, что выполнит оставшуюся часть работ собственными силами.

Ответчик отметил то, что спор между сторонами связан не с отказом ответчика от выполнения работ, а с отказом ответчика выполнить работы из материалов истца, стоимость которых, значительно превышала стоимость материалов, закупленных ответчиком для целей выполнения строительных работ (договор поставки № 22 от 02 июля 2018 года).

Названное выше обстоятельство, в том числе, подтверждено свидетельскими показаниями (судебное заседание от 24 мая 2019 года). При этом по условиям договора стороны согласовали выполнение работ иждивением ответчика (пункт 1.1). Соответствующие материалы ответчик приобрел для целей выполнения работ по договору. Таким образом, по мнению ответчика, отсутствует вина субподрядчика в завершении выполнения работ по договору, так как, генподрядчик фактически выразил волеизъявление прекратить правоотношения на иных условиях.

По мнению ответчика, истец не оказывал ответчику содействие в выполнении работ по договору (статьи 718, 719 Гражданского кодекса Российской Федерации) (письменный отзыв, л.д. 37-38 том 5).

В дальнейшем, ответчик определил объем, цену фактически выполненных работ, о чем уведомил истца путем направления корреспонденции по известному адресу (л.д. 92). Для целей осуществления строительного контроля на объекте истец привлек третье лицо (исполнителя). Ответчик и третье лицо заключили договор возмездного

оказания услуг по строительному контролю (техническому надзору) на объекте «Строительство поселковой дороги в районе поселка Горный, Пермского района, Пермского края Двуреченского сельского поселения» № 180705-1 от 05 июля 2018 года (л.д. 173 том 2).

Ответчик также представил в материалы дела дополнительные доказательства (л.д. 40-48 том 5).

При этом ответчик отметил то, что при составлении отчетных документов допустил техническую ошибку, которую, исправил и оформил в актах формы № КС-2, № КС-3 от 31 августа 2019 года на сумму 3 013 016, 97 руб. (л.д. 41-48 том 5).

Вместе с тем, по мнению ответчика, допущенные технические ошибки в составлении названных выше документов для целей взаиморасчетов сторон по договору, не могли существенно повлиять на общий объем выполненных работ субподрядчиком, на общую стоимость выполненных работ до момента отказа от исполнения договора со стороны генподрядчика.

То обстоятельство, что в процессе рассмотрения настоящего дела, ответчик учитывал доводы истца, учитывал сведения, которые были указаны на странице 15 журнала выполненных работ (314, 30 тн) - том 2, в акте о приемке выполненных работ на странице 67-70 (312, 50 куб.м.), также существенно не повлияло на содержание документов. При этом ответчик отметил то, что ранее, в актах формы № КС-2, № КС-3 от 10 августа 2018 года ответчик указал стоимость выполненных работ 3 591 708, 28 руб. (письменные пояснения ответчика, л.д. 40 том 5).

Третье лицо поддержало доводы ответчика (письменные пояснения, л.д. 32-33 том 5).

24 мая 2019 года, учитывая доводы возражений лиц, участвующих в деле, в судебном заседании опрошен свидетель.

В обоснование возражений по иску, ответчик и третье лицо ссылаются на отчет по строительному контролю от 27 сентября 2018 года № 180927, в котором, определены объем и качества выполненных работ на объекте за период с 09 июля 2018 года по 25 июля 2018 года (л.д. 96-182 том 1).

Как видно из названного выше отчета, третье лицо провело строительный контроль в период с 09 июля 2018 года по 25 июля 2018 года в светлое время суток, используя, в том числе, натурный осмотр (л.д. 108 том 1).

Исполнитель (третье лицо) выполнил осмотр объекта дорог в районе поселка Горный, Пермского района, Пермского края, сфотографировал объект исследования. Исполнитель применил измерительные приборы и инструменты, в том числе, рулетку измерительную металлическую Р 5УЗП ГОСТ 7502-98, линейку металлическую 500 мм «STAYER», рейку дорожную универсальную РДУ-АНДОР № 2859 (3427-050).

