Определение от 7 апреля 2026 г. АС Приморского края

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, <...>


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Владивосток Дело № А51-16157/2023 36371/2024

08 апреля 2026 года

Резолютивная часть оглашена 02 апреля 2026 года. Определение в полном объеме изготовлено 08 апреля 2026 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Е.В. Дубининой, при ведении протокола судебного заседания секретарем Д.М. Маркеловым,

рассмотрев в судебном заседании объединенный обособленный спор по заявлению финансового управляющего об оспаривании сделок должника и применении последствий недействительности сделки, по заявлению ФИО7 о включении требований в реестр в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Инвест Находка» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании ФИО1 (дата и место рождения: 06.02.1981, г. Абакан ФИО2 Красноярского края; адрес: <...>) несостоятельной (банкротом),

при участии в заседании: от ФИО7 – адвокат Шокарев И.И. на основании доверенности от 16.07.2024, предъявлено удостоверение; от финансового управляющего – представитель ФИО3 на основании доверенности (в режиме онлайн); от ООО «Инвест Находка» – представитель ФИО4 на основании доверенности (в режиме онлайн);

установил:

определением от 19.01.2024 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Решением Арбитражного суда от 28.08.2024 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении неё введена процедура реализации имущества должника сроком на пять месяцев, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5.

В арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего о признании сделок недействительными, а именно:

- договора займа с процентами от 02.09.2016 заключенного между ФИО7 (ФИО6) и ФИО1 на сумму 1 000 000 долларов США;

- договора займа с процентами от 02.09.2016 заключенного между ФИО7 (ФИО6) и ФИО1 на сумму 800 000 долларов США;

- договора залога доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Находка Ойл Бункер» от 25.04.2017 заключенного между ФИО7 (ФИО6), удостоверенного нотариусом Владивостокского нотариального округа.

04.03.2024 в арбитражный суд поступило заявление ФИО7 о включении в реестр кредиторов должника задолженности в общем размере 2 032 440,70 долларов США, 1 129 134, 70 долларов США из которых, как обеспеченные имуществом должника: доля в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Находка Ойл Бункер» в размере 30%.

Определением от 11.11.2025 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Находка Ойл Бункер».

Определением от 20.11.2025 данные обособленные споры объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о дате и времени судебного заседания, не явились. Судебное заседание проведено в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель ФИО7 в судебном заседании поддержал ранее поданное ходатайство об уточнении требований в части размера задолженности, просит включить в реестр требований кредиторов должника задолженность в размере 2 274 960, 48 долларов США, что эквивалентно требованиям в размере 168 819 584, 81 руб.

Уточнения приняты судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

Представитель финансового управляющего в судебном заседании поддержал требования об оспаривании договоров займа и договора залога, указав на мнимость сделок. Против включения требований ФИО7 в реестр требований кредиторов должника возражал.

Представитель ООО «Инвест Находка» в судебном заседании поддержал позицию финансового управляющего.

Представитель ФИО7 в судебном заседании настаивал на включении требований в заявленном размере в реестр. Поддержал заявленное ранее ходатайство о прекращении производства по обособленному спору в части оспаривания сделок должника.

Должник, как следует из представленного в материалы дела отзыва, указывает, что требования ФИО7 фактически возникли в результате предоставления ФИО1 займа на оплату аванса за 30% долю в ООО «Находка Ойл Бункер» в 2014 году, в 2016 году займ был переоформлен и в настоящее время заявлен ФИО7 для включения в реестр требований кредиторов.

