Постановление от 25 апреля 2023 г. по делу № А76-47184/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8027/22

Екатеринбург

25 апреля 2023 г.


Дело № А76-47184/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 апреля 2023 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Савицкой К.А.,

судей Оденцовой Ю.А., Соловцова С.Н.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью Копейский Производственный Комплекс «Нисма» (далее – общество КПК «Нисма», должник) ФИО1 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 16.12.2022 по делу № А76-47184/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняла участие представитель конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 24.03.2023 № 8).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 15.09.2021 общество КПК «Нисма» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Конкурсный управляющий ФИО1 12.07.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил разрешить разногласия, возникшие между кредитором по текущим платежам ФИО3 и конкурсным управляющим ФИО1; изменить очередность выплаты текущих платежей ФИО3 в размере 889 090 руб. 08 коп., как требование подлежащие удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 16.12.2022, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2023, разрешены разногласия, возникшие между конкурсным управляющим и кредитором, установлено, что требование ФИО3, возникшее в связи оплатой услуг охраны, электроэнергии, аудиторских услуг, водоснабжения и водоотведения подлежит учету в составе текущих платежей.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1 просит определение суда от 16.12.2022 и постановление суда от 14.02.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым требования удовлетворить, разрешить разногласия, возникшие между ним и кредитором, изменить очередность выплаты текущих платежей ФИО3 в размере 889 090 руб. 08 коп., как требование подлежащее удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидной квоты, ссылаясь на нарушение и неправильное применение судами норм материального права, а также на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на то, что судами при рассмотрении спора не учтены правовые позиции, изложенные в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.12.2021 № 307-ЭС20-5902 (19), от 27.10.2022 № 307-ЭС20-1134 (2), неправильно распределено бремя доказывания по спору. По мнению кассатора, суды необоснованно не понизили очередность удовлетворения текущих требований мажоритарного участника должника (доля участия 55%), что является недопустимым; текущий характер требования в данном случае не препятствует субординации требований кредитора; расходы, которые возлагаются на участников должника при недостаточности имущества, не могут конкурировать с требованиями независимых кредиторов должника, в том числе по текущим требованиям, так как аффилированное лицо не может забирать себе прибыль (выручку) на которую могли бы претендовать независимые кредиторы; судами не учтено, что ФИО3 привлекался к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, являясь участником должника с долей участия 55%, с 2019 года был осведомлен об имущественном кризисе должника. Податель жалобы считает, что оплата мажоритарным участником должника в размере 889 090 руб. 08 коп. обладает признаками внутрикорпоративного финансирования, предоставленного в ситуации кризиса, такие требования не могут быть противопоставлены требованиям независимых кредиторов; ФИО3 не опровергнута презумпция отнесения, предоставленного аффилированным лицом финансирования к внутрикорпоративному финансированию. По мнению конкурсного управляющего, судами не учтено, что договор аренды оборудования № 135 был заключен должником 19.07.2021, а оплату за последнего ФИО3 производил в период с 12.01.2021 по 29.07.2021, то есть до заключения договора; ФИО3 не раскрыты мотивы оплаты за должника текущих расходов по содержанию имущества из собственных денежных средств, а не из выручки от аренды, или почему арендатор не погасил текущие расходы по содержанию имущества.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просит определение суда от 16.12.2022 и постановление суда от 14.02.2023 оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы отказать.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, во исполнение полученных от должника писем, в соответствии с которыми должник в связи с временными трудностями возлагает на кредитора исполнение обязательств перед ресурсоснабжающими организациями, кредитор произвел платежи в пользу обществ с ограниченной ответственностью ЧОО «Альянс», «Уралэнергосбыт», «Восточная консалтинговая компания», муниципального унитарного предприятия «Копейские системы водоснабжения и водоотведения», на основании заключенных договоров.

В качестве доказательств, подтверждающих оплату, кредитор представил в материалы дела платежные поручения, а также письма должника с просьбой оплатить задолженность.

Денежные средства должником не возвращены, задолженность общества КПК «Нисма» перед кредитором составляет 1 291 090 руб.

Вступившим в законную силу определением арбитражного суда от 21.03.2022 требования ФИО3 в сумме 402 000 руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты; требования в размере 889 090 руб. 08 коп. квалифицированы в качестве текущих.

ФИО3 обратился к конкурсному управляющему с требованием о компенсации текущих платежей, возникших в связи с оплатой им коммунальных и иных эксплуатационных платежей за должника третьим лицам.

В обоснование расходов представлены платежные поручения, договор от 05.08.2013 № 1 об оказании охранных услуг, заключенный должником с обществом ЧОО «Альянс», договор энергоснабжения от 01.07.2019, заключенный с обществом «Уралэнергосбыт», договор от 12.01.2021, подписанный с МУП «Копейские системы водоснабжения и водоотведения», договор от 01.07.2021 № 38 оказания аудиторских услуг, заключенный с обществом «Восточная консалтинговая компания».

