Решение от 5 декабря 2023 г. по делу № А63-1212/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А63-1212/2022
г. Ставрополь
05 декабря 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 28 ноября 2023 года

Полный текст решения изготовлен 05 декабря 2023 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Подфигурной И.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Белик Н.В., рассмотрел в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «СТК», ИНН <***>, г. Ставрополь к обществу с ограниченной ответственностью «СМДС ПМК», ИНН <***>, г. Ставрополь, при участии третьих лиц, о взыскании 34 390 335 руб. долга, неустойки по день фактического исполнения обязательств, при участии истца ФИО1 по доверенности от 25.01.2022, представителя конкурсного управляющего ФИО2 по доверенности от 05.06.2023,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Ставропольский технологический комплекс» (далее – истец, поставщик, ООО «СТК») обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края к обществу с ограниченной ответственностью «СМДС ПМК» (далее – ответчик, должник, ООО «СМДС ПМК») с исковым заявлением (уточненным в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) о взыскании 34 390 335 рублей основного долга, пени по договору поставки от 30.06.2021 г. № 06/1 за период с 13.11.2021 года по 31.03.2022 года в размере 18 906 658,05 рублей, пени по договору поставки от 01.07.2021 г. №3 пени за период с 19.10.2021 года по 31.03.2022 года в размере 3 470 001,75 рублей.

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 18.04.2022 по делу № А63-1212/2022 исковые требования удовлетворены частично. С ООО «СМДС ПМК» взыскана в пользу ООО «СТК» задолженность в размере 34 390 335 рублей, а также неустойка в размере 11 188 329,90 рублей. С ООО «СМДС ПМК» в доход бюджета Российской Федерации взыскано 200 000 рублей госпошлины за подачу искового заявления.

Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2023 решение Арбитражного суда Ставропольского края от 18.04.2022 по делу № А63-1212/2022 отменено, по делу принят новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказано. С ООО «СТК» в доход федерального бюджета взыскано 200 000 рублей государственной пошлины.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 29.06.2023 постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2023 в части прекращения производства по апелляционным жалобам ООО «Евробитум» и ФИО3 оставлено без изменения, в остальной части постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда и решение Арбитражного суда Ставропольского края от 18.04.2022 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края.

При новом рассмотрении дела суду необходимо устранить изложенные недостатки, установить и исследовать все доказательства в совокупности с учетом всех доводов и возражений сторон.

Во исполнение суда кассационной инстанции суд привлек в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, для подтверждения реальности сделок: ООО «Югнефтепродукт»; АО «Нефрес»; ООО «Промбит»; ООО «Агромаркет»; ООО «РесурсАвто»; ООО «Полар-Строй».

При новом рассмотрении истец уточнил исковые требования в порядке статьи 49 АПК РФ, просил взыскать сумму основного долга в размере 34 390 335 рублей, пени по договору поставки от 30.06.2021 г. №06/1 за период с 13.11.2021 года по 31.03.2022 года в размере 18 906 658,05 рублей, пени по договору поставки от 01.07.2021 г. №3 пени за период с 19.10.2021 года по 31.03.2022 года в размере 3 470 001,75 рублей, взыскать пени с последующим начислением, начиная с 02.10.2022 года по день фактического исполнения обязательства по оплате 34 390 335 рублей задолженности, исходя из договорной ставки 0,5% за каждый день просрочки (171 951,67 рублей в день).

Судом в соответствии со статьей 163 АПК РФ был объявлен перерыв в судебном заседании до 28.11.2023 года. Информация о времени и месте судебного разбирательства размещена арбитражным судом на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет.

После перерыва судебное заседание продолжено.

Представитель истца поддержал уточненные исковые требования.

Со стороны конкурсного управляющего представлены письменные пояснения по иску. По мнению конкурсного управляющего, должник объективно не нуждался в таком объеме товаров, муниципальные и государственные контракты, заключенные между должником и заказчиками, либо исполнены должником еще до заключения договора поставки с истцом, либо их исполнение прекращено из-за отказа заказчика. Указывает, что выдача ФИО4 (отцом участника ООО «СТК») займа в пользу ФИО5 с целью вхождения в состав участников должника, подтверждает фактическую аффилированность истца с ответчиком. Также указывает, что договор поставки является притворной сделкой, которая прикрывает безвозмездный вывод активов должника. По мнению конкурсного управляющего сделка, также является мнимой. Цена поставляемого в пользу ответчика товара существенно завышена. Также указано, что некоторые контрагенты истца имеют признаки фирм однодневок, а сам истец между действующими организациями и ответчиком выступал как техническая компания. По мнению конкурсного управляющего, у ответчика отсутствовала экономическая целесообразность для заключения договоров поставки с истцом, так как он мог приобретать товар напрямую и без завышения цены, то есть договоры поставки с истцом фактически прикрывают прямую сделку поставки между ответчиком и контрагентами истца.

Изучив материалы дела, выслушав позицию сторон, суд считает требования подлежащими в части на основании следующего.

Как установлено судом, между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) заключен договор поставки от 30.06.2021 г. № 06/1, по условиям которого поставщик обязан поставить битум (далее – товар), а покупатель обязан принять товар и оплатить его цену.

В соответствии с пунктом 1.2 и пунктом 1.3 договора количество и срок поставки определяется в спецификациях, которые составляются на основании заявок покупателя.

Согласно пунктам 2.1, 2.2, 2.5 договора поставка товара осуществляется путем отгрузки товара покупателю на складе поставщика. Прием товара фиксируется товарными накладными, подписываемыми со стороны покупателя руководителем или уполномоченным лицом. Каждая партия товара сопровождается товарной накладной, счетом-фактурой и иными необходимыми документами. Стоимость товара определяется в спецификациях.

В пунктах 3.1 и 3.2 договора стороны предусмотрели, что оплата товара производится покупателем в течение 30 календарных дней с момента получения товара.

Также между сторонами заключен договор поставки от 01.07.2021 № 3, по условиям которого поставщик (истец) обязан поставить нефтепродукты, а покупатель (ответчик) обязуется принять и оплатить товар в ассортименте, порядке и сроки, установленные договором.

В соответствии с пунктом 1.3 договора № 3 наименование, ассортимент, цена, условия поставки каждой партии товара определяются сторонами при его отгрузке в спецификациях.

По условиям пунктов 3.1, 3.3, 5.5 договора поставки № 3 поставка товара осуществляется отдельными партиями. Партией товара называется количество товара, согласованного обеими сторонами при отгрузке. Датой отгрузки товара считается дата, указанная в товарно-транспортной накладной. Цена единицы товара устанавливается сторонами на каждую партию отдельно.

В соответствии с пунктом 3.2 договора поставки № 3 покупатель согласовывает с поставщиком почтовый адрес грузополучателя.

Судом на основании представленных в материалы дела документов установлено, что истец осуществил поставку товара отдельными партиями, что подтверждено УПД № 1 от 02.07.2021 № 2 от 02.07.2021, № 3 от 14.07.2021, № 4 от 14.07.2021, № 5 от 14.07.2021, № 6 от 14.07.2021, № 7 от 14.07.2021, № 8 от 14.07.2021, № 9 от 14.07.2021, № 10 от 29.07.2021, № 11 от 29.07.2021, № 12 от 29.07.2021, № 13 от 29.07.2021, № 14 от 29.07.2021, № 15 от 29.07.2021, № 16 от 29.07.2021, № 17 от 29.07.2021, № 18 от 29.07.2021, № 19 от 03.08.2021, № 20 от 03.08.2021, № 21 от 03.08.2021, № 22 от 03.08.2021, № 23 от 03.08.2021, № 24 от 03.08.2021, № 26 от 08.07.2021, № 27 от 26.07.2021, № 29 от 20.08.2021, № 30 от 28.07.2021, № 31 от 09.08.2021, № 32 от 09.08.2021, № 33 от 30.07.2021, № 34 от 04.08.2021, № 35 от 10.08.2021, № 36 от 14.08.2021, № 37 от 14.08.2021, № 38 от 26.08.2021, № 39 от 27.08.2021, № 40 от 10.09.2021, № 41 от 15.09.2021, № 42 от 31.08.2021, № 43 от 15.09.2021, № 44 от 15.09.2021, № 45 от 17.09.2021, № 46 от 18.09.2021, № 47 от 22.09.2021, № 48 от 18.09.2021, № 49 от 22.09.2021, № 50 от 23.09.2021, № 51 от 30.09.2021, № 52 от 04.10.2021, № 53 от 02.10.2021, № 54 от 04.10.2021, № 55 от 07.10.2021, № 56 от 01.10.2021, № 57 от 10.10.2021, № 58 от 11.10.2021, № 59 от 12.10.2021, № 60 от 13.10.2021, № 62 от 15.10.2021, № 63 от 16.10.2021, № 64 от 16.10.2021, № 65 от 17.10.2021, № 66 от 15.10.2021, № 67 от 15.10.2021, № 68 от 18.10.2021, № 69 от 19.10.2021, № 70 от 19.10.2021, № 71 от 12.10.2021, № 72 от 16.10.2021, № 73 от 22.10.2021, № 74 от 24.10.2021, № 75 от 25.10.2021, № 76 от 28.10.2021, № 77 от 09.11.2021, № 78 от 04.11.2021, № 79 от 05.11.2021, № 80 от 07.11.2021, № 81 от 08.11.2021, № 82 от 09.11.2021, № 83 от 15.11.2021, № 84 от 12.11.2021, № 85 от 22.11.2021, № 86 от 30.11.2021.

За период с 02.07.2021 по 30.11.2021 истец в рамках заключенных сторонами договоров поставил в адрес ответчика товар: битум БНД 70/100, битум БНД 60/90, дизельное топливо, топливный компонент селективной очистки, на общую сумму 92 836 725 рублей.

Со стороны ответчика поставленный товар оплачен частично: ответчик произвел оплату платежными поручениями №1033 от 21.07.2021, №1143 от 06.08.2021, № 1188 от 11.08.2021, № 1244 от 18.08.2021, № 1341 от 01.09.2021, №1432 от 14.09.2021, № 1597 от 13.10.2021, № 1603 от 14.10.2021, № 1645 от 21.10.2021, №1700 от 01.11.2021, № 1701 от 02.11.2021, № 1742 от 08.11.2021, № 1816 от 18.11.2021, №986 от 14.07.2021, № 1699 от 01.11.2021, № 1189 от 10.08.2021, № 1431 от 14.09.2021, №1532 от 29.09.2021, № 1505 от 29.09.2021, № 1575 от 07.10.2021, № 1598 от 13.10.2021, №1602 от 14.10.2021, № 1663 от 21.10.2021, № 1702 от 02.11.2021, №1819 от 18.11.2021 на общую сумму 58446390 руб. сумма задолженности за поставленный отдельными партиями товар, начиная с 12.10.2021 составила 34 390 335 руб.

Истец направил в адрес ответчика претензию 14.12.2021 с требованием оплатить образовавшуюся задолженность. После получения претензии ответчик произвел частичное погашение задолженности в размере 3 000 000 рублей платежным поручением № 1960 от 16.12.2021.

Наличие непогашенной задолженности послужило основанием для обращения с иском в суд.

Общество с ограниченной ответственностью «Евробитум» в порядке статьи 39 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) обратилось в суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «СМДС ПМК» (далее – ООО «СМДС ПМК», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 16.03.2021 указанное заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением суда от 12.07.2022 (резолютивная часть решения оглашена 05.07.2022) ООО «СМДС ПМК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО6

Сведения о признании должника несостоятельным (банкротом) в порядке статьи 28 Закона о банкротстве опубликованы в периодическом издании – газете «Коммерсантъ» от 16.07.2022 № 127 (6401).

