Решение от 13 февраля 2019 г. по делу № А47-14392/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Краснознаменная, д. 56, г. Оренбург, 460024

http: //www.Orenburg.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А47-14392/2017
г. Оренбург
13 февраля 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена 05 февраля 2019 года

В полном объеме решение изготовлено 13 февраля 2019 года

Арбитражный суд Оренбургской области в составе судьи Юдина В.В.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «СКИФ-98» (г. Оренбург, ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице участника ФИО2 (г. Оренбург) к обществу с ограниченной ответственностью «Федор и К» (г. Оренбург, ОГРН <***>, ИНН <***>), ФИО3 (г. Оренбург),

с привлечением третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 (г. Оренбург),

о признание договора аренды от 01.05.2017 между ООО «СКИФ-98» и ООО «Федор и К» недействительным и взыскании с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «СКИФ-98» убытков в размере 536 436 руб. 53 коп.

В судебном заседании в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса РФ объявлялись перерывы с 29.01.2019 по 04.02.2019, с 04.02.2019 по 05.02.2019 (определения протокольные). Информация о перерывах размещалась на официальном сайте арбитражного суда.

В судебном заседании приняли участие:

- от материального истца (ООО «СКИФ-98»): ФИО5, ФИО6;

- от процессуального истца (ФИО2): ФИО5;

- от ответчика1: ФИО7;

- от ответчика2: ФИО8;

- от третьего лица: явки нет.

Общество с ограниченной ответственностью «СКИФ-98» в лице участника ФИО2 (далее по тексту - истец, ООО «СКИФ-98», Общество) обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Федор и К» (далее - ответчик1, ООО «Федор и К») и к ФИО3 (далее - ответчик2, ФИО3) о признание договора аренды от 01.05.2017 между ООО «СКИФ-98» и ООО «Федор и К» недействительным и взыскании с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «СКИФ-98» убытков в размере 573 727 руб. 14 коп.

После перерыва в судебном заседании представители истца заявили ходатайство об уточнении исковых требований, согласно которому просят признать договор аренды от 01.05.2017 между ООО «СКИФ-98» и ООО «Федор и К» недействительным и взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «СКИФ-98» убытки в размере 536 436 руб. 53 коп. Уточнение исковых требование (уменьшение в части убытков) связано с исключением из состава взыскиваемой суммы убытков расходов на установку задвижки системы отопления.

Уточнение исковых требований судом принято в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ (определение протокольное), требование рассматривается с учетом уточнения.

В ходе судебного заседания представители истца исковые требования с учетом принятого уточнения поддержали в полном объеме.

Истец указывает, что договор аренды от 01.05.2017 отвечает признакам сделки с заинтересованностью, поскольку на момент его заключения директор ООО «СКИФ-98» ФИО3 являлась одновременно директором арендатора по сделке - ООО «Федор и К» и его учредителем.

Одобрения сделки общим собранием участников ООО «СКИФ-98» при ее заключении получено не было, доказательства извещения о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованным участникам Общества - ФИО2 и ФИО4 отсутствуют.

Кроме того, как указывает истец, заключение договора аренды от 01.05.2017 говорит о его убыточности для ООО «СКИФ-98».

Так, в период действия договора с 01.05.2017 по 28.11.2017 арендатор оплатил арендную плату в размере 8 877 руб. 60 коп., что в шесть раз меньше, чем понесенных истцом расходы на содержание нежилого здания, определяемых оплатой коммунальных платежей в сумме 53 238 руб. 92 коп.

Указанное подтверждает экономическую нецелесообразность заключения договора на столь невыгодных для ООО «СКИФ-98» условиях и размер причиненных ФИО3 убытков.

ООО «Федор и К» в лице ФИО3 знало о том, что нарушает права ООО «Скиф-98», установила заниженную арендную плату по договору аренды по сравнению с рыночными ценами и ранее действовавшим договором аренды от 02.11.1999 и не оплачивала коммунальные услуги ввиду полного совпадения лиц.

ФИО3, являясь заинтересованным лицом, своими действиями в качестве единоличного исполнительного органа ООО «Скиф-98» способствовала заключению оспариваемой сделки на выгодных для себя условиях в ущерб интересам ООО «СКИФ-98» поскольку договор от 02.11.1999 предусматривал компенсацию коммунальных расходов, в новом договоре от 01.05.2017 такое положение отсутствует.

Данные действия по расторжению договора аренды от 02.11.1999 и заключению нового договора аренды от 01.05.2017 нарушают права и законные интересы ООО «Скиф-98» и причиняют истцу значительные убытки.