С учетом уточнения назначения платежа обществом ЧОО «Альянс» (исх. № 87 от 28.10.2022) задолженность была оплачена за период после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве).

Указывая, что ФИО3 являлся одним из участников должника, конкурсный управляющий обратился в суд в целях разрешения разногласий в части порядка удовлетворения требований по текущим платежам. По мнению конкурсного управляющего, оставшиеся требования в сумме 889 090 руб. 08 коп. также подлежат понижению в очередности удовлетворения.

Признавая совершенные ФИО3 за должника платежи на общую сумму 889 090 руб. 08 коп. подлежащими удовлетворении (возмещению) в рамках текущих платежей, суд первой инстанции исходил из их адресности, их совершении за должника в пользу ресурсоснабжающих организаций, на оплату охраны имущества должника, за оказание аудиторских услуг, после возбуждения дела о банкротстве, в связи с чем, пришел к выводу о том, что указанные платежи были направлены на сохранение недвижимого имущества должника и поддержание его в надлежащем состоянии до момента продажи, а также на осуществление деятельности предприятия. Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных настоящим Законом, между ним и должником, жалобы кредиторов на нарушение их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда не позднее чем через один месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено настоящим Законом.

Согласно пункту 2 статьи 134 Закона о банкротстве, требования кредиторов по текущим платежам удовлетворяются в следующей очередности: в первую очередь удовлетворяются требования по текущим платежам, связанным с судебными расходами по делу о банкротстве, выплатой вознаграждения арбитражному управляющему, взысканием задолженности по выплате вознаграждения лицам, исполнявшим обязанности арбитражного управляющего в деле о банкротстве, требования по текущим платежам, связанным с оплатой деятельности лиц, привлечение которых арбитражным управляющим для исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве в соответствии с Законом о банкротстве является обязательным, в том числе с взысканием задолженности по оплате деятельности указанных лиц; во вторую очередь удовлетворяются требования об оплате труда лиц, работающих или работавших (после даты принятия заявления о признании должника банкротом) по трудовому договору, требования о выплате выходных пособий; в третью очередь удовлетворяются требования об оплате деятельности лиц, привлеченных арбитражным управляющим для обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве, в том числе о взыскании задолженности по оплате деятельности этих лиц, за исключением лиц, указанных в абзаце втором настоящего пункта; в четвертую очередь удовлетворяются требования по коммунальным платежам, эксплуатационным платежам, необходимым для осуществления деятельности должника; в пятую очередь удовлетворяются требования по иным текущим платежам. Требования кредиторов по текущим платежам, относящиеся к одной очереди, удовлетворяются в порядке календарной очередности.

По смыслу пункта 2 статьи 134 Закона о банкротстве к эксплуатационным платежам могут быть отнесены расходы на сохранение имущества должника и поддержание его в надлежащем состоянии до момента продажи. Иные затраты подлежат включению в состав пятой очереди текущих платежей.

В силу пункта 5 статьи 313 ГК РФ к третьему лицу, исполнившему обязательства должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 названного Кодекса; такая замена не изменяет очередность удовлетворения первоначального обязательства и его статуса с точки зрения его квалификации в соответствии со статьей 5 Закона о банкротстве.

Законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем, при наличии дополнительных обстоятельств суд может как субординировать требования кредитора, так и вовсе признать его требования необоснованными. Примеры таких случаев изложены в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020; далее - Обзор).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре от 29.01.2020, аффилированность кредитора по отношению к должнику сама по себе не исключает возможность включения требования заинтересованного кредитора в реестр требований кредиторов, но может повлиять на очередность удовлетворения такого требования.

При этом, из смысла положений пунктов 1, 2 Обзора от 29.01.2020, обстоятельства, которые могут являться основанием для понижения очередности требований аффилированного лица, должны быть специально подтверждены при рассмотрении соответствующего вопроса, само по себе заявление требования к должнику контролирующим лицом основанием для понижения очередности указанного требования не является.

Понижение очередности требований контролирующих лиц, как правило, имеет место в тех случаях, когда возникновение указанных требований связано с финансированием должника контролирующим лицом в рамках корпоративных правоотношений, исходя из принципа преимущественного удовлетворения требований независимых кредиторов относительно требований кредиторов, возникающих из правоотношений по управлению должником.

Так, в пункте 3.1 Обзора указано, что основанием понижения очередности удовлетворения требования кредитора является нарушение этим кредитором, контролирующим организацию-должника, собственной обязанности по публичному информированию участников гражданского оборота об имущественном кризисе в подконтрольной организации, исполняемой путем подачи заявления о банкротстве последней (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве). Контролирующее лицо, избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, - пытающееся вернуть контролируемое юридическое лицо к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления ей компенсационного финансирования, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты упомянутого финансирования на случай объективного банкротства. Поскольку данные риски не могут перекладываться на независимых кредиторов, требования последних удовлетворяются приоритетно по отношению к требованию о возврате компенсационного финансирования.

