Решение от 28 ноября 2018 г. по делу № А19-248/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru




Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е


г. Иркутск Дело № А19-248/2018


28.11.2018 г.


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 21.11.2018 года.

Решение в полном объеме изготовлено 28.11.2018 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе: судьи Уразаевой А.Р., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кокориным Г.В., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью СТРОИТЕЛЬНО-ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ "САНТЭЛ" (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664050, <...>)

к обществу с ограниченной ответственностью "ИНСАЙТ" (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664023, <...>)

о взыскании 3 682 695 руб. 81 коп.

третьи лица: Министерство имущественных отношений Иркутской области (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664007, иркутская область, <...>), общество с ограниченной ответственностью «ГАРАНТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 125466, <...>, пом. I, комн. 40)

при участии в заседании:

от истца: ФИО1, по доверенности от 05.04.2018;

от ответчика: ФИО2, по доверенности от 12.03.2018, паспорт;

от третьих лиц: не явились, извещены надлежащим образом,

установил:

общество с ограниченной ответственностью СТРОИТЕЛЬНО-ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ "САНТЭЛ" (далее - ООО СТК «Сантэл», истец) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области к обществу с ограниченной ответственностью "ИНСАЙТ" (далее - ООО «Инсайт», ответчик) с требованием, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о взыскании 3 682 695 руб. 81 коп., в том числе неосновательного обогащения в размере 3 106 950 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 575 745 руб. 81 коп.

В обоснование иска указано, что истец платежным поручением № 372 от 19.11.2015 перечислил на счет Министерства имущественных отношений Иркутской области денежные средства в размере 3 106 950 руб. за ответчика - ООО «Инсайт» в счет оплаты по договору купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 38:36:000011:21, расположенного по адресу: <...>. Истец, ссылаясь на п. 5 статьи 313 ГК РФ, статью 387 ГК РФ, полагает, что к нему, как к лицу, исполнившему обязательство за третье лицо, перешло право кредитора по обязательству. По мнению истца, полученные ответчиком по платежному поручению денежные средства в размере 3 106 950 руб., являются для последнего неосновательным обогащением. Поскольку в добровольном порядке, ответчик обязательства по возврату денежных средств истцу не исполнил, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Ответчик иск не признал, в представленном отзыве и пояснениях по делу сослался на то, что между истцом и ООО «Гарант» 15.11.2016 была заключена сделка в виде договора уступки права требования № 08, по условиям которой права требования заявленной истцом суммы основного долга полностью перешли к ООО «Гарант». В соответствии с актом приема-передачи документов от 15.11.2016 по договору уступки права в пользу ООО «Гарант» от ООО СТК «Сантэл», помимо прочих документов, был передан оригинал платежного поручения № 372 от 19.11.2015, а также оригинал договора займа от 18.11.2015, заключенного между ООО СТК «Сантэл» (займодавец) и ООО «Инсайт» (заемщик). ООО «Гарант» обратилось с иском к ООО «Инсайт» о взыскании спорной суммы, но в ходе рассмотрения дела № А19-9925/2017 от исковых требований отказалось. При этом ни договор уступки права требования от 15.11.2016, ни договор займа от 18.11.2015 никем не оспорены, не признаны недействительными. По мнению ответчика, факт отказа ООО «Гарант» от исковых требований к ООО «Инсайт» о взыскании спорной денежной суммы, сам по себе не свидетельствует о восстановлении каких-либо прав ООО СТК «Сантэл» в части права требования заявленной суммы. В подтверждение названных доводов ответчик представил копии следующих документов: договора уступки права требования № 08 от 15.11.2016, акта приема-передачи документов от 15.11.2016 к договору уступки права требования № 08 от 15.11.2016, договора займа от 18.11.2015.

Кроме того, ответчик, возражая против заявленных требований, сослался на злоупотребление правом со стороны истца, поскольку истец, обращаясь с настоящим иском, не сообщил суду о рассматриваемом ранее в арбитражном суде деле № А19-9925/2017; по мнению ответчика, ссылка истца на нормы о неосновательном обогащении несостоятельна, поскольку договор займа и договор уступки никем не оспорены, не признаны недействительными; ответчик отмечает, что договор займа являлся беспроцентным, заем предоставлялся до востребования, требования о возврате займа истцом в отношении ответчика до настоящего времени не заявлено, поэтому истец в настоящий момент лишен возможности взыскивать сумму займа и проценты за пользование займом.