Согласно представленному истцом расчету за период с 01.05.2017 по 01.12.2017 в результате действий директора ООО «СКИФ-98» ФИО3 и аффилированного ей лица ООО «Федор и К», Общество понесло убытки в размере 536 436 руб. 53 коп.

Кроме того, истец усматривает основания для признания сделки недействительной по пунктам 1, 2 статьи 174 Гражданского кодекса РФ.

Ответчик1 (ООО «Федор и К») не согласился с требованиями истца, представил письменный отзыв и письменные пояснения по исковым требованиям в которых указал, что договор аренды был заключен в процессе обычной хозяйственной деятельности Общества в 2013 году и в последующие годы ежегодно заключались и пролонгировались договоры аренды на аналогичных условиях, однако истец указанные договоры не оспаривал, не признавал их недействительными. Сделка не относится к крупной сделке и согласно Уставу Общества не требовала одобрения участников Общества, так как была заключена в процессе обычной хозяйственной деятельности. Требования о взыскании убытков являются не состоятельными и не подтверждены документально, истец не представил в материалы дела доказательства того, что Общество в период с 11.07.2017 по 28.11.2017 искало арендатора и у истца были претенденты, желающие взять в аренду помещения. Кроме того, в спорный период производственная деятельность Общества практически не велась и все платежи Общества осуществлялись за счет заемных средств ООО «Федор и К» и ФИО3 лично. Исковые требования о взыскании с ФИО3 как бывшего директора ООО «СКИФ-98», по мнению ответчика1 являются не состоятельными, так как истец не представил доказательства наличия признаков недобросовестности директора. В удовлетворении исковых требований просил отказать.

Ответчица2 (ФИО3) не согласилась с требованиями истца, представила письменный отзыв и письменные пояснения по исковым требованиям, в которых указала, что договор аренды не является сделкой с заинтересованностью, поскольку на момент заключения договора аренды ФИО3 не являлась заинтересованным в совершении сделки лицом, поскольку 11 апреля 2017 года она подала заверенное нотариально заявление о выходе из состава участников Общества и передала Обществу свои 44,375% доли в Уставном капитале. Договор от имени ООО «Федор и К» подписывала ФИО9, действующая на основании доверенности № 004 от 10.01.2017 и ФИО3, являющаяся директором ООО «СКИФ-98». Данные лица в аспекте заинтересованности, не являются заинтересованными лицами, ввиду чего оспариваемый договор не может быть признан недействительным.

Требования о взыскании убытков в связи с недополучением арендной платы, считает недействительными и не доказанными документально, поскольку истцом не представлены доказательства возможности получения прибыли Обществом и не доказана недобросовестность ее поведения, как бывшего директора ООО «СКИФ-98», при заключении оспариваемого договора. Отнесенные расходы на уплату коммунальных платежей в сумме 60 437 руб. 92 коп. за арендуемые ООО «Федор и К» помещения, не могут быть взысканы с нее, так как согласно условиям оспариваемого договора на арендатора ООО «Федор К» оплата коммунальных платежей не возлагалась. С учетом изложенного, считает исковые требования незаконными, в удовлетворении которых просила отказать.

Третье лицо письменный отзыв относительно исковых требований не представило.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству истца была назначена судебная экспертиза по вопросу: «-какова рыночная стоимость права аренды нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 56-01/00-42/1999-168, литер Е, общей площадью 369,90 кв.м. по состоянию на 01.05.2017?». Производство по делу приостанавливалось на срок проведения экспертизы.

После получения результатов экспертизы производство по делу было возобновлено.

В судебном заседании 29.01.2019 суд опросил эксперта ООО «Авантаж» ФИО10, которая дала ответы на вопросы суда и сторон по делу в отношении составленного ею заключения эксперта № 237-18Э от 19.10.2018 (протокол судебного заседания от 29.01.2019 - 04.02.2019 - 05.02.2019).

Представителем ответчика1 «Федор и К» заявлено ходатайство о назначении повторной экспертизы. По мнению представителя ответчика1, заключение эксперта № 237-18Э от 19.10.2018, составленного ООО «Авантаж» вызывает сомнения в его беспристрастности и обоснованности, содержит серьезные противоречия в выводах эксперта. Экспертом не были использованы Методические рекомендации по определению рыночной стоимости прав пользования недвижимым имуществом на условиях договора аренды (пользования) в редакции ФИО11 и ФИО12 от 2013 года, которые используются всеми экспертами при оценке рыночной стоимости права аренды. Для определения рыночной стоимости права аренды нежилого помещения экспертом должны быть учтены следующие факторы (элементы сравнения): дата заключения договора аренды, срок аренды недвижимого имущества, передаваемые права на недвижимое имущество и т.д. В экспертном заключении не нашли своего отражения условия договора аренды от 01.05.2017, отсутствует анализ условий данного договора, к отчету об оценке не приложен текст договора аренды. При использовании сравнительного подхода количество объектов-аналогов не может быть меньше, чем количество факторов (элементов сравнения), описывающих объект оценки, плюс I объект-аналог (п.2.5.1 MP), экспертом представлено всего 3 объекта-аналога. Перед экспертом стоял вопрос определения рыночной стоимости права аренды по состоянию на 01.05.2017, однако эксперт представляет в своем заключении фото, датированные уже после 01.05.2017, что по мнению ответчика1 является недопустимым.

