Решение от 25 февраля 2020 г. по делу № А83-16211/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

295000, Симферополь, ул. Александра Невского, 29/11

http://www.crimea.arbitr.ru E-mail: info@crimea.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А83-16211/2019
25 февраля 2020 года
город Симферополь


Резолютивная часть решения оглашена 18 февраля 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 25 февраля 2020 года.

Арбитражный суд Республики Крым в составе судьи В.И. Толпыго, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "ИммерСервис"

к ответчикам:

¾ обществу с ограниченной ответственностью "Айконридж"

¾ обществу с ограниченной ответственностью "Торгово-коммерческое предприятие "Крымторг"

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ГУП РК "Черноморнефтегаз,

о признании договора недействительным,

лица, участвующие в деле не явились,

УСТАНОВИЛ:

от общества с ограниченной ответственностью "ИммерСервис" в Арбитражный суд Республики Крым поступило заявление, согласно которому истец просит признать недействительным договор поставки товара №005.02.-2019 от 14.02.2019 и спецификацию от 14.02.2019, заключенные между обществом с ограниченной ответственностью "Иммер Групп" и обществом с ограниченной ответственностью "Торгово-коммерческое предприятие "Крымторг".

Лица участвующие в деле, явку уполномоченных представителей в судебное заседание не обеспечили, о дате, месте и времени проведения судебного заседания извещены надлежащим образом.

В предшествующих судебных заседаниях истец требования, изложенные в иске, поддержал в полном объеме.

Общество с ограниченной ответственностью "Айконридж" против удовлетворения заявленных требований возражало по основаниям, изложенным в отзыве.

Общество с ограниченной ответственностью "Торгово-коммерческое предприятие "Крымторг" требования изложенные в исковом заявлении признало, указало, что договор, заключенный между ответчиком ООО "Айконридж" и ООО "Крымторг" , является недействительным, в силу того, что заключен путем обмана и введения в заблуждение, и имеет признаки ничтожности.

Третье лицо – ГУП РК «Черноморнефтегаз» пояснило, что договор поставки, заключенный между ГУП РК "Черноморнефтегаз" и ООО "Крымторг" от 25.09.2018 на данный момент исполнен.

Определением суда от 28.11.2019 изменено наименование ООО «Иммер Групп» на ООО «АйконРидж» в связи с изменением наименования общества и внесения соответствующих сведений в ЕГРЮЛ,

23 августа 2018 года между Обществом с ограниченной ответственностью «Иммер Сервис» в лице Генерального директора ФИО2 (Поставщик) и Обществом с ограниченной ответственностью «Торгово-коммерческое предприятие «Крымторг» (Заказчик) был заключен договор поставки № 0084.08.2018, в соответствии с условиями которого Поставщик обязался передать (поставить) в определенный срок в собственность Заказчика товар в номенклатуре, ассортименте и количестве, определенных в Спецификации (Приложение № 1 к Договору), а Заказчик — принять и оплатить товар на условиях, определенных в Договоре. Также 23 августа 2018 года к указанному выше Договору подписана Спецификация (Приложение № 1 к Договору), в которой определены вид и технические свойства (характеристики) товара, количество товара и его стоимость; срок поставки, условия приемки и расчетов за товар, иные существенные, по мнению, сторон условия по конкретной поставке.

Согласно данному договору поставщик взял на себя обязательство передать (поставить) в определенный срок в собственность Заказчика товар в номенклатуре, ассортименте и количестве, определенных в Спецификации (Приложение №1 к договору) а Заказчик обязуется принять этот Товар и оплатить его на условиях, определенных настоящим Договором.

Согласно Спецификации к данному договору, поставке подлежал «Рукав для подачи дизельного топлива ДУ 3* (76 мм), а также БРС и муфта сухого разъема в комплекте с переходником.

Общая сумма товара согласно Спецификации составляет 6 192 869,79 рублей, срок поставки до 25 недель включительно с момента получения Поставщиком письменной заявки на поставку товара от Заказчика, что также предусмотрено спецификацией к договору.

Указанный договор исполнен не был.

14 февраля 2019 года между ООО «Иммер Групп» в лице руководителя — ФИО2 (Поставщик) и ООО «Торгово-коммерческое предприятие «Крымторг» (Заказчик) был подписан Договор № 005.02.2019, согласно условиям которого Поставщик обязался передать (поставить) в определенный срок в собственность Заказчика товар в номенклатуре, ассортименте и количестве, определенных в Спецификации (Приложение № 1 к Договору).

