Постановление от 15 апреля 2024 г. по делу № А21-3230/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


15 апреля 2024 года

Дело №

А21-3230/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Александровой Е.Н., Воробьевой Ю.В.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 22.04.2022), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 02.08.2023),

рассмотрев 04.04.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 12.09.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2023 по делу № А21-3230/2020-48,

у с т а н о в и л:

Публичное акционерное общество «Сбербанк России» обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО3, ОГРНИП <***>, ИНН <***>, несостоятельным (банкротом).

Определением от 29.04.2020 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве ФИО3

Определением суда от 29.04.2020 в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Решением от 16.03.2021 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Финансовый управляющий ФИО5 14.04.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договоров купли-продажи квартиры от 22.11.2013, заключенного должником и ФИО6, а также дарения от 05.12.2022, заключенного ФИО7 (до брака Поповой) В.Б. и ФИО8, и применении последствий недействительности цепочки сделок в виде возврата имущества в конкурсную массу должника.

Определением суда первой инстанции от 12.09.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2023, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе кредитор ФИО1, ссылаясь на неполное выяснение судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств, имеющих значение для дела, а также на нарушение судами норм материального и процессуального права, просит отменить указанные определение и постановление, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению подателя жалобы, суды не установили наличие либо отсутствие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения первой сделки, что имеет существенное значение для установления цели причинения вреда имущественным правам кредиторов; суды неверно оценили действия должника, в результате которых в собственность аффилированного с ним лица безвозмездно выбыло недвижимое имущество.

В отзывах ФИО3 и ФИО9, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просят оставить их без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

ФИО1 письменно возражал против приобщения к материалам дела отзывов ФИО3 и ФИО9, заявил ходатайство, в котором просил учесть при рассмотрении дела определение Арбитражного суда Калининградской области от 26.03.2023 по обособленному спору № А21-3230/2020-54.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, представитель ФИО3 возражал против ее удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО3 22.06.2012 приобрел в собственность квартиру № 36 общей площадью 64,2 кв.м с кадастровым номером 39:15:121504:351, расположенную по адресу: <...>.

ФИО3 (продавец) и ФИО6 (покупатель) 22.11.2013 заключили договор купли-продажи, по условиям которого продавец передал в собственность покупателя квартиру.

ФИО7 (ранее Попова) В.Б. (даритель) и ФИО8 (одаряемая) 05.12.2022 заключили договор дарения, по условиям которого даритель подарил одаряемой спорную квартиру.

Финансовый управляющий, полагая, что цепочка сделок совершена должником в период его неплатежеспособности, в отсутствие встречного исполнения и с заинтересованным лицом, а значит, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании договоров недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и применении последствий их недействительности.

Исследовав представленные в материалы дела документы в их совокупности и взаимосвязи, оценив позиции участвующих в деле лиц, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности финансовым управляющим совокупности оснований для признания спорных сделок недействительными, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказал.

Апелляционный суд согласился с выводом суда первой инстанции.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе и отзывах на нее, Арбитражный суд Северо-Западного округа не усмотрел оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом, осуществление сторонами мнимой сделки для вида –государственная регистрация перехода права собственности на недвижимое имущество - не препятствует квалификации мнимой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Правовой целью договора купли-продажи являются передача имущества от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 ГК РФ).

Таким образом, мнимость сделки исключает намерение продавца передать имущество в пользу покупателя и получить определенную денежную сумму, с одной стороны, и намерение покупателя принять от продавца это имущество и уплатить за него цену – с другой.

Кроме того, в случае наличия признаков злоупотребления сторонами сделки правом, что не допускается согласно пункту 3 статьи 1 и пункту 1 статьи 10 ГК РФ, такая сделка ничтожна в соответствии со статьей 168 ГК РФ.

В рассматриваемом случае судами установлено, что договор от 22.11.2013 являлся реальным; вторая сделка совершена спустя девять лет, что не может свидетельствовать о цели причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

Законодательство о банкротстве не содержит норм, запрещающих рассмотрение в деле о банкротстве заявления конкурсного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной между должником и конечным приобретателем имущества путем заключения взаимосвязанных с ней договоров. При этом для квалификации цепочки договоров как единой сделки необходимо установить, что отчуждение имущества конечному приобретателю изначально являлось целью всех участников этих договоров (субъективный умысел участников сделки). Если оспариваемые сделки являются взаимосвязанными, имеют единую цель – вывод ликвидных активов, направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов, лишение их возможности погасить требования за счет спорного имущества, аффилированность и заинтересованность между должником и конечными покупателями имущества, являющегося предметом спора, установлена, недвижимое имущество находится под фактическим контролем бенефициара, такие сделки могут быть признаны цепочкой сделок (определения судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230, от 01.11.2019 № 306-ЭС19-2986(3,4).

Между тем доказательств нахождения имущества после его отчуждения должником под контролем конкретного бенефициара, принятия бенефициаром решения о судьбе имущества не предъявлено, как и доказательств, подтверждающих факт владения и пользования сторонами сделок после отчуждения спорным помещением.

Суд кассационной инстанции отклонил довод подателя жалобы о наличии у должника на момент заключения договора купли-продажи квартиры признаков неплатежеспособности.

Судами установлено, что 27.12.2013 (после отчуждения квартиры) открытое акционерное общество «Россельхозбанк» и общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «МедВест» заключили кредитный договор №135500X0065-7.1, ФИО3 являлся руководителем и поручителем ООО «МедВест», которому принадлежало недвижимое имущество и имущественные права, переданные кредитной организации в залог.

При таких обстоятельствах нельзя признать обоснованным наличие у ФИО3 на 22.11.2013 признаков неплатежеспособности.

То обстоятельство, что полученные ФИО3 от ФИО6 денежные средства были заемными, возвращены за счет выручки от продажи квартиры дочери ответчика, ни финансовым управляющим, ни кредитором не оспорено.

Вопреки доводам подателя жалобы сами по себе брачные отношения А-вых в рассматриваемом случае не свидетельствуют о фактической аффилированности лиц при доказанности реального совершения цепочки сделок.

Довод подателя жалобы о аффилированности названных лиц отклонен, поскольку стороны оспариваемых сделок раскрыли обстоятельства их заключения.

ФИО6 раскрыла обстоятельства приобретения спорной квартиры, доказала факт уплаты за нее.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО6 обратила внимание, что на момент приобретения квартиры она не состояла ни в каких отношениях с должником, он проживал со своей супругой и их совместной дочерью. Квартира была приобретена частично на денежные средства, вырученные от продажи квартиры, которая принадлежала ее дочери ФИО8; после заключения договора купли-продажи от 22.11.2013 ФИО6 проживала в спорной квартире со своей дочерью и матерью.

Участники обособленного спора не представили доказательства того, что отчуждение имущества конечному приобретателю изначально являлось целью всех участников спорных договоров, что является необходимым условием для квалификации цепочки договоров как единой сделки.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций верно признали недоказанным наличие в спорных сделках признаков недействительности по основаниям статей 10 и 170 ГК РФ.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции изучены и отклонены, поскольку они уже были проверены и учтены судами и не могли повлиять на обоснованность и законность судебных актов; фактически в кассационной жалобе заявитель приводит те же обстоятельства, на которые ссылался в обоснование своей позиции, неправомерно полагая, что они должны быть оценены иным образом.

Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 12.09.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2023 по делу № А21-3230/2020-48 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.


Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи


Е.Н. Александрова

Ю.В. Воробьева