Решение от 25 мая 2022 г. по делу № А33-29570/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ



ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ


25 мая 2022 года


Дело № А33-29570/2021


Красноярск


Резолютивная часть решения вынесена в судебном заседании 18 мая 2022 года.

В полном объеме решение изготовлено 25 мая 2022 года.


Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Нечаевой И.С., рассмотрев в судебном заседании дело по иску «АУТФИТ7 Лимитед» («OUTFIT7 Limited»)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП 319246800008577)

о взыскании компенсации,

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2,

установил:

«АУТФИТ7 Лимитед» («OUTFIT7 Limited») (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик) о взыскании:

- компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1 111 352 в размере 25 000 руб.;

- компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1 111 353 в размере 25 000 руб.;

- компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 1 150 226 в размере 25 000 руб.;

- компенсации за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства изображение произведение «Talking Tom» («Говорящий Том») - фигурка кота в размере 25 000 руб.;

- судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства - товара, приобретенного у ответчика в сумме 650 руб., стоимости почтовых отправлений в виде претензии и искового заявления в размере 439 руб. 54 коп.

Определением от 19.11.2021 исковое заявление принято к производству суда в порядке упрощенного производства.

Определением от 12.01.2022 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Лица, участвующие в деле, в предварительное и судебное заседание своих представителей не направили, о времени и месте его проведения извещены надлежащим образом путем направления определения и размещения информации в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/). Согласно части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в их отсутствие.


При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Истец является действующим юридическим лицом, которое было учреждено 09.10.2013 г. в соответствии с Законом о компаниях 2006 года в качестве компании с ограниченной ответственностью, и зарегистрировано в Англии и Уэльсе за номером 8725441, что подтверждается удостоверенной переводом на русский язык копией выписки Регистрационной палаты Британского содружества наций.

Истец обладает исключительным авторским правом на фигурку кота «Talking Tom» («Говорящий Том») на основании свидетельства о регистрации от 01.09.2014 № R-092/2014. Согласно данному свидетельству произведение «Talking Tom» («Говорящий Том») представлено на регистрацию и занесено в Реестр охраняемых произведений Агентством по охране авторских прав Словении.

Указанный объект интеллектуальной собственности является популярным произведением, персонажем аудиовизуальных произведений, персонажем различных картинок, открыток, популярной игрушкой, используется в оформлении различных товаров, подлежит правовой охране и как самостоятельное произведение (часть 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации), и как персонаж различных аудиовизуальных произведений и произведений живописи (часть 7 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации). В подтверждение данного обстоятельства Истец представляет копию свидетельства о регистрации в Реестре охраняемых произведений Агентства по охране авторских прав Словении произведения «Говорящий Том» - фигурка кота 01.09.2014, имеющее апостиль и нотариальный перевод.

Также истец является правообладателем товарного знака № 1 111 352. В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 14.04.1891 и протоколом к нему от 28.06.1989, внесена запись о регистрации за правообладателем товарного знака 08.09.2011, что подтверждено свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности № 1 111 352.

Товарный знак № 1 111 352 имеет правовую охрану в отношении следующего перечня товаров и услуг – 28 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего, в том числе музыкальные игрушки.

Истец является правообладателем товарного знака № 1 111 353. В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации знаков от 14.04.1891 и протоколом к нему от 28.06.1989, внесена запись о регистрации за Правообладателем товарного знака 08.09.2011, что подтверждено свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности № 1 111 353.

Товарный знак № 1 111 353 имеет правовую охрану в отношении следующего перечня товаров и услуг – 28 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего, в том числе музыкальные игрушки.

Истец является правообладателем товарного знака № 1 150 226. В Международный реестр товарных знаков, зарегистрированных в соответствии с Мадридским соглашением о международной регистрации от 14.04.1891 и протоколом к нему от 28.06.1989, внесена запись о регистрации за Правообладателем товарного знака 27.08.2012, что подтверждено свидетельством Всемирной организации интеллектуальной собственности № 1 150 226.

Товарный знак № 1 150 226 имеет правовую охрану в отношении следующего перечня товаров и услуг – 28 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего, в том числе музыкальные игрушки.