Этой же датой подписана Спецификация № 1 (Приложение № 1 к Договору), в соответствие с которой сторонами определены и согласованы условия поставки конкретного товара, а именно вид и основные технические параметры товара, его стоимость в размере 5 248 394,90 рублей без НДС. Согласно Спецификации № 1 поставка товара осуществляется одной партией на основании письменной заявки Заказчика. Обязанность по поставке считается исполненной в момент передачи Товара в распоряжение Заказчика на складе Грузополучателя, передачи Заказчику документации на Товар, указанной в пункте 12 Спецификации, а также подписания Заказчиком товарной накладной ТОРГ-12 (УПД). Сторонами также был уточнен срок осуществления поставки до 04.03.2019 года включительно с возможной корректировкой (п. 5 Спецификации). В спецификации определено, что обязательства по оплате товара возникают согласно пункту 6 Спецификации № 1 после приемки товара и сопроводительных документов, а также их подписания Заказчиком.

15 марта 2019 года между сторонами договора был подписан акт приема-передачи товара по договору поставки.

29 января 2019 года в ЕГРЮЛ были внесены сведения о назначении Генеральным директором ООО ""ИммерСервис" ФИО3, который принял дела, сведения и документы ООО "ИммерСервис" у ФИО2.

Полагая, что обстоятельства заключения Договора между ООО "ТКП "Крымторг" и ООО "Иммер Групп" №005.02-2019 от 14.02.2019 и Спецификации к нему противоречат закону, Генеральным директором ФИО2 использовалась информация, составляющая коммерческую тайну ООО "ИммерСервис", договор является ничтожным, ООО "ИммерСервис" обратилось в Арбитражный суд Республики Крым с настоящим исковым заявлением.

Исследовав материалы дела, всесторонне и полно выяснив все фактические обстоятельства, на которых основываются требования истца, оценив относимость, допустимость каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, на основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ввиду следующего.

Обращаясь с иском в суд, истец ссылался на нарушение Генеральным директором ООО "Иммер Групп" ФИО2 требований ст. 166, 167, 168, 169, ГК РФ, на нарушение положений Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ "О защите конкуренции" в связи с использованием коммерческой тайны ООО "ИммерСервис".

По смыслу пункта 1 статьи 1 ГК РФ, части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации целью судебной защиты является восстановление нарушенных или оспариваемых прав заинтересованного лица.

В соответствии со ст. 506 ГК РФ по договору поставки поставщик - продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно п. 1 ст. 516 ГК РФ, покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

В соответствии с п. 5 ст. 454 ГК РФ к отдельным видам договора купли-продажи (розничная купля-продажа, поставка товаров, поставка товаров для государственных нужд, контрактация, энергоснабжение, продажа недвижимости, продажа предприятия) положения, предусмотренные параграфом 1 главы 30 (Общие положения о купле-продаже) применяются, если иное не предусмотрено правилами настоящего Кодекса об этих видах договоров.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Статьей 168 ГК РФ предусмотрено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом. (Статья 169 ГК РФ).

Как указано в предпоследнем абзаце 4 пункта 85 Постановления N 25, для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Между тем, доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении договора ответчик действовал исключительно с целью причинения вреда истцу и нарушил пределы осуществления гражданских прав, в материалы настоящего дела не представлено.

Судом установлено, что договор, заключенный между ООО "Иммер Групп" и ООО "ТКП "Крымторг" от 14.02.2019 №005.02-2109 содержит реквизиты ООО «Иммер Групп» (адрес, ОГРН, ИНН, КПП, расчетный счет, корсчет, БИК и Банк поставщика) полностью отличные от реквизитов ООО «ИммерСервис», указанных в договоре от 23.08.2018, печати указанных юридических лиц, проставленные на договорах и спецификациях к ним, различны. Сам договор от 14.02.2019 не содержит условий о правопреемственности ООО «Иммер Групп» по отношению к ООО «ИммерСервис», принятии на себя ООО «Иммер Групп» обязанностей по исполнению ранее заключённого между ООО «ИммерСервис» и ООО «ТКП «Крымторг» договора от 23.08.2018, либо условий об изменении или прекращении права и обязанности сторон по договору от 23.08.2018. Договор от 14.02.2019 не содержит никаких отсылок к договору от 23.08.2018, заключенному истцом с ООО "ТКП "Крымторг". Данный факт указывает на то, что стороны в процессе осуществления ими коммерческой деятельности по приобретению товаров, в том числе с целью их последующей реализации, заключили новый договор о приобретении идентичного товара, по условиям иного договора, заключенного с иным юридическим лицом.

