Решение от 24 февраля 2022 г. по делу № А73-12750/2021

Арбитражный суд Хабаровского края

г. Хабаровск, ул. Ленина 37, 680030, www.khabarovsk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

дело № А73-12750/2021
г. Хабаровск
24 февраля 2022 года
Резолютивная часть судебного акта объявлена 22 февраля 2022 года.


Арбитражный суд Хабаровского края в составе судьи Изосимова С.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в заседании суда дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Примнет» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 690001, <...>)

к ФИО2

к ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ЭлитПрофЦентр» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и взыскании 1 345 878 руб.

При участии в судебном заседании:

от истца – ФИО4, действующая по доверенности от 01.03.2020;

от ответчиков - явку представителей не обеспечили, извещены в порядке ст. 123 АПК РФ.



общество с ограниченной ответственностью «Примнет» обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с исковым заявлением о привлечении ФИО3, как руководителя и учредителя ООО «ЭлитПрофЦентр» и ФИО2, как учредителя ООО «ЭлитПрофЦентр» к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ЭлитПрофЦентр» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и взыскании солидарно с ФИО3 и ФИО2 в пользу ООО «Примнет» 1 345 878 руб. 00 коп. денежных средств согласно вступившего 27.09.2020 года в законную силу решения Арбитражного суда Приморского края по делу № А51-10074/2020.

Определением от 25.01.2022 к участию в деле в порядке ст. 51 АПК РФ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО3 - ФИО5.

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в иске, а также дополнительных письменных пояснениях, просил исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО2 явку представителя в судебное заседание не обеспечила, представила отзыв, согласно которому полагает, что общество несло реальные траты при ведении своей хозяйственной деятельности; взыскиваемые денежные средства были перечислены в период: декабрь 2019 март 2020 года и составляют стоимость билетов на массовые культурные мероприятия (концерты) запланированные на март-апрель 2020 года, в связи с тем, что данная сфера деятельности начала испытывать кризис в период пандемии COVID-19 ООО «ЭлитПроф Центр» не смогло вести хозяйственную деятельность и нести финансовые обязательства; также ответчик ссылается на направление 31.01.2020 заявления о выходе из состава участников общества.

Ответчик ФИО3 также явку представителя в судебное заседание не обеспечила, представила отзыв, согласно которому период проведения мероприятий, на которое ООО «Примнет» осуществило продажу билетов совпал с введением ограничительных мер в связи с распространением новой коронавирусной инфекции COVID-19; денежные средства расходовались на траты, связанные с организацией мероприятий такие как размещение рекламы, аренда помещения, покупка инвентаря, покупка печатной продукции, оплата прочих расходов; со стороны Общества недействительных сделок, приводящих к ухудшению финансового положения и как следствие причинение ущерба кредиторам, не совершалось, необоснованного вывода активов не совершалось; указанная сфера деятельности пострадала от пандемии вне зависимости от действий директора, либо учредителя; истцом не доказано о виновности ответчиков в утрате Обществом возможности погасить требования его кредиторов, а также того, что действия ответчиков выходили за пределы предпринимательского риска либо добросовестной реализации своих полномочий.

В порядке статьи 156 АПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие представителей ответчиков и третьего лица, извещенных в порядке статьи 123 АПК РФ, по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителя истца, арбитражный суд

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ЭлитПрофЦентр» (далее - Общество) зарегистрировано в качестве юридического лица 29.08.2011 (ГРН <***>).

Лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица, согласно выписке из ЕГРЮЛ Общества являлся директор ФИО3 (ГРН записи в ЕГРЮЛ <***> от 29.08.2011). Она же являлась учредителем (участником) Общества с размером доли 50 процентов и номинальной стоимостью доли в уставном капитале общества 5 000 руб. (запись ГРН <***> от 29.08.2011).

Вторым учредителем (участником) ООО «ЭлитПроф Центр» являлась ФИО2 с размером доли 50 процентов и номинальной стоимостью доли в уставном капитале общества 5 000 руб. (запись ГРН 2142723045551 от 12.06.2014).

25.01.2019 в ЕГРЮЛ Общества внесены сведения о недостоверности сведений о мете нахождения и адресе юридического лица (ГРН 2192724058118).

02.07.2020 в ЕГРЮЛ Общества внесена запись ГРН 2202700217817 о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

26.10.2020 в ЕГРЮЛ Общества внесена запись ГРН 2202700373137 о прекращении юридического лица (исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

Из материалов дела следует, 28.09.2018 между ООО «Примнет» (агент) и ООО «ЭлитПрофЦентр» (принципал) заключен агентский договор о продаже билетов через сеть Интернет.