Осмотр объекта строительства проведен с участием истца и ответчика (л.д. 108 том 1). По результатам полученных данных при осмотре дорожной одежды 25 июля 2018 года, при инструментальном контроле (обмере) геометрии дорожного полотна, третье лицо проверило на соответствии

нормативным требованиям СП 34.13330.2012, СП 78.13330.2012. Кроме того, третье лицо выполнило анализ движения спецтехники по доставке материалов (ПГС) на объект. При этом, отметив то, что грузовой автомобиль заказчика оборудован навигационно-связным терминалом на базе CPS, для реализации функций учета и контроля движения в системе на основании регулярного получения данных о местоположении контролируемых автомобилей по сигналам CPS составил отчеты по маршрутам (л.д. 108).

По результатам исследования исполнитель, в том числе, сделал вывод о подтверждении качества применяемых материалов, определил общую толщину устройства дорожного слоя автодороги из ПГС, подтвердил выполнение работ по укладке металлических водопропускных труб. Исполнитель сделал вывод о том, что поперечные профили и их элементы на объекте соответствуют техническому заданию, типовому поперечному профилю.

Исполнитель проверил исполнительную документацию, определил соответствие объема выполненных работ по строительству объекта требованиям нормативных документов, условиям договора, локальному ресурсному сметному расчету.

Исполнитель сделал вывод о том, что вся исполнительная документация соответствует нормативным требованиям РД 11-05-2007 «Порядок ведения общего и (или) специального журнала учета выполнения работ при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов капитального строительства, РД 11-02-2006 «Требования к составу и порядку ведения исполнительной документации при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов капитального строительства.

Исполнитель также отметил то, что на объекте строительства контролировал ведение журнала производства работ, качество используемых материалов, наличие сертификатов качества на поставляемые материально- техническим ресурсам, которые применил ответчик на строительстве объекта, выполнил освидетельствование скрытых работ (л.д. 98-99 том 1, л.д. 01-174 том 2, л.д. 01-75 том 3).

По результатам исследования исполнитель также рассчитал стоимость фактически выполненных работ (л.д. 113 том 1).

Истец не согласен с выводами третьего лица, осуществившего функции технического надзора, ссылается на то, что лица, участвующие в деле, составили лист разногласий по результатам осмотра (л.д. 109-110).

Истец представил в материалы дела письменные пояснения (л.д. 136- 138, 169-172 том 3, л.д. 50-51).

По мнению истца, ответчик не вызвал истца на приемку фактически выполненных работ по договору, истец оспаривает направление ответчиком письма от 27 сентября 2018 года, исх. № 169-09/18, а также односторонних актов формы № КС-2, № КС- 3 от 10 августа 2018 года.

Истец ссылается на то, что не имел возможности проверить фактически выполненные работы по договору.

Кроме того, истец обратил внимание суда на то, что ответчик не доказал обстоятельства, подтверждающие невозможность выполнять работы по договору, в связи с отказом от допуска на объект работ.

Истец ссылается на то, что период выполнения работ по договору, который указал ответчик в актах с 05 июля 2018 года по 10 августа 2018 года. Вместе с тем, фактически ответчик не выполнял работы по договору, начиная с 19 июля 2018 года.

Истец также отметил то, что предложил ответчику расторгнуть договор по согласию сторон, о чем направил претензию 27 июля 2018 года путем электронной почты.

В ответ на соответствующее предложение, ответчик уведомил истца о выполнении работ за период с 05 июля 2018 года по 20 июля 2018 года, указав стоимость фактически выполненных работ на сумму 1 451 838, 42 руб. (л.д. 139-148 том 3). Далее, истец уведомил ответчика об отказе от приемки выполненных работ, направив акт разногласий (л.д. 149-155 том 3). Таким образом, названные выше возражения истец направил ответчику после выполнения третьим лицом осмотра.

Далее, 25 сентября 2018 года истец направляет ответчику акт от 20 июля 2018 года, в котором, указал стоимость фактически выполненных работ по договору в размере 815 231, 60 руб. путем электронной почты по известному адресу (л.д. 156-168 том 3) (дополнительные письменные пояснения, л.д. 136-138 том 3).

Истец не согласен с отчетом третьего лица, ссылается на необоснованность выводов, сделанных в заключении. Так, истец отметил то, что натурный осмотр не выполнен в период с 09 июля 2018 года по 24 июля 2018 года, третье лицо и ответчик также не вызвали истца на соответствующий осмотр. При этом истец отметил то, что натурный осмотр проведен совместно с лицами, участвующими в деле, только 25 июля 2018 года.

