Постановление от 8 сентября 2024 г. по делу № А40-242933/2022

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

09.09.2024

Дело № А40-242933/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 02 сентября 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 09 сентября 2024 года


            Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой,

судей: П.М. Морхата, В.Л. Перуновой

при участии в заседании: от ООО «СВ и ВС» - ФИО1, по доверенности от 27.11.2023, срок 1 год,

от временного управляющего – ФИО2, лично, паспорт РФ,

от ПАО «МОЭК» - ФИО3, по доверенности от 21.09.2023, до 31.12.2025,

рассмотрев 02.09.2024 в судебном заседании кассационную жалобу ООО «СВ и ВС»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2024

по заявлению ООО «СВ и ВС»  о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 6 676 380 руб. 38 коп.

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Кенди», 



установил:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13 июня 2023 ООО «Кенди» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

25.07.2023 ООО «СВ и ВС» обратилось (штамп канцелярии) в арбитражный суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника задолженность в размере 6 676 380 руб. 38 коп.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.03.2024 требование ООО «СВ и ВС» в размере 6 676 380 руб. 38 коп. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2024 определение суда первой инстанции изменено, требование ООО «СВ и ВС» в размере 810 527 руб. 68 коп. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «СВ и ВС» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, определение суда первой инстанции оставить в силе.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв, согласно которому временный управляющий ООО «Кенди» ФИО2 возражает против доводов кассационной жалобы, просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела также приобщен отзыв, согласно которому ПАО «МОЭК»  возражает против доводов кассационной жалобы, просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Представитель ООО «СВ и ВС» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представитель ПАО «МОЭК» и  временный управляющий ООО «Кенди» ФИО2 возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ООО «Надежда» (Заимодавец) и ООО «Кенди» (Заемщик) заключен договор целевого займа № 1 от 18.03.2013, по которому ООО «Надежда» обязалось перечислить на счет ООО «Промсвязьбанк», в счет оплаты по договору КД 73 10003/0239 от 19.05.2011 за ООО «Кенди» денежные средства, а ООО «Кенди» возвратить полученную сумму денег и проценты не позднее 17.03.2014.

ООО «Надежда» выполнило свои обязательства в соответствии с п. 1.1., п. 3.3.1., п. 3.4.1 Договора целевого займа № 1 в полном объеме.

Платежным поручениями от 19.03.2013 № 89 на сумму 223 000,00 руб. и 20.03.2013 № 90 на сумму 52 949,15 руб. Займодавец перечислил на счет, указанный Заемщиком 275 949,15 рублей.

05.04.2013 ООО «Надежда» и ООО «Кенди» заключили дополнительное соглашение N 1 к договору целевого займа № 1 от 18.03.2013 по которому Заимодавец обязался перечислить дополнительно 314 578,53 рублей.

Данная сумма была перечислена платежными поручениями от 09.04.2013 № 113 на сумму 261 000,00 руб. и от 09.04.2013 № 115 на сумму 53 578,53 руб.

06.05.2013 ООО «Надежда» и ООО «Кенди» заключили дополнительное соглашение № 2, по которому Заимодавец обязался перечислить дополнительно 220 000 рублей. Данная сумма была перечислена платежным поручением от 08.05.2013 № 136.

По дополнительным соглашениям № 3 от 20.06.2013, № 4 от 31.07.2013, № 5 от 07.08.2013, № 6 от 19.09.2013, № 7 от 09.10.2013, № 8 от 19.11.2013, № 9 от 06.12.2013, № 10 от 13.01.2014, № 11 от 04.02.2014 ООО «Надежда» обязалось перечислить ООО «Кенди» денежные средства на сумму 2 549 471,56 руб.

17.03.2014 и 14.08.2020 ООО «Надежда» и ООО «Кенди» подписали акты сверки взаимных расчетов на сумму 3 359 999,24 руб.

10.09.2020 ООО «Надежда» (цедент) заключило с ООО «СВ и ВС» (цессионарий) договор уступки прав (требований), по которому цедент уступил цессионарию права требования к ООО «Кенди», возникшие на основании договора целевого займа № 1 от 18.03.2013, заключенного между ООО «Надежда» и ООО «Кенди», с учетом дополнительных соглашений к нему.

24.09.2020 Стороны в качестве Приложения № 1 к договору уступки подписали соглашение о передаче прав, по которому вышеуказанные права требования были переданы к ООО «СВ и ВС».

