Решение от 27 декабря 2023 г. по делу № А45-36358/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-36358/2021
г. Новосибирск
27 декабря 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 20 декабря 2023 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Суворовой О.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бойковой И.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Стройпром РИК" (ОГРН <***>), г. Новосибирск,

к обществу с ограниченной ответственностью "Сибстройресурс и К" (ОГРН <***>), г. Новосибирск,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: 1) ООО «Кварсис-Строитель» (ОГРН <***>), 2) ФИО1 73/1 (ОГРН <***>); 3) ООО УК «Петровская Слобода» (ОГРН <***>), 4) арбитражного управляющего ФИО2; 5) арбитражного управляющего ФИО3,

о взыскании задолженности в сумме 82 206 707 рублей 66 копеек, неустойки в сумме 108 714 153 рублей 09 копеек,

по встречному исковому заявлению о признании договора № 001-02С/РИК от 01.08.2018 недействительным,

при участии:

от истца: ФИО4, (доверенность от 13.03.2023, паспорт, диплом);

от ответчика: ФИО5, (доверенность от 21.06.2021, паспорт, диплом);

от третьих лиц: не явились, извещены,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Стройпром РИК" (далее – истец, ООО «Стройпром РИК») обратилось в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Сибстройресурс и К" (далее – ответчик, ООО «Сибстройресурс и К») о взыскании задолженности в сумме 190 920 860 рублей 75 копеек, неустойки в сумме 82 206 707 рублей 66 копеек.

В ходе судебного разбирательства по делу истец уточнил исковые требования и просил взыскать с ответчика задолженность в сумме 82 206 707 рублей 66 копеек, неустойку в сумме 108 714 153 рублей 09 копеек за период с 25.12.2018 по 22.11.2022. Суд принял к рассмотрению уточненные исковые требования как не противоречащие ст. 49 АПК РФ.

Определением арбитражного суда от 28.11.2023 к производству был принят встречный иск о признании договора № 001-02С/РИК от 01.08.2018 недействительным.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ООО «Кварсис-Строитель», ФИО1 73/1, ООО УК «Петровская Слобода», арбитражный управляющий ФИО2; арбитражный управляющий ФИО3.

Ответчик, возражая против удовлетворения исковых требований, в отзыве на исковое заявление указал, что большая часть работ предъявляемых истцом к оплате, ранее были выполнены ООО «Кварсис-Строитель», либо собственными и привлеченными силами и предъявлены к сдаче до составления актов выполненных работ формы КС-2 ООО «Стройпром РИК». В рамках заключенного между истцом и ответчиком договора, истцом в завещающий период строительства объекта были выполнены финальные и пуско-наладочные работы, которые оплачены ответчиком в полном объеме. Заявлено о применении ст. 333 ГК РФ.

Также ответчиком было заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности, о которого ответчик в дальнейшем отказался, что зафиксировано в протоколе судебного заседания от 02.05.2023.

Судом было рассмотрено заявление ответчика о фальсификации доказательств: договора №001-02С/РИК от 01.08.2018, дополнительного соглашения № 1 от 31.12.2018, акты формы КС-3 № 4 от 30.11.2018, № 5 от 31.12.2018, № 6 от 31.01.2019, № 7 от 28.02.2019, № 8 от 30.04.2019, № 9 от 30.06.2019 и № 10 от 31.10.2019 в части даты изготовления и подписания документов, по результатам рассмотрения которого суд пришел к выводу, что спорные документы не имеют признаков фальсификации.

Рассмотрев ходатайство ответчика об оставлении искового заявления в части требований о взыскании неустойки без рассмотрения ввиду не соблюдения досудебного порядка урегулирования спора, суд признал его необоснованным и отказал в его удовлетворении по следующим основаниям.

В соответствии с частью 5 статьи 4 АПК РФ гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

В исковом заявлении должны быть указаны сведения о соблюдении претензионного или иного досудебного порядка (пункт 8 части 2 статьи 125 АПК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2015, претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав (пункт 4 подраздела 2 раздела "Судебная коллегия по экономическим спорам").

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 25.05.2017 № 1088-О отметил, что установленная частью 5 статьи 4 АПК РФ обязательность досудебного урегулирования сторонами спора направлена на стимулирование спорящих лиц оперативно разрешить возникшие между ними разногласия без обращения в суд и задействования механизмов государственно-правового принуждения. В случае недостижения досудебного урегулирования спора сторона, полагающая свои права, свободы и законные интересы нарушенными, не лишена права обратиться за их защитой в суд.

Согласно пункту 15 Постановления № 18 по общему правилу, при соблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора только в отношении суммы основного долга в случае его обращения в суд с требованием о взыскании суммы основного долга и неустойки такой порядок считается соблюденным в отношении обоих требований.

Таким образом, при соблюдении претензионного порядка в отношении основного долга, презюмируется факт соблюдения претензионного порядка в отношении неустойки, начисление которой, в договорных правоотношениях предполагается в случае нарушения обязательств, если иного не согласовано сторонами при урегулировании спора.

Следовательно, не указание в претензии суммы неустойки не может считаться не соблюдением досудебного порядка урегулирования спора в отношении неустойки, предъявленной в исковом заявлении.

Первоначальные исковые требования мотивированы тем, что решением арбитражного суда Новосибирской области от 18.01.2021 по делу № А45-2063/2020 общество с ограниченной ответственностью «Стройпром РИК» признано банкротом, открыта процедура несостоятельности (банкротства) - конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника назначен ФИО3.

