Постановление от 23 сентября 2024 г. по делу № А60-32651/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5197/24

Екатеринбург

24 сентября 2024 г.


Дело № А60-32651/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 10 сентября 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 сентября 2024 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кочетовой О. Г.,

судей Шершон Н. В., Павловой Е. А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Свердловской области от 26.02.2024 по делу № А60-32651/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 21.01.2024 № 66АА 8279827, паспорт) и ФИО3 (доверенность от 29.09.2021 № 66АА 6888775, паспорт, диплом).


Акционерное общество «Благсантехмонтаж» (далее – общество «Благсантехмонтаж», истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО1 (далее вместе – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «СК «Инженерные решения» (далее – общество «СК «Инженерные решения») и взыскании с них солидарно денежных средств в сумме 2 982 147 руб. 31 коп. (с учетом дополнений к иску).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 26.02.2024 исковые требования удовлетворены частично. С ФИО4 и ФИО1 в пользу общества «Благсантехмонтаж» взысканы убытки в сумме 2 982 147 руб. 31 коп. В удовлетворении требований к ФИО5 отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2024 решение суда первой инстанции оставлено без изменений.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, а также – на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

По мнению заявителя кассационной жалобы, на момент исключения общества «СК «Инженерные решения» из ЕГРЮЛ он фактически не являлся участником данного общества, поскольку исключен из состава его учредителей 22.12.2018, т. е. – за 1 год и 2 месяца до даты появления записи о предстоящем исключении общества из ЕГРЮЛ и за 1 год и 5 месяцев до даты принудительного исключения общества из ЕГРЮЛ. Исходя из этого, кассатор полагает, что суды пришли к неправильному выводу о том, что ФИО1 своими действиями (бездействием) способствовал принудительному исключению общества «СК «Инженерные решения» из ЕГРЮЛ, поскольку тот в указанный период на деятельность общества не влиял, а также не относится к категории лиц, имеющих право заявить возражения о предстоящем исключении общества из ЕГРЮЛ. В поддержку своей позиции, кассатор также ссылается на единоличное осуществление ФИО4 функции единственного учредителя упомянутого общества на момент внесения записи о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ.

Заявитель кассационной жалобы считает ошибочными выводы судов о неправомерности выплаты 26.06.2018 дивидендов за 2017 год в размере 1 494 250 руб., ссылаясь на отсутствие на момент принятия решения о выплате дивидендов оснований, предусмотренных статьей 29 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), в обоснование чего приводит сведения из бухгалтерской отчетности по состоянию на 31.12.2018 год, согласно которым, решение о выплате дивидендов не привело к неплатежеспособности Общества, а также к уменьшению стоимости чистых активов общества до суммы – менее уставного капитала Общества.

Ссылаясь на отсутствие у себя статуса участника общества «СК «Инженерные решения» с 22.12.2018, а также на свои пояснения, данные суду первой инстанции, кассатор заявляет о том, что непредоставление им подтверждающих документов, в том числе авансовых отчетов по полученным денежным средствам в период его участия в деятельности общества «СК «Инженерные решения», не свидетельствует о его недобросовестном поведении, повлекшем невозможность исполнить требования перед обществом «Благсантехмонтаж», поскольку данные документы, как полагает кассатор, предоставить суду он не мог, а отчетные документы за период с 01.01.2019 по 20.06.2020 год, раскрывающие дальнейшие распределение активов общества «СК «Инженерные решения» по состоянию на 2018 в размере 37 000 000 рублей 00 копеек – находятся в ведении у ФИО4 и ФИО5, не обеспечивших явку в судебное заседание и не давших пояснений относительно невыплаты задолженности в пользу общества «Благсантехмонтаж» при наличии финансовой возможности.

Заявитель кассационной жалобы считает, что суды, принимая решение о взыскании с него убытков в сумме 2 982 147 руб. 31 коп., не учли того, что он, будучи соучредителем общества «СК «Инженерные решения» с долей участия 50%, не мог принимать единолично управленческие решения, определяющие хозяйственную деятельность общества, тогда, как он узнал о споре с истцом только после получения решения Арбитражного суда Амурской области от 12.04.2018, а ФИО4, осуществляя функции единолично исполнительного органа общества, не предпринял действий, направленных на погашение задолженности перед кредитором – обществом «Благсантехмонтаж», а взяв на себя обязанность по разрешению указанных разногласий, заверил ФИО1 о том, что указанная задолженность не имеет ничего общего с действительностью. Ссылаясь на данные обстоятельства, кассатор полагает, что он не мог повлиять на своевременное погашение задолженности перед обществом «Благсантехмонтаж» в период с 27.06.2018 по 31.12.2018.