Определением суда от 13.03.2018 к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Общество с ограниченной ответственностью «Гарант» (далее – ООО «Гарант»).

ООО «Гарант», надлежащим образом уведомленное о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилось, ранее ходатайствовало о рассмотрении дела в его отсутствие (том № 2, лист дела № 65), в письменном отзыве (том № 1, лист дела № 67) сообщило, что договор уступки права требования № 08 от 15.11.2016 расторгнут по соглашению сторон 21.10.2017, в связи с чем, ООО «Гарант» не является в настоящее время кредитором ООО «Инсайт», никаких прав к нему не имеет, в подтверждение чего представило копию соглашения от 20.10.2017 о расторжении договора уступки права требования № 08 от 15.11.2016. В дальнейшем ООО «Гарант» также пояснило, что оплату по договору цессии не успели произвести, в связи с чем, у общества не возникло право требования о возврате денежных средств после расторжения договора уступки.

С учетом пояснений третьего лица относительно расторжения договора уступки права требования ответчик в ходе рассмотрения дела заявил о фальсификации соглашения от 20.10.2017 о расторжении договора уступки права требования № 08 от 15.11.2016.

В свою очередь истец в ходе судебного разбирательства заявил о фальсификации договора займа от 18.11.2015, сославшись на то, что данный договор им не подписывался, оригинал договора займа отсутствует, в ходе рассмотрения дела А19-9925/2017 генеральный директор ответчика – ООО «Инсайт» ФИО3 заявляла о фальсификации договора займа.



Министерство имущественных отношений Иркутской области, надлежащим образом уведомленное о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилось, письменных пояснений по существу спора не представило.

В судебном заседании 21.11.2018 стороны поддержали доводы, ранее изложенные в письменных пояснениях.

Дело рассматривается в порядке части 5 статьи 156 АПК РФ в отсутствие третьих лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей истца и ответчика, арбитражный суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 09.11.2015 между Министерством имущественных отношений Иркутской области (продавец) и ООО «Инсайт» (покупатель) заключен договор купли-продажи земельного участка, по условиям которого продавец обязуется передать в собственность, а покупатель принять и оплатить по цене и на условиях настоящего договора земельный участок из земель населенных пунктов площадью 20000 кв.м. с кадастровым номером 38:36:000011:21. Цена участка составляет 3 106 950 руб.; покупатель оплачивает цену участка в полном объеме в течение 15 календарных дней с момента подписания настоящего договора (пп. 1.1, 2.1, 2.2 договора).

Истец платежным поручением № 372 от 19.11.2015 перечислил на счет Министерства имущественных отношений Иркутской области денежные средства в размере 3 106 950 руб. с назначением платежа «оплата по договору купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 38:36:000011:21, расположенного по адресу: <...> за ООО «Инсайт».

По акту приема-передачи от 20.11.2015 указанный земельный участок передан ООО «Инсайт», 17.12.2015 ООО «Инсайт» выдано свидетельство о регистрации права собственности на земельный участок с кадастровым номером 38:36:000011:21.

Истец, ссылаясь на п. 5 статьи 313 ГК РФ, статью 387 ГК РФ, полагает, что к нему, как к лицу, исполнившему обязательство за третье лицо, перешло право кредитора по обязательству. По мнению истца, полученные ответчиком по платежному поручению денежные средства в размере 3 106 950 руб. являются для последнего неосновательным обогащением.

17.11.2018 истец обратился к ответчику с претензией о возврате денежных средств в размере 3 106 950 руб., перечисленных на счет Министерства имущественных отношений Иркутской области, а также процентов за пользование чужими денежными средствами.

Поскольку претензия оставлена без ответа и удовлетворения, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства и доводы лиц, участвующих в деле, по правилам статьи 71 АПК РФ, суд находит исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, в связи со следующим.

Положениями статьи 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как указано в пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 65 «О подготовке дела к судебному разбирательству» в процессе подготовки дела к судебному разбирательству судья определяет предмет доказывания, достаточность представленных доказательств и рассматривает ходатайства об истребовании доказательств от третьих лиц.