Рассмотрев ходатайство ФИО7 о прекращении производства по обособленному спору в части оспаривания сделок должника, суд не находит оснований для его удовлетворения в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 150 АПК РФ, арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда

Ходатайство ФИО7 мотивировано тем, что в Арбитражном суде Приморского края рассматривалось дело № А51-15652/2023 по иску ООО «Инвест Находка» к ответчикам ФИО1 и ФИО7 о признании согласия на залог доли уставного капитала, оформленного протоколом общего собрания участников ООО «Находка Ойл Бункер» от 01.09.2016, договора залога от 25.04.2017 доли в размере 30% доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Находка Ойл Бункер», принадлежащей участнику общества ФИО1 В ходе производства по данному делу истец уточнял свои требования, в том числе оспаривал (просил признать недействительным) взаимосвязанный с вышеуказанным договором залога договор займа с процентами от 02.09.2016 на сумму 1 000 000 долларов США, заключенный ФИО1 и ФИО7 в связи с безденежностью данной сделки, наличием в ней признаков мнимости и притворности.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Приморского края от 20.09.2024 по делу №А51- 15652/2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Таким образом, ФИО7 считает, что в Арбитражном суде Приморского края рассматривалось дело о том же предмете (в части оспаривания (признания недействительными) сделок, заключенных ФИО1 и ФИО7 – договора займа с процентами от 02.09.2016 в размере 1 000 000 долларов США, договора залога от 25.04.2017 имущества, принадлежащего ФИО1 - доли в размере 30% в уставном капитале ООО «Находка Ойл Бункер», и по тем же основаниям (безденежность договора займа, наличие в договорах займа и залога признаков мнимости и притворности), между теми же лицами, которые участвуют по данному обособленному спору.

Однако из решения арбитражного суда Приморского края от 20.09.2024 по делу № А51-15652/2023 не следует, что в данном споре участвовали одни и те же лица, что участвуют в настоящем обособленном споре. Также, предметом того спора являлось оспаривание согласия на залог доли уставного капитала, оформленного протоколом общего собрания участников ООО «Находка Ойл Бункер» от 01.09.2016, договора залога от 25.04.2017 30% доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Находка Ойл Бункер», принадлежащей участнику общества (ФИО1), третьему лицу. То есть данный спор является корпоративным, не совпадающим ни по предмету, ни по основаниям настоящего обособленного спора, при его рассмотрении оценка договорам займов, договору залога на предмет соответствия статьям 10, 168 ГК РФ не давалась.

Также в тексте решении суда от 20.09.2024г. отражено, что настоящий обособленный спор не тождественен спору, рассматриваемому в рамках дела № А51-15652/2023.

Из материалов дела судом установлено, что 02.09.2016 ФИО7 (Заимодавец) заключил с ФИО1 (Заемщиком) договор займа с процентами на сумму 800 000 долларов США под 1 % годовых, сроком до 02.09.2017.

В соответствии с пунктом 3.3 данного договора при нарушении Заемщиком установленных договором сроков возврата суммы займа Заемщик уплачивает Заимодавцу неустойку в виде пени в размере 0,01 % от суммы просроченного платежа за каждый календарный день просрочки.

Факт передачи денег по данному договору подтверждается распиской заемщика от 02.09.2016.

Также 02.09.2016 ФИО7 (Заимодавец) заключил с ФИО1 (Заемщиком) договор займа с процентами на сумму 1 000 000 долларов США под 1 % годовых, сроком до 02.09.2017.

В соответствии с пунктом 3.3 данного договора при нарушении Заемщиком установленных договором сроков возврата суммы займа Заемщик уплачивает Заимодавцу неустойку в виде пени в размере 0,01 % от суммы просроченного платежа за каждый календарный день просрочки.

Факт передачи денег по данному договору подтверждается распиской заемщика от 02.09.2016.

В соответствии с пунктом 1.3 данного договора обеспечение исполнения договора оформляется договором залога, который подлежит нотариальному удостоверению.

01.09.2016 состоялось внеочередное общее собрание участников ООО «Находка Ойл Бункер» с повесткой дня:

1. Об определении способа принятия решений общего собрания путем подписанного протокола всеми участниками;

2. Избрание Председателя собрания и Секретаря собрания;

3. О даче согласия на передачу залог доли ФИО1 в размере 30% в уставном капитале ООО Находка Оил Бункер, третьему лицу.

По третьему вопросу участники собрания дали согласие на залог 30% доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Находка Оил Бункер», принадлежащей участнику общества (ФИО1), третьему лицу (ФИО7, гражданин США); Одобрили заключение участником Общества ФИО1 договора залога доли в уставном капитале ООО «Находка Оил Бункер».

