Решение от 8 ноября 2023 г. по делу № А11-1368/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВЛАДИМИРСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А11-1368/2023
08 ноября 2023 года
г. Владимир


Резолютивная часть решения объявлена

08 ноября 2023 года.

Решение в полном объеме изготовлено

08 ноября 2023 года.

Арбитражный суд Владимирской области в составе судьи Евсеевой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску публичного акционерного общества «Россети Московский регион» (115114, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «ДЕОР» (600007, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании убытков,

при участии в судебном заседании: от истца – представителя ФИО2 по доверенности от 27.01.2023 сроком действия по 31.12.2024 (диплом о высшем юридическом образовании); от ответчика – директора ФИО3 (решение от 11.10.2021 № 10, выписка из ЕГРЮЛ), представителя ФИО4 по доверенности от 12.04.2023 сроком действия по 31.12.2024 (диплом о высшем юридическом образовании), установил следующее.

Публичное акционерное общество «Россети Московский регион» (далее – ПАО «Россети Московский регион», истец) обратилось в Арбитражный суд Владимирской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ДЕОР» (далее – ООО «ДЕОР», ответчик) о взыскании убытков в сумме 5 240 636 руб. 40 коп.

Исковые требования заявлены на основании статей 15, 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы тем, что в связи с уклонением ответчика от подписания договоров поставки товара, заключаемых в рамках положений Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», истец понес убытки в виде разницы стоимости товара по замещающей сделке.

Ответчик в отзывах на исковое заявление просил в удовлетворении иска отказать. Указал, что ООО «ДЕОР», подавая заявки на участие в запросе предложений 23.02.2022 по закупке 1 и 21.02.2022 по закупке 2, не могло предвидеть, что предложенная им цена договора станет заведомо убыточной и экономически невыгодной вследствие геополитической ситуации и наложенных санкций иностранными государствами и последующим в связи с этим ростом цен на товары, в том числе на товары на рынке электродвигателей и комплектующих к ним. Отметил, что ответчик обращался к покупателю с предложениями об изменении цены товара, однако все предложения были отклонены истцом. Полагает, что не подписание договоров нельзя квалифицировать как недобросовестное поведение, умышленное уклонение от заключения договоров, в действиях ответчика отсутствует умысел, небрежность, которые могли бы создать условия влекущие невозможность подписания договоров. Также считает, что последующие действия истца по проведению новых закупок электродвигателей и двигателей обдува трансформаторов с указанием начальной цены контрактов даже выше тех, которые предлагал ответчикв своих письмах об изменении условий проектов договоров, также подтверждает факт объективного резкого скачка цен, не зависящего от действий или бездействия ООО «ДЕОР». Кроме того, ответчик указал, что факты непредотвратимости возникших обстоятельств, невиновности и добросовестности ответчика подтверждаются представленными в материалы дела письмами контрагентов ответчика. Также, по мнению ответчика, положения статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат применению, поскольку договоры не были заключены сторонами. Помимо изложенного ответчик просил суд учесть положительную репутацию ООО «ДЕОР», как участника системы закупочных процедур, в том числе по закупкам для ПАО «Россети Московский регион». Подробно возражения ответчика изложены в письменных отзывах на иск.

Истец в дополнениях к иску указал на несостоятельность возражений ответчика. Отметил, что ответчиком не доказано, что подорожание товара в связи с изменением внешней и внутренней экономической ситуации является обстоятельством непреодолимой силы (форс-мажором) для него, считает, что данные обстоятельства должны квалифицироваться как предпринимательский риск ответчика. Полагает, что ответчик, уклонившись от заключения договоров поставки и не реализовав свое право на обращение в суд об изменении условий договоров в части цены или с исковыми требованиями о расторжении договоров, сам создал для себя неблагоприятные последствия в виде возможного взыскания убытков в связи с уклонением от заключения договоров поставки. Также указал, что применительно к подобным случаям законом защищается особе состояние доверия к благополучному завершению оформления сделки, образовавшейся от поведения одной стороны переговоров, позиционирующей себя в глазах своего контрагента, как имеющий твердые намерения вступить с истцом в договорные отношения. Пояснил, что со стороны ответчика было допущено внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать, в связи с тем, что ответчик вышел на торги, прошел всю процедуру данных торгов, свои заявки в процессе торгов не отзывал, протоколы определения победителя не обжаловал и не просил их аннулировать, тем самым совершив необходимый комплекс конклюдентных действий, направленных на заключение договоров, но в дальнейшем необоснованно уклонился от их заключения. Подробно доводы истца изложены в письменных пояснениях.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 18.10.2023 объявлялся перерыв до 25.10.2023, в судебном заседании 25.10.2023 – до 01.11.2023, в судебном заседании 01.11.2023 – до 08.11.2023.