По мнению истца, в отчете третьего лица не содержатся сведения относительно методики проведения измерительных работ, нет сведений о составлении схем измерений, не подтверждено применение правил измерения геометрических параметров в соответствии с требованиями ГОСТ 26433.2-94. Система обеспечения точности геометрических параметров в строительстве. Правила выполнения измерений параметров зданий и сооружений (Минстрой от 20 апреля 1995 года, № 18-38).

По мнению истца, из содержания отчета невозможно сделать вывод о фактическом объеме земляных работ. Кроме того, из отчета следует период выполнения работ с 05 июля 2018 года, тогда как, фактический период выполнения до 19 июля 2018 года. В отчете содержатся также сведения о получении ответчиком разногласий истца до 30 августа 2018 года, то есть, до момента фактического уведомления ответчика о наличии соответствующих разногласий. Истец отметил и то, что ответчик направил истцу акты формы № КС-2, № КС-3, которые имели разное содержание,

не являлись действительными, содержали недостоверные сведения (л.д. 172 том 3).

По мнению истца, фактически ответчик выполнил на объекте строительные работы, стоимость которых, составила 819 868, 00 руб.

В обоснование возражений по доводам ответчика и третьего лица истец представил в материалы дела заключение ООО «Бизнес Эксперт», шифр 063- Э/19, полученного по результатам исследования (анализа) сметной документации, первичной учетной документации (заключение, л.д. 18-146 том 4) технической и оценочной экспертизы (л.д. 01-11 том 4, л.д. 61-63, 110 том 5).

По результатам заключения сделан вывод о том, что стоимость работ, исходя из объема работ, выполненных ответчиком по договору подряда от 05 июля 2018 года, составила 819 868, 00 руб., о том, что количество материала, указанного в акте № 1 формы № КС-2 (1 451 838, 42 руб.) не соответствует сведениям из отчета по строительному контролю № 180927 от 27 сентября 2018 года, указанному количеству названного выше материала, в документации, которая является приложением к отчету.

При этом количество материала, учтенного в акте № 1 формы № КС-2 от 10 августа 2018 года, отчетный период с 05 июля 2018 года по 10 августа 2018 года (3 591 708, 28 руб.) соответствует документальным данным отчета по строительному контролю № 180927 от 27 сентября 2018 года, подготовленном третьим лицом (л.д. 56-57 том 4).

Истец заявил ходатайство о назначении комплексной строительно- технической экспертизы (л.д. 152-188 том 4, л.д. 01-31, 110 том 5).

Кроме того, истец представил в материалы дела дополнительные доказательства, связанные с доводами истца о фактическом объеме выполненных работ на объекте работ по договору (л.д. 152-188 том 4), письменные пояснения (л.д. 50-59 том 5).

Возражая по доводам истца, ответчик представил в материалы дела доказательство - таблицу сравнительного анализа по объемам выполненных работ (л.д. 73- 74, 75-109 том 5) - письменные возражения по расчету истца.

Возражая по доводам истца, третье лицо отметило то, что контрольные измерения проведены с участием представителей истца и ответчика, по результатам оформлен документ - Ведомость толщины, ширины, длины дорог и кюветов.

По мнению третьего лица, истец не обосновал причины несогласия с результатами, выполненного совместно лицами, участвующими в деле, измерения.

Третье лицо отметило и то, что фактически истец не допустил ответчика к выполнению работ на объекте строительства, так как, ответчик заявил отказ использовать материал истца, который, в несколько раз превышал стоимость материала, который, ранее приобрел ответчик для целей выполнения строительных работ (письменный отзыв, л.д. 135 том 3).

Учитывая доводы возражений лиц, участвующих в деле, суд назначил экспертизу (л.д. 112-118 том 5), по результатам которой, в материалы дела поступило заключение эксперта № 1509-19 (л.д. 128-188 том 5).

Как видно из заключения, экспертам ФИО6, ФИО7 разъяснены уголовно- правовые последствия за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 131-132 том 5).

