Постановление от 10 февраля 2025 г. по делу № А65-16672/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-6393/2024

Дело № А65-16672/2023
г. Казань
11 февраля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 11 февраля 2025 года.


Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Васильева П.П.,

судей Богдановой Е.В., Герасимовой Е.П.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Долговой А.Н. (протоколирование ведется с использованием системы веб-конференции (онлайн-заседание), материальный носитель приобщается к протоколу),

при участии в судебном заседании посредством системы веб-конференции:

конкурсного управляющего ФИО1, паспорт, лично,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы временного управляющего ФИО2 и общества с ограниченной ответственностью «ТрансРеалГаз»

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2024

по делу № А65-16672/2023

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ТрансРеалГаз» о включении требования в размере 346 962 954 рублей 99 копеек в реестр требований кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Трак Евро Ойл».

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.07.2023 ликвидируемый должник - общество с ограниченной ответственностью «Трак Евро Ойл» (ИНН <***>, ОГРН <***>) (далее – должник, ООО «Трак Евро Ойл»)  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на пять месяцев до 12.12.2023. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – ФИО2).

 Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2023 по делу решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.07.2023 отменено. Суд апелляционной инстанции постановил принять новый судебный акт, признать заявление ООО «Гранд» обоснованным. Ввести в отношении должника процедуру наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО2

В арбитражный суд поступило заявление ООО «ТрансРеалГаз» о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 346 962 954,99 руб. основного долга, 12 048 645,08 руб. процентов.

 Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2024 заявление ООО «ТрансРеалГаз» удовлетворено частично.

Суд признал требование ООО «ТрансРеалГаз» (ИНН <***>) к должнику в сумме 346 962 954,99 руб. основного долга, 12 048 645,08 руб. – процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 ГК РФ, обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 143 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2024 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2024 по делу А65-16672/2023 оставлено без изменения, апелляционные жалобы ООО «ТрансРеалГаз», ФИО3, временного управляющего должника ФИО2 - без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судебным актом, временный управляющий ФИО2 и ООО «ТрансРеалГаз» обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которых просят определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2024 по делу № А65-16672/2023 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение.

 Податель жалобы ООО «ТрансРеалГаз» указывает, что судами аффилированность кредитора и должника не доказана; суды не  обосновали, в чем заключается влияние контролирующих должника лиц на кредитора, неверно сделаны выводы о наличии у должника признаков имущественного кризиса в 2021 - 2022 годах.

Заявитель жалобы временный управляющий ФИО2 считает, что судом при расчете суммы задолженности не приняты к  вниманию представленные универсальные передаточные документы на сумму 136 814 536 рублей, акт сверки взаимных расчетов, книга покупок и продаж, не оценены доводы управляющего о цепочке сделок,  подтверждающей поставку товара конечным покупателям. Отсутствие первичной документации между должником и кредитором не может являться основанием для удовлетворения требования, так как поставка подтверждается иными доказательствами.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ООО «ТрансРеалГаз» доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс) кассационные жалобы рассматриваются в их отсутствие.

 Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 286 АПК РФ, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия считает кассационные жалобы заявителей не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

 Как следует из материалов дела и установлено судами, 01.08.2018 между ООО «ТрансРеалГаз» («Покупатель» по договору) и ООО «ТракЕвроОйл» («Поставщик» по договору) был заключен договор поставки нефтепродуктов № 08/01-ТЕО235 в соответствии с условиями пункта 1.1. которого Поставщик обязуется поставлять Покупателю, а Покупатель принимать и оплачивать нефтепродукты (товар) в порядке и на условиях, предусмотренных указанным договором.

ООО «ТрансРеалГаз» в рамках договора № 08/01-ТЕО235 от 01.08.2018 в порядке пунктов 4.1., 4.3. произвело платежи в счет поставки нефтепродуктов    в   адрес    ООО   «Трак Евро Ойл»   в   общей      сумме   

1 225 287 670,36 руб.

Должник осуществил поставку нефтепродуктов по договору на общую сумму 123 074 233,59 руб., что подтверждается представленными в материалы дела документами.

Также ООО «Трак Евро Ойл» в добровольном порядке осуществило частичный возврат аванса.

С учетом произведенных поставок и частичного аванса, задолженность должника перед кредитором по возврату неотработанного аванса составила 346 962 954,99 руб.

Кредитором на сумму долга в порядке статьи 395 ГК РФ начислена неустойка в размере 12 048 645,08 руб. за период с 25.01.2023 по 12.07.2023.

Суды признали доводы кредиторов ООО «ВСК-Нефтесбыт» и ПАО «АКИБАНК» о наличии обстоятельств, свидетельствующих об аффилированности кредитора с должником, а также о наличии компенсационного финансирования  обоснованными.

Судами отмечено, что ФИО4 являлась ранее сотрудником структур в группе компаний ФИО3, который являлся единственным участником и директором ООО «ТрансРеалГаз» до 03.02.2021.