Определением от 30.09.2022 ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником; конкурсным управляющим ООО «СМДС ПМК» утвержден ФИО7 (далее – конкурсный управляющий).

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании абзаца второго пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены к должнику только с соблюдением установленного Законом о банкротстве порядка предъявления требований к должнику.

В силу пунктов 1, 2 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими платежами понимаются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими. Требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов. Кредиторы по текущим платежам при проведении соответствующих процедур, применяемых в деле о банкротстве, не признаются лицами, участвующими в деле о банкротстве.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановлении Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 №63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» в соответствии с пунктом 1 статьи 5 Закона о банкротстве денежные обязательства относятся к текущим платежам, если они возникли после даты принятия заявления о признании должника банкротом, то есть даты вынесения определения об этом.

По смыслу этой нормы текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Производство по делу №А63-3295/2021 о признании ООО «СМДС ПМК» банкротом возбуждено определением Арбитражного суда Ставропольского края от 16.03.2021.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что возникшая у ответчика задолженность перед истцом по оплате поставленного товара возникла после принятия заявления о признании его банкротом, соответственно, данная задолженность относится к текущим обязательствам ответчика (текущим платежам), признанного несостоятельным (банкротом).

На основании изложенного, исковые требования по настоящему спору подлежат рассмотрению в общем исковом порядке.

Проанализировав условия рассматриваемых договоров, суд приходит к выводу, что правоотношения истца и ответчика по спорному требованию вытекают из договоров поставки, на которые распространяются положения параграфа 1 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ, Кодекс).

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Поставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки (передачи) товаров покупателю, являющемуся стороной договора поставки, или лицу, указанному в договоре в качестве получателя (пункт 1 статьи 509 ГК РФ).

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Поставка истцом товара подтверждена материалами дела и не оспорена ответчиком.

Сумма задолженности перед истцом за поставленную продукцию подтверждается представленными в дело документами первичного бухгалтерского учета - универсальными передаточными документами, имеющими силу счетов-фактур и актов приема-передачи товара.

Суд считает, что первичными документами подтверждено исполнение истцом обязательств по договорам поставки в полном объеме, в связи, с чем заявленная сумма основной задолженности в размере 34 390 335 рублей подлежит взысканию с ответчика.

Истцом заявлено о взыскании неустойки (пеней) по договору поставки от 30.06.2021 № 06/1 за период с 13.11.2021 года по 31.03.2022 года в размере 18 906 658,05 рублей, пени по договору поставки от 01.07.2021 г. № 3 пени за период с 19.10.2021 года по 31.03.2022 года в размере 3 470 001,75 рублей., с последующим начислением, начиная с 02.10.2022 года по день фактического исполнения обязательства по оплате 34 390 335 рублей задолженности, исходя из договорной ставки 0,5% за каждый день просрочки (171 951,67 рублей в день).

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

В силу пункта 5.2 договора поставки № 06/1 в случае просрочки оплаты товара, покупатель уплачивает поставщику пени в размере 0,5 % от стоимости неоплаченного товара за каждый день просрочки. Покупатель осуществляет оплату товара в течение 30 календарных дней (п.3.2 договора).

По условиям пунктов 6.1, 8.1 договора поставки № 3 оплата за поставляемую партию товара производится согласно счету на оплату в течении пяти банковских дней. В случаях необоснованного нарушения сроков оплаты стоимости фактически поставленного поставщиком товара, поставщик вправе взыскать с покупателя неустойку в размере 0,5 % от стоимости товара за каждый день просрочки платежа.

В пункте 11 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 разъяснено, что при решении вопроса о квалификации в качестве текущих платежей требований о применении мер ответственности за нарушение обязательств (возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, взыскании неустойки, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами) судам необходимо принимать во внимание, что требования о применении мер ответственности за нарушение денежных обязательств, относящихся к текущим платежам, следуют судьбе указанных обязательств.

Поскольку мера ответственности следует судьбе основного обязательства и Закон о банкротстве не содержит изъятий для начисления неустойки на текущие платежи, следовательно, неустойка, начисленная на текущую задолженность, также является текущей.

Судом проверен представленный истцом расчет задолженности по договорам поставки, сумм неустойки (пеней), а также произведен самостоятельный расчет неустойки на день вынесения решения.

Конкурсным управляющим, контррасчет не представлен, однако им заявлено о снижении неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ.

Суд, принимая во внимание заявление конкурсного управляющего, приходит к следующему.

В соответствии с позицией, сформулированной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.01.2011 № 11680/10, уменьшение неустойки судом в рамках своих полномочий не должно допускаться, так как это вступает в противоречие с принципом осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Кодекса), а также с принципом состязательности (статья 9 АПК РФ).

Необоснованное уменьшение неустойки судами с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам и вызывать крайне негативные макроэкономические последствия. Неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами.

Пунктом 71 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» установлено, что, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме. Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (пункт 73 постановления № 7). При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункт 75 постановления № 7). Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Согласно пункту 77 постановления № 7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Кроме того, ответчик условие о начислении неустойки и ее размере согласовал добровольно в соответствии со своим волеизъявлением при заключении спорных договоров поставки, о наличии возражений и разногласий по условиям договоров не заявлял. Доказательств, свидетельствующих о том, что ответчик как участник экономического оборота был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, ответчик не представил.

Вместе с тем, по мнению суда, взыскание неустойки в размере 0,5 % от суммы задолженности за каждый день просрочки не является характерным для обычаев делового оборота в сфере поставки.

В целях устранения несоразмерности штрафных санкций, в силу обстоятельств настоящего дела, руководствуясь внутренним убеждением, суд полагает допустимым уменьшение неустойки до размера 0,1 % от суммы задолженности за каждый день просрочки.

В связи с этим требования истца о взыскании договорной неустойки подлежат удовлетворению частично, в размере 19 015 430 руб. 29 коп. за период с 14.11.2021 по 31.03.2022 и со 02.10.2022 по 28.11.2023, начиная с 29.11.2023 по день фактического исполнения обязательства по уплате долга из расчета 0,1% за каждый день просрочки от суммы долга.

Судом учтены условия договоров в части отсрочки платежа за поставленный товар пять рабочих дней и 30 календарных дней.

п/п

сумма

период

дни

сумма

УПД № 59

от 12.10.2021 г.

1 739 250

14.11.2021-

31.03.2022

138

0,1

240 016,50

УПД № 60

от 13.10.2021

1 573 775

21.10.2021-31.03.2022

162

0,1

254 951,55

УПД № 62

от 15.10.2021

2 914 600

16.11.2021-31.03.2022

136

0,1

396 385,6

УПД №63

от 16.10.2021

858 040

16.11.2021 31.03.2022

136

0,1

116 693,44

УПД № 64

от 16.10.2021

842 080

16.11.2021-31.03.2022

136

0,1

114 522,88

УПД № 65

от 17.10.2021

842 080

17.11.2021 31.03.2022

135

0,1

113 680,8

УПД № 66

от 15.10.2021

836 000

16.11.2021 31.03.2022

136

0,1

113 696

УПД№67

от 15.10.2021

857 280

16.11.2021 31.03.2022

136

0,1

116 590,08

УПД № 68

от 18.10.2021

1 000 160

18.11.2021 31.03.2022

134

0,1

134 021,44

УПД № 69

от 19.10.2021

1 891 640

19.11.2021 19.01.2022

133

0,1

251 588,12

УПД № 70

от 19.10.2021

950 000

19.11.2021 31.03.2022

133

0,1

126 350

УПД № 71

от 12.10.2021

636 650

16.11.2021 31.03.2022

136

0,1

86 584,4

УПД № 72

от 16.10.2021

2 211 020

16.11.2021 31.03.2022

136

0,1

300 698,72

УПД № 73

от 22.10.2021

844 740

23.11.2021 31.03.2022

129

0,1

108 971,46

УПД № 74

от 24.10.2021

877 500

24.11.2021 31.03.2022

128

0,1

112 320

УПД № 75

от 25.10.2021

1 038 180

25.11.2021 31.03.2022

127

0,1

131 848,86

УПД№76

от 28.10.2021

3 116 100

30.11.2021 31.03.2022

122

0,1

380 164,2

УПД №77

от 09.11.2021

588 750

17.11.2021-31.03.2022

135

0,1

79 481,25

УПД № 78

от 04.11.2021

1 975 790

07.12.2021 31.03.2022

115

0,1

227 215,85

УПД №79

от 05.11.2021

1 054 650

07.12.2021- 31.03.2022

115

0,1

121 284,75

УПД № 80

от 07.11.2021

2 117 990

08.12.2021 31.03.2022

114

0,1

241 450,86

УПД № 81

от 08.11.2021

1 055 440

09.12.2021-31.03.2022

113

0,1

119 264,72

УПД № 82

от 09.11.2021

1 053 070

10.12.2021 31.03.2022

112

0,1

117 943,84

УПД № 83

от 15.11.2021

1 026 210

16.12.2021 31.03.2022

106

0,1

108 778,26

УПД № 84

от 12.11.2021

608 750

20.11.2021 31.03.2022

132

0,1

80 355

УПД № 85

от 22.11.2023

1 407 500

30.11.2021 31.03.2022

122

0,1

171 715

УПД№86

30.11.2023

892 500

08.12.2021 31.03.2022

114

0,1

101 745

34 390 335

02.10.2022 28.11.2023

423

0,1

14 547 111,71

Итого

19 015 430,29

В пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» разъяснена обязанность суда при подготовке дела к судебному разбирательству определять обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, в том числе о соблюдении правил его заключения, о наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших.

Суд, рассматривающий дело, должен оценивать обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск (пункт 3 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2020).

В этой связи, а также с учетом доводов конкурсного управляющего судом проверены возможные пороки сделки заключенной между истцом и ответчиком.

Суд с учетом выводов суда кассационной инстанции и устранения недостатков приходит к следующим выводам.

Оценивая довод конкурсного управляющего о том, что единственной целью заключения сделок было намерение причинить вред конкурсным кредиторам должника (статья 10 ГК РФ), в силу чего сделка является мнимой, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснил Верховный Суд РФ в пункте 1 Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению, принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания. По своей правовой природе злоупотребление правом — это всегда нарушение требований закона. В связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону. Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц. Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 №14-П, от 19.12.2005 №12-П процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника и т.д.).

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 02.11.2010 №6526/10 по делу №А46-4670/2009, заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами.

Для констатации ничтожности сделки по указанному основанию помимо злоупотребления правом со стороны должника необходимо также установить факт соучастия либо осведомленности другой стороны сделки о противоправных целях должника.

Недобросовестные действия сторон сделки суду необходимо устанавливать, в том числе, и для признания сделки мнимой на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ (Определение Верховного Суда РФ от 02.02.2023 № 308-ЭС19-12575(2).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

По смыслу разъяснений пункта 86 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна, при этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Из толкования указанной нормы права следует, что для признания сделки мнимой необходимо доказать, что субъекты, совершающие сделку, не желают и не имеют в виду наступление последствий, свойственных ее содержанию. Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

При этом мнимая сделка не предполагает исполнения. Если же сделка исполнялась, она не может быть признана мнимой.

Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств должника.