По смыслу пункта 6.2 Обзора от 29.01.2020, приобретение требования к должнику контролирующим лицом у независимого кредитора может послужить основанием для изменения очередности лишь в случае приобретения его до возбуждения процедуры по делу о несостоятельности, когда такого рода действия могут быть оценены как направленные на сокрытие истинного финансового положения должника от его кредиторов в преддверии банкротства.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593, приобретение требования к должнику по договору цессии аффилированным лицом после признания должника банкротом не позволяет рассматривать такое приобретение как способ компенсационного финансирования должника в том смысле, который заложен в пункте 6.2 данного Обзора. После введения процедуры по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. Об осведомленности независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр. В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования.

В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования.

Верховным Судом Российской Федерации указано, что пункт 6.2 Обзора от 29.01.2020 не подлежит применению в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства.

Обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем.

При этом само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

Учитывая вышеприведенный правовой подход, текущим характером требования кредитора, который является контролирующим должника и аффилированным с ним лицом по общему правилу обусловлено отсутствие оснований для понижения очередности удовлетворении такого требования.

Изложенные в Обзоре правовые позиции о субординации требований непосредственно применимы к реестровым требованиям, так как компенсационное финансирование (предоставление должнику денежных средств либо временное освобождение его от исполнения обязательств) прикрывает неплатежеспособность должника от независимых кредиторов и осуществляется до возбуждения дела о его банкротстве. После названного момента факт имущественного кризиса становится публично раскрытым, в силу чего утаивание сведений о неблагополучном финансовом положении должника становится невозможным. Таким образом, по общему правилу разъяснения о понижении очередности удовлетворения требований не применяются к текущим платежам.

Принимая во внимание обстоятельства данного конкретного спора, установив факт исполнения кредитором за должника обязательств перед независимыми кредиторами, относящихся к текущим платежам, суды нижестоящих инстанций правомерно разрешили разногласия относительно очередности удовлетворения требований кредитора по возмещению ему соответствующего исполнения за должника, установив ее соответствующей очередности исполненного им обязательства, и не усмотрев оснований для ее понижения.

Вопреки доводам заявителя судами верно отмечено, что оплата ФИО3 коммунальных расходов за должника позволила обеспечить нормальное функционирование должника в период применения к нему процедур банкротства; понижение очередности требований ФИО3 по текущим платежам в виде удовлетворения после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (то есть в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), как просит конкурсный управляющий, означает возложение негативных последствий на текущих кредиторов и справедливо рассчитывающих на удовлетворение своих требований. В данном случае понижение очередности не приведет к достижению целей, предусмотренных законодательством.

Правовой подход, раскрытый в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от 29.01.2020 г., подлежит применению в случаях, когда действия аффилированных лиц носят недобросовестный характер, а целью указанных действий является компенсация негативного воздействия на хозяйственную деятельность должника и наращивание подконтрольной кредиторской задолженности с последующим уменьшением количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Исполнение же обязательств организации, возникших после возбуждения производства по делу о банкротстве, с использованием гражданско-правового механизма исполнения обязательств третьим лицом, не противоречит закону. При этом в результате использования механизма, установленного статьей 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, объем текущих обязательств должника не меняется, а требования, подлежащие суброгации, не могут быть использованы в целях влияния на процедуру банкротства, так как не предоставляют аффилированным кредиторам права голоса. Таким образом, вред интересам независимых кредиторов отсутствует.

Применительно к обстоятельствам данного конкретного дела, суды не усмотрели наличия факта злоупотребления правом со стороны ФИО3 при совершении действий, направленных на оплату текущих эксплуатационных платежей за должника третьим лицам. Указанные организации являются независимыми кредиторами (иное не доказано), следовательно, их требования в случае не погашения ФИО3 подлежали бы удовлетворению без понижения очередности. Как ранее было установлено по делу о банкротстве, конкурсная масса пополняется за счет сдачи недвижимого имущества должника в аренду, что стало возможным в ситуации погашения учредителем должника текущих расходов по содержанию имущества. Конкурсный управляющий ФИО1, возражая на признание требований ФИО3 в качестве текущих платежей, и указывая, что данные требования являются компенсационным финансированием, не обосновал как перечисление долга организации по коммунальным и эксплуатационным платежам, электроэнергии, кредиторской задолженности могли привести к восстановлению платежеспособности должника в условиях наличия существенной реестровой задолженности и каким образом в результате погашения задолженности причинен вред иным лицам.

Доводы подателя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов обеих инстанций и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 16.12.2022 по делу № А76-47184/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью Копейский Производственный Комплекс «Нисма» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий К.А. Савицкая


Судьи Ю.А. Оденцова


С.Н. Соловцов