Решение от 22 октября 2024 г. по делу № А40-251905/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-251905/23-182-1393
г. Москва
22 октября 2024 года
Резолютивная часть объявлена 10 октября 2024 года

Дата изготовления решения в полном объеме 22 октября 2024 года


Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи Моисеевой Ю.Б.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Федоровой И.С.

с использованием средств аудиозаписи,

рассмотрел в судебном заседании дело по иску

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» (117342, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ КОНЬКОВО, МИКЛУХО-МАКЛАЯ УЛ., Д. 40, ПОМЕЩ. 2/1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 14.12.2004, ИНН: <***>)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «КРЕО» (443080, САМАРСКАЯ ОБЛАСТЬ, САМАРА ГОРОД, ФИО1 УЛИЦА, ДОМ 95, ЭТАЖ

2, КОМНАТА 26, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 18.02.2016, ИНН:

<***>) о взыскании задолженности в размере 1 806 693,54 руб.; пени, начисленных на сумму задолженности по договору лизинга за период с 14.07.2023 по дату принятия решения Арбитражным судом г. Москвы в размере 8 130,12 руб. за каждый день просрочки (с учетом уточнений, принятых в порядке ст. 49 АПК РФ)

В судебное заседание явились:

От истца – ФИО2 по доверенности от 14.03.2024 № 309, паспорт, диплом

От ответчика – ФИО3 по доверенности от 01.01.2024, паспорт, диплом

От эксперта – ФИО4

УСТАНОВИЛ:

ООО «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ООО «КРЕО» о взыскании задолженности в размере 1 806 693,54 руб.; пени, начисленных на сумму задолженности по договору лизинга за период с 14.07.2023 по дату принятия решения Арбитражным судом г. Москвы в размере 8 130,12 руб. за каждый день просрочки (с учетом уточнений, принятых в порядке ст. 49 АПК РФ).

Исковые требования мотивированы положениями статей 309, 425, 450.1, 453 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), Федерального закона Российской Федерации от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге).

Представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования, с учетом принятых судом уточнений, в полном объеме.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований по доводам отзыва, заявил ходатайство о назначении судебной экспертизы, а также о применении положений ст. 333 ГК РФ и снижении размера неустойки.

В судебное заседание для дачи пояснений о проведенной по делу экспертизе явился эксперт ФИО4

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.05.2024 по делу была назначена судебная оценочная экспертиза. Проведение экспертизы было поручено АНО ЮЦ «Правовая Экспертиза» (ИНН:<***>) эксперту: ФИО4. На разрешение эксперта был поставлен вопрос об определении рыночной стоимости грузового самосвала КАМАЗ 45143-42 (VIN: <***>) 2016 года выпуска на дату изъятия 10.01.2023.

Согласно результатам проведенной судебной экспертизы рыночная стоимость грузового самосвала КАМАЗ 45143-42 (VIN: <***>) 2016 года выпуска на дату изъятия 10.01.2023 составила сумму в размере 3 260 000,00 руб.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы представителей истца и ответчика, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, между истцом (лизингодатель) и ответчиком (лизингополучатель) заключен договор лизинга № ДЛ-92474-22 от 21.06.2022 (далее – Договор лизинга), в соответствии с которым лизингодатель обязуется приобрести в собственность указанное лизингополучателем имущество у определенного им продавца и передать его без оказания услуг по управлению и технической эксплуатации лизингополучателю во временное владение и пользование за плату, а лизингополучатель обязуется принять предмет лизинга на условиях Договора лизинга с его обязательным последующим выкупом.

В соответствии с заключенным Договором лизинга лизингодателем по договору купли-продажи № ДКП-91389-22/1 от 10.06.2022 (далее – Договор купли-продажи) было приобретено в собственность и передано лизингополучателю в лизинг следующее имущество: КАМАЗ 45143-42 (VIN: <***>) 2016 года выпуска (далее – предмет лизинга) в комплектации, согласно спецификации к Договору купли-продажи и Договору лизинга.

Предмет лизинга был принят лизингополучателем, что подтверждается соответствующим актом приема-передачи.

Таким образом, лизингодатель надлежащим образом исполнил свои обязательства в соответствии с условиями Договора лизинга.

В соответствии с п. 2 ст. 13 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации и договором лизинга.

Согласно п. 4.1 Договора лизинга договор состоит из самого договора лизинга, приложений, дополнительных соглашений к нему и Общих условий лизинга, которые являются неотъемлемой частью Договоров лизинга.