Представитель истца в судебном заседании просил иск удовлетворить, представители ответчика – в иске отказать.

Изучив материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, по итогам закупочных процедур № 32211120940 и № 32211119705, проводимых ПАО «Россети Московский регион» (покупатель) для целей заключения договоров поставки элементов электросетевого оборудования, победителем торгов признано ООО «ДЕОР» (протоколы подведения итогов проведенных закупок от 18.03.2022 и от 23.03.2022), с которым подлежали заключению следующие договоры: договор поставки электродвигателей № 21891-409 на сумму 4 822 800 руб. с НДС и договор поставки электродвигателей № 21902-409 на сумму 5 751 360 руб. с НДС, всего на общую сумму 10 574 160 руб.

В пункте 2.16.9 закупочной документации указано, что заказчик направляет победителю закупки (единственному участнику закупки, с которым планируется заключать договор) (на адрес, указанный в заявке такого участника) путем направления электронного документа либо путем направления бумажной версии такого документа проект договора в течение 2 рабочих дней с даты согласования проекта договора в соответствии с порядком, установленным внутренними организационно-распорядительными документами заказчика, но не ранее чем через 10 дней с даты размещения в единой информационной системе итогового протокола по результатам закупки. Участник подписывает проект договора в течение 3 рабочих дней и направляет его заказчику, который после получения такого проекта обеспечивает его подписание в срок, не превышающий 20 дней с даты размещения в Единой информационной системе итогового протокола по результатам закупки.

01.04.2022 проекты договоров поставки ПАО «Россети Московский регион» размещены в Единой информационной системе итогового протокола по результатам закупки, а также направлены ООО «ДЕОР» посредством почтовой связи.

Письмами от 25.03.2022 № 86, от 31.03.2022 № 86 ООО «ДЕОР» предлагало ПАО «Россети Московский регион» заключить договоры по иным ценам, размер которых выше цен, указанных в закупке.

Письмами от 01.04.2022 № 87 ООО «ДЕОР», ссылаясь на значительный рост цен в результате специальной операции на Украине и убыточность договоров, уведомило ПАО «Россети Московский регион» об отказе от подписания договоров № 21891-409 и № 21902-409.

Исходя из пункта 2.16.6 закупочной документации отказом или уклонением участника закупки, который должен заключить договор, от его заключения считаются следующие действия/бездействие: уклонение или отказ участника закупки от заключения договора, в том числе путем предложения заказчику внести существенные изменения, ухудшающие для заказчика условия этого договора; непредоставление или предоставление с нарушением условий, установленных действующим законодательством, до заключения договора заказчику обеспечения исполнения договора (в случае, если в извещении о закупке, документации о закупке установлены требования обеспечения исполнения договора и срок его предоставления до заключения договора).

Заключением Управления Федеральной антимонопольной службы по г. Москве от 20.05.2022 рекомендовано включить сведения об ООО «ДЕОР» в реестр недобросовестных поставщиков, предусмотренной Федеральным законом от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц». Приказом ФАС России от 21.06.2022 № 456/22 сведения в отношении ООО «ДЕОР» включены в реестр недобросовестных поставщиков.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 02.02.2023 по делу № А40-176350/22-122-1253 в удовлетворении заявления ООО «ДЕОР» об оспаривании приказа ФАС России от 21.06.2022 № 456/22 о включении сведений в отношении заявителя в реестр недобросовестных поставщиков отказано. Судом установлен факт уклонения ООО «ДЕОР» от заключения договоров по результатам закупочных процедур, а также установлено, что обществом не была проявлена та степень заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась для заключения контракта, в поведении общества наличествуют признаки недобросовестности и его включение в реестр недобросовестных поставщиков является необходимой мерой его ответственности.