В соответствии с пунктом 1.1. договора, агент обязуется от имени иза счет принципала осуществлять услуги по электронной продаже билетовна событие населению через сеть Интернет (сайт www.VL.ru/ DVhab.ru),производить возврат пользователям стоимость приобретенных через сетьИнтернет билетов и перечислять принятые от населения платежи, заисключением агентского вознаграждения, на счет принципала.

Согласно пункту 3.4. договора, в случае отмены события, а также вслучае расторжения договора, в период продаж по инициативепринципала, агентское вознаграждение не начисляется, стоимостьпроданных билетов принципалу не переводится, в случае осуществленногоперевода подлежит возврату принципалом агенту в полном размере (100%)в течение 3 рабочих дней с момента отмены события. При этом, принципалвыплачивает агенту компенсацию, равную 3% стоимости всех проданныхчерез Интернет сайт www.VL.ru/DVhab.ru билетов в течение 3 рабочихдней с момента принятия принципалом отчета агента. Агент производитперечисление пользователю суммы, равной сумме приобретенного билета(100%).

Во исполнение условий договора агент осуществил продажу билетовна мероприятия на общую сумму 2 045 500 рублей.

Агент перевел принципалу авансовый платеж в размере 1 521 840рублей, что подтверждается платежными поручениями No18839 от13.12.2019, No19046 от 16.12.2019, No 19077 от 18.12.2019 , No19094 от20.12.2019, No19104 от 23.12.2019, No19105 от 23.01.2019, No19314 от25.12.2019, No19331 от 27.12.2019, No 19449 от 30.12.2019, No253 от10.01.2020, No263 от 13.01.2019, No505 от 15.01.2020, No516 от17.01.2020, No654 от 20.01.2020, No769 от 22.01.2020, No782 от 24.01.2020,No915 от 27.01.2020, No 1015 от 29.01.2020, No J 027 от 31.01.2020, No1028 от 31.01.2020, No1038 от 03.02.2020, No1331 от 05.02.2020, No2892 от13.02.2020, No2919 от 13.03.2020, No 2916 от 13.03.2020, No2891 от11.03.2020, No1337 от 05.02.202020, No 18702 от 09.12.2019; No 18838 от13.12.2019, No19076 от 18.12.2019, No 19103 от 23.12.2019, No19332 от27.12.2019, No264 от 13.01.2020, No504 от 15.01.2020, No653 от 20.01.2020,No1363 от 07.02.2020.

В связи с тем, что мероприятия не состоялись принципал, поусловиям договора, должен был возвратить агенту сумму авансовогоплатежа.

Принципал возвратил агенту 255 694 рубля, сумма задолженностисоставила 1 266 146 рублей.

Поскольку Общество задолженность не оплатило, истец обратился в Арбитражный суд Приморского края с исковым заявлением о взыскании задолженности и компенсации.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 27.08.2020 по делу № А51-10074/2020 исковые требования удовлетворены, с общества с ограниченной ответственностью «ЭлитПрофЦентр» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Примнет» взыскано 1 266 146 рублей авансового платежа и 53 535 рублей компенсации, а также 26 197 рублей расходов по уплате государственной пошлины по иску.

Решение суда вступило в законную силу, выдан исполнительный лист.

Ссылаясь на то, что погашение требований истца к Обществу стало невозможно в следствие действий (бездействий) ответчиков – ФИО3, как руководителя (директора) и участника ООО «ЭлитПрофЦентр» и ФИО2, как участника ООО «ЭлитПрофЦентр», в результате противоправных, недобросовестных действий ответчиова Общество перестало быть способным исполнять обязательства с контрагентами, и руководствуясь нормами статей 15, 53.1, 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктом 3.1. статьи 3 от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон Об ООО) истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Исследовав материалы дела, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, представленные в материалы дела доказательства, арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Из положений пункта 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон Об ООО), пункта 3 статьи 53 ГК РФ следует, что директор является единоличным исполнительным органом управления общества и, реализуя от имени и в интересах данного юридического лица гражданские права и обязанности, должен действовать добросовестно и разумно.

В силу пунктов 2 и 3 статьи 44 Закона Об ООО члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании. При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Аналогично, частями 1-2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В силу части 3 статьи 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Как установлено частью 1 статьи 399 ГК РФ, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Частью 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В настоящем споре ООО «Примнет» предъявляет требования о привлечении ответчиков солидарно - ФИО3 (как участника и руководителя Общества) и ФИО2 (как участника Общества) к ответственности по обязательствам ликвидированного ООО «ЭлитПрофЦентр» в субсидиарном порядке.