Определением арбитражного суда от 17.01.2022 конкурсным управляющим должника назначена ФИО6.

В ходе осуществления мероприятий, предусмотренных ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», конкурсным управляющим выявлена задолженность ООО «Сибстройресурс и К» перед ООО «Стройпром РИК», которая возникла на основании заключенного между сторонами 01.08.2018 договора генерального подряда №001-02С/РИК на строительство объекта: «Многоквартирные дома №2, №4 с помещениями общественного назначения, подземные автостоянки и трансформаторные подстанции, расположенные по адресу: Новосибирская область, г. Новосибирск, Центральный район, ул. Демьяна Бедного, 73 стр.» (с учетом дополнительного соглашения № 1 от 31.12.2018).

Ориентировочно стоимость работ по договору, согласно протоколу согласования стоимости работ, составляет 154 085 497, 44 рублей, в т.ч. НДС 20%.

Срок начала работ - 01.08.2018 (п. 3.1 договора).

Срок окончания работ - 31.12.2019 (дополнительное соглашение №1 к договору генерального подряда).

Работы по договору истцом были выполнены, в том числе на сумму 77 152 632, 32 рублей, что подтверждается представленными в материалы дела актами формы КС-2 и справкам о стоимости выполненных работ формы КС-3. Указанные акты и справки подписаны сторонами, содержат оттиски печатей сторон:

- 29 415 894,32 рублей в соответствии с КС-2,3 №5 от 31.12.2018;

- 7 585 704 рублей в соответствии с КС-2,3 №6 от 31.01.2019;

- 12 210 907,20 рублей в соответствии с КС-2,3 №7 от 28.02.2019;

- 9 866 054,40 рублей в соответствии с КС-2,3 №8 от 30.04.2019;

- 2 572 935,60 рублей в соответствии с КС-2,3 №9 от 30.06.2019;

- 15 501 136,80 рублей в соответствии с КС-2,3 №10 от 31.10.2019.

В соответствии с п. 9.1 договора расчет за фактически выполненные объемы работ производится ежемесячно по справкам формы КС-3, выполненным на основании актов о приемке выполненных работ формы КС-2, и согласованного сторонами реестра выполненных работ в 4.1.20 договора.

Как указывает истец, указанные работы ответчиком оплачены не были, в связи с чем истец обратился в арбитражный суд Новосибирской области с настоящим исковым заявлением.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В соответствии со ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии с п. 1 ст. 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

В соответствии с п. 1 ст. 746 ГК РФ оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда.

В подтверждение факта выполнения работ на сумму 82 206 707,66 рублей (с учетом утонения исковых требований) истец представил акты выполненных работ №№ 4-10, подписанные со стороны истца и ответчика генеральным директором ФИО7

При этом, всего выполненного по договору работ на сумму 138 960 417,47 рублей (в том числе, с учетом актом КС-2 №№ 1-3, представленных истцом 22.11.2022 к пояснениям, приложение № 1), оплачено ответчиком и третьими лицами за ответчика 67 494 535,37 рублей, из них возращено истцом ответчику и оплачено за ответчика в пользу третьих лиц - 10 740 825,56 рублей.

Ответчик с исковыми требованиями не согласился, указав, что спорные работы истцом не выполнялись, а выполнялись иным субподрядчиком ответчика – ООО «Кварсис-Строитель», либо собственными силами и средствами. Кроме того, спорный объект был введен в эксплуатацию 29.12.2018, что, по мнению ответчика, опровергает реальность работ по актам КС-2, датированных после этой даты.

Наличие актов выполненных работ, подписанных сторонами без замечаний, не лишает заказчика права представить суду свои возражения относительно объема выполненных работ. Указанная правовая позиция нашла отражение в пункте 12 Информационного письма № 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда".

Так, ответчик, оспаривая исковые требования, одновременно заявил о фальсификации доказательств, представленных истцом: договора №001-02С/РИК от 01.08.2018, дополнительного соглашения № 1 от 31.12.2018, акты формы КС-3 № 4 от 30.11.2018, № 5 от 31.12.2018, № 6 от 31.01.2019, № 7 от 28.02.2019, № 8 от 30.04.2019, № 9 от 30.06.2019 и № 10 от 31.10.2019 в части даты изготовления и подписания документов.

В соответствии со ст. 161 АПК РФ, суд предупредил истца об ответственности за фальсификацию доказательств, в соответствии со ст. 303 УК РФ и предложил исключить данные доказательства.

При рассмотрении данного дела истец отказался исключать данные доказательства из материалов дела, представил часть подлинников: акты формы КС-3 № 4 от 30.11.2018, № 5 от 31.12.2018, № 6 от 31.01.2019, № 7 от 28.02.2019, а также акты приема-передачи спорных документов от конкурсного управляющего ФИО3 конкурсному управляющему ФИО6

Применительно к статье 161 АПК РФ заявление о фальсификации доказательства имеет своей целью исключение соответствующего доказательства из числа доказательств по делу, и фактическое понуждение стороны, представившей доказательство, основывать свои доводы и возражения относительно предмета и основания иска на иных доказательствах.

Фальсификация доказательств заключается в сознательном искажении представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений.

Закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о подложности доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2015 № 1727-О).