Также судом установлено, что ООО «Иммер Групп» является полностью самостоятельным и автономным лицом с имеющимися собственными поставщиками и на момент 14.02.2019 года имело полную возможность исполнить свои обязательства по Договору № 005.02-2019.

Следует отметить, что в материалы дела не представлены доказательства порока воли ответчика при совершении спорной сделки (ее части), а также доказательства того, что при подписании договора ответчик действовал под влиянием заблуждения, которое было настолько существенным, что разумно и объективно оценивая ситуацию, он не совершил бы сделку, если бы знал о действительном положении дел, судом соответствующие обстоятельства не установлены. Данный довод был предметом рассмотрения дела №А83-8288/2019, и аналогичные выводы содержаться в постановлении Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2020 по делу №А83-8288/2019.

Относительно доводов истца о том, что Генеральным директором ООО "Иммер Групп" ФИО2 использовались сведения, составляющие коммерческую тайну ООО "ИммерСервис" и таким образом нарушались положения Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ "О защите конкуренции" судом установлено следующее.

Согласно ч. 9 ст. 4 Закона N 135-ФЗ под недобросовестной конкуренцией понимаются действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.

В соответствии с данной нормой для квалификации поведения хозяйствующего субъекта в качестве недозволенной (недобросовестной) конкуренции значение имеет не как таковое соблюдение (нарушение) им гражданского или отраслевого законодательства, а иные обстоятельства: 1) является ли его поведение актом конкуренции - затрагивает права и законные интересы иных участвующих на рынке хозяйствующих субъектов и потребителей; 2) направлено ли оно на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности не за счет собственных экономических ресурсов, а за счет иных участников рынка - на причинение им действительных или потенциальных убытков, умаление деловой репутации; 3) совместим ли избранный хозяйствующим субъектом способ получения преимуществ с честным предпринимательством - отвечает ли он требованиям законодательства и (или) сложившимся в коммерческом обороте обычаям, представлениям о добропорядочности, разумности и справедливости (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26 апреля 2019 г. N 303-КГ18-23327).

Запрещаются иные соглашения между хозяйствующими субъектами (за исключением "вертикальных" соглашений, которые признаются допустимыми в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона), если установлено, что такие соглашения приводят или могут привести к ограничению конкуренции. К таким соглашениям могут быть отнесены, в частности, соглашения о создании другим хозяйствующим субъектам препятствий доступу на товарный рынок или выходу из товарного рынка (п.3 ч.4 ст. Федерального закона от 26.07.2006 года №135-ФЗ).

Согласно п. 1 ст. 3 Федерального закона "О коммерческой тайне" от 29.07.2004 N 98-ФЗ, коммерческой тайна - это режим конфиденциальности информации, позволяющий ее обладателю при существующих или возможных обстоятельствах увеличить доходы, избежать неоправданных расходов, сохранить положение на рынке товаров, работ, услуг или получить иную коммерческую выгоду.

Согласно п. 2 ст. 3 ФЗ "О коммерческой тайне", информация, составляющая коммерческую тайну - это сведения, которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и в отношении которых обладателем таких сведений введен режим коммерческой тайны.

Согласно части 1 статьи 11 Закона о коммерческой тайне, в целях охраны конфиденциальности информации, составляющей коммерческую тайну, работодатель обязан: ознакомить под расписку работника, доступ которого к этой информации, обладателями которой являются работодатель и его контрагенты, необходим для исполнения данным работником своих трудовых обязанностей, с перечнем информации, составляющей коммерческую тайну; ознакомить под расписку работника с установленным работодателем режимом коммерческой тайны и с мерами ответственности за его нарушение; создать работнику необходимые условия для соблюдения им установленного работодателем режима коммерческой тайны.