Для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В то же время, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, обе стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Порочность воли каждой из ее сторон является обязательным условием для признания сделки мнимой. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей каждой стороны сделки устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Суд, проанализировав имеющиеся в материалах дела универсальные передаточные документы (УПД), товарно-транспортные накладные, договора поставки и прочее установил, что в действиях сторон прослеживается реальное исполнение условий сделок поставки, факт поставки товара должнику документально подтвержден, товар был поставлен должнику, принят последним и частично оплачен.

Согласно пункту 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

В пункте 2 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ упомянуты обязательные реквизиты первичного учетного документа. Формы первичных учетных документов определяет руководитель экономического субъекта по представлению должностного лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета. Форма УПД основана на форме счета-фактуры и объединяет в себе указанные в пункте 2 статьи 9 Закона о бухгалтерском учете обязательные реквизиты первичных учетных документов и информацию счетов-фактур.

Факт поставки может подтверждаться путем составления универсального передаточного документа. Это не противоречит ни положениям глав 30, 39 ГК РФ, ни требованиям статьи 9 Закона о бухгалтерском учете (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.06.2023 по делу № А63-8818/2019).

Весь объем реализуемых ответчику товаров истец отразил в книгах продаж к налоговым декларациям по налогу на добавленную стоимость, а операции по отгрузке товара по универсальным передаточным документам в адрес ООО «СМДС ПМК» учтены при расчете налога, подлежащего уплате в бюджет (л.д.9 том 5).

Таким образом, истец при исполнении обязанностей возложенных на него статьей 169 НК РФ о ведении книги продаж, включил в число операций, признаваемых объектом налогообложения, продажу товаров на полную стоимость поставки.

Следовательно, документами бухгалтерского учета и налоговой отчетности как ответчика, так и должника подтверждается реальность правоотношений поставки.

Выполнение обязательств по поставке товара по вышеуказанным договорам, также подтверждается представленными в материалы дела актом сверки взаимных расчетов за период с 01.06.2021 по 10.12.2021 (л.д. 16-18 том 2), первичными документами (товарными накладными, товарно-транспортными накладными) (л.д. 32-62 том 1, л.д. 1-14 том 3), подписанными и скрепленными оттисками печатей сторон без замечаний.

Так, предоставлен договор поставки ГСМ № 45 от 07.07.2021 г. заключенный между истцом и ООО «РесурсАвто», и первичные документы по нему, ТТН № 153 от 07.07.2021, УПД №153 от 07.07.2021 г., счет №206 от 07.07.2021 г., платежное поручение №10 от 13.07.2021 г. на сумму 1 703 160 руб.; ТТН № №170 от 23.07.2021 г. УПД №170 от 23.07.2021 г., счет №230 от 22.07.2021 г., платежное поручение №21 от 23.07.2021 г. на сумму 1 758 900 руб.; ТТН №168 от 29.07.2021 г., УПД №168 от 29.07.2021 г., счет №249 от 29.07.2021, платежное поручение №37 от 06.08.2021 на сумму 462 870 руб.; ТТН №181 от 03.08.2021 г., УПД №181 от 03.08.2021 г., счет №253 от 03.08.2021 г., платежное поручение №38 от 06.08.2021 на сумму 786 990 руб.; ТТН №190 от 09.08.2021 г., УПД №190 от 09.08.2021 г. счет №259 от 09.08.2021 г. платежное поручение №43 от 12.08.2021 на сумму 596 070 руб.; ТТН №206 от 19.08.2021 г., УПД №206 от 19.08.2021 г., счет №290 от 19.08.2021 г., платежное поручение №53 от 24.08.2021 на сумму 1 173 270 руб.; ТТН №222/1 от 30.08.2021 г. УПД №222/1 от 30.08.2021 г. счет №305 от 30.08.2021 г., платежное поручение №63 от 03.09.2021 на сумму 1 020 090 руб.; ТТН №244 от 14.09.2021 г., УПД №244 от 14.09.2021 г., счет №335 от 14.09.2021 г., платежное поручение №69 от 16.09.2021 на сумму 1 058 940 руб.; ТТН №283 от 01.10.2021 г., УПД №283 от 01.10.2021 г., счет №361 от 01.10.2021 г., платежное поручение №91 от 06.10.2021 на сумму 1 886 080 руб.; ТТН №291 от 11.10.2021 г. УПД №291 от 11.10.2021 г., счет №378 от 11.10.2021 г., платежное поручение №132 от 03.11.2021 на сумму 615 250 руб.; ТТН №296 от 15.10.2021 г., УПД №296 от 15.10.2021 г., счет №379 от 15.10.2021 г., платежное поручение №110 от 22.10.2021 на сумму 2 136 700 руб.; ТТН №325 от 08.11.2021 г., УПД №325 от 08.11.2021 г., счет №404 от 08.11.2021 г., платежное поручение №153 от 19.11.2021 на сумму 551 070 руб.; ТТН №330 от 11.11.2021 г. УПД №330 от 11.11.2021 г., счет №429 от 11.11.2021 г., платежное поручение №147 от 17.12.2021 на сумму 569 790 руб.; ТТН №359 от 29.11.2021 г., УПД №359 от 29.11.2021 г., счет №465 от 29.11.2021 г., платежное поручение №17 от 19.01.2022 на сумму 435 380 руб.

Всего истцом было приобретено товара на сумму 14 754 560 рублей.

Предоставлен договор поставки битума №б/н от 17.09.2021 г., заключенный между истцом и ООО «Югнефтепродукт», а также первичные документы: ТН №ЮНБП-004825 от 21.09.2021, ТТН№ЮНБП-004825 от 21.09.2021 УПД №4825 от 21.09.2021, счет №3314 от 20.09.2021 г., платежное поручение №72 от 20.09.2021 на сумму 1 716 000 руб.; ТН №ЮНБП-004860 от 22.09.2021 ТТН №ЮНБП-004860 от 22.09.2021, УПД №4860 от 22.09.2021, счет №3314 от 20.09.2021 г., платежное поручение №72 от 20.09.2021 на сумму 1 716 000 руб..

Всего истцом было приобретено товара на сумму 3 432 000 рублей.

Представлен договор поставки битума №36-06/2021А от 30.06.2021 г., заключенный между истцом и АО «Нефрес», а также первичные документы: ТТН №549 от 02.07.2021 УПД №549 от 02.07.2021 платежное поручение №9 от 02.07.2021 на сумму 739 872 руб., ТТН №558 от 07.07.2021 УПД №558 от 07.07.2021, платежное поручение №11 от 07.07.2021 на сумму 759 360 руб.; ТТН №627 от 12.07.2021, УПД №659 от 12.07.2021, платежное поручение №15 от 15.07.2021 на сумму 782 880 руб.; ТТН №673 от 20.07.2021, УПД №709 от 20.07.2021, платежное поручение №19 от 12.07.2021 на сумму 764 320 руб.; ТТН №748 от 27.07.2021, УПД №784 от 27.07.2021, платежное поручение №49 от 18.08.2021 на сумму 775 200 руб.; ТТН №828 от 08.08.2021, УПД №875 от 08.08.2021, платежное поручение №42 от 11.08.2021 на сумму 766 360 руб.; ТТН №923 от 19.08.2021, УПД №970 от 19.08.2021, платежное поручение №51 от 31.08.2021 на сумму 781 320 руб., ТТН №1102 от 14.09.2021 УПД №1173 от 14.09.2021, платежное поручение №81 от 30.09.2021 на сумму 779 536 руб.; ТТН №1139 от 17.09.2021, УПД №1211 от 17.09.2021, платежное поручение №83 от 30.09.2021 на сумму 772 896 руб.; ТТН №1196 от 29.09.2021, УПД №1278 от 29.09.2021 платежное поручение №94 от 08.10.2021 на сумму 1 059 080 руб., ТТН №1218 от 03.10.2021 УПД №1290 от 03.10.2021, платежное поручение №101 от 14.10.2021 г. на сумму 853 580 руб.; ТТН №1318 от 14.10.2021, УПД №1396 14.10.2021, платежное поручение №111 от 14.10.2021 г. на сумму 1 515 040 руб.; ТТН №1317 от 14.10.2021, УПД №1395 от 14.10.2021 платежное поручение №111 от 14.10.2021 г. на сумму 1 515 040 руб.; ТТН №1330 от 15.10.2021, УПД №1408 от 15.10.2021, счет №1109 от 15.10.2021 753 440 руб.; ТТН №1331 от 16.10.2021, УПД №1409 от 16.10.2021, счет №1110 от 16.10.2021 на оплату битума в размере 753 440 руб.; ТТН №1389 от 21.10.2021, УПД №1481 от 21.10.2021, счет №1151 от 21.10.2021 на оплату битума в размере 747 270 руб.; ТТН №1396 от 23.10.2021, УПД №1489 от 23.10.2021, счет №1156 от 23.10.2021 на оплату битума в размере 776 250 руб.

Всего истцом было приобретено товара на сумму 14 894 884 рублей, из которых оплачено 12 164 484 рублей.

Задолженность в размере 2 730 400 рублей побудило ООО «Нефрес» обратиться в Арбитражный суд города Москвы.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023 по делу №А40-300082/2022 исковое заявление ООО «Нефрес» удовлетворено. С ООО «СТК» взыскана сумма задолженности в размере 3 655 661 руб. 54 коп., их них 2 730 400 руб. долг, 925 261 руб. 54 коп. штраф, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 41 278 руб.

Представлен договор поставки битума №01-07/21 от 01.07.2021 г., заключенный между истцом и ООО «Промбит» а также первичные документы УПД № 537 от 01.07.21, №601 от 16.07.21, №606 от 17.07.21, №614 от 19.07.21, №616 от 20.07.21, №627 от 24.07.21, №628 от 25.07.21, №632 от 27.07.21, №635 от 28.07.21, №639 от 31.07.21, №641 от 01.08.21, №666 от 08.08.21, №819 от 14.09.21, №831 от 16.09.21, №833 от 17.09.21, №877 от 01.10.21, №896 от 03.10.21, №916 от 05.10.21, №940 от 09.10.21, №952 от 10.10.21, №957 от 11.10.21, №979 от 14.10.21, №990 от 15.10.21, №1006 от 17.10.21, №1010 от 18.10.21, №1014 от 18.10.21, №1051 от 24.10.21, №1065 от 27.10.21, №1100 от 03.11.2021, № 1108 от 04.11.2021, № 1114 от 06.11.2021, № 1117 от 07.11.2021, № 1124 от 08.11.2021, № 1135 от 12.11.2021.

Всего истцом было приобретено товара на сумму 38 323 906 рублей, из которых оплачено 36 955 186 рублей.

Задолженность в размере 1 368 720 рублей побудило ООО «Промбит» обратиться в Арбитражный суд Воронежской области.

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 27.07.2022 по делу № А14-10201/2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда исковое заявление ООО «Промбит» удовлетворено. С ООО «СТК» взыскана сумма задолженности в размере 1 368 720 руб. задолженности, 781 588 руб. 47 коп. неустойки, с начислением неустойки по день фактической оплаты задолженности.

В Арбитражный суд Ставропольского края в порядке статьи 39 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Промбит» о признании ООО «СТК» несостоятельным (банкротом).

Основанием для обращения в суд явилось наличие просроченной свыше трех месяцев со дня ее образования задолженности перед ООО «Промбит» в размере 1 368 720 руб. – основной долг, 649 934,71 руб.- неустойки, 33 093,00 руб. государственной пошлины, которая на дату обращения в суд обществом в добровольном порядке не оплачена. В подтверждение указанной задолженности представлено вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Воронежской области от 27.07.2022 по делу № А14-10201/2022.