Решение принято «ЗА» 70 % голосов участников Общества, не принимал участие в голосовании заинтересованный участник ФИО1 (размер доли 30 %).

24.04.2017 супруг должника ФИО8 дал согласие ФИО1 на заключение на условиях по ее усмотрению договора залога доли в уставном капитале ООО «Находка Ойл Бункер» в размере 30%.

Данное согласие было удостоверено нотариусом Владивостокского нотариального округа Приморского края ФИО9.

25.04.2017 между ФИО1 (залогодатель) и ФИО7 (залогодержатель) заключен договор залога доли в уставном капитале Общества с целью обеспечения исполнения обязательств ФИО1, возникших на основании договора займа с процентами от 02.09.2016, заключенным между ФИО7 и ФИО1 на сумму 65 260 000 (шестьдесят пять миллионов двести шестьдесят тысяч) рублей, что эквивалентно 1 000 000 (один миллион) долларов США по курсу ЦБ РФ на 02 сентября 2016 года сроком по 02 сентября 2017 года с погашением суммы займа и уплатой процентов в размере 1 процент годовых, ФИО1 передает в залог ФИО7 всю принадлежащую на праве собственности долю в уставном капитале Общества с ограниченной ответственности «Находка Оил Бункер», ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 250801001, адрес: <...>, в размере 30 %. Номинальная стоимость указанной доли Общества согласно выписки из ЕГРЮЛ от 25.04.2017 составляет 50 100 000 (пятьдесят миллионов сто тысяч) рублей 00 копеек (п. 1.3 договора).

Стороны оценивают указанную долю в 100 000 000 (сто миллионов) рублей 00 копеек (п. 1.4 договора).

Договор вступает в силу с момента его подписания сторонами, нотариального удостоверения и действует до полного погашения залогодателем своих обязательств перед залогодержателем по договору займа с процентами от 02 сентября 2016 года.

Залог возникает с момента внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ (п. 2.1 договора).

Договор залога от 25.04.2017 удостоверен нотариусом Владивостокского нотариального округа Приморского края ФИО9.

Сведения в отношении залога указанной доли и залогодержателе внесены в ЕГРЮЛ 05.05.2017 (запись ГРН 2172536405160).

ФИО7, указав на тот факт, что обязательства по договорам займа должником исполнены не были, обратился в суд с заявлением о включении требований в реестр.

Финансовый управляющий, посчитав, что договоры займа и последующий за ними договор залога, являются мнимыми сделками, поскольку ФИО7 не представлено доказательств существования у него наличных денежных средств, выраженных в иностранной валюте, в столь значительном размере, обратился в суд с заявлением об оспаривании сделок должника.

Суд, исследовав представленные по делу доказательства, пришел к следующему выводу.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Согласно абзацу шестому пункта 6 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено указанным пунктом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Целью оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы III.1 Закона о банкротстве является наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности.

Дело о банкротстве должника возбуждено 13.10.2023, оспариваемые сделки совершены 02.09.2016 и 25.04.2017, то есть за пределами периода подозрительности, предусмотренного Законом о банкротстве. Следовательно, сделки должника могут быть оспорены по общим гражданским основаниям в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

Обосновывая применение при оспаривании сделки должника положений статьи 170 ГК РФ, финансовый управляющий ссылается на то, что реальность получения должником денежных средств не подтверждается материалами дела; договоры займа носят мнимый характер, подписаны сторонами без фактического предоставления средств должнику.

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление того, что стороны на самом деле не имели таких намерений (целей), как возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснено, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Обязательным признаком сделки для квалификации ее как ничтожной по пункту 1 статьи 10 ГК РФ является ее направленность на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение размера имущества должника, иные последствия сделок, приводящие к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение требований за счет имущества должника, а для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом путем заключения спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему займодавцем определенной денежной суммы (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с пунктом 3 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительность основного обязательства влечет недействительность обеспечивающего его обязательства, если иное не установлено законом.

