Решение от 29 ноября 2018 г. по делу № А19-17773/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761 http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск Дело № А19-17773/2018

«29» ноября 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 22 ноября 2018 года.

Решение в полном объеме изготовлено 29 ноября 2018 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Липатовой Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Новиковой О.Б., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ГОСУДАРСТВЕННОГО АВТОНОМНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ «ИРКУТСКИЙ ОБЛАСТНОЙ МНОГОФУНКЦИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ ГОСУДАРСТВЕННЫХ И МУНИЦИПАЛЬНЫХ УСЛУГ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес 664056, <...>)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ГЛАВСТРОЙПРОЕКТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес 664012, <...>)

о взыскании 378 645 руб. 23 коп.,

при участии в заседании (до перерыва):

от истца: ФИО1, представитель по доверенности от 16.07.2018,

от ответчика: не явился, извещен.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв с 20.11.2018 до 22.11.2018, после окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда, при участии того же представителя истца, ответчик не явился,

установил:

ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ «ИРКУТСКИЙ ОБЛАСТНОЙ МНОГОФУНКЦИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ ГОСУДАРСТВЕННЫХ И МУНИЦИПАЛЬНЫХ УСЛУГ» (далее ГАУ «МФЦ ИО») обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ГЛАВСТРОЙПРОЕКТ» (далее ООО «ГЛАВСТРОЙПРОЕКТ») о взыскании 378 646 руб. 08 коп., из которых: 339 239 руб. 18 коп. – неустойка, 39 406 руб. 90 коп. – убытки.

Истец в судебном заседании до перерыва заявил ходатайство об уточнении заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просил взыскать с ответчика: 378 645 руб. 23 коп., из них: 339 238 руб. 33 ко. – неустойка, 39 406 руб. 90 коп. – убытки.

Согласно части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Уточнение (уменьшение суммы исковых требований) судом принято, исковое заявление рассматривается в уточненной редакции.

После окончания перерыва истец представил оригиналы платежных поручений об уплате государственной пошлины и об оплате работ по разработке ПСД третьему лицу, которые приобщены к материалам настоящего дела.

Ответчик в судебное заседание не явился, ранее представил отзыв на исковое заявление, в котором возражал относительно заявленных требований, ходатайствовал о снижении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Дело рассматривается в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в отсутствие ответчика.

Исследовав материалы дела: ознакомившись с письменными доказательствами, заслушав истца, суд установил следующие обстоятельства, имеющие значения для дела.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между ГАУ «МФЦ ИО» (заказчик) и ООО «ГЛАВСТРОЙПРОЕКТ» (подрядчик) 10.04.2017 заключен договор на выполнение работ по разработке проектно-сметной документации на капитальный ремонт административного здания, расположенного по адресу: <...> и проверку достоверности определения сметной стоимости в Государственном автономном учреждении Иркутской области «Экспертиза в строительстве Иркутской области» № 102314, по условиям которого заказчик поручает, а подрядчик принимает на себя обязательство разработать проектно-сметную документацию, на стадии проектирования «Рабочая документация», необходимую и достаточную для проверки достоверности определения сметной стоимости и проектирования капитального ремонта административного здания, расположенного <...> (далее работы). Работы по договору выполняются в строгом соответствии с технически заданием (приложение № 1), календарным графиком (приложение № 2), расчетом стоимости работ (приложение № 3) (п. 1.1 договора).

Согласно пункту 2.1 договора срок выполнения работ: с момента заключения в соответствии с планом выполнения работ (приложение № 2).

Третьим разделом договора стороны предусмотрели стоимость работ и порядок расчетов.

3.1. Общая стоимость работ по договору, определяется приложениями № 2,3, составляет 606 333 руб. 10 коп., без НДС.

3.3. Оплата по договору осуществляется в рублях Российской Федерации, в безналичном порядке платежными поручениями.

Расчет по договору осуществляется в следующем порядке:

Заказчик оплачивает выполненные работы путем перечисления соответствующей суммы на счет подрядчика по реквизитам, указанным в договоре, на основании подписанного обеими сторонами договора, счета, акта сдачи-приемки выполненных работ в течение 45 банковских дней с даты получения заказчиком счета на оплату надлежаще выполненных работ.