Определением АС СК от 19.05.2023 по делу А63-6632/2023 суд принял к рассмотрению заявление, судебное заседание назначено на 31.10.2023.

Представлен договор поставки битума ГСМ № 650 от 12.08.2021 г., заключенный между истцом и ООО «Агромаркет», а также первичные документы ТН №64075 от 13.08.2021 г., платежное поручение №48 от 18.08.2021 на сумму 1 238 622 руб.; №67522 от 24.08.2021 г., платежное поручение №60 от 02.09.2021 на сумму 1 213 828 руб.; №68508 от 27.08.2021 г., платежное поручение №65 от 06.09.2021 на сумму 1 397 088 руб.; ТН №72722 от 08.09.2021 г., платежное поручение №88 от 06.10.2021 на сумму 500 000 руб.; ТН №77331 от 21.09.2021 г., платежное поручение № 85 от 30.09.2021 на сумму 1 399 244 руб.; ТН №1947 от 12.10.2021 г. платежное поручение № 154 от 19.11.2021 на сумму 347 325 руб.

Всего истцом было приобретено товара на сумму 6 096 107 рублей.

Представлен договор поставки битума №1П от 01.07.2021 г., заключенный между истцом и ООО «Полар-Срой» а также первичные документы: ТН №СФУ-56032 от 01.07.2021, ТТН №СФУ-56033 от 03.07.2021 844 000 руб.; ТН №СФУ-56034 от 05.07.2021 844 000 руб.; ТН №СФУ-56035 от 07.07.2021 781 000 руб., ТН №СФУ-56037 от 10.07.2021 850 000 руб., ТН №СФУ-56038 от 12.07.2021 886 000 руб.; ТН №СФУ-56039 от 13.07.2021 854 320,64 руб.

Всего истцом было приобретено товара на сумму 5 903 320,64 рублей.

Итого истцом было приобретено товара на сумму 83 404 777,64 из которых оплачено товара на сумму 73 209 550,64 рублей.

Из представленных в материалы дела книги покупок, книги продаж ООО «СТК» к Налоговым декларациям по НДС (л.д.9 том 5) следует, что все отношения по приобретению истцом в свою собственность, а также дальнейшей реализации товара ответчику отражены истцом в бухгалтерском и налоговом учете.

Выписками с расчетного счета (л. д. 55-96, том 5) ООО «СТК» подтверждены перечисления денежных средств за оплату в адрес контрагентов: ООО «РесурсАвто», ООО «Югнефтепродукт», АО «Нефрес», ООО «Промбит», ООО «Агромаркет», а также поступление денежных средств от ответчика.

От контрагентов истца в материалы дела представлены письма, в которых указано на наличие взаимоотношений по поставке товара. Так, из информационного сообщения № 752 от 16.03.2022 следует, что в период с 13.08.2021 по 20.11.2021 ООО «Агромаркет» осуществляло поставку топливного компонента селективной очистки и дизельного топлива в ООО «СТК», к письму приложен акт сверки взаимных расчетов за период – 4 квартал (л.д. 27 том 2). Из информационного сообщения № б/н от 14.03.2021 следует, что в период с 01.07.2021 по 13.07.2021 ООО «Полар Строй» осуществляло поставку битума в ООО «СТК», к письму приложен Акт сверки взаимных расчетов за период – 01.06.2021 по 14.03.2022 (л.д. 91 том 7). Из информационного сообщения № б/н следует, что в период с 21.09.2021 по 22.09.2021 ООО «Югнефтепродукт» осуществляло поставку битума в ООО «СТК», к письму приложен акт сверки взаимных расчетов за период –2021 год (л.д. 48 том 5). . Из информационного сообщения № 34 от 16.03.2021 следует, что в период с 01.07.2021 по 12.11.2021 ООО «Промбит» осуществляло поставку битума в ООО «СТК», к письму приложен акт сверки взаимных расчетов за период – 01.07.2021 по 15.03.2022 (л.д. 50 том 5). Из информационного сообщения № 11 от 16.03.2021 следует, что в период с 07.07.2021 по 29.11.2021 ООО «РесурсАвто» осуществляло поставку дизельного топлива в ООО «СТК», к письму приложен акт сверки взаимных расчетов за период – 2021 год (л.д. 43 том 5). Из информационного сообщения № 4-03/303 от 16.03.2021 следует, что в период с 02.07.2021 по 29.11.2021 ООО «Нефрес» осуществляло поставку битума в ООО «СТК», к письму приложен акт сверки взаимных расчетов за период – 01.07.2021 по 17.03.2022 (л.д. 46 том 5). Всего за период с 02.07.2021 по 19.11.2021 г. истцом в пользу ответчика было поставлено продукции на общую сумму 92 836 725 руб., что полностью соотносится с данными УПД подписанными со скрепленными печатями сторон и Актом сверки взаимных расчетов.

От ООО «Промбит» поступил отзыв на исковое заявление, из которого следует, что поставки битума им осуществлялись тремя способами перевозка транспортным средством, находящимся в собственности ООО «Промбит» (О528ЕМ 136), привлечение сторонних перевозчиков за счет ООО «Промбит»: ООО «ТДС» (Т220ВМ 136, Т854ВК 136, А923ВО 136, К046ВТ 136), ООО «ОСД-ТРАНС» (А419УС 164, А921СС 164, С046ОА 163), перевозка силами и за счет ООО «Газпромнефть-БМ» (Н809УТ161, Т157ТО 77, В625ВО 136, Т431АЕ 137, К669ВТ 136, К863РМ 77, А439АН 136, У973АС 136, Н923АС 136).

К отзыву приложены логистические отчеты системы взимания платы «Платон», достоверно подтверждающие движения транспортных средств ООО «Промбит», ООО «ТДС», договор оказания логистических услуг ООО «Газпромнефть-БМ», универсально-передаточные акты, товарные накладные из которых с очевидностью следует, что товар, реализуемый истцом ответчику, был доставлен последнему.

От ООО «Нефрес» поступил отзыв на исковое заявление, из которого следует, что в период с 02.07.2021 г. по 23.10.2021 ООО «Нефрес» осуществляло поставку битума в пользу ООО «СТК» на основании договора №36-06/2021А от 30.06.2021. Всего было отгружено 359,9 тонн. Погрузка производилась на терминале ООО «ГПН-БТ ЮГ», расположенном в г. Сальске, и ООО «Мордовбитум», расположенном в г. Саранск. Отгрузка производилась по адресу: <...>. Перевозка осуществлялась транспортными компаниями ООО «БТК» и ООО «Бета транс карго». К отзыву приложен реестр отгрузок, копия договора оказания транспортных услуг ООО «БТК», копия договора об организации перевозок грузов ООО «Бета Транс Карго».

Уставной капитал ООО «СТК» составляет 1 000 000 руб. и на момент рассмотрения спора полностью внесен участником, что подтверждается платежным поручением № 20 от 16.10.2021 г.

Согласно платежным поручениям № 374 от 13.07.2021, № 93 от 28.07.2021, № 248 от 30.09.2021, № 20 от 16.10.2021, № 476 от 24.11.2021, № 2 от 18.01.2022, № 662 от 14.03.2022 в ООО «СТК» участником были перечислены денежные средства в общей сумме 17 800 000 руб. Указанные денежные средства вносились в качестве заемных средств участника.

ООО «СТК» при получении оплаты от ответчика оплачивало налоги, что подтверждается налоговыми декларациями за соответствующие периоды, итоговая сумма оплаты составила 2 300 000 рублей.

Таким образом, истец исчерпывающе раскрыл все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самих сделок поставки.

Исследовав весь комплекс экономических отношений между сторонами, проанализировав встречные предоставления сторон сделки, суд достоверно установил, что в настоящем случае имели место реальные отношения по поставке и основания для вывода о попытке выдать за реальные, на самом деле несуществующие отношения (мнимость), отсутствуют.

В данном случае стороны исполнили условия сделок.

Обстоятельства, указывающие на осуществление гражданских прав с отступлением от пределов добросовестного поведения, при таких условиях также отсутствуют.

Так, для признания договора ничтожным по основаниям несоответствия положениям статьи 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора, направленный на его недобросовестное заключение (создание видимости заключения).

Конкурсным управляющим не представлено доказательств сговора поставщика (истца) и покупателя (ответчика), а также того, что спорные договоры заключены в целях причинения вреда кредиторам должника, как и иных обстоятельств, указывающих на фиктивность поставок.

Наоборот, доказанность поставки товара ответчику исключает квалификацию поведения истца как недобросовестного.

С учетом наличия в материалах дела совокупности объективных доказательств, необходимых для устранения сомнений в действительности факта поставки товаров ответчику, суд констатирует направленность воли сторон на реальность хозяйственных операций между ними и недоказанность в действиях сторон признаков злоупотребления правом. Из поведения сторон также не следует намерение сформировать искусственную задолженность ответчика перед истцом.

Кроме того, у суда отсутствуют основания считать, что при поставке истцом товара ответчику после заключения спорных договоров поставки и до первого платежа в оплату поставленного товара, совершенного ответчиком от 03.07.2021 г., истец, зная о неплатежеспособности должника, подверг бы себя не имеющему экономического смысла риску и передал бы ему ликвидные товары (определение Верховного Суда РФ от 25.03.2015 г. по делу № 305-ЭС14-8117, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 13.07.2021 № Ф05-22248/2020 по делу № А40-341309/2019).

В обоснование возражений на иск конкурсный управляющий также указал, что помимо признаков мнимой сделки, договоры поставки, по сути, являлись притворными сделками, прикрывающими незаконную сделку дарения. По мнению конкурсного управляющего, прикрываемая сделки дарения была направленна на безвозмездный вывод активов должника в пользу аффилированного лица и уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами. Также конкурсный управляющий считает, что сделка должника и истца, прикрывает приобретение товара напрямую должником у третьих лиц (контрагентов истца), в целях завышения цены товара и вывода денежных средств из имущественной сферы должника.

Вместе с тем, согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

В пунктах 87, 88 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 указано, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней. Для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу приведенной нормы по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. При этом должно быть установлено отсутствие соответствующей воли у каждой из сторон спорной сделки.

Вместе с тем, признаки, свидетельствующие о наличии оснований для признания спорных договоров недействительными сделками и факт притворности оспариваемых сделок истцом с ответчиком, не доказаны.

Квалификация в качестве притворных перечисленных договоров поставки с контрагентами истца, возможна только в случае установления направленности воли контрагентов на возникновение не предусмотренных договором поставки последствий в виде договора с иным субъектным составом, без реального участия ООО «СТК» в нем.

С учетом этого конкурсный управляющий для признания спорных сделок притворными обязан доказать, что при совершении еще шести притворных сделок единая воля сторон была направлена не на достижение соответствующих им правового результата, а на создание иных правовых последствий, либо прямого приобретения товара, которые стороны действительно имели в виду.

Как усматривается из текстов договоров поставки, заключенных между истцом и контрагентами, в них выражена воля сторон на совершение сделки - договора поставки. В договорах не имеется ссылок на то, что реализация поставляемой продукции возможна только при наступлении определенных обстоятельств.

При этом в дело представлены товарно-транспортные накладные, транспортные накладные и универсальные передаточные документы, подтверждающие поставку товара напрямую истцу (т. 3, л. д. 14 – 111), от истца должнику (т. 2, л. д. 119 – 143, т. 3 , л. д. 1 – 13, т. 6, л. д. 37 – 119) и на склад компании от третьих лиц (контрагентами истца); покупателем указан истец (т. 3, л. д. 112 – 172).

