Постановление от 28 сентября 2022 г. по делу № А40-213642/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Москва

28.09.2022

Дело № А40-213642/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 21.09.2022

Полный текст постановления изготовлен 28.09.2022


Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего судьи Коротковой Е.Н.,

судей Михайловой Л.В., Перуновой В.Л.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 - ФИО2, доверенность от 24.05.2022 (до перерыва),

рассмотрев 14.09.2021 - 21.09.2022 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2022,постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2022по заявлению конкурсного управляющего должником о привлечении ксубсидиарной ответственности ФИО3,ФИО1, ФИО4 в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО«Дженсер Сервис С8»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2018 ООО«Дженсер Сервис С8» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурным управляющим утвержден ФИО5.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.10.2021 конкурсноепроизводство в отношении ООО «Дженсер Сервис С8» завершено.

Конкурсный управляющий должником обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО1, ФИО4, Нечаевой НадеждыЕвгеньевны к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2022 признано обоснованным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО1, ФИО4. С ФИО3, ФИО1, ФИО4 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности взыскано 9 275 397 449 руб. 40 коп. В удовлетворении требований к ФИО6 отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2022 изменено в части ФИО1. В удовлетворении заявленных требований к ФИО1 отказано. В остальной части определение суда оставлено без изменения.

Не согласившись с судебными актами по обособленному спору, ФИО3 (далее – также ответчик) обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление судов отменить, прекратить производство по спору. В обоснование доводов кассационной жалобы ответчик ссылается на неправильное применение судами норм материального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании 14.09.2022 в порядке ст.163 АПК РФ объявлялся перерыв до 21.09.2022.

Судом в порядке ст. 279 АПК РФ к материалам дела приобщен отзыв ФИО1 на кассационную жалобу.

В судебном заседании (до объявления перерыва) представитель ФИО1 возражала против отмены постановления суда апелляционной инстанции в части отказа в удовлетворении требований к ФИО1

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, арбитражный суд округа пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судами, ответчик с марта 2013 по дату введения в отношении должника конкурсного производства являлся генеральным директором должника.

Привлекая ответчика к субсидиарной ответственности, суды пришли к выводу о том, что им не исполнена обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, не исполнена обязанность, предусмотренная ст.126 Закона о банкротстве, совершены сделки, причинившие вред имущественным правам кредиторов.

Между тем, судами не учтено следующее.

В силу п.2 ст.10 Закона о банкротстве и положений ст.61.12 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В силу ст.9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 4 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В статье 2 Закона о банкротстве приведены понятия недостаточности имущества и неплатежеспособности, которые являются признаками наступлении объективного банкротства. Так под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Сам по себе факт наличия у должника перед кредитором задолженности не может свидетельствовать о наступлении признаков объективного банкротства.

При этом в силу положений Закона о банкротстве субсидиарная ответственность руководителя за не подачу заявления о признании должника банкротом ограничивается объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве.

Таким образом, с учетом положений ст.ст.2, 9, 10 (в редакции Федерального закона №134-ФЗ), позиции, изложенной в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 №305-ЭС20-11412, от 21.10.2019 №305-ЭС19-9992, для привлечения к ответственности за неподачу заявления должника о банкротстве необходимо доказать совокупность условий: наличие признаков объективного банкротства в ту или иную дату, а также наличие обязательств, возникших у должника в период с момента возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве и до момента возбуждения судом дела о банкротстве, составляющих размер ответственности привлекаемого лица по указанному основанию.

Суд округа соглашается с доводами кассационной жалобы ответчика о том, что в настоящем случае судами не были установлены признаки объективного банкротства у должника в ту или иную дату, а также не установлен размер обязательств, возникших у должника после такой даты и до возбуждения дела о банкротстве должника.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление №53), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В настоящем случае, привлекая ответчика к субсидиарной ответственности, суды пришли к выводу о том, что ответчиком не исполнена обязанность, предусмотренная ст. 126 Закона о банкротстве, конкурсному управляющему не передана бухгалтерская и иная документация, отражающая хозяйственные операции должника, взаимодействие с контрагентами и другие.

При этом, суды также сослался на неисполнение ответчиком определения Арбитражного суда г. Москвы от 19.12.2019 об истребовании документации.