Пунктом 4.1 договора предусмотрен размер обеспечения по договору: 200 000 руб.

В обоснование заявленных требований, истец указывает на то, что ответчиком существенно нарушены сроки выполнения работ, в связи с чем истец в одностороннем порядке расторг договор и обратился к ответчику с претензиями от 18.05.2018 № 1-02/957, от 26.06.2018 № 1-02/1206 об оплате неустойки и убытков, связанных с нарушением ответчиком обязательств по договору.

Оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

Отношения между сторонами урегулированы договором от 10.04.2017 № 102314, проанализировав условия которого, суд пришел к выводу, что данный договор по своей правовой природе является договором подряда, к которому подлежат применению положения параграфа 1, 3 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Пунктом 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Таким образом, применительно к договору подряда существенными условиями договора являются согласование сторонами предмета договора, начального и конечного сроков выполнения работ.

Согласно п. 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Оценив условия договора от 10.04.2017 № 102314, суд пришел к выводу о согласовании сторонами его существенных условий о предмете и сроках выполнения работ.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что договор от 10.04.2017 № 102314 является заключенным.

Истец указывает, что обязательства по выполнению работ по второму этапу договора исполнены подрядчиком ненадлежащим образом и с существенным нарушением сроков выполнения работ, а именно: проектно-сметная документация, представленная на согласование не соответствует Техническому заданию к договору, работы по последующим этапам подрядчиком не производились.

Как следует из условий договора, срок выполнения работ: с момента заключения в соответствии с планом выполнения работ (Приложение № 2).

Согласно Приложению № 2 (календарный график) сторонами предусмотрено пять этапов выполнения работ и установлены сроки выполнения по каждому из этапов:

- сбор исходных данных, предварительное согласование проектных решений: дата начала работ 10.04.2017, дата окончания работ 13.04.2017,

- разработка проектно-сметной документации: дата начала работ 14.04.2017, дата окончания работ 02.05.2017,

- промежуточное согласование проектных решений с заказчиком: дата начала работ 03.04.2017, дата окончания работ 04.05.2017,

- проверка достоверности определения сметной стоимости: дата начала работ 05.05.2017, дата окончания работ 07.06.2017,

- комплектация и выдача заказчику проектно-сметной документации, положительного заключения с составлением акта приема-передачи и опись передаваемой документации: дата начала работ 08.06.2017, дата окончания работ 09.06.2017.

Из материалов дела следует, что ответчик письмом от 29.06.2017 № 250/17 гарантировал выполнение работ в срок до 24.07.2017, в котором также указал на то, что работы не были выполнены в указанный в договоре срок по причине пребывания исполнителя работ по договору в командировке.

03.08.2017 ответчик представил истцу проектно-сметную документацию на согласование.

Истец письмом от 08.08.2017 № 01-02/1271 указал ответчику на замечания к выполненным работам (л.д. 34).

Гарантийный письмом от 17.08.2017 № 340/17 (л.д.33) ответчик гарантировал, что проектная документация будет передана в срок до 22.08.2017, сметная документация в срок до 25.08.2017.

Однако, истец, оценив указанные гарантийные письма, сообщил ответчику, что у истца отсутствуют временные возможности ожидать от подрядчика исполнения договора, в связи с чем, истцом принято решение отказаться в одностороннем порядке от исполнения договора, ввиду чего ответчику направлено уведомление от 30.08.2017 № 1-02/1396 об одностороннем отказе от исполнения договора, в котором истец указал на то, что обязательства по выполнению работ по второму этапу договора исполнены подрядчиком ненадлежащим образом и с существенным нарушением сроков, а именно: проектно-сметная документация, представленная на согласования 03.08.2017 не соответствует Техническому заданию к договору, что подтверждается письмом ГАУ «МФЦ ИО» «О замечаниях к ПЗ и АС» от 08.08.2017 исх. № 1-02/1271 Работы по последнему этапу подрядчиком вовсе не проводились (т., л.д. 35).

Уведомление о расторжении договора получено ответчиком 31.08.2017, о чем свидетельствует входящий штамп организации ответчика за № 115/17.

