Постановление от 9 июня 2024 г. по делу № А72-15471/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-15749/2022

Дело № А72-15471/2020
г. Казань
10 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2024 года. Полный текст постановления изготовлен 10 июня 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе: председательствующего судьи Самсонова В.А.,

судей Моисеева В.А., Третьякова Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Насыртдиновой Р.И.,

при участии посредством веб-конференции представителей:

внешнего управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Рус-Ресурс Агро» - ФИО1, доверенность от 03.04.2023,

общества с ограниченной ответственностью «Агроресурс» - ФИО2, доверенность от 18.08.2023

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Симбирск – Агро», общества с ограниченной ответственностью «АгроРесурс»,

на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28.12.2023, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2024

по делу № А72-15471/2020

по требованию общества с ограниченной ответственностью «Симбирск - Агро» о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Рус-Ресурс Агро», ИНН <***>,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Ульяновской области от 03.02.2021 (резолютивная часть от 02.02.2021) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Рус-Ресурс Агро» (далее – общество «Рус-Ресурс Агро», должник) введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО3.

В Арбитражный суд Ульяновской области от общества с ограниченной ответственностью «Симбирск-Агро» поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов должника в размере 47 229 563 руб. 69 коп.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 27.01.2023 требования общества с ограниченной ответственностью «Симбирск-Агро» признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Рус-Ресурс Агро» в заявленном размере.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2023 определение Арбитражного суда Ульяновской области от 27.01.2023 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Однако постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 27.06.2023 определение Арбитражного суда Ульяновской области от 27.01.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2023 по настоящему делу отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Ульяновской области от 28.12.2023, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2024, требование общества «Симбирск-Агро» в размере 47 229 563 руб. 69 коп. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению

после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с принятыми судами первой и апелляционной инстанции судебными актами, общество с ограниченной ответственностью «Симбирск – Агро», общество с ограниченной ответственностью «АгроРесурс» обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационными жалобами, в которых, ссылаясь на неправильное применение судом норм права и несоответствие их выводов обстоятельством дела, просили судебные акты отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

По мнению общества с ограниченной ответственностью «Симбирск – Агро», судами не дана надлежащая оценка доводам заявителя, в том числе об отсутствии признаков имущественного кризиса у должника в момент новации обязательства по поставке товара в заемное обязательство и на момент предоставления займа.

В свою очередь общество с ограниченной ответственностью «АгроРесурс» полагает, что судами при оценке противоречивых условий соглашения от 09.09.2019 об оплате уступленного права не выяснены намерения компании UAB «MONOISPA» по исполнению этого соглашения при отсутствии оплаты по нему; судами не дана надлежащая оценка доводам о том, что договор уступки права требования от 09.09.2019 не содержит сведений о договоре новации.

В судебном заседании внешний управляющий должника и представитель общества с ограниченной ответственностью «Агроресурс» свои правовые позиции поддержали.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 286 АПК РФ, изучив материалы дела, обсудив доводы

кассационных жалоб, судебная коллегия считает их не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, 22.06.2017 между должником (заемщик) и UAB «MONOISPA» (займодавец) заключен договор займа № RRA 22-06, согласно которому займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в сумме, эквивалентной 65 000 (шестьдесят пять тысяч) EUR в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату заключения договора, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу сумму, эквивалентную 65 000 (шестьдесят пять тысяч) EUR, в рублях по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату возврата займа с уплатой процентов по ней.

UAB «MONOISPA» свои обязательства выполнило в полном объеме, что подтверждается международными платежными поручениями и выписками со счета, представленными в материалы дела. Поступление указанных денежных средств также отражено в бухгалтерском балансе должника. В свою очередь, должник свои обязательства по договору не выполнил, денежные средства не возвратил.

Судами также установлено, что 11.04.2016 между должником (поставщик) и UAB «MONOISPA» (покупатель) заключен договор № RRA 07-73, согласно которому Поставщик обязуется в течение срока действия договора поставить покупателю либо по его письменному указанию иному лицу (грузополучателю) следующий товар: семена подсолнечника урожая 2016 года в количестве 2 340 т (тонн) по цене 24 000 рублей за 1 тонну; расчет за товар производится путем внесения 100% предоплаты не позднее первой поставки товара.

В связи с длительным неисполнением должником своих обязательств по поставке товара должник и UAB «MONOISPA» 30.11.2018 заключили договор новации № RRА07-73, которым обязательство должника по поставке покупателю семян подсолнечника новировали в заемное обязательство, установив, что денежные средства в сумме эквивалентной 412000 EUR и 95000 USD в валюте, либо в рублях по курсу Центрального Банка РФ на дату заключения договора, предоставлены UAB «MONOISPA» должнику на условиях займа сроком до 31.01.2019 под 15% годовых.

