Постановление от 29 ноября 2020 г. ФАС ЗСО (ФАС Западно-Сибирского округа)

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А70-15056/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 23 ноября 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 ноября 2020 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Куклевой Е.А.,

судей Глотова Н.Б.,

Мелихова Н.В. -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 18.12.2019 (судья Шаркевич М.С.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2020 (судьи Зорина О.В., Смольникова М.В., Шарова Н.А.) по делу № А70-15056/2018

о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Центр механической обработки» (ИНН <***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Центр механической обработки» (далее – общество «ЦМО», должник)

его конкурсный управляющий ФИО3 обратился

в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц ФИО4 (далее –

ФИО4) и ФИО1 (далее – ФИО1, далее совместно с ФИО4 – ответчики) к субсидиарной ответственности

по обязательствам должника в сумме 238 051 802 руб. 63 коп., просил приостановить производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Заявление конкурсного управляющего со ссылкой на статью 61.11 Федерального закона от 26.02.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) мотивировано невыполнением

бывшими руководителями должника ФИО4 и Азовским И.А обязанности по передаче документов конкурсному управляющему,

что существенно затруднило пополнение конкурсной массы должника.

Определением суда от 12.12.2019 конкурсным управляющим должником утверждена ФИО2 (далее – конкурсный управляющий).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 18.12.2019, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2020, заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Производство по заявлению конкурсного управляющего

в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО1 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Суды двух инстанций исходили из того, что невозможность формирование конкурсной массы и погашения требований кредиторов явилось следствием неисполнения ФИО4 и ФИО1 обязанности по передаче конкурсному управляющему отчетной и иной документации должника.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить

и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы ее податель указывает

на предоставление документов новому директору должника ФИО4 по акту от 09.07.2017 и неверную оценку указанного акта судом апелляционной инстанции, нарушение судами норм процессуального права

в связи с неверным распределением бремени доказывания и не привлечением к участию в обособленном споре финансового управляющего имуществом ФИО1, утвержденного решением суда от 17.07.2019 по делу

№ А60-32825/2019.

Отзыв конкурсного управляющего на кассационную жалобу

не принимается судом округа во внимание в связи с отсутствием доказательств его направления участвующим в обособленном споре лицам (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные

в кассационной жалобе и отзыве на нее, выслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность определения и постановления в обжалуемой части, суд округа не находит оснований для их отмены.

Законом о банкротстве (статья 10), а также общими положениями

о гражданско-правовой ответственности (статья 401 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлена презумпция виновности лица, не исполнившего обязанность по передаче документации и имущества должника конкурсному управляющему, в целях защиты прав и интересов кредиторов. Аналогичная презумпция доведения до банкротства установлена

в случае совершения контролирующим лицом сделок, повлекших причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

Вместе с тем данные презумпции являются опровержимыми,

они могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами

и обоснованиями привлекаемого к ответственности лица.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ, пунктами 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Данные лица несут ответственность, если будет доказано,

что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей

они действовали недобросовестно или неразумно.

Существенная убыточность сделки является оценочной категорией, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела, размер сделки применительно к масштабам деятельности должника и в этой связи определяет, является ли убыточность существенной с учетом представленных доказательств.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц

к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения

и идентификации основных активов должника.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 01.07.2016 № 308-ЭС16-6886,

от 21.10.2016 № 306-ЭС16-8660, для констатации наличия совокупности условий, необходимых для привлечения бывшего руководителя должника

к субсидиарной ответственности на основании абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, должно быть доказано, что неисполнение руководителем обязанности по передаче документации общества конкурсному управляющему повлекло невозможность формирования конкурсной массы должника или ее формирование не в полном объеме

и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Обязанность по доказыванию фактов, указывающих на невозможность формирования конкурсной массы в отсутствие документов должника,

в силу положений статьи 65 АПК РФ возложена на заявителя (определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.07.2016 № 308-ЭС16-6886).

В рассматриваемом случае судами установлено, что генеральным директором должника в период с 16.10.2012 по 28.07.2016 являлся

ФИО1 (на основании решения от 09.07.2016 № 1) а в периоды

с 28.07.2016 по 29.12.2016, с 28.02.2017 и до момента введения в отношении должника процедуры банкротства являлся ФИО4 (на основании решения от 09.07.2016 № 10), что указывает на их статус контролирующих лиц по смыслу положений статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Признавая наличие оснований для привлечения ответчика

к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд исходили из следующей совокупности обстоятельств.

Суммарный размер требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, составляет 237 572 429 руб. 02 коп., размер текущих обязательств должника - 479 373 руб. 61 коп.

Определением суда от 16.07.2019 по настоящему делу удовлетворено ходатайство ФИО3 об истребовании от ФИО4

и от ФИО1 документации должника, поименованной

в резолютивной части указанного определения.

ФИО5 исполнил определение суда частично, передав

ФИО3 в копиях часть регистрационных документов должника,

что препятствует конкурсному управляющему осуществить проверку обоснованности совершенных в пользу должника третьими лицами платежей, идентифицировать активы должника.