Как следует из иска, в ходе закупки, произведенной 22.03.2021 г. в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>, установлен факт продажи спорного товара (игрушка).

В подтверждение продажи был выдан чек, содержащий следующую информацию: наименование продавца - ИП ФИО1, дата продажи - 22.03.2021, ИНН продавца - <***>.

Товар выполнен в виде объемной фигуры имитирующей обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком: № 1 111 352. Также, на товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № 1 111 352, № 1 111 353, № 1 150 226. Также, товар выполнен в виде объемной фигуры, имитирующей изображение произведения изобразительного искусства: произведение «Talking Tom» («Говорящий Том») - фигурка кота.

В целях соблюдения претензионного порядка урегулирования спора истец направил ответчику претензию № 43167, в которой предложил ответчику выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности истца, а также судебные издержки. Факт направления претензии подтверждается почтовой квитанцией и описью вложения в ценное письмо.

Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, доказательства оплаты компенсации, урегулирования спора в материалы дела не представлены.

Полагая, что ответчик при реализации указанного товара незаконно использовал изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками, произведением изобразительного искусства, права на которые принадлежат истцу, чем нарушил исключительные права последнего, истец обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Ответчик отзыв на исковое заявление в порядке, предусмотренном статьей 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представил, иск не оспорил, в связи с чем, дело рассмотрено по имеющимся доказательствам.


Исследовав представленные доказательства, оценив доводы истца, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, в том числе из договоров и иных сделок.

Статья 9 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу положений статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Судом установлено, что спорные отношения регулируются положениями части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации, включая главы 69, 70 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Российская Федерация и Великобритания являются участницами Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений от 9 сентября 1886 года (Постановление Правительства Российской Федерации от 03 ноября 1994 года № 1224 о присоединении к данной Конвенции), Всемирной конвенции об авторском праве (заключена в Женеве 6 сентября 1952 года, вступила в действие для СССР 27 мая 1973 года), Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков от 28 июня 1989 года (принят Постановлением Правительства Российской Федерации от 19 декабря 1996 года № 1503 «О принятии Протокола к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков»).

Согласно Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений (статья 5), часть 1 статьи II Всемирной конвенции об авторском праве предусматривают предоставление произведениям, созданным на территории одного Договаривающегося государства (в данном случае - Великобритании), на территории другого договаривающегося государства (Российской Федерации) такого же режима правовой охраны, что и для произведений, созданных на территории этого другого Договаривающегося государства.

В соответствии со статьей 4 (1) а) протокола к Мадридскому соглашению с даты регистрации или внесения записи, произведенной в соответствии с положениями статей 3 и 3 ter, охрана знака в каждой заинтересованной договаривающейся стороне будет такой же, как если бы этот знак был заявлен непосредственно в ведомстве этой договаривающейся стороны.

Следовательно, в отношении исключительных прав истца на произведение и на товарный знак в Российской Федерации применяется национальное законодательство по охране интеллектуальной собственности.

Компании (истцу) принадлежат исключительные авторские права на товарные знаки № 1 111 352, № 1 111 353, № 1 150 226 и произведение изобразительного искусства: произведение «Talking Tom» («Говорящий Том»).

Исковые требования мотивированы тем, что ответчик без разрешения правообладателя в принадлежащих ему торговых точках реализовал товар – игрушку, на которых имеются изображения, сходные до степени смешения с товарными знаками № 1 111 352, № 1 111 353, № 1 150 226 и произведением изобразительного искусства: произведение «Talking Tom» («Говорящий Том»).

Суд учитывает, что каждый товарный знак рассматривается как самостоятельный результат интеллектуальной деятельности, самостоятельный объект авторского права, имеет свои отличительные черты. Каждый из указанных товарных знаков является узнаваемым отдельно от другого. Таким образом, использование каждого объекта является самостоятельным нарушением исключительных прав истца на соответствующие объекты интеллектуальной собственности.

Пункт 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» указывает, что, если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение, товарный знак и наименование места происхождения товара, товарный знак и промышленный образец, компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно.