Однако общество «Рус-Ресурс Агро» свои обязательства по возврату займа также не выполнило, в установленный договором новации срок денежные средства не возвратило.

09.09.2019 UAB «MONOISPA» уступило обществу «Симбирск- Агро» права требования к должнику по договорам займа № RRA 22-06 от 22.06.2017 и RRA 07-73 от 11.04.2016. Согласно разделу 3 договора цена уступаемого права требования составляет 9 446 000 руб., оплата которого осуществляется в установленном договором уступки порядке.

Поскольку должником обязательства исполнены не были, общество «Симбирск-Агро» обратилось в суд с заявлением о включении данной задолженности в реестр требований кредиторов должника.

По расчету заявителя сумма задолженности составила 47 229 563,69 руб. Расчет суммы задолженности, произведенный заявителем, проверен судами первой и апелляционной инстанции и признан правильным, при переводе размера задолженности в рубли, заявителем брался курс евро, установленный Центральным банком Российской Федерации, на дату введения процедуры наблюдения в отношении должника – 02.02.2021.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным в статьях 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

При этом, как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях, периодических и тематических обзорах судебной практики, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника- банкрота, предъявляются повышенные требования, что связано, в первую очередь, с тем, что нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о недостаточности его имущественной массы для погашения долга перед всеми кредиторами, которые, разумно рассчитывая на погашение имеющейся перед ними задолженности, объективно заинтересованы в том, чтобы в реестр включались только реально существующие требования, наличие и размер которых не вызывает сомнений.

Это обусловило формирование практики применения повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр требований кредиторов должника, заключающегося в осуществлении судом более тщательной проверки обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом; в таком случае основанием ко включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

Указанный правовой подход базируется на разъяснениях пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», согласно которым проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны; при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

С учетом вышеуказанных правовых позиций, принимая во внимание, что установленными в деле о банкротстве могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, заинтересованный по отношению к должнику кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, исходя из заявленных участвующими в деле лицами возражений.

При направлении дела на новое рассмотрение суд кассационной инстанции указал на необходимость проверить обстоятельства аффилированности сторон с целью возможного применения субординирования к заявленным требованиям.

Выполняя указания суда кассационной инстанции, суды исследовали фактические обстоятельства аффилированности сторон и наличие

(отсутствие) признаков предоставления UAB «MONOISPA» компенсационного финансирования должнику.

Судами установлено, что руководителем компании UAB «MONOISPA» является ФИО4, который одновременно являлся руководителем и участником должника (общества «Рус-Ресурс Агро»).

Исходя из вышеизложенных обстоятельств, по результатам исследования и оценки всех представленных в материалы дела доказательств, суды заключили, что компания UAB «MONOISPA» и общество «Рус-Ресурс Агро» образуют группу компаний, объединенных не только общими интересами (совместным ведением бизнеса с разделением направлении и функций), но и общим руководством, с учетом чего сочли, что кредитор - компания UAB «MONOISPA» - является заинтересованным (аффилированным) по отношению к должнику лицом применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве, а значит, в отношении него действует презумпция осведомленности относительно имущественного положения должника.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики от 29.01.2020, обобщившем правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Как следует из пункта 3.1 Обзора судебной практики от 29.01.2020, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148

Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Наряду с выдачей займов формами компенсационного финансирования должника являются, в частности, невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства (пункт 3.2 Обзора судебной практики от 29.01.2020).

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

Суды, ссылаясь на вышеуказанные разъяснения, указали, что действия компании UAB «MONOISPA», которая по окончании срока возврата займа (22.12.2017) должником и при неисполнении им своих обязательств по поставке товара заключила с должником соглашение от 30.11.2018 о новировании этих обязательств в заемные с установлением нового срока возврата денежных средств (31.01.2019), а при допущенной должником просрочке возврата заемных денежных средств в существенном по отношению к финансовому состоянию должника размере – 47 229 563,69 руб. отказалась от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Это свидетельствует о предоставлении должнику компенсационного финансирования путем невостребования в разумный срок предоставленных в качестве займа или предварительной оплаты за поставку денежных средств в ситуации, когда такое востребование могло создать у должника имущественный кризис в ситуации, когда у должника

имелись иные кредиторы (ФИО5, ФИО6, ООО «Оптан»), чьи требования позднее были включены в реестр требований кредиторов.