Представители истца возражали относительно назначения повторной экспертизы, представитель ответчика2 не возражала в удовлетворении ходатайства о назначении повторной экспертизы.

Рассмотрев заявленное ходатайство о назначении повторной экспертизы по делу, судом отказано в его удовлетворении ввиду следующего.

Согласно пункту 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Круг и содержание вопросов, по которым должна быть проведена экспертиза, определяются арбитражным судом. Лица, участвующие в деле, вправе представить в арбитражный суд вопросы, которые должны быть разъяснены при проведении экспертизы (пункт 2 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Как указано выше, экспертиза назначается судом только при условии необходимости разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний.

Из материалов дела следует, что в рамках настоящего дела была проведена судебная экспертиза, на разрешение которой, был поставлен вопрос «-какова рыночная стоимость права аренды нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 56-01/00-42/1999-168, литер Е, общей площадью 369,90 кв.м. по состоянию на 01.05.2017?».

Статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса РФ установлено, что при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту. В случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

По смыслу данной нормы закона назначение повторной экспертизы является не обязанностью, а правом арбитражного суда, обусловленным возникновением сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов.

Заключение эксперта признается необоснованным в тех случаях, когда вызывает сомнение примененная методика, недостаточен объем проведенных исследований, выводы эксперта не вытекают из результатов исследований или противоречат им, когда экспертом не установлены необходимые признаки исследуемых объектов, дана неверная оценка промежуточных фактов, не аргументированы выводы.

Заключение эксперта следует признать правильным в том случае, если содержащиеся в нем сведения о фактах верно отражают обстоятельства дела, соответствуют событиям, которые имели место в действительности. Следовательно, «сомнение в правильности заключения эксперта» означает неуверенность суда в его истинности, верности в том, что содержащиеся в нем сведения о фактах адекватно отражают обстоятельства дела.

Такие сомнения могут появиться у суда в результате сопоставления сведений о фактах, содержащихся в заключении эксперта, со сведениями о фактах, полученными из других доказательств, и установления их противоречия. В такой ситуации у суда имеется равная возможность поставить под сомнение, как заключение эксперта, так и другие доказательства, с которыми оно не согласуется.

Однако суд может прийти к выводу о том, что заключение эксперта содержит неверные выводы в результате анализа самого заключения, а именно, методики проведения исследования или порядка составления самого заключения как документа, который должен отвечать определенным, предъявляемым к нему законодательством требованиям, не сопоставляя его с другими доказательствами по делу.

Судом установлено, что выводы экспертного заключения № 237-18Э от 19.10.2018 понятны, мотивированы, не имеют вероятностного характера, нормативно обоснованны. Сведения, содержащиеся в экспертном заключении, истцом документально не опровергнуты (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Приведенные ответчиком1 обстоятельства, изложенные в ходатайстве о назначении повторной экспертизы не могут быть приняты судом.

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.

Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Данные требования при подготовке заключения экспертом ООО «Авантаж» ФИО10 соблюдены. В материалах дела не имеется доказательств, свидетельствующих о том, что заключение содержит недостоверные выводы, а также доказательств того, что выбранные экспертом способы и методы оценки привели к неправильным выводам.

Выводы судебной экспертизы основаны на предоставлении всей необходимой документации, фотоматериалов, использовании нескольких методов исследования, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения.

Принимая во внимание, что эксперт предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, наличие документов, подтверждающих у эксперта необходимого образования и достаточной квалификации для проведения такого рода экспертизы, учитывая отсутствие в экспертном заключении противоречивых выводов, а также полноту ответов на поставленные перед экспертом вопросы, суд приходит к выводу о принятии указанного заключения в качестве достоверного и достаточного доказательства по делу.

Возражения ответчик1 по существу означают несогласие стороны спора со сделанными экспертом выводами, что само по себе не является основанием для признания полученного доказательства недопустимым.

Вопреки доводам ответчика1 экспертное заключение эксперта ООО «Авантаж» ФИО10 является ясным, полным и не вызывает сомнений в обоснованности. После заслушивания в судебном заседании эксперта ФИО10 у суда не возникли вопросы в отношении ранее исследованных обстоятельств.