Из материалов дела следует, что ООО «ЭлитПрофЦентр» исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, то есть на основании п. 5 статьи 21.1. Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ), согласно которой, предусмотренный настоящей статьей порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (подпункт «б» пункта 5 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ).

Порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц установлен пунктом 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ., положения которого аналогичны пункту 1 статьи 64.2 ГК РФ. В соответствии с пунктом 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Как указывалось, согласно пункту 3.1., введенному Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ в статью 3 Закона № 14-ФЗ, исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Таким образом, у истца имеется право на предъявление требований о возмещении убытков по корпоративным основаниям в результате деятельности директора и участников ООО «ЭлитПрофЦентр».

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав, предусмотренных статьей 12 ГК РФ, и мерой ответственности за нарушение обязательств.

Положениями статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) закреплено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгод

Верховный Суд РФ в пункте 12 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

То есть, требование о взыскании убытков может быть удовлетворено при наличии в совокупности следующих условий: противоправности действий нарушителя, наличия и размера понесенных убытков, причинной связи между правонарушением и убытками, вины нарушителя, а также принятие истцом мер к предотвращению убытков или уменьшению их размера.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25).

Таким образом, по общему правилу, убытки являются универсальной мерой гражданско-правовой ответственности и для взыскания убытков на основании статьи 15 ГК РФ лицо, требующее их возмещения, должно представить доказательства, подтверждающие противоправность поведения ответчика, причинную связь между противоправным поведением и возникшими убытками, а также наличие и размер понесенных убытков.

В качестве доводов, подтверждающих, по мнению истца, недобросовестность и неразумность действий участника общества ФИО2, владеющей 50% уставного капитала общества, истцом указывается, что ФИО2 устранилась от контроля за финансово-хозяйственной деятельностью общества, не проявив должной степени заботливости и осмотрительности для надлежащего исполнения обязанности по контролю за деятельностью общества, в силу положений статей 15, 401 ГК РФ несет ответственность за бездействие, которое привело к нерациональной хозяйственной деятельности и последующему исключению общества из ЕГРЮЛ. ФИО2 не представила доказательств, что она, как участник общества, предпринимала какие-либо действия по контролю за финансово-хозяйственной деятельностью общества в целях недопущения исключения общества из ЕГРЮЛ, в том числе по смене единоличного исполнительного органа.

В качестве доводов, подтверждающих, по мнению истца, недобросовестность и неразумность действий единоличного исполнительного органа общества ФИО3 истцом указывается, что ФИО3 не предприняла действий по предоставлению налоговому органу достоверных сведений о месте нахождения общества; не воспользовалась возможностью переноса зрелищного мероприятия на основании постановления Правительства РФ № 442 от 03.04.2020, утвердившее форму ваучера на перенесенное в связи с введением ограничительных режимов, зрелищное мероприятие; согласно выписке по операциям по счетам ООО «ЭлитПрофЦентр» за период с 01.01.2020 по 30.04.2020 на расчетный счет общества поступило 2 769 970 руб., расход за этот же период составил 2 986 483 руб. из которых 473 000 руб. снято на расходы не относящиеся к фонду заработной платы и выплаты социального характера, 218 000 руб. потрачено на командировочные расходы и не направлено на погашение кредиторской задолженности.

Также, истцом указывается, что директором и участниками общества не была исполнена обязанность по подаче заявления о банкротстве Общества. При этом согласно абз. 2 п. 2 статьи 61.12. Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредитора, обязательства перед которым возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Как указывает истец за 2019 год общество получило нулевую прибыль, на расчетном счете компании 46 000 руб., при этом кредиторская задолженность составила 127 000 руб., краткосрочные займы 292 000 руб. Таким образом, исходя из бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2019 года у ООО «ЭлитПроф Центр» было недостаточно оборотных средств, необходимых для текущей и финансовой устойчивости, что может свидетельствовать о том, что компания находилась на стадии банкротства.

Таким образом, в исковом заявлении и дополнениях к нему истец указывает на следующие основания субсидиарной ответственности ответчиков:

- исключение должника из Единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц - п.3.1. ст. 3 Федерального закона № 14-ФЗ «Об ООО»;

- нарушение контролирующими лицами обязанности по обращению в суд с заявлением должника о признании его несостоятельным (банкротом) - ст.ст.9, 61.12 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)»;

- совершение контролирующими должника лицами действий, влекущих невозможность удовлетворения требований кредиторов, а именно, истца - ст. 61.11 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 1 и 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причинение юридическому лицу убытков в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.) (пункт 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62).