Будучи несогласным с  присужденными к нему убытками в полном объеме, кассатор полает, что его действия, которые могли повлечь убытки перед обществом «Благсантехмонтаж», выражаются в получении дивидендов в сумме 747 125 рублей, каковой и должен быть ограничен размер его ответственности.

В отзыве на кассационную жалобу общество «Благсантехмонтаж» просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество СК «Инженерные решения» зарегистрировано в качестве юридического лица в ЕГРЮЛ 20.11.2015 Инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга.

С момента создания общества и на момент его исключения из ЕГРЮЛ его генеральным директором (руководителем) являлся ФИО4.

С момента создания общества СК «Инженерные решения» его учредителями являлись ФИО1 и ФИО4 с долей участия в уставном капитале по 50% у каждого. ФИО1 являлся участником общества по 20.12.2018; ФИО4 по 29.07.2019. С 08.05.2019 по дату исключения общества из ЕГРЮЛ его участником был ФИО5 с долей в уставном капитале 1,96%, с 30.07.2019 обществу принадлежит 98,04% доли в его уставном капитале.

Общество «Благсантехмонтаж» обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО1, ФИО5 (далее – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «СК «Инженерные решения» и взыскании с них солидарно денежных средств в сумме 2 982 147 руб. 31 коп., в обоснование чего сослалось на то, что решением Арбитражного суда Амурской области от 12.04.2018 по делу № А04-1052/2018 с общества СК «Инженерные решения» в пользу общества «Благсантехмонтаж» взыскана задолженность в общем размере 2 944 425 руб. 31 коп., в том числе: 72 214 руб. 61 коп. по договору оказания услуг от 21.03.2017, 100 846 руб. 62 коп. по договору оказания услуг от 10.05.2017, 45 727 руб. 36 коп. по договору оказания услуг от 06.07.2017, 233 519 руб. 65 коп. по договору подряда № 4 на выполнение отдельных видов и комплексов работ от 20.02.2017, 932 000 руб. 67 коп. по договору подряда № 5 на выполнение отдельных видов и комплексов работ от 20.02.2017, 1 238 491 руб. 06 коп. по договору подряда № 6 на выполнение отдельных видов и комплексов работ от 09.03.2017, 321 625 руб. 34 коп. по договору подряда № 7 на выполнение отдельных видов и комплексов работ от 20.03.2017; а также судебные расходы по уплате госпошлины в сумме 37 722 руб.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2018 Арбитражного суда Амурской области от 12.04.2018 оставлено без изменения, апелляционная жалоба общества СК «Инженерные решения» – без удовлетворения. Решение вступило в законную силу, взыскателю выдан исполнительный лист, на основании которого было возбуждено исполнительное производство, которое окончено в связи с исключением общества из ЕГРЮЛ.

По мнению истца, обратившегося  в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, действия ФИО6, ФИО1, ФИО5, как контролирующих общество лиц, свидетельствуют о недобросовестном и неразумном их поведении, халатном отношении к своим обязанностям. Недобросовестным является уклонение от добровольного исполнения обязательств по договорам подряда и оказания услуг № 4 от 20.02.2017, № 5 от 20.02.2017, № 6 от 09.03.2017, № 7 от 20.03.2017, необращение в арбитражный суд с заявлением о признании общества СК «Инженерные решения» банкротом, при наличии осведомленности о неисполненных перед истцом обязательствах и отсутствии хозяйственной деятельности. Вместо этого участниками общества было принято решение о выплате ФИО1 и ФИО4 дивидендов по 435 000 руб. каждому (протокол №4 от 24.07.2018), а после указанные лица вышли из состава учредителей общества. ФИО5 также не предпринял мер по погашению задолженности, не осуществил мероприятия по прекращению деятельности общества через процедуру ликвидации в административном порядке, с погашением задолженности либо через процедуру банкротства. Именно указанные действия ответчиков привели к неисполнению обязательств, установленных вступившим в законную силу судебным актом, исключению общества из ЕГРЮЛ, что повлекло невозможность погашения задолженности. Не проявление должной меры заботливости и осмотрительности со стороны контролирующих должника лиц (ответчиков) означает наличие вины в причинении убытков кредиторам юридического лица.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции установил, что ответчиками ФИО1 и ФИО4 не предоставлены надлежащие доказательства, опровергающие презумпцию о том, что именно их действия/бездействие привело к невозможности исполнения обязательства перед истцом, что они действовали добросовестно и приняли все меры для исполнения основным должником обязательства перед истцом. С учетом осведомленности ответчиков о наличии у общества обязательств перед истцом, наличия активов, погашение задолженности не осуществлялось, денежные средства были направлены на выплату ответчикам дивидендов, что свидетельствует о заведомом отсутствии у ответчиков намерения исполнять обязательства контролируемого ими юридического лица. Совокупность указанных фактов привела суд к выводу о виновных действиях ответчиков ФИО1 и ФИО4, вследствие которых общество СК «Инженерные решения» было исключено из ЕГРЮЛ в административном порядке, что при подобных обстоятельствах является основанием для привлечения их к ответственности в виде убытков, о взыскании с них денежные средства в заявленном истцом размере. Оснований для привлечения ответчика ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества СК «Инженерные решения» судом не установлено в связи недоказанностью истцом неразумности и недобросовестности его действий.

Арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции. При этом суды исходили из следующего.

В пункте 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон о государственной регистрации) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. При наличии одновременно всех указанных признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.

Указанный выше порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем 6 месяцев с момента внесения такой записи; и к таким случаям также применяются положения пунктов 2 и 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункты 5, 6 статьи 21.1 Закона о государственной регистрации).

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона об обществах установлено, что исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 – 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Данное законоположение направлено, в том числе, на защиту имущественных прав и интересов кредиторов общества и учитывает разумность и добросовестность действий лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, при рассмотрении вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности.

Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры; она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда иск кредитора к организации уже удовлетворен судом и включены в исполнительное производство.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности с целью защиты нарушенных прав кредиторов общества и восстановления их имущественного положения. Долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2)).

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах, рассматриваемого в системной взаимосвязи с пунктом 3 статьи 53, статьями 53.1, 401 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность (неразумность) действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда иск кредитора к обществу уже удовлетворен судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота.

Само по себе то, что кредиторы общества не воспользовались возможностью для пресечения исключения общества из ЕГРЮЛ, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков по пункту 3.1 статьи 3 Закона об обществах, а при обращении в суд с таким иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее общество, объективно затруднено, кредитор, как правило, лишен доступа к документам по хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности общества и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13.03.2018 № 580-О, № 581-О и № 582-О, от 29.09.2020 № 2128-О и др.).

Само по себе то обстоятельство, что кредиторы общества не воспользовались возможностью для пресечения исключения общества из ЕГРЮЛ, не означает, что они утрачивают право на возмещение убытков на основании пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

По смыслу названного положения статьи 3 Закона № 14-ФЗ, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из ЕГРЮЛ, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

Сделанный в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П вывод, связанный с предметом рассмотрения по данному делу, сам по себе не может рассматриваться как исключающий применение такого же подхода к распределению бремени доказывания в случаях, когда кредитором выступает иной субъект, нежели физическое лицо, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности. Во всяком случае, федеральный законодатель не лишен возможности внести в нормативное регулирование субсидиарной ответственности лиц, контролировавших юридическое лицо, исключенное из единого государственного реестра юридических лиц (в административном порядке), изменения с учетом правовых позиций, выраженных в данном Постановлении.

В рамках рассматриваемого дела установлено, что ответчики ФИО1 и ФИО4 не доказали факт принятия ими всех необходимых мер по прекращению действия юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства (если отсутствовала необходимость продолжения деятельности юридического лица) или по предотвращению его исключения из ЕГРЮЛ в административном порядке (если имелась необходимость продолжения деятельности юридического лица), напротив, они поспособствовали его исключению.

Из материалов дела Арбитражного суда Амурской области № А04-1052/2018 следует, что решением суда от 12.04.2018 с общества СК «Инженерные решения» в пользу общества «Благсантехмонтаж» взыскана задолженность в общем размере 2 944 425 руб. 31 коп. по договорам подряда и оказания услуг, образовавшаяся в июле 2017 г.

С учетом факта подачи обществом СК «Инженерные решения» в лице его директора ФИО4 апелляционной жалобы, в удовлетворении которой постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2018 отказано, судами сделан вывод об осведомленности ФИО4 о неисполненных обязательствах общества перед истцом.