Из положений подпункта 1 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров. Работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственности), является в том числе произведения науки, литературы и искусства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающее исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации), если кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности, средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения. Помимо этого разновидностью произведения науки, литературы и искусства является такая группа произведений, как произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства (абзац 6 пункта 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Принадлежность истцу исключительных авторских прав на произведения изобразительного искусства, подтверждена представленными в материалы дела доказательствами (свидетельства о регистрации художественных произведений с нотариально удостоверенным переводом на русский язык).

Ответчику исключительные права на спорные товарные знаки и произведение изобразительного искусства не передавались.

Доказательства, подтверждающие право ответчика на использование вышеуказанных произведения изобразительного искусства, товарных знаков, в материалы дела не представлены.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что ответчик реализовал спорный товар, что подтверждается непосредственно самими приобретенным товаром (игрушкой), диском с видеозаписью реализации товара 22.03.2021 и оригиналом чека.

Компакт-диск с записью процесса приобретения товара 22.03.2021 воспроизведен и исследован судом. Видеозапись покупки отображает местонахождения торговой точки, процесс выбора приобретаемого товара, его оплаты, выдачи чека. На видеозаписи отображается содержание чека, соответствующее приобщенному к материалам дела, и внешний вид приобретенного товара, соответствующий имеющемуся в материалах дела. Представленная в материалы дела видеозапись подтверждает факт приобретения спорного товара в указанной в иске торговой точке.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Согласно статье 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. К иным документам и материалам относится материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

По смыслу статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации видеосъемка при фиксации факта распространения контрафактной продукции является допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Ведение видеозаписи (в том числе скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует часть 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

При этом суд отмечает, что на просмотренной судом видеозаписи последовательность видеоряда не нарушена, выданный продавцом чек из объектива камеры не исчезал и соответствует тому, который представлен в материалы дела.

Кроме того, ответчик факт расположения торговой точки непосредственно по адресу, указанному истцом в исковом заявлении и указанным в видеозаписи, не оспорил, как и факт выдачи чека.

Видеосъемка, произведенная истцом в целях самозащиты на основании статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является допустимым доказательством. Видеосъемка подтверждает, какой именно товар был продан, дата покупки следует из кассового чека, который подтверждает факт заключения разовой сделки купли-продажи с ответчиком.

В соответствии со статьями 426, 492 и 494 Гражданского кодекса Российской Федерации выставление на продажу спорной продукции свидетельствует о наличии со стороны ответчика публичной оферты, а факт ее продажи подтверждается видеозаписью процесса покупки.

В силу статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Представленные в материалы дела чеки содержит необходимые реквизиты, стоимость покупки, отвечают требованиям статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, следовательно, являются достаточными доказательствами заключения договоров розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

Кроме того, судом произведен осмотр товара. Внешний вид товара позволяет сделать вывод о том, что в материалы дела истцом в качестве доказательства представлен именно тот товар, которые был приобретен у ответчика 22.03.2021.

Следовательно, сам купленный товар в совокупности с чеком и видеозаписью совершения покупки также подтверждает факт приобретения у ответчика спорного товара.

При разрешении настоящего спора подлежат применению нормы статей 1229, 1259, 1270, 1477 и 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающие право правообладателя произведения, включая его части, название, персонажи, а также правообладателя товарного знака по своему усмотрению разрешать или запрещать иным лицам использование принадлежащего ему произведения и средства индивидуализации товаров и услуг, а также нормы статей 1252, 1301 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми правообладатель товарного знака вправе требовать взыскания с правонарушителя компенсации за его незаконное использование.

Судом установлено, что на реализованных ответчиком товарах присутствуют изображения товарных знаков № 1 111 352, № 1 111 353, № 1 150 226 и произведения изобразительного искусства: произведения «Talking Tom» («Говорящий Том»).

В отличие от оригинальной продукции, на товаре отсутствуют указание на правообладателя - «АУТИФИТ7 ЛИМИТЕД» («OUTFIT7 LIMITED»), сведения об импортере, составе товара, и т.п.