В качестве одного из оснований удовлетворения исковых требований и обстоятельств, свидетельствующих, по мнению истца, о противоправном поведении ответчиков (директора ФИО3, участника бщества ФИО2), что повлекло невозможность удовлетворения требований кредиторов, истец указывает на исключение общества – ООО «ЭлитПроф Центр» из Единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц (в административном порядке).

Как указывает истец, невыполнение руководителем общества и участником общества обязанности по предоставлению возражений в регистрирующий орган относительно исключения данного лица из ЕГРЮЛ и предоставлению достоверных сведений об адресе должника до принятия регистрирующим органом решения об исключении должника из ЕГРЮЛ, было направлено на недобросовестное использование административной процедуры исключения юридического лица из ЕГРЮЛ в целях ухода от ответственности.

Указанный довод признан судом необоснованным в силу следующего.

Как следует из представленной ИФНС России по Железнодорожному району города Хабаровска информации основанием для внесении в ЕГРЮЛ 25.01.2019 сведений о недостоверности сведений в отношении места нахождения и адреса юридического лица послужил протокол осмотра территорий, помещений от 20.11.2018, согласно которому по адресу: <...> расположено 3-х этажное административное здание в котором находятся офисные пещения. На втором этаже здания находится офис 22, в котором оборудовано одно рабочее место. Деятельность в данном офисе осуществляет ООО «ДВ Экспресс», находится сотрудник ООО «ДВ Экспресс», имеются документы данной организации. На двери имеется вывеска с наименованием ООО «ДВ Экспресс» Осмотром установлено отсутствие постоянно действующего исполнительного органа ООО «ЭлитПроф Центр» по заявленному адресу. Признаки осуществления деятельности ООО «ЭлитПроф Центр» по осмотренному адресу не установлены.

Следует отметить, что согласно единообразной судебной практике сам по себе факт прекращения правоспособности должника в административном порядке при наличии у должника неисполненных обязательств перед кредиторами не квалифицируется в качестве вредоносного действия, влекущего невозможность осуществления расчётов с кредиторами, как основание для субсидиарной ответственности, предусмотренной ст.61.11 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)», на что, в частности, указано в определении Верховного Суда РФ от 25 августа 2020 г. №307-ЭС20-180, постановлениях Арбитражного суда Дальневосточного округа от 25 ноября 2020 г. №Ф03-5000/2020, от 13 мая 2020 г. №Ф03-157/2020, от 10 июня 2020 г. №Ф03-1437/2020, от 14 мая 2020 г. №Ф03-1294/2020 и т.д.

Из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017г. №53) следует, что подобного рода ответственность не может презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании ст. 21.1 Федерального закона РФ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей». При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

Наличие у общества (впоследствии исключенного регистрирующим органом из соответствующего реестра) непогашенной задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков (как руководителя, так и участника такого общества) в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать об их недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату спорного долга.

В этой связи истец должен доказать конкретные обстоятельства, свидетельствующие о наличии или отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчика как руководителя и/или учредителя должника и тем, что долг перед кредитором не был погашен, то есть направленность данных действий исключительно на непогашение задолженности перед кредиторами.

Такие доказательства истцом в материалы настоящего дела не представлены.

При этом также следует учитывать, что в силу положений п.5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, что в силу положений ст.65 АПК РФ возлагает на истца обязанность по доказыванию недобросовестного или неразумного поведения ответчиков, направленного на неуплату спорного долга.

Внесение сведений об изменении адреса юридического лица осуществляется путём подачи единоличным исполнительным органом в регистрирующий орган заявления о государственной регистрации изменений сведений о юридическом лице, не связанных с внесением изменений в учредительные документы по форме № Р14001 (постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 05 апреля 2013 г. №Ф03-826/2013).

Изменение адреса юридического лица в пределах муниципального образования, являющегося его местом нахождения, не требует внесения изменений в учредительные документы общества и, соответственно, относится исключительно к компетенции единоличного исполнительного органа Общества.

Аналогичная правовая позиция изложена и в п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 61 от 30 июля 2013г., в котором указано, что изменение сведений ЕГРЮЛ в части адреса юридического лица в рамках его места нахождения, указанного в учредительных документах, не требует внесения изменений в учредительные документы независимо от того, был ли в них ранее указан такой адрес, если только иное прямо не предусмотрено учредительными документами юридического лица.