Принимая во внимание то, что неисполнение обязанности по оплате контрагентом – обществом с ограниченной ответственностью «Бикор БМП» (далее – общество «Бикор БМП») не освобождает от исполнения обязанности по оплате, образовавшейся перед истцом, и, учитывая осведомленность ответчика о наличии спора в Арбитражном суде Амурской области и результатах его рассмотрения, суды отклонили доводы ответчика ФИО1 об образовании задолженности перед истцом в результате несогласия в части расчета суммы задолженности, а также в связи с отсутствием оплаты со стороны генерального подрядчика – общества «Бикор БМП».

Учитывая данные Картотеки арбитражных дел, согласно которым,  решением Арбитражного суда г. Москвы от 24.08.2018 по делу № А40-33870/2018 удовлетворен иск общества СК «Инженерные решения» к обществу «Бикор БМП» о взыскании задолженности по договору субподряда № 29/БИК/ИР от 15.06.2016 в сумме 1 168 918 руб. 41 коп., а также принимая во внимание сведения, содержащиеся в судебных актах по данному делу,  отзыве общества СК «Инженерные решения» на апелляционную жалобу, суды пришли к выводу об обращении общества СК «Инженерные решения» в Арбитражный суд Амурской области за взысканием задолженности за ноябрь 2017 года, составляющей разницу между объемом принятых подрядчиком работ на сумму 24 815 610 руб.68 коп., в том числе в ноябре 2017 г. на сумму            6 723 992 руб. 67 коп. и оплаченных в сумме 23 646 692 руб. 27 коп.

Судами отмечено, что иные дела по иску общества СК «Инженерные решения» к обществу «Бикор БМП» в Картотеке арбитражных дел отсутствуют.

Из пояснений ФИО7, суды пришли к выводу, что договор между обществом «Благсантехмонтаж» и обществом СК «Инженерные решения» (по которому образовалась задолженность) заключен для целей исполнения договора субподряда с генеральным подрядчиком обществом «Бикор БМП» № 29/БИК/ИР от 15.06.2016.

Учитывая выводы, изложенные в решении Арбитражного суда Амурской области от 12.04.2018 по делу № А04-1052/2018, согласно которым, общество СК «Инженерные решения» приняло без замечаний выполненные обществом «Благсантехмонтаж» работы 12.04.2017 при наступлении срока их оплаты 15.04.2017, а также, отклонив доводы ФИО7 о наличии спора по размеру задолженности, поскольку ее размер подтвержден представленным в материалы дела актом сверки взаимных расчетов, подписанным со стороны общества СК «Инженерные решения» его руководителем ФИО4, приняв, в том числе, к сведению произведение генеральным подрядчиком оплаты выполненных работ в период возникновения обязательств данного общества перед истцом, принимая во внимание непредоставление ответчиками сведений о расходовании полученных от общества «Бикор БМП» денежных средств и нераскрытие причин неисполнения обязательств по оплате работ, выполненных истцом для общества СК «Инженерные решения» в указанный период, а также, учитывая меньший, более чем два раза, размер задолженности общества «Бикор БМП» по сравнению с задолженностью общества СК «Инженерные решения» перед истцом, вследствие чего долг перед истцом не мог быть покрыт за счет платежей со стороны генерального подрядчика, суды пришли к выводу об отсутствии оснований полагать, что причиной неисполнения обществом СК «Инженерные решения» обязательств перед обществом «Благсантехмонтаж» явилось бездействие общества «Бикор БМП» по оплате выполненных работ подконтрольному ответчикам обществу.

Ввиду отсутствия ссылок ответчиков на другие обстоятельства, повлекшие объективную невозможность исполнения обществом СК «Инженерные решения» обязательства перед обществом «Благсантехмонтаж» и принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, суды пришли к выводу о непредставлении ответчиками каких-либо убедительных доказательств того, что имущественное положение общества СК «Инженерные решения» действительно не позволило исполнить указанный судебный акт по объективным причинам, тогда, как ответчики располагали и не могли не располагать всеми необходимыми документами о деятельности данного общества.