Тем самым ответчиком без разрешения правообладателя осуществлена продажа товара с изображениями, сходными до степени смешения с товарными знаками и произведением изобразительного искусства истца.

Доказательства наличия у ответчика прав использования товарных знаков и произведения изобразительного искусства истца в материалах дела отсутствуют. Ответчиком также не доказано, что истец в установленном законом порядке передавал ему свои исключительные права на указанные объекты авторских прав.

По смыслу указанных норм нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Для признания сходства обозначения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков (обозначений) в глазах потребителя (соответствующая правовая позиция выражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 по делу № 3691/06).

В соответствии с пунктом 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения изображений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Понятия тождественности и сходства определяются в пункте 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 10.10.2016 № 647 (далее - Правила № 647). Так, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Аналогичные признаки тождественности и сходства приведены в пункте 14.4.2 ранее действовавших Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания, утвержденных Приказом Роспатента от 05.03.2003 № 32.

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знаков принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг.

В силу пункта 42 Правил № 647 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

На основании пункта 43 Правил № 647 изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы. Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); сочетание цветов и тонов. Эти признаки учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Таким образом, при сопоставлении товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления). Для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителей.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства с учетом вышеизложенных норм права, суд приходит к выводу о том, что визуальное и графическое сходство товарных знаков и произведение изобразительного искусства, исключительные права на которые принадлежат истцу, и изображений, содержащихся на реализованных ответчиком товарах, позволяют ассоциировать сравниваемые объекты один с другим и сделать вывод об их сходстве до степени смешения.

Следует также отметить, что доказательств представления ответчику права на введение в гражданский оборот указанных товаров, в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения и т.п.), в материалы дела не представлено.

Ответчиком не представлены доказательства наличия у него прав на использование названного произведения изобразительного искусства и товарных знаков.

Таким образом, реализация ответчиком товара с изображениями сходными до степени смешения с товарными знаками и произведением изобразительного искусства, права на которые принадлежат «АУТИФИТ7 ЛИМИТЕД» («OUTFIT7 LIMITED»), является нарушением исключительных прав истца.

В силу пункта 3 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Исходя из того, что материалами дела подтверждается факт реализации ответчиком спорных товаров, содержащих изображения сходные с товарными знакам, исключительные авторские права на которые принадлежат истцу, а также отсутствуют доказательства правомерного использования ответчиком названных объектов авторских прав, суд приходит к выводу о том, что последним нарушены исключительные права истца товарные знаки № 1 111 352, № 1 111 353, № 1 150 226 и произведение изобразительного искусства «Talking Tom» («Говорящий Том»).

Использование результата интеллектуальной деятельности, средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

По смыслу указанных норм такая ответственность распространяется на любое лицо, вводящее в гражданский оборот контрафактный товар или осуществляющее действия по предложению такого товара к реализации. При этом действия лица по распространению контрафактных товаров образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров продавцом у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего.

Указанная правовая позиция подтверждается сложившейся судебной практикой.

Согласно пункту 2 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальная собственность охраняется законом.

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными названным Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Как следует из материалов дела, истец, полагая, что ответчиком при реализации товара в ходе указанных выше закупок нарушены его исключительные права, обратился в суд с требованием о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа.

На основании пункта 1 и подпункта 2 пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе распространять произведения путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляров.

В силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В силу статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Из материалов дела усматривается, что истцом выбран способ определения компенсации из расчета от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей за каждый случай нарушения исключительного права.

Размер суммы взыскиваемой компенсации, исходя из пункта 3 статьи 1252, статей 1301, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, определен истцом – 100 000 руб. по 25 000 руб. за каждый факт нарушения исключительных прав правообладателя (на спорном товаре имеется 4 изображения сходных до степени смешения с товарными знаками № 1 111 352, № 1 111 353, № 1 150 226 и произведение изобразительного искусства «Talking Tom» («Говорящий Том»)).