В связи с уклонением ООО «ДЕОР» от заключения договоров ПАО «Россети Московский регион» проведены повторные закупочные процедуры, и заключены новые договоры поставки аналогичных элементов электросетевого оборудования от 11.07.2022 № 21959-409 на сумму 5 708 396 руб. 40 коп. с НДС и от 11.07.2022 № 21960-409 на сумму 10 950 000 руб. с НДС, всего на сумму 16 658 396 руб. 40 коп., которые по состоянию на 28.11.2022 исполнены и оплачены.

По расчету истца, в связи с заключением новых договоров поставки разница в ценах составила 5 240 636 руб. 40 коп., в том числе: по договорам № 21891-409 и № 21959-409 – 885 596 руб. 40 коп.; по договорам № 21902-409 и № 21960-409 – 4 355 040 руб.

Как следует из пояснений истца, по договору № 21960-409 количество дополнительных товаров увеличено на 74 единицы в спецификации № 2 (цена товаров 843 600 руб.), следовательно, разница в ценах определена истцом без учета дополнительных 74 единиц электродвигателей.

Претензией от 16.12.2022 № РМР/49/17 ПАО «Россети Московский регион» обратилось к ООО «ДЕОР» с требованием о возмещении убытков в виде реального ущерба в размере 5 240 636 руб. 40 коп.

Неисполнение ответчиком требований в добровольном порядке послужило истцу основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании убытков в размере 5 240 636 руб. 40 коп.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 393 Гражданского кодекса должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

Если кредитор заключил замещающую сделку, то в случае расторжения договора законодатель в пунктах 1, 3 статьи 393.1 ГК РФ наделил кредитора правом взыскать с должника убытки в виде разницы между ценой, установленной в расторгнутом договоре, и ценой замещающей сделки, а также любые другие понесенные им убытки.

Указанная разница в ценах является ущербом для кредитора. При этом законодатель закрепляет право на его взыскание в отдельной норме (пункт 1 статьи 393.1 ГК РФ). Данная норма устанавливает исключение из общих положений об основаниях взыскания убытков.

Под замещающей сделкой следует понимать сделку, способную и предназначенную удовлетворить интересы кредитора, реализацию которых он связывал с исполнением расторгнутого договора. Только эти признаки имеют юридическое значение для квалификации нового договора в качестве замещающей сделки.

Согласно пункту 11 постановления Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7) риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

В указанном случае убытки в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой возмещаются соответствующей стороной независимо от того, заключалась ли другой стороной взамен прекращенного договора аналогичная (замещающая) сделка. Если в отношении предусмотренного прекращенным договором исполнения имеется текущая цена на сопоставимые товары, работы или услуги, кредитор вправе потребовать от должника возмещения таких убытков и тогда, когда замещающая сделка им не заключалась (пункт 2 статьи 393.1 ГК РФ).

Согласно пунктам 12, 13, 14 постановления № 7, если кредитор заключил замещающую сделку взамен прекращенного договора, он вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям замещающей сделки. Добросовестность кредитора и разумность его действий при заключении замещающей сделки предполагаются. Кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценами в первоначальном договоре и такой замещающей сделке при условии, что впоследствии первоначальный договор был прекращен в связи с нарушением обязательства, которое вызвало заключение этой замещающей сделки. Удовлетворение требований кредитора о взыскании с должника убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой либо ценой замещающей сделки не освобождает должника от возмещения иных убытков, причиненных кредитору (пункт 3 статьи 393.1 ГК РФ).

Таким образом, положения статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают возмещение убытков в виде разницы между ценами, причем независимо от заключения замещающей сделки взамен прекращенного договора.