ФИО3 является бенефициаром группы компаний, куда входят должник и ООО «ТрансРеалГаз». Данные лица совместно являлись соучредителями ООО «ТрансАвтоГаз» (ИНН <***>), ООО УК «Эпсилон» (ИНН <***>).

 При этом, применительно к процедуре банкротства ООО «Трак Евро Ойл» учтено, что ФИО4 является матерью ФИО5 – учредителя ООО «Трак Евро Ойл».

По мнению судов, указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии аффилированности между ООО «Трак Евро Ойл» и ООО «ТрансРеалГаз».

При вынесении определения суд первой инстанции также исходил из того, что в отношении требования кредитора предоставлены обоснованные доказательства, подтверждающие размер задолженности.

Вместе с тем, учитывая наличие признаков аффилированности между кредитором и должником, влияния контролирующих должника лиц на ООО «ТрансРеалГаз», а также наличие у должника признаков имущественного кризиса в 2021 году, принимая во внимание длительный период неистребования кредитором задолженности, суд первой инстанции со ссылкой на разъяснения, изложенные в пунктах 3.1-3.4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 (далее - Обзор судебной практики от 29.01.2020), пришел к выводу о том, что требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов и подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, отклонил довод кредитора ООО «ТрансРеалГаз» об отсутствии имущественного кризиса должника в момент образования задолженности, поскольку согласно сведениям, размещенным в картотеке арбитражных дел, ООО «ТракЕвроОйл» с  2021 года перестает добросовестным образом исполнять обязательства перед кредиторами и в последующем задолженность только наращивалась.

Судом апелляционной инстанции отклонен довод заявителя апелляционной жалобы ООО «ТрансРеалГаз» о том, что неистребование задолженности было связано с объективными причинами, как несостоятельный, противоречащий установленным обстоятельствам.

Доводы арбитражного управляющего о доказанности поставки должником нефтепродуктов кредитору с учетом имеющихся универсальных передаточных документов на сумму 136 814 536 руб., актов сверок и книги покупок, суд апелляционной инстанции отклонил, поскольку они опровергаются установленными обстоятельствами, согласно которым не весь предоставленный на поставку аванс отработан, а с учетом аффилированности участников сделки, предъявления к сторонам повышенного стандарта доказывания, вышеуказанных документов явно недостаточно для подтверждения факта поставки нефтепродуктов.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, оснований для отмены судебных актов и удовлетворения кассационных жалоб не усматривает.

Согласно пунктам 3 - 5 статьи 71, статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и разъяснениям, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Суд обязан также квалифицировать спорные требования и определить очередность их удовлетворения.

При проверке обоснованности требования кредитора арбитражный суд оценивает доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, регулирующими неисполненные должником обязательства, по правилам, установленным процессуальным законодательством.

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию заявителя, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора.

Однако в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов, интересы должника-банкрота и кредитора, связанного с должником общностью хозяйственных или иных интересов, в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов.

Сложившейся судебной практикой, основанной на правовых позициях Верховного Суда Российской Федерации (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647 (1); от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647 (7); от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6)) выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, - на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6)).

При этом высокий стандарт доказывания к аффилированным кредиторам при включении указанных лиц в реестр требований кредиторов должника подлежит применению вне зависимости от основания включения (материальное обязательство, погашение долга, заключение договора уступки прав требований).

Данный подход обусловлен тем, что группа лиц по общему правилу предполагает интеграцию входящих в нее звеньев не только через общую управленческую, ценовую, техническую, кадровую политику, наличие общей стратегии, но также через объединение финансовых ресурсов и капиталов. В такой ситуации стороннее лицо ограничено в сборе доказательств по вопросу за счет средств какого конкретно лица, входящего в группу лиц, сделан тот или иной платеж, в то время как аффилированным кредиторам не составит труда раскрыть порядок экономического взаимодействия внутри группы, доказать финансовую самостоятельность того или иного субъекта группы.

Таким образом, для правильного разрешения спора, прежде всего, необходимо исследовать внутригрупповые отношения, в том числе сложившиеся между должником и кредитором.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3.1 Обзора судебной практики от 29.01.2020, согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Согласно абзацу 4 пункта 3.2 Обзора судебной практики 29.01.2020, невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статьи 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника.

Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

Согласно правовой позиции абзаца первого пункта 3.4 Обзора судебной практики от 29.01.2020 не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статей 9 и 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

 Следовательно, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в том числе в части представления (непредставления) доказательств, заявления ходатайств о проверке достоверности сведений, представленных иными участниками судебного разбирательства, а также имеющихся в материалах дела.

Довод арбитражного управляющего должника о наличии доказательств поставки должником нефтепродуктов кредитору на сумму 136 814 536 руб., был предметом исследования и оценки судом апелляционной инстанции, которым сделан обоснованный вывод о том, что с учетом условий договора поставки от 01.08.2018 (пункты 1.2, 3.2.4, 3.3.3, 3.4, 4.1 договора) и признаков аффилированности между кредитором и должником представленных документов явно недостаточно для подтверждения факта поставки.