Как следует из календарного графика (приложение № 2), дата начала работ по второму этапу 14.04.2017, дата окончания работ 02.05.2017, как следует из уведомления о расторжении договора и материалов дела, ответчик представил проектно-сметную документацию на согласование истцу лишь 03.08.2017, следовательно с нарушением календарного графика. Более того, ответчиком нарушен срок окончательного выполнения работ, поскольку окончательной датой выполнения работ является 09.06.2017 (приложение № 2).

Таким образом, ответчиком нарушен срок, как выполнения второго этапа работ, так и окончательный срок выполнения работ.

Ответчик односторонний отказ от исполнения договора не оспорил, иного материалы дела не содержат.

Пунктом 7.7 договора предусмотрено, что расторжение договора допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны договора от исполнения договора в соответствии с гражданским законодательством.

Согласно пункту 7.10 договора стороны вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения договора по основаниям и в порядке, предусмотренном Гражданским кодексом Российской Федерации, Положениям о закупке, условиями договора.

В соответствии с пунктом 7.11 договора односторонний отказ от исполнения договора (полный или частичный) или одностороннее его изменение допускается в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац 4 пункта 2 статьи 450 ГК РФ).

Пунктом 7.12 договора так же предусмотрено, что договор может быть расторгнут заказчиком в одностороннем порядке.

В силу пункта 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Положения статьи 717 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривают право заказчика в любое время до сдачи ему результата работы отказаться от исполнения договора, уплатив подрядчику часть установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора.

Реализуя свое право, истец направил в адрес ответчика уведомление от 30.08.2017 № 1-02/1396 об одностороннем отказе от исполнения договора, указав, что договор считается расторгнутым с момента получения подрядчиком настоящего уведомления.

Таким образом, договор № 102314 от 10.04.2017 расторгнут между сторонами 31.08.2017 в силу статьи 310, пункта 3 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как односторонний отказ предусмотрен как условиями договоров, так и возможен в силу закона.

Истец в связи с нарушением ответчиком сроков выполнения работ по договору просит взыскать неустойку в размере 339 238 руб. 33 коп.

Рассмотрев требование истца о взыскании неустойки, суд пришел к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно статье 331 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

В соответствии с пунктом 6.3.1 договора в случае нарушения срока выполнения работ заказчик вправе потребовать уплаты подрядчиком неустойки (пени) в размере 0,5 % общей стоимости работ за каждый день просрочки, не выполненных в согласованный сторонами срок.

Таким образом, соглашение о неустойке (пени) сторонами соблюдено.

Как следует из пояснений истца, представленных в материалы дела документов и ответчиком не оспаривается, со стороны последнего имела место просрочка исполнения обязательств по выполнению работ по договору № 102314 от 10.04.2017, что свидетельствует об обоснованности требования истца о взыскании с ответчика неустойки.

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательств и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Материалы дела не содержат дополнительные соглашения, заключённые сторонами, подтверждающие продление срока выполнения работ по договору.

Кроме того, суд считает необходимым отметить то, что ответчиком работы в порядке статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации не приостанавливались, подрядчик не уведомлял заказчика о приостановлении работ.

Согласно пункту 1 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении:

- непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи;

- возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы;

- иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

В силу пункта 2 статьи 716 Гражданского кодекса Российской Федерации подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

Ответчик не представил доказательства того, что работы, к выполнению которых он приступил, в соответствии со статьей 716 Гражданского кодекса Российской Федерации были приостановлены, о чем заказчик был уведомлен.

При таком положении суд считает, что ответчик не доказал в соответствии с пунктом 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации факт отсутствия своей вины в нарушении сроков, установленных договором, а следовательно, начисленная ему в связи с этим неустойка является правомерной.

Существенным условием договора подряда является срок выполнения работ. Заказчик, заключая договор, рассчитывает на выполнение работ в четком и неукоснительном соответствии с условиями договора, согласованными сторонами, и получение результата работ в срок, указанный в договоре.

В данном случае при заключении договора стороны стремились к обеспечению своевременного выполнения взятых на себя обязательств, предусмотрев ответственность за нарушение условий договора в виде уплаты штрафа и неустойки за нарушение сроков выполнения работ.

