Решение от 14 мая 2026 г. АС Свердловской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620000, <...> стр. 1,

www.ekaterinburg.arbitr.ru e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А60-62286/2025
15 мая 2026 года
г. Екатеринбург



Резолютивная часть решения объявлена 29 апреля 2026 года

Полный текст решения изготовлен 15 мая 2026 года.


Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи С.В. Раднаевой, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ч.Б. Чавынчак (до и после перерыва), рассмотрел в судебном заседании дело №А60-62286/2025

по первоначальному иску общества с ограниченной ответственностью «Промметупак» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Векторплюс» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании задолженности,

по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Векторплюс» к обществу с ограниченной ответственностью «Промметупак» о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности ничтожной сделки,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью ДСК «Строймеханизация» (ИНН <***>),


при участии в судебном заседании

от истца: ФИО1, представитель по доверенности от 09.08.2025, онлайн,

от ответчика: ФИО2, представитель по доверенности от 16.10.2025.

Процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов суду не заявлено.


Общество с ограниченной ответственностью «Промметупак» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Векторплюс» о взыскании неустойки по договору подряда № 26/24-СУБ/МКД от 17.01.2025 г. в размере 2 026 941 руб. 57 коп., расходов по уплате государственной пошлины.

Определением от 13.11.2025 исковое заявление принято к производству, назначено предварительное судебное заседание.

От ответчика 18.12.2025 поступил отзыв на исковое заявление. Отзыв приобщен к материалам дела на основании ст. 75, 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Также ответчиком заявлено ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью ДСК «Строймеханизация» (ИНН <***>).

Рассмотрев материалы дела, в порядке ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд счел необходимым привлечь к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью ДСК «Строймеханизация» (ИНН <***>).

Определением от 19.12.2025 суд признал оконченной подготовку дела к судебному разбирательству и назначил судебное разбирательство.

От истца 28.01.2026 поступили возражения на отзыв, приобщены к материалам дела на основании ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От ответчика поступили дополнительные доказательства, приобщены к материалам дела на основании ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Также от ответчика поступило дополнение к отзыву на исковое заявление, приобщено к материалам дела на основании ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от 02.02.2026 судебное заседание отложено.

От ответчика 25.02.2026 поступило дополнение к отзыву на исковое заявление, приобщено к материалам дела на основании ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от 26.02.2026 судебное заседание отложено.

Общество с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Векторплюс» заявило встречное исковое заявление к обществу с ограниченной ответственностью «Промметупак» о признании договора уступки прав требований (цессии) № 15/09 от 15.09.2025г., заключенного между ООО ДСК "Строймеханизация" (цедент) и ООО "Промметупак" (цессионарий), недействительной ничтожной сделкой и применении последствий недействительности сделки в виде обязания ООО ДСК «Строймеханизация» (цедент) и ООО «Промметупак» (цессионарий) возвратить друг другу все полученное по сделке.

Определением от 04.03.2026 встречное исковое заявление принято для рассмотрения совместно с первоначальным иском.

Учитывая наличие встречного иска, истцом будет именоваться ООО «Промметупак», ответчиком - ООО «ПК «Векторплюс», согласно статусу сторон по первоначально заявленному иску.

От третьего лица 30.03.2026 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела доказательства направления уведомления об уступке права требования, приобщено к материалам дела на основании ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Также от ответчика 31.03.2026 поступило ходатайство о приобщении акта вскрытия пакета от 15.10.2025, приобщен к материалам дела на основании ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От истца 03.04.2026 поступили возражения на отзыв и дополнение к отзыву, приобщены к материалам дела на основании ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От ответчика в судебном заседании поступили дополнения к отзыву на исковое заявления, приобщены к материалам дела на основании ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от 17.04.2026 судебное заседание отложено.

От ответчика 22.04.2026 поступили возражения на отзыв, приобщены к материалам дела на основании ст. 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд

УСТАНОВИЛ:

из материалов дела следует, что 17.01.2025 года между обществом с ограниченной ответственностью ДСК «Строймеханизация» (генподрядчик, третье лицо) и обществом с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Векторплюс» (подрядчик, ответчик) заключен договор подряда 26/24-СУБ/МКД (далее также договор подряда), по условиям которого генподрядчик поручает и обязуется оплатить, а подрядчик принимает на себя обязательства выполнить комплекс работ по изготовлению, окрашиванию, монтажу ограждений лестничной клетки секций 1.1., 1.2., изготовлению и монтажу нержавеющих лестничных ограждений крыльца секций 1.1.,1.2., изготовлению и монтажу вентиляционных колпаков секции 1.1., 1.2., изготовление и установка отливов из оцинкованной стали на вентиляционных шахтах секции 1.1.,1.2. объекта строительства «ЖК «Петровский» Жилые многоквартирные дома № 1 и № 4 секционного типа по ул. Петрова в г. Верхняя Пышма, Свердловской области» 1 этап строительства - 1,2 секции жилого дома № 1, часть автостоянки со встроенной автомойкой и мусорокамерой.