В рассматриваемом случае стороны в пунктах 2.1 договоров займа указали, что заемные денежные средства передаются должнику одновременно с подписанием договоров; к договорам займа составлены расписки от 02.09.2016. В расписках ФИО1 подтверждает, что ей получены от ФИО7 денежные средства.

Особенности оценки достоверности требования, вытекающего из отношений по передаче должнику в качестве займа наличных денежных средств, подтверждаемой только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, были разъяснены в третьем абзаце пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" (далее - Постановление N 35), в соответствии с которым суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

Однако, в соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 декабря 2024 г. N 40 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года 7 N 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации", указанный пункт N 26 с 17 декабря 2024 г. признан не подлежащими применению.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в абзацах третьем и четвертом пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 N 40 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года N 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации", при рассмотрении обособленного спора суд с учетом поступивших возражений проверяет требование кредитора на предмет мнимости или предоставления компенсационного финансирования.

При осуществлении такой проверки суды вправе использовать предоставленные уполномоченным и другими органами данные информационных и аналитических ресурсов, а также сформированные на их основе структурированные выписки. Если после проверки на предмет мнимости действительность долга не вызывает сомнений (например, установлен факт передачи или перечисления денежных средств, передачи товара, выполнения работ, оказания услуг; задолженность подтверждена установленным законом документом), суд, рассматривающий дело о банкротстве, не исследует дополнительные обстоятельства, связанные с предшествующим заключению сделки уровнем дохода кредитора, с законностью приобретения переданных должнику средств, с последующей судьбой полученного должником по сделке имущества, с отражением поступления имущества в отчетности должника и т.д.

В рассматриваемом случае судом установлено, что до обращения в суд с настоящим заявлением о включении в реестр ФИО7 предпринимал действия по взысканию задолженности по спорным договорам с ФИО1

Судом был направлен запрос в Находкинский городской суд о предоставлении материалов по рассмотрению иска ФИО7 о взыскании с ФИО1 долга по договорам займа от 02.09.2026.

Согласно представленным материалам, в июле 2019 года ФИО7 направил ФИО1 письменные претензии о возврате основного долга, процентов за пользование заемными средствами по договорам займа с процентами от 02.09.2016, которые были оставлены должником без ответа.

В сентябре 2019 года ФИО7 подал в суд общей юрисдикции иск о взыскании с ФИО1 основного долга, процентов за пользование заемными средствами и неустойки по договорам займа с процентами от 02.09.2016, а также об обращении взыскания на предмет залога.

Решением Находкинского городского суда Приморского края от 27.12.2023 по делу № 2-625/2023:

- с ФИО1 в пользу ФИО7 (Григория Борисовича) взысканы денежные средства в размере 2 032 440,70 долларов США в рублях по курсу Центрального банка Российской Федерации на дату исполнения судебного решения в эквивалентном размере к долларам США, из которых: - 1000 000 долларов США - основной долг по договору займа на сумму 1 000 000 долларов США от 02.09.2016; 64 567,35 долларов США - проценты по договору займа (на сумму 1 000 000 долларов США) от 02.06.2016; 64 567,35 долларов США - неустойка, предусмотренная договором займа (на сумму 1 000 000 долларов США); - 800 000 долларов США - основной долг по договору займа на сумму 800 000 долларов США от 02.09.2016; 19 - 51 653 доллара США - проценты по договору займа (на сумму 800 000 долларов США) от 02.06.2016; - 51 653 доллара США - неустойка, предусмотренная договором займа (на сумму 800 000 долларов США);

- обращено взыскание путём продажи с публичных торгов на заложенное в пользу ФИО7 (Григория Борисовича) по договору займа с процентами от 02.09.2016 имущество долю в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Находка Ойл Бункер» в размере 30%, принадлежащую ФИО1, установив начальную продажную стоимость данного имущества в размере 100 000 000 рублей.

Указанное решение обжаловалось, отменено, спор направлен на новое рассмотрение в Находкинский городской суд.

Впоследствии исковые требования ФИО7 были оставлены без рассмотрения в связи с введением в отношении должника процедуры банкротства.

Из статей 71 и 100 Закона о банкротстве следует, что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику, подтвердив их обоснованность судебным актом или иными документами. Арбитражный суд в судебном заседании проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр и выносит определение о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения удовлетворения необоснованных требований к должнику и нарушения тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле.