В силу п. 3.3.30 Общих условий лизинга лизингополучатель обязуется в течение 30 (тридцать) календарных дней с момента заключения соответствующего договора лизинга предоставить лизингодателю экземпляр трехстороннего соглашения о предоставлении лизингодателю права бесспорного списания любой задолженности по договору лизинга на основании выставленных расчетных документов со счета лизингополучателя, открытых и которые будут открыты в течение срока действия договора лизинга в кредитной организации.

Пунктом 6.2 Общих условий лизинга установлено, что лизингодатель вправе в одностороннем внесудебном порядке расторгнуть договор лизинга (отказаться от договора лизинга) в случае, если лизингополучатель не уплатил два и (или) более лизинговых платежа подряд по истечении установленного графиком платежей срока их уплаты.

В нарушение п. 3.3.30 Общих условий лизинга лизингополучатель в течение 30 (тридцать) календарных дней с момента заключения Договора лизинга не предоставил лизингодателю экземпляр трехстороннего Соглашения о предоставлении лизингодателю права бесспорного списания любой задолженности по Договору лизинга.

Лизингодатель, руководствуясь п. 1 ст. 450 ГК РФ, п. 2 ст. 13 Закона о лизинге, Общими условиями лизинга, направил в адрес ответчика уведомление о расторжении Договора лизинга.

Согласно п. 6.3 Общих условий лизинга договор считается расторгнутым со дня направления лизингодателем лизингополучателю по адресу, указанному в договоре лизинга, уведомления о расторжении договора лизинга.

Таким образом, Договор лизинга был расторгнут 10.01.2023.

ООО «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» изъяло предмет лизинга 10.01.2023, что подтверждается Актом изъятия, и реализовало его по договору купли-продажи № РА-92474-22 от 13.07.2023.

В силу пункта 3.1 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – Постановление № 17) расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 04.08.2015 № 310-ЭС15-4563, разъяснения Постановления Пленума ВАС РФ № 17 не являются императивными, в связи с этим отличие условий соглашения от содержания данных разъяснений само по себе не может служить основанием для неприменения достигнутых сторонами договоренностей (ст. 421 ГК РФ).

Стороны предусмотрели в п. 6.10 Общих условий лизинга последствия расторжения Договора лизинга и порядок определения взаимных предоставлений по Договору лизинга (расчета сальдо взаимных обязательств).

Согласно п. 6.10 Общих условий лизинга расчет взаимных обязательств при расторжении договора лизинга (сальдо) осуществляется по формуле:

Сальдо = СПД + У – Ц, где

СПД – сумма прекращения Договора, определяемая на месяц реализации предмета лизинга (если предмет лизинга реализован), или на месяц расчета сальдо (если предмет лизинга не реализован), в соответствии с п. 1.1.24 Общих условий лизинга;

У – убытки лизингодателя;

Ц – стоимость возвращенного предмета лизинга.

Истцом произведен расчет сальдо встречных обязательств сторон по Договору лизинга по правилам, предусмотренным п. 6.10 Общих условий лизинга, в соответствии с которым задолженность лизингополучателя составила 1 806 693,54 руб.

Кроме того, в соответствии с п. 3.3.4 Общих условий лизинга лизингополучатель обязан в случае возникновения просроченной задолженности уплатить лизингодателю пени в размере 0,45 % от просроченной суммы платежа, включая задолженность по Сальдо, за каждый день просрочки, начисляемую лизингодателем, начиная с 3 дня просрочки исполнения обязательств по оплате лизингополучателем. При этом если на дату возникновения задолженности у лизингополучателя уже имеется иная просроченная или непогашенная задолженность, то указанная неустойка начисляется, начиная с 1 (первого) дня просрочки.

Предмет лизинга по Договору лизинга реализован 13.07.2023, следовательно, неустойка в размере 0,45 % от суммы задолженности подлежит начислению со следующего дня – 14.07.2023.

Истцом произведен расчет, в соответствии с которым размер неустойки за каждый день просрочки по Договору лизинга составляет 8 130,12 руб. (1 806 693,54 * 0,45 %).

Истцом в адрес ответчика была направлена досудебная претензия, однако в добровольном порядке и в установленный срок требования истца не были исполнены.