Истец также представил в материалы дела платежные поручения, подтверждающие осуществление им оплаты третьим лицам: ООО «РесурсАвто», ООО «Югнефтепродукт», АО «Нефрес», ООО «Промбит», ООО «Агромаркет», ООО «ПоларСтрой» за поставленный битум и дизельное топливо на сумму 73 209 550,64 рублей (т. 2, л. д. 37 – 143).

Судом установлено, что денежные средства перечислялись истцом в пользу третьих лиц в соответствии с условиями договоров поставки, в установленном размере, в платежных поручениях о перечислении денежных средств указано назначение платежей со ссылкой на конкретные договоры поставки, либо выставленные на их основании счета.

Доказательства, объективно свидетельствующие о том, что ООО «РесурсАвто», ООО «Югнефтепродукт», АО «Нефрес», ООО «Промбит», ООО «Агромаркет», ООО «ПоларСтрой» напрямую заключали сделки с должником, в материалах дела отсутствуют.

Конкурсным управляющим не представлено достаточных доказательств тому, что между истцом, ответчиком и ООО «РесурсАвто», ООО «Югнефтепродукт», АО «Нефрес», ООО «Промбит», ООО «Агромаркет» действительно было достигнуто соглашение о прямой купле-продаже товара по завышенной цене, с целью причинения вреда кредиторам должника, и что они все намеренно осуществили иные действия не соответствующие договорам поставки, заключенным с ООО «СТК».

Конкурсным управляющим в принципе не представлено надлежащих доказательств, свидетельствующих о притворном характере сделки, а лишь приведены предположительные доводы об этом через призму аффилированности истца с должником.

Однако доказательства аффилированности третьих лиц с должником, у которых истец приобретал товар, в деле отсутствуют.

По мнению конкурсного управляющего, им приведены многочисленные факты, свидетельствующие именно о фактической аффилированности истца с должником.

По смыслу Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника (пункт 1 статьи 19 Закона о банкротстве).

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Согласно правовой позиции определения Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов (фактической аффилированности, заинтересованности) допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления, родства искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Таким образом, при определении аффилированности, которая, по своей сути, означает возможность влиять на управленческие и иные решения взаимозависимых лиц, прежде всего, необходимо принимать во внимание фактические взаимоотношения сторон.

В обоснование признаков аффилированности конкурсный управляющий указал на наличие фактической аффилированности ФИО4 по отношению к должнику через фигуру ФИО5, являвшегося представителем ООО «СМДС ПМК» в суде первой инстанции и поддерживающего позицию истца.

Вместе с тем, еще из содержания письменного отзыва ответчика при рассмотрении дела в суде первой инстанции, при первом круге рассмотрения, следовало отсутствие возражений по существу заявленных требований истца относительно взыскиваемой суммы основного долга, ответчик выражал несогласие только с размером взыскиваемой неустойки, заявив о ее снижении в порядке статьи 333 ГК РФ.

ФИО5 представлял интересы ответчика в одном судебном заседании от 11.04.2022 года. При этом сам по себе факт представления ФИО5 интересов ответчика недостаточен для вывода об аффилированности должника и истца. В этом случае по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве важно установить взаимозависимый характер отношений между ответчиком, ФИО5 и ООО «СТК», а также факт осуществления ими согласованных действий с едиными целями и в едином интересе.

Судом установлено, что между ФИО5 как заемщиком и ФИО4 как займодавцем заключен договор займа на 20 000 000 рублей, который оформлен распиской в получении денежных средств от 01.11.2021.

Данная сделка в принципе не может рассматриваться как свидетельствующая о фактической аффилированности ответчика и ООО «СТК», поскольку она была заключена уже после длительного исполнения истцом обязательств по поставке.

Конкурсный управляющий также указывает, что фактическая аффилированность выражается через нетипичность поведения участников сделки.

Если сделки не преследуют обычную экономическую цель (получение прибыли), а направлены исключительно на создание искусственной задолженности перед аффилированными лицами для получения таким способом контроля в процедуре банкротства должника, то можно заключить о нетипичности поведения сторон.

На нетипичность поведения могло бы указывать полное авансирование по договору поставки со стороны должника в условиях ее существенной отсрочки в пользу поставщика (ООО «СТК»).

В настоящем же случае условия договоров поставки, напротив, предусматривали отсрочку платежа в течение 30 календарных дней и 5 календарных дней.

Именно поставщик (истец) принимал на себя повышенный риск, связанный с неуплатой долга, вступая в отношения с ответчиком. Такое поведение является типичным для текущего кредитора.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 21.07.2022 № 34-П (пункт 5), правовая природа текущих требований состоит в том, что контрагенты по соответствующим обязательствам вступают в отношения с заведомо несостоятельным лицом. Предполагается, что их имущественное предоставление в пользу должника осуществляется в интересах всех реестровых кредиторов и направлено на необходимое функционирование организации, находящейся в процедуре несостоятельности. Осуществление подобного предоставления означает принятие упомянутыми контрагентами на себя и в интересах конкурсной массы повышенного (по сравнению с обычным оборотом) риска неполучения в будущем встречного исполнения, что, в свою очередь, обусловливает их преференции в виде приоритетного удовлетворения требований в режиме текущих платежей в качестве общего правила в соответствии с пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве (пункт 5).

Согласно правовой позиции Постановления Конституционного Суда РФ от 1 февраля 2022 года № 4-П, погашение вне очереди за счет конкурсной массы требований кредиторов по текущим платежам преимущественно перед кредиторами, чьи требования возникли до принятия заявления о признании должника банкротом, обусловлено отнесением, согласно статье 5 и пункту 2 статьи 134 Закона о банкротстве, к текущим платежам тех расходов в деле о банкротстве, которые обеспечивают саму возможность завершения конкурсного производства, достижения целей этой процедуры и расчета с конкурсными кредиторами.

Судом установлено, что между ФИО4 (займодавец) и ООО «СМДС ПМК» (заемщик) в лице директора ФИО8 заключен договор займа № 2 от 02.06.2021, по условиям которого займодавец передал заемщику денежные средства в размере 10 200 000 рублей. Заемные денежные средства являются целевыми и направлены на исполнение должником обязательств по муниципальному контракту «работы по реконструкции автомобильной дороги общего пользования местного значения «Манычское - Белые Копани», заключенного между ООО «СМДС ПМК» и администрацией Апанасенковского муниципального района Ставропольского края.

При этом материалами дела опровергается довод конкурсного управляющего о заключении договора займа уже после расторжения данного контракта. Расторжение контракта имело место 21.01.2022, то есть более чем через семь месяцев после заключения договора займа.

Конкурсным управляющим также приводится довод о прикрытии заключенными договорами поставки заемных отношений ответчика и ООО «СТК». Однако при такой конструкции отношений контрагенты истца (ООО «РесурсАвто», ООО «Югнефтепродукт», АО «Нефрес», ООО «Промбит», ООО «Агромаркет», ООО «ПоларСтрой») также должны были бы являться стороной фактических заемных отношений, прикрываемых спорными сделками поставки либо быть осведомленными о наличии указанных отношений, действуя при подписании договоров поставки с истцом. У данных лиц не должно было быть цели реальной поставки товара.

Как установлено выше, суду не представлено доказательств тому, что в действительности сторонами совершены действия, нацеленные на получение иного юридического результата, нежели результат, который получил внешнее оформление сделками поставки.

Конкурсным управляющим не доказано, что договоры истца с ответчиком, договоры истца с контрагентами, договоры контрагентов с третьими лицами не могли быть прикрытием договора займа или прикрывать вхождение ФИО4 в состав участника ООО «СМДС ПМК».

Следовательно, не имеется оснований для утверждения о намерении сторон в достижении иных правовых последствий, чем те, которые указаны в спорных договорах поставки.

Необоснован довод конкурсного управляющего об использовании организации истца как транзитной компании для расчетов между ответчиком и контрагентами истца, а также искусственного и необоснованного увеличения стоимости поставляемого ответчику товара. Это суждение противоречит предыдущему доводу управляющего о прикрытии спорными сделками поставки заемных обязательств. Кроме того, конкурсным управляющим не приведено обстоятельств, которые при такой модели поведения препятствовали бы перечисленным компаниям напрямую, от собственного имени заключить договоры поставки битума с ООО «СМДС ПМК» по цене реализации товара, предусмотренной договором поставки № 3 или договором поставки № 06/1.

Судом не установлено признаков притворности заключенных истцом и ответчиком сделок поставки, допустимых и относимых доказательств иного конкурсным управляющим в ходе судебного разбирательства не представлено.

Также отклоняется довод конкурсного управляющего об отсутствии необходимости (нуждаемости) ответчика в объеме поставленного товара.

Ревизия хозяйственной деятельности должника, в том числе направления и способы использования приобретенного битума в своей хозяйственной деятельности, не входит в сферу контроля истца и относится к исключительной прерогативе хозяйствующего субъекта.

С момента начала судебного разбирательства истец последовательно утверждал, что, товар, приобретаемый у него ответчиком, мог использоваться последним не только в целях исполнения государственных контрактов, но и реализовываться третьим лицам, храниться в специальных емкостях и использоваться иным образом в предпринимательской деятельности ответчика. Также представитель истца пояснял, что для него затруднен доступ ко всему объему документации ответчика, в связи с чем он лишен возможности представления соответствующих доказательств.

Суд кассационной инстанции по настоящему делу в постановлении от 29.06.2023 также указал, что истец лишен возможности представлять доказательственную базу ввиду ограничения доступа к документам компании.

В свою очередь, конкурсный управляющий не только имеет доступ к документации должника по месту его нахождения, но и использует указанную документацию в ходе процедур конкурсного производства. Обладая всей полнотой возможностей по выявлению контрагентов должника, а также доступом к бухгалтерской документации должника в период с момента введения наблюдения, арбитражный управляющий мог предпринять меры по представлению доказательств отсутствия необходимости в поставленном товаре.

Однако доводы истца конкурсным управляющим не опровергнуты, как и не представлено надлежащих доказательств в пользу утверждения об отсутствии нуждаемости ответчика в поставляемом истцом битуме и дизельном топливе.

В судебном заседании от 25.10.2023 представителем конкурсного управляющего в материалы дела предоставлены государственные контракты, а именно: 1) Ремонт участка автомобильной дороги общего пользования местного значения по ул. Ленина на участке км. 0+000-км3+260 (от ул. Красноармейская) в селе татарка Шпаковского района Ставропольского края; Ремонт автодороги пер. Кавказский на участке км. 0+000-км 0+863 (от ул. Гагарина до ул. Демьяновской) в г. Михайловске. Сумма контракта 43 669 386 рублей. 2) Ремонт участка автомобильной дороги общего пользования местного значения «Кочубеевское-Васильевский-Андреевский», км 0+000- км 6+800 Кочубеевского муниципального района Ставропольского края. Сумма контракта 117 605 380 рублей. 3) Выполнение работ по ремонту участка автомобильной дороги общего пользования местного значения «Подъезд к селу Первомайское» от автомобильной дороги «ПреградноеТахта-Ипатово» (от селя Первомайское до хутора Восточный) в Ипатовском городском округе Ставропольского края. Сумма контракта 14 159 494 рублей. 4) Ремонт участка автомобильной дороги улиц Прекрасной, ФИО9 города Михайловска и благоустройство прилегающей территории. Сумма контракта 29 887 737 рублей.

Согласно письменным пояснениям конкурсного управляющего все контракты расторгнуты, исполнение по ним либо прекращено, либо не производилось вовсе.