Довод ответчика о том, что им частично выполнены работы, отклоняется судом, поскольку ответчиком не представлено доказательств передачи истцу проектной-сметной документации, соответствующей техническому заданию к договору, с учетом письма заказчика от 08.08.2017 № 1-02/1271 о наличии замечаний в проектной документации и гарантийного письма подрядчика от 17.08.2017 № 340/17о предоставлении документации в срок до 25.08.2017.

Ответчик, возражая относительно заявленных требований, в представленном письменном отзыве также указывал на то, что истцом при расчете неустойки не учтена сумма 200 000 руб., которая является обеспечением исполнения договора.

Рассмотрев данный довод ответчика, суд находит его необоснованным ввиду следующего.

Четвертым разделом договора предусмотрено обеспечение исполнения договора.

4.1. Размер обеспечения договора: 200 000 руб.

4.2. Обеспечение исполнения договора предоставляется победителем закупки внесением денежных средств на счет заказчика или путем предоставления банковской гарантии.

В подтверждение своих доводов, ответчик представил банковскую гарантию от 07.04.2017 № 439343, выданную ПАО «Совкомбанк», согласно которой сумма гарантии составляет 200 000 руб., гарантия вступает в силу с 07.04.2017 и действует по 31.08.2017 включительно.

Истец, возражая относительно доводов ответчика, указывал на то, что истец не воспользовался правом требования банковской гарантии, в связи с тем, что гарантия действует до 31.08.2017, а поскольку решение об одностороннем отказе от исполнения договора принято 30.08.2017 и получено ответчиком 31.08.2017, у истца отсутствовала возможность отправки соответствующего требования гаранту с возможностью его получения в пределах срока действия гарантии.

Изучив материалы дела, суд установил, что согласно пункту 4 банковской гарантии бенефициар вправе представить гаранту письменное требование об уплате суммы гарантии или его части в случае ненадлежащего исполнения или неисполнения принципалом обязательств, обеспеченных гарантией.

В соответствии с пунктом 6 банковской гарантии требование платежа по гарантии должно быть получено гарантом в письменной форме с приложением указанных в пункте 5 гарантии документов заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу: Российская Федерация, 156000, <...>.

Пунктом 7 банковской гарантии предусмотрено, что требование платежа по гарантии должно быть получено гарантом до истечения срока действия гарантии.

Гарантия вступает в силу с 07.04.2017 и действует по 31.08.2017 включительно, соответственно, требование платежа по гарантии должно быть получено гарантом не позднее 31.08.2017.

Как пояснял истец в ходе судебного разбирательства, поскольку уведомление об одностороннем отказе от исполнения договора получено ответчиком 31.08.2017, у истца отсутствовала объективная возможность отправки соответствующего требования гаранту с возможностью его получения в пределах срока действия гарантии.

Ответчик, в свою очередь, ссылаясь на то, что истцом не учтен размер банковской гарантии, не представил доказательств того, что истец воспользовался правом на получение гарантии до момента истечения срока ее действия; доказательств осуществления гарантом истцу каких-либо выплат по гарантии не представил.

С учетом изложенного, доводы ответчика о том, что истцом при расчете не учтена сумма полученного обеспечения отклонены судом, как голословные и документально не подтвержденные.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствия расторжения договора» разрешая споры, связанные с расторжением договоров, суды должны иметь в виду, что по смыслу пункта 2 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора.

В пункте 66 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по общему правилу, если при расторжении договора основное обязательство прекращается, неустойка начисляется до момента прекращения этого обязательства (пункт 4 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таки образом, истец вправе требовать с ответчика уплаты неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору до даты расторжения договора, то есть до 31.08.2017.

Проверив расчет истца, судом установлено, что неустойка за нарушение сроков выполнения работ начислена истцом по 2-5 этапам работ с даты, следующей за датой окончания этапа работ, исходя из цены соответствующего этапа работ, по 31.08.2017 (дату расторжения договора).

Расчет истца признан арифметически верным, ответчик контррасчет не представил, арифметическую правильность и правовую обоснованность расчета не оспорил.