При определении того, какие факты, указанные сторонами, имеют юридическое значение для дела и имеется ли необходимость в истребовании доказательств или представлении дополнительных доказательств, суд должен руководствоваться нормами права, которые регулируют спорные правоотношения.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по смыслу части 1 статьи 196 ГПК РФ или части 1 статьи 168 АПК РФ суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

Истец, обращаясь с настоящим требованием, ссылается на то, что, перечислив платежным поручением № 372 от 19.11.2015 на счет Министерства имущественных отношений Иркутской области денежные средства в размере 3 106 950 руб. за ответчика, исполнил обязательство за третье лицо, и к нему перешло право кредитора по обязательству, возникшему из договора купли-продажи земельного участка; полученные денежные средства для ответчика являются неосновательным обогащением, и на ответчике лежит обязанность по возврату денежных средств истцу.

В силу пункта 1 статьи 313 Гражданского кодекса РФ кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо.

К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 настоящего Кодекса (пункт 5 статьи 313 Гражданского кодекса РФ).

Согласно пункту 1 статьи 387 Гражданского кодекса РФ права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона при наступлении указанных в нем обстоятельств:

1) в результате универсального правопреемства в правах кредитора;

2) по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, если возможность такого перевода предусмотрена законом;

3) вследствие исполнения обязательства поручителем должника или не являющимся должником по этому обязательству залогодателем;

4) при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая;

5) в других случаях, предусмотренных законом.

В пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что кредитор по денежному обязательству не обязан проверять наличие возложения, на основании которого третье лицо исполняет обязательство за должника, и вправе принять исполнение при отсутствии такого возложения. Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора в качестве неосновательного обогащения, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (статья 1102 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что Министерство имущественных отношений Иркутской области, как кредитор по договору купли-продажи земельного участка, приняло от истца исполнение, произведенное за третье лицо – ООО «Инсайт», впоследствии ООО «Инсайт» приобрело в собственность спорный земельный участок.

Ответчик, возражая против заявленных требований, ссылается на то, что ранее ООО «Гарант», получившее право требования от ООО СТК «Сантэл» по договору уступки № 08 от 15.11.2016, уже обращалось с иском к ООО «Инсайт» за взысканием денежных средств, представляло это же платежное поручение № 372 от 19.11.2015 на сумму 3 106 950 руб., а также договор займа от 18.11.2015, заключенный между ООО СТК «Сантэл» (займодавец) и ООО «Инсайт» (заемщик); по мнению ответчика, обязательства сторон возникли из договора займа, срок которого определен моментом востребования, в настоящий момент обязанность по возврату займа не наступила; учитывая, что ООО «Гарант» уже обращалось в арбитражный суд с подобным требованием (дело № А19-9925/2017), а в дальнейшем от него отказалось, то истец утратил право на предъявление настоящего иска.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что в арбитражном суде Иркутской области рассматривалось дело № А19-9925/2017 по иску ООО "ГАРАНТ" к ООО "ИНСАЙТ" о взыскании невозвращённой суммы займа по договору займа от 18.11.2015 в размере 3 106 950 руб., суммы пеней, начисленных по договору займа в размере 1 817 566 руб.

В обоснование указанного требования ООО "ГАРАНТ" ссылалось на то, что между ООО СТК «Сантэл» (цедент) и ООО "ГАРАНТ" (цессионарий) был заключен договор уступки права требования (цессии) № 08 от 15.11.2016, по условиям которого к ООО "ГАРАНТ" перешли права и обязанности по договору займа от 18.11.2015, заключенному между ООО СТК «Сантэл» (займодавец) и ООО «Инсайт» (заемщик). Во исполнение условий договора займа ООО «Инсайт» осуществило перевод денежных средств платежным поручением № 372 от 19.11.2015 в размере 3 106 950 руб. на счет Министерства имущественных отношений Иркутской области. В дальнейшем 19.08.2016 ООО СТК «Сантэл» было направлено письменное требование о полном возврате суммы займа, поскольку требование в добровольном порядке не исполнено ООО "ГАРАНТ" обратилось в арбитражный суд с требованием о возврате суммы займа и пени к ООО «Инсайт».

В ходе рассмотрения дела ООО "ГАРАНТ" заявило об отказе от исковых требований, данный отказ судом был принят и производство по делу прекращено определением от 13.11.2017.

В судебном заседании 31.05.2018 исследовались материалы дела № А19-9925/2017.

При исследовании материалов дела № А19-9925/2017 судом установлено, что отказ от иска ООО "ГАРАНТ" поступил в арбитражный суд 07.11.2017 через систему «Мой арбитр».