Заключение эксперта ООО «Авантаж» ФИО10 соответствует требованиям законодательства, в нем даны однозначные и непротиворечивые ответы на поставленные вопросы, ввиду чего у суда не имеется основания для проведения повторной экспертизы, которая может быть назначена в соответствии со статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса РФ при возникновении сомнений в обоснованности заключения или наличия противоречий в выводах эксперта; несогласие стороны с выводами эксперта само себе не является основанием для назначения по делу дополнительной и повторной экспертизы.

Таким образом, оснований для назначения повторной экспертизы не имеется и в удовлетворении ходатайства представителя ответчика1 судом отказано (определение протокольное).

При рассмотрении материалов дела судом установлены следующие обстоятельства.

01.05.2017 между ООО «СКИФ-98» (арендодатель) и ООО «Федор и К» (арендатор) был заключен договор аренды, в соответствии с которым арендодатель обязался предоставить арендатору во временное владение и пользование нежилое здание, расположенное по адресу: <...>, общей площадью 369,90 кв.м., сроком на 5 лет с 01 мая 2017 года по 01 мая 2022 года.

Согласно пункту 3.1 договора ежемесячный размер арендной платы установлен 1 руб. за 1 кв.м. арендуемой площади.

Истец, ссылаясь на то, что договор от 01.05.2017 отвечает признакам сделки с заинтересованностью, заключенной в отсутствие ее одобрения остальными участниками Общества, а также является убыточной сделкой для истца по изложенным выше основаниям, обрати лся в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Соглашением № 1 от 27.11.2017 указанный договор был расторгнут, однако требование о признании данного договора недействительным подлежат рассмотрению, так как признание договора недействительным необходимо для установления неправомерности действий сторон при его заключении и взыскании причиненных истцу убытков.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства с позиции относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований в силу следующего.

Пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса РФ установлено, что сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В пункте 93 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» Пленум Верховного Суда РФ указал, что пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Наличие решения общего собрания участников (акционеров) хозяйственного общества об одобрении сделки в порядке, установленном для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не препятствует признанию соответствующей сделки общества, совершенной в ущерб его интересам, недействительной, если будут доказаны обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 174 ГК РФ.

Как установлено п. 1 ст. 45 Федерального закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в редакции, действовавшей на дату заключения оспариваемого договора - 01.05.2017 (далее по тексту - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Для целей настоящей статьи контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации. Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.

В п.п. 1, 21, 22 постановления от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее по тексту - Постановление № 27) пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что при рассмотрении требования о признании сделки недействительной, как совершенной с нарушением предусмотренного Федеральным законом от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» и Законом об обществах с ограниченной ответственностью порядка совершения крупных сделок, подлежит применению статья 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а с нарушением порядка совершения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность (далее - сделки с заинтересованностью), - пункт 2 статьи 174 ГК РФ (пункт 6 статьи 79, пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах, пункт 6 статьи 45, пункт 4 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) с учетом особенностей, установленных указанными законами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах и пунктом 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью лица, указанные в данных положениях закона, признаются заинтересованными в совершении обществом сделки, в том числе если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им организации являются выгодоприобретателем в сделке либо контролирующими лицами юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, либо занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Применяя указанные нормы, необходимо исходить из того, что выгодоприобретателем в сделке признается не являющееся стороной в сделке лицо, которое в результате ее совершения может быть освобождено от обязанностей перед обществом или третьим лицом, либо получает права по данной сделке (в частности, выгодоприобретатель по договорам страхования, доверительного управления имуществом, бенефициар по банковской гарантии, третье лицо, в пользу которого заключен договор в соответствии со статьей 430 ГК РФ), либо иным образом извлекает имущественную выгоду, например получив статус участника опционной программы общества, либо является должником по обязательству, в обеспечение исполнения которого общество предоставляет поручительство либо имущество в залог (за исключением случаев, когда будет установлено, что договор поручительства или договор залога совершен обществом не в интересах должника или без его согласия).

Невозможность квалификации сделки в качестве сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, не препятствует признанию судом такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, а также по другим основаниям.

Для признания сделки подпадающей под признаки сделок с заинтересованностью, указанные в пункте 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах и пункте 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, необходимо, чтобы заинтересованность соответствующего лица имела место на момент совершения сделки.

Согласно п.п. 3, 4 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) - также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение.

На сделку, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть до ее совершения получено согласие совета директоров (наблюдательного совета) общества или общего собрания участников общества в соответствии с настоящей статьей по требованию единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества в случае, если их создание предусмотрено уставом общества, или участников (участника), доли которых в совокупности составляют не менее чем один процент уставного капитала общества.