Также, судом принимается во внимание, что истец, действуя разумно и осмотрительно не был лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении должника, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что права и законные интересы кредитора затрагиваются в связи с исключением юридического лица из ЕГРЮЛ по процедуре, инициированной регистрирующим органом.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285 само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

В качестве самостоятельного основания для привлечения ответчиков к ответственности, истцом указывается на совершение контролирующими должника лицами действий, влекущих невозможность удовлетворения требований кредиторов, а именно, истца - ст.61.11 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)», то есть фактически доведение должника до банкротства.

Так, истец ссылается на то, что согласно отчета о финансовых результатах за 2019 год общество получило нулевую прибыль, на расчетном счете компании 46 000 руб., при этом кредиторская задолженность составила 127 000 руб., краткосрочные займы 292 000 руб. Таким образом, исходя из бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2019 года у ООО «ЭлитПроф Центр» было недостаточно оборотных средств, необходимых для текущей и финансовой устойчивости, что может свидетельствовать о том, что компания находилась на стадии банкротства.

Кроме того, согласно выписке по операциям по счетам ООО «ЭлитПрофЦентр» в ПАО КБ «Восточный» за период с 01.01.2020 по 30.04.2020 на расчетный счет общества поступило 2 769 970 руб. расход за этот же период составил 2 986 483 руб. из которых 473 000 руб. снято на расходы не относящиеся к фонду заработной платы и выплаты социального характера, 218 000 руб. потрачено на командировочные расходы и не направлено на погашение кредиторской задолженности.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (статья 71 АПК РФ).

При оценке доказательств судом учтена правовая позиция Верховного Суда РФ, изложенная в определении от 14.06.2016 по делу № 309-ЭС16-1553, согласно которой бухгалтерский баланс отражает лишь общие сведения об активах и пассивах применительно к определенному отчетному периоду и сам по себе не является документом, исключительно на основании которого возможно установить финансовое положение организации.

Под финансовым положением понимается способность предприятия финансировать свою деятельность. Финансовое положение характеризуется совокупностью показателей, отражающих наличие, размещение и использование финансовых ресурсов предприятия, а также состояние капитала в процессе кругооборота. Для оценки финансового положения не достаточно оценить наличие активов. Устойчивость финансового положения достигается при достаточности собственного капитала, хорошем качестве активов, высокой деловой активности предприятия, достаточном уровне рентабельности, стабильных доходах и широких возможностях привлечения заемных средств.

В материалы дела по запросу суда представлены выписки по банковским счетам, из которых следует, что денежные средства от продажи билетов агентами Общества (помимо истца, ООО «ТУСА», ООО «Свободный театр») поступали на расчетный счет общества до марта 2020 года. Вплоть до апреля 2020 года обществом велась обычная хозяйственная деятельность, в том числе производись расходы по оплате за спектакль ИП ФИО6 «Ты будешь моей» 145 000 руб. 13.03.2020, по оплате аренды большого зала муниципальному автономному учреждению «Городской Дворец культуры» 102 000 руб. 12.03.2020, по оплате за полиграфию ООО «ЭкспрессПолиграфия» 4 500 руб. 16.03.2020, аванс заработной платы 20 000 руб. 16.03.2020, оплата за аренду помещения ИП ФИО7 15 000 руб. 23.03.2020, 12 500 руб. 24.04.2020. Аналогичные по своему целевому назначению расходы – оплата спектаклей, аренда помещения, оплата полиграфии, агентское вознаграждения, выплата заработной платы производились и в период 2019 год – март 2020 года.

Систематическая выдача в январе – апреле 2020 года денежных средств на расходы, с указанием цели платежа: расходы не относящиеся к фонду заработной платы и выплаты социального характера в общей сумме 473 000 руб., оплата командировочных расходов за указанный период в сумме 218 000 руб. сами по себе не свидетельствуют о выводе денежных средств, направленное на уменьшение активов общества и других недобросовестных действиях ответчика. В том числе, учитывая, осуществление в январе 2020 - марте 2020 года систематических расходов, свидетельствующих о намерении общества продолжать ведение нормальной хозяйственной деятельности.



Нормативным основанием требования истцом указываются положения статьи 53.1. ГК РФ.

Вместе с тем, заявляя о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, истцом не указывается конкретных действий или бездействий, в результате которых Обществу был причинен вред.

Верховным судом Российской Федерации разъяснено, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве») (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285).

Как указал Верховный Суд РФ в определении от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, неисполнение должником обязательств, в том числе и длительное, не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. Требуется, чтобы конкретные неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в пп. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

В п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 53 от 21 декабря 2017г. разъяснено, что при применении института субсидиарной ответственности необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст.56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (ст. 10 ГК РФ).