Пунктом 2.1. договора подряда установлены сроки выполнения работ по договору:

Начало выполнения работ: с момента подписания договора.

Окончание выполнения работ: 25 рабочих дней с момента начала работ по договору.

Таким образом, работы подлежали выполнению в срок до 20.02.2025.

Цена договора согласована сторонами путем подписания «Ведомости договорной цены. Ограждения лестниц и крыльца секции 1.1; секция 1.2» (приложение № 1 к договору), «Ведомости договорной цены. Вентиляционные колпаки и отливы секции 1.1; секция 1.2.» (приложение № 2 к договору) и составляет 2 502 397 руб., в том числе НДС в размере 20%.

В подтверждение исполнения обязательств ответчиком представлены акты освидетельствования скрытых работ от 10.04.2025, 15.04.2025, 30.04.2025, содержащие сведения о выполнении отдельных промежуточных технологических этапов работ.

Вместе с тем счет-фактура №223, акты о приемке выполненных работ по форме КС-2 №1-01, №1-02 и справка о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 №1 подписаны сторонами 04.07.2025, согласно которому стоимость выполненных работ составила 2 502 397 руб.

Учитывая авансовый платеж в размере 1 251 198 руб. 50 коп., задолженность составляла 1 251 198 руб. 50 коп.

Согласно п. 7.2. договора за нарушение сроков работ (начала работ, окончательных, промежуточных, поэтапных), указанных в договоре, по вине подрядчика, подрядчик обязан уплатить генподрядчику неустойку в размере 0,1% от стоимости не выполненных в установленный срок работ (этапа работ) за каждый день просрочки от стоимости невыполненных работ (этапа работ). В случае срыва сроков на 15 календарных дней и более, подрядчик уплачивает генподрядчику неустойку в размере 1% от стоимости не выполненных в установленный срок работ (этапа работ) за каждый день просрочки.

Генподрядчик начислил неустойку за просрочку выполнения работ за период с 24.02.2025 по 04.07.2025 в размере 3 278 140 руб. 07 коп. (2502397?1%?131).

Штрафные санкции, указанные в договоре, сторона их допустившая, обязана уплатить другой стороне не позднее 10 дней с момента предъявления соответствующего требования. В случае отсутствия со стороны подрядчика добровольной оплаты штрафных санкций в установленный срок, генподрядчик вправе удержать данные суммы из оплаты выполненных подрядчиком работ или из сумм отложенного платежа (гарантийного удержания).

Генподрядчик удержал начисленную неустойку при оплате выполненных работ, в результате чего неустойка составила 2 026 941 руб. 57 коп (3278140,07-1251198,50).

В последующем, между обществом с ограниченной ответственностью ДСК «Строймеханизация» (цедент) и обществом с ограниченной ответственностью «Промметупак» (цессионарий, истец) заключен договор уступки права требования (цессии) № 15/09 от 15.09.2025 г. (далее также договор уступки), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает на себя право требования о взыскании договорной неустойки к должнику (ООО ПК «ВекторПЛЮС» ИНН <***>) в рамках договора подряда № 26/24-СУБ/МКД от 17.01.2025 г. в размере 2 026 941 руб. 57 коп.

Право требования переходят от цедента цессионарию в момент заключения договора (п.1.4. договора уступки).

Учитывая вышеуказанное, истец обратился в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением о взыскании неустойки в размере 2 026 941 руб. 57 коп.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ссылался на отсутствие оснований для взыскания неустойки в заявленном размере, просил применить положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, ответчик указывал, что договор уступки является недействительной (притворной) сделкой, не предполагает реального встречного предоставления, заключен между взаимосвязанными лицами, предусматривает оплату уступаемого права требования в рассрочку в течение 12 месяцев, направлен на исключение возможности зачета встречного требования ответчика к первоначальному кредитору в размере 1 251 198 руб. 50 коп., а также свидетельствует о злоупотреблении правом.

В обоснование указанных доводов ответчик ссылался на обстоятельства, исследованные в рамках дела № А60-9215/2025, а также на отсутствие доказательств фактической оплаты по договору уступки.

Учитывая вышеуказанное, ответчик заявил встречное исковое заявление о признании договора уступки прав требований (цессии) № 15/09 от 15.09.2025 г., заключенного между ООО «ДСК «Строймеханизация» (цедент) и ООО «Промметупак» (цессионарий) недействительной ничтожной сделкой, и применении последствий недействительности сделки в виде возложениии обязанности на цедент и цессионария возвратить друг другу все полученное по сделке.