Возражая относительно довода ответчика об отсутствии у истца права на обращение в суд с аналогичным иском, ООО "ГАРАНТ" пояснило, что договор уступки права требования № 08 от 15.11.2016 расторгнут по соглашению сторон 21.10.2017, в связи с чем, ООО «Гарант» не является в настоящее время кредитором ООО «Инсайт», никаких прав к нему не имеет, в подтверждение чего представило копию соглашения от 20.10.2017 о расторжении договора уступки права требования № 08 от 15.11.2016. В дальнейшем ООО «Гарант» также пояснило, что оплату по договору цессии не успели произвести, в связи с чем, у общества не возникло право требования о возврате денежных средств после расторжения договора уступки.

Из представленных ООО "ГАРАНТ" документов следует, что на момент подачи отказа от иска в рамках дела № А19-9925/2017 ООО "ГАРАНТ" уже не обладало правом требования к ООО «Инсайт» по возврату денежных средств, в связи с расторжением договора цессии.

Ответчик заявил о фальсификации соглашения от 20.10.2017 о расторжении договора уступки права требования № 08 от 15.11.2016.

Суд в порядке статьи 161 АПК РФ разъяснил сторонам уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательства.

В ходе проверки заявления о фальсификации соглашения о расторжении договора уступки права требования № 08 от 15.11.2016 истцом в материалы дела был представлен оригинал данного соглашения, истец не дал согласие на исключение указанного документа из числа доказательств по делу.

В качестве способа проверки заявления о фальсификации соглашения о расторжении договора уступки права требования № 08 от 15.11.2016 ответчик ходатайствовал о назначении почерковедческой экспертизы, в дальнейшем экспертизы по определению давности нанесения реквизитов.

Определением суда от 04.07.2018 в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении почерковедческой экспертизы судом отказано, ввиду отсутствия оснований, поскольку применительно к обстоятельствам настоящего дела не установлено необходимости проверять факт подписания оспариваемого соглашения от 20.10.2017 от имени ООО СТК "САНТЭЛ" именно директором ФИО4, так как в судебном заседании ФИО4 пояснил, что подписывал соглашение от 20.10.2017 о расторжении договора цессии; более того, третье лицо ООО «Гарант» в письменных пояснениях также подтвердило, что документ был подписан с ФИО4, и права требования к ответчику у третьего лица отсутствуют.

В целях проверки заявления о фальсификации соглашения о расторжении договора уступки права требования № 08 от 15.11.2016 судом по ходатайству ответчика была назначена техническая экспертиза установления давности документа, проведение которой поручено эксперту Общества с ограниченной ответственностью «Департамент Экспертизы и Оценки» ФИО5.

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос:

- Когда, 20.10.2017 или позднее (указать период времени) выполнена подпись ФИО4 от имени ООО СТК «САНТЭЛ» и подпись ФИО6 от имени ООО «Гарант» на соглашении о расторжении договора уступки права требования № 08 от 15.11.2016?

Согласно выводу эксперта ответить на вопрос суда не представляется возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения.

Таким образом, заявление ответчика о фальсификации соглашения о расторжении договора уступки права требования № 08 от 15.11.2016 в ходе проведенной судебной экспертизы не нашло своего документального подтверждения.

Частью 2 статьи 161 АПК РФ предусмотрено, что результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания.

В судебном заседании от 21.11.2018 суд завершил проверку заявления ответчика о фальсификации соглашения о расторжении договора уступки права требования № 08 от 15.11.2016, что отражено в протоколе судебного заседания.

По смыслу статьи 161 АПК РФ, по факту проведения проверки обоснованности заявления о фальсификации арбитражный суд может прийти к двум выводам: о фальсификации доказательства, влекущей исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу, либо о достоверности данного доказательства, влекущей возможность его оценки судом в соответствии со статьей 71 АПК РФ и установления фактических обстоятельств по делу на его основании.

В соответствии с частью 7 статьи 71 АПК РФ результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что соглашение о расторжении договора уступки права требования № 08 от 15.11.2016 является допустимым, достоверным доказательством, подтверждающим факт расторжения договора уступки права требования № 08 от 15.11.2016.

На основании изложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства и пояснения лиц, участвующих в деле, в указанной части, суд приходит к выводу, что, поскольку договор уступки права требования № 08 от 15.11.2016 был расторгнут по соглашению сторон 20.10.2017, следовательно, на момент предъявления отказа от иска в деле А19-9925/2017 ООО «Гарант» уже утратило право требования к ООО «Инсайт» спорной суммы, по сути отказ от иска был обусловлен отсутствием нарушенного права у ООО «Гарант», что свидетельствует о том, что ООО СТК «САНТЭЛ» не утратило право требования к ООО «Инсайт» возврата денежных средств, перечисленных платежным поручением № 372 от 19.11.2015.