Пункт 3 части 1 статьи 161 АПК РФ не устанавливает конкретный перечень способов проверки судом заявления о фальсификации доказательства. Однако, по смыслу указанной нормы, способы проверки заявления судом определяются исходя из того, в чем заключается характер подложности документа, о фальсификации которого заявлено. Статья 161 АПК РФ предполагает активное процессуальное поведение лица, заявившего о фальсификации доказательства, в целях доказывания приводимых в обоснование заявления обстоятельств и исключения спорного доказательства. При этом такое доказательство должно обладать признаками, оказывающего влияние на результат рассмотрения спора, а его наличие в деле может быть положено судом в основу принимаемого судебного акта по существу спора.

Судом отказано в назначении по делу судебной экспертизы, при этом суд исходил из наличия возможности иным способом проверить заявление о фальсификации.

Обоснованность заявления о фальсификации в порядке статьи 161 АПК РФ может быть проверена судом путем получения дополнительных документальных доказательств по делу, подтверждающих достоверность оспариваемых доказательств, а также пояснений и объяснений лиц, участвующих в деле, и дальнейшей соответствующей их оценки на относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями процессуального законодательства.

Представитель ответчика настаивал на проверке заявления путем назначения по делу судебный экспертизы, при этом в обоснование своих доводов указывал на наличие сомнений в подлинности подписи директора ФИО7 и срока изготовления данных документов, поскольку спорных документов в бухгалтерском учете ООО «Сибстройресурс и К» не имеется, а также поскольку договор № 001-02С/РИК от 01.08.2018 содержит указание на Выписку из реестра членов саморегулируемой организации № 1121, датированную 16.08.2018, то есть позднее даты изготовления договора.

В целях проверки заявления о фальсификации доказательства суд допросил в качестве свидетеля ФИО7, который подтвердил подлинность своей подписи на оспариваемых документах, факт подписания их в спорный период, а также обстоятельства выполнения работ, поименованных в них.

Помимо указанного, истец представил первичные документы, а именно, договоры с субподрядчиками, акты выполненных работ к ним, товарные накладные, платёжные поручения по оплате данных работ, судебные акты по взысканию субподрядчиками задолженности с истца за спорные работ, подтверждающие факт выполнения спорных работ, (подробный анализ первичных документов представлен к уточненному исковому заявлению от 22.11.2022).

Суд, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи в порядке статьи 71 АПК РФ, в частности, показания ФИО7, представленные истцом оригиналы документов, первичные документы, подтверждающие фактические выполненные работы, а также то обстоятельство, что иные подписанные акты выполненных работ со ссылкой на спорный договор ответчик не оспаривал, а напротив, подтверждал факт выполнения истцом работ по договору, пришел к выводу, что оспариваемые документы не имеют признаков фальсификации и отказал в удовлетворении заявления ответчика.

Ответчик в подтверждение своих доводов о том, что спорные работы были выполнены силами ООО «Кварсис-Строитель» представил договор субподряда № 20-229 от 08.12.2014, акты выполненных работ формы КС-2 с 31.01.2018 по 31.05.2018.

При этом ответчик указал, что соглашается с тем, что некоторые виды работ были выполнены истцом в период август-декабрь 2018 года, но были оплачены застройщиком в сумме 46 290 000 рублей.

В подтверждении «задвоенности» работ по спорным актам выполненных работ и соответственно мнимости, по мнению ответчика, факта выполнения истцом работ, ответчик представил пояснения, в которых свел в таблицы сведения о дате, номере, виде, стоимости работ по актам истца и ответчика.

В силу ч. 2 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно ч. 3 ст. 71 АПК РФ доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суд неоднократно, с учетом бремени распределения доказывания, предлагал ответчику представить доказательства, подтверждающие доводы о том, что спорные виды и объёмы работ были выполнены силами иного подрядчика, с учетом всего объема строительства, объемов работ по проектной документации, наличия у ответчика исполнительной документации на спорный объем работ, однако, в нарушении ст. 65 АПК РФ такие доказательства ответчиком представлены не были.

Само по себе сравнение ответчиком актов выполненных работ и установлении тождественности по видам работ, не могут подтверждать доводы ответчика, в отсутствии проектной и исполнительной документации по работам, при условии не оспаривания факта выполнения истцом части работ на этом же объекте.

Риск непредставления доказательств, несовершения иных процессуальных действий несет соответствующая сторона.

Суд считает, что были созданы условия для реализации участвующими в деле лицами процессуальных прав.

С учетом доводов ответчика о том, что исполнительная документация была передана управляющей компании, суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц без самостоятельных требований, ФИО1 73/1, ООО УК «Петровская Слобода», истребовал у них исполнительную документацию на дом. Согласно пояснениям третьих лиц, в их распоряжении такая документация отсутствует.

При этом, истец в части реализации своих прав на оспаривание доводов ответчика, представил первичную документацию (с подробным анализом ее относимости к спорным видам работ), подтверждающую фактическое выполнение спорных работ: договоры с субподрядчиками, акты выполненных работ к ним, товарные накладные, платёжные поручения, судебные акты, которыми с истца в пользу субподрядчиков была взыскана задолженность по оплате спорных работ.