Истец и третье лицо возражали против удовлетворения встречного иска, указывая на действительность договора уступки и отсутствие доказательств его мнимости либо притворности.

Исследовав материалы дела, оценив их в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке (пункт 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 25)).

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства либо участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Такая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Как разъяснено в пункте 86 постановления № 25, следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Таким образом, при рассмотрении вопроса о мнимости сделки, а также документов, подтверждающих ее исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства.

В силу п. 1 ст. 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии с п. 1 ст. 709 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются цена подлежащей выполнению работы или способы ее определения.

В силу пункта 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В соответствии с п. 1 ст. 753 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие заказчиком результата выполненных работ является обязанностью заказчика при условии сообщения подрядчика о готовности его к сдаче. При этом сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной.

Доказательством сдачи подрядчиком результатов работы и приемки его заказчиком (ответчиком) является двусторонний акт, удостоверяющий приемку выполненных работ (ст. 720, 783 Гражданского кодекса Российской Федерации), что в силу требований п. 1 ст. 711 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием возникновения на стороне заказчика обязательства по оплате принятых результатов работ.

На основании статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Уступка права (требования) кредитора является одной из форм перемены лиц в обязательстве, влечет за собой переход прав кредитора к другому лицу, но не прекращает и не видоизменяет неисполненных обязательств должника. При этом исходя из положений статей 382, 383 Гражданского кодекса Российской Федерации личность кредитора в денежном обязательстве по общему правилу не имеет значения.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Доводы ответчика о безвозмездном характере договора уступки отклоняются, поскольку договор цессии вступает в силу с момента его подписания (п. 1.4), и вопрос о том, каким образом цессионарий будет исполнять свои обязательства по выплате цены договора цеденту за уступленное ему право требования, не имеет правового значения при установлении процессуального правопреемства, в связи с чем отсутствие доказательств, подтверждающих оплату, не влияет на факт перехода прав требования по такому договору.

Пунктом 9 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения судами главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права (требования). Отсутствие в сделке уступки права (требования) условия о цене передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ее ничтожной как сделки дарения между коммерческими организациями.

Таким образом, довод ответчика о том, что предусмотренная договором рассрочка оплаты уступаемого права требования свидетельствует о фиктивности сделки, судом отклоняется, поскольку согласование сторонами отсрочки исполнения денежного обязательства не свидетельствует о безвозмездности сделки и само по себе не подтверждает отсутствие реального встречного предоставления.

Ссылки ответчика на судебные акты по делу № А60-9215/2025 отклоняются, поскольку содержащиеся в них выводы касаются иных правоотношений, не обладают преюдициальным значением для настоящего дела и не подтверждают обстоятельств, свидетельствующих о недействительности спорного договора уступки.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.11.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», отсутствие в договоре, на основании которого производится уступка, условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. В таком случае цена требования, в частности, может быть определена по правилу пункта 3 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария.

Суд исходит из того, что действующее законодательство не предусматривает запрета коммерческой деятельности между аффилированными лицами либо между лицами, входящими в одну группу компаний. Само по себе наличие общих хозяйственных интересов еще не подтверждает то обстоятельство, что стороны действуют недобросовестно.

Кроме того, даже сам по себе факт аффилированности не является основанием для признания сделки недействительной при наличии доказательств, подтверждающих реальность хозяйственных отношений. Наличие между сторонами сделок экономических связей само по себе не противоречит законодательству, не свидетельствует о направленности действий ответчиков на причинение ущерба и не является бесспорным доказательством недобросовестности сторон.

Поскольку нарушение императивного запрета, установленного законом, материалами дела не подтверждено, основания для признания спорной сделки недействительной по статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Совокупность представленных ответчиком доказательств не подтверждает наличие злоупотребления правом либо направленности действий сторон исключительно на причинение вреда ответчику.

Вместе с тем, суд отмечает, что само по себе совершение уступки права требования не изменяет объема обязательств ответчика и не прекращает принадлежащих ему способов защиты прав в части требования об оплате работ.

Учитывая вышеуказанное, суд отказывает в удовлетворении встречных исковых требований.

Судом установлено, что ответчиком нарушен согласованный сторонами срок исполнения обязательства.