Ответчик с заявленными исковыми требованиями не согласен, считает, что исковые требования являются необоснованными не подлежащими удовлетворению, поскольку:

- расчет сальдо встречных обязательств сторон должен быть произведен по правилам Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17;

- истец реализовал предмет лизинга по заниженной стоимости;

- истец незаконно включил в расчет сальдо задолженность по лизинговым платежам, поскольку включение долга по лизинговым платежам в качестве убытков приведет к двойному их учету, что является незаконным;

- истец незаконно включил в расчет сальдо лизинговые платежи с даты расторжения по дату реализации предмета лизинга;

Кроме того, ответчик заявил ходатайство о снижении размера неустойки на основании ст. 333 ГК РФ.

Согласно п. 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором лизинга (утв. Президиумом ВС РФ 27.10.2021) условия договора лизинга, ставящие лизингодателя в заведомо лучшее положение, чем он находился бы при надлежащем исполнении договора лизинга, и навязанные лизингополучателю при заключении договора, могут быть признаны ничтожными на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Согласно п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» сторона договора вправе заявить о недопустимости применения договорных условий на основании ст. 10 ГК РФ, являющихся явно обременительными для нее и существенным образом нарушающих баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), если эта сторона была поставлена в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, проект которого был предложен другой стороной (то есть оказалась слабой стороной договора).

Общие условия лизинга разработаны лизинговой компанией для всех клиентов и носят типовой характер, к ним применяются положения ст. 428 ГК РФ о договоре присоединения.

Пункт 6.10 Общих условий лизинга, который наряду с предоставлениями, указанными в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 учитывает на стороне лизингодателя задолженность лизингополучателя по уплате лизинговых платежей, а также вместе со взысканием убытков предусматривает учет ряда штрафных неустоек и заранее оцененных убытков.

Указанное выше создает на стороне лизингодателя необоснованные имущественные предоставления и позволяет исключить неосновательное обогащение одной из сторон договора за счет другой.

Таким образом, п. 6.10 Общих условий лизинга предусматривает менее выгодный вариант определения завершающей обязанности для лизингополучателя по сравнению с общим подходом, и нарушает баланс интересов сторон.

Ответчик заявил о недопустимости применения ст. 6.10 Общих условий лизинга как недействительных (ничтожных) на основании ст. 10, 168 ГК РФ, являющихся явно обременительными и существенным образом нарушающих баланс интересов сторон.

По мнению ответчика, истец продал предмет лизинга по заниженной цене.

21.06.2022 истец приобрел предмет лизинга по договору купли-продажи № ДКП-91389-22/1 от 10.06.2022 за стоимость в размере 3 400 000,00 руб.

10.01.2023 истец изъял предмет лизинга.

13.07.2023 истец реализовал предмет лизинга согласно договору купли-продажи № РА-92474-22 по стоимости в размере 2 000 000,00 руб.

То есть истец продал предмет лизинга ниже закупочной стоимости на 1 400 000,00 руб., при том, то ответчик пользовался самосвалом лишь 7 месяцев.

Стоит также учесть, что самосвал приобретался бывшим в употреблении, в этой связи цена не могла быть снижена из-за того фактора, что он покупался новым, а продавался бывшим в употреблении.

Каких-либо повреждений или недостатков самосвала при его изъятии установлено не было.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ № 17 лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчета оценщика.

Ответчик также указал, что истец незаконно включил расчет сальдо задолженность по лизинговым платежам. Включение долга по лизинговым платежам в качестве убытков в расчет сальдо приведет к двойному их учету, что является незаконным.

В составе задолженности по лизинговым платежам содержится плата за финансирование, которая уже учтена в предоставлении лизингодателя. Двойной учет платы за финансирование, как отдельной составляющей расчета, так и в составе долга по лизинговым платежам, влечет неосновательное обогащение лизингодателя.

При обычном надлежащем исполнении сторонами Договора лизинга размер предоставленного финансирования остался бы таким же, какой указан в Договоре лизинга. Однако при расторгнутом Договоре лизинга истец за счет п. 1.1.26 Общих условий лизинга необоснованно увеличивает сумму предоставленного финансирования за счет повторного включения долга по лизинговым платежам в расчет сальдо.

Таким образом, сумма задолженности по лизинговым платежам подлежит исключению из расчета сальдо.

По мнению ответчика, истец также незаконно включил в расчет сальдо лизинговые платежи с даты расторжения по дату реализации предметов лизинга в размере 607 781,64 со ссылкой на 1.1.26 Общих условий лизинга.