Как неоднократно подчёркивали высшие судебные инстанции, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов и иных органов выявлять наличие в ней деловых просчётов (постановление Конституционного Суда РФ от 24 февраля 2004г. №3-П, определение Конституционного Суда РФ 4 июня 2007 г. №320-0-П, абз.2 п.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ №62 от 30 июля 2013г.)

В этой связи в п.1 постановления № 62 от 30.07.2013 Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ разъяснил, что арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

При этом следует учитывать, что субсидиарная ответственность по обязательствам несостоятельного должника не является дополнительной ответственностью по отношению к обязательствам должника (ст.399 ГК РФ), а представляет собой самостоятельную (основную) ответственность контролирующего лица за его конкретные вредоносные противоправные действия (определение Верховного Суда РФ от 16 декабря 2019 г. №303-ЭС19-15056).

Соответственно, для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст.61.11 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)», необходимо установление совокупности условий:

- наличие у ответчика права давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом определять действия должника (наличие статуса контролирующего должника лица);

- совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности;

- наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство);

- недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами;

- кроме того, в силу положений ст.ст.15, 401 ГК РФ необходимо установить вину ответчика для возложения на него ответственности (постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01 июля 1996г. №6/8).

Пленум Верховного Суда РФ в п.2 постановления № 53 от 21 декабря 2017г. указал, что при привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)», подлежат применению общие положения гл.гл. 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда. Это также подтверждает, что в основе привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника лежит совершение данными лицами конкретных вредоносных, противоправных действий, повлекших объективное банкротство должника и невозможность удовлетворения вследствие данных действий требований кредиторов, а не их потенциальная возможность влиять на деятельность должника.

Данный вывод согласуется с правовой позицией Верховного Суда РФ, сформулированной в определении от 10.04.2015 №309-ЭС 14-7022, согласно которой предусмотренная законодательством о банкротстве субсидиарная ответственность установлена в качестве санкции (ответственности в прямом смысле), причем не за действия организации-должника, а за собственные недобросовестные и неразумные действия контролирующего его лица.

В этой связи осуществление конкретных вредоносных действий, направленных исключительно на причинение вреда внешним кредиторам, должно быть доказано истцом применительно каждому из ответчиков. При этом следует также учитывать, что по делам о привлечении к ответственности лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, применяется умеренно-строгий стандарт доказывания, который требует предоставление от заявителя ясных и убедительных доказательств вредоносного поведения данного лица (определение Верховного Суда РФ от 30 сентября 2019г. №305-ЭС 16-18600(5-8)). При этом, как указал Верховный Суд РФ в определении от 30 января 2020 г. №306-ЭС 19-18285, требуется, чтобы конкретные неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в пп.1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами.

Согласно п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 53 от 21 декабря 2017г. под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к несостоятельности должника и невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, и т.д.

Также в п. 18 указанного постановления разъяснено, что контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (п. 3 ст. 1 ГК РФ).

Более того, даже совершение контролирующими должника лицами сделок, влекущих причинение вреда кредиторам, не во всех случаях является основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности. Такие действия являются основанием субсидиарной ответственности, если они не только были вредоносными для должника, но и значимыми для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющимися существенно убыточными, то есть сделка, совершённая на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключённая по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход (п.23 постановления Пленума Верховного Суда РФ №53 от 21 декабря 2017г.).

Данное разъяснение также свидетельствует о том, что осуществление должником текущей хозяйственной деятельности, в том числе и экономически неэффективной (убыточной), при отсутствии со стороны контролирующих должника лиц конкретных явного неразумных и недобросовестных вредоносных действий чрезвычайного (нетипичного) характера, являющихся объективной причиной банкротства должника, не может служить основанием привлечения данных лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным ст.61.11 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)».

Вопреки указанным правовым позициям и требованиям законодательства, доводы истца сводятся к неудовлетворительному финансовому положению должника, сделанному на основании данных бухгалтерских балансов и сведений по операциям по расчетным счетам ООО «ЭлитПрофЦентр».

Кроме того, истец ссылается на наличие в данном деле оснований для применения презумпции невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, предусмотренной абз. 2 п. ст.61.12 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которой бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Согласно положениям ст. 9 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)» в отдельных случаях контролирующие должника лица обязаны обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), а нарушение данной обязанности является основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Из содержания п.3 ст.4 Федерального закона РФ №266-ФЗ от 29 июля 2017г. следует, что с момента признания утратившими силу положений ст. 10 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)» и введения в действие гл.III.2 данного закона, при рассмотрении заявлений о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поданных с 01 июля 2017г., применяются процессуальные нормы, установленные гл.III.2 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)». В остальной части применяются положения законодательства о банкротстве, действовавшие до вступления в силу Федерального закона РФ №266-ФЗ от 29 июля 2017г.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются те, которые действовали на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности) (определение Верховного Суда РФ от 06 августа 2018г. №308-ЭС17-6757 (2,3)).