В соответствии с пунктом 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Из пункта 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Аналогичный, по сути, подход отражен и в пункте 47 Обзора от 23.09.2015, согласно которому при взыскании на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсации за незаконное использование товарного знака суд определяет ее размер не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П высказана правовая позиция, согласно которой суды при наличии определенных условий и с учетом характера и последствий нарушения вправе снижать размер компенсации ниже предела, установленного абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в названном Постановлении указал, что пункт 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими положениями данного Кодекса, включая его статьи 1301, 1311 и 1515, закрепляет в числе прочего правила, которыми должен руководствоваться суд при определении размера компенсации в случае, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации: в таких случаях размер компенсации определяется судом - в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости - за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации; если же права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации может быть снижен судом ниже пределов, установленных данным Кодексом.

Поскольку, как следует из абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий размер компенсации при этом все равно не должен составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения, не исключаются ситуации, при которых определяемая на основании указанных норм Гражданского кодекса Российской Федерации мера ответственности за однократное нарушение исключительных прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации - даже принимая во внимание его характер и последствия, а также другие обстоятельства дела - может оказаться чрезмерной, не отвечающей требованиям разумности и справедливости. Причем, если применение подобной санкции к нарушителю - юридическому лицу обычно не приводит к непропорциональному вторжению в имущественную сферу его участников - физических лиц, то в отношении индивидуального предпринимателя оно не исключает возложение на нарушителя столь серьезных имущественных обязательств, что их исполнение, в свою очередь, может не только поставить под сомнение продолжение им предпринимательской деятельности (что само по себе можно рассматривать как конституционно допустимое следствие совершенного правонарушения), но и крайне негативно отразиться на его жизненной ситуации. При этом - учитывая, что в силу статьи 24 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание, - последствия применения данной санкции сохраняются для нарушителя даже после прекращения им предпринимательской деятельности.

Между тем как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, вводимые федеральным законодателем ограничения должны обеспечивать достижение конституционно значимых целей и не быть чрезмерными; принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Вместе с тем нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а в конечном счете - к нарушению ее статьи 21, гарантирующей охрану государством достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство.

Таким образом, в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П высказана правовая позиция, согласно которой суды при наличии определенных условий и с учетом характера и последствий нарушения вправе снижать размер компенсации ниже предела, установленного абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2019 № 302-ЭС19-852 по делу № А33-19994/2018, суд указал, что определяя размер компенсации, с учетом ходатайства ответчика и наличия у него статуса индивидуального предпринимателя суд исходил из принципов разумности и справедливости, характера допущенного нарушения, срока незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степени вины нарушителя, отсутствия доказательств причинения истцу убытков и доказательств неоднократности совершения ответчиком аналогичных нарушений.

Ответчиком не заявлено о снижении размера компенсации ниже пределов, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации.

После установления размера компенсации, рассчитанного на основании приведенных норм права, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Таким образом, применение абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика и при наличии доказательств, подтверждающих наличие оснований для снижения компенсации ниже минимального предела.

Ответчиком в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств, влекущих снижение размера компенсации ниже минимального предела установленного законом.

С учетом изложенного у суда отсутствуют правовые основания для снижения размера компенсации ниже минимального размера.

В силу пункта 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав (утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015) при взыскании на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсации за незаконное использование товарного знака суд определяет ее размер не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Взыскание компенсации за незаконное использование товарного знака, по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, является альтернативой взысканию убытков в случае, когда доказывание их конкретного размера не представляется возможным.

Заявляемое истцом требование о взыскании компенсации должно быть определено в исковом заявлении в твердой сумме, по его мнению, соразмерной допущенному ответчиком нарушению. Истцом определен размер компенсации, исходя из 25 000 руб. за одно нарушение.

Судом установлено, что ранее ответчик привлекался к ответственности за подобное нарушение по иску другого правообладателя (дело № А33-28126/2021), вместе с тем судом установлено, что закупки по настоящему делу и по делу №А33-28126/2021 произведены в один и тот же день – 22.03.2021 в торговой точке по одному и тому же адресу - <...>.

Использование ответчиком спорных товарных знаков и произведения изобразительного искусства, исключительные права на которые принадлежит истцу, не является существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя. Правообладателем также не доказана значительность его имущественных потерь, возникших в связи с незаконным использованием спорных товарных знаков и произведения изобразительного искусства.