Объект экспертизы - поселковая дорога, расположенная на земельном участке с кадастровым номером № 59:32:3480001:1826 в районе поселка Горный, Пермского района, пермского края, Двуреченского сельского поселения (л.д. 136 том 5). Местоположение объекта определено согласно данным Публичной кадастровой карты. Эксперты провели натурный осмотр объекта 24 сентября 2019 года (л.д. 136 том 5), с участием представителей лиц, участвующих в деле, по результатам осмотра оформлен акт осмотра объекта экспертизы (л.д. 137, 170 том 5).

В отчете эксперты указали период фактического выполнения работ по договору, с 06 июля 2018 года по 19 июля 2018 года (л.д. 156 том 5).

Эксперты составили таблицу объемов работ, выполненных ответчиком, по договору подряда от 05 июля 2018 года, определили стоимость выполненных работ, составили локальный ресурсный сметный расчет № 1 (приложение № 2) (л.д. 167-168, 172-180 том 5).

По расчету экспертов стоимость выполненных ответчиком работ по договору подряда от 05 июля 2018 года, заключенного между сторонами по настоящему делу, составила 833 916, 00 руб. (л.д. 164-166 том 5).

По результатам исследования эксперты сделали выводы о том, что объем и стоимость работ, указанных в акте о приемке выполненных работ № 1 от 19 августа 2019 года (отчетный период с 05 июля 2018 года по 10 августа 2018 года) на сумму 2 771 653, 61 руб., подписанном в одностороннем порядке ответчиком, не соответствует условиям договора от 05 июля 2018 года, в том числе, локальному ресурсному сметному расчету (л.д. 167 том 5).

Эксперты также сделали вывод о том, что стоимость выполненных ответчиком работ по договору подряда от 05 июля 2018 года, составляет 833 916, 00 руб. (л.д. 168 том 5).

Истец с заключением эксперта согласен, представил в материалы дела письменные пояснения, с приложение расчета - сравнительный анализ стоимости порученных работ по договору и фактически выполненных работ (л.д. 52-57 том 6).

Ответчик с заключением эксперта не согласен, представил в материалы дела письменные пояснения (л.д. 25-26, 58-61 том 6).

Третье лицо поддерживает ответчика, в материалы дела представлены письменные пояснения (л.д. 15-17 том 6).

По мнению ответчика, третьего лица, выводы экспертов, сделанные в экспертном заключении, не являются обоснованными, являются неполными, так как, эксперты не выполнили инструментальное измерение

путем обмерных работ для целей определения толщины дорожного полотна, примененных материалов при строительстве дороги и придорожных конструкций.

Кроме того, ответчик и третье лицо указали то, что эксперты не обладают специальными познаниями в области дорожного строительства.

По мнению ответчика и третьего лица, эксперты применили к правоотношениям сторон по договору нормативные требования, которые не применимы.

Так, для целей выполнения работ по договору не требовалось выдача разрешения, соответственно, истец не выдал ответчику проектную документацию (л.д. 15-17 том 6).

По мнению ответчика и третьего лица фактически эксперты не выполнили исследование объекта для целей определения объема фактически выполненных работ.

Так, эксперты не имели необходимого оборудования для целей выполнения измерений на объекте исследования.

Ответчик и третье лицо, отметили то, что эксперты не указали способ определения ширины траншеи под трубы, не определили способ для целей определения ПГС под трубами в траншеях, не указали методику расчета по разработанному грунту, не изложили результат осмотра объекта, а именно, фактические сведения об исследуемом объекте.

Ответчик и третье лицо заявили ходатайство о вызове в судебное заседание экспертов для опроса.

После опроса в судебном заседании (л.д. 50 том 6) эксперты представили в материалы дела дополнительные письменные пояснения (л.д. 29-49 том 6). Как видно из материалов дела (дополнительных письменных пояснений), эксперты также предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения на основании статьи 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 28 том 6).

Как видно из содержания письменных дополнительных пояснений экспертов, эксперты дополнительно указали, что выполнили не только натурный осмотр объекта, но и документальное исследование материалов дела.

Эксперты отметили то, что в период эксплуатации дорога подвергается воздействию таких факторов, как нагрузка от транспортных средств, подземные и поверхностные воды, погодные, климатические факторы, хозяйственная деятельность людей в месте прокладки дороги.

Эксперты отметили то, что дорога подверглась вышеперечисленных воздействиям, фактические объемы на период производства экспертизы, могут не соответствовать объемам на момент сдачи работ.