Истец на основании анализа бухгалтерской отчетности Общества полагает, что основания для обращения должника с заявлением о его банкротстве возникли на 31.12.2019.

По смыслу п.1 ст. 9 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)» и разъяснений, данных в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017г. № 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)».

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента возникновения обязанности по подаче заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Соответственно, само по себе наличие указанных в ст. 9 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)» признаков не является достаточным для возникновения на стороне самого должника в лице его руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве. Правовое значение имеет конкретный момент перехода должника в состояние объективного банкротства, то есть критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объёме удовлетворить требования кредиторов (определение Верховного Суда РФ от 10 декабря 2020г. №305-ЭС20-11412).

Вопреки позиции истца, само по себе наличие у организации задолженности перед кредиторами, в том числе и просроченной к оплате, не свидетельствует о наличии у должника признаков объективного банкротства, а, соответственно, и обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Однако в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о наступлении у должника признаков объективного банкротства в декабре 2019 года.

Наоборот, представленные по требованию суда, доказательства свидетельствуют об обратном - на протяжении 2019 года, января – марта 2020 года должник продолжал осуществлять обычную хозяйственную деятельность.

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного суда РФ от 07 декабря 2015 №307-ЭС 15-5270, от 31 марта 2016г. №309-ЭС15-16713, субсидиарная ответственность руководителя по долгам возглавляемой им организации возникает вследствие причинения вреда кредиторам.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных (новых) долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объёмом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы; исходя из этого, законодатель в п. 2 ст. 10 (ст.61.12) Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)» презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Таким образом, исходя из положений п.2 ст. 10 (п.2 ст.61.12) Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)», п.п.12, 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017г. №53 субсидиарная ответственность в связи с неподачей (несвоевременной подачей) должником заявления о его банкротстве возникает только по обязательствам, возникшим после нарушения данной обязанности.

Из материалов настоящего дела, а также решения суда по делу № А51-10074/2020 следует, что предметом спора являются авансовые платежи перечисленные истцом в период с декабря 2019 по 07.02.2020.

При установленных обстоятельствах, доводы истца о наличии оснований привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника перед истцом являются необоснованными, поскольку противоречат положениям законодательства о банкротстве и практике его применения, а равно не учитывают существо субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную) должником заявления о его банкротстве и цель установления данной ответственности, выявленную высшими судебными инстанциями.

К субсидиарной ответственности могут быть привлечены только контролирующие должника лица, под которыми понимаются физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий (ст.61.10 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены ст.ст.61.11 и 61.12 Федерального закона РФ «О несостоятельности (банкротстве)».

Нормативным основанием требований также истцом указываются положения статьи 53.1. ГК РФ.

Ответственность КДЛ общества является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Вместе с тем, заявляя о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, истцом не указывается конкретных действий или бездействий солидарных ответчиков, в результате которых Обществу был причинен вред.

Судом принята во внимание правовая позиция Конституционного суда Российской Федерации, изложенная в постановлении от 21.05.2021 N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО8" (далее Постанолвение № 20-П)

Так, в соответствии с п.3.2. Постановления № 20-П при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо - потребитель, хотя и не ограничиваясь лишь этим случаем) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

В пункте 4 Постановления № 20-П Конституционный Суд Российской Федерации в результате конституционного толкования приходит к выводу, что пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" предполагает его применение судами при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

Таким образом, в силу приведенных разъяснений Конституционного Суда РФ установлена презумпция - пока не доказано иное предполагается наличие причинно-следственной связи между бездействием лиц, контролирующих должника и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами.

Субсидиарная ответственность участника/исполнительного органа наступает тогда, когда в действиях контролирующих лиц имеется состав правонарушения, включая виновные действия (бездействие), контролирующих лиц, повлекших невозможность исполнения денежных обязательств должником-организацией перед кредитором (вывод активов, фальсификация или уничтожение документов, уничтожение имущества и т.п.), причинно-следственную связь и причиненные этими действиями (бездействием) убытки (правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2019 № 306-ЭС19-18285).