Следовательно, даже если новый договор не является замещающей сделкой взамен прекращенного договора, данное обстоятельство не может служить основанием для отказа во взыскании убытков.

При этом расторжение договора не является обязательным условием возмещения убытков (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2015 № 308-ЭС15-14910). В соответствии с нормами статьи 524 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель вправе приобрести непоставленные товары у другого лица с отнесением на поставщика всех необходимых и разумных расходов на их приобретение. Это право не обусловлено расторжением договора.

Возмещение убытков – это мера гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения обязательства контрагентом, наличие и размер убытков, причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками. Недоказанность хотя бы одного из указанных условий является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании убытков.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для применения такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков необходимо установление фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, его вины, а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями. При этом факт возникновения убытков зависит от установления наличия или отсутствия всей совокупности указанных выше условий наступления гражданско-правовой ответственности.

Из содержания приведенных норм процессуального права следует, что по доказательствам, представленным сторонами, с учетом их исследования и судебной оценки правовых норм, регулирующих спорную ситуацию, определяются обстоятельства спора, наличие либо отсутствие нарушенного права и, соответственно, принимается решение об удовлетворении или отказе в удовлетворении иска полностью или в части.

Одним из обязательных элементов для взыскания убытков является противоправность поведения виновного лица. При этом противоправность поведения указанного лица предполагается именно в отношении потерпевшей стороны и наличие противоправности поведения подлежит доказыванию.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Ответчик, возражая относительно предъявленных требований, указывает, что поскольку договоры поставки между сторонами не были подписаны, то основания для признания действий ответчика по одностороннему отказу от заключения договоров недобросовестными, отсутствуют.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 19 постановления № 7, к отношениям, связанным с причинением вреда недобросовестным поведением при проведении переговоров, применяются нормы главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации с исключениями, установленными статьей 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Недобросовестность действий ответчика предполагается, если имеются обстоятельства, предусмотренные подпунктами 1 и 2 пункта 2 статьи 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. В этих случаях ответчик должен доказать добросовестность своих действий.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 434.1 Гражданского кодекса Российской Федерации при вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно, в частности не допускать вступление в переговоры о заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной. Недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагается внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать.

В соответствии с пунктом 20 постановления № 7 сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки.

В результате возмещения убытков, причиненных недобросовестным поведением при проведении переговоров, потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы не вступал в переговоры с недобросовестным контрагентом. Например, ему могут быть возмещены расходы, понесенные в связи с ведением переговоров, расходы по приготовлению к заключению договора, а также убытки, понесенные в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом (статья 15, пункт 2 статьи 393, пункт 3 статьи 434.1, абзац первый пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд соглашается с позицией истца относительно того, что ответчик, совершив необходимый комплекс конклюдентных действий, направленных на заключение договоров, в частности: по участию в торгах, прохождению процедуры торгов, и последующее согласие с протоколами определения победителя торгов, неправомерно уклонился от заключения договоров поставки. Таким образом, со стороны ответчика было допущено внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договоров при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать.

Из представленных истцом доказательств в полной мере представляется возможным установить наличие причинной связи между уклонением ответчика от подписания договора и необходимостью заключения истцом замещающей сделки, а также размер понесенных покупателем убытков.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности материалами дела противоправного поведения ответчика, выразившегося в уклонении от подписания договоров, подлежащих заключению по результатам закупочных процедур на основании положений Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», повлекшего за собой возникновение у истца убытков в виде разницы между ценой, установленной в закупочной документации и проектах договоров, и ценой замещающих сделок, и наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и понесенными истцом имущественными потерями, а, следовательно, о наличии совокупности условий для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков.