Принимая во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, исходя из принципов разумности и справедливости, сведений о наличии иного иска правообладателя к ответчику (учитывая вышеизложенное, дату закупок по настоящему делу и по делу № А33-28126/2021 и адрес торговой точки), а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд пришел к выводу, что в данном случае соразмерной допущенному нарушению и разумной с учетом представленных доказательств является компенсация равная общей сумме 60 000 руб. (по 15 000 руб. за 4 факта нарушения исключительных прав истца).

Взыскание такой суммы компенсации позволяет не только возместить стороне (истцу) убытки, в связи с неправомерным использованием, принадлежащих ему исключительных прав на произведения изобразительного искусства при осуществлении ответчиком предпринимательской

При изложенных обстоятельствах суд отклоняет доводы истца в соответствующей части и удовлетворяет требование истца о взыскании с ответчика 60 000 руб. компенсации. В удовлетворении остальной части иска суд отказывает.

Также в силу пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом в ходе сбора доказательств, до предъявления иска признаются судебными издержками, в случае, если указанные доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

В соответствии со статьей 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрения дела по существу, или в определении. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не исключает возможности рассмотрения арбитражным судом заявления о распределении судебных расходов в том же деле и тогда, когда оно подано после принятия судебного решения судом первой инстанции.

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не исключает возможности рассмотрения арбитражным судом заявления о распределении судебных расходов в том же деле и тогда, когда оно подано после принятия судебного решения судом первой инстанции.

В силу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (части 1, 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Истцом понесены следующие судебные издержки: 650 руб. – стоимость товара, приобретенного у ответчика (вещественное доказательство), 439 руб. 54 руб. – почтовые расходы на отправку претензии и искового заявления.

Истцом в материалы дела представлены чеки от 22.03.2021 на сумму 200 руб., от 02.09.2021 на сумму 439 руб. 54 коп.

Заявленные истцом судебные издержки в размере 439 руб. 54 коп. по мнению суда, понесены в связи с рассмотрением настоящего дела (отправкой ответчику претензии, а также копии иска и приложенных к нему документов), подтверждены почтовой квитанцией с описью вложения в письмо (отправка претензии и искового заявления), в связи с чем, указанные расходы подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Истцом в связи с рассмотрением настоящего дела также понесены судебные издержки в размере 650 руб., составляющие стоимость приобретенного товара.

Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца.

Поскольку судом установлены факты продажи ответчиком спорного товара, а также факт нарушения ответчиком исключительных прав истца, в порядке статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанное требование истца о взыскании стоимости приобретенного у ответчика товара 650 руб. подлежит удовлетворению.

В связи с изложенным, расходы в размере стоимости представленных в материалы дела доказательств в сумме 650 руб. отвечают установленным статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации критериям судебных издержек, заявлены правомерно.

Таким образом, с учетом материалов и обстоятельств дела, общая сумма подтвержденных предъявленных истцом ко взысканию с ответчика судебных издержек составляет 1 089 руб. 54 коп. (650 руб. + 439 руб. 54 коп.).

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии с пунктом 48 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом ВС РФ 23.09.2015, при взыскании компенсации за незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности судебные расходы на оплату государственной пошлины относятся на истца пропорционально размеру необоснованно заявленной им компенсации.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии со статьями 102 и 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по иску относится на сторон пропорционально удовлетворенным требованиям.

В соответствии со статьей 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отнесения на ответчика судебных расходов в полном объеме судом не установлено.

С учетом изложенного отнесению на ответчика подлежат 653 руб. 72 коп. судебных издержек и 2 400 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. В удовлетворении остальной части требования о взыскании судебных издержек суд отказывает.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

Иск и заявление о взыскании судебных издержек удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП 319246800008577) в пользу «АУТФИТ7 Лимитед» ("OUTFIT7 Limited") 60 000 руб. компенсации, взыскать 2 400 руб. расходов по уплате государственной пошлины и 653 руб. 72 коп. судебных издержек.

В удовлетворении остальной части иска и заявления о взыскании судебных издержек отказать.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.



Судья

И.С. Нечаева