На этом основании суды пришли к выводу, что требование компании UAB «MONOISPA» о возврате такого компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов, в связи с чем подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, что и было сделано судом первой инстанции.

Одновременно судами отклонены доводы общества «АгроРесурс» об отсутствии доказательств поступления денежных средств по представленным платежным поручениям со ссылкой на наличие в материалах дела выписок с расчетного счета должника, из которых усматривается поступление денежных средств, а также на отражение данных операций в бухгалтерской отчетности должника. Судами также указано на наличие в материалах дела доказательств расходования должником заемных денежных средств, поступивших от компании UAB «MONOISPA», с отражением этих операций в бухгалтерском балансе должника. В связи с этим суды сочли доказанным факт выдачи займа должнику компанией UAB «MONOISPA».

Отклоняя довод ООО «АгроРесурс» о пропуске заявителем срока исковой давности по требованию, вытекающему из договора поставки № RRA 07-73 от 11.04.2016, суды со ссылкой на положения пункта 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6, согласно которому истечение срока исковой давности по первоначальному обязательству не препятствует заключению соглашения о новации, указали, что срок исковой давности по обязательству, возникшему в результате новации, начинает течь заново с момента, определяемого на основании правил об исковой давности (статья 200 ГК РФ).

Обязательства сторон по договору поставки № RRA 07-73 от 11.04.2016 новированы сторонами в договор займа № RRА 07-73 от 30.11.2018 со сроком возврата заемных денежных средств до 31.01.2019. С требованием о включении в реестр требований кредиторов должника общество «Симбирск-Агро» обратилось в суд посредством web-сервиса

«Мой Арбитр» 13.05.2021, из чего следует, что срок исковой давности заявителем в данном случае не пропущен.

Доводы общества «АгроРесурс» о мнимости договора уступки прав требований между компанией UAB «MONOISPA» и обществом «Симбирск-Агро», заключенного, по мнению кредитора, для прикрытия вероятности понижения компании UAB «MONOISPA» в очередности, как аффилированного с должником лица, судами также признаны необоснованными, поскольку то обстоятельство, что переход прав требования от первоначального кредитора к его правопреемнику не изменяет ни материальных прав кредитора, ни процессуальных прав и обязанностей, в том числе и сроков на обращение с какими-либо требованиями к должнику.

Кроме того, действия, направленные на необоснованное повышение очередности удовлетворения требования, эту очередность не изменяют, а потому уступка требования иному лицу - внешне независимому кредитору - не изменяет очередность его удовлетворения (пункт 7 Обзора).

Оценивая имеющиеся в соглашении об уступке прав требования от 09.09.2019 противоречия в части порядка оплаты уступленного права, суды исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

При наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности

договора и учитывает установленную в пункте 5 статьи 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений.

Если условие договора допускает несколько разных вариантов толкования, один из которых приводит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдается тому варианту толкования, при котором договор сохраняет силу

Согласно условий пунктов 3.1.1, 3.1.2 соглашения об уступки прав требования (цессии) от 09.09.2019 (далее по тексту – соглашение) новый кредитор (цессионарий) обязуется заплатить за приобретаемое право сумму в размере 9 446 000 руб. в течение 5-ти банковских дней с даты поступления средств в счет погашения задолженности должником в соответствии с пунктом 1.2 (пункт соглашения, в котором установлен размер приобретаемого права).

В случае если в течение 10 рабочих дней с момента подписания соглашения денежные средства, предусмотренные пунктом 3.1.1, не поступят на расчетный счет лица, указанного первоначальным кредитором, соглашение считается расторгнутым без подписания дополнительных документов.

При этом в тексте соглашения отсутствует порядок направления кредитору уведомления об оплате стоимости приобретаемого права на расчетный счет третьих лиц или какие-либо иные способы оплаты.

С учетом того факта, что в пункте 3.1.1 соглашения стороны согласовали не только стоимость уступаемого права, но и условия его оплаты, а именно - в течение 5 банковских дней с даты поступления средств в счет погашения задолженности должником, то вступающий с этим пунктом в противоречие пункт 3.1.2 соглашения может толковаться либо как недобросовестное поведение цедента, изначально вводившего цессионария в заблуждение относительно своих намерений о передаче ему прав требования к должнику, либо как ошибочное изложение действительного намерения цедента, имевшего в п.3.1.2 в виду не «…с момента подписания соглашения», а с момента указания им (цедентом) лица, на счет которого должны поступить денежные средства.