В период строительства поселковой дороги работы выполнены несколькими организациями, в том числе, одной из сторон по настоящему делу. По мнению экспертов, на период производства экспертизы путем натурного осмотра установить и ответить на вопрос о том, кем выполнены работы на объекте, не представляется возможным. Соответственно, эксперты

не выполнили фактические замеры площади, ширины, толщины слоя объекта поселковой дороги на местности, так как, эти сведения не могли являться достоверными и объективными, в том числе, в отсутствии сведений о содержании объекта исследования - дороги (л.д. 32-33 том 6).

Эксперты отметили и то, что в исполнительной схеме к АОСР № 7 от 18 июля 2018 года размеры сечения траншеи не указаны, эксперты использовали сведения о ширине траншеи 03, 00 м и 01,50 м.

По мнению экспертов, так как, ширина траншеи составляет менее 03 метров, что следует из фотографий, эксперты приняли к расчету ширину траншеи 01, 50 м (ширина траншеи для всех дренажных труб принята одинаковая, так как, диаметр укладываемых труб равен 530 мм) (л.д. 38 том 6).

Эксперты отметили и то, что для вывода об отсутствии ПГС под трубами использовали методику, которая, в том числе, учитывала разрез, в сечение которого, попали труба и траншеи (фото, л.д. 39 том 6).

По мнению экспертов, вне зависимости от размера схемы соотношения диаметра трубы и ширины подошвы траншеи Х/У останется неизменным. Таким образом, неизменность пропорциональности размера плоских (двумерных) фигур распространяется и на пространственные (трехмерные) фигуры, в связи с чем, эксперты сделали вывод в отношении ширины траншеи - менее трех метров. При этом эксперты указали то, что на дату осмотра - 24 сентября 2019 года траншеи под трубами засыпаны грунтом - скрытая работа, факт выполнения которой, зафиксирована в исполнительной документации. Таким образом, по мнению экспертов, путем натурного осмотра объем выполненных работ определить невозможно (л.д. 39 том 6).

Эксперты также отметили то, что для целей анализа ширины разработки траншеи использовали сведения из отчета третьего лица, учитывая, в том числе, завершающие работы (засыпку траншеи).

По мнению экспертов, не выполнено основание под трубу из ПГС, что следует из фотоотчета. При этом эксперты отметили то, что определить точный объем подготовительных работ - слоя из ПГС, который, устраивается под водопропускными трубами, потребуется полная откопка труб, что является невозможным.

Эксперты отметили и то, что в непосредственной близости от концов труб выявлен незначительный застой воды, который способствует размыванию слоя из ПГС под концами труб, что препятствует определению точного объема работ.

Соответственно определить объем ПГС, который использовался фактически возможно только на основании исполнительной документации

(л.д. 41-43 том 6).

По мнению экспертов, разработка грунта земляного полотна уже учтена расценкой на устройство кюветов - работы производятся совместно. Дополнительный учет разработки грунта земляного полотна не требуется, так как, приведет к искажению объемов выполненных работ (л.д. 47 том 6).

Правоотношения истца и ответчика по спорному требованию, вытекают из договора строительного подряда (Параграф 3 Глава 37 Гражданского кодекса Российской Федерации)

Согласно статье 740 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей, цену работ. При отсутствии иных указаний в договоре строительного подряда предполагается, что подрядчик обязан выполнить все работы, указанные в технической документации и в смете (часть 1 статьи 743 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К договору строительного подряда применяются положения, предусмотренные параграфом 1 Главы 37 «Подряд», если иное не установлено правилами настоящего Кодекса об этих видах договора. В договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки) (пункт 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Стороны не оспаривают согласование при осуществлении строительства существенных условий сделки.

Согласно статье 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленное данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам, установленным в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд делает вывод о том, что договор подряда расторгнут, в связи с односторонним отказом от исполнения договора со стороны истца. На иное стороны не ссылаются.

Как было указано выше, срок начала выполнения работ по договору определен с 10 августа 2018 года, срок окончания выполнения работ05 июля 2018 года (пункт 3.1 договора) (л.д. 21 том 1).

Как видно из материалов дела, истец ссылается на то, что заявил ответчику отказ от исполнения договора подряда, о чем направил письмо от 31 октября 2018 года, исх. № 01-ю, в том числе, путем электронной почты по известному адресу.