Решение о согласии на совершение сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается советом директоров (наблюдательным советом) общества большинством голосов директоров (если необходимость большего числа голосов не предусмотрена уставом общества), не заинтересованных в ее совершении, или общим собранием участников общества большинством голосов (если необходимость большего числа голосов не предусмотрена уставом общества) от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в совершении такой сделки.

В силу п. 6 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в случае, если сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, совершена в отсутствие согласия на ее совершение, член совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участники (участник), обладающие не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, вправе обратиться к обществу с требованием предоставить информацию, касающуюся сделки, в том числе документы или иные сведения, подтверждающие, что сделка не нарушает интересов общества (совершена на условиях, существенно не отличающихся от рыночных, и другую). Указанная информация должна быть предоставлена обратившемуся с требованием лицу в срок, не превышающий 20 дней с даты получения соответствующего требования.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Ущерб интересам общества в результате совершения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, предполагается, если не доказано иное, при наличии совокупности следующих условий:

-отсутствует согласие на совершение или последующее одобрение сделки;

-лицу, обратившемуся с иском о признании сделки недействительной, не была по его требованию предоставлена информация в отношении оспариваемой сделки в соответствии с абзацем первым настоящего пункта.

В п. 27 Постановления № 27 Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что по смыслу пункта 1.1 статьи 84 Закона об акционерных обществах и абзацев четвертого - шестого пункта 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью содержащаяся в них презумпция ущерба от совершения сделки подлежит применению только при условии, что другая сторона оспариваемой сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.

Бремя доказывания того, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности в сделке и об отсутствии согласия (одобрения) на ее совершение, возлагается на истца.

Применительно к сделкам с заинтересованностью судам надлежит исходить из того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает сама эта сторона сделки или ее представитель, изъявляющий волю в данной сделке, либо их супруги или родственники, названные в абзаце втором пункта 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и абзаце втором пункта 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах.

В соответствии с п. 7 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью положения настоящей статьи не применяются:

-к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, при условии, что обществом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности, в том числе к сделкам, совершаемым кредитными организациями в соответствии со статьей 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности»;

-к обществам, состоящим из одного участника, который одновременно является единственным лицом, обладающим полномочиями единоличного исполнительного органа общества;

-к сделкам, в совершении которых имеется заинтересованность всех участников общества, при отсутствии заинтересованности в совершении сделки иных лиц, за исключением случая, если уставом общества предусмотрено право участника потребовать получения согласия на совершение такой сделки до ее совершения;

-к отношениям, возникающим при переходе к обществу доли или части доли в его уставном капитале в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

-к сделкам по размещению обществом путем открытой подписки облигаций или приобретению обществом размещенных им облигаций;

-к отношениям, возникающим при переходе прав на имущество в процессе реорганизации общества, в том числе по договорам о слиянии и договорам о присоединении;

-к сделкам, совершение которых обязательно для общества в соответствии с федеральными законами и (или) иными правовыми актами Российской Федерации и расчеты по которым производятся по ценам, определенным в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, или по ценам и тарифам, установленным уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, а также к публичным договорам, заключаемым обществом на условиях, не отличающихся от условий иных заключаемых обществом публичных договоров;

-к сделкам, заключенным на тех же условиях, что и предварительный договор, если такой договор содержит все сведения, предусмотренные пунктом 5 настоящей статьи, и было получено согласие на его заключение в порядке, предусмотренном настоящей статьей, органа управления общества, в компетенцию которого входит предоставление такого согласия на заключение основного договора;

-к сделкам, заключенным на открытых торгах или по результатам открытых торгов, если условия проведения таких торгов или участия в них предварительно утверждены советом директоров (наблюдательного совета) общества или общим собранием участников общества;

-к сделкам, предметом которых является имущество, цена или балансовая стоимость которого составляет не более 0,1 процента балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату, при условии, что размер таких сделок не превышает предельных значений, установленных Центральным банком Российской Федерации. Информация о совершении таких сделок раскрывается в порядке, предусмотренном пунктом 3 настоящей статьи.

Как установлено в п. 8 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью для целей настоящего Федерального закона под сделками, не выходящими за пределы обычной хозяйственной деятельности, понимаются любые сделки, которые приняты в деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, осуществляющих аналогичные виды деятельности, независимо от того, совершались ли такие сделки таким обществом ранее, если такие сделки не приводят к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов.