Однако из обстоятельств дела № А63-11365/2020, по иску ФИО10 о признании недействительными договора купли-продажи танк-контейнеров от 13.03.2020 № 222/3317 по приобретению битумных универсальных контейнеров BNDU 2013 года выпуска в количестве 78 штук и связанной с ним сделки – договора на оказание транспортных услуг; признании недействительными актов зачета взаимных требований, наоборот, следует, что ответчик имел острую потребность в битуме, соответствующие пояснения представлены конкурсным управляющим должника.

Так, из обстоятельств указанного дела следует, что между ООО «Евробитум» и ООО «СМДС ПМК» были заключены следующие договоры: Договор купли-продажи танк-контейнеров №222/3317 от 13.03.2020, согласно п.п. 1.1., 3.1. которого, продавец (ООО «Евробитум») продает покупателю (ООО «СМДС ПМК»), а покупатель обязуется принять и оплатить принадлежащие продавцу на праве собственности, бывшие в эксплуатации 20-футовые универсальные танк-контейнеры (тип Т3), марка/модель: NTC-LT-0438, емкостью 25 000 л., завод изготовитель: CIMC ENRIC Holdings Limited, Китай (далее – танк-контейнеры), в количестве 78 штук, в технически исправном и коммерчески пригодном состоянии. Стоимость 78 танк-контейнеров составила 101 400 000 руб.; Договор-заявка на оказание транспортных услуг № 222/3323 от 25.03.2020, согласно п. 1 которого, поставщик (ООО «Евробитум») принял обязательство оказать покупателю (ООО «СМДС ПМК») транспортные услуги по доставке 20-футовых танкконтейнеров. В 2019 – 2020 гг. со стороны ООО «СМДС ПМК» в пользу ООО «Евробитум» была произведена оплата на общую сумму 106 536 000 руб., что подтверждается следующими платежными поручениями: - №2518 от 30.12.2019 на сумму 10 800 000,00 руб.; - №2519 от 30.12.2019 на сумму 10 800 000,00 руб.; - №412 от 18.03.2020 на сумму 21 600 000,00 руб.; - №464 от 26.03.2020 на сумму 20 736 000,00 руб.; - №491 от 06.04.2020 на сумму 5 000 000,00 руб.; - № 507 от 27.04.2020 на сумму 5 000 000, 00 руб.; 6 - №687 от 25.05.2020 на сумму 15 000 000,00 руб.; - №864 от 28.05.2020 на сумму 15 000 000,00 руб.; - №865 от 28.05.2020 на сумму 2 600 000,00 руб. Впоследствии данные сделки были предметом оспаривания в рамках дела №А63-11365/2020. В данном деле судом установлено, что сделки не выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности ООО «СМДС ПМК», т.к. предметом поставки являются 78 битумных универсальных танк-контейнеров, которые представляют собой мобильную тару для хранения и перевозки битумной продукции.

ООО «СМДС ПМК» продало все 78 танк-контейнеров, купленных ранее у ООО «Евробитум. 16.06.2020 между ООО «СМДС ПМК» и ООО ЛК «Сименс Финанс» заключено 2 (два) договора купли-продажи танк-контейнеров: № 78649, № 78974 на общую сумму 101 400 000 руб., т.е. на такую же сумму, за которую ООО «СМДС ПМК» приобрело танк-контейнеры у ООО «ЕВРОБИТУМ». 17 июня 2020 г. и 18 июня 2020 г. ООО ЛК «Сименс Финанс» произвело в адрес ООО «СМДС ПМК» полную оплату за все купленные им ранее у ООО «Евробитум» 78 танк-контейнеров в сумме 101 400 000 руб., что подтверждается представленными ООО ЛК «Сименс Финанс» документами по оплате: соглашение о взаиморасчётах от 17.06.2020, платежные поручения №8627, №8628 от 18.06.2020. Согласно ответу ООО ЛК «Сименс Финанс» исх. № РД/ИС/1838 от 03.09.2020, а также его письменным пояснениям, 78 танк-контейнеров принадлежат ООО ЛК «Сименс Финанс» на праве собственности. ООО «СМДС ПМК» одновременно с продажей танк-контейнеров заключило с ООО ЛК «Сименс Финанс» следующие договоры финансовой аренды (лизинга) в отношении спорных танк-контейнеров: № 78649-ФЛ/РД-20, 78974-ФЛ/РД-20.

Возражая против требований ООО «СМДС ПМК» временный управляющий указывала на очевидную потребность общества в использовании приобретенного имущества, учитывая заключение сделок возвратного лизинга.

При наличии такого количества танк-контейнеров, 2-х стационарных емкостей по 1000 тонн каждая (битумное хозяйство) для хранения битума общей вместимостью 2000 тонн, о чем указано в постановлении кассации по делу №А63-11365/2020 и что установлено при рассмотрении настоящего дела, становится очевидной потребность ответчика в приобретаемом товаре.

Как следует из выписки ЕГРЮЛ основной вид деятельности ООО «СМДС ПМК» - 42.11 строительство автомобильных дорог и автомагистралей (код 42.11 ОКВЭД). В числе дополнительных видов деятельности числится код ОКВЭД 23.99.3 Производство битуминозных смесей на основе природного асфальта или битума, нефтяного битума, минеральных смол или их пеков.

Экономическая целесообразность спорных поставок и их хозяйственная необходимость обусловлены тем, что для строительства дорог необходим такой компонент как битум.

Судом также установлено, что должник использование битума осуществлял не только в своей производственной деятельности по исполнению государственных контрактов и иных сделок, но и реализовывал в пользу третьих лиц продукцию, в составе которой использовался значительный объем битума.

Как следует из анализа дела № А63-3295/2021, помимо исполнения государственных контрактов должник осуществлял реализацию мелкозернистой плотной асфальтобетонной смеси типа «Б» М-2 и крупнозернистой плотной асфальтобетонной смеси типа «Б» М-2 в пользу иных контрагентов.

В ходе проведения процедуры конкурсного производства конкурсный управляющий провел анализ заключенных должником сделок, в результате которого установил, что между должником и ООО «ТТ Альянс» заключен акт взаимозачета № 24 от 31.10.2021 на сумму 11 463 650 руб. Полагая, что спорное соглашение нарушает права и интересы кредиторов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой акта взаимозачета встречных однородных требований от 31.10.2021 № 24 на сумму 11 463 650 руб., заключенного между должником и ООО «ТТ Альянс» (далее – общество, ООО «ТТ Альянс») и применении последствий недействительности сделки в виде приведения сторон в положений, существовавшее до заключения акта зачета и восстановления задолженности ООО «СМДС ПМК» перед ООО «ТТ Альянс» на сумму 11 463 650 руб.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Ставропольского края (судья Сиротин И.В.) от 18.10.2023 отказано в удовлетворении заявленных требований.

Из обстоятельств дела следует, что между должником и обществом заключен договор поставки № 20/07/01 от 20.07.2019, по условиям которого должник обязан поставлять ООО «ТТ Альянс» асфальтобетон (товар) в течение всего срока действия договора, в количестве и в сроки, определенные условиями договора, а ответчик обязуется принимать товар и оплачивать его цену в соответствии с условиями договора (п. 1.1 договора).

В соответствии с актом сверки взаимных расчетов за 4-й квартал 2021 года между должником и обществом обороты по договору поставки № 20/07/01 от 20.07.2019 составили 12 750 584 руб. На данный договор поставки № 20/07/01 также имеется ссылка и в других судебных актах Арбитражного суда Ставропольского края.

Так, определением Арбитражного суда Ставропольского края от 28.06.2023 (судья Безлепко В.В.) по делу № А63-3295/2021, которым в рамках обособленного спора отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должником ФИО7 к обществу о признании недействительной сделкой акта взаимозачета встречных однородных требований от 30.06.2021 № 6, исследован Акт сверки по договору поставки №20/07/01 от 20.07.2019 за первое полугодие за период 1 полугодие 2021 года.

В соответствии с актом сверки взаимных расчетов, подписанным между должником и ООО «ТТ Альянс», обороты по договору поставки № 20/07/01 от 20.07.2019 составили 23 251 783,20 рублей.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 13.06.2023 (судья Подылина Е.В.), которым в рамках обособленного спора по делу № А63-3295/2021 было отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО7 о признании недействительной сделкой акта взаимозачета встречных однородных требований от 24.12.2021 № 73, исследован Акт сверки по договору поставки за №20/07/01 от 20.07.2019 за 3-й квартал 2021 года.

В соответствии с актом сверки взаимных расчетов, подписанным между должником и ООО «ТТ Альянс», обороты по договору поставки № 20/07/01 от 20.07.2019 составили 15 134 336,80 рублей.

То есть, в 2021 году только в пользу одного контрагента ООО «СМДС ПМК» поставило асфальтобетонную смесь на общую сумму 51 136 704 рублей.

Истцом представлен расчет необходимого количества битума для реализации асфальтобетонной смеси такой партией, основанный на формуле производства смеси, в соответствии с государственным стандартом (ГОСТ). Из расчета следует, что создание асфальтобетонной смеси мелкозернистого типа Б марка II происходит согласно стандартам ГОСТа 9128-2013 «Смеси асфальтобетонные, полимерасфальтобетонные, асфальтобетон, полимерасфальтобетон для автомобильных дорог и аэродромов». В основе данного состава – песок, щебень, а также битум. В силу п. 3.1 ГОСТ 9128-2013 асфальтобетонная смесь - рационально подобранная смесь минеральных материалов (щебня, гравия и песка с минеральным порошком или без него) с битумом, взятых в определенных соотношениях и перемешанных в нагретом состоянии. В Таблице Г.1 ГОСТа 9128-2013 установлено «Ориентировочное содержание битума в смесях», которое для марки «Б» составляет 5-6,5%. Следовательно, для производства 1000 тонн асфальтобетонной смеси марки Б требуется 60 тонн битума. Средняя рыночная стоимость асфальтобетонной смеси типа Б марки 2 составляет 4500 рублей за тонну в ценах 2023 года.

То есть, должник реализовал около 11 363 тонн за 2021 год только в пользу ООО «ТТ Альянс» (51 136 704 рублей/4500 рублей, в ценах 2023). Для производства такого объема асфальтобетонной смеси должнику требовалось не менее 681 тонна битума (11363*6%).

Указанный расчет не опровергнут конкурсным управляющим. При этом, представитель конкурсного управляющего указал, что поставки битума должнику осуществлялись другими контрагентами, тогда как в предыдущих судебных заседаниях пояснял, что ответчик вообще не нуждался в приобретении битума в таком объеме.

Судом учитывается и то обстоятельство, что выяснение вопроса о цели приобретения продукции покупателем по обычаям делового оборота не должно входить в функции поставщика (Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2017 по делу № А50-12278/2015). Следовательно, истец не должен был выявлять экономическую обоснованность приобретаемого товара ответчиком. Однако, обстоятельства исполнения государственных контрактов, реализация (отчуждение) ответчиком битумосодержащих товаров третьим лицам, наличие двух битумных хранилищ общим объемом 2 000 тонн, приобретение танк-контейнеров и дальнейшее их использование по договорам лизинга, в своей совокупности указывают на потребность должника в поставляемом битуме.

Иными словами, ответчик располагал производственными мощностями, оборудованием, персоналом для производства готовой продукции и ее последующей реализации.

Судом отклоняется довод о ничтожности сделок поставки, как заключенных с неплатежеспособным должником.