Продолжая настаивать на своих возражениях, ответчиком было заявлено ходатайство о проведении экспертизы, которое судом было удовлетворено (с учетом ответа экспертной организации о готовности провести исследование на предмет определения исполнителя работ без исполнительной документации на работы) и на разрешение экспертов были поставлены следующие вопросы:

- определить общий объем и стоимость фактически выполненных работ, виды которых поименованы в актах формы КС-3 № 38 от 31.03.2018, № 39 от 28.02.2018, № 40 от 01.03.2018, № 41 от 30.04.2018 (ООО «Кварсис-Строитель»), по объекту: <...>;

- по результатам ответа на первый вопрос указать, какой объем и стоимость таких работ зафиксирован в актах формы КС-3 № 38 от 31.03.2018, № 39 от 28.02.2018, № 40 от 01.03.2018, № 41 от 30.04.2018 (ООО «Кварсис-Строитель»); и отдельно в актах формы КС-3 № 4 от 30.11.2018, № 5 от 31.12.2018, № 6 от 31.01.2019, № 7 от 28.02.2019, № 8 от 30.04.2019 (ООО «Стройпром РИК»);

- при установлении того факта, что совокупный объем таких работ, поименованных в актах ООО «Стройпром РИК» и ООО «Кварсис-Строитель», превышает объем этих работ, выполненных фактически, указать (при наличии научно-обоснованной методики) фактического исполнителя таких работ.

По результатам проведенного исследования эксперты только констатировали, что объемы и виды работ, единичные расценки на работы ООО «Стройпром РИК» и ООО «Кварсис-Строитель» так или иначе совпадают, но определить фактического исполнителя работ без исполнительной документации не представляется возможным.

Также в обоснование своих доводов ответчик ссылался на ввод объекта в эксплуатацию 29.12.2018, передачу дома в управление УК – 05.03.2019, а также получение иных разрешительных документов (акт осмотра тепловой энергоустановки № 32-0305/А-ОЭу-049 от 28.02.2019; разрешение № 5-31970 от 26.12.2018 МУП г. Новосибирска «Горводоканал», акт от 19.12.2018, акт от 18.12.2018 допуска в эксплуатацию узла хоз. питьевой воды у потребителя, акт технической готовности от 05.10.2018; справка ООО «Сибстройресурс и К» о готовности документов для получения на ввод в эксплуатацию от 30.12.2018; справка орган технической инвентаризации выдал от 22.10.2018; иные), которые, по мнению ответчика, учитывая даты их составления (2018 год), свидетельствуют о мнимости заявленных истцом работ.

Вместе с тем, суд приходит к выводу, что перечисленные ответчиком документы не подтверждают доводы ответчика в силу следующего.

Согласно п. 2 ст. 54 ГрК РФ предметом государственного строительного надзора является: проверка соответствия выполнения работ, а также результатов таких работ требованиям технических регламентов, проектной документации, проверка наличия разрешения на строительство: проверка выполнения требований, установленных частями 2, 3 и 3.1 статьи 52 ГрК РФ (проверка правоспособности участников подрядных отношений).

Выданное по результатам такой проверки заключение о соответствии в силу пп. 9 п. 3 ст. 55 ГрК РФ является основанием для получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

Согласно п. 1 ст. 55 ГрК РФ разрешение на ввод объекта в эксплуатацию представляет собой документ, который удостоверяет выполнение строительства объекта капитального строительства в соответствии с разрешением на строительство, проектной документацией, а также соответствие построенного объекта капитального строительства требованиям к строительству (техническим регламентам), градостроительному плану земельного участка.

При этом под проектной документацией п. 2 ст. 48 ГрК РФ понимает документацию, содержащую материалы в текстовой форме и в виде карт (схем) и определяющую архитектурные, функционально-технологические, конструктивные и инженерно-технические решения для обеспечения строительства.

Строительные работы - весь объем (комплекс) строительно-монтажных, пусконаладочных и иных работ генподрядчика, указанных в технической документации и расчете стоимости строительных работ, а также работы, определенно не упомянутые в договоре, но предусмотренные технологиями, принятыми для аналогичного вида работ и необходимые для строительства объекта, получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, подписания комплексного акта приемки объекта, а также для обеспечения качественной, безопасной, надежной и эффективной эксплуатации объекта.

Таким образом, предмет договора по составу работ гораздо шире, чем строительно-монтажные работы, которые необходимо выполнить для получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию.

ООО «Сибстройресурс и К» ошибочно отождествляет возможность ввода в эксплуатацию МКД с его технической эксплуатацией, т.е. использованием по тому назначению, для которого это сооружение было построено.

Следовательно, соответствующие государственные органы, выдавая разрешение на ввод объекта в эксплуатацию, руководствуется нормами градостроительного законодательства и проводит проверку строительства объекта требованиями технических регламентов и проектной документацией.

При этом проверку строительства объекта рабочей документации соответствующие государственные органы не осуществляют в силу отсутствия таких требований в законе.

Дополнительно к вышеизложенному, доводы ответчика опровергаются и тем фактом, что только 23.09.2019 ответчик как застройщик получил заключение о строительной готовности Объекта , что свидетельствует о том, что работы по доведению Объекта до строительной готовности выполнялись и после выдачи разрешения на ввод Объекта в эксплуатацию.

Доводы ответчика об аффилированности истца и ответчика также не опровергают факт выполнения истцом работ.

Сам по себе факт аффилированности не свидетельствует непосредственно о злоупотреблении правом сторонами спорного договора.

Законодательство Российской Федерации не содержит запрета на осуществление предпринимательской деятельности связанными между собой лицами, поэтому сам по себе факт аффилированности лиц не свидетельствует о мнимости и притворности заключенной между ними сделки, не опровергает реальность выполнения работ при подтверждении данного факта иными доказательствами по делу.

При этом, заявляя данный довод в качестве доказательств мнимости проведенных истцом работ, ответчик никак не оценивает данное обстоятельство относительно собственных актов выполненных работ, подписанных с ООО «Кварсис-Строитель», также входящей в консолидированную группу организаций - ГК «Кварсис».

