Решение от 21 августа 2025 г. по делу № А56-126812/2023

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-126812/2023
22 августа 2025 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 13 августа 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 22 августа 2025 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Сюриной Ю.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Алексеевой Д.С.

истец: общество с ограниченной ответственностью «Комбинат химикопищевой ароматики» ОГРН <***>, ИНН <***> в лице Общества с ограниченной ответственностью «АКИТА» ОГРН <***>, ИНН <***>

ответчики: 1. акционерная компания «Фортлайн Шиппинг Лимитед» (Fortline Shipping Limited) адрес: З/Ф, Йонсим Плэйс, 228 Квинз Роуд Ист, Гонконг, рег. номер 1446421 от 21.04.2010; 2. компания с ограниченной ответственностью «Регалия 28 Проперти Инвестмент» (Regalia 28 Property Investment, Limited Liability Company) Regalia 28 Property Investment, Limited Liability Company), адрес: Бульвар Вест Хилсборо 700, дом 1, офис 100, Дирфилд Бич, штат Флорида, США, 33441, рег. номер L12000095401 от 24.07.2012

третье лицо: ФИО1

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, при участии

от истцов: ФИО2 доверенность от 11.01.2024 (от Комбината) ФИО3 доверенность от 24.04.2025 ( от ООО «Акита»)

от ответчиков: 1. не явился, извещен, 2. ФИО4 по доверенности от 02.02.2024;

от третьего лица: ФИО5 доверенность от 22.09.2023

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Акита» (далее – Общество) в интересах общества с ограниченной ответственностью «Комбинат химикопищевой ароматики» (далее – Комбинат) обратилось в Арбитражный суд города СанктПетербурга и Ленинградской области с иском к акционерной компании «Фортлайн Шиппинг Лимитед» (Fortline Shipping Limited) (далее – АО «Фортлайн Шиппинг Лимитед») и компании с ограниченной ответственностью «Регалия 28 Проперти Инвестмент» (Regalia 28 Property Investment, Limited Liability Company; далее – Компания Регалия) о признании договора займа от 14.04.2015 № Z14/03/2015, заключенного между Комбинатом и Компанией Регалия, недействительным (ничтожным) и о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с Компании Регалия в пользу Комбината денежной суммы в размере 1 762 323,77 долларов США (сумма выплаченных процентов); в виде взыскания с Комбината в пользу Компании Регалия денежной суммы в размере 1 282 971,64 долларов США (остаток долга); произвести зачет вышеуказанных встречных однородных требований Компании Регалия и Комбината друг к другу и взыскать с Компании в пользу Комбината остаток задолженности в размере 479 352,13 долларов США.

К участию в деле в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО1.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.04.2024, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2024, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 17.03.2025 решение от 27.04.2024, постановление от 25.11.2024 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

В судебном заседании 13.08.2025 представители Общества и Комбината поддержали заявленные требования, представители Компании Регалия, ФИО6 возражали против удовлетворения иска.

АО «Фортлайн Шиппинг Лимитед», извещенное надлежащим образом, в судебное заседание не явилось.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Арбитражный суд, в порядке статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации завершил предварительное судебное заседание и перешел в судебное разбирательство.

Заслушав участвующих в деле лиц и исследовав материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

14.04.2015 Компанией «Регалия 28 Проперти Инвестмент» (займодавцем) и Комбинатом (заемщиком) заключен договор займа № Z14/03/2015 (далее - договор займа).

Общий размер предоставленного по договору займа за период с 21.04.2015 по 10.04.2018 составил 2 870 000 долларов США, с процентной ставкой 15 % годовых.

Общая сумма основного долга, погашенного Комбинатом по договору, составила 1 587 028,40 долларов США, общая сумма процентов, уже выплаченных Комбинатом по договору, составила 1 762 323,77 доллара США.

Таким образом, общая сумма, выплаченная Комбинатом по договору займа, составила 3 349 352,13 доллара США, остаток задолженности по договору займа составил 1 282 971,64 долларов США. Корпорация стала единственной участницей Комбината с 03.04.2023, когда получила права участника Комбината и соответствующие сведения были внесены в ЕГРЮЛ.

Общество, являясь правопредшественником Корпорации и единственным участником Комбината с 17.08.2023, полагая, что договор займа является сделкой, совершенной в обход закона с противоправной целью, денежные средства по договору займа из имущественной массы Комбината выводились в виде процентов за пользование займом, в связи с чем такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ, а также в связи с явной невыгодностью сделки которую Комбинат был вынужден совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась, обратилось в арбитражный суд с настоящим иском в порядке статьи 65.2 ГК РФ.