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться в том числе, неустойкой и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии со статьей 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно п. 7.2. договора за нарушение сроков работ (начала работ, окончательных, промежуточных, поэтапных), указанных в договоре, по вине подрядчика, подрядчик обязан уплатить генподрядчику неустойку в размере 0,1% от стоимости не выполненных в установленный срок работ (этапа работ) за каждый день просрочки от стоимости невыполненных работ (этапа работ). В случае срыва сроков на 15 календарных дней и более, подрядчик уплачивает генподрядчику неустойку в размере 1% от стоимости не выполненных в установленный срок работ (этапа работ) за каждый день просрочки.

Ответчик, возражая относительно размера заявленной неустойки, указал, что конечной датой выполнения работ является 30.04.2025.

Суд признает указанные доводы ответчика заслуживающими внимания.

Действительно, из материалов дела, в том числе актов освидетельствования скрытых работ, счета-фактуры №223, актов о приемке выполненных работ по форме КС-2 №1-01, №1-02 и справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 №1 следует, что работы после 30.04.2025 ответчиком не выполнялись (иного истцом не доказано).

При этом, срок приемки результата выполненных работ не является сроком выполнения работы, приемка работ в отличие от выполнения работы зависит от действий обоих заинтересованных сторон - подрядчика и заказчика, срок приемки не входит в срок выполнения работ.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15 октября 2019 г. № 305-ЭС19-12786 при расчете заказчиком пени, начисляемой за каждый день просрочки исполнения обществом обязательства, в период просрочки исполнения обязательства не подлежат включению дни, потребовавшиеся заказчику для приемки выполненной работы (ее результатов) и оформления итогов такой приемки.

Таким образом, неустойка по договору правомерно начислена за период с 21.02.2025 по 30.04.2025.

По расчету суда неустойка за период с 21.02.2025 по 30.04.2025 составляет 1 726 653 руб. 93 коп. (2502397?1%?69).

Таким образом, первоначальный иск заявлен правомерно на сумму 1 726 653 руб. 93 коп.

Вместе с тем, ответчиком заявлено ходатайство о снижении неустойки на основании ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и представлен контррасчет неустойки, исходя из ставки 0,1% от стоимости невыполненных в срок работ.

В соответствии с п. 1 ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (п. 2 указанной статьи).

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 № 263-О разъяснил, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Стороны, несомненно, свободны в заключении договора, и ответчик, подписывая договор, знал, какая ответственность предусмотрена за неисполнение принятых обязательств (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). Между тем, данное обстоятельство не может ограничивать право суда снижать размер неустойки при наличии обстоятельств, свидетельствующих о явной несоразмерности взыскиваемой неустойки последствиям нарушения обязательства.

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

Суд считает возможным применить к данному спору положения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизить размер заявленной ко взысканию неустойки до суммы 172 665 руб. 39 коп., согласно контррасчету ответчика.

При этом суд также учитывает, что в свою очередь, ответственность генподрядчика установлена в размере 0,01% от неоплаченной в срок суммы (п. 7.1. договора подряда),

Таким образом, суд приходит к выводу, что первоначальное исковое заявление подлежит удовлетворению в размере 172 665 руб. 39 коп. (2502397?0,1%?69).

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Поскольку в удовлетворении встречных исковых требований судом отказано, расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика.

Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды (статья 333 ГК РФ) (п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Учитывая, что истцом правомерно заявлено требование о взыскании неустойки на сумму 1 726 653 руб. 93 коп., с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 73 095 руб. пропорционально удовлетворенным требованиям.

При вынесении резолютивной части решения от 29.04.2026 судом допущена опечатка в части указания размера государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца.

В данном случае исправление ошибки не влечет изменения содержания судебного акта, не влияет на его существо и содержащиеся в нем выводы, в связи с чем, не нарушает требования статьи 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.110, 167-170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Первоначальный иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания «Векторплюс» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Промметупак» (ИНН <***>, ОГРН <***>) неустойку по договору подряда № 26/24-СУБ/МКД от 17.01.2025 г. в размере 172 665 руб. 39 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 73 095 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.


Во встречном иске отказать.

2. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

3. В соответствии с ч. 3 ст. 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

С информацией о дате и времени выдачи исполнительного листа канцелярией суда можно ознакомиться в сервисе «Картотека арбитражных дел» в карточке дела в документе «Дополнение».

В случае неполучения взыскателем исполнительного листа в здании суда в назначенную дату, исполнительный лист не позднее следующего рабочего дня будет направлен по юридическому адресу взыскателя заказным письмом с уведомлением о вручении.

В случае если до вступления судебного акта в законную силу поступит апелляционная жалоба, (за исключением дел, рассматриваемых в порядке упрощенного производства) исполнительный лист выдается только после вступления судебного акта в законную силу. В этом случае дополнительная информация о дате и времени выдачи исполнительного листа будет размещена в карточке дела «Дополнение».


Судья С.В. Раднаева