В ходе судебного разбирательства по делу свидетель ФИО7 (в спорный период генеральный директор истца и ответчика) пояснил, что необходимость привлечения ООО «Стройпром РИК» для продолжения работ была обусловлена нахождением ООО «Кварсис» в преддверии банкротства и субподрядные организации отказывались выполнять работы в рамках договорных отношений с ним, в связи с чем с ООО «Стройпром РИК» и был заключен договор субподряда в целях завершения строительства многоквартирного дома.

Кроме того истцом указано, что подтверждено материалами дела, что в рамках дела о банкротстве ООО «Стройпром РИК» конкурсным управляющим оспаривались взаимосвязанные сделки, в результате которых ООО «Стройпром РИК» осуществлялось погашение задолженности ООО «Кварсис-Строитель» перед независимыми кредиторами (заключены уступки прав требования и истцом осуществлялись оплаты по ним).

В суде кассационной инстанции ответчики указывали, что погашение в их адрес ООО «Стройпром РИК» долга ООО «Кварсис-Строитель» было связано с необходимостью продолжения ими подрядных работ на объектах группы компаний «Кварсис», ссылались на соответствующие заключенные с ООО «Стройпром РИК» договоры субподряда.

Суде кассационной инстанции, отменяя судебные акты нижестоящих инстанций, согласился с указанным доводом кассаторов и указал, что заключение договоров уступки прав требований происходило по инициативе аффилированных лиц, в целях завершения строительства на объекте, где общества «Кварсис-Строитель» и «Стройпром РИК» являлись сменяющими друг друга генподрядчиками (постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа по делу № А45-2063/2020 от 25.05.2022, 06.10.2022).

В общеисковом порядке с ООО «Стройпром РИК» судебными решениями была взыскана задолженность перед субподрядчиками, выполнявшими работы на Объекте, в том числе в спорный период (дела № А45-17394/2020, А45-31722/2019, А45-26255/2019, А45-26260/2019, А45-40363/2019, А45-40362/2019, А45-17394/2019, А45-16769/2019, А45-33809/2019, А45-42981/2019, А45-19298/2019, А45-39274/2019, А45-2870/2019, А45-42204/2019).

В рамках дела о банкротстве ООО «Стройпром РИК» были включены в реестр требований кредиторов ООО «Стройпром РИК» субподрядчики, выполнявшие работы на Объекте, в том числе в спорный период (ЗАО «Электрокомплектсервис», ООО «Компания Ситифейс», ЗАО «Корвет», ООО «А.С.К. Сервис», ООО «Монтажное управление-53», ООО «Стрит Груп», ООО «Сантехсервис»).

При этом следует иметь в виду, что бремя доказывания стороной своих требований и возражений должно быть потенциально реализуемым, исходя из объективно существующих возможностей сбора тех или иных доказательств с учетом характера правоотношения и положения в нем соответствующего субъекта, а также добросовестной реализации процессуальных прав. Недопустимо возлагать на сторону обязанность доказывания определенных обстоятельств в ситуации невозможности получения ею доказательств по причине нахождения их у другой стороны спора, недобросовестно их не раскрывающей.

В связи с этим сторона процесса вправе представить в подтверждение своих требований или возражений определенные доказательства, которые могут быть признаны судом минимально достаточными для подтверждения обстоятельств, на которые ссылается такая сторона, при отсутствии их опровержения другой стороной спора (доказательства prima facie).

Поскольку истец находится в процедуре банкротства, то представленная им совокупность доказательств реальности выполнения работ, в отсутствии доказательств, опровергающих достоверность данных документов, признается судом минимально достаточными для подтверждения обстоятельств, на которые истец ссылается.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что истцом представлены доказательства, ясно и убедительно подтверждающие факт выполнения спорных работ и опровергающих возражения ответчика, оспаривающего иск. Доказательств, опровергающих реальность хозяйственных отношений между истцом и его контрагентами, в материалы дела не представлено.

Доводы ответчика о том, что обязательство по оплате не возникло ввиду нарушения истцом п. 9.4. договора, судом отклоняются.

В соответствии с п. 9.4 договора, оплата может быть отсрочена на соответствующее количество дней, если генподрядчик не выполнил свои обязательства, указанные в п. 4.1.20 договора (ежемесячно предоставлять Заказчику акты о приемке выполненных работ по объемам фактически выполненных строительно-монтажных работ, не позднее 25 числа отчетного месяца. Акты о приемке выполненных работ, а после их принятия Заказчиком - реестр выполненных работ и справки формы КС-3, Генподрядчик оформляет по Объекту, указанному в пункте 1.1 настоящего договора. Срок проверки актов заказчиком - 3 рабочих дня с момента их предоставления. Исполнительную и техническую документацию на выполненные виды работ генподрядчик предоставляет совместно с предоставлением актов о приемки выполненных работ в сроки не позднее 25 числа отчетного месяца и в объеме, предусмотренном требованиями строительных Норм и Правил и условиями настоящего договора).

Поскольку доказательств своевременного предоставления истцом ответчику реестров выполненных работ, исполнительной и технической документации на выполненные виды работ материалы дела не содержат, ответчик указывает на отсутствие соответствующей обязанности по оплате таких работ.

Данный довод судом отклоняется, поскольку указанные обстоятельства не освобождают заказчика от обязанности по оплате работ, результат которых принят в соответствии с условиями договора, из которых следует, что работы, предусмотренные договоров, выполнены истцом в полном объеме, замечаний по стоимости, качеству и объему работ ответчиком заявлено не было.