Согласно п. 1 ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Параграф 1 гл. 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующий переход прав кредитора к другому лицу, не содержит норм, запрещающих сторонам по взаимному согласию расторгнуть соглашение об уступке требования.

При расторжении договора уступки права требования происходит обратный переход прав по основному обязательству, то есть уступаемое право (требование) вновь возвращается цеденту после расторжения договора цессии (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.03.2005 N 12752/04).

Кроме того, в данном случае ответчик не представил доказательств возврата спорных денежных средств как истцу, так и ООО «Гарант»; а доводы ответчика об отсутствии у истца права требования, по мнению суда, с учетом установленных по делу обстоятельств, направлены на уклонение от исполнения обязательств по возврату денежных средств.

В ходе рассмотрения дела истцом было заявлено о фальсификации договора займа от 18.11.2015. В обоснование данного заявления истец сослался на то, что оригинал договора займа отсутствует, директор ООО СТК «САНТЭЛ» в судебном заседании 04.07.2018 подтвердил, что договор займа не подписывал; имеющиеся на копии договора печати обществ расположены на последней страницы договора, где отсутствует текст договора, директор ООО «Инсайт» ФИО3 в судебное заседание не явилась, пояснений в данной части не представила, при рассмотрении дела № А19-9925/2017 заявляла о фальсификации договора займа.

Суд в порядке статьи 161 АПК РФ разъяснил сторонам уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательства.

Ответчик не дал согласие на исключение копии договора займа из числа доказательств по делу.

В целях проверки заявления о фальсификации доказательств судом было предложено сторонам представить оригинал договора займа, определением от 02.08.2018 суд также признал явку генерального директора ООО «ИНСАЙТ» ФИО3 в судебное заседание, назначенное на 04.09.2018, обязательной.

Кроме того, оригинал договора займа был истребован судом у отдела полиции № 5 МУ МВД России «Иркутское».

В ходе рассмотрения дела истец и ООО «Гарант» пояснили, что оригинал договора займа у них отсутствует; ответчик четких пояснений относительно заключения договора займа не дал, оригинал договора также не представил, не обеспечил участие в судебном заседании генерального директора ФИО3, подпись которой имеется на копии оспариваемого договора займа, следовательно, данное лицо могло дать суду пояснения относительно заключения договора займа.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Согласно ответу отдела полиции № 5 МУ МВД России «Иркутское» оригинал договора займа от 18.11.2015, заключенного между ООО СТК «САНТЭЛ» и ООО «Инсайт», в наличии не имеется, почерковедческая экспертиза не проводилась (лист дела № 26, том № 3).

Рассмотрев заявление истца о фальсификации договора займа, суд приходит к выводу о наличии оснований для отказа в его удовлетворении ввиду отсутствия правовых оснований, предусмотренных статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд должен проверить обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

На основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

В силу частей 8, 9 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии. Подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда.

В соответствии с частью 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по своему внутреннему убеждению, руководствуясь положениями статей 71, 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд воспользовался своими полномочиями по принятию мер для проверки достоверности доказательств, однако ввиду отсутствия оригинала документа, приходит к выводу об отсутствии возможности проверки заявления о фальсификации доказательств.

В связи с чем, суд отказывает истцу в удовлетворении заявления о фальсификации доказательств.

В данном случае суд полагает, что в отсутствие оригинала договора займа, а также, принимая во внимание пояснения директора истца ФИО4, данные в судебном заседании 04.07.2018, наличие подписей на копии договора займа на последней странице, где отсутствует текст договора, а имеется только данные по БИК, представленную в материалы дела ответчиком копию договора займа нельзя признать надлежащим и достоверным доказательствам по делу.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что обязательства сторон возникли не из договора займа, а связи с исполнением истцом обязательства за третье лицо в соответствии со статьей 313 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса.

По смыслу указанной нормы и в соответствии со статьей 65 АПК РФ истец по требованию о взыскании неосновательного обогащения должен доказать факт приобретения либо сбережения ответчиком имущества за счет истца, отсутствие у ответчика для этого правовых оснований, а также размер неосновательного обогащения.