В постановлении Арбитражного суда Дальневосточного округа от 17.10.2019 № Ф03-4627/2019 сформулирована позиция, согласно которой в силу исключительности применения механизма восстановления нарушенных прав кредиторов посредством привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ №53 от 21 декабря 2017г.), при решении вопроса о привлечении контролировавших должника лиц, исходя из задач судопроизводства (ст.2 АПК РФ) и принципа справедливости необходимо исследовать вопрос о фактическом лице (лицах), виновных в наступлении обстоятельствах, являющихся основанием привлечения к субсидиарной ответственности, и в зависимости от установленного определить их вину и размер ответственности.

В этой связи суд должен установить конкретные обстоятельства, свидетельствующие о наличии или отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчика как руководителя и/или учредителя должника и тем, что долг перед кредитором не был погашен, то есть направленность данных действий исключительно на непогашение задолженности перед кредиторами.

При установленных обстоятельствах, руководствуясь названными выше нормами права, разъяснениями Конституционного Суда РФ, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, ввиду недоказанности необходимой совокупности условий для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в частности ввиду не подтверждения противоправности (недобросовестности и неразумности) действий ответчиков, оснований для привлечения к ответственности, подтверждения отсутствия прямой причинно-следственной связи между действиями (бнздействиями) ответчиков и невозможностью удовлетворения требований истца, суд отказывает в удовлетворении исковых требований.

При рассмотрении дела судом также учтено, что постановлением Правительства РФ от 03.04.2020 № 434 деятельность по организации досуга и развлечений отнесена к перечню отраслей Российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции.

Несмотря на то, что согласно основному виду деятельности ООО «ЭлитПрофЦентр», определяемому по ОКВЭД, деятельность общества не относится к данной отрасли, вместе с тем, фактические обстоятельства, сведения по банковским счетам, природа образования задолженности – агентский договор о продаже билетов, свидетельствует о фактической деятельности Общества в указанной сфере.

Таким образом, фактическое прекращение ведения хозяйственной деятельности Общества в апреле 2020 года (согласно выпискам по банковским счетам) и, как следствие, невозможность Общества отвечать по принятым на себя обязательствам, имеет объективно обусловленных характер вызванный введением ограничительных мер в связи с распространением новой коронавирусной инфекции COVID-19.

Указанные обстоятельства невозможно было предусмотреть в 2019 году и начале 2020 года, когда Обществом были произведены расходы в целях организации культурных массовых мероприятий в феврале – марте 2020 года.

Довод ответчика ФИО2 о выходе из Общества судом отклоняется, в виду недоказанности соблюдения действовавшей в спорный период процедуры выхода из общества и не предоставления доказательств направления ФИО2 в общество заявления о выходе из общества 31.01.2020 года.

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 04.03.2020 по делу № А73-12253/2019 ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества.

В силу пункта 4 части 1 статьи 148 АПК РФ, арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что заявлено требование, которое в соответствии с федеральным законом должно быть рассмотрено в деле о банкротстве.

В настоящем деле рассматривается заявление о привлечении контролирующего должника лица вне рамок дела о банкротстве по общегражданским основаниям, истцом является юридическое лицо, перед которым имеются неисполненные обязательства исключенного из ЕГРЮЛ ООО «ЭлитПрофЦентр», которое исключено из Единого государственного реестра юридических лиц, и одним из контролирующих лиц которого являлась ФИО3

Согласно пункту 6 статьи 61.16 Закона о банкротстве если в отношении лица, привлекаемого к ответственности, также возбуждено дело о банкротстве, вопрос о привлечении к ответственности такого лица не может быть рассмотрен (передан на рассмотрение) в деле о его банкротстве.

Лица, участвующие в деле о банкротстве контролирующего должника лица, вправе участвовать в деле о банкротстве, в котором рассматривается вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности, в качестве третьих лиц на стороне лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности.

Арбитражный управляющий в деле о банкротстве, в котором рассматривается вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности, обязан в установленный настоящим Федеральным законом срок от имени должника предъявить в деле о банкротстве контролирующего должника лица требование о включении в реестр требований кредиторов, основанное на заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности.

Рассмотрение такого требования приостанавливается арбитражным судом до истечения срока на подачу апелляционной жалобы на определение о привлечении к ответственности или принятия соответствующего судебного акта судом апелляционной инстанции.

Руководствуясь изложенным, оснований для оставления искового заявления в отношении ФИО3 без рассмотрения в силу пункта 4 части 1 статьи 148 АПК РФ, не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Принимая во внимание изложенное, в силу требований статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина в сумме 26 459 руб. 00 коп. относится на истца.

Руководствуясь статьями 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия (изготовления его в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения.

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через Арбитражный суд Хабаровского края.




Судья С.М. Изосимов