При расчете суммы долга истец учитывает факт оплаты ответчиком работ на сумму 67 826 937,60 рублей путем перечисления денежных средств на расчетный счет истца; факт оплаты в размере 1 253 597,77 рублей путем передачи истцу векселей.

Также при расчете суммы долга, ответчик исключил оплаты ООО «ВДТ Строй» за ответчика на сумму 1 586 000 рублей, поскольку определением Арбитражного суда Новосибирской области от 27.06.2022 по делу № А45-10429/2019 признаны недействительными сделки должника ООО «ВДТ Строй» - безналичные операции по перечислению денежных средств от 19.04.2019, 22.04.2019, 26.04.2019, 06.05.2019, 21.05.2019 в общем размере 1 586 000 рублей, применены последствия недействительности сделки – с ООО «Стройпром РИК» в конкурсную массу ООО «ВДТ Строй» взысканы 1 586 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 14.12.2022 по делу № А45-2063/2020 требование ООО «ВДТ Строй» к ООО "Стройпром РИК» в размере 1 698 252,50 рублей, из них: 1 586 000,00 рублей основного долга, 112 252,50 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 19.04.2019 до 17.05.2020, признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Также истец указывает, что при расчете суммы долга необходимо учитывать произведенные истцом за ответчика платежи на сумму 10 740 825,56 рублей на основании распорядительных писем ответчика (представлены истцом в материалы дела), согласно которым ответчик просил истца осуществить расчеты с контрагентами ответчика в счет задолженности по договору генподряда № 10/52 от 01.08.2018.

В силу пункта 1 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом.

Если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих случаях: должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства; такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество (пункт 2 статьи 313 ГК РФ).

Пунктом 5 статьи 313 ГК РФ предусмотрено, что к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 ГК РФ.

В рассматриваемом случае истцом произведены оплаты в счет денежных обязательств ответчика перед третьими лицами, доказательств тому, что эти оплаты были не приняты третьими лицами или впоследствии продублированы ответчиком, материалы дела не содержат, следовательно, истец исполнил обязательства ответчика перед третьими лицами, а кредиторы приняли исполнение денежного обязательства, из материалов дела также не следует, что истец, перечислив спорные денежные суммы за ответчика третьим лицам, намеревался одарить ответчика либо действовал без возложения ответчиком на истца обязательства по перечислению денежных средств третьему лицу и исключительно с намерением причинить вред ответчику.

Ответчик, оспаривая доводы истца в указанной части, указал, что данные платежи не должны учитываться в качестве задолженности ответчика, поскольку указанные платежи имеют суть – компенсационного финансирования, при осуществлении обычной для лиц, входящих в группу компаний «Кварсис» хозяйственной деятельности.

Суд не может согласиться с данными доводами ответчика, поскольку ссылка на аффилированность истца и ответчика не имеет существенного значения для рассмотрения вопроса об обоснованности требований сторон, при наличии документально подтвержденной задолженности и не свидетельствует о ничтожности сделок, которые исполнялись сторонами.

Сама по себе аффилированность участников правоотношений не является правонарушением.

Гражданское законодательство основывается на презумпции разумности действий участников гражданских правоотношений (статья 10 ГК РФ).

Поэтому, в ситуации, когда аффилированное лицо производит платеж за должника его кредитору, предполагается, что в основе операций по погашению чужого долга лежит договоренность между соответствующими взаимосвязанными лицами.

В рассматриваемом случае истец производит платежи за ответчика по его обязательствам, следовательно, имеются основания предположить, что в основе операций по погашению чужого долга лежат договоренности между ними, которыми исполнение чужого обязательства возложено на ответчика и определяющие условия взаиморасчетов между истцом и ответчиком.

Спорные платежи производились истцом в течение определенного периода времени, принимались кредиторами ответчика.

Действительность правоотношений с третьими лицами, которым производилась оплата, ответчиком не оспорена.

Доказательств того, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежей, не являются такими основаниями, а платежи перечислены вне связи с указанными правоотношениями, а также свидетельствующих об ошибочном перечислении спорных денежных средств, ответчиком в нарушение положений статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлено.

Оснований полагать, что подобное исполнение обязательств за ответчика совершено с целью причинения вреда обществу, продиктовано недобросовестным интересом или целями со стороны истца также не имеется.

Учитывая характер взаимоотношений между истцом и ответчиком, факт оплаты истцом в пользу третьих лиц денежных сумм за ответчика при данных обстоятельствах можно отнести к обычной хозяйственной деятельности аффилированных лиц.

Однако, указанное не означает, что такое предоставление истцом за ответчика третьим лицам должно быть безвозмездным, поскольку не доказано, что совместное осуществление гражданских прав аффилированными лицами нарушает права иных лиц, в том числе вступает в противоречие с публичными интересами, что возлагает на аффилированных лиц повышенное бремя доказывания наличия разумных и правомерных экономических мотивов их действий (бездействия), в том числе реальности совершенных хозяйственных операций, направленных на достижение не противоречащей закону цели.

Учитывая изложенное и то обстоятельство, что стороны достигли соглашения (путем указания ответчиком в письмах) о том, что данные платежи будут являться задолженностью ответчика в рамках спорного договора генподряда, оснований для исключения данных платежей из суммы долга не имеется.

При этом, то обстоятельство, что в назначении платёжных документов и в письмах ответчика идет ссылка на договор генподряда № 10/52 от 01.08.2018 не исключает относимость данных платежей к спорному договору №001-02С/РИК от 01.08.2018.

