Постановление от 26 июля 2021 г. по делу № А06-11907/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-46343/2019

Дело № А06-11907/2016
г. Казань
26 июля 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 июля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 июля 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Фатхутдиновой А.Ф.,

судей Моисеева В.А., Кашапова А.Р.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле - извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия «Черноярское коммунальное хозяйство» ФИО1

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 25.01.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2021

по делу № А06-11907/2016

по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении контролирующих лиц должника: Комитета имущественных отношений Черноярского района, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) муниципального унитарного предприятия «Черноярское коммунальное хозяйство» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Астраханской области от 03.07.2017 муниципальное унитарное предприятие «Черноярское коммунальное хозяйство» (далее – МУП «Черноярское коммунальное хозяйство», должник, предприятие) было признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО5 (далее – ФИО5).

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 25.09.2018 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим МУП «Черноярское коммунальное хозяйство» утвержден ФИО6

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 28.06.2019 ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего МУП «Черноярское коммунальное хозяйство»; конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (далее - ФИО1).

В Арбитражный суд Астраханской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО1 с заявлением о привлечении контролирующих лиц должника: Комитета имущественных отношений Черноярского района, ФИО2 (далее - ФИО2), ФИО3 (далее - ФИО3), ФИО4 (далее - ФИО4) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в котором просил признать доказанными наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам МУП «Черноярское коммунальное хозяйство» и приостановить рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 25.01.2021, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2021, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1 отказано.

Конкурсный управляющий должника ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит названные судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению кассационной жалобы. Информация о принятии кассационной жалобы к производству, движении дела, времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: http://faspo.arbitr.ru/ в соответствии со статьей 121 АПК РФ.

Изучив материалы обособленного спора, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судами, МУП «Черноярское коммунальное хозяйство» создано и зарегистрировано 15.04.2004, учредителем является Комитет по управлению муниципальным имуществом Черноярского района Астраханской области.

При этом ФИО3 исполнял обязанности директора должника с 24.04.2006 по 17.07.2016, ФИО4 исполнял обязанности директора с 18.07.2016 по 06.10.2016, ФИО2 исполняла обязанности директора МУП «Черноярское коммунальное хозяйство» с 07.10.2016 по 03.07.2017.

Конкурсный управляющий, полагая, что в период с 2014 года и до мая 2016 года действия Комитета имущественных отношений Черноярского района были направлены на издание распоряжений о выводе части активов должника, а также действия директоров ФИО3, ФИО4, ФИО2 способствовали доведению должника до банкротства, обратился с настоящим заявлением.

К правоотношениям, имевшим место в 2014 – 2016 годах, подлежат применению основания и правила привлечения к ответственности, установленные в статье 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134ФЗ), вступившего в силу 30.06.2013.

Комитетом имущественных отношений Черноярского района, ФИО3, ФИО4, ФИО2 было заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) сроки исковой давности в целях привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности являются специальными сроками исковой давности, предусмотренными статьей 197 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -ГК РФ).

Таким образом, срок исковой давности для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является материальной нормой права и определяется в соответствии с федеральным законодательством, действующим на момент возникновения обстоятельств, которыми вызвано начало течения срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих, в связи с чем срок исковой давности должен исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 21 раздела «Практика применения законодательства о банкротстве» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (применительно к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства).

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом. Если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 указанной статьи, невозможно определить размер ответственности, суд после установления всех иных имеющих значение фактов приостанавливает рассмотрение этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Несмотря на то, что норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом, наличие объективного срока давности не должно отвлекать от главной идеи давности - ее расчет должен осуществляться основным образом по субъективному критерию, т.е. с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Если же лицо испытывает какие-либо препятствия для предъявления своего требования (неизвестен ответчик, невозможно точно определить размер требования и т.п.), то срок исковой давности может начинать течь не ранее устранения указанных препятствий.

Безотносительно к дате совершения правонарушения контролирующими лицами срок исковой давности по требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности должен исчисляться с момента, когда конкурсному управляющему и кредиторам, стало известно или должно было стать известно о наличии у них реальной возможности для предъявления иска (как правило, этот момент не может быть много позже даты открытия конкурсного производства). При этом начиная с даты вступления в силу Закона № 134-ФЗ (30.06.2013) конкурсные управляющие и кредиторы в делах о банкротстве имели возможность заявлять требования к контролирующим лицам без указания точного размера (он подлежал определению в дальнейшем), установление точного размера ответственности перестало быть обязательным условием для обращения в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности. Это правило имело процессуальный характер и поэтому распространялось на все процессуальные действия, совершаемые после данного правила, в том числе по возникшим ранее материальным основаниям.

В силу приведенных норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, в рассматриваемом случае срок исковой давности для обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности составляет один год, исчисляемый со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ доказательства, представленные участниками спора, учитывая то, что конкурсное производство в отношении МУП «Черноярское коммунальное хозяйство» открыто 05.07.2017, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности последовало 07.07.2020, тогда как в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности были названы обстоятельства, имевшие место в 20142016 годах, осведомленность конкурсного управляющего о данных обстоятельствах и не обозначение им причины, объективно препятствовавшей обращению с соответствующим заявлением в установленный срок, суд первой инстанции пришел к выводу, нашедшему подтверждение при повторном рассмотрении спора в порядке апелляционного производства, о наличии оснований для отказа в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по причине пропуска срока исковой давности и отсутствии оснований для его восстановления.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Оснований не согласиться с выводами судов у кассационной инстанции не имеется.

Довод конкурсного управляющего о том, что срок исковой давности не пропущен, поскольку основания для привлечения к субсидиарной ответственности возникли после вступления в законную силу определения Арбитражного суда Астраханской области от 02.03.2020, которым сделки по изъятию имущества у должника были признаны недействительными, является ошибочным.

Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума № 53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Как разъяснено в пункте 59 постановления Пленума № 53, предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Учитывая, что конкурсный управляющий ФИО5 (правопредшественник заявителя) также исполнял обязанности временного управляющего и составлял анализ финансового состояния должника, принимая во внимание, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, суды обоснованно указали, что обстоятельства, указанные конкурсным управляющим ФИО1 в качестве оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами ввиду его изъятия, убыточный характер деятельности общества), должны были быть известны лицам, участвующим в деле о банкротстве, из содержания выполненного временным управляющим анализа финансовой деятельностей должника и приложенных к нему документов, в том числе бухгалтерской отчетности должника.

Тем не менее, ни конкурсный управляющий, ни конкурсные кредиторы, располагая анализом финансовой деятельностей должника, выполненным временным управляющим ФИО5, не воспользовались правом на обращение в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в установленный законом срок.

Поскольку с соответствующим заявлением конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд только 07.07.2020, суды двух инстанций обоснованно признали срок исковой давности пропущенным.

Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы относительно иного определения начала течения срока исковой давности (с момента принятия судебного решения о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности) не могут быть приняты во внимание, поскольку не соответствуют имеющимся в деле доказательствам и по существу выражают несогласие с выводами судов об оценке установленных обстоятельств, сделанных при правильном применении норм материального права, которые регулируют порядок исчисления срока исковой давности.

Суд округа соглашается с выводами судов двух инстанций о том, что факт оспаривания конкурсным управляющим сделок по передаче движимого и недвижимого имущества, прекращении права хозяйственного ведения должника в рамках обособленных споров не препятствовал ему обратиться с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков.

Необходимость определения размера субсидиарной ответственности препятствием для обращения конкурсного управляющего должника с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в указанной редакции не является, поскольку абзацем шестым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (действующей в редакции Закона № 134-ФЗ) была предусмотрена возможность суда после установления всех иных имеющих значение фактов приостановить рассмотрение этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Также суд кассационной инстанции находит ошибочным довод конкурсного управляющего о необходимости применения трехгодичного срока исковой давности, поскольку Законом № 266-ФЗ статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». При этом пункты 3 и 4 статьи 4 Закона № 488-ФЗ, регулировавшие порядок вступления в силу изменений положений статьи 10 Закона о банкротстве, также признаны утратившими силу в соответствии с пунктом 8 статьи 3 Закона № 266-ФЗ.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности), оснований для применения положений пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, которой установлен трехлетний срок для подачи заявления о привлечении лица к субсидиарной ответственности.

Следует также отменить, что трехлетний объективный срок исковой давности подлежит применению при установлении обстоятельств, свидетельствующих о наличии препятствий (объективной невозможности) для обращения с заявлением в течение годичного субъективного срока исковой давности. Таких доказательств материалы дела не содержат. Более того, с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обратился в суд первой инстанции 07.07.2020, то есть с пропуском и трехлетнего срока исковой давности.

Кроме того, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, судами установлено фактическое отсутствие необходимых условий для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

По результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств, арбитражные суды заключили, что банкротство предприятия не было связано с виновными противоправными действиями собственника имущества должника по распоряжению имуществом должника (его изъятию из хозяйственного ведения должника, передачи другим муниципальным образованиям, муниципальным учреждениям), а обусловлено исключительно особенностями осуществляемой в спорный период должником деятельности по оказанию коммунальных услуг по регулируемым тарифам, такой деятельности, для которой характерно наличие кредиторской задолженности перед поставщиками энергоресурсов с одновременным образованием существенной дебиторской задолженности потребителей по оплате оказанных услуг.

Данное обстоятельство подтверждается сделанным временным управляющим ФИО5 анализом финансово-экономической деятельности, из которого следует, что причиной неплатежеспособности должника является превышение размера себестоимости над размером выручки за предшествующие 2016 году периоды, повлекшие прирост кредиторской задолженности на фоне формирования значительных объемов дебиторской задолженности вследствие неплатежей населения за услуги ЖКХ, в тот период, когда МУП оказывало социальные услуги (теплоснабжение, водоснабжение, водоотведение). После оптимизации хозяйственной деятельности, вследствие перевода социальных объектов на газовое отопление и отказа от предоставления услуг теплоснабжения, водоснабжения, водоотведения, предприятие сработало с прибылью.

Также суды приняли во внимание, что в результате примененных судом определением от 02.03.2020 последствий недействительности сделок по изъятию имущества из ведения должника негативные последствия будут нивелированы, что приведет к пополнению конкурсной массы за счет стоимости полученного в результате реституции имущества.

Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств, недоказанности конкурсным управляющим совокупности обстоятельств необходимых для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Доводы конкурсного управляющего о необходимости применения ряда разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума № 53, не опровергают установленных судами обстоятельств и не могут являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Приведенная заявителем в обоснование своих доводов судебная практика не может применяться в рассматриваемом случае, поскольку фактические обстоятельства рассмотренных дел другими арбитражными судами не схожи с фактическими обстоятельствами настоящего дела.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, выводов судов не опровергают, подлежат отклонению, поскольку по существу направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судами, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Нормы материального права применены судами правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения и постановления по безусловным основаниям, судами не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты отмене, а кассационная жалоба удовлетворению, не подлежат.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины с кассационной жалобы не рассматривался, поскольку согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче кассационной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Астраханской области от 25.01.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2021 по делу № А06-11907/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья А.Ф. Фатхутдинова

Судьи В.А. Моисеев

А.Р. Кашапов