Постановление от 7 сентября 2025 г. по делу № А23-4163/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А23-4163/2017
г.Калуга
8 сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 03.09.2025 Постановление изготовлено в полном объеме 08.09.2025

Арбитражный суд Центрального округа в составе:

Председательствующего Андреева А.В. Судей Ивановой М.Ю. ФИО1 При участии в заседании:

от заявителя жалобы: не явились, извещены надлежаще;

от иных лиц, участвующих в деле: не явились, извещены надлежаще.

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Калужской области от 14.02.2025 и постановление Двадцатого Арбитражного апелляционного суда от 17.06.2025 по делу № А23-4163/2017,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о банкротстве сельскохозяйственной артели «Колхоз имени Ленина» управление ФНС России по Калужской области обратилось в арбитражный суд с заявлением, в котором просит суд признать ненадлежащими действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО2, выразившееся в непривлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 и ФИО4, взыскать с арбитражного управляющего ФИО2 в пользу должника убытки в размере, определяемом по правилам привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в совокупном размере требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине

недостаточности имущества должника и привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, приостановить производство по заявлению о взыскании убытков до завершения расчетов с кредиторами должника.

Определениями арбитражного суда Калужской области от 19.07.2022 и от 28.08.2023 заявление принято к производству, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ООО Страховое общество «Помощь» в лице ГК «АСВ», Ассоциация арбитражных управляющих «Гарантия», Управление Росреестра по Калужской области, акционерное общество «Национальная страховая компания ТАТАРСТАН» в лице ГК «АСВ», общество с ограниченной ответственностью Страховая компания «ОРБИТА» в лице ГК «АСВ», общество с ограниченной ответственностью «Международная Страховая Группа».

Определением арбитражного суда Калужской области от 14.02.2025 (судья Сидорова О.А.) заявление Управления ФНС России по Калужской области удовлетворено. Признано ненадлежащим бездействие арбитражного управляющего ФИО2, выразившееся в необращении в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 и ФИО4 С ФИО2 в пользу должника взысканы убытки в размере, определяемом по правилам привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в совокупном размере требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника и с учетом привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5. Производство по спору о взыскании убытков приостановлено до завершения расчетов с кредиторами должника.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2025 (судьи: Макосеев И.Н., Волкова Ю.А., Большаков Д.В.) вынесенное по спору определение оставлено без изменения.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, арбитражный управляющий ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить или изменить и принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления ФНС России отказать, либо направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Калужской области.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на то, что судом не установлено какие права и законные интересы ФНС РФ нарушены на момент вынесения решения, при том, что по итогам рассмотрения спорных сделок их стороны уже возвращены в исходное положение. Считает, что уполномоченный орган не обосновал наличие у ФИО3 и ФИО4 возможности непосредственного влияния на принятие решений должником, которые впоследствии привели к его банкротству, а также не привел доказательства недобросовестного поведения названных лиц. Указывает на то, что вопреки доводам уполномоченного органа и выводам судов, в рамках других обособленных споров по настоящему делу судами не установлено существенного для данного дела обстоятельства - доведения должника до банкротства именно совершением спорных сделок, а в рамках настоящего спора такие доказательства уполномоченным органом не представлены. Полагает, что арбитражными судами

нарушен закон, устанавливающий порядок взыскания убытков с арбитражных управляющих и не дана надлежащая правовая оценка действиям самого уполномоченного органа и наступившими последствиями.

До начала судебного заседания от арбитражного управляющего ФИО2 поступило ходатайство об отложении рассмотрения ее кассационной жалобы.

Согласно части 3 статьи 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в деле, извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд округа отказывает в его удовлетворении, при этом исходит из того, что суд кассационной инстанции полномочен проверять законность принятого по спору судебного акта, спор по существу не рассматривает и не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в постановлении, либо были отвергнуты судом апелляционной инстанции. Позиция кассатора относительно законности и обоснованности принятого по спору судебного акта выражена в кассационной жалобе, явка конкретного лица судом обязательной не признана, в связи с чем, суд округа полагает, что основания для отложения судебного заседания в данном случае отсутствуют.

Заявитель и иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в суд округа не явились. Дело рассмотрено без их участия в порядке, предусмотренном статьей 284 АПК РФ.

Проверив в порядке ст. 286 АПК РФ правильность применения арбитражными судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для отмены судебных актов, исходя из следующего.

Как установлено арбитражными судами и следует из материалов дела, Федеральная налоговая служба России в лице Межрайонной Инспекции № 2 по Калужской области обратилась в Арбитражный суд Калужской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) сельскохозяйственной артели «Колхоз имени Ленина».

Определением арбитражного суда Калужской области от 20.06.2017 заявление принято к производству.