Так, исходя из представленных истцом актов выполненных работ, справок о стоимости работ следует, что стороны фиксирует обстоятельства выполнения работ именно по договору №001-02С/РИК от 01.08.2018.

Истец указывает и не опровергает ответчик, что никакие работы по договору № 10/52 от 01.08.2018 не выполнялись, а было задваивание нумерации договоров, в связи с чем, истец учитывает все платежи ответчика со ссылкой на договор генподряда № 10/52 от 01.08.2018 в счет исполнения обязательств по договору №001-02С/РИК от 01.08.2018.

Представленный ответчиком договор генподряда за номером «№ 10/52» имеет другую дату – 10.08.2018 и дописку в левом углу номера: «№001-02С/РИК», что соответствует номеру спорного договора №001-02С/РИК от 01.08.2018, что в своей совокупности подтверждает наличие и исполнение обязательств сторонами именно по договору 001-02С/РИК от 01.08.2018.

Проверив расчет суммы задолженности, суд находит его арифметически верным и обоснованным.

При этом, судом были предметом рассмотрения и пояснения ответчика от 19.01.2023, в которых указано, что п. 12.6 сфальсифицированного, по мнению ответчика, договора генерального подряда № 001-02С/РИК от 01.08.2018 предусматривает неустойку в размере 0,1 % от общей суммы договора за каждый день просрочки выполнения работ по договору. Таким образом, поскольку стороны согласовали срок окончания работ по договору – до 30.10.2018 (п. 3.1 договора), последняя КС-3 датирована 31.10.2019, подлежащая взысканию в пользу ответчика неустойка составит 48 914 009,53 рублей.

Верховным Судом Российской Федерации выработана правовая позиция о необходимости структурирования взаимных, встречных обязательств между участниками правоотношений для соотнесения предоставлений и определения окончательного размера обязательства одной стороны в отношении другой, то есть установление сальдо взаимных предоставлений (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2023 N 305-ЭС23-8241, от 10.12.2020 N 306-ЭС20-15629, от 20.12.2019 N 11-КГ19-22, от 02.09.2019 N 304-ЭС19-11744, от 29.01.2018 N 304-ЭС17-14946).

Сальдирование имеет место тогда, когда в рамках одного договора (либо нескольких взаимосвязанных договоров) определяется завершающая обязанность сторон при прекращении договорных отношений полностью (либо их отдельного этапа). Сопоставление обязанностей сторон из одних отношений и осуществление арифметических (расчетных) операций с целью определения лица, на которое возлагается завершающее исполнение (с суммой такого исполнения), не может быть квалифицировано как зачет и не подлежит оспариванию как отдельная сделка, так как причитающуюся стороне итоговую денежную сумму уменьшает она сама своим ненадлежащим исполнением основного обязательства, а не контрагент, констатировавший расчетную операцию сальдирования. Соответственно в подобной ситуации не возникают встречные обязанности, а формируется лишь единственная завершающая обязанность одной из сторон договора.

Однако, учитывая принципы диспозитивности арбитражного процесса и автономии воли участников гражданского оборота (пункт 2 статьи 1, пункт 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд не вправе по собственной инициативе производить сальдирование и частично отказывать в иске по причине ненадлежащего исполнения обязательства истцом, если об этом не заявлено ответчиком (пункт 1.1 Рекомендаций круглого стола Арбитражного суда Западно-Сибирского округаот 13.05.2022).

Согласно пункту 1.2 вышеуказанных Рекомендаций различия в сделочном характере зачета и сальдирования не означает невозможности применения правового инструментария, имеющегося в законодательстве в отношении зачета, выработанного для достижения справедливого баланса интересов спорящих сторон.

Как разъяснено в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств" (далее - постановление Пленума ВС РФ № 6), если обязательства были прекращены зачетом, однако одна из сторон обратилась в суд с иском об исполнении прекращенного обязательства либо о взыскании убытков или иных санкций в связи с ненадлежащим исполнением или неисполнением обязательства, ответчик вправе заявить о состоявшемся зачете в возражении на иск.

Вместе с тем, суд полагает, что ответчиком явно и недвусмысленно о сальдировании встречных представлений сторон не заявлено.

При этом, вопреки утверждению ответчика, истцом не было допущено нарушение сроков выполнения работ, учитывая заключенное сторонами дополнительное соглашение № 1 от 31.12.2018 об изменении срока окончания работ – 31.12.2019.

В связи с чем, суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению исковые требования о взыскании суммы долга в размере 82 206 707 рублей 66 копеек.

Также истцом было заявлено о взыскании суммы неустойки в размере 108 714 153 рублей 09 копеек за период с 25.12.2018 по 22.11.2022.

В соответствии с разделом 12 договора за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств стороны несут ответственность в соответствии с действующим законодательством РФ. За просрочку сроков оплаты, указанных в разделе 9 договора, заказчик выплачивает генподрядчику неустойку в размере 0,1 % от неоплаченной суммы договора за каждый день просрочки.

Расчет судом проверен и признан неверным, сделанным без учета введения моратория на возбуждение дел о банкротстве с 01.04.2022 по 01.10.2022 постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 "О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами".

Судом произведен перерасчет неустойки, в связи с чем, размер неустойка за период с 25.12.2018 по 22.11.2022 (за исключением периода с 01.04.2022 по 01.10.2022) составит 89 313 370 рублей 88 копеек.

Ответчик было заявлено о применении ст. 333 ГК РФ.