Таким образом, исходя из смысла указанных норм права, коммерческая тайна представляет собой режим конфиденциальности информации, в отношении которой, обладатель такой информации на законном основании, ограничил доступ к этой информации, и установил в отношении ее режим коммерческой тайны, путем определения перечня информации, составляющей коммерческую тайну; проведя учет лиц, получивших доступ к информации и урегулировав отношения по использованию информации, составляющей коммерческую тайну; нанеся на материальные носители, содержащие информацию, составляющую коммерческую тайну, или включив в состав реквизитов документов, содержащих такую информацию, гриф "Коммерческая тайна" с указанием реквизитов обладателя такой информации, а также ознакомив под расписки работника с перечнем информации, составляющей коммерческую тайну, и с установленным работодателем режимом коммерческой тайны и с мерами ответственности за его нарушение, создав работнику необходимые условия для соблюдения им установленного работодателем режима коммерческой тайны.

В материалы дела не предоставлены доказательства создания необходимых условий ООО "ИммерСервис" для соблюдения режима коммерческой тайны в отношении указанной истцом информации. Так же как и не представлены доказательства, что сторонами при заключении договора от 23.08.2018 № 0084.08.2018 устанавливались дополнительные условия относительно определения перечня информации, относимой к конфиденциальной и составляющей коммерческую тайну. Следовательно, условия отнесения информации к охраняемой законом коммерческой тайне, за неправомерное раскрытие которой наступает ответственность, не выполнены.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что заключение ООО "Иммер Групп" договора с контрагентом ООО "ИммерСервис", как и факт того, что ФИО2 ранее (на момент заключения договора от 23.08.2018) являлась генеральным директором ООО «ИммерСервис», а в момент заключения договора от 14.02.2019 являлась генеральным директором ООО «Иммер Групп» не может свидетельствовать об использования ФИО2 сведений, составлявших коммерческую тайну общества.

Истец в исковом заявлении указывает, что о наличии неисполненных обязательств по договору №0084.08.2018 от 23.08.2018 он узнал после привлечения Общества к участию в деле в качестве третьего лица по делу №А83-8288/2019 по иску ООО "ТКП "Крымторг" к ООО "Иммер Групп" о признании договора №005.02-2019 от14.02.2019 недействительным. Также о том, что договор №0084.08.2018 от 23.08.2018 в оригинале или копиях новому руководителю Общества со стороны ФИО2 не был передан.

Однако судом установлено, что при расторжении трудового договора и во исполнение решений участников ООО "ИммерСервис" ФИО2 передала, а ФИО3 принял дела, сведения и документы в отношении Общества.

Согласно Соглашения от 25.01.2019 о расторжении трудового договора ТД №110418 ДЕА от 11.01.2018, заключенного между ООО "ИммерСервис" в лице директора ФИО3 и ФИО2 трудовой договор расторгнут. Данным соглашением установлено, что стороны подтверждают, что претензий какого-либо характера друг к другу не имеют. При подписании данного соглашения работодатель подтверждает, что вся необходимая документационная база ему передана работником и получена работодателем в полном объеме.

Таким образом, возникновение указанных обстоятельств связаны с пренебрежительным отношением истца и не применением той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него для их предотвращения.

Обстоятельства того, что ФИО2 вела переписку с истцом как до 14.02.2019, так и после этого в электронном виде с помощью одного и того же адреса электронной почты, не свидетельствуют о недобросовестной конкуренции и нарушении ООО "Иммер Групп" положений Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ "О защите конкуренции".

Аналогичные выводы содержаться в Постановлении Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 11.02.2020 по делу №А83-8288/2019.

С учетом указанного, анализируя представленные в деле доказательства в их совокупности и системной взаимосвязи, суд приходит к выводу, что истцом не представлено сведений и документов, подтверждающих факт раскрытия ответчиком принадлежащей истцу конфиденциальной информации, нарушения ООО "Иммер Групп" положений гражданского законодательства и Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ "О защите конкуренции", а равно как и оснований для признания договора от 14.02.2019 №005.02-2019 недействительным.

На основании изложенного, суд пришел к выводу, что исковое заявление Общества с ограниченной ответственностью "ИммерСервис" удовлетворению не подлежит.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ государственная пошлина отнесена судом на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба, а в случае подачи апелляционной жалобы если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Республики Крым в порядке апелляционного производства в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд (299011, <...>) в течение месяца со дня принятия решения.

Судья В.И. Толпыго