Договор поставки битума № 06/1 между ООО «СТК» и ООО «СМДС ПМК» был заключен 30.06.2021, договор поставки нефтепродуктов № 3 был заключен 01.07.2021 г.

Процедура наблюдения в отношении ООО «СМДС МК» была введена определением арбитражного суда от 26.07.2021 г., опубликованным 31.07.2021 г., то есть уже после заключения спорных сделок.

Судом учтены разъяснения пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 от 23.12.2010 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которым само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 4 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под объективным банкротством понимается неспособность в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Сама по себе задолженность ответчика перед третьими лицами не свидетельствует о наличии признаков банкротства, необходимо установить наличие у предприятия должника признаков объективного банкротства (Постановление АС Северо-Кавказского округа от 6 ноября 2020 г. по делу № А32-59767/2019).

В пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2021) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 7 апреля 2021 г.) сформирована правовая позиция, согласно которой неоплата долга кредитору по конкретному договору не должна отождествляться с неплатежеспособностью должника, поскольку сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника. Признаки объективного банкротства проявляются, когда должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов. При этом истец на момент заключения сделок с ответчиком не только должен был знать о неисполнении ответчиком обязательств перед кредиторами, но осознавать критичность ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Истец и ответчик не являются аффилированными лицами.

Материалы дела не содержат ни одного из обстоятельств, указанных в пункте 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, и применяемых при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, где во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Наличие к моменту совершения сделки в информационной системе «Картотека арбитражных дел» информации о возбуждении дела о банкротстве, с учетом разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, не является основанием для признания ответчика осведомленным о наличии у контрагента (должника) признаков неплатежеспособности.

При решении вопроса о добросовестности контрагента должника следует, в частности, учитывать, свидетельствовали ли обстоятельства подачи заявления о банкротстве о том, что имеет место действительная неплатежеспособность должника, либо инициатор банкротства рассматривает возбуждение такого дела как ординарный вариант принудительного исполнения судебного решения. Наличие задолженности перед третьими лицами по гражданско-правовым обязательствам недостаточно для утверждения факта объективной неплатежеспособности должника.

Согласно правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 № 18245/12, недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним. Однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что данный кредитор должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами.

То обстоятельство, что в отношении должника возбуждено дело о банкротстве и имеются требования, заявленные иными кредиторами, также не может свидетельствовать об осведомленности контрагента о неплатежеспособности.

ООО «Евробитум» обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением о признании ответчика банкротом от 09.03.2021. Процедура наблюдения в отношении ООО «СМДС ПМК» введена определением арбитражного суда от 26.07.2021. Суд признал требования ООО «Евробитум» обоснованными и включил в реестр требований кредиторов должника в размере 27 034 111, 88 рублей.

Из общедоступных данных Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности (bo.nalog.ru) следует, что размер активов должника на 31.12.2020 составлял 282 356 000 рублей.

Данные бухгалтерского баланса должника за 2020 год не указывали на недостаточность активов должника для погашения задолженности ответчика в размере 27 034 111,88 рублей.

Таким образом, отсутствуют доказательства, достоверно свидетельствующие об осведомленности истца на момент совершения сделки о признаках неплатежеспособности должника и необходимости осуществления контроля за развитием дела о несостоятельности должника с отслеживанием и проверкой судебных актов в рамках этого дела.

Довод конкурсного управляющего об отсутствии поставки товара, приобретенного у контрагента ООО «Полар-Строй», опровергается первичными документами, из которых следует, что истец приобрел у данного контрагента 208,22 тонн битума БНД 60/90 на общую сумму 6 770 320,64 рублей.

Вместе с тем, в отношении приобретенного истцом товара у ООО «Полар-Строй» судом установлено следующее. Согласно имеющимся в материалах дела первичным документам, книгам покупок и книгам продаж ООО «СТК», истец реализовал в адрес ответчика битум, закупленный им у ООО «Полар-Строй» на общую сумму 7 524 400 рублей, в июле 2021 года, что подтверждено УПД №3-4 от 14.07.2021 г. и УПД №10 от 29.07.2021.

Согласно приведенным конкурсным управляющим сведениям карточки компании ООО «Полар-Строй», ее выручка от продаж в 2020 году составила 8 099 000 рублей, что исключает довод об отсутствии возможности приобретения данным лицом, поставленного позднее истцу товара.

При этом, внесение в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о недостоверности сведений о юридическом лице осуществлено 10.12.2021, тогда как отношения между истцом и ООО «Полар Строй» существовали в июле 2021 года.

С учетом открытых данных, на которые ссылался сам управляющий, необоснованными являются утверждения о мнимости договора поставки, заключенного между ООО «Полар Строй» и ООО «СТК», поскольку все обстоятельства, положенные в основу признаков мнимости, отсутствовали на момент исполнения сделки.

Кроме того, судом учтено, что предметом спора является задолженность, которая образовалась за поставленный товар, отраженный в УПД № 58 от 12.10.2021 – УПД № 86 от 30.11.2021 года, на общую сумму 34 390 335 рублей, то есть за период с 12.10.2021 по 30.11.2021.

Товар, реализованный истцом в пользу ответчика по спорным УПД, за спорный период и в рамках заявленной суммы исковых требований не приобретался им у ООО «Полар Строй», а был закуплен у других контрагентов.

Суд отклоняет довод конкурсного управляющего относительно невозможности поставки товара ООО «Полар-Строй», поскольку товар учтен в книге покупки и движение денежных средств по нему отражено в Налоговых декларациях истца по НДС за 3 квартал. Кроме того, данный довод не имеет правового значения, поскольку у данного контрагента истцом приобретался товар, сумма оплаты по которому не относится к заявленной задолженности и не охватывается предметом спора.

Суд находит несостоятельным довод конкурсного управляющего о том, что истец намеренно завысил стоимость поставляемого ответчику товара.

В силу принципа свободы договора истец как поставщик не обязан предъявлять покупателю ту же сумму за поставленный товар, которую он уплатил первоначальному продавцу. Напротив, поставщик, исходя из существа предпринимательской деятельности, заинтересован в получении прибыли от продажи производимого или реализуемого им товара, а также и из сопутствующих поставке услуг, например, по перевозке товара. Данный вывод и обуславливает получение поставщиком с покупателя денежных средств за поставку товара в размере большем, чем поставщиком уплачено непосредственно первоначальным продавцам (изготовителям товара) (Постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2020 № 20АП-8209/2019 по делу № А23-4490/2019).

Возможность поставки товара ответчику по той же цене, что и при покупке у производителя, не соответствует ни принципам ведения предпринимательской деятельности в целом, ни уставным целям истца как хозяйственного общества. Это обстоятельство не свидетельствует о неисполнении договорных обязательств, поскольку имеются обоюдно согласованные условия.

Судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией (постановление Президиума ВАС РФ от 20.01.2009 N 2236/07 по делу № А40-11992/06-143-75, постановление Конституционного Суда РФ от 24.02.2004 N 3-П). В полномочия суда входит лишь контроль за соблюдением законодательства при совершении сделок, а не вменение доходов (затрат) исходя из собственного видения конкурсного управляющего способов достижения экономического результата с меньшими затратами субъектом экономической деятельности.

Хозяйствующие субъекты самостоятельно по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности (Постановление Президиума ВАС РФ от 26.02.2008 N 11542/07).

Судом отклоняется довод о явном завышении истцом стоимости поставляемого товара.

В соответствии со справкой Торгово-Промышленной палаты Ставропольского края №223 от 21.03.2022 г. стоимость битума на начало 2021 года составляла 28 700 руб. за одну тонну, на конец года – 34 445 руб.

Довод временного управляющего о сложившейся средней цене на дизельное топливо в размере 32 руб. и цене битума 23 рубля не подтвержден надлежащими доказательствами, поскольку в основу суждения положены в качестве аналогов скриншоты объявлений, размещенных в 2018 году.

Судом установлено, что в июле 2021 истец реализовывал битум по цене в размере 29 166,67 руб. за одну тонну, а в ноябре по цене в размере 32 916,67 руб. за тонну.

Стоимость дизельного топлива на начало 2021 года составляла 47,40 руб. за один литр, на конец года – 52,30 руб., что также подтверждено справкой ТПП СК №223 от 21.03.2022.

Судом установлено, что в июле 2021 истец реализовывал дизельное топливо по цене в размере 47,50 руб. за один литр (УПД №26 от 28.07.2021, а в ноябре по цене в размере 52,08 рублей за тонну.

Кроме того, в силу правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 1795/11 по делу № А56-6656/2010, само по себе завышение (занижение) цены проданного имущества не свидетельствует о злоупотреблении правом и наличии оснований для признания сделки ничтожной. Для квалификации сделки как ничтожной в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ необходимо установить наличие либо сговора между продавцом и покупателем, либо осведомленности поставщика о подобных действиях покупателя.

Материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих явную невыгодность условий договора поставки № 3 и договора поставки № 06/1 и свидетельствующих об очевидной неравноценности получаемого товара и встречного предоставления за него, а имеющиеся в деле доказательства не свидетельствуют о существенном (кратном) превышении цены аналогичных сделок относительно оспариваемой.

Согласно пункту 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 01.06.2022, превышение рыночной стоимости отчужденного имущества над договорной ценой само по себе не свидетельствует об осведомленности контрагента должника-банкрота о противоправной цели сделки для ее оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Для целей установления противоправности цели сделки и недобросовестности ответчика по сделке подлежит применению критерий кратности превышения договорной цены над рыночной стоимостью.

В любом случае само по себе отклонение стоимости товаров в пределах 15-20 процентов от цены, определенной конкурсным управляющим, не может рассматриваться как неравноценное, исходя из конкретных характеристик сделки и приобретаемого имущества.

Доказательства, свидетельствующие о том, что для истца было очевидно значительное занижение цены его реализации по сравнению с рыночной стоимостью аналогичных товаров, свидетельствующее о явно невыгодной для должника сделке и вызывающее у обоснованные подозрения, отсутствуют.

Конкурсным управляющим также не приведено достоверных и убедительных доказательств того, что учредитель истца ФИО11 имеет признаки номинального участника.

В соответствии со статьей 2 Закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество с ограниченной ответственностью может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде.

По смыслу пункта 3 статьи 48 ГК РФ участники корпоративных организаций (статья 65.1) обладают в отношении них лишь корпоративными правами, если иное не установлено законом.

Согласно пункту 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Руководство текущей деятельностью общества осуществляет не участник, а единоличный исполнительный орган, который представляет его интересы и совершает сделки от его имени.

Конкурсным управляющим не доказано, что возраст участника повлиял на реальность исполнения сделок поставки, а также то, что данный участник являлся номинальным, то есть участвовал в управлении хозяйственного общества формально, для вида.

Не представлено суду доказательств того, что компания истца управлялась иным лицом: ответчиком или аффилированным с ним лицом, которые бы контролировали деятельность истца. А также не доказано наличие контроля ответчика со стороны самого истца или зависимых от него лиц. Поэтому довод о номинальном характере участника в данном случае не принимается.

При этом судом установлено отсутствие какой-либо иной связи (аффилированности) между истцом и ответчиком, которая бы отличалась от обычной хозяйственной связи, опосредованной заключенными договорами поставки.

В данном случае между истцом и ответчиком отсутствуют формально-юридические признаки, позволяющие признать их входящими в одну группу лиц: истец не входит и не входил когда-либо в одну группу лиц с должником и не имел с ним корпоративных взаимоотношений (юридическая аффилированность).