На основании статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. Согласно пункту 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

На основании статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. Согласно пункту 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Пунктом 1 статьи 65.2 ГК РФ установлено право участников корпорации (участников, членов, акционеров и т.п.) оспаривать, действуя от имени корпорации, совершенные ею сделки, требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

В пункте 1 статьи 168 того же Кодекса указано, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

В соответствии с пунктами 1, 2, 4 статьи 421 ГК РФ по общему правилу граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается. Условия договора определяются по усмотрению сторон.

Стороны предусмотрели уплату спорных процентов при заключении договора займа.

В соответствии с пунктом 3 статьи 179 ГК РФ сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Для кабальной сделки характерными являются следующие признаки: она совершена потерпевшим лицом, во-первых, на крайне невыгодных для него условиях, во-вторых, совершена вынужденно - вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства.

При наличии в совокупности указанных выше признаков сделка может быть оспорена по мотиву ее кабальности. Самостоятельно каждый из признаков в отдельности не является основанием для признания сделки недействительной как кабальной.

В пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в соответствии со статьей 179 ГК РФ к элементам состава, установленного для признания сделки недействительной как кабальной, относится заключение сделки на крайне невыгодных условиях, о чем может свидетельствовать, в частности, чрезмерное превышение цены договора относительно иных договоров такого вида.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I Гражданского кодекса Российской Федерации» обращено внимание судов на то, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Обращаясь с иском, Общество указало, что договор займа заключен на крайне невыгодных условиях, спорный займ выдан в долларах США со ставкой 15 % годовых, что на момент его заключения практически превышало рыночную ставку по кредитам не только в долларах США, но и в рублях.

С целью подтверждения факта существенного завышения процентной ставки, установленной в Договоре займа, Общество предоставило сведения Банка России о средневзвешенных процентных ставках по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям в долларах США, а также сведения о процентных ставках и сроке займа, установленных в Договоре займа (с учетом изменения срока займа и процентной ставки).

При сопоставлении процентной ставки, указанной в Договоре займа, с рыночной процентной ставкой, согласно данным Банка России суд соглашается с доводами истца, что процентная ставка, установленная в Договоре займа, в течение всего периода действия Договора займа являлась существенно завышенной (более чем в 2 раза).

Также в подтверждение доводов о кабальности оспариваемой сделки, а также совершения сделки с нарушением требований закона и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, истец поясняет следующее.

С 18.07.2017 по 02.04.2023: участниками Комбината являлись ФИО2 – 99,1488% и ФИО1 – 0,8512%, однако все корпоративные права в отношении Комбината осуществлял ФИО1 посредством использования Компании Регалии, которая являлась залогодержателем 100% долей в уставном капитале Комбината и осуществляла все права участника Комбината.

С 17.08.2023 по настоящее время: единственным участником Комбината является Общество.

Управляющим участником Компании Регалия является ФИО1, до 2015 года ФИО1 самостоятельно управлял Компанией и подписывал ее годовые отчеты для государственных органов США как управляющий участник – годовые отчеты от 11.06.2013, 18.04.2014 и 05.01.2015, а также лично назначал (изменял) управляющих Компании – Акт о 5 внесении изменений в свидетельство о регистрации от 29.12.2014, подписан лично ФИО1

Также из Отчета о Компании Регалия от 08.09.2021, подготовленным Dun&Bradstreet; следует, что единственным участником (бенефициаром) Компании является ФИО1, при этом Компания фактически не осуществляет никакой деятельности, не имеет сотрудников, ей не предоставляются кредиты (займы) и т.д.

Представителями Компании на территории Российской Федерации являются родственники самого ФИО1, в частности в доверенностях, выданных Компанией, в качестве представителя Компании указана ФИО7 – родная сестра супруги ФИО1

Истец полагает, что фактический контроль над Комбинатом (как финансовый, так и корпоративный) осуществлял исключительно ФИО1, а Компания Регалия использовалась им как инструмент для осуществления недобросовестных действий в отношении Комбината – увеличения финансовой нагрузки Комбината перед Компанией, а фактически перед самим собой, посредством предоставления займа на основании Договора займа и безвозмездного вывода денежных средств по ничтожным (фиктивным) договорам услуг на свои личные счета и счета своего сына – ФИО8 (дело №А56-49957/2023, дело №А56-87964/2024).