Как указано в п. 8 Постановления № 27, отказ в иске о признании недействительной крупной сделки, сделки с заинтересованностью или то обстоятельство, что сделка не оспаривалась, сами по себе не препятствуют удовлетворению требования о возмещении убытков, причиненных обществу лицами, названными в статье 53.1 ГК РФ, пункте 5 статьи 71 Закона об акционерных обществах и пункте 5 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, а также не препятствуют удовлетворению иска об исключении из общества участника (акционера) (пункт 1 статьи 67 ГК РФ, статья 10 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), заключившего данную сделку в ущерб интересам общества (в том числе в качестве единоличного исполнительного органа) либо давшего указание ее заключить или голосовавшего за ее одобрение на общем собрании участников (акционеров).

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований (часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса РФ).

Истцом по основаниям, предусмотренным ст. 174 Гражданского кодекса РФ, ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, оспаривается договор аренды от 01.05.2017, заключенный между ООО «СКИФ-98» и ООО «Федор и К».

Материалами дела подтверждено и сторонами не оспаривается, что на дату заключения указанного договора директором ООО «Скиф-98» являлась ФИО3 Кроме того, материалами дела также подтверждено, что ФИО3 на дату заключения оспариваемого договора являлась также директором и единственным участником ООО «Федор и К».

Таким образом, материалами дела подтверждено, что на дату заключения оспариваемой сделки ФИО3 являлась единоличным исполнительным органом арендодателя - ООО «Скиф-98» и одновременно являлась контролирующим лицом (единственным участником) и должностным лицом в органах управления (директором) второй стороны договора - арендатора ООО «Федор и К», то есть по смыслу п. 1 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью ФИО3 являлась лицом, заинтересованным в заключении рассматриваемой сделки, ввиду чего суд признает установленным наличие у оспариваемой сделки формальных признаков сделки с заинтересованностью, предусмотренных п. 1 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Доводы ответчика2 о том, что на дату заключения оспариваемого договора она не являлась заинтересованным в совершении сделки лицом, поскольку 11 апреля 2017 года она подала заверенное нотариально заявление о выходе из состава участников Общества и передала Обществу свои 44,375% доли в Уставном капитале, суд отклоняет, как ошибочный, поскольку в данном случае на дату заключения договора она являлась единоличным исполнительным органом ООО «Скиф-98», а также директором и единственным участником второй стороны сделки - ООО «Федор и К», что является основанием для определения ее заинтересованности в совершении сделки в порядке п. 1 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Также судом отклоняется, как не имеющий правового значения для квалификации оспариваемого договора в качестве сделки с заинтересованностью, довод ответчика2 о том, что со стороны ООО «Федор и К» договор подписывался не ею, а иным лицом по доверенности, поскольку в данном случае, исходя из п. 1 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, условием, достаточными для признания сделки с заинтересованностью, является то, что ФИО13 являлась контролирующим лицом (единственным участником) и должностным лицом в органах управления (директором) ООО «Федор и К».

Оценивая доводы ответчиков о том, что оспариваемый договор относится к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, ввиду чего в силу п. 7 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью положения указанного закона о сделках с заинтересованностью к этому договору не применяются, суд исходит из следующего.

Как указано выше, в силу п. 7 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью положения настоящей статьи не применяются к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, при условии, что обществом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности, в том числе к сделкам, совершаемым кредитными организациями в соответствии со статьей 5 Федерального закона «О банках и банковской деятельности».

Таким образом, в силу прямого указания данной нормы права под действие ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью не подпадают сделки, совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, но при условии, что обществом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности.

То есть, совершение сделки в процессе обычной хозяйственной деятельности общества (п. 8 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) не является достаточным условием для применения п. 7 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, поскольку требуется установить, что обществом: во-первых - неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки; во-вторых в совершении этих аналогичных сделок не имеется заинтересованности.

В данном случае, в материалы дела представлены копии ранее заключенных между ООО «Скиф-98» и ООО «Федор и К» договоров аренды из которых следует, что в 2013 году и в последующие годы между сторонами действительно ежегодно заключались и пролонгировались договоры аренды на аналогичных условиях (том 1 л.д. 84-91).

Однако, указанные договоры, как и договор, оспариваемый в рамках настоящего дела, заключались со стороны арендодателя (ООО «Скиф-98») директором ФИО3 и при этом ФИО3 в период действия этих договоров также являлась директором и участником второй стороны - арендатора ООО «Федор и К».

Приведенные обстоятельства позволяют квалифицировать ранее заключенные договоры, представленные ответчиками в обоснование рассматриваемого довода, в качестве сделок с заинтересованностью.

При этом, суд также отмечает, что ранее действовавшие договоры аренды подпадают под признаки сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, в том числе в редакциях ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, действовавших в периоды их заключения.