В соответствии с п. 26 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором лизинга (утв. Президиумом ВС РФ 27.10.2021), условие договора об уплате лизинговых платежей после расторжения договора противоречит существу регулирования отношений сторон по договору лизинга и является ничтожным.

Между тем в настоящем деле, поскольку предмет лизинга был возвращен истцу и подлежит установлению сальдо, то начисление и взыскание задолженности по лизинговым платежам после расторжения Договора лизинга нарушает баланс интересов сторон.

Ответчик также полагает заявленный размер неустойки завышенным и заявляет о ее несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Условиями Договора лизинга предусмотрена неустойка в размере 0,45 % от суммы просроченной задолженности за каждый день просрочки.

Указанный размер неустойки является несоразмерным последствиям нарушения обязательства и влечет необоснованную выгоду лизингодателя.

По мнению ответчика, имеются основания для снижения размера неустойки в соответствии со ст. 333 ГК РФ до 0,1 % от суммы долга за каждый день просрочки.

Указанный вывод подтверждается Определением Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 22.11.2022 № 305-ЭС22-10240 по делу № А40-224969/2020, в котором рассматривался вопрос о снижении неустойки по лизинговому спору.

Кроме того, заявленный размер неустойки 0,45 % (164,25 % годовых) не обоснован, позиция истца не соответствует актуальному Определению Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 13.04.2023 № 307-ЭС22-18849, где ВС РФ в аналогичном споре с лизинговой компанией указал на недопустимость начисления несоразмерной неустойки, в том числе отсутствие доказательств заявленного размера имущественных потерь.

В связи с вышеуказанным ответчик представил контррасчет сальдо встречных обязательств сторон, произведенный согласно правилам Постановления № 17, который выглядит следующим образом.

Показатели

Значение

Общий размер платежей по договору лизинга (П)

5 002 159,24 руб.

Авансовый платеж по договору лизинга, А

340 000,00 руб.

Закупочная цена предмета лизинга

3 400 000,00 руб.

Размер финансирования

3 060 000,00 руб.

Сумма внесенных лизингополучателем платежей

947 781,64 руб.

Сумма внесенных лизингополучателем платежей (без аванса)

607 781,64 руб.

Стоимость предмета лизинга согласно заключению судебной экспертизы

3 260 000,00 руб.

Дата начала договора лизинга

26.06.2022

Дата окончания договора лизинга

03.06.2026

Дата возврата финансирования

10.07.2023

Срок договора (в днях)

1 438

Срок договора до момента возврата финансирования

379

Плата за финансирование (% годовых)

13,29 %

Убытки по договору

114 081,96 руб.

Общая сумма внесенных платежей + стоимость предмета лизинга

3 867 781,64 руб.

Неосновательное обогащение в пользу лизингополучателя

271 433,79 руб.


Таким образом, при расчете сальдо по правилам Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 неосновательное обогащение складывается в пользу лизингополучателя в размере 271 433,79 руб.

В отношении поступивших в материалы дела результатов проведенной судебной экспертизы ООО «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» пояснило следующее.

Как указал истец, само по себе обстоятельство, что эксперт определил, что стоимость предмета лизинга должна составлять 3 200 000 руб., не подтверждает того факта, что продажа предмета лизинга по цене 2 000 000,00 руб. была вызвана неразумными действиями лизингодателя, а не состоянием рынка и сложившимся на нем спросом: любые отчеты о рыночной стоимости содержат только мнения оценщиков о стоимости объектов оценки, ни один оценщик на гарантирует, что предмет оценки может быть в действительности реализован по указанной им цене.

Истец в подтверждение своего довода сослался на выводы, содержащиеся в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2023 по делу № А40-196003/22, согласно которым необходимо иметь в виду, что в обычных условиях гражданского оборота стоимость имущества снижается по мере его использования (эксплуатации), за исключением случаев, когда прирост стоимости имущества связан с изменением состояния рынка. В связи с этим стоимость предмета лизинга к моменту его изъятия, как правило, становится более низкой в сравнении с ценой приобретения, исходя из которой по принципу окупаемости (п. 1 ст. 28 Закона о лизинге) сформированы лизинговые платежи.

Отличие определенной оценщиком рыночной стоимости предмета лизинга от фактической цены продажи не носит выраженного и очевидного характера, при этом определенная оценщиком рыночная стоимость согласно ст. 3 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» является лишь одним из вероятных (возможных) значений цены отчуждения имущества на рынке.