Необходимо отметить, что повышенный стандарт доказывания применяется в деле о банкротстве, как правило, при предъявлении требования аффилированным по отношению к должнику кредитором ("дружественным" кредитором).

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2017 N 305-ЭС17-14948, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели.

В силу статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции": входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Между тем доказательства того, что ФИО7 является заинтересованным по отношению к должнику лицом применительно к статье 19 Закона о банкротстве, что ответчик и должник являлись фактически или юридически аффилированными лицами по отношению друг к другу, в материалы дела не представлены.

Наличие деловых связей и общих интересов при ведении бизнеса, наличие договорных отношений не означает вхождение лиц в одну группу и (или) подконтрольность одного из них другому по корпоративным (внутригрупповым основаниям), не означает, что должник имел влияние на кредитора и не означает, что кредитор имел возможность получить сведения о финансовом состоянии должника, а также не указывает на искусственный характер задолженности.

В связи с вышеуказанным не имеется оснований судить о согласованности и мнимости действий сторон, что в совокупности не свидетельствуют о наличии в действия должника и ответчика признаков злоупотребления правом.

Отсутствие обстоятельств фактической или юридической аффилированности не позволяет переложить на ответчика по правилам ст. 65 АПК РФ бремя опровержения любых разумных сомнений управляющего и кредиторов, предоставления в материалы дела исчерпывающего перечня доказательств в обоснование действительности сделки.

Позиция финансового управляющего относительно недействительности договоров займа по общим нормам гражданского законодательства (статьи 10 и 170 ГК РФ) основывалась на том, что на дату совершения спорных сделок не были представлены доказательства нахождения у ФИО7 наличных денежных средств в размере займа.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Суд полагает, что на мнимость договоров займа могли указывать следующие обстоятельства: наличие между кредитором и должником длительных дружеских отношений, недоступность для независимых участников гражданского оборота условий сделки (низкая процентная ставка, отсутствие обеспечения), длительность неисполнения обязательства и непринятие займодавцем мер по принудительному взысканию собственных денежных средств; все это могло свидетельствовать о заинтересованности сторон договоров займа и создании видимости заемных отношений.

В подтверждение реальности заемных отношений ФИО7 привел следующие аргументы.

Будучи гражданином США, с 2004 по 2016 годы ФИО7 неоднократно приезжал Россию, где у него имелось движимое и недвижимое имущество, а также места работы и источники доходов, в связи с чем он ввозил иностранную валюту (доллары США) в различных суммах (как до 10, так и более 10 тысяч долларов США) в наличной форме.

В соответствии с требованиями действующего таможенного законодательства РФ, в частности, статьи 3 Договора о порядке перемещения физическими лицами наличных денежных средств через таможенную границу таможенного союза, утвержденного решением Межсовета ЕврАзЭС от 05.07.2010 № 51, при провозе иностранной валюты в суммах более 10 000 долларов США, ФИО7 производил декларирование данной валюты.

В случаях, когда приезжал в Россию и провозил через государственную границу валюту в суммах менее 10 000 долларов США, согласно требованиям законодательства РФ, имел право провозить ее без составления таможенной декларации.

Согласно вышеуказанной позиции ФИО7, таким образом, он привез на территорию Российской Федерации с 2004 по 2016 годы деньги в сумме не менее 3 000 000 долларов США.

Для документального подтверждения данных доводов ФИО7 в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора заявлялось ходатайство об истребовании во Владивостокской таможне, Внуковской таможне, Домодедовской таможне, Шереметьевской таможне, Пулковской таможне, Балтийской таможне, Новосибирской таможне, Кольцовской таможне им. В.А. Сорокина сведения о том, сколько наличной иностранной валюты в долларах ФИО10 (Грегори) Борисович задекларировал при ввозе на территорию Российской Федерации за период с 01.01.2014 по 01.09.2016.