Согласно п. 5.1. Договора денежные средства предоставляется под 10% годовых.

С учетом изложенного ООО «СВ и ВС» просило включить в реестр требований кредиторов должника задолженность по договору займа в размере 6 676 380,38 руб., в том числе 3 359 999,24 руб. - основной долг, 3 316 381,14 руб. - проценты за пользование займом.

ПАО «МОЭК» заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

Руководствуясь правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 (далее - Обзор), исходя из совокупного анализа доказательств, констатировав, что заявленная задолженность не отвечает критериям обычных хозяйственных отношений, в рассматриваемом случае фактически имело место финансирование должника со стороны общества «Надежда», направленное на поддержание продолжения предпринимательской деятельности должника, находящегося в ситуации имущественного кризиса (после его возникновения), осуществляемого как путем отказа от принятия своевременных мер к истребованию задолженности, так и путем пополнения оборотных активов должника, суд первой инстанции признал требования кредитора подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Апелляционный суд, пересмотрев спор в порядке апелляционного производства, с выводами суда первой инстанции частично не согласился, определение суда первой инстанции изменил, признав требование ООО «СВ и ВС» в размере 810 527 руб. 68 коп. обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, ввиду следующего.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле.

В данном случае возражая против установления заявленных требований, конкурсный кредитор – ПАО «МОЭК», ссылался на отсутствие доказательств, подтверждающих их обоснованность, реальность сделки, а также на наличие аффилированности между первоначальным кредитором и должником.

Как установлено судами и следует из материалов дела, согласно п. 1.1 Договора целевого займа № 1 от 18.03.2013 г. (далее - договор займа) ООО «Надежда» (Заимодавец) предоставило ООО «Кенди» (Заемщик) целевой заем в размере 275 949,15 руб. в счет оплаты по договору <***> 7310003/0239 от 19.05.2011 г. на срок до 17.03.2014 г. В период с 05.04.2013 по 03.02.2014 стороны подписали дополнительные соглашения № 1 - 11, согласно которым Заимодавец дополнительно предоставил заем в общем размере 3 084 050,09 руб.

В обоснование наличия задолженности ООО «СВ и ВС» представило только копии следующих документов: договор цессии, договор займа и дополнительные соглашения к нему, а также копии платежных поручений ООО «Надежда»: № 89 от 19.03.2013, № 00090 от 20.03.2013, № 113 от 09.04.2013, № 115 от 09.04.2013, № 136 от 05.05.2013 на общую сумму 810 527,68 руб.: акты сверки между ООО «Надежда» и ООО «Кенди» по состоянию на 17.03.2014  и на 14.08.2020, уведомление ООО «СВ и ВС» № 4 от 24.09.2020  в адрес должника о состоявшейся уступке требований, досудебная претензия ООО «СВ и ВС» № 6 от 15.10.2020.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции установил, что в материалах дела отсутствуют надлежащие первичные документы, подтверждающие предоставление займа на сумму 2 549 471,56 руб. (3 359 999,24 руб. - 810 527,68 руб.).

Проанализировав условия договора займа, а также акты сверок расчетов, гарантийное письмо ООО «Кенди» от 14.08.2020 с намерением погасить задолженность в сумме 3 359 999 руб. 24 коп., суд апелляционной инстанции пришел  к выводу, что проценты по договору уплачиваются одновременно с суммой основного долга и должны были быть выплачены до 17.03.2014. Срок исковой давности по ним истек еще 17.03.2017.

Таким образом, суд апелляционной инстанции, оказывая в удовлетворении требования в части установления сумм процентов по договору в размере 3 316 381 руб. 14 коп., обоснованно исходил из пропуска заявителем срока исковой давности.

При этом судом апелляционной инстанции отмечено, что ООО «СВ и ВС» не представлено доказательств приостановления или перерыва течения срока исковой давности.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив все представленные в материалы дела документы в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом применения повышенного стандарта доказывания, учитывая обстоятельства, свидетельствующие о заинтересованности должника и общества «Надежда», установив отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих реальную передачу кредитором своих денежных средств должнику по договору займа на сумму 2 549 471 руб. 56 коп., апелляционный суд пришел к выводу, что кредитор ООО «СВ и ВС» не доказал реальность предоставления займа в размере 2 549 471 руб. 56 коп., не опроверг существенные сомнения в действительности существования заемных отношений и, как следствие, не обосновал свои требования, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления о включении требования в размере 2 549 471 руб. 56 коп. в реестр требований кредиторов должника, обоснованно также признав пропущенным срок исковой давности в части установления сумм процентов по договору в размере 3 316 381 руб. 14 коп.