Таким образом, сумма продажи, полученная лизингополучателем от реализации изъятого имущества, имеет приоритетное значение для целей расчета сальдо встречных обязательств, так как именно указанная сумма свидетельствует о размерах фактического возврата предоставленного финансирования в денежной форме. Отчет независимого оценщика при этом может применяться в случае, когда изъятое имущество не реализовано (не продано) на момент разрешения спора.

Дополнительно истец отметил, что экспертное заключение не может являться достоверным и достаточным доказательством, поскольку содержит в себе противоречия и не соответствует установленным правовыми актами требованиям к такого рода документам.

Так, в экспертном заключении в нарушение ст. 86 АПК РФ и ст. 25 Федерального закона от 31.05.2021 № 73-ФЗ не приведены (отсутствуют) следующие обязательные сведения:

- сведения об эксперте (образование, специальность, стаж работы, ученая степень, занимаемая должность);

- сведения об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы.

Информация, представленная в Заключении эксперта, не соответствует требованиям ст. 8, ст. 86 АПК РФ. Имеются нарушения требований оценочного законодательства в рамках методологии применения подходов к оценке и расчетов рыночной стоимости. Выявлены нарушения Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», Федерального закона от 31.05.2021 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Таким образом, представленное Экспертное заключение сформировано с отклонениями. Выводы по рыночной стоимости не являются обоснованными для принятия указанных значений для определения рыночной стоимости.

Кроме того, поскольку Договор расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением лизингополучателем своих обязательств, то он не может извлекать выгоду при определении сальдо, связанную с повышением цен на транспортное средство.

Следовательно, при рассмотрении данного спора необходимо исходить не из возможного получения денежных средств, а из реальных, фактических обстоятельств по делу.

В качестве подтверждения рыночной стоимости на дату его изъятия ООО «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» представило договор купли-продажи № РА-92474-22, согласно которому стоимость бывшего в эксплуатации предмета лизинга составляет 2 000 000,00 руб., а также Отчет об оценке стоимости предмета лизинга № 285/0722-ООТ-809, выполненный на дату изъятия предмета лизинга – 14.07.2023, согласно которому рыночная стоимость предмета лизинга составила 2 332 000,00 руб.

Таким образом, по мнению истца, предмет лизинга был реализован в разумный срок и по рыночной цене.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что исковые требования ООО «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» удовлетворению не подлежат по следующий основаниям.

ООО «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» указывает на необходимость применения положений п. 6.10 Общих условий лизинга, однако приведенные в обоснование данной позиций доводы не опровергают того обстоятельства (подтвержденного математическими расчетами), что, в противоречие правовой позиции, изложенной в пункте 3 Постановления Пленума ВС РФ № 17, при применении данной методики лизингодатель оказывается в лучшем имущественном положении, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями, в силу чего указанный подход не может быть применен при разрешении настоящего спора.

Многочисленной актуальной судебной практикой установлено, что основной принцип постановления Пленума ВАС РФ № 17 заключается в том, что расторжение договора выкупного лизинга не должно приводить к получению необоснованных имущественных благ, и он не может быть пересмотрен по соглашению сторон.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021), условия договора лизинга, ставящие лизингодателя в заведомо лучшее положение, чем он находился бы при надлежащем исполнении договора лизинга, и навязанные лизингополучателю при заключении договора, с учетом конкретных обстоятельств дела могут быть признаны ничтожными на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ.

Пункт 6.10 Общих условий лизинга также содержит условия, являющиеся обременительными для лизингополучателя, существенным образом нарушающего баланс интересов сторон, и в силу положений, изложенных в разъяснениях, приведенных в пунктах 26, 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021, не подлежащих применению: условие о невключении внесенных лизинговых платежей в расчет представления Лизингополучателя.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пунктах 3.2, 3.3 Постановления Пленума № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» следует, что одним из показателей для расчета сальдо встречных обязательств являются полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового).

Согласно же п. 6.10 Общих условий лизинга внесенные лизинговые платежи не включаются в расчет сальдо встречных обязательств между сторонами договора лизинга, при расчете учитывается только сумма денежных средств, поступивших на расчетный счет лизингодателя в виде средств от продажи предмета лизинга, что существенно ухудшает положение лизингополучателя, поскольку в результате применения данного договорного условия лизингополучатель лишается прав, обычно предоставляемых по договорам выкупного лизинга.