Не представлено сведений о том, что ответчик оказывал или мог оказывать какое-то влияние на деятельность истца, как не представил сведений о том, что истец мог давать должнику обязательные к исполнению указания.

Не подтвержден довод о том, что генеральный директор ответчика действовал вопреки интересам общества и оказывал влияние на деятельность истца. Не представлено доказательств недоступности заключения договоров между ответчиком и третьими лицами на условиях, аналогичных условиям заключенных сделок с истцом.

Судом установлено также, что истец исходя из обстоятельств настоящего спора не может быть отнесен к компании, обладающей признаками технической или транзитной компании.

Суду не представлено сведений о том, что истец использовал формальный документооборот, не осуществлял реальной экономической деятельности и не исполнял налоговые обязательства. Доказательств того, что воля истца была направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а на ведение деятельности в интересах третьих лиц, причинении потерь казне (например, получению необоснованной налоговой выгоды) или третьим лицам суду не представлено.

Истцом при этом представлены доказательства осуществления им реальной предпринимательской деятельности, уплаты обязательных платежей и сумм налогов в бюджет, наличие действительного адреса места нахождения.

Неоднократные закупки истцом товара у производителей (первичных продавцов), оплаты этого товара, учет движения товаров, подтверждается первичной документацией с контрагентами: ООО «РесурсАвто», ООО «Югнефтепродукт», АО «Нефрес», ООО «Промбит», ООО «Агромаркет», ООО «Полар-Срой», а также ответчиком.

Ни законом, ни условиями договоров поставки № 06/1 от 30.06.2021 г. и № 3 от 01.07.2021 г. на истца не возлагалось обязанности как поставщика изготавливать поставляемый товар лично, иметь соответствующий товар в наличии на момент заключения договоров и обеспечить наличие собственного склада и хранение товара в нем.

Суд не может согласиться с доводом конкурсного управляющего о крупности сделок поставки. Согласно пункту 1 статьи 46 Закона об обществах крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом (одновременно) связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, приобретение такого количества акций (иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции) публичного общества, в результате которых у общества возникает обязанность направить обязательное предложение в соответствии с главой XI.1 Федерального закона от 26 декабря 1995 года N 208-ФЗ «Об акционерных обществах»), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Спорные поставки товара (битума и дизельного топлива) соответствовали уставным видам деятельности как истца, так и ответчика. В ходе разбирательства временным управляющим в письменных пояснениях на иск представлены из открытых источников сведения в виде перечня (таблицы) заключенных и исполняемых ответчиком государственных (муниципальных) контрактов. Данные контракты предполагали использование в больших количествах поставляемых истцом товаров, в том числе, для производства асфальтной смеси, реконструкции и строительства дорог, обустройства площадок и т.д. Данные обстоятельства указывают, что заключенные с истцом сделки поставки не выходили за пределы обычной хозяйственной деятельности ответчика.

С учетом того, что цена каждой партии поставляемого истцом товара определялась в унифицированных передаточных актах и варьировалось в пределах от 700 000 рублей до 3 000 000 рублей, не доказано, что цена по каждой поставки составляла или превышала 25 % балансовой стоимости активов ответчика.

Кроме того, сделки, совершенные с нарушением законодательства о крупных сделках или сделках с заинтересованностью, относятся к категории оспоримых. С учетом положений пункта 2 статьи 166 ГК РФ суд не вправе признавать оспоримую сделку недействительной по своей инициативе, без заявления самостоятельных требований.

Согласно разъяснениям пункта 71 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 отказ в иске на том основании, что требование истца основано на оспоримой сделке, возможен только при одновременном удовлетворении встречного иска ответчика о признании такой сделки недействительной или наличии вступившего в законную силу решения суда по другому делу, которым такая сделка признана недействительной.

Возражения конкурсного управляющего относительно подозрительности действий истца и ответчика по формированию задолженности ответчика не подтверждены соответствующими доказательствами.

Судом отклоняется довод конкурсного управляющего о ничтожности сделок поставки как совершенных в период действия принятых судом обеспечительных мер.

В пункте 2 статьи 64 Закона о банкротстве указаны случаи, когда органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, за исключением случаев, прямо предусмотренных настоящим Законом, сделки или несколько взаимосвязанных между собой сделок.

В соответствии с абзацем 4 пункта 1 статьи 66 Закона о банкротстве временный управляющий вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством о принятии дополнительных мер по обеспечению сохранности имущества должника, в том числе о запрете совершать без согласия временного управляющего сделки, не предусмотренные пунктом 2 статьи 64 настоящего Федерального закона.

Из содержания определения по делу № А63-3295/2021 от 26.08.2021 следует, что судом были приняты обеспечительные меры, в том числе, в виде запрета должнику без письменного согласия временного управляющего совершать и заключать сделки, не предусмотренные пунктом 2 статьи 64 Закона о банкротстве.

Договоры поставки являются рамочными, для которых характерна систематическая поставка товара различными партиями, каждая из которых может рассматриваться в качестве самостоятельной сделки.

По мнению конкурсного управляющего, поскольку в момент исполнения сделок поставки уже действовали обеспечительные меры, принятые определением арбитражного суда от 26.08.2021, то сделки ничтожны в силу пункта 1 статьи 174.1 ГК РФ.

Однако в соответствии с пунктом 1 статьи 174.1 ГК РФ сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности, из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (ст. 180 ГК РФ).

Положениями данной нормы регламентируется совершение сделки в условиях наличия законодательного запрета, тогда как определение арбитражного суда от 26.08.2021 о принятии обеспечительных мер представляет собой судебный запрет на совершение сделок с должником без получения предварительного согласия арбитражного управляющего.

Согласно пункту 2 статьи 174.1 ГК РФ сделка, совершенная с нарушением запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного в судебном или ином установленном законом порядке в пользу его кредитора или иного управомоченного лица, не препятствует реализации прав указанного кредитора или иного управомоченного лица, которые обеспечивались запретом, за исключением случаев, если приобретатель имущества не знал и не должен был знать о запрете.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 94 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу пункта 2 статьи 174.1 ГК РФ сделка, совершенная в нарушение запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного судом или судебным приставом-исполнителем, в том числе в целях возможного обращения взыскания на такое имущество, является действительной. Ее совершение не препятствует кредитору или иному управомоченному лицу в реализации прав, обеспечивающихся запретом.

Согласно пункту 2 статьи 174.1 ГК РФ сделка действительна, что позволяет арестованному имуществу находиться в обороте (Определение Конституционного Суда РФ от 28.12.2021 № 2893-О, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.02.2017 № 301-ЭС16-16279 по делу № А11-9381/2015).

Правовым последствием заключения сделки после принятия обеспечительных мер является не констатация ее ничтожности, а порождение на стороне кредитора, в интересах которого были наложены обеспечительные меры, прав залогодержателя, при условии, что приобретатель имущества, в отношении которого были наложены обеспечительные меры знал или должен был знать о наличии запрета или ограничения на распоряжение должником указанным имуществом.

Таким образом, обеспечительные меры, наложенные судом, сами по себе не являются основанием для признания заключенной в период их действия сделки зачета ничтожной.

Правила, установленные пунктом 2 статьи 174.1 ГК РФ, отличаются от правил, содержащихся в пункте 1 указанной статьи, поскольку запрет или ограничение на распоряжение имуществом налагается в судебном порядке, а не следует из закона. Это обстоятельство может повлиять на осведомленность контрагента должника по сделке относительно принятых обеспечительных мер.

В связи с этим, если приобретатель имущества, распоряжение которым запрещено или ограничено в судебном порядке, знал или должен был знать о наличии таких обеспечительных мер, то кредитор должника или иное управомоченное лицо вправе реализовать свои права в отношении данного имущества.

В том случае, когда приобретатель имущества является добросовестным (не знал и не должен был знать о запрете или ограничении, наложенном в судебном порядке), совершенная им сделка будет действительной, и права лица, обеспеченные данным запретом, не будут реализованы.

Названной нормой гарантированы права добросовестного приобретателя, то есть лица, которое не знало и не должно было знать о запрете на распоряжение имуществом должника, наложенного в судебном порядке в пользу его кредитора или иного управомоченного лица и введено исключение, при котором сделка не признается недействительной и такое лицо приобретает права на это имущество, а кредитор лишается возможности реализовать свои права, обеспеченные этим запретом.

Такого же подхода придерживается действующая судебная практика: Верховный суд РФ в определении от 28.03.2022 по делу № 303-ЭС22-2394 указал, что принятие обеспечительных мер в виде запрета совершения сделок с учетом отсутствия доказательств осведомленности ответчика об имеющемся судебном запрете не влечет недействительность сделки.

Кроме того, по смыслу разъяснений пункта 95 Постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 само по себе размещение судебного акта в сети «Интернет» не означает, что приобретатель является недобросовестным.

Доказательств того, что общество действовало в противоправных целях при совершении сделки зачета, заведомо зная о наличии судебного запрета, суду не предоставлено.

Истец в июле 2022 года был признан лицом, участвующим в рассмотрении заявления об оспаривании сделки должника. Доводов в пользу наличия у общества разумных причин до этого момента активно интересоваться перспективой судебных споров с участием должника и осуществлять мониторинг судебных актов, вынесенных в отношении должника¸ конкурсным управляющим не приведено.

Осведомленность общества о возбуждении в отношении должника процедуры банкротства не свидетельствует об ознакомлении с содержанием всех судебных актов, принятыми в рамках дела о банкротстве. Возбуждение процедуры банкротства в отношении должника не порождает презумпции извещенности третьих лиц, в том числе общества, принимаемых в рамках указанной процедуры судебных актах (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.03.2023 по делу № А01-1415/2019, постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 21.12.2020 № 02АП-8461/2020 по делу № А31-11311/2016)

Аналогичный подход закреплен в пункте 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения», согласно которому само по себе принятие судом обеспечительной меры в отношении имущества не свидетельствует о том, что приобретатель этого имущества должен был знать о судебных спорах по поводу этого объекта. Принятие обеспечительной меры само по себе не свидетельствует о том, что приобретатель должен был знать о притязаниях третьих лиц на имущество, так как в ЕГРП сведений о принятии указанной обеспечительной меры не содержалось.

При этом сам арбитражный управляющий, имея сведения об имеющихся правоотношениях с участием должника, заключенных с ним договорах, обладая возможностями (и даже обязанностью) в период с момента введения наблюдения по выявлению контрагентов должника, мог предпринять меры по извещению кредиторов должника о принятых обеспечительных мерах. Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника, запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника.

Однако доказательств совершения подобных действий со стороны арбитражного управляющего должником суду не представлены.

При изложенных обстоятельствах суд полагает обоснованными заявленные исковые требования о взыскании суммы долга по исполненным договорам поставки в полном объеме, а в части требований о взыскании неустойки – частично.

Государственная пошлина подлежит отнесению на ответчика в связи с удовлетворением требований.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СМДС ПМК», ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Ставрополь в пользу общества с ограниченной ответственностью «СТК», ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Ставрополь 34 390 335 руб. долга, 19 015 430 руб. 29 коп. неустойки за период с 14.11.2021 по 31.03.2022 и со 02.10.2022 по 28.11.2023, начиная с 29.11.2023 по день фактического исполнения обязательства по уплате долга из расчета 0,1% за каждый день просрочки от суммы долга.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СМДС ПМК», ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Ставрополь в доход бюджета Российской Федерации 200 000 руб. госпошлины по иску.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по заявлению истца.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок со дня вступления его в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья

И.В. Подфигурная