В обоих случаях, и в пункте 3.1.1 и в пункте 3.1.2 соглашения речь идет о временном условии проведения расчетов, однако в пункте 3.1.2 временное условие дополнительно дополнено указанием цедента на исполнение оплаты третьему лицу.

Приобретая право требования к должнику в указанном размере за 9 446 000 руб., с условием платежа после погашения задолженности должником, кредитор преследовал очевидную экономическую цель – получение прибыли от сделки при минимизации рисков потери инвестиций.

Суды пришли к выводу, что противоречие в условиях пунктов 3.1.1. и 3.1.2 cоглашения не свидетельствует о незаключенности и/или недействительности этого соглашения, указанное противоречие следует истолковать в пользу сохранения силы договора.

Доводы ООО «АгроРесурс» о притворности соглашения об уступки права требования по мотиву его безвозмездности, обусловленной тем, что оплата уступленного права предусмотрена лишь после получения новым кредитором денежных средств от дебитора, судами также отклонены со ссылкой на принцип свободы договора, а также на наличие доказательств реальности уступленного права требования к должнику.

Отклоняя доводы ООО «АгроРесурс» об отсутствии в соглашении от 09.09.2019 договора новации от 30.11.2018, суды указали, что допущенные при оформлении вышеуказанных договорных правоотношений неточности не опровергают факта задолженности общества «Рус-Ресурс Агро» по обязательствам, в том числе с учетом их новации. Включаемая в реестр требований кредиторов задолженность изначально возникла на основании двух договоров: договора поставки семян от 21.04.2016, который затем был новирован в заем по договору новации от 30.11.2018, и договора займа от 22.06.2017. И именно по ним право требования передано на основании договора цессии от 09.09.2019.

В то же время судами отклонены и доводы общества «Симбирск- Агро» об отсутствии оснований для субординирования заявленных требований ввиду отсутствия на момент заключения вышеуказанных договоров наличия у должника состояния имущественного кризиса.

Как указали суд первой и апелляционной инстанции, действия компании UAB «MONOISPA» по новированию просроченного должником

обязательства по поставке товара в заемное обязательство с установлением нового срока возврата денежных средств, а также экономически необоснованное бездействие аффилированного кредитора при допущенной должником просрочке возврата заемных денежных средств, указывают на признаки предоставления должнику компенсационного финансирования путем невостребования в разумный срок предоставленных в качестве займа или предварительной оплаты за поставку денежных средств в ситуации, когда такое востребование могло создать у должника имущественный кризис. При этом невостребованный долг имеет существенный по отношению к финансовому состоянию должника размер - 47 229 563,69 руб.

Суды также не усмотрели оснований для вывода о недобросовестности сторон договора и того, что их действия были направлены на создание искусственной задолженности в целях контроля над процедурой банкротства.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах суда первой и апелляционной инстанции, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленных судами, имеющимся в нем доказательствам.

Доводы общества «Симбирск-Агро» о ненадлежащей оценке обстоятельств отсутствия у должника имущественного кризиса в момент новации обязательства по поставке товара в заемное обязательство и на момент предоставления займа подлежат отклонению.

В пункте 3.3 Обзора разъяснено, что разновидностью финансирования является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику. В случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа.

В рассматриваемом случае предоставление компанией UAB «MONOISPA» должнику компенсационное финансирование выразилось не в перечислении предоплаты по договору поставки или предоставлении займа, а в длительном и экономически неоправданном непринятии аффилированным кредитором мер по истребованию задолженности,

свидетельствующем о попытке предотвратить возникновение имущественного кризиса у должника.

Также необоснованными являются и доводы общества «АгроРесурс» о ненадлежащей оценке судами противоречий в соглашении об уступке права требования от 09.09.2019, касающихся порядка оплаты уступленного права требования, а также отсутствия в указанном соглашении указания на договор новации.

Указанные доводы были предметом исследования и оценки судов первой и апелляционной инстанции и обоснованно отклонены по мотивам, указанным выше.

Приведенные кассаторами доводы основаны на ошибочном толковании положений Закона о банкротстве и названных разъяснений высшей судебной инстанции по вопросам судебной практики, и направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств, что недопустимо в силу требований, предусмотренных статьей 286, частью 2 статьи 287 АПК РФ, пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции».

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых определения Арбитражного суда Ульяновской области от 28.12.2023 и постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2024.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28.12.2023, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.03.2024 по делу № А72-15471/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья В.А. Самсонов

Судьи В.А. Моисеев

Н.А. Третьяков