Основной истинной целью деятельности Компании, как «технической компании», являлось создание видимости «независимого» кредитора и залогодержателя для получения ФИО1 необоснованной и незаконной выгоды как в части возможности ухода от уплаты налогов и получения необоснованного дохода, так и создания «дружественной» задолженности в целях финансового и корпоративного контроля Комбината. ФИО1 структурировал свой бизнес таким образом, что центр доходов (выгоды) был смещен в США (место регистрации и деятельности Компании) путем использования формально независимого юридического лица-займодавца-залогодержателя – Компании. Но при этом Компания использовалась лишь с целью сокрытия конечного бенефициара-выгодоприобретателя – самого ФИО1 – и незаконного вывода денежных средств из имущественной массы Комбината.

В решении Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.12.2022 по делу №А56-4123/2021 сделан вывод о том, что ФИО1 при создании правовых конструкций займа и залога преследовал несколько целей: финансировать аффилированное лицо (Комбината) с целью создания «дружественной» задолженности вместо экономически обоснованного, добросовестного и разумного в такой ситуации увеличения активов Комбината путем предоставления участниками Комбината денежных средств в качестве вклада в имущество (если Комбинату требовалось финансирование); использовать как механизм получения обеспечения (залога) в виде долей в уставном капитале Комбината и земельных участков, тем самым, создание ситуации невозможности или затруднительности исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе перед Корпорацией по обязательствам, вытекающим из сделок, заключенных с ней; использовать как незаконный механизм налогового администрирования прибыли Комбината – незаконная выплата ФИО1 (как единственному бенефициару Компании) процентов по Договору займа вместо выплаты дивидендов, т.е. выплаты в пользу ФИО1 не облагались налогом в соответствии с требованиями налогового законодательства, что позволяет говорить о необоснованной налоговой выгоде, получаемой ФИО1 в результате заключения Договора займа (п.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 №53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды»).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2024 №303-ЭС24-372, правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его учредителями и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (п.1 ст.10, ст.1064 ГК РФ, п.2 Постановления Пленума №53).

В рассматриваемом случае обстоятельства, установленные в настоящем деле и деле №А56-4123/2021, свидетельствуют о злоупотреблении формальной самостоятельностью юридического лица, и необходимая реакция правовой системы состоит в установлении таких последствий, при которых будет восстановлено право пострадавшей стороны Договора займа – Комбината.

Компания на основании Договора займа, заключенного по инициативе ФИО1, что подтверждается протоколом Совета директоров Комбината №3/2015 от 31.03.2015, предоставила Комбинату заем (денежные средства), а ФИО1 выводил денежные средства с Комбината на основании ничтожных (фиктивных) договоров услуг, что подтверждено при рассмотрении дела №А56-49957/2023 и дела №А56-87964/2024.

При отсутствии необходимости совершения выплат по ничтожным (фиктивным) договорам услуг в пользу ФИО1 и его сына у Комбината отсутствовала сама необходимость в получении валютного займа от Компании по Договору займа, в том числе из-за того, что выплаты Комбината в пользу ФИО1 и его сына были существенно больше чем общая сумма займа, полученного Комбинатом от Компании по Договору займа.

Соответственно, Комбинату не требовались заемные денежные средства для осуществления хозяйственной деятельности, тем более в иностранной валюте и под проценты, т.к. исходя из того какие денежные суммы были выплачены Комбинатом на счета ФИО1 и его сына по ничтожным (фиктивным) договорам услуг у него были собственные средства для осуществления хозяйственной деятельности.

Таким образом, по мнению истца, Комбинат в результате заключения Договора займа получил лишь убытки (вред), т.е. для Комбината указанная сделка была кабальной. Аффилированность всех участников сторон сделок (Договора займа, ничтожных (фиктивных) договоров услуг) между собой и их осведомленность об истинных целях их совершения – контролируемый ввод и вывод денежных средств в/из Комбинат(а) и распределение их в пользу ФИО1 – позволяет сделать вывод о злоупотреблении правом со стороны ФИО1 и Компании в отношении Комбината.

Ответчики доказательств, подтверждающих, что в этот период времени Комбинату по какой-либо существенной причине понадобились денежные средства в иностранной валюте под 15 % годовых, при наличии у Комбината действующих кредитных договоров в рублях, заключенных с российскими банками, в материалы дела не представили.