Между тем, ответчик в отзыве на исковое заявление ходатайствовал о снижении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев данное ходатайство ответчика, суд приходит к следующему.

Статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

При этом применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не ставится в зависимость от вида неустойки, следовательно, как договорная, так и законная неустойка подлежит уменьшению судом при условии явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования части 3 стать 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Задача суда состоит в устранении явной несоразмерности штрафных санкций, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Поскольку при оценке последствий нарушения обязательства судом могут приниматься во внимание, в том числе обстоятельства, имеющие как прямое, так и косвенное отношение к последствиям нарушения обязательства.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пунктах 9, 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», при рассмотрении споров, возникающих из договоров, включая те, исполнение которых связано с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, судам следует принимать во внимание следующее.

Судом установлено, что спорный договор заключен сторонами в порядке, установленном Федеральным законом от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее – Федеральный закон №223-ФЗ).

Согласно статье 2 Федерального закона № 223-ФЗ на ГАУ «МФЦ ИО» возложена обязанность по утверждению положения о закупках, как основного документа по регламенту проводимых закупок.

Разработка проекта договора была осуществлена ГАУ «МФЦ ИО» в связи с проведением закупки путем проведения открытого конкурса, договор от 10.04.2017 № 102314 заключен сторонами в соответствии с протоколом о результатах закупки от 28.03.2017 № 31704890901-2.

Из пунктов 19, 21, 22 Положения усматривается, что победитель обязан заключить договор на условиях, определенных заказчиком в документации о закупке.

Таким образом, условия договора определяет ГАУ «МФЦ ИО», что позволяет квалифицировать статус ответчика (подрядчика) как слабой стороны договора, лишенной переговорных возможностей.

В рассматриваемом случае ответчик фактически был лишен возможности влиять на условия договора в отношении пунктов, касающихся установления ответственности сторон.

Включение в проект договора явно несправедливого договорного условия, ухудшающего положение стороны в договоре (исполнителя), оспаривание которого осложнено особенностями процедуры, установленной Законом № 223-ФЗ, может поставить заказчика в более выгодное положение и позволить ему извлечь необоснованное преимущество.

В то же время, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации или о ничтожности таких условий по статье 169 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела.

Как следует и условий договора, ответственность предусмотрена лишь для подрядчика.

Так, согласно пункту 6.3.1 договора в случае нарушения срока выполнения работ заказчик вправе потребовать уплаты подрядчиком неустойки (пени) в размере 0,5 % общей стоимости работ за каждый день просрочки, не выполненных в согласованный сторонами срок.

Для заказчика ответственность за нарушение условий договора не предусмотрена, следовательно, подрядчик вправе требовать лишь проценты за пользование чужими денежными средствами в случае нарушения сроков оплаты выполненных работ, что существенно меньше, ответственность подрядчика.

Таким образом, договор содержит несправедливые договорные условия.

В тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения пункта 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

В Постановлении от 28.01.2014 № 11535/13 сформулирована правовая позиция, высказанная впоследствии Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации также в Постановлении от 15.07.2014 № 5467/14, согласно которой заказчик нарушает закон, включая в проект государственного контракта заведомо невыгодное для контрагента условие, от которого победитель размещения заказа не может отказаться. Однако победитель размещения заказа, будучи введенным в заблуждение авторитетом заказчика, внешней правомерностью этого требования и невозможностью от него отказаться, мог посчитать себя связанным им и добросовестно действовать вопреки своим интересам.

Суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, характера существующих между сторонами правоотношений, сопоставления размера неустойки со стоимостью несвоевременно выполненных работ, приходит к выводу о несоразмерности заявленной суммы неустойки последствиям нарушения не денежного обязательства, считает применимым в данном случае статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи со следующим.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

В соответствие с правовой позицией Конституционного суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, при применении данной нормы суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойки) и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что исключает возможность неосновательного обогащения за счет ответчика путем взыскания неустойки в завышенном размере.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки.

К последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные истцом имущество и денежные средства, понесенные убытки, другие имущественные или неимущественные права, на которые истец вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором.