При этом, как было указано выше, истец заявил отказ от исполнения договора подряда, так как, ответчик прекратил выполнение работ на объекте строительства с 20 июля 2018 года без объяснения причин истцу.

Истец ссылается и на то, что до момента отказа от исполнения договора, предложил ответчику расторгнуть договор по согласию сторон (основание иска).

Как было указано выше, ответчик, в том числе, ссылается на то, что стороны по договору фактически прекратили правоотношения по договору подряда, так как, не разрешили условия относительно способа выполнения работы, а именно, условия о выполнении работы или иждивением ответчика или иждивением истца.

При этом ответчик отметил то, что по условиям договора подряда установлено условие о выполнении работ иждивением ответчика, в дальнейшем, стороны не внесли изменения в условия договора по соответствующей части.

Кроме того, ответчик ссылается на то, что до момента названного выше предложения истца приобрел соответствующие материалы для целей выполнения работ. При этом цена, приобретенных ответчиком материалов, являлась намного ниже той цены материалов, которую, предложил истец.

Согласно статье 704 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено договором подряда, работы выполняется иждивением подрядчика - из его материалов, его силами и средствами.

Как видно из условий договора, ответчик (субподрядчик) принимает на себя обязательства выполнить по заданию истца (генподрядчика) своими силами и средствами работы - строительство дороги. Таким образом, по условиям договора, стороны согласовали то, что работа выполняется иждивением ответчика.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам, установленным в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд делает вывод о том, что у ответчика не могла возникнуть обязанность выполнить строительные работы из материалов истца, в том числе, по той цене, которую предложил истец. Стороны не внесли изменения в договор подряда по согласию сторон в порядке, установленном в законе, не расторгли договор по согласию сторон (статья 452 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам, установленным в статье 71 Арбитражного

процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд делает вывод о наличие у ответчика объективных обстоятельств, препятствующих исполнить принятые на себя обязательства в согласованный срок.

Суд также делает вывод о том, что действительная воля истца не была направлена на продолжение правоотношений сторон по договору подряда, учитывая обстоятельства, которые возникли у истца, а именно, предложение о выполнении строительных работ из материалов истца.

Суд установил и то, что при исполнении договора истец фактически не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или существа обязательства, до совершения которых ответчик, не мог исполнить своего обязательства.

Так, истец не проверял ход и качество работы, выполняемой ответчиком, не вмешиваясь в его деятельность, не назначал ответчику разумные сроки для устранения недостатков, в том числе, по качеству примененных материалов.

Таким образом, суд не может сделать вывод о том, что ответчик считается просрочившим, а сроки исполнения обязательств по договору не продлевается на соответствующий период просрочки заказчика (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (пункт 3 статьи 405, пункт 1 статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суд отметил то, что истец фактически допустил неисполнения принятых на себя обязательств по договору, а именно, не допустил ответчика на объект для продолжения строительных работ, так как, ответчик заявил отказ от использования материалов, которые предложил истец по соответствующей цене. Факт предложения ответчику о выполнении работ из материалов истца по договору, истец не оспаривает.

В пункте Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (пункт 3 статьи 307, пункт 4 статьи 450. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, по правилам, установленным в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд не может сделать вывод о том, что причиной невыполнение работ по договору в установленный срок являются обстоятельства, за которые был обязан отвечать ответчик. Иное истец не доказал.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам, установленным в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд делает

вывод о том, что исполнение работы по договору подряда стало невозможным вследствие действий истца.

Арбитражный суд делает вывод о том, что истец при осуществлении права на односторонний отказ от исполнения договора не действовал разумно и добросовестно, учитывал права и законные интересы другой стороны - ответчика (пункт 3 статьи 307, пункт 4 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, арбитражный суд признает ничтожным односторонний отказ от исполнения договора со стороны истца (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного действия истца по одностороннему отказу от исполнения договора по тем основаниям, которые указал при этом истец, являются незаконными (пункт 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, для истца возникли гражданско-правовые последствия в виде расторжения договора подряда, который, как было указано выше, является расторгнутым. На иное стороны не ссылаются.

Прекращение договора подряда не должно приводить к освобождению заказчика от обязанности по оплате выполненных до прекращения договора работ, принятых заказчиком и представляющим для него потребительскую ценность.