Как разъясняется в пункте 73 Постановления № 7, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Таким образом, в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств спора и взаимоотношений сторон.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, длительность неисполнения обязательства и другое (пункт 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Кроме того, с учетом изложенных выше правовых норм и по смыслу статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации уменьшение размера неустойки является правом, а не обязанностью суда.

Решение вопроса о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства производится на основании имеющихся в деле материалов и конкретных обстоятельств дела.

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 75 Постановления № 7).

Суд приходит к выводу, что взыскиваемая неустойка соответствует нарушенному ответчиком обязательству, а признаков считать ее необоснованно (чрезмерно) завышенной, несоразмерной или необоснованной не усматривается.

Довод ответчика о том, что размер неустойки является завышенным, сам по себе о несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства не свидетельствует и основанием для ее уменьшения не является.

Учитывая изложенное, а также длительность просрочки исполнения денежного обязательств, вменяемого ответчику, соответствие размера неустойки (0,1 %) обычно применяемому в подобных отношениях, суд приходит к выводу о том, что ответчик не подтвердил наличие оснований для снижения определенной в соответствии с условиями договора суммы неустойки.

В связи с чем, суд удовлетворяет первоначальные исковые требования и взыскивает с ответчика в пользу истца неустойку в размере 89 313 370 рублей 08 копеек.

Рассмотрев встречные исковые требования о признании недействительным договора генерального подряда № 001-02С/РИК от 01.08.2018 в части предъявляемых к оплате работ за период с декабря 2018 по октябрь 2019 года на объекте ООО «Сибстройресурс и К» – строительство многоквартирного дома № 2 (по генплану) с помещениями общественного назначения, подземными автостоянками и трансформаторной подстанции № 7 (по генплану), расположенные по адресу: Новосибирская область, г. Новосибирск, Центральный район, ул. Демьяна Бедного, 73 стр, суд не находит оснований для их удовлетворения в силе следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Истец по встречному иску полагает, что оспариваемый договор генерального подряда № 001-02С/РИК от 01.08.2018 имеет признаки мнимой сделки, реальная цель которой заключается в искусственном создании кредиторской задолженности между аффилированными лицами.

При этом, все доводы истца по встречному иску полностью дублируют его доводы как ответчика по первоначальному иску в части реальности исполнения сделки, аффилированнсти сторон и иное.

По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ, стороны мнимой сделки при ее заключении не имеют намерения устанавливать, изменять либо прекращать права и обязанности ввиду ее заключения, то есть стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Бремя доказывания наличия правовых оснований полагать заключенную между сторонами спора сделку мнимой возложено на истца по встречному иску.

Вместе с тем, как установлено судом при рассмотрении первоначального иска, ООО «Сибстройресурс и К» не опроверг представленные истцом документы и доказательства, подтверждающие фактическое исполнение сделки.

При этом, выводы судебной экспертизы, вопреки утверждению ООО «Сибстройресурс и К», не доказали обоснованность доводов ООО «Сибстройресурс и К».

Судебные эксперты подтвердили, что и следовало из представленных актов выполненных работ, тождественность видов работ на одном объекте, но не смогли определить ни объем и стоимость фактически выполненных работ, ни фактического исполнителя этих работ.

При этом, в нарушение ст. 65 АПК РФ, ООО «Сибстройресурс и К» не представил ни одного доказательства реальности выполнения спорных работ именно ООО «Кварсис-Строитель».

Аффилированность сторон сделок, на которую ссылается ООО «Сибстройресурс и К», не свидетельствует о том, что она каким-либо образом повлияла на исполнение сторонами условий сделки. Факт заключения сделки между фактически аффилированными лицами сам по себе не может являться обстоятельством, подтверждающим заключение мнимой сделки, и не освобождает от доказывания оснований ее недействительности.

Из доводов ООО «Сибстройресурс и К» не следует, каким образом приведенные обстоятельства (ссылка на судебные акты по делу № А45-12044/2019, где предметом исследования был другой договор, и группа других участников сделки) при условии доказанности материалами дела их фактического совершения, свидетельствуют о мнимости договора генерального подряда № 001-02С/РИК от 01.08.2018, да и еще и только в части выполненных работ.

ООО «Стройпром РИК» совокупностью представленных доказательств с разумной степенью достоверности обосновал необходимость заключения договора № 001-02С/РИК от 01.08.2018 и фактическое выполнение работ.

Таким образом, вопреки доводам ООО «Сибстройресурс и К», материалами дела не подтверждается и ООО «Сибстройресурс и К» не доказано, что договор генерального подряда № 001-02С/РИК от 01.08.2018 в части работ был заключен формально в целях создания фиктивного обязательства ООО «Сибстройресурс и К» перед ООО « Стройпром РИК» по оплате выполненных работ.

У суда при совокупности имеющихся в деле доказательств отсутствуют основания считать сделку недействительной по правилам статьи 170 ГК РФ, в связи с чем, суд отказывает в удовлетворении встречных исковых требований.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по искам суд распределил в порядке части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

По первоначальному иску:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Сибстройресурс и К" (ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Стройпром РИК" (ОГРН <***>) 82 206 707 рублей 66 копеек, неустойки в сумме 66 542 112 рублей 06 копеек.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Сибстройресурс и К" (ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 200 000 рублей.

Возвратить акционерному обществу «Сургутнефтегазбанк» (ОГРН <***>) с депозитного счета арбитражного суда 145 000 рублей, перечисленные платежными поручениями № 208 от 10.02.2023, № 362 от 20.06.2023.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья

О.В. Суворова