При оценке таких последствий судом могут приниматься во внимание, в том числе, обстоятельства, не имеющие прямого отношения к последствиям нарушения обязательства (цена товаров, работ, услуг, сумма договора и т.д.). Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки, суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.

Принцип свободы договора не является безграничным и не исключает разумности и справедливости его условий, сочетаясь с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений. Превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции.

В силу части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод конкретного лица в целях защиты прав и законных интересов других лиц. Это касается и свободы договора при определении на основе федерального закона такого его условия, как размер неустойки: он должен быть соразмерен указанным в этой конституционной норме целям.

Возложение на суд решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года).

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Конвенции «О защите прав человека и основных свобод» реализация лицом своих гражданских прав не должна приводить к нарушению прав и законных интересов другого лица.

Общим последствием нарушения пределов осуществления гражданских прав является отказ суда лицу, злоупотребившему своими правами, в защите принадлежащих ему прав.

В данном случае суд учитывает следующие обстоятельства: ответчик не исполнил натуральное, а не денежное обязательство, что представляло бы собой пользование чужими денежными средствами, в связи с чем, начисленная неустойка имела бы компенсационный характер; истец не доказал и не подтвердил документально наступление неблагоприятных последствий нарушением ответчиком обязательств по договору, учитывая, что нарушенное обязательство не являлось денежным.

В связи с изложенным, суд считает необходимым снизить размер подлежащей взысканию с ответчика неустойки до 200 000 руб. В данном случае такое снижение не изменит обеспечительной природы неустойки. Указанная сумма является справедливой, достаточной и соразмерной, принимая во внимание, что неустойка служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства.

При таких обстоятельствах, исковые требования в части требования о взыскании неустойки подлежат удовлетворению в размере 200 000 руб., в удовлетворении остальной части требований следует отказать.

Рассмотрев требование истца о взыскании убытков в размере 39 406 руб.90 коп., суд пришел к следующему выводу.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

В пункте 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 4 Постановления Пленума от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно пункту 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

По смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Кодекса).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков (пункт 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7).

В силу пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из изложенного следует, что в предмет доказывания по делам о взыскании убытков входит установление следующих обстоятельств:

- противоправность действий (бездействия) ответчика;

- наличие и размер вреда (убытков);

- причинная связь между действиями (бездействием) ответчиков и возникшим ущербом (убытками);

- вина истца и ответчика в возникновении убытков.

В обоснование требований о взыскании убытков, истец указывает на то, что ввиду нарушения ответчиком сроков выполнения работ у истца возникли убытки, связанные с тем, что истец после расторжения договора с ответчиком был вынужден заключить с иным лицом договор на выполнение тех же работ, что и по договору от 10.04.2017 № 102314.

Так, 25.09.2017 между ГАУ «МФЦ ИО» (заказчик) и Обществом с ограниченной ответственностью «Центр проектно-изыскательских и строительно-реставрационных работ «ВестЛайн» (подрядчик) заключен договор № 50/17 на разработку проектно-сметной документации на капитальный ремонт административного здания, расположенного по адресу: <...>.

Согласно пункту 1.1 указанного договора заказчик поручает, а подрядчик принимает на себя обязательства по разработке проектно-сметной документации на капитальный ремонт административного здания, расположенного по адресу: <...> (далее работы).

Пунктом 3.1 договора от 25.09.2017 № 50/17 предусмотрено, что общая стоимость работ по договору, которая определяется приложениями № 2,3, составляет 498 000 руб., в том числе НДС 18 % в сумме 75 966 руб. 10 коп.

Как указывает истец, убытки истца связаны с разницей в стоимости работ.

Так, по договору от 10.04.2017 № 102314, согласно приложению № 3, стоимость выполненных работ: вариантное проектирование (промежуточное согласование с заказчиком проектных решений) и разработка проектно-сметной документации, составляет 458 593 руб. 10 коп., тогда как, по договору от 25.09.2017 № 50/17, согласно приложению № 3, стоимость выполненных работ: сбор исходных данных, предварительное согласование проектных решений и разработка проектно-сметной документации, составляет 498 000 руб.