Согласно ответам, поступившим из Шереметьевской таможни от 23.12.2024, Кольцовской таможни им. В.А. Сорокина от 13.01.2025, Балтийской таможни от 14.01.2015, Домодедовской таможни от 21.01.2025, Внуковской таможни от 27.12.2024, Новосибирской таможни от 14.01.2025 запрошенные сведения не могут быть представлены по причине истечения пятилетнего срока хранения таких документов (сведений) с даты их составления в таможне и их последующим уничтожением.

Также ФИО7 длительное время имел источники дохода на территории Российской Федерации, что подтверждается ответом на запрос суда из МИФНС России № 14 по Приморскому краю, из которого следует, что ФИО7 получил доход: в 2012 году от деятельности ОАО «Турниф» в размере 2 088 000 рублей (расчет по формуле: доход за 12 месяцев 2 400 000 рублей - удержанный НДФЛ 312 000 рублей); в 2013 году от деятельности ОАО «Турниф» в размере 1 725 872, 96 рубля (расчет по формуле: доход за январь-февраль 2 436 960,96 - удержанный НДФЛ 711 088 рублей); в 2015 году от деятельности ООО «ПКФ «Конкорд» в размере 3 608 168,7 рублей (расчет по формуле: доход за октябрь 4 147 320,7 рублей - удержанный НДФЛ 539 152 рублей); в 2016 год от деятельности ООО «ВладКемПетролиум» в размере 1 470 300 рублей (расчет по формуле: доход за январь-август 1 690 000 рублей - удержанный НДФЛ 219 700 рублей).

Помимо этого, сведения о получении ФИО7 дохода в 2014 году имеются в выписке о движении средств по счету № 40820810400009006611, открытому на его имя в «Азиатско-Тихоокеанском банке» (АО).

Согласно данной выписке ФИО7 в 2014 году были выплачены денежные средства в качестве вознаграждения члену совета директоров ООО «Кем-Влад Петролиум»: 01.07.2014 в сумме 104 000 рублей, 07.08.2014 в сумме 104 000 рублей, 01.09.2014 в сумме 102 700 рублей, 01.10.2014 в сумме 104000 рублей, 31.10.2014 в сумме 102 000 рублей, 01.12.2014 в сумме 104 000 рублей, 29.12.2014 в сумме 102 700 рублей, а всего в сумме - 723 400 рублей (с учетом удержания НДФЛ доход составил 629 358 рублей).

ФИО7 указывает, что получая доход от вышеуказанной деятельности и будучи гражданином США, он приобретал на территории Российской Федерации доллары США в наличной форме в обменных пунктах различных российских банков, в том числе таких, как ПАО «Росбанк», ПАО «Сбербанк», ББР Банк (АО).

Невозможность предоставления данными банками сведений о сделках по приобретению иностранной валюты ФИО7, имеет объективные, не зависящие от него, причины, связанные с их уничтожением по истечению пятилетнего срока хранения таких сведений в банке.

В соответствии с копией договора купли-продажи от 09.06.2015 ФИО7 продал принадлежавшую ему на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: <...>, в результате чего получил доход в размере 2 500 000 рублей.

ФИО7 указывает, что ввезенную на территорию России и приобретенную в России иностранную валюту в наличной форме он хранил в своих квартирах, принадлежащих ему на праве собственности: в кв. 12 по ул. Светланская, 76 в г. Владивостоке (была продана им 09.06.2015) и в кв. 25 по ул. Садовая, 61 в г. Владивостоке (была продана им 28.06.2021).

Также в качестве подтверждения довода о том, ввоз в Россию и приобретение здесь же крупных сумм в долларах США для дальнейшего совершения сделок с валютой является стандартной и повторяющейся практикой, ФИО7 сослался на решение Ленинского районного суда г. Владивостока от 09.08.2005 по гражданскому делу № 2-1631/05 об удовлетворении исковых требований ФИО7 и его супруги ФИО11 и о передаче им в собственность долей в праве в общей долевой собственности две квартиры, расположенные в незавершенном 3 строительством объекте по адресу: <...>.