Таким образом, прекращение договора подряда порождает необходимость соотнесения взаимных предоставлений сторон по этому договору и определения завершающей обязанности одной стороны в отношении другой (с учетом согласованных сторонами сроков оплаты).

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам, установленным в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд делает вывод о том, что стоимость выполненных ответчиком работ до момента отказа от исполнения договора со стороны истца, не составляет 819 868, 00 руб.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права,

сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам, установленным в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд установил в действиях истца нарушения принципа разумности, а также признаки недобросовестности.

Суд установил уклонение истца от приемки выполненных работ по договору до момента прекращения правоотношений сторон, оценив при этом взаимоотношения сторон при исполнении условий договора.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ответчик существенно нарушил условия договора (статьи 65-68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом суд оценил заключение эксперта наряду с другими доказательствами по делу.

Как видно из материалов дела, для целей правовой оценки взаимоотношений сторон, суд учитывает фактическое прекращение правоотношений сторон по договору.

Как было указано выше, в целях осуществления контроля и надзора за выполнение строительных работ, ответчик заключил договор об оказании соответствующих услуг с третьим лицом, что на основании закона не запрещено.

Возражая по доводам ответчика, истец названное обстоятельство не оспаривает, не ссылается на заключение с иным лицом соответствующего договора.

Истец оспаривает заключение третьего лица в отношении выводов, связанных с осуществления функций надзора, контроля при выполнении строительных работ.

Оспаривая заключения третьего лица, истец фактически заявил отказ от предложенных к приемке работ, не представив обоснованных возражений.

Фактически между лицами, участвующими в деле, возник спор, в том числе, по поводу недостатков выполненной работы.

При этом истец не потребовал в указанном случае назначения экспертизы до момента обращения в суд с настоящим иском. Более того, продолжил выполнять строительные работы на объекте, без участия ответчика.

То обстоятельство, что в дальнейшем, после обращения в суд истец заявил ходатайство о назначении экспертизы, не является для суда достаточным основанием для вывода о разумных действиях истца по отношению к действиям подрядчика и третьего лица.

Как было указано выше, эксперты сделали вывод об объеме и стоимости работ, указанных в одностороннем акте № 1 от 19 августа 2019 года (отчетный период с 05 июля 2018 года по 10 августа 2018 года, цена 2 771 653, 61 руб.).

Эксперты сделали вывод о том, что содержание этого документа не соответствует условиям договора, локальному ресурсному сметному расчету, фактическому выполнению работ (л.д. 167 том 5). Эксперты также сделали вывод о том, что стоимость фактически выполненных ответчиком работ по договору подряда от 05 июля 2018 года, составляет 833 916, 00 руб. (л.д. 168 том 5).

При этом эксперты не выполнили измерительные работы, не составили схемы измерений в соответствии с требованиями ГОСТ 26433.2-94 «Система обеспечения точности геометрических параметров в строительстве. Правила выполнения измерений параметров зданий и сооружений» (Минстрой от 20 апреля 1995 года, № 18-38), не определили, учитывая названные выше параметры, фактический объем земляных работ, что эксперты и истец не оспорили, что, и, по мнению истца, было обязательно (письменные доводы истца в отношении доводов ответчика и третьего лица).

Уточняя выводы, эксперты отметили особенности объекта исследования, а именно, то, что объект эксплуатировалась - использовалась по прямому назначению. Соответственно, объект исследования после прекращения правоотношений сторон по договору, до момента назначения соответствующего исследования изменен, так как, имел нагрузку от транспортных средств, подземных, поверхностных вод. В этот период на объект исследования также повлияли такие факторы как погодные, климатические условия, хозяйственная деятельность людей в месте прокладки дороги, в том числе, выполнение строительства дороги иными организациями, эксперты не располагали сведениями о содержании объекта исследования - дороги. Соответственно, эксперты не выполнили необходимые замеры, так как, эти сведения не могли являться достоверными и объективными (л.д. 32-33 том 6).

Учитывая указанные выше обстоятельства, эксперты, сделали вывод о том, что фактические объемы на период производства экспертизы объекта не могут соответствовать объемам выполненных работ на момент сдачи работ по договору.