Определением арбитражного суда Калужской области от 18.07.2017 требования уполномоченного органа признаны обоснованными, в отношении сельскохозяйственной артели «Колхоз имени Ленина» введено наблюдение. Временным управляющим утверждена ФИО2

Решением арбитражного суда Калужской области от 17.01.2018 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО2

Определением арбитражного суда Калужской области от 14.03.2022 ФИО2 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, уполномоченный орган ссылается на следующие обстоятельства.

Согласно результатам финансового анализа, проведенного временным управляющим ФИО2 в процедуре наблюдения, пополнение конкурсной массы возможно за счет оспаривания сделок по отчуждению должником в период подозрительности объектов недвижимого имущества (из 28 принадлежащих, 3 объекта реализованы с торгов за 68 тыс. руб.). При этом из 25 проданных объектов основная часть (17 объектов) была отчуждена в пользу:

1) ФИО3 - 6 жилых помещений (регистрация перехода права

состоялась 18.12.2015, 29.03.2016 и 24.05.2016);

2) ФИО4 - 11 объектов различного назначения (регистрация перехода права состоялась 24.09.2014 и 13.10.2014).:

Заявления о признании сделок недействительными были поданы ФИО2 19.11.2018, а ФИО3 и ФИО4 были привлечены в качестве ответчиков 20.05.2019 по соответствующим обособленным спорам.

По мнению заявителя, вышеуказанное свидетельствует о том, что ФИО2 не позднее 20.05.2019 была осведомлена, об отчуждении должником в пользу семьи Испирян (мать и сын) основного производственного комплекса колхоза и жилых помещений для размещения работников, что позволяло считать их выгодоприобретателями от незаконной деятельности бывшего руководителя ФИО5 и привлечь в качестве соответчиков по спору о субсидиарной ответственности.

Между тем, требование о привлечении к субсидиарной ответственности было предъявлено ФИО2 только к ФИО5, как к бывшему руководителю должника (председателю артели), а в отношении ФИО3 и ФИО4 соответствующие требования в пределах трехлетнего срока исковой давности заявлены не были.

Удовлетворяя заявленные требования в полном объеме, арбитражный суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 15 ГК РФ, статей 20.3, 20.4 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и исходил из доказанности причинно-следственной связи между бездействием бывшего конкурсного управляющего должником ФИО2 и причинением убытков единственному кредитору должника - уполномоченному органу, указав на несоответствие закону поведения управляющего, не принявшего своевременных мер по обращению в суд с заявлением о привлечении ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор по правилам главы 34 АПК РФ, согласился с выводами арбитражного суда первой инстанции и не нашел оснований для удовлетворения апелляционной жалобы арбитражного управляющего.

По мнению суда кассационной инстанции, указанный вывод не соответствует установленным арбитражными судами обстоятельствам и нормам права, регулирующим спорные отношения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 60 Закона о банкротстве заявления и ходатайства арбитражного управляющего, в том числе о разногласиях, возникших между ним и кредиторами, а в случаях, предусмотренных названным Законом, между ним и должником, жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов рассматриваются в заседании арбитражного суда в рамках дела о

банкротстве должника не позднее чем через месяц с даты получения указанных заявлений, ходатайств и жалоб, если иное не установлено указанным Законом.

По смыслу приведенной нормы, кредиторам предоставлена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав.

При этом признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего возможно при установлении факта нарушения такими действиями арбитражного управляющего определенных прав и законных интересов заявителя жалобы, а также предполагает устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав кредитора. Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми в вину неправомерными, недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) арбитражного управляющего действительно нарушены те или иные права и законные интересы подателя жалобы.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В частности названное требование действует в отношении перечня обязанностей управляющего, установленный статьей 129 Закона о банкротстве, согласно которой арбитражный управляющий обязан принимать меры по формированию конкурсной массы должника, выявлять и истребовать имущество из чужого, незаконного владения, оспаривать сделки должника, производить взыскание дебиторской задолженности, использовать иные механизмы предусмотренные Законом о банкротстве, в том числе привлекать контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, принимать меры по взысканию убытков, причиненных должнику его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления).

Рассматриваемые в настоящем случае требования уполномоченного органа мотивированы невключением конкурсным управляющим ФИО2 в круг ответчиков по спору о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам артели ФИО3 и ФИО4 - приобретателей недвижимого имущества по сделкам, совершенным в период с 24.09.2014 по 24.05.2016, и оспоренным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10 и 168 ГК РФ.

Осуществление фактического контроля семьей Испирян над должником в лице его руководителя - председателя ФИО5, уполномоченный орган в ходе рассмотрения спора в суде первой инстанции объяснял следующими фактами:

- осведомленностью выгодоприобретателей о признаках неплатежеспособности должника на момент совершении сделок и о фактическом прекращении им деятельности;

- осуществлением сельскохозяйственной деятельности семьей Испирян по месту нахождения должника - д. Чемоданово Юхновского района Калужской области;

- кратном несоответствии цены сделок (274 400 руб. и 582 255 руб.) с рыночной стоимостью объектов (896 000 руб. и 2 447 000 руб.);

- приобретением у должника исключительно ликвидного имущества, которое возможно использовать в производственной деятельности, а, следовательно, извлекать прибыль.