Иных документальных доказательств в обоснование данного довода материалы дела не содержат.

При этом не имеет правового значения то обстоятельство, что истец не оспаривал в судебном порядке на предмет недействительности ранее заключенные между сторонами договоры аренды, поскольку необходимым условием для применения п. 7 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в данном случае является не сама по себе неоспоренность (или действительность) аналогичной сделки, а отсутствие в ней признаков заинтересованности.

Учитывая изложенное, доводы ответчиков в указанной части подлежат отклонению.

Более того, как указано выше невозможность квалификации сделки в качестве сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, не препятствует признанию судом такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, а также по другим основаниям (п. 21 Постановления № 27).

В данном случае истцом приводятся основания для признания сделки недействительной, предусмотренные ст. 174 Гражданского кодекса РФ.

Рассматривая доводы истца в указанной части, суд приходит к следующим выводам.

В результате проведенной в рамках настоящего дела судебной экспертизы, экспертом ООО «Авантаж» ФИО10 установлена рыночная стоимость права пользования в год без учета коммунальных платежей нежилым помещением, расположенным по адресу: <...>, литер Е, общей площадью 369,9 кв.м. по состоянию на 01.05.2017 в размере 851 220 рублей.

Таким образом, ежемесячный размер арендной платы за указанное помещение (без учета коммунальных платежей) составляет 851 220 рублей / 12 мес. = 70 935 руб.

В данном случае оспариваемый договор заключен по цене 1 руб. за 1 кв.м. в месяц, что соответствует 369 руб. 90 коп./мес. за все помещение (369,9 кв.м. х 1 руб./мес.), что более чем в 190 раз меньше рыночной стоимости права пользования, установленной экспертом.

При этом, исходя из расчета исковых требований в части взыскания убытков с ответчика2, в состав которых включены расходы на содержание спорного помещения (коммунальные услуги, охрана, связь и пр.), содержание этого помещения обходилось истцу значительно дороже, чем получаемые согласно договору от 01.05.2017 арендные платежи, что свидетельствует о явном характере ущерба интересам истца, причиненного оспариваемой сделкой.

О наличии явного ущерба для ООО «СКИФ-98» в связи с заключением оспариваемого договора аренды от 01.05.2017, в том числе несоразмерности размера арендной платы рыночному уровню цен арендатор ООО «Федор и К» знал, так как ранее между теми же лицами был заключен договор аренды от 02.11.1999 с уровнем арендной платы в 20 000 руб. в месяц и платой за коммунальные услуги.

Принимая во внимание совпадение в одном лице (ФИО3) исполнительных органов обеих сторон оспариваемой сделки, о наличии такого ущерба при заключении сделки второй стороне (арендатору) было известно.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что оспариваемой сделкой, заключенной ФИО3, истцу причинен явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала и должна была знать.

Кроме того, принимая во внимание разъяснение, содержащееся в п. 27 Постановления № 27 и учитывая то, что в силу приведенных выше обстоятельств вторая сторона оспариваемой сделки (ООО «Федор и К») знала и заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и об отсутствии согласия на ее совершение, в силу п. 6 ст. 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, ущерб от совершения такой сделки презюмируется и ответчиком не опровергнут.

В силу п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса РФ, с учетом разъяснений, изложенных в п. 93 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», приведенные обстоятельства являются основанием для признания оспариваемого договора недействительным.

Таким образом, исковые требования в части признания недействительным договора аренды от 01.05.2017, заключенного между ООО «СКИФ-98» и ООО «Федор и К», являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

В части требования истца к ответчику2 о взыскании убытков в размере 536 436 руб. 53 коп. суд приходит к следующим выводам.

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании.

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

В соответствии с пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее по тексту - Постановление № 62) в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ).

В силу пункта 8 Постановления № 62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов зашиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

В соответствии с пунктом 2 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

В данном случае, ФИО3, являлась директором ООО «СКИФ-98» и одновременно директором и единственным участником ООО «Федор и К», что свидетельствует о заинтересованности в получении выгоды от оспариваемой сделки. При этом умысел очевиден, так как обоих участников сделки возглавляет одно и то же лицо.

Факт заведомо невыгодных условиях оспариваемого договора аренды подтверждается крайне низкой ставкой арендной платы.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса РФ).

Согласно статьи 11.6 Устава ООО «СКИФ-98» единоличный исполнительный орган общества (директор) несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела (статья 11.7 Устава).

Согласно исковым требованиям и расчету истца ответчик2 в период действия договора аренды с 01.05.2017 по 28.11.2017 причинила обществу убытки в размере 536 436 руб. 53 коп., из которых 483 197 руб. 61 коп. - недополученная арендная плата, 53 238 руб. 92 коп. - коммунальные платежи.