Согласно бухгалтерской и налоговой отчетности должника,

на 31.12.2015 баланс должника составлял 43 918 000 руб., 31.12.2016 -

46 125 000 руб.

Конкурсным управляющим выявлены перечисления по счетам должника, открытым в публичном акционерном обществе «Промсвязьбанк» в период с 26.10.2015 по 27.07.2016.

Бухгалтерская и финансовая отчетность за 2017-2018 в налоговый орган должником не представлена.

Согласно удостоверенному нотариально договору купли-продажи доли

в уставном капитале должника от 01.09.2016 (далее – договор от 01.09.2016) ФИО1 (продавец) продал долю в уставном капитале должника

в размере 100 процентов обществу с ограниченной ответственностью «Фортис Металл» (покупатель, далее – общество «Фортис Металл»)

по номинальной стоимости за 41 654 123 руб. 30 коп. с рассрочкой платежа, последний платеж – 31.12.2018, доля находится в залоге у продавца (залогодержателя).

В приложении № 1 к указанному договору стороны указали, что в состав активов должника на дату заключения договора входила дебиторская задолженность в виде займов в общем размере 29 486 000 руб., задолженности покупателей - 6 470 743 руб. 36 коп., а также по договорам цессии – 1 816 245 руб. 23 коп.

Документация должника, оформляющая соответствующую дебиторскую задолженность, ФИО1 конкурсному управляющему не передана.

На неликвидность дебиторской задолженности, принадлежащей должнику, на объективное отсутствие возможности ее взыскания

ФИО1 какие-либо доказательства не представил.

В пункте 6.5 договора от 01.09.2016 стороны определили обязанность залогодателя по первому требованию залогодержателя предоставлять последнему возможность проверять по документам и фактически наличие, состояние и условия содержания предмета залога, сообщать залогодержателю доступные залогодателю, как участнику, сведения

о деятельности общества, которые могут повлиять на действительную или рыночную стоимость заложенной доли, в том числе совершенные обществом крупные сделки и сделки с заинтересованностью, появление признаков несостоятельности и иные сделки.

ФИО1 до настоящего времени зарегистрирован в качестве залогодержателя доли должника.

Оценив указанные фактические обстоятельства, приняв во внимание условия договора от 01.09.2016, наличие у ФИО6 статуса залогодержателя доли общества «ЦМО», свидетельствующего о сохранении им контроля за деятельностью должника и наличии у него необходимой информации о размере дебиторской задолженности, а также отсутствие доказательств того, что после истребования документации ФИО1 предпринял исчерпывающие меры к ее восстановлению, оказанию содействия конкурсному управляющему в ее получении, что препятствует последнему в исполнении обязанности по формированию конкурсной массы и взысканию значительной дебиторской задолженности, пришли

к верному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО6

к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Представленная ФИО1 копия акта приемки-передачи дел

и имущества от 09.07.2016 судом апелляционной инстанции оценена

как ненадлежащее доказательство, поскольку из его содержания

не представляется возможным установить какая именно документация передана ФИО1, указанные в акте приложения № 1 и 2

не представлены, что в совокупности не дает оснований полагать,

что указанный акт действительно подписывался ФИО1

и ФИО4 (последним указанное обстоятельство оспорено).

С учетом установленной совокупности обстоятельств, апелляционный суд обоснованно отклонил утверждения ФИО1 о том, что он был уволен с должности генерального директора должника с 20.07.2016, отметив, что указанные обстоятельства не подтверждают принятие им надлежащих

и разумных мер для обеспечения сохранности документации в отношении совершения хозяйственных операций за период его руководства должником, не свидетельствует о надлежащем исполнении им обязанности по передаче документации следующему лицу, которое стало новым единоличным исполнительным органом.

Вопреки доводам кассационной жалобы факт передачи ФИО4 части первичной документации должника, материальных ценностей антикризисному менеджеру, само по себе не исключает возможность его привлечения к субсидиарной ответственности за не передачу остальной части документов.

Таким образом, выводы судов первой и апелляционной инстанций

о наличии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего являются обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального права к фактическим обстоятельствам дела.

Суд округа считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены правильно, доказательства исследованы и оценены в соответствии

с требованиями статьи 71 АПК РФ. Иная оценка подателем жалобы обстоятельств дела не свидетельствует о судебной ошибке и не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Отклоняя доводы о не привлечении финансового управляющего имуществом ФИО1, суд округа учитывает, что ФИО1 подана апелляционная жалоба, в обоснование возражений представлены соответствующие доказательства, которым судом апелляционной инстанции дана подробная, мотивированная оценка, привлечение к субсидиарной ответственности связанно непосредственно с установлением недобросовестных действий, либо бездействий связанным с личностью контролирующего должника лица и не привлечение его финансового управляющего не повлияло на выводы судов.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судом округа не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290

АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 18.12.2019 постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2020 по делу № А70-15056/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1

АПК РФ.

Председательствующий Е.А. Куклева


Судьи Н.Б. Глотов


Н.В. Мелихов