В решении суда установлено, что ФИО7 в 2004 году оплатил застройщику ООО «Промстройинвест» стоимость одной квартиры (№ 61) путем передачи, принадлежащей ему (т.е. ФИО7) квартиры общей площадью 147,2 кв. метра, оплатил разницу в 7 000 долларов США за разницу стоимости квартир; также ФИО7 оплатил застройщику в 2004 году стоимость второй квартиры (№ 62) в размере 99 980 долларов США.

Доказательством финансовой состоятельности и фактической возможности ввоза на территорию России долларов США является также то, что ФИО7 до заключения оспариваемых сделок открывал в России счета в данной иностранной валюте на крупные суммы средств.

Кроме того, как следует из пояснений ФИО7, предоставление займов физическим лицам в иностранной валюте относится к обычной хозяйственной практике его деятельности.

Данное утверждение подтверждается представленными в материалы дела договорами займа:

- 07.11.2019 между ФИО7 и ФИО12 А. заключён договор займа, в рамках которого заимодавец предоставил заёмщику 300 000 долларов;

- 29.09.2020 между ФИО7 и ФИО13 А. заключён договор займа №29/09, в соответствии с которым заимодавец предоставил заёмщику 500 000 долларов США. Исполнение обязательства по предоставлению суммы займа подтверждено международным денежным трансфером ПАО «Сбербанк России» от 01.10.2020 (перевод денежных средств со счёта ФИО7 на счёт ФИО13 А.).

Указанные документы свидетельствуют о систематическом характере подобных операций в рамках обычной хозяйственной деятельности ответчика.

Принимая во внимание отсутствие (недоказанность) обстоятельств аффилированности (заинтересованности) ФИО7 и ФИО1, существенный объем представленных ответчиком в материалы дела доказательств, у суда основания применить к ответчику стандарт доказывания - "вне разумных сомнений", ожидать от ответчика опровержения любых разумных сомнений управляющего и кредиторов, предоставления в материалы дела исчерпывающего перечня доказательств в обоснование действительности сделки.

Учитывая установленные выше факты, отсутствие доказательств аффилированности кредитора и должника, предоставление в заем столь крупной суммы и при обеспечении ее залогом имущества, у суда отсутствуют основания считать оспариваемые договоры займа мнимыми либо совершенным при злоупотреблении его сторонами своими правами.

Судом также принимается во внимание тот факт, что на момент заключения оспариваемых сделок у должника отсутствовали обязательства перед иными кредиторами.

Таким образом, бесспорные доказательства того, что при совершении сделки стороны злоупотребили правом, фактически осуществляли вывод активов, преследуя цель не допустить обращения взыскания на имущество для расчетов с кредиторами должника, а также доказательства, подтверждающие наличие умысла у обеих сторон сделки на реализацию какой-либо противоправной цели, в материалы дела финансовым управляющим не представлены.

Рассмотрев доводы должника о том, что требования ФИО7 фактически возникли в результате предоставления ФИО1 займа на оплату аванса за 30% долю в ООО «Находка Ойл Бункер» в 2014 году, в 2016 году займ был переоформлен и в настоящее время заявлен ФИО7 для включения в реестр требований кредиторов, суд применяет принцип «эстоппель» и правило venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению).

Судом установлено, что при рассмотрении гражданского дела № 2-625/2023 в Находкинском городском суде Приморского края ФИО1 несколько раз меняла свою позицию, договор займа № 01 от 18.03.2014 ни в одной из инстанций не представляла, не ссылалась на него, при этом давая различные пояснения по обстоятельствам их финансовых отношений с ФИО7 в 2014 году.

Так, во встречном исковом заявлении, поданном в Находкинский городской суд Приморского края по гражданскому делу № 2-625/2023, ФИО1 сообщила, что на момент заключения ею договора залога от 25.04.2017 она полагала, что у нее наличествует денежное обязательство перед ФИО7 вследствие того, что он от ее имени и по ее поручению 18.03.2014 выплатил ФИО14 деньги в сумме 59 500 000 рублей в рамках процесса приобретения должником доли в размере 30% в уставном капитале ООО «Находка Ойл Бункер».