В то же время, возражая относительно предъявленных истцом требований, ответчик со ссылкой на статью 401 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что уклонение от заключения договоров по результатам закупочных процедур произошло вследствие непреодолимой силы, в частности в связи с непрогнозируемым увеличением цен, вследствие чего договоры в случае их заключения были бы убыточными и экономически не выгодными для ответчика. Пояснил, что по первой закупке ответчик должен был поставить электродвигатели от конкретного производителя – АО «НФ АК ПРАКТИК», согласно счету от 25.03.2022 цены данного производителя значительно выросли, товар по второй закупке (двигатели обдува трансформаторов и крыльчатки) ответчик изготавливает самостоятельно из комплектующих производства ОАО «Могилёвский завод «Электродвигатель», которые ответчик приобретает через официального представителя в России ООО «Кюгель», после 24.02.2022 указанный завод приостановил изготовление комплектующих и ООО «Кюгель» предложило ответчику товар другого завода, стоимость которого значительно выше.

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 8 постановления № 7, в силу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер. Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий. Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров.

Увеличение цены на товары не могут быть рассмотрены как обстоятельства непреодолимой силы, исключающие возможность исполнения обязательства.

Из положений абзаца третьего пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что лицо, являясь хозяйствующим субъектом и действуя в рамках предпринимательской деятельности, осуществляемой им на свой риск, должно проявлять достаточную осмотрительность в делах и разумность при заключении сделок.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04.06.2007 № 366-О-П со ссылкой на постановление от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. Выявление сторонами деловых просчетов, которые не были учтены на стадии заключения договора, при его исполнении на определенных в нем условиях, являются рисками предпринимательской деятельности.

При должной степени осмотрительности ответчик до подачи заявки на участие в закупочных процедурах обязан был предвидеть возможные негативные последствия, предпринять меры для согласования стоимости товара с контрагентами, а также меры для заблаговременного заказа либо покупки электродвигателей и комплектующих у производителя и иных поставщиков. При этом суд принимает во внимание тот факт, что ответчик ссылается не на отсутствие фактической возможности закупки им товара у его контрагентов, а на рост цен на товары и убыточности сделок для него.

В данном случае в силу приведенных выше обстоятельств и норм права и рискового характера деятельности в предпринимательской сфере, риск наступления обязательств, связанных с изменением конъюнктуры рынка, несет именно поставщик.

Кроме того, ответчик, ссылаясь на то, что сложившиеся обстоятельства являются рисками предпринимательской деятельности истца, не обосновал в связи с чем, именно истец, не нарушающий какие-либо обязательства и действующий добросовестно и разумно, должен нести данные риски, а не ответчик, отказавшийся от заключения договоров по результатам закупочных процедур.

При этом ссылка ответчика на добросовестное исполнение им обязательств по ранее заключенным сторонами договорам поставки, не является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Таким образом, доказательств наличия обстоятельств, с которыми закон связывает возможность освобождения хозяйствующего субъекта от ответственности за нарушение обязательств, в деле не содержится, в связи с чем оснований для применения положений пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации судом не установлено.

В абзаце втором пункта 12 постановления № 25 разъяснено, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Расчет размера убытков произведен истцом на основании представленных в материалы дела документов замещающих сделок, а именно: договоров поставки от 11.07.2022 № 21959-409, № 21960-409, товарных накладных, платежных поручений. Суд, проверив расчет убытков, признал его правильным. Ответчик, возражая относительно иска, доказательств, опровергающих размер убытков, не представил.

При изложенных обстоятельствах оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы доказательства в совокупности и взаимосвязи, принимая во внимание, что истцом доказаны факты, образующие в совокупности состав гражданского правонарушения, необходимый для возложения на ответчика обязанности по возмещению убытков, суд приходит к выводу о том, что исковые требования о взыскании убытков в сумме 5 240 636 руб. 40 коп. подлежат удовлетворению.

При этом суд разъясняет, что стороны не лишены возможности заключить мировое соглашение на стадии исполнения судебного акта.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ДЕОР»в пользу публичного акционерного общества «Россети Московский регион» убытки в сумме 5 240 636 руб. 40 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 49 203 руб.

Выдача исполнительного листа осуществляется после вступления решения в законную силу по правилам статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд (г. Владимир) через Арбитражный суд Владимирской области в течение месяца с момента принятия решения.

В таком же порядке решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа (г. Нижний Новгород) в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Н.В. Евсеева