Между тем, ответчик в суде первой инстанции и в апелляционной жалобе приводил доводы о том, что документы, в том числе по определению суда, переданы временному управляющему и конкурсному управляющему по актам №1 от 07.02.2019, №2-3 от 03.10.2019, №4 от 14.01.2020 (т.1 л.д.29-38, т.2 л.д.27-37, л.д. 104-115,отзывы и приложенные документы через систему «Мой арбитр»).

При этом, ответчик обращал внимание, что полученные конкурсным управляющим документы позволили ему провести инвентаризацию, установить дебиторскую задолженность, установить перечень имущества должника, оспорить сделки, подать заявление о взыскании убытков, реализовать транспортные средства должника, что следует из отчетов конкурсного управляющего, сведений, размещенных в ЕФРСБ, судебных актов в карточке дела о банкротстве.

Вместе с тем, из судебных актов не следует, что указанные документы, на которые ответчик ссылался в подтверждение исполнения обязанности по передаче документации, судами исследовались и оценивались.

Кроме того, ответчик обращал внимание судов, что при размере неудовлетворенных требований кредиторов по делу о банкротстве – 9 275 397 449 руб. 40 коп., поступление в конкурсную массу дебиторской задолженности, которую не смог взыскать конкурсный управляющий согласно определениям судов на сумму 399 261 руб. 11 коп. и 1 626 168 руб. 07 коп., составило бы всего 0,2% от задолженности перед кредиторами, что нельзя признать существенным затруднением проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, в целях привлечения именно к субсидиарной ответственности.

Однако, надлежащая оценка указанным доводам судами не дана.

В силу п.2 ст.61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В настоящем случае ответчику вменено совершение сделок, признанных судом недействительными.

Вместе с тем, ответчик обращал внимание судов, что транспортное средство Ford Mondeo (VIN <***>, 2017 года выпуска), которое суд обязал вернуть в конкурсную массу по признанной судом недействительной сделке только по основаниям ст.61.3 Закона о банкротстве, реализовано конкурсным управляющим в ходе процедуры банкротства, иные сделки должника, также признанные недействительными по основаниям ст.61.3 Закона о банкротстве, в своей сумме не превышали 0,2 % от задолженности перед кредиторами.

Судами указанным доводам оценка не дана.

Вместе с тем, в силу разъяснений, изложенных в пункта 16 и 17 Постановления №53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В настоящем случае в судебных актах отсутствуют выводы относительно того, что совершенные ответчиком сделки явились необходимой причиной банкротства должника или они после наступления объективного банкротства существенно ухудшили финансовое положение должника.

Не учтено судами и то, что в силу разъяснений, изложенных в пункте 20 Постановления №53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

В соответствии с положениями части 3 статьи 15, части 1 статьи 168, части 2 статьи 271, части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что судебные акты в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности подлежат отмене, поскольку, устанавливая фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон, неправильно применили нормы материального права.

С учетом отсутствия у суда округа полномочий на исследование и оценку доказательств, а также на совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, обособленный спор в отмененной части подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При этом, суд округа, учитывая, что кассационная жалоба не содержит каких-либо доводов относительно законности судебных актов в отношении остальных ответчиков, оснований для отмены судебных актов в остальной части, в том числе предусмотренных ч.4 ст.288 АПК РФ, не усматривает.

При новом рассмотрении спора в части суду первой инстанции следует учесть изложенное, установить обстоятельства наступления у должника признаков объективного банкротства в ту или иную дату, размер возникших обязательств перед кредиторами в соответствующий период (по основанию неподачи заявления); исследовать и оценить представленные ответчиком в подтверждение доводов о передаче документации доказательства; при установлении обстоятельства передачи документов в той или иной части предложить конкурсному управляющему представить пояснения относительно того, какие документы должника отсутствует среди переданных документов, отсутствие каких документов, в том числе оригиналов, существенно затруднило проведение процедур банкротства; исследовать обстоятельства, явились ли совершенные ответчиком сделки необходимой причиной банкротства должника или они после наступления объективного банкротства существенно ухудшили финансовое положение должника; рассмотреть вопрос о переквалификации требований в порядке пункта 20 и пункта 24 Постановления №53; всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2022 по делу № А40-213642/2018 отменить в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, в отменённой части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В остальной части судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья Е.Н. Короткова


Судьи Л.В. Михайлова


В.Л. Перунова