Таким образом, разница в стоимости указанных работ составляет 39 406 руб. 90 коп.

В подтверждение несения расходов, истец представил акт сдачи-приемки выполненных работ, платежное поручение от 01.12.2017 № 1342098 на сумму 498 000 руб. об оплате работ по договору от 25.09.2017 № 50/17.

В обоснование правомерности требований о взыскании убытков сверх неустойки, истец ссылался на пункт 6.4 договора, согласно которому сторона, право которой нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ей убытков, если законом не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Между тем, суд находит позицию истца ошибочной ввиду следующего.

Согласно части 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации, если за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства установлена неустойка, то убытки возмещаются в части не покрытой неустойкой.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации законом или договором могут быть предусмотрены случаи: когда допускается взыскание только неустойки, но не убытков; когда убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки; когда по выбору кредитора могут быть взысканы либо неустойка, либо убытки.

Данная статья устанавливает соотношение между убытками и неустойкой, когда ставится вопрос о взыскании того и другого. По общему правилу за одно нарушение обязательств применяется лишь одна мера ответственности. Законом или договором может быть предусмотрена штрафная неустойка, когда убытки могут быть взысканы сверх неустойки.

Из материалов дела следует и установлено судом, что требования истца о взыскании с подрядчика неустойки (пени) предъявлены за нарушение сроков выполнения работ и убытки, понесенные истцом, связаны с ненадлежащим (несвоевременным) выполнением ответчиком работ по договору, поскольку истец был вынужден заключить договор на выполнение работ с иной организацией по более дорогой цене в связи с односторонним отказом от исполнения договора с ответчиком.

Как следует из уведомления от 30.08.2017 № 1-02/1396 и пояснений представителя истца, данных в настоящем судебном заседании, основанием для одностороннего отказа от исполнения договора послужило нарушение ответчиком сроков выполнения работ по договору.

Таким образом, в рассматриваемом случае пени и убытки предъявлены по одному основанию (в связи с нарушением сроков выполнения работ).

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Руководствуясь названной нормой права, суд приходит к выводу, что прямо условие о том, что убытки возмещаются сверх неустойки, стороны в пункте 6.4 договора не согласовали, и о таком согласовании примененная сторонами в указанном пункте договора формулировка о возмещении убытков в полном объеме, применительно к абзацу 2 статьи 393, части 2 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации не свидетельствует.

В связи с чем, в данной ситуации подлежит применению общее правило, установленное в первом абзаце пункта 1 статьи 394 Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что убытки возмещаются в части, не покрытой неустойкой.

Поскольку убытки истца в размере 39 406 руб. 90 коп. покрываются взыскиваемой судом по настоящему делу неустойкой в размере 200 000 руб., суд отказывает в удовлетворении требований истца о взыскании убытков в полном объеме.

Рассмотрев вопрос о распределении судебных расходов за рассмотрение настоящего иска, суд приходит к следующему.

При обращении в арбитражный суд истец уплатил государственную пошлину в размере 10 573 руб., что подтверждается платежным поручением от 19.07.2018 № 713447.

Согласно расчету суда, произведенному в соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, размер государственной пошлины, подлежащей уплате с учетом уточнения истцом исковых требований, составляет 10 573 руб.

В пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 N 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 ГК РФ» (в редакции Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7) разъяснено, что если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Поскольку исковые требования подлежат частичному удовлетворению в размере 89,59 % от заявленных, с учетом пропорционального распределения, с ответчика в пользу истца следует взыскать государственную пошлину в сумме 9 472 руб. 35 коп. (89,59 % от 10 573 руб.); на истца следует отнести судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 1 100 руб. 64 коп. (10,41 % от 10 573 руб.)

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ГЛАВСТРОЙПРОЕКТ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ГОСУДАРСТВЕННОГО АВТОНОМНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ «ИРКУТСКИЙ ОБЛАСТНОЙ МНОГОФУНКЦИОНАЛЬНЫЙ ЦЕНТР ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ ГОСУДАРСТВЕННЫХ И МУНИЦИПАЛЬНЫХ УСЛУГ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) неустойку в размере 200 000 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 9 472 руб. 35 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья Ю.В. Липатова