Таким образом, применение методики расчета, установленной п. 6.10 Общих условий лизинга недопустимо ввиду наличия существенных противоречий разъяснениям, приведенных в пункте 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021.

Данная правовая позиция отражена в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 11.10.2022 № 005-23871/2022 по делу № А40-17556/2022.

Согласно п. 26 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021, условие договора об уплате лизинговых платежей, причитающихся до окончания действия договора, несмотря на его расторжение и досрочный возврат финансирования, противоречит существу законодательного регулирования отношений сторон по договору выкупного лизинга и является ничтожным.

Взыскание с лизингополучателя платы за финансирование, причитавшейся за весь предполагавшийся срок действия договора лизинга, означало бы, что лизингополучатель продолжает оплачивать пользование финансированием, которое им уже возвращено, а лизинговая компания - получает возможность извлечь двойную выгоду от предоставления в пользование разным лицам одной и той же денежной суммы.

Условие договора лизинга, определяющее права и обязанности сторон договора таким образом, что лизингополучатель обязан выплатить все лизинговые платежи, а предмет лизинга остается в собственности лизингодателя, который может осуществить его продажу, выручив денежные средства от реализации имущества, противоречит существу законодательного регулирования лизинга и нарушает баланс интересов сторон.

Такого рода условие договора создает неправильные стимулы поведения участников экономического оборота (пункты 3 - 4 статьи 1 ГК РФ), поскольку делает именно расторжение договора способом получения прибыли лизинговой компании.

Таким образом, на основании пункта 1 статьи 168 и пункта 1 статьи 422 ГК РФ условия договора, устанавливающие обязанность по внесению всей суммы лизинговых платежей, несмотря на досрочный возврат финансирования, вне зависимости о используемых формулировок, являются недействительными (ничтожными).

Также, в рамках настоящего дела установлено, что Общие условия лизинга разработаны лизинговой компанией для всех клиентов и носят типовой характер, к данным Правилам применяются положения статьи 428 ГК РФ о договоре присоединения. В таком случае, пока не доказано иное, предполагается, что лизингополучатель ограничен в возможности влиять на содержание договорных условий, то есть является слабой стороной договора.

Учитывая, что лизингополучатель является слабой стороной договора лизинга, он не мог повлиять на условия Общих условий лизинга.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 1, п. 1 ст. 421 ГК РФ свобода договора относится к основным началам гражданского законодательства. Это предполагает предоставление участникам гражданского оборота возможности по своему взаимному усмотрению решать, заключать или не заключать договор, выбирать вид заключаемого договора, определять его условия.

В то же время свобода договора не является абсолютной. В силу п. 4 ст. 421, п. 1 ст. 422 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующими в момент его заключения.

В соответствии с разъяснениями п. 45 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» по смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

Как указано в абзаце втором пункта 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Таким образом, отсутствие возражений одной из сторон договора относительно включения в него тех или иных условий на стадии заключения договора, а равно наличие у стороны возможности заключения аналогичного договора с другими участниками оборота на иных условиях не исключает квалификацию соответствующего условия договора как недействительного (ничтожного), если спорное условие противоречит императивным нормам по своей сути, в том числе входит в противоречие с существом законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, приводя к грубому нарушению баланса интересов сторон договора.

Ответчиком заявлено ходатайство о применении положений ст. 333 ГК РФ.

Рассмотрев заявленное ходатайство ответчика о снижении неустойки на основании ст. 333 ГК РФ, суд находит его подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Положениями ст. 333 ГК РФ суду предоставлено право снижения подлежащей уплате неустойки в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

В пункте 77 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» также разъяснено, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки.

В п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» содержатся разъяснения, в соответствии с которыми, разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

Снижение неустойки ниже однократной учетной ставки Банка России на основании соответствующего заявления ответчика допускается лишь в экстраординарных случаях, когда убытки кредитора компенсируются за счет того, что размер платы за пользование денежными средствами, предусмотренный условиями обязательства (заем, кредит, коммерческий кредит), значительно превышает обычно взимаемые в подобных обстоятельствах проценты.