Довод кредитора о неверном выводе судов о признаках имущественного кризиса у должника суд кассационной инстанции считает необоснованным, поскольку наличие кредиторской задолженности  должника подтверждается судебными актами о включении в реестр требований кредиторов должника.

Кредитор в кассационной жалобе также ссылается на несоответствие выводов судов об аффилированности кредитора и должника другим судебным актам, устанавливающим отсутствие аффилированности группы лиц, в том числе о наличии доказательств отсутствия заинтересованности должника и кредитора в виде кредитного досье ПАО АКИБ «АКИБАНК».

Также кредитором обращено внимание, что с 04.02.2021 единственным участником и директором кредитора ООО «ТрансРеалГаз» является ФИО6, который не связан с бывшим участником ФИО3, участником должника ФИО5, его матерью ФИО4

Суд кассационной инстанции считает указанные доводы кредитора несостоятельными, поскольку судебные акты, на которые ссылается заявитель, приняты по делам о банкротстве иных юридических лиц, при иных фактических обстоятельствах, отличающихся от имеющих место в настоящем споре, с иными, возникшими между лицами, правоотношениями.

В отношении руководителя ФИО6 суд округа отмечает, что, исполняя обязанности руководителя кредитора с 04.02.2021, с требованием о возврате авансовых платежей на сумму 346 962 954, 99 руб. обратился только 20.01.2023, указав при этом, что сумма невозвращенного аванса составляет 1 102 213 436, 77 руб. Требование  к должнику  направил в суд  лишь 17.07.2023.

При этом из общедоступных сведений, размещенных в Картотеке арбитражных дел, следует, что в тот же период времени в Арбитражном суде города Москвы находилось на рассмотрении дело № А40-71569/2021 по иску ООО «ПромАльянс» и ООО «Мерида» к ООО «ТрансРеалГаз» о взыскании более 2,9 млрд. руб.

Впоследствии ООО «ТрансРеалГаз» в лице ФИО6 обратилось с заявлением о признании себя банкротом (дело № А40-280801/2022), в отношении ООО «ТрансРеалГаз» открыта процедура конкурсного производства.

Согласно статье 516 Гражданского кодекса покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

 Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями.

Согласно пункту 1, пункту 3 статьи 487 ГК РФ в случаях, когда договором купли-продажи предусмотрена обязанность покупателя оплатить товар полностью или частично до передачи продавцом товара (предварительная оплата), покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором, а если такой срок договором не предусмотрен, в срок, определенный в соответствии со статьей 314 настоящего Кодекса. В случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

С учетом изложенных обстоятельств поведение ООО «ТрансРеалГаз» значительно отличается от ожидаемого от любого независимого кредитора, который, как правило, в случае нарушения его прав незамедлительно использует все предусмотренные действующим законодательством механизмы для восстановления своих нарушенных прав.

Доказательств того, что длительное неистребование задолженности на столь значительную сумму с учетом имеющихся требований к самому кредитору (по обязательствам перед ООО «ПромАльянс» и ООО «Мерида») было обусловлено объективными причинами, ООО «ТрансРеалГаз» не представило. В судебном заседании суда округа конкурсный управляющий кредитора также не раскрыл причины длительного непринятия мер к истребованию долга.

При таких обстоятельствах, суд округа приходит к выводу, что между кредитором и должником возникли не свойственные независимым участникам гражданского оборота правоотношения, свидетельствующие, в том числе, о фактической аффилированности между ними.

В связи с изложенным, проанализировав в совокупности фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства, принимая во внимание не опровергнутые (с учетом распределения бремени доказывания) лицами, участвующими в деле, признаки аффилированности должника и кредитора, а также совокупность факторов, свидетельствующих об имущественном кризисе должника в спорный период, суды пришли к обоснованному выводу о том, что заявленная обществом задолженность является компенсационным финансированием, в связи с чем правомерно признали ее подлежащей погашению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, которые не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, считает, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права.

Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне исследовали представленные доказательства, оценили их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса, установили все имеющие значение для дела обстоятельства, сделали правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустили неправильного применения норм материального и процессуального права.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, не опровергают правильность выводов судебных инстанций и подлежат отклонению, поскольку направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса.

В соответствии с абзацем вторым пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 13 от 30.06.2020 с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса), не допускается.

 Исходя из изложенного, принимая во внимание положения статей 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационных жалоб, а принятые по делу судебные акты считает законными и обоснованными. Кроме того, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса (в том числе нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются основанием к отмене обжалуемых судебных актов), для отмены обжалуемых судебных актов не усматривается.

Руководствуясь статьями 286, 287289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2024 по делу № А65-16672/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                            П.П. Васильев


Судьи                                                                                    Е.В. Богданова


                                                                                              Е.П. Герасимова