Одновременно суд апелляционной инстанции указал, что  ООО «СВ и ВС» в материалы дела представлены копии платежных поручений № 89 от 19.03.2013, № 00090 от 20.03.2013, № 113 от 09.04.2013, № 115 от 09.04.2013, № 136 от 05.05.2013 на общую сумму 810 527,68 руб. (т. 1 л.д. 34 - 38), в которых указана дата списания денежных средств со счета ООО «Надежда» в пользу ОАО «Промсвязьбанк» в счет погашения задолженности и процентов по кредитному договору <***> 73 10003/0239 от 19.05.2011 (за ООО «Кенди»).

Указанные платежные документы, по мнению апелляционного суда, имеют все необходимые реквизиты, лицами, участвующими в деле, заявления об их фальсификации не представлены, в связи с чем суд признал верными выводы суда первой инстанции в части признания обоснованным требования ООО «СВ и ВС» только в указанном размере - 810 527 руб. 68 коп.

В соответствии с разъяснениями пункта 3.4 Обзора от 29.01.2020 неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Суд апелляционной инстанции, учитывая, что ни должник, ни третье лицо – общество «Надежда» не предоставили объяснений по поводу того, в связи с чем сторонами договоров займа были заключены дополнительные соглашения № 1 – 11 о предоставлении займа и почему общество «Надежда» не принимало мер к истребованию займов, суд апелляционной инстанции признал, что подписание дополнительных соглашений о предоставлении займа, а также непринятие контролирующим должника лицом мер к истребованию не возвращенных сумм займов и процентов после наступления согласованного в договоре срока возвратов займов по существу признается формой финансирования должника и расценивается как поведение, обусловленное тем, что к этому моменту изъятие финансирования повлекло бы возникновение имущественного кризиса на стороне должника (пункт 3.2 Обзора от 29.01.2020).

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что в материалах дела отсутствуют убедительные и надлежащие доказательства того, что предоставление обществом «Надежда» обществу «Кенди» займов по договорам в размере 810 527 руб. 68 коп., являлось открытым инвестированием денежных средств и не являлось скрытым компенсационным финансированием, предоставленным в условиях тяжелого финансового положения должника.

Суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из того, что для правильного разрешения спора значение имеет правовое положение первоначального кредитора - заимодавца, а не лица, которое приобрело право требование к должнику по договору цессии, поскольку первоначальный кредитор не может уступить новому кредитору больше прав, чем имеет сам; в данном случае,  как посчитал апелляционный суд, общество «СВ и ВС» в соответствии с законом не имело каких-либо дополнительных прав по сравнению с правами третьего лица обществ «Надежда», поэтому уступка контролировавшим должника лицом требования обществу - внешне независимому кредитору - не изменила очередность его удовлетворения. Данный подход закреплен разъяснениями пункта 7 Обзора от 29.01.2020.

Установив данные обстоятельства, суд апелляционной инстанции правомерно применил по отношению к требованию кредитора понижение очередности его удовлетворения, указав, что требование общества «СВ и ВС» в размере 810 527 руб. 68 коп. подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд апелляционной инстанции пришел к правильным выводам по следующим основаниям.  

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Исходя из разъяснений, данных в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле.

Рассмотрение вопроса о наличии задолженности в деле о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания, исключающие возможность включения в реестр требований, не подтвержденных достоверными и относимыми доказательствами и заявленными с целью установления контроля над процедурой банкротства со стороны аффилированных с должником лиц.

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и «дружественного» кредитора в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов.

Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора (аналогичная правовая позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017 по делу № 301-ЭС17-4784).

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со статьей 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1). По обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения (пункт 2).

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее - ВС РФ) от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - Постановление № 43) разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части.

Течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново, время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок (пункт 1 статьи 203 ГК РФ).

К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга (пункт 20 Постановления № 43).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

            Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

            В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

            Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

            Опровержения названных установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

            Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

            Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

            Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется. 

            Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2024 по делу № А40-242933/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий-судья                                    Е.Л. Зенькова           

            Судьи:                                                                               П.М. Морхат

                                                                                            В.Л. Перунова