Таким образом, суд не может не учитывать названные выше обстоятельства и для иных выводов эксперта, в том числе, в отношении соотношения исполнительной схемы и сведений о ширине траншеи 03, 00 м и 01,50 м. Более такой вывод эксперты сделали только по фотографиям, то есть, без учета измерений, которые, эксперты не провели, без учета указанных выше обстоятельств (л.д. 38 том 6).

Соответственно, суд также отклоняет и вывод экспертов в отношении отсутствия ПГС под трубами, с учетом при этом, разреза, в сечение которого, попали труба и траншеи, в отношении ширины траншеи, суд также отклоняет (фото, л.д. 39 том 6).

При этом суд учитывает то, что эксперты определили объем подготовительных работ - слоя из ПГС, который, устраивается под водопропускными трубами, используя сведения из фотоотчета. Далее, эксперты ссылаются на то, что этих выводов потребуется полная откопка труб, что также является невозможным. Таким образом, суд отклоняет вывод экспертов о том, что ответчик не выполнил основания под трубу из ПГС.

Кроме того, суд учитывает то, что на дату осмотра объекта экспертами - 24 сентября 2019 года траншеи под трубами засыпаны грунтом (скрытая работа). Факт выполнения скрытых работ зафиксирован в исполнительной документации. Таким образом, по мнению экспертов, определить объем выполненных работ путем натурного осмотра также невозможно (л.д. 39 том 6).

Суд учитывает то, что эксперты для целей тех для целей анализа ширины разработки траншеи использовали сведения из отчета третьего лица, учитывая, в том числе, завершающие работы (засыпку траншеи).

Суд учитывает и то, что в непосредственной близости от концов труб выявлен незначительный застой воды, который способствует размыванию слоя из ПГС под концами труб, что препятствует определению точного объема работ, что также отметили эксперты. Учитывая названное выше обстоятельство, эксперты сделали вывод о том, что определить объем ПГС, который использовался фактически возможно только на основании исполнительной документации (л.д. 41-43 том 6).

Довод экспертов в отношении расчета по разработке грунта земляного полотна, судом также отклоняется, так как, является необоснованным для вывода суда о том, что ответчик дополнительно в расчете объема выполненных работ, учитывал дополнительно грунт земляного полотна (л.д. 47 том 6).

Учитывая основание иска по настоящему делу, момент сдачи работ по договору совпадает с моментом прекращением правоотношением сторон по договору. Период выполнения исследования третьим лицом совпадает с названным выше периодом, соответственно, выводы третьего лица являются законными, обоснованными. Иного истец не доказал.

Ссылка истца на заключение иного специалиста, учитывая, в том числе, указанные выше обстоятельства, также судом отклоняется.

Суд отклоняет доводы истца относительно расчета ответчика в отношении формирования цены выполненных работ по договору, так как, эти доводы являются неправомерными, противоречат закону (статья 709 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Довод истца о том, что ответчик не подтвердил количество примененного материала, суд также отклоняет, так как, истец не представил доказательства, позволяющие сдать вывод об учете материалов со стороны истца для целей выполнения строительных работ на объекте со стороны ответчика, а именно, передачу материалов в работу ответчику и фактическом их применении. Заключение специалиста, на которое ссылается истец, таким допустимым доказательством не является.

На основании изложенного суд делает вывод о том, что расчет ответчика о стоимости выполненных работ фактически до момента прекращения правоотношений сторон по договору, является обоснованным и законным.

Таким образом, правовых оснований для удовлетворения иска у суда не имеется (статьи 309, 310, 330, 753, 10, 709, 168, 720 пункт 1 статьи 450.1, пункты 1. 2 статьи 715, пункты 3, 4 статьи 453, пункт 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 110 Гражданского кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При подаче иска истец уплатил в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 22 324, 00 руб. по платежному поручению. Государственная пошлина по иску рассчитывается от цены иска (Налоговый кодекс Российской Федерации).

Иные судебные расходы также относятся на истца на основании статей 110, 112 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 167, 168, 169, 170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Выдать обществу с ограниченной ответственностью «ПЛАНТЕР» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 614032 <...>) справку на возврат суммы государственной пошлины в размере 1741 руб., оплаченной по платежному поручению № 37 от 28.12.2018.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда www.17aas.arbitr.ru.

Судья Ю.Т. Султанова