Само по себе получение Комбинатом займа, а также частичное погашение займа и выплата процентов за пользованием займом не свидетельствуют о том, что Договор займа не является составной частью цепочки незаконных транзитных операций, направленных на создание видимости заемных правоотношений, поскольку денежные средства, полученные Комбинатом от Компании, были доступны к изъятию сразу же после перечисления их Комбинату, в том числе путем вывода их на личные счета ФИО1

Как следует из пояснительной записки финансового директора Комбината ФИО9 и справки начальника финансового отдела Комбината ФИО10: Комбинат справлялся с финансовой нагрузкой за счет как собственных денежных средств, так и привлеченных кредитов, в каком-либо дополнительном финансировании не нуждался. Однако нахождение Комбината в указанный период времени под полным контролем ФИО1 создало для него тяжелые обстоятельства, которые заключались в том, что Комбинат не имел своей воли и своих интересов, которые были полностью подменны волей и личными интересами ФИО1

Таким образом, Договор займа был заключен при тяжелых для Комбината обстоятельствах в отсутствие его свободной воли на его заключение, при его заключении он руководствовался не своими экономическими интересами, а интересами и решениями ФИО1, действовавшего в своих личных интересах, которые не совпадали с интересами Комбината.

Доводы о недействительности (ничтожности) договора займа также поддержаны в решении Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.12.2022 по делу №А56-4123/2021, постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2025 по делу №А56- 87964/2024, постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 28.03.2025 по делу №А56-4123/2021, определении Верховного Суда РФ от 18.09.2023 по делу №307-ЭС23-16312 (дело №А56-4123/2021).

Оценивая заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, суд приходит к следующим выводам. Согласно статье 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию по общему правилу начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком.

Применительно к подходу, изложенному в пунктах 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», в случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, то предполагается, что участник, предъявивший требование об оспаривании сделки должен был узнать о совершении сделки не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, за исключением случаев, когда информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса не следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом).

Таким образом, срок исковой давности по иску, заявленному участником корпорации, не может начать свое течение ранее полной субъективной осведомленности процессуального истца об основаниях для оспаривания сделки, то есть обо всех обстоятельствах, составляющих юридический состав недействительности сделки. В течение периода, когда ответчик скрывает необходимую информацию от участника, субъективный срок исковой давности для него не течет. Иными словами, давность определяется по потерпевшему, а не по нарушителю (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.08.2024 № 305-ЭС24-8216, от 18.06.2024 № 305-ЭС23-30276, от 16.06.2023 № 305-ЭС22-29647).

Поскольку стороны договора займа не были заинтересованы в оспаривании договора займа, срок исковой давности подлежит исчислению со дня, когда об основаниях ничтожности мог узнать независимый от участников сделки участник Комбината, которым являлась Корпорация (правопредшественник Общества), ставшая участником Комбината с 03.04.2023, когда соответствующие сведения о ней были внесены к ЕГРЮЛ.

До приобретения статуса участника Комбината, Общество и Корпорация не обладали правом на обращение с косвенным иском в арбитражный суд в защиту интересов Комбината.

Таким образом, поскольку Корпорация стала участником Общества 03.04.2023, а иск подан в суд 22.12.2023, срок исковой давности не пропущен.

На основании совокупности изложенных обстоятельств суд приходит к выводу о том, что оспариваемый договор носит как признаки сделки, нарушающей требования закона, так и признаки кабальной сделки, поскольку заключен на крайне невыгодных для истца условиях при полном контролировании Комбината со стороны ФИО1 во исполнение недействительных (фиктивных) договоров.

Пунктами 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

При таком положении исковые требования полежат удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на ответчика, в размере, пропорциональном размеру обоснованно заявленных требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

признать недействительным (ничтожным) договор займа от 14.04.2015 № Z14/03/2015, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Комбинат химикопищевой ароматики» ОГРН <***>, ИНН <***>, и Компанией с ограниченной ответственностью «Регалия 28 Проперти Инвестмент» (Regalia 28 Property Investment, Limited Liability Company) Regalia 28 Property Investment, Limited Liability Company), США, рег. номер L12000095401.

Применить последствия недействительности сделки в виде

взыскания с Компании с ограниченной ответственностью «Регалия 28 Проперти Инвестмент» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Комбинат химикопищевой ароматики» денежной суммы в размере 1 762 323,77 долларов США;

взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Комбинат химикопищевой ароматики»в пользу Компании с ограниченной ответственностью «Регалия 28 Проперти Инвестмент» денежной суммы в размере 1 282 971,64 долларов США (остаток долга);

Произвести зачет вышеуказанных встречных однородных требований Компании с ограниченной ответственностью «Регалия 28 Проперти Инвестмент» и общества с ограниченной ответственностью «Комбинат химикопищевой ароматики», взыскать с Компании с ограниченной ответственностью «Регалия 28 Проперти Инвестмент» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Комбинат химикопищевой ароматики» остаток задолженности в размере 479 352,13 долларов США.

Взыскать с Компании с ограниченной ответственностью «Регалия 28 Проперти Инвестмент» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Комбинат химикопищевой ароматики» 6000 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Сюрина Ю.С.