Усмотрев из приложенной в материалы дела бухгалтерской отчетности общества СК «Инженерные решения» наличие активов на отчетные даты за 2017, 2018гг. в размерах 13 828 000 руб. и 37 402 000 руб. соответственно, при кредиторской задолженности, равной 9 309 000 руб. и 35 011 000 руб.; чистая прибыль общества составила по итогам 2017г. – 4 771 000 руб., по итогам 2018г. – 569 000 руб., суды пришли к выводу о наличии у общества активов в размере, достаточном для погашения задолженности перед истцом.

С учетом отсутствия со стороны ответчиков аргументированных пояснений о причинах неисполнения обязательств обществом СК «Инженерные решения» перед истцом, при наличии у последнего финансовой возможности для этого, а также – с учетом сведений из выписки по расчетному счету указанного общества, согласно которым, общество перечисляло денежные средства в пользу ФИО4 и ФИО7 в виде займов, на хозяйственные нужды и командировочные расходы, в отсутствие сведений от ответчиков о возврате заемных средств, соответствующих пояснений и доказательств по этому вопросу, при непредставлении ответчиками сведений и доказательств расходования полученных «на подотчет» средств в интересах общества, несмотря на неоднократные предложения суда представить таковые, а также принимая во внимание неисполнение ответчиками обязанности по оплате задолженности, образовавшейся перед истцом, в условиях поступления 25.06.2018 денежных средств от акционерного общества «Транснефть-Сибирь» в сумме 812 288 руб. 29 коп. на расчетный счет общества в ПАО «Промсвязьбанк», вместо чего ответчики приняли решение (протокол № 3 от 26.06.2018) о выплате дивидендов за 2017 г. ФИО1 и ФИО4 в суммах по 747 125 руб. каждому, суды пришли к обоснованному выводу о том, что неисполнение обязательств общества СК «Инженерные решения» перед обществом «Благсантехмонтаж» обусловлено поведением контролирующих лиц – ФИО4 и ФИО7

Отклоняя доводы ФИО1 о выплате дивидендов за 2017г. на законных основаниях, суды, учли положения ст. 28, 29 Закона об обществах, а также отсутствие пояснений и соответствующих доказательств наличия условий для выплаты в июне 2018 г. дивидендов по итогам 2017 г.; отражение  в бухгалтерской отчётности общества по итогам 2017 года чистой прибыли не принято судами в качестве оснований для вывода о добросовестности действий участников общества по выплате себе дивидендов.

При этом судами также принято во внимание, что из материалов дела следует, что начиная с мая 2018 г. участниками общества СК «Инженерные решения» осуществляются действия по перечислению себе денежных средств подконтрольного им общества с указанием в назначении платежей на предоставление займов, на хозяйственные нужды и командировочные расходы, в том числе в значительных размерах (от 1,5 млн. руб. до 3,5 млн. руб.), причем по несколько таких платежей в течение 102 дней (к примеру, 17.05.2018 на хоз.нужды и командировочные расходы ответчиками получено более 7 млн. руб., 18.05.2018 – около 11 млн. руб., в период 21-23.05.2018 – более 7,5 млн. руб.).

В отсутствие доказательств возврата ответчиками заемных средств, расходования средств, полученных «на подотчет», на командировочные расходы, в интересах общества, при наличии основания полагать, что участниками общества сворачивалась деятельность общества СК «Инженерные решения», о чем свидетельствует движение денежных средств по счетам общества, так как из приложенных в материалы дела сведений ФНС о банковских счетах общества следует, что общество закрыло 14.03.2017 счет в АО «ВУЗ-банк», 31.05.2018 – два счета в ПАО «Сбербанк», 22.06.2020 – счет в АКБ «Коммерческий банк «Авангард» и 29.06.2020 – счет в ПАО «Промсвязьбанк» (2 последних счета закрыты после исключения общества из ЕГРЮЛ), с учетом совершения ФИО4 последней операции по счету в АКБ «Коммерческий банк «Авангард» 13.12.2018 на сумму 50 000 руб. в свою пользу с назначением «на хоз.нужды, по счету в ПАО «Промсвязьбанк» - 31.08.2018 (платеж в бюджет во исполнение решений о взыскании), после которой отражено только поступление 1 000 руб. – взнос ФИО5 в уставный капитал (общества), и принимая во внимание непредоставление ответчиками в материалы дела доказательств осуществления обществом СК «Инженерные решения» хозяйственной деятельности после 13.12.2018 при наличии на отчетную дату 2018 г. у общества активов на сумму более, чем 37 млн. руб., что подтверждается сведениями упрощенной бухгалтерской отчетности за 2018 г., при том, что ответчики не раскрыли судьбу указанных денежных средств, судами правомерно и обоснованно сделан вывод о том, что ответчики совершили действия по выводу активов общества, в том числе путем выплаты дивидендов, дальнейшему прекращению его деятельности, после чего вышли из состава его участников (ФИО1 – 20.12.2018, ФИО4 – 29.07.2019). Единственным участником общества, уже не ведущего деятельность, стал ФИО5, причем с минимальной долей участия в уставном капитале общества; какие-либо документальные свидетельства реализации им полномочий участника, реального осуществления им управления обществом в деле отсутствуют.