Возражая против удовлетворения заявления, конкурсный управляющий отметил, что названные лица не имеют статуса контролирующего должника лица, поскольку к спорным правоотношениям подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, не содержащие презумпцию, согласно которой лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим.

Указывает на то, что уполномоченным органом не раскрыто и в материалы дела не представлено доказательств того, что при осуществлении полномочий конкурсного управляющего должником ФИО2 располагала или могла располагать прямыми и неопровержимыми доказательствами для доказывания в общем порядке наличия у ФИО3 и ФИО4 контроля над должником и доведения должника до банкротства в результате совершения с ними сделок, признанных судом недействительными.

Обращает внимание, что уполномоченный орган в рамках обособленного спора по привлечению контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности свою позицию в отношении невозможности рассмотрения дела по существу без привлечения ФИО3 и ФИО4 в качестве соответчиков солидарно с ФИО5 перед конкурсным управляющим и арбитражным судом не раскрыл.

Разрешая спор в данной части, арбитражные суды обеих инстанций согласились с тем, что положения подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве (презумпция наличия контроля в силу извлечения выгоды от деятельности должника) в данном случае неприменимы, так как названная норма введена в действие Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, который не распространяется на спорные отношения.

Вместе с тем, арбитражными судами фактически применена названная презумпция со ссылкой на то, что должником в лице ФИО5 в пользу ФИО3 и ФИО4 был отчужден весь производственный комплекс Колхоза и подавляющее большинство жилых помещений, что привело к невозможности осуществления Колхозом деятельности и к его банкротству, а, следовательно и к невозможности удовлетворения требований его кредитора - ФНС России.

Таким образом, обстоятельства фактической подконтрольности общества ФИО3 и ФИО4 установлены арбитражными судами по результатам оценки последствий для продавца, заключенных его руководителем сделок, с учетом кратного несоответствия цены сделок (274 400 руб. и 582 255 руб.) рыночной стоимости объектов (896 000 руб. и 2 447 000 руб.)

Однако названные обстоятельства явились основанием для оспаривания конкурсным управляющим ФИО2 сделок по отчуждению имущества должника по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10 и 168 ГК РФ и результат оценки тех же обстоятельств не свидетельствует в достаточной степени об обоснованности рассматриваемых требований уполномоченного органа.

При этом арбитражными судами не учтено, что оценка деятельности ФИО3 и ФИО4 в силу особенностей правового регулирования возможна с

учетом позиции, приведенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020

№ 310-ЭС20-6760 по делу № А14-7544/2014.

В частности, как указано в названном определении, по смыслу пунктов 4, 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Следовательно, применительно к обстоятельствам настоящего спора, заявителем должно быть доказано не только то, что семья Испирян являлась приобретателем имущественного комплекса должника по сделкам без равноценного встречного предоставления, но и наличие у семьи Испирян возможности определять действия должника, давать обязательные для исполнения указания, причастность указанных ответчиков к оказанию влияния на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Однако ссылок на такие доказательства, результаты их оценки, обжалуемые судебные акты не содержат.

Кроме того, в силу пункта 4 статьи 20.3, пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, то есть убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ. Поэтому лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права, наличие убытков, причинную связь между поведением ответчика и наступившими у юридического лица неблагоприятными последствиями.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих», под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего,

при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

В настоящем случае размер убытков, причиненных конкурсным управляющим определен судами по правилам привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в совокупном размере требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В то же время производство по делу в части определения размера ответственности арбитражного управляющего приостановлено судом по основаниям пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, со ссылкой на продолжение осуществления формирования конкурсной массы.

По мнению суда кассационной инстанции, оснований для подобного исчисления размера ущерба и приостановления производства по обособленному спору о взыскании с арбитражного управляющего ФИО2 убытков, у арбитражного суда не имелось.

Конкурсный управляющий может нести ответственность лишь по общим правилам статьи 15 ГК РФ и специальным положениям пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве в размере реально причиненного кредиторам ущерба, который определяется исходя из размера удовлетворения за счет конкурсной массы, которого лишились кредиторы по вине конкурсного управляющего. Правила о субсидиарной ответственности перед кредиторами в деле о банкротстве к конкурсному управляющему, неприменимы, как и положения пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, что не было учтено арбитражными судами при рассмотрении настоящего обособленного спора

В связи с изложенным судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, и поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд Калужской области.

При новом рассмотрении спора, арбитражному суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт, установив все фактические обстоятельства, имеющие значения для правильного разрешения спора.

Руководствуясь ст.ст. 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 14.02.2025 и постановление Двадцатого Арбитражного апелляционного суда от 17.06.2025 по делу № А23-4163/2017 отменить. Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Калужской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий А.В. Андреев

Судьи М.Ю. Иванова

ФИО1