В качестве обоснования размера причиненного ущерба, связанного с недополучением арендной платы истец ссылается на заключение эксперта № 237-18Э от 19.10.2018, подготовленного ООО «Авантаж» на основании определения суда от 18.09.2018.

Согласно заключению эксперта рыночная стоимость права пользования сданного в аренду нежилого помещения составляет 851 220 руб. в год без учета коммунальных платежей.

Расчет истца в части определения суммы недополученной арендной платы в размере 483 197 руб. 61 коп. (с учетом фактически произведенных арендатором суммы оплаты по договору) судом проверен и признан арифметически верным.

В качестве обоснования размера понесенных расходов, связанных с коммунальными платежами, истец представил: договор на оказание услуг связи № 1244-20 от 17.09.2014, заключенный с ООО «Газпром добыча Оренбург»; договор оказания услуг по передачи электроэнергии № 543 от 18.12.2014, заключенный с ООО «Сервиснефтегаз»; договор энергоснабжения № 185586 от 01.03.2014, заключенный с ОАО «Оренбургэнергосбыт»; договор холодного водоснабжения № 55-10/24/14 от 23.01.2014, заключенный с ООО «Газпром Энерго»; договор охраны № 1640, заключенный с УФК по Оренбургской области (ОВО по г. Оренбургу - ФФГКУ УВО УМВД России по Оренбургской области).

Услуги, оказанные истцу по данным договорам, являлись возмездными, о чем свидетельствуют представленные платежные документы.

Согласно расчету истца стоимость оказанных услуг составляет 53 238 руб. 92 коп.

Понесенные истцом расходы являются необходимыми и направленными на обеспечение нормальной эксплуатации помещения.

При этом, суд принимает во внимание то, что в силу п. 2 ст. 616 Гражданского кодекса РФ обязанность по поддержанию имущества в исправном состоянии, произведении текущего ремонта и несение расходов на содержание имущества является бременем арендатора, если иное не установлено законом или договором аренды.

Поскольку в данном случае указанные расходы производились не арендатором, а арендодателем, то эти расходы правомерно включены истцом в размер взыскиваемых убытков.

Факт несения истцом расходов на содержание помещения истцом документально подтвержден. Ответчиком данный факт не опровергнут.

Исследовав материалы дела и представленные доказательства, суд приходит к выводу о доказанности причиненного ООО «СКИФ-98» убытков в размере 536 436 руб. 53 коп. Причиненные убытки находятся в причинной связи с виновными действиями ФИО13, которая заключила 01.05.2017 договор аренды нежилого помещения с личной заинтересованностью, в ущерб интересам истца, в связи с чем, в силу вышеуказанных требований закона обязана возместить причиненные убытки.

Возражения ответчика2 в данной части судом не принимаются, как ошибочные, документально не подтвержденные и противоречащие собранным по делу доказательствам.

С учетом изложенного исковые требования о взыскании с ФИО13 убытков в размере 536 436 руб. 53 коп. подлежат удовлетворению в полном объеме.

Поскольку исковые требования судом удовлетворены, судебные расходы истца по уплате государственной пошлины в порядке ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ относятся на ответчиков в соответствии с требованиями, удовлетворенными к каждому из ответчиков.

Излишне уплаченная истцом государственная пошлина подлежит возврату ему из Федерального бюджета.

Кроме того, судебные расходы истца в сумме 5 000 руб. 00 коп. на проведение судебной экспертизы также подлежат отнесению на ответчиков в равных долях, поскольку необходимость проведения экспертизы была обусловлена доказыванием как оснований для требования к ответчику1, так и для доказывания размера убытков, подлежащих взысканию с ответчика2.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «СКИФ-98» удовлетворить.

Признать недействительным договор аренды от 01.05.2017, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «СКИФ-98» и обществом с ограниченной ответственностью «Федор и К».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Федор и К» в пользу общества с ограниченной ответственностью «СКИФ-98» судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6 000 руб. 00 коп., а также на проведение судебной экспертизы в сумме 2 500 руб. 00 коп.

Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью «СКИФ-98» убытки в сумме 536 436 руб. 53 коп., а также судебные расходы: по уплате государственной пошлины в сумме 13 729 руб. 00 коп., на проведение судебной экспертизы в сумме 2 500 руб. 00 коп.

Возвратить истцу из Федерального бюджета государственную пошлину в сумме 2 040 руб. 00 коп., излишне уплаченную по чеку-ордеру от 09.11.2017.

Исполнительные листы выдать истцу в порядке ст.ст. 318-320 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд (г. Челябинск) в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Оренбургской области.

Судья В.В. Юдин