Придя к выводу о том, что к моменту вынесения налоговым органом решения о предстоящем исключении общества СК «Инженерные решения» из ЕГРЮЛ  (02.03.2020), общество более года как не осуществляло операций по счетам, не вело свою деятельность, суды также учли, что, несмотря на запись в ЕГРЮЛ о недостоверности сведений в отношении руководителя общества СК «Инженерные решения» ФИО4, внесенную на основании соответствующего заявления ФИО4, которое было подано им после выхода из состава участников общества (29.07.2019) и вхождения в состав участников общества 18.05.2019 ФИО5, информация о назначении на должность единоличного исполнительного органа иного лица отсутствует, а соответствующие документы в материалы дела не представлены, исходя из чего пришли к выводу о том, что именно ФИО4, должен нести ответственность за неисполнение обязательств подконтрольного ему общества, так именно он являлся руководителем общества до момента его исключения из ЕГРЮЛ.

Обобщая приведенные сведения, суды пришли к выводу о направленности действий ФИО4 по внесению в ЕГРЮЛ записи о недостоверности сведений о юридическом лице, на исключение общества СК «Инженерные решения» из ЕГРЮЛ и, как следствие, на уклонение от исполнения обязательств перед обществом «Благсантехмонтаж» о которых он был осведомлен. При этом пояснений о причинах исключения общества из ЕГРЮЛ, которые бы отвечали требованиям разумности и достоверности, ответчики суду не дали, невозможность исполнения обязательств обществом перед кредиторами не доказали.


Вопреки доводам ФИО7  о неосведомленности относительно финансового положения должника и наличии у него неисполненных обязательств перед истцом, суды указали, что полученные им денежных средств общества на хозяйственные нужды и командировочные расходы, его пояснения об участии в деятельности общества, об осведомленности о заключении договоров с обществами «Бикор БМП» и «Благсантехмонтаж», их исполнении обществом СК «Инженерные решения» подтверждают, что связь данного ответчика с обществом не ограничивалась его участием в уставном капитале общества и что он, наряду с ФИО4, непосредственно управлял обществом и участвовал в осуществлении им своей хозяйственной деятельности, а также – в выводе активов общества.

Таким образом, проанализировав в совокупности и взаимной связи представленные в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, а также приняв во внимание обстоятельства дела и разъяснения норм действующего законодательства, суды пришли к правильному выводу о том, что неисполнение обязательств общества СК «Инженерные решения» перед обществом «Благсантехмонтаж» явилось следствием неправомерных действий ответчиков ФИО4 и ФИО7 и усмотрели наличие в этой связи оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам подконтрольного им общества в заявленном  истцом размере.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела считает выводы судов правильными, соответствующими обстоятельствам настоящего дела и основанными на верном применении положений действующего законодательства применительно к установленным обстоятельствам.

Довод заявителя кассационной жалобы об ограничении размера ответственности не принимаются, поскольку в судах первой и апелляционной инстанций не заявлялся, предметом исследования и оценки судов не являлся, следовательно, не может являться предметом проверки в порядке кассационного производства (статья 286, часть 1 статьи 287, часть 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции».

Иные доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку тождественны тем доводам и обстоятельствам, на которые заявитель ссылался в ходе рассмотрения спора в судах первой и апелляционной инстанций и которые были надлежащим образом исследованы судом апелляционной инстанции и мотивированно отклонены. По своей сути доводы жалобы не свидетельствуют о нарушении судом апелляционной инстанции норм права, а касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 - 288 АПК РФ.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены обжалуемых судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 26.02.2024 по делу                          № А60-32651/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 



Председательствующий                                             О.Г. Кочетова


Судьи                                                                          Н.В. Шершон


                                                                                      Е.А. Павлова