Рассмотрев вопрос о взыскании неустойки за просрочку доставки грузов, суд считает, что размер неустойки в соответствии со ст. 333 ГК РФ подлежит уменьшению на и составит 0,1 % от просроченной суммы платежа, включая задолженность по Сальдо, за каждый день просрочки, начисляемую лизингодателем.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 20 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее - Обзор), следует, что если продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов, то при существенном расхождении между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности его действий при организации продажи предмета лизинга; в ситуации, когда торги по продаже имущества не проводились, и предмет лизинга реализован покупателю, который был найден лизингодателем самостоятельно по непрозрачной процедуре, на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности своих действий при продаже предмета лизинга (установления договорной цены продажи).

Если продажа предмета лизинга произведена по результатам торгов, цена его реализации предполагается рыночной, пока лизингополучателем не будет доказано нарушение порядка проведения торгов, в частности, непрозрачность их условий, отсутствие гласности, ограничение доступа к участию в торгах и т.д. (пункт 19 Обзора).

В соответствии с изложенным, а также с учетом установленной законом обязанности сторон действовать добросовестно при исполнении обязательства и после его прекращения (пункт 3 статьи 1, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), лизингодатель, реализуя предмет лизинга, должен учитывать интересы лизингополучателя, избегая причинения последнему неоправданных потерь, в том числе предоставляя необходимую информацию на стадии продажи имущества. Это означает, что если продажа имущества осуществлялась без организации торгов, лизингодатель отвечает за то, чтобы отчуждение предмета лизинга происходило по цене, соответствующей рыночному уровню. В случае продажи имущества на торгах лизингодатель отвечает за правильность определения начальной продажной цены и за соблюдение процедуры торгов.

Изложенное соответствует правовой позиции, изложенной в пункте 4 Постановления Пленума N 17, Обзоре (пункты 19 и 20), а также кассационной практике Судебной коллегии по экономическим спорам по данной категории споров (определения от 19.05.2022 N 305-ЭС21-28851, от 09.12.2021 N 305-ЭС21-16495).

Предмет лизинга не реализован истом с открытых торгов, вследствие чего суд проверил обстоятельство соответствия цены продажи предмета лизинга рыночной цене, назначив судебную экспертизу.

Согласно статье 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

С учетом результатов судебной экспертизы и опроса эксперта и установленных в рамках настоящего дела обстоятельств, суд приходит к выводу, что лизингодатель реализовал предметы лизинга по заниженной стоимости, однако имел возможность извлечь выгоду от распоряжения предметом лизинга в большем размере.

Установление цены продажи предмета лизинга на уровне ниже рыночной и непринятие мер к получению наибольшей цены при продаже предмета лизинга, не должно возлагать дополнительные денежные обязательства на лизингополучателя. Такое поведение лизингодателя не может быть признано добросовестным при расчете сальдо взаимных обязательств сторон.

Документы, содержащие сведения об эксперте приложены к экспертному заключению.

С учетом изложенного при расчете сальдо взаимных обязательств суд произвел его расчет исходя из рыночной стоимости автомобиля, определенной в рамках судебной экспертизы, пришел к выводу, что сальдо в пользу лизингодателя отсутствует.

Судом проверен и признан верным контррасчет сальдо встречных обязательств по Договору лизинга, произведенный ответчиком в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ № 17.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Согласно ст. 71 АПК РФ Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Поскольку итоговое сальдо по договору лизинга № ДКП-91389-22/1 от 10.06.2022 сложилось в пользу лизингополучателя, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы подлежат взысканию с истца.

Суд, руководствуясь ст. ст. 309, 310, 329, 330, 333 ГК РФ, ст. 13, 15 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» и ст. ст. 49, 65, 70, 71, 110, 123, 156, 167-171, 180, 181 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований – отказать.

Перечислить с депозита Арбитражного суда города Москвы АНО ЮЦ «Правовая Экспертиза» (ИНН:<***>) денежные средства в размере 25 000 (Двадцать пять тысяч) руб. по счету № 258624-2 от 25.06.2024, перечисленные по платежному поручению № 10 от 22.04.2024.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ» (117342, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ КОНЬКОВО, МИКЛУХО-МАКЛАЯ УЛ., Д. 40, ПОМЕЩ. 2/1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 14.12.2004, ИНН: <***>) в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «КРЕО» (443080, САМАРСКАЯ ОБЛАСТЬ, САМАРА ГОРОД, ФИО1 УЛИЦА, ДОМ 95, ЭТАЖ 2,КОМНАТА 26, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 18.02.2016, ИНН: <***>) судебные расходы в размере 25 000 (Двадцать пять тысяч) руб.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в месячный срок со дня принятия решения.


Судья: Ю.Б. Моисеева