Удовлетворение исковых требований возможно при доказанности совокупности указанных фактов, подтверждающих неосновательное приобретение или сбережение ответчиком имущества за счет истца.

Согласно позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.10.2010 N 7945/10, от 15.07.2014 N 3856/14, по смыслу пункта 1 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации должник вправе исполнить обязательство, не требующее личного исполнения, самостоятельно или, не запрашивая согласия кредитора, передать исполнение третьему лицу. Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять соответствующее исполнение.

При этом закон не наделяет добросовестного кредитора, не имеющего материального интереса ни в исследовании сложившихся между третьим лицом и должником отношений, ни в установлении мотивов, побудивших должника перепоручить исполнение своего обязательства другому лицу, полномочиями по проверке того, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо.

Таким образом, не может быть признано ненадлежащим исполнение добросовестному кредитору, который принял как причитающееся с должника предложенное третьим лицом, если кредитор не знал и не мог знать об отсутствии факта возложения исполнения обязательства на предоставившее исполнение лицо и при этом исполнением не были нарушены права и законные интересы должника.

Поскольку в этом случае исполнение кредитором принимается правомерно, к нему не могут быть применены положения статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации; сама по себе последующая констатация отсутствия соглашения между должником и третьим лицом о возложении исполнения на третье лицо не свидетельствует о возникновении на стороне добросовестного кредитора неосновательного обогащения в виде полученного в качестве исполнения от третьего лица.

Денежная сумма, полученная кредитором от третьего лица в качестве исполнения, не может быть истребована у кредитора как неосновательное обогащение, за исключением случаев, когда должник также исполнил это денежное обязательство либо когда исполнение третьим лицом и переход к нему прав кредитора признаны судом несостоявшимися (абзац четвертый пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении").

Поскольку в ходе рассмотрения дела ответчик в нарушение статьи 65 АПК РФ не представил доказательств возврата истцу денежных средств в размере 3 106 950 руб., перечисленных истцом платежным поручением № 372 от 19.11.2015 на счет Министерства имущественных отношений Иркутской области за ответчика, требование истца о взыскании основного долга в размере 3 106 950 руб. является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Довод ответчика относительно злоупотребления истцом правом со ссылкой на судебный спор по делу № А19-9925/2017 судом проверен и не нашел своего документального подтверждения.

Следует отметить, что истец не являлся лицом, участвующим в деле № А19-9925/2017, а ответчик не представил доказательств возврата спорной денежной суммы как ООО «Гарант», так и истцу, при этом судом установлено, что отказ от иска ООО «Гарант» в деле № А19-9925/2017 был обусловлен отсутствием на момент предъявления отказа от иска прав требования к ООО «Инсайт», в связи с расторжением договора цессии, и, соответственно, отсутствием нарушенного права применительно к части 1 статьи 4 АПК РФ.

В соответствии с п.2 статьи 1107 Гражданского кодекса РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Истцом начислены ответчику проценты на общую сумму 575 745 руб. 81 коп.

Расчет процентов находится в материалах дела № А19-248/2018, лист дела № 49.

Согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

С 01.06.2015 по 31.07.2016 размер процентов определялся существующими в месте жительства кредитора или, если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения, опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц.

Расчет процентов произведен истцом с 17.12.2015, с момента оформления права собственности ответчика на спорный земельный участок.

Расчет судом проверен, признан верным, ответчиком не оспорен, надлежащими доказательствами не опровергнут.

При таких обстоятельствах, требование о взыскании процентов в размере 575 745 руб. 81 коп. суд находит обоснованным и подлежащим удовлетворению в полном размере в соответствии с п.2 статьи 1107, п.1 ст.395 ГК РФ.

Всем существенным доводам сторон дана оценка, остальные доводы несущественны и на выводы суда повлиять не могут.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина в размере 41 413 руб., по уплате которой истцу предоставлялась отсрочка при принятии иска, относится на ответчика и подлежит взысканию с последнего в доход федерального бюджета; расходы за проведение судебной экспертизы в размере 30 000 руб. относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "ИНСАЙТ" в пользу общества с ограниченной ответственностью СТРОИТЕЛЬНО-ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ "САНТЭЛ" задолженность в размере 3 682 695 руб. 81 коп., из которых:

3 106 950 руб. 00 коп. – основной долг;

575 745 руб. 81 коп. – проценты на сумму долга.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "ИНСАЙТ" в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 41 413 руб.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.


Судья А.Р. Уразаева