Далее, по устному соглашению ФИО1 и ФИО7 наличные деньги, переданные ФИО7 для ФИО14, учитывались ими, как заем с процентами

То есть, о наличии письменного договора займа № 01 от 18.03.2014 между должником и ФИО7, долговой расписки к нему, ФИО1 в своем встречном исковом заявлении не сообщила и к данному заявлению эти документы не прилагала.

По настоящему делу 20.03.2025 ФИО1 представила письменные пояснения, где указала, что деньги в сумме 59 500 000 рублей для осуществления авансового платежа по предварительному договору купли-продажи доли в размере 30% в уставном капитале ООО «Находка Ойл Бункер», заключенному с ООО «Инвест Находка», она получила в качестве займа у ФИО7. Займ был предоставлен под проценты. О заключении по этому поводу с ФИО7 письменного договора займа 18.03.2014, выдаче ФИО1 долговой расписки, о том, что предметом договора займа были не рубли в сумме 59 500 000 рублей, а иностранная валюта - 1 646 000 долларов США, ФИО1 в данных пояснениях ничего не сообщила.

Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии с частью 2 статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункта 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Эстоппель - принцип, в соответствии с которым лицо, действовавшее противоречиво и непоследовательно, лишается права ссылаться на определенные обстоятельства.

Иными словами, он означает лишение стороны в споре права ссылаться на какие-либо факты, оспаривать или отрицать их ввиду ранее ею же сделанного заявления об обратном в ущерб противоположной стороне в процессе судебного/арбитражного разбирательства.

Данное понятие указывает на то, что поведение стороны для оценки ее добросовестности нужно рассматривать во времени, в некоей хронологической протяженности, учитывая последовательность либо непоследовательность действий, возражений и заявлений этой стороны.

Указанное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

В соответствии с разъяснением, содержащимся в пункте 1 Постановления № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Принцип эстоппеля предполагает утрату лицом права ссылаться на какие-либо обстоятельства (заявлять возражения) в рамках гражданско-правового спора, если данные возражения существенно противоречат его предшествующему поведению (Обзор практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017)).

К числу недобросовестного процессуального поведения участвующих в деле лиц можно отнести последовательное заявление противоречивых доводов в ситуации, когда первоначально заявленные «не сработали»; несвоевременное заявление доводов и возражений.

При проработке процессуальной позиции по делу на сторону или ее представителя возложено бремя объективного контроля собственного поведения, проверки ранее заявленных доводов и их соответствие новым аргументам. Смена представителя значения не имеет.

В соответствии с частью 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания спорной сделки мнимой по правилам ст. 170 ГК РФ, поскольку ее реальность подтверждена достаточными доказательствами в рамках справедливого распределения бремени доказывания.

В связи с вышеуказанным, у суда отсутствуют основания для удовлетворения заявленных финансовым управляющим требований.

В этой связи, требования ФИО7 в заявленном размере, признаются судом обоснованными и подлежащими включению в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 184, 185, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

определил:

В удовлетворении ходатайства ФИО7 о прекращении производства по обособленному спору отказать

В удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделок должника недействительными отказать.

Взыскать с ФИО1 за счет конкурсной массы в доход федерального бюджета 18 000 рублей государственной пошлины.

Признать обоснованными и включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО1 требования ФИО7 по договору займа от 02.09.2016 в размере 74 207 700 руб. основного долга, 4 791 394, 53 руб. процентов, 14 789 594, 61 руб. неустойки, как обеспеченные залогом имущества должника: доля в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Находка Ойл Бункер» в размере 30%.

Признать обоснованными и включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО1 требования ФИО7 по договору займа от 02.09.2016 в размере 59 366 160 руб. основного долга, 3 833 059, 97 руб. процентов, 11 831 675, 68 руб. неустойки.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 200 000 руб.

Взысканную сумму судебных расходов по оплате государственной пошлины, требования в части неустойки (пени, штрафа) учесть в третьей очереди реестра требований кредиторов отдельно, как подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов в соответствии с пунктом 3 статьи 137 Закона о банкротстве.

Определение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в течении одного месяца со дня его вынесения в Пятый арбитражный апелляционной суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